Бехтерев В. М. Основы учения о функциях мозга. Вып. 7. — 1907

Бехтерев В. М. Основы учения о функциях мозга: [в 7 вып.]. — СПб. : Изд. Брокгауз и Ефрон, 1903-1907.
Вып. 7. - 1907. - с. [1], 1235-1527, III. - Указ.: с. 1497-1527.
Ссылка: http://elib.gnpbu.ru/text/behterev_osnovy-ucheniya-o_vypusk7_1907/

Титульный лист

ОСНОВЫ УЧЕНІЯ

о

ФУНКЦІЯХЪ МОЗГА.

Акад. в. Бехтерева,

Профессора Императорской Военно-Медицинской Академіи, директора Клиники душевныхъ и нервныхъ болѣзней,

Выпускъ VII.

С.-ПЕТЕРБУРГЪ. Типографія П. П. Сойкина, Стремянная, 12. 1907.

1235

Мозговыя полушарія.
Роль мозговой коры въ отношеніи вкуса.
Обращаясь къ разсмотрѣнію корковыхъ центровъ вкуса, не-
обходимо прежде всего припомнить, что животныя съ удален-
ными полушаріями не вполнѣ утрачиваютъ вкусъ и на рѣзкія
вкусовыя раздраженія они реагируютъ соотвѣтствующими дви-
женіями языка и губъ, что было отмѣчено уже старыми авто-
рами.
Не говоря объ опытахъ Flourens’a1), точность которыхъ под-
вергается сомнѣнію въ виду того, что они были произведены надъ
птицами, мы укажемъ на опыты Magendie2), который убѣдился,
что послѣ удаленія полушарій животныя чувствительны къ
запахамъ и къ вкусовымъ впечатлѣніямъ.
Затѣмъ Longet, производя опыты надъ собаками и кош-
ками, убѣдился, что, если операцію удаленія мОЗГОВЫХЪ полу-
шарій произвести быстро, то растворъ колоквинта, налитый въ
ротъ, вызываетъ движеніе челюстей, какъ-будто бы животное
желало освободиться отъ непріятнаго ощущенія. На основаніи
этихъ опытовъ авторъ приходитъ къ выводу, что ощущеніе
вкуса, какъ и другихъ органовъ чувствъ, должны быть локали-
зированы не въ корѣ, а въ подкорковыхъ центрахъ Вароліева
моста. Этого же мнѣнія держался и Vulpian.
Въ опытахъ Goltz’a съ удаленіемъ мозговыхъ полушарій у
собакъ мясо, смоченное молокомъ, отлично поѣдалось животнымъ
тогда какъ мясо, смоченное растворомъ хины, собака пережевы-
вала, но затѣмъ выбрасывала его съ неудовольствіемъ. То же
самое наблюдалось и въ томъ случаѣ, если мясо смачивалось
растворомъ калоквинта.
Отсюда очевидно, что уже въ подкорковыхъ областяхъ мозга
мы имѣемъ центры, въ которыхъ возникаютъ элементарныя
1) Flourens. Rech. exper. sur les fonctions et les propriétés du syst. ner-
veux. Paris. 1862.
2) Magendie. Praxis élementaire de physiologie. 1895.

1236

вкусовыя ощущенія, по всей вѣроятности различаемыя лишь
количественно, такъ какъ нѣтъ ни одного наблюденія, которое
указывало бы на качественное различеніе животными, лишен-
ными полушарій, тѣхъ или иныхъ вкусовыхъ веществъ.
Отсюда очевидно, что дифференцированныя вкусовыя пред-
ставленія должны быть отнесены въ область, мозговой коры.
Локализація вкусового центра. Литературныя указанія.
Что касается вопроса о мѣстоположеніи корковаго вкусового
центра, то въ этомъ отношеніи до самаго позднѣйшаго времени
было еще больше блужданій, нежели по отношенію къ корко-
вому центру обонянія.
Couti1), изслѣдуя обоняніе, вкусъ и слухъ у 15 обезьянъ,
которымъ были разрушены различныя части мозга, не получалъ
опредѣленнаго результата.
Другіе авторы относили центръ вкуса къ области gyri hypo-
campi. Въ этомъ отношеніи прежде всего должно упомянуть
объ опытахъ Ferrier’a, относящихся еще къ 1875 г.2) Эти опы-
ты, произведенные на обезьянахъ, далеко не могутъ быть при-
знаны безупречными въ отношеніи чистоты операціи; они за-
ключались въ томъ, что авторъ вскрывалъ у обезьянъ подъ хло-
роформомъ, область теменныхъ и височныхъ извилинъ, водя
термокаутеромъ въ вещество мозга съ цѣлью разрушенія
gyri hypocampi и cornu Ammonis. Само собою разумѣется, что
такой пріемъ долженъ быть признаяъ крайне грубымъ.
У оперированныхъ такимъ образомъ животныхъ изслѣдо-
валось обоняніе при помощи уксусной кислоты и амміака,
вкусъ изслѣдовался лимонной кислотой; изслѣдованіе же кож-
ной чувствительности производилось съ помощью горячаго
желѣза и щипковъ.
На основаніи такого рода опытовъ авторъ приходитъ къ за-
ключенію, что разрушеніе Аммоніева рога и gyri hipocampi при-
1) Couti. Rech. sur les troubles sensitifs, sensoriels et intellectuels etc. So-
cieté de biol. 26 Fevrier 1881.
2) D. Ferrier. Experiments on the brain of man. Philosoph. transactions.
Vol. 165. Part. II. 1875.

1237

водитъ къ кожной анэстезіи на противоположной сторонѣ. Цен-
тромъ обонянія служитъ gyr. uncinatus; по сосѣдству же съ обо-
нятельнымъ центромъ расположенъ и центръ вкуса.
Въ виду того, что эти опыты Ferrier’а не остались безъ воз-
раженій, онъ опубликовалъ совмѣстно съ Іео другой рядъ
опытовъ въ 1884 году1).
Эти опыты также производились съ помощью термокаутера,
проводимаго чрезъ задніе отдѣлы полушарій. Надо впрочемъ за-
мѣтить, что въ этомъ рядѣ опытовъ авторъ старается дока-
зать, что g. hypocampi и cornu Ammonis содержатъ центры для ося-
зательной (тактильной) и мышечной чувствительности; при этомъ
наблюдалась лишь неполная и преходящая анэстезія; при разру-
шеніи fasciae dentatae авторы наблюдали временную гиперэ-
стезію, при разрушеніи одного с. Ammonis наблюдалась замѣт-
ная анэстезія противоположной стороны.
Надо замѣтить, что опыты Ferrier’a и Іео встрѣтили рѣзкую
критику со стороны Н. Munk’a2) какъ по отношенію къ поста-
новкѣ самыхъ опытовъ, такъ и по отношенію къ дѣлаемымъ
изъ нихъ выводамъ. Послѣдній авторъ полагаетъ, что какъ
центръ вкуса, такъ и центръ обонянія заложены въ gyr. hypo-
campi3).
Luciani4) на основаніи своихъ изслѣдованій признаетъ, что
центръ вкуса расположенъ въ сосѣдствѣ съ обонятельнымъ
центромъ и занимаетъ четвертую височную извилину и часть
Аммоніева рога.
Въ работѣ Luciani и Seppilli, хотя и не приводится рядъ опы-
товъ, спеціально касающихся разрушенія Аммоніева рога, но въ
числѣ другихъ опытовъ описаны 4, въ которыхъ между прочимъ
произведено частичное удаленіе Аммоніева рога. На основаніи
этихъ опытовъ авторы, какъ мы уже упоминали, приходятъ къ
выводу, что Аммоніевъ рогъ представляетъ собою центральный
пунктъ обонятельной сферы, при чемъ даже частичныя разру-
шенія его приводятъ къ рѣзкому нарушенію обонянія. Кромѣ
того согласно съ первоначальными изслѣдованіями Luciani ав-
1) Ferrier and Іео. A record of the cerebral hemispheres. Philosoph. Trans-
actions. Paso. II. 1884—1885.
2) H. Munk. Ueber die Fühlsphaeren d. Gehirnrinde. Sitzb. d. K. preuss.
Academie d. Wissensch. 14 Iuli. 1892. XXXVI S. 679—723.
3) Prof. H. Munk. Ueber die Functionen der Grosshirnrinde. Berlin. 1881.
4) Luciani. On the sensorial localisations in the cortex cerebri. Brain.
Iuli.1884. Part. XXVI.

1238

торы указываютъ на отношеніе Аммоніева рога къ зритель-
ной и слуховой функціи.
Надо замѣтить однако, что и эти опыты Luciani и Seppilli
не могутъ считаться безупречными въ отношеніи чистоты опе-
раціи и выводовъ, дѣлаемыхъ изъ этихъ опытовъ, какъ можно
видѣть изъ работы Н. Осипова1).
На основаніи своихъ опытовъ авторъ убѣдился, что Аммо-
ніевъ рогъ не играетъ никакой роли въ отношеніи кожной и
мышечной чувствительности. Равнымъ образомъ и разстройства
слуха у оперированныхъ животныхъ не наблюдались. Что ка-
сается слѣпоты, наблюдаемой при вышеуказанной операціи, то
она объясняется не пораженіемъ собственно Аммоніева рога,
а зависитъ отъ перерѣзки проводниковъ, идущихъ къ непо-
врежденнымъ участкамъ сѣраго вещества зрительной сферы.
Яснаго нарушенія чувства вкуса и обонянія авторъ также
не наблюдалъ при своихъ опытахъ. Такимъ образомъ авторъ
подвергаетъ сомнѣнію отношеніе Аммоніева рога къ кожной и
мышечной чувствительности, а равно и къ чувствамъ зрѣнія,
слуха, обонянія и вкуса. По его предположенію Аммоніевъ рогъ
не имѣетъ самостоятельной функціи.
Заслуживаетъ вниманія также, что Ferannini2) особымъ спо-
собомъ разрушалъ орбитальную область у собакъ. Изслѣдуя
затѣмъ оперированныхъ животныхъ, онъ находилъ на опериро-
ванной сторонѣ ослабленіе чувства вкуса и обонянія въ теченіе
нѣсколькихъ дней послѣ операціи, но эти разстройства затѣмъ
быстро исчезали, что очевидно говоритъ противъ локализаціи
этихъ ощущеній въ данной области мозга.
Съ другой стороны слѣдуетъ отмѣтить, что нѣкоторые изъ
авторовъ признавали существованіе центровъ вкуса не на осно-
ванiе мозга, а на выпуклой поверхности полушарій. Въ этомъ
отношеніи мы упомянемъ объ ислѣдованіяхъ проф. Щербака3),
произведенныхъ надъ кроликами, который наблюдалъ потерю
вкуса послѣ двусторонняго удаленія теменныхъ областей у
этихъ животныхъ.
1) Н. Осиповъ. Изслѣдованіе физіологическаго значенія Аммоніева рога
по методу выпаденія функціи. Неврологич. Вѣстникъ. 1900.
2) Ferannini. Sur la physiologie du lobe orbitaire. Riforma medica. 1901.
Vol. III, № 12.
3) Проф. А. Б. Щербакъ. Къ вопросу о локализаціи вкусовыхъ центровъ
въ мозговой корѣ. Вѣстн. клинич. и суд. психіатріи. 1891, вып. 1.

1239

Съ другой стороны Tonnini1) при разрушеніяхъ наружной
поверхности полушарій вмѣстѣ съ другими разстройствами
отмѣчаетъ и разстройство вкуса.
Изслѣдованія нашей лабораторiи.
Изъ вышеприведеннаго очевидно, какъ шатки были до по-
слѣдняго времени наши свѣдѣнія о локализаціи центра вкуса
въ мозговой корѣ. Руководясь этимъ, въ нашей лабораторіи
былъ посвященъ цѣлый рядъ работъ болѣе точному выясне-
нію локализаціи этого центра въ корѣ полушарій. Уже на осно-
ваніи изслѣдованій въ своихъ „Проводящихъ путяхъ спинного
и головного мозга“2) я высказался въ томъ смыслѣ, что цен-
тромъ вкуса у приматовъ является область operculi. Затѣмъ въ
течете нѣсколькихъ послѣднихъ лѣтъ въ завѣдываемой мною
лабораторіи были произведены изслѣдованія д-рами Шипо-
вымъ, Трапезниковымъ, Ларіоновымъ и Горшковымъ, которые,
какъ мнѣ кажется, окончательно выяснили вопросъ о локали-
заціи центровъ вкуса въ мозговой корѣ у собакъ.
Прежде всего нѣсколько лѣтъ тому назадъ въ нашей ла-
бораторіи былъ произведенъ цѣлый рядъ опытовъ съ разру-
шеніемъ у собакъ Аммоніева рога (gyr. hypocampi) и сводовой
извилины (g. fornicati), причемъ ни въ томъ, ни въ другомъ
случаѣ не было замѣчено какихъ-либо разстройствъ какъ въ
отношеніи общей чувствительности, такъ и въ отношеніи вкуса
(д-ръ Шиповъ). Эти опыты такимъ образомъ исключаютъ уко-
ренившееся среди многихъ авторовъ мнѣніе о существованіи
центровъ вкуса въ области Аммоніева рога (gyri hypocampi), а
также не отвѣчаютъ и предположенію объ отношеніи сводовой
извилины къ чувству вкуса.
Другіе опыты надъ собаками (д-ръ Трапезниковъ3)) убѣжда-
ютъ, что разрушеніе нижняго отдѣла четвертой наружной из-
вилины соотвѣтственно углу между f. olfactoria и fis. praesylvia
1) Tonnini. Rivista sper. di freniatria, vol. XXIV и XXV. 1898 и 1899.
2) В. Бехтеревъ. Проводящіе пути спинного и головного мозга. Спб.
Изд. 1. 1896—1898.
3) А. В. Трапезниковъ. О центральной иннерваціи глотанія. Дисс.
Спб. 1897.

1240

тотчасъ надъ lob. olfactorius приводить, къ ослабленію вкуса на
противоположной сторонѣ. Двустороннее же разрушеніе выше-
указанной области вмѣстѣ съ нарушеніемъ жеванія приводило
къ двустороннему ослабленію вкуса и нарушенію апетита. При
этихъ опытахъ выяснилось также, что разрушеніе вышеуказанной
области влечетъ за собою перерожденіе волоконъ, которое при
окраскѣ по Marchi между прочимъ удается прослѣдить вплоть
до ядеръ п. glossdpharingei въ продолговатомъ мозгу. При опы-
тахъ, произведенныхъ въ нашей лабораторіи позднѣе и для
другой цѣли (д-ръ Ларіоновъ1)), также оказалось, что ослабленіе
чувства вкуса наступало каждый разъ послѣ разрушенія въ
области четвертой наружной извилины въ вышеуказанномъ
мѣстѣ.
Наконецъ, весь вопросъ о корковыхъ центрахъ вкуса былъ
подвергнутъ въ нашей лабораторіи детальной обработкѣ д-ромъ
Горшковымъ2) причемъ особое вниманіе было обращено на вы-
ясненіе топографіи корковыхъ центровъ вкуса. Для этихъ опы-
товъ выбирались такія собаки, у которыхъ чувство вкуса пред-
ставлялось особенно хорошо развитымъ и которыя, благодаря
этому, живо реагировали на различныя вкусовыя вещества
даже сравнительно небольшой интенсивности. Само собою
разумѣется, что собаки изслѣдовались въ отношеніи вкуса по
нѣскольку разъ до операціи и затѣмъ многократно послѣ опе-
раціи въ теченіе продолжительнаго времени наблюденія. Вмѣ-
стѣ съ тѣмъ, кромѣ вѣса и t° тѣла, у животныхъ изслѣдо-
валась общая чувствительность и обоняніе отдѣльно на каж-
дой сторонѣ.
Что касается вкуса, то изслѣдованіе его у животныхъ произ-
водилось двумя способами: или наносились вкусовыя вещества
на поверхность языка, или они примѣшивались къ пищѣ, при-
чемъ и въ томъ, и въ другомъ случаѣ примѣнялись и жидкія и
порошкообразныя вкусовыя вещества. Жидкія вкусовыя вещества
или смѣшивались съ жидкой пищей или же пропитывались ими
куски твердой пищи. Порошкообразныя вещества насыпались на
языкъ, или же смѣшивались съ жидкой пищей или обсыпались
ими куски твердой пищи. Сладкій вкусъ изслѣдовался растворомъ
тростниковаго сахара или кусочками сахара или же сахарнымъ
1) В. Е. Ларіоновъ. О корковыхъ центрахъ слуха. Дисс. Спб. 1898.
2) Д-ръ Горшковъ. О локализаціи центровъ вкуса въ мозговой корѣ.
Обозр. Психіатріи, 1900.

1241

порошкомъ. Кислый вкусъ изслѣдовался растворомъ лимонной
кислоты, иногда же уксусной или соляной кислоты. Горь-
кій вкусъ изслѣдовался различными горькими веществами,
главнымъ же образомъ солянокислымъ хининомъ въ растворѣ
и отваромъ колоквинта и алоэ въ 5% растворѣ. Соленый вкусъ
изслѣдовался растворами поваренной соли. При нанесеніи жид-
кихъ растворовъ на языкъ употреблялась обыкновенная пипетка-
капельница съ вытянутымъ концомъ и съ гуттаперчевымъ кол-
пачкомъ на другомъ концѣ. Обыкновенно собаки легко привы-
каютъ къ употребленію пипетки.
Вкусовые растворы наносились отдѣльно на кончикъ одной
стороны языка, для чего конецъ пипетки проводился между
зубами, затѣмъ на основаніе языка той же стороны, для чего
конецъ пипетки вводился между щекой и зубами въ простран-
ство между нижней губою и деснами нижней челюсти до задней
стѣнки щеки. При такомъ способѣ выпускаемый растворъ
проходилъ позади крайнихъ зубовъ въ корню языка и при
соотвѣтственномъ наклоненіи головы оставался лишь на своей
сторонѣ. Такимъ же точно образомъ изслѣдовался кончикъ языка
и его основаніе на другой сторонѣ.
Для нанесенія порошкообразныхъ веществъ употреблялся
черенокъ скалпеля или же кисточка.Примѣшиваніе вкусовыхъ
веществъ къ твердой и жидкой пищѣ не требуетъ осо-
быхъ поясненій. Нужно лишь замѣтить, что предлагаемые
животному куски пищи не должны быть малыми во избѣжаніе
быстраго проглатыванія и не должны быть особенно твердыми
во избѣжаніе боли при жеваніи послѣ головной операціи.
Послѣ каждой пробы производилась промывка языка водой
и къ слѣдующей пробѣ прибѣгали лишь послѣ того, какъ со-
бака окончательно успокаивалась отъ предыдущаго раздра-
женія.
Самое изслѣдованіе вкуса производилось согласно указаніямъ
опыта не у очень голодныхъ и не у вполнѣ сытыхъ собакъ.
Кромѣ того предварительно у каждой собаки изучалось инди-
видуальное отношеніе ея къ пищѣ, такъ какъ оказалось, что
нѣкоторыя собаки не ѣли вовсе сырого мяса, а пожирали съ
удовольствіемъ вареное и жареное мясо; однѣ собаки не ѣли
ни чернаго, ни бѣлаго мяса, а другія ѣли и то, и другое; однѣ
охотно пили молоко, а другія имъ пренебрегали. При изслѣдо-
ваніи принималась во вниманіе реакція животнаго на вку-
совыя вещества по сравненію съ реакціей на простую дестил-

1242

лированную воду, которую предварительно животному вливали
въ ротъ тѣми же пріемами, какъ и вкусовыя вещества. Изслѣдо-
ваніе всегда начиналось съ болѣе слабыхъ растворовъ, отъ
которыхъ восходили къ болѣе крѣпкимъ. При этомъ темпе-
ратура воды и растворовъ была одна и та же. Наконецъ, у
оперируемыхъ животныхъ взслѣдовалась и общая и темпе-
ратурная чувствительность языка.
При этихъ опытахъ, произведенныхъ на 42 собакахъ, были
обслѣдованы съ помощью разрушенія различныя части мозговой
коры, какъ тѣ, въ которыхъ предполагалась уже и ранѣе лока-
лизація вкусового центра, такъ и всѣ прочія корковыя области
на верхне-наружной и на нижне-внутренней поверхности. При
этомъ разрушеніе областей производилось какъ съ одной сто-
роны, такъ и съ обѣихъ сторонъ, въ послѣднемъ случаѣ какъ
одновременно, такъ и въ разное время.
Наблюдете оперированныхъ животныхъ производилось послѣ
операціи въ продолженіе періода времени отъ нѣсколькихъ дней
до нѣсколькихъ мѣсяцевъ. Существенные изъ полученныхъ при
этомъ результатовъ сводятся къ слѣдующему:
При двустороннемъ разрушеніи области мозговой коры, распо-
ложенной въ передне-нижнемъ отдѣлѣ третьей и четвертой
первичныхъ извилинъ (g. sylviaci., gyr. ectosylvii ant. и gyr. сотр.
ant.), наступаетъ болѣе или менѣе рѣзкое ослабленіе вкуса,
тогда какъ разрушеніе другихъ областей мозговой коры не
давало замѣтнаго ослабленія вкуса у собакъ. При разрушеніи
указанной выше области въ одномъ полушаріи наступаетъ
ясное ослабленіе вкуса на противоположной сторонѣ и неболь-
шое ослабленіе на соотвѣтствующей сторонѣ, что говорить въ
пользу неполнаго перекрещиванія вкусовыхъ волоконъ. При
этомъ вмѣстѣ съ нарушеніемъ вкуса наступаетъ и потеря
осязательной чувствительности языка также болѣе рѣзкая при
одностороннемъ разрушеніи на противоположной и менѣе рѣз-
кая на соотвѣтствующей сторонѣ.
Въ зависимости отъ размѣровъ разрушенія стоитъ какъ
степень ослабленія вкуса, такъ и продолжительность его раз-
стройства. Такъ, при небольшихъ разрушеніяхъ уже спустя
нѣсколько дней наступаетъ возстановленіе вкуса, тогда какъ при
болѣе значительныхъ разрушеніяхъ ослабленіе вкуса удается
обнаружитъ у животныхъ даже и по истеченіи нѣсколькихъ
недѣль. При двустороннихъ разрушеніяхъ возстановленіе вкуса
происходитъ медленнѣе, но оно все же возможно и притомъ

1243

происходитъ легче и скорѣе при неполныхъ разруше-
ніяхъ вкусовыхъ областей въ обоихъ полушаріяхъ. При час-
тичныхъ разрушеніяхъ вкусовой области наступаетъ ослабленіе
вкуса для отдѣльныхъ вкусовыхъ ощущеній, что служитъ до-
казательствомъ то-
го, что въ разныхъ
частяхъ вкусовой
области мозговой
коры локализи-
руются главныя
категоріи вкусо-
выхъ ощущеній:
горькаго, соле-
наго, кислаго и
сладкаго (фиг. 87).
Вполнѣ точно
опредѣлить тер-
риторію для каж-
даго изъ упомянутыхъ категорій вкусовыхъ ощущеній не удается;
но изъ сопоставленія цѣлаго ряда опытовъ выясняется, что от-
дѣльные вкусовые центры расположены въ упомянутой области
въ видѣ скалы, которую можно намѣтить лишь съ нѣкоторой
вѣроятностью слѣд. образомъ: на gyrus sylviacus ant. (4-й изви-
линѣ) и на ближайшемъ къ ней отдѣлѣ gyr. ectosylvius ant. (3-й
извилинѣ) располагаются спереди назадъ преимущественно об-
ласти для горькаго и соленаго вкуса, а на gyrus ectosylvius ant.
помѣщаются спереди назадъ области для кислаго и сладкаго
и вмѣстѣ съ тѣмъ области для осязательной чувствительности
языка. Послѣдняя область находится въ gyr. ectosylvius ant. въ
сосѣдствѣ съ gyr. syprasylvius ant.
Необходимо замѣтить, что при раздраженіяхъ вкусовыми
веществами слизистой оболочки языка у собакъ почти съ по-
стоянствомъ разнообразныя обнаруживаются рефлекторныя дви-
женія языка и губъ, которыя исчезаютъ или ослабѣваютъ при
удаленіи корковой вкусовой области. Послѣдняя такимъ обра-
зомъ должна быть признана корковымъ центромъ вкуса, въ
которомъ впервые возникаютъ дифференцированныя вкусовыя
отпечатки.
Возможно, что въ ближайшемъ сосѣдствѣ съ этой областью
должна находиться и область для храненія вкусовыхъ отпе-
чатковъ, съ которой также возбуждаются рефлеторныя движе
Фиг. 87. Наружная поверхность мозга собаки; g — область
вкусового центра.

1244

нія. Но спеціальныхъ опытовъ въ этомъ отношеніи еще не
имѣется, вслѣдствіе чего и нельзя указать въ настоящее время
локализаціи такой области. Нѣкоторые изъ опытовъ (д-ръ Тра-
пезниковъ) даютъ возможность предполагать существованіе
такой области вблизи передняго отдѣла 4-й и можетъ быть 3-й пер-
вичной извилины; но, безъ сомнѣнія, это есть не болѣе какъ
предположеніе1).
Движенія, получаемыя съ области вкусового центра.
Какъ и въ другихъ чувственныхъ центрахъ коры, въ об-
ласти вкусового центра, мы находимъ особые пункты, раздра-
женіе которыхъ даетъ двигательный эффектъ въ мышцахъ,
дѣятельность которыхъ находится подъ непосредственнымъ
контролемъ соотвѣтствующихъ чувственныхъ раздраженій.
Въ этомъ отношеніи уже Ferrier при раздраженіи лобнаго,
т. е. передняго отдѣла четвертой извилины, наблюдалъ вытя-
гиваніе верхней губы кверху и расширеніе носовыхъ отверстій.
При изслѣдованіяхъ въ нашей лабораторіи также было
1) Въ послѣднее время появилась работа д-ра Тихомирова (Опытъ строго-
объективнаго изслѣдованія функцій большихъ полушарій у собаки. СПБ.
1906), въ которой онъ пытался убѣдиться въ правильности недостаточно
впрочемъ обоснованнаго предположенія д-ра Бабкина, будто бы т. наз.
условный слюноотдѣлительный рефлекссъ долженъ передоваться отъ чув-
ственныхъ центровъ коры къ вкусовому центру и отъ послѣдняго непосред-
ственно къ продолговатому мозгу. На основаніи всего 4 опытовъ (два съ
одностороннимъ и два съ двустороннимъ полнымъ и неполнымъ удаленіемъ
центра) онъ убѣдился, что условный рефлексъ не исчезалъ, если предвари-
тельно былъ разрушенъ корковый вкусовой центръ; онъ не убѣдился также
и въ отсутствіи или ослабленіи вкуса у оперированныхъ имъ животныхъ.
Нужно однако замѣтить, что авторъ не устанавливалъ предварительно по-
рога вкусового раздраженія у оперированныхъ имъ животныхъ (что суще-
ственно важно) и изслѣдовалъ ихъ въ томъ періодѣ, когда уже могла на-
ступить компенсація разрушенныхъ областей коры другими. Позднѣе про-
изведенныя изслѣдованія д-ра Бѣлицкаго въ нашей лабораторіи между
тѣмъ вполнѣ подтвердили существованіе локализаціи вкусового центра въ
указанной выше области мозговой коры у собакъ и вмѣстѣ съ тѣмъ
доказали полную необходимость при этого рода изслѣдованіяхъ предвари-
тельно устанавливать вкусовой порогъ у оперируемыхъ собакъ. Изъ этихъ
опытовъ выяснилось также, что съ теченіемъ времени сравнительно
легко наступаетъ компенсація разрушенныхъ областей — обстоятельство, вовсе
не принимавшееся во вниманіе въ опытахъ д-ра Тихомирова.

1245

отмѣчено, что раздраженіе фарадическимъ токомъ нижней
части gyri sylv. ant. вызываетъ сокращеніе губъ на противопо-
ложной сторонѣ (фиг. 88).
Далѣе изслѣ-
дованія въ на-
шей лаборато-
ріи (д-ръ Тра-
пезниковъ) по-
казали, что при
этомъ со вкусо-
вой области
удается выз-
вать движеніе
языка и актъ
глотанія, неза-
висимо отъ из-
слѣдованнаго
нами и Останко-
вымъ центра въ
двигательной
области (фиг. 88), съ которой также получается актъ глотанія
(фиг. 89).
Движенія языка и глотаніе, вызываемыя съ области вкусо-
вого центра не прекращаются и послѣ обрѣзыванія вышеука-
занной области, тогда какъ подрѣзываніе совершенно прекра-
щаетъ эти движенія.
Наконецъ, при раздраженіи другихъ мѣстъ упомянутой
области мозговой коры у собаки легко вызываются жеватель-
ныя движенія, которыя очевидно также находятся подъ конт-
ролемъ вкусовыхъ ощущеній.
У обезьянъ движенія жеванія и глотанія, какъ извѣстно, по-
лучаются при раздраженіи самаго нижняго отдѣла централь-
Фиг. 88. Наружная поверхность собачьяго мозга. 1 — смы-
каніе вѣкъ болѣе на противополож. сторонѣ; 2 — сокращеніе
противополож. щеки; 3 — замыканіе челюсти; 4 — движеніе языка;
5 — сокращеніе угла рта на противоложной сторонѣ и раскрытіе
челюстей; 6 — глотаніе; 7 — сокращеніе противоположнаго уха;
8 — смыканіе вѣкъ на противоположной сторонѣ; 9 — сокращеніе
угла рта на противополож. сторонѣ; 10 — раскрытіе рта, а
иногда и движеніе языка; 11 — слабое сокращеніе верхней губы
на противоположной сторонѣ; 12 — глотаніе.
Фиг. 89. Кривая глотательнаго акта, полученная съ точки а (Бехтеревъ и Останковъ).

1246

выхъ извилинъ, что я имѣлъ возможность подтвердить на осно-
ваніи своихъ опытовъ. Послѣдній фактъ находится въ пол-
номъ соотвѣтствіи съ сдѣланнымъ мною указаніемъ, что вку-
совая область у обезьянъ располагается въ области operculi.
Патологическія наблюденія.
Переходя къ разсмотрѣнію клиническихъ наблюденій, относя-
щихся къ занимающему насъ предмету, должно къ сожалѣнію
констатировать, что они отличаются большою скудостью. Въ
этомъ отношеніи прежде всего заслуживаетъ вниманія тотъ
фактъ, что при мозговыхъ корковыхъ пораженіяхъ, какъ напр.
у эпилептиковъ и въ параличномъ слабоуміи1), наблюдается не-
рѣдко частичное пораженіе вкуса, что находится въ полномъ
согласіи съ вышеприведенными изслѣдованіями относительно
обособленія корковыхъ областей для разныхъ вкусовыхъ ощу-
щеній.
Извѣстны также клиническіе случаи съ стойкой потерей
вкуса и обонянія, вслѣдствіе травматическаго пораженія
черепа. Одинъ изъ этихъ случаевъ принадлежитъ Oyle’ю
(Med. Chir. Trans. 1870), другой Ferrier’y. Къ сожалѣнію эти
случаи безъ вскрытія.
Въ случаѣ Feltier2) дѣло шло о больномъ, получившемъ
проломъ черепа до основанія. Въ слѣдующіе за раненіемъ дни
онъ обнаруживалъ упорную потерю вкуса и обонянія.
Я имѣлъ также въ числѣ своихъ наблюденій случай полной
потери вкуса и обонянія послѣ травматическаго пораженія череп-
ныхъ покрововъ въ теменныхъ областяхъ, но также безъ вскрытія.
Что касается клиническихъ наблюденій, относящихся до
локализаціи вкусовой области, то въ виду вышеприведенныхъ
указаній относительно значенія Аммоніева рога, какъ вкусоваго
центра, слѣдуетъ имѣть въ виду, что нѣкоторые авторы, какъ
Meynert3), Sommer4), Bratz5) и др., находили нерѣдко склероти-
1) Д-ръ Германъ. Обозрѣніе Психіатріи № 2, 1899.
2) Peltier. Fracture du crane. Sem. médical. 1872.
3) Sommer. Erkrankung des Ammonshorns als aetiologiches Moment der
Epilepsia. Arch. f. Psych, d. X. 1880.
4) Bratz. Ueber die Ammonshorn bei Epileptischen und paralitiken. Allg. Zeit-
schr f. Psych. Bd. 56. Hft 5. 1899.
5) См. Протоколы Общ. психіатровъ за 1899.

1247

ческое пораженіе Аммоніева рога въ gyr. hypocampi и сосѣднихъ
областяхъ коры у падучныхъ.
Какъ бы ни смотрѣть на причину этого пораженія, заслужи-
ваетъ вниманія фактъ, что у падучныхъ сравнительно рѣдко
наблюдается утрата вкусовыхъ ощущеній. Между прочимъ Som-
mer, наблюдавшій изъ 90 случаевъ падучей въ 30 пораженіе
Аммоніева рога, отмѣчаетъ также относительную рѣдкость раз-
стройства какъ обонянія, такъ и вкуса у этихъ больныхъ.
Эти наблюденія конечно не могутъ быть признаны вполнѣ
убѣдительными для такой цѣли, потому что въ нихъ не были
прослѣжены отдѣльные случаи, въ которыхъ сохраненіе вкуса
было бы констатировано при значительномъ склерозѣ Аммо-
ніева рога.
Въ виду этого съ точки зрѣнія вышеуказаннаго вопроса я
придаю особое значеніе опубликованному мною наблюденію отно-
сительно случая, въ которомъ имѣлось двухстороннее разру-
шеніе почти всего gyp. hypocampi съ частью Аммоніева рога и
gyr. uncinati и съ подлежащимъ бѣлымъ веществомъ височныхъ
долей и въ которомъ тѣмъ не менѣе вкусъ оставался нена-
рушеннымъ при глубокомъ пораженіи памяти1). Случай этотъ
не оставляетъ сомнѣнія въ томъ, что предполагаемая нѣкото-
рыми изъ авторовъ локализація центра вкуса въ области gyri hy-
pocampi и Аммоніева рога не подтверждается и для человѣка.
Точно также и въ случаѣ Bouchard’a2) съ двухстороннимъ
поренцефалическимъ пораженіемъ при верхушкѣ височныхъ
долей съ участіемъ области Аммоніева рога, gyri hypocampi, части
gyri fomicati и lobi lingnalis не наблюдалось измѣненій во вкусѣ,
въ обоняніи, а равно и въ общей, осязательной и мышечной
чувствительности. Но у больного имѣлись рѣзкія измѣненія
психической сферы въ видѣ меланхолическаго угнетенія съ
амнезіей и дезоріентировкой въ отношеніи окружающаго.
Далѣе Ballet3) приводить случай, въ которомъ при сохра-
неніи общей и спеціальной чувствительности наблюдалось обшир-
ное пораженіе височно-основной области. Въ другомъ случаѣ
обнаруживалось глубокое разстройство общей чувствительности,
1) См. Научныя собранія врачей клиники душевныхъ и нервныхъ бо-
лѣзней 25 февр. 1899. Обозрѣніе Психіатріи, № 7. 1899.
2) Bouchard. Destruction du pole sphénidal etc. Societé de neurologie. Paris, 6
Fevrier. 1902. Revue mensuelle № 9. 1902.
3) Ballet. Rech. anat. et cliniques sur ie faisceau sensitif etc. Thèse de Paris.
1881.

1248

но имѣлась полная сохранность слуха, зрѣнія, вкуса и обонянія
На вскрытіи же обнаружено пораженіе обѣихъ теменныхъ долекъ
(верхней и нижней) и всей височно-основной (temporo-sphenoidal)
области и затылочныхъ извилинъ.
Въ виду этихъ фактовъ очевидно, что область вкусового
центра у человѣка должно искать на наружной поверхности
полушарій.
Само собою разумѣется, что въ виду опытовъ надъ живот-
ными слѣдуетъ предполагать, что вкусовой центръ у человѣка
располагается въ области operculi въ сосѣдствѣ съ островкомъ,
вблизи центровъ языка, жеванія и глотанія.
Къ сожалѣнію мы не имѣемъ въ этомъ отношеніи прямыхъ
клиническихъ наблюденій съ разрушеніемъ вышеуказанной
области, гдѣ было бы обращено особое вниманіе на изслѣдо-
ваніе вкуса. Тѣмъ не менѣе въ рядѣ случаевъ корковаго псевдо-
бульбарнаго паралича съ пораженіемъ нижнихъ отдѣловъ цен-
тральныхъ извилинъ отмѣчалось и пораженіе вкуса въ большей
или меньшей степени.
Далѣе въ соотвѣтствіи съ опытами на животныхъ могутъ
быть поставлены наблюденія, въ которыхъ патологическое гнѣздо,
сидѣвшее въ области operculi, приводило къ судорогѣ жеватель-
ныхъ мышцъ. Такой именно случай былъ сообщенъ проф.
Н. М. Поповымъ (Неврологич. Вѣстн. 1899). Такъ какъ изъ
опытовъ мы знаемъ, что раздраженіе вкусовой области
вызываетъ сокращеніе мышцъ, губъ, языка, жевательныхъ и
глотательныхъ, то очевидно, что вышеприведенный случай съ
судорогой жевательныхъ мышцъ говоритъ съ положительностью
въ пользу локализаціи у человѣка центровъ вкуса именно въ
области operculi.
Изъ гнѣздовыхъ пораженій съ потерей вкуса можетъ быть
приведенъ случай V. Gehuchten’a1), который наблюдалъ больного
съ эпилептифорными приступами съ преобладаніемъ судорогъ на
лѣвой сторонѣ. Этотъ больной испытывалъ дурной вкусъ во
рту вмѣстѣ съ нѣжнымъ запахомъ за нѣсколько минутъ до голо-
вокруженія. Тѣмъ не менѣе внѣ приступовъ и вкусъ, и обоняніе
оставались непораженными. При вскрытіи оказалась опухоль,
занимавшая всю толщину лѣваго n. lenticuluris, ограды и боль-
шую часть извилинъ островка. При этомъ некрозъ ткани и
1) V. Gehuchten. Un cas de tumeur cérébral. e avec autopsie. Societe belg. de
neurol. 27 Février. 1900.

1249

гнѣздо кровеизліянія разрушило большую часть основной по-
верхности мозговой коры.
Guyon1) наблюдалъ больного, имѣвшаго съ давнихъ поръ
потерю вкуса и обонянія, причемъ на вскрытіи былъ найденъ
нарывъ въ два пальца длиною соотвѣтственно передней части
первой височно-основной извилины и простиравшійся наружу
и книзу до моста.
Къ сожалѣнію оба эти случая по обширности разрушенія
не могутъ служить для установленія локализации вкусового
центра у человѣка.
Въ литературѣ до сихъ поръ еще не отмѣчались клиниче-
скіе случаи съ психическимъ разстройствомъ вкуса. Между тѣмъ
въ отдѣльныхъ случаяхъ мнѣ встрѣчались больные, которые,
хотя и воспринимали вкусовыя ощущенія, но не могли опре-
дѣлить его характеръ даже и приблизительно и вообще не
узнавали знакомыхъ вкусовыхъ веществъ. Къ сожалѣнію въ
случаяхъ этого рода недостаетъ вскрытія, вслѣдствіе чего
нельзя имѣть и точнаго представленія о мѣстоположеніи
центровъ обонятельныхъ представленій у человѣка.
Руководясь вышеуказаннымъ нами случаемъ съ двусторон-
нимъ размягченіемъ обѣихъ gyri pyriformis и обоихъ Аммоніевыхъ
роговъ съ частью височныхъ долей, въ которомъ вкусъ былъ
сохраненъ, слѣдуетъ лишь заключить, что вышеуказанныя области
не имѣютъ отношенія къ представленіямъ вкуса и нѣтъ вообще
основанія искать такія области на основаніи мозга. Очевидно,
что и область для храненія вкусовыхъ ощущеній должна рас-
полагаться гдѣ либо по сосѣдству съ центромъ для вкусового
воспріятія.
Подкорковые проводники вкусовой области.
Обращаясь къ вопросу о подкорковыхъ проводникахъ вку-
совой области, необходимо имѣть въ виду, что центростреми-
тельными проводниками для нея являются продолженія тѣхъ
вкусовыхъ волоконъ петлеваго слоя, которыя подверглись прет
рыванію въ задне-наружномъ отдѣлѣ зрительныхъ бугровъ (цент-
ральное ядро). Отсюда они поднимаются чрезъ внутреннія части
задняго отдѣла внутренней капсулы въ лучистомъ вѣнцѣ зри-
1) Guyon. Brit. med. journ. 1878.

1250

тельнаго бугра, направляясь къ области вкусоваго центра моз-
говой коры.
По крайней мѣрѣ Ballet, производя послѣдовательные срѣзы,
нашелъ, что вкусовые проводники, какъ и проводники общей
чувствительности проходятъ въ болѣе внутреннихъ частяхъ
внутренней капсулы.
Наряду съ вкусовыми волокнами послѣ прерыванія въ
задне-наружной части thalami къ нижней части центральныхъ
извилинъ поднимаются и центральныя продолженія трой-
ничнаго нерва, въ пользу чего говорятъ между прочимъ
изслѣдованія P. Flechsig’a и Hösel’a, а равно и другихъ авторовъ.
Та часть этихъ центростремительныхъ проводниковъ, которая
передаетъ ощущенія отъ поверхности языка и дужекъ мягкаго
нёба можетъ быть также признаваема за центростремительный
путь вкусовой области, такъ какъ разрушеніе послѣдней, какъ
мы видѣли, обязательно связывается съ ослабленіемъ чувстви-
тельности языка.
Что касается центробѣжныхъ проводниковъ, выходящихъ
изъ области вкусового центра къ подкорковымъ образованіямъ,
то надо имѣть въ виду прежде всего, что вкусовой центръ
стоитъ въ тѣсномъ соотношеніи съ движеніемъ губъ, языка,
жеваніемъ и глотаніемъ, которыя, какъ мы видѣли, легко по-
лучаются при раздраженіи области вкусового центра.
Отсюда очевидно, что проводники для этихъ движеній,
управляемыхъ n. faciale, hypoglosso, trigemino и glossopharingeo,
являются центробѣжными проводниками вкусовой области.
И дѣйствительно, при изслѣдованіяхъ, производимыхъ въ
нашей лабораторіи (д-ръ Горшковъ), послѣ разрушенія вкусового
центра въ корѣ наблюдалось между прочимъ нисходящее пере-
рожденіе во внутренней капсулѣ, затѣмъ нисходящее пере-
рожденіе въ пирамидномъ пучкѣ и въ волокнахъ, оканчиваю-
щихся въ двигательныхъ ядрахъ XI, XII, VII и III пары.
Но независимо отъ этихъ проводниковъ, являющихся оче-
видно произвольно-двигательными проводниками для корковаго
вкусового центра, несомнѣнно имѣются и непроизвольные дви-
гательные пути, связывающіе этотъ центръ съ subst. nigra, раз-
драженіе наружной части которой, какъ показали изслѣдованія
въ вашей лабораторіи (д-ръ Юрманъ), съ постоянствомъ вызываетъ
глотательный актъ, а по Economo въ медіальной ея части за-
ложенъ и центръ жеванія. Далѣе, несомнѣнно имѣется
центробѣжная связь корковаго вкусового центра съ брюш-
нымъ ядромъ thalami optici, какъ показали изслѣдованія въ на-

1251

1) С. I. Economo. Die centralen Bahnen der Kau- und Schlückactes. Pflü-
ger’s Arch. 1902. Bd 91. Hft 1 и 2.
шей лабораторіи (д-ръ Горшковъ). Физіологическое значеніе
этой связи очевидно уже относится къ сферѣ непроизволь-
ныхъ выражающихъ движеній.
Въ заключеніе упомянемъ, что Economo1) послѣ экстирпаціи
центра языка и жеванія въ переднемъ концѣ f. ectosylviae не
могъ прослѣдить перерожденія до ядра n. glossopharingei;
въ его случаяхъ перерожденіе спускалось чрезъ внутреннюю
капсулу, причемъ часть волоконъ достигала поясного слоя зри-
тельнаго бугра и отсюда проникала въ lam. med. externa. Въ
поясномъ слоѣ и въ брюшномъ ядрѣ с и можетъ быть a thalami
и терялись перерожденныя волокна; другая же часть могла
быть прослѣжена чрезъ внутреннюю капсулу въ брюшномъ на-
правленіи въ медіальную часть мозговой ножки и отсюда въ
subst. nigra.
Для выясненія вопроса, какой изъ этихъ проводниковъ
имѣетъ значеніе для жеванія, авторъ производилъ раздраже-
ніе жевательныхъ проводниковъ на разрѣзахъ мозга, причемъ
онъ могъ изслѣдовать жевательный путь чрезъ переднею часть
внутренней капсулы въ медіально-вентральномъ направленіи въ
мозговую ножку до медіальной части передней половины subst.
nigrae Soemmeringii, гдѣ и заложенъ по его мнѣнію соотвѣтствующій
подкорковый центръ.
Эти наблюденія такимъ образомъ не оставляютъ сомнѣнія
въ томъ, что наряду съ волевыми двигательными проводниками,
связывающими вкусовой корковый центръ чрезъ передній отдѣлъ
внутренней сумки, основаніе мозговой ножки и петлевой слой
съ двигательными ядрами черепныхъ нервовъ, изъ него вы-
ходятъ также проводники къ области зрительнаго бугра, оче-
видно, служащіе для непроизвольныхъ выражающихъ движеній,
связанныхъ съ вкусовыми воспріятіями, и проводники къ
области subst. nigrae, являющейся подкорковымъ узломъ, ком-
бинирующимъ въ себѣ разнообразныя движенія, какъ жеваніе,
глотаніе и измѣненіе дыхательныхъ движеній, выполняемыя при
нормальномъ актѣ ѣды.

1252

Фиг. 90. Схема волоконъ и клѣтокъ bulbi
olfactori; Sch — Шнейдерова оболочка съ
бинокулярными клѣтками; gl — glomeruli;
м -митральный клѣтки; е—зернистая клѣтка;
cl—нервная клѣтка вернистаго слоя; f—цен-
тробѣжное волокно; gy— lob. pyriformis; ol—
обонятельное поле.
Корковая обонятельная область. Анатомическія данныя.
Переходя къ разсмотрѣнію корковой обонятельной области,
необходимо прежде всего имѣть въ виду, что единственнымъ
периферическимъ проводникомъ обонятельныхъ впечатлѣній
являются fila olfactoria, вступающія въ bulbus olfactorius (фиг. 90). Хотя
въ прежнее время и высказы-
валось даже такими кори-
феями науки, какъ Claude Ber-
nard, сомнѣніе въ роли обо-
нятельныхъ луковицъ въ
проведеніи обонятельныхъ
впечатлѣній, но въ настоя-
щее время врядъ ли кто-
либо можетъ указать ре-
альный поводъ къ сомнѣ-
нію въ этомъ отношеніи.
Несомнѣнно однако, что
и тройничный нервъ играетъ
извѣстную роль въ опредѣ-
леніи пахучихъ веществъ,
но именно тѣхъ, которыя
дѣйствуютъ раздражающимъ образомъ на слизистую оболочку
вообще, подобно всѣмъ другимъ острымъ веществамъ. Слѣ-
довательно тройничный нервъ даетъ намъ лишь общія ощу-
щенія, имѣющія впрочемъ особое значеніе въ опредѣленіи
пахучихъ веществъ; специфическими же нервами, дающими
намъ собственно обонятельныя ощущенія, являются обонятель-
ныя нити (fila olfactoria,) заканчивающіяся въ обонятельной
долькѣ (lobus olfactorius) у животныхъ и въ обонятельной луко-
вицѣ (bulbus olfactorius) у человѣка.
Высказывавшееся нѣкоторыми авторами предположеніе, что
обонятельныя ощущенія играютъ главную роль въ развитіи у
животныхъ полового влеченія не можетъ быть признано вполнѣ
правильнымъ, такъ какъ удаленіе обѣихъ bulbi olfactorii у co-
бакъ въ опытахъ, произведенныхъ въ нашей лабораторіи
(д-ръ Пуссепъ), не нарушало существеннымъ образомъ по-
лового влеченія, въ развитіи котораго обонятельный органъ
играетъ, хотя быть можетъ и важную, но во всякомъ случаѣ
лишь вспомогательную роль.

1253

Обонятельная долька и луковица, до которыхъ достигаютъ
обонятельныя нити, какъ извѣстно, образуютъ собою видоизмѣ-
ненную мозговую кору, отъ которой проводники идутъ въ
двухъ направленіяхъ: 1) къ подкорковымъ мозговымъ узламъ
чрезъ такъ называемое обонятельное поле (въ области обоня-
тельнаго бугорка) и 2) непосредственно къ мозговой корѣ,
вмѣстѣ съ наружнымъ корешкомъ обонятельной дольки и лу-
ковицы.
Что касается связей обонятельныхъ долекъ и луковицъ съ
подкорковыми мозговыми узлами, то объ этомъ было упомянуто
уже въ другомъ мѣстѣ. Связи же этихъ образованій съ мозго-
вой корой, происходятъ, какъ я убѣдился, на эмбріональныхъ
мозгахъ главнымъ образомъ при посредствѣ наружнаго обоня-
тельнаго корешка, подходящаго своими конечными развѣтвле-
ніями къ верхушкѣ височной доли своей стороны и вступаю-
щаго въ такъ называемый lobus pyriformis.
Должно однако замѣтить, что какъ между всѣми подкор-
ковыми чувствующими центрами, такъ и между lobus olfactorius
той и другой стороны имѣется связь при посредствѣ коммис-
суральнаго пучка передней спайки, которая содержитъ съ одной
стороны чисто коммиссуральныя волокна, съ другой перекре-
стныя волокна, соединяющія lobus olfactorius своей стороны съ bulbus
olfactorius другой стороны. Только что указанная коммиссураль-
ная связь очевидно соотвѣтствуетъ тому тѣсному соотношенію
обонятельныхъ впечатлѣній той и другой стороны, которое
обусловлено самою природою обонятельнаго органа.
Что же касается перекрестной связи, то она очевидно
обусловливаетъ перекрестное отношеніе обонятельныхъ до-
лекъ къ другимъ частямъ мозга.
Значеніе мозговой коры въ отношеніи обонянія.
Одинъ изъ существенныхъ и важныхъ вопросовъ физіологіи
мозга заключается въ томъ, обнаруживаютъ ли собаки, ли-
шенныя полушарій, какія-либо проявленія обонянія? Собаки
Goltz’a, какъ извѣстно, были вполнѣ лишены обонянія, но
у нихъ вмѣстѣ съ полушаріями удалялись и lobi olfactorii,
вслѣдствіе чего эти опыты въ рѣшеніи вышеуказаннаго вопроса
не имѣютъ значенія. Въ виду этого въ особыхъ опытахъ я
производилъ операцію удаленія мозговыхъ полушарій со
включеніемъ обѣихъ височныхъ долей, причемъ lobus и bulbus

1254

olfactorius съ обонятельнымъ полемъ оставались сохраненными.
При этомъ я пытался убѣдиться, имѣются ли у животныхъ
тѣ или другіе признаки обонянія. Оказалось, что такія жи-
вотныя реагируютъ на сильно пахучія вещества, на болѣе сла-
быя они однако не проявляли внѣшней реакціи. Также нельзя
было убѣдиться, чтобы они оріентировались въ отношеніи пи-
щевыхъ веществъ съ помощью своего обонянія.
Все это заставляетъ насъ придти къ выводу, что такія
животныя не только лишены обонятельныхъ представленій,
но и обонятельныя ощущенія не воспринимаются ими по
крайней мѣрѣ во всей полнотѣ. И если возможно говорить
о какомъ-либо воспріятіи обонятельныхъ впечатлѣній живот-
ными безъ полушарій, но съ сохраненными обонятельными
дольками, то не иначе, какъ о воспріятіи ихъ въ такой эле-
ментарной формѣ, которая не даетъ возможности животному
оріентироваться въ отношеніи окружающихъ предметовъ, из-
дающихъ запахи. Опытъ дѣйствительно показываетъ, что какъ
раздраженія Шнейдеровой оболочки (напр. сѣроуглеродомъ),
такъ и электрическое раздраженіе обонятельныхъ луковицъ у
оперированныхъ животныхъ съ удаленіемъ значительной части
мозговыхъ полушарій несомнѣнно отражается какъ на крове-
обращеніи, такъ и на дыханіи, приводя къ экспираторной за-
держкѣ послѣдняго. Такимъ образомъ мы здѣсь имѣемъ ре-
флексъ съ специфическихъ обонятельныхъ нервныхъ провод-
никовъ, — рефлексъ, не исключающій конечно и воспріятія
элеменгарныхъ обонятельныхъ ощущеній. Однако дальше этихъ
заключеній въ разсматриваемомъ нами предметѣ мы идти не
можемъ.
Во всякомъ случаѣ, руководясь вышеизложеннымъ, мы долж-
ны придти къ выводу, что воспріятіе дифференцированныхъ
обонятельныхъ ощущеній, а равно и образованіе обонятельныхъ
представленій есть функція мозговой коры полушарій.
Корковый центръ обонянія. Литературныя указанія.
Возникаетъ теперь вопросъ, какія же области мозговой коры
должны быть признаны обонятельными центрами. Къ сожалѣ-
нію въ этомъ отношеніи до сихъ поръ не существуетъ полнаго
согласія между авторами.
Прежде всего Ferrier, руководясь своими опытами, опредѣ-
ляетъ центръ обонянія въ височной области вблизи ея верхушки

1255

Опыты его были произведены на обезьянахъ, которымъ по-
средствомъ термокаутера чрезъ теменныя и височныя извилины
производилось разрушеніе gyri hypocampi и cornu Ammonis.
Обоняніе при этихъ опытахъ изслѣдовалось съ помощью
уксусной кислоты и амміака. Этотъ способъ изслѣдованія ко-
нечно не свободенъ отъ возраженій, какъ и самый способъ
оперированія животныхъ для разрушенія gyr. hypocampi и Аммо-
ніева рога.
Въ своихъ лекціяхъ Ferrier обращаетъ вниманіе на то обстоя-
тельство, что у осматическихъ животныхъ, у которыхъ обоняніе
развито хорошо, область gyri hypocampi также развита прекрасно,
тогда какъ у аносматическихъ животныхъ она представляется
малою по размѣрамъ.
Это обстоятельство безъ сомнѣнія имѣетъ большое значеніе.
Однако оно не говоритъ безусловно въ пользу локализаціи
чувствующаго обонятельнаго центра именно въ Аммоніевомъ
рогѣ, а доказываетъ лишь ближайшее отношеніе его къ функціи
обонянія.
По Munk’у, который особенно возставалъ противъ точности вы-
шеуказанныхъ опытовъ Ferrier’а, центръ обонянія располагается
по сосѣдству съ извилиной Аммоніева рога1). Нужно впрочемъ
замѣтить, что Munk, высказывая свое мнѣніе опирается въ сущ-
ности не на прямые опыты, а на патологическій случай одной
изъ оперированныхъ имъ собакъ, у которой онъ удалилъ обѣ
зрительныя сферы и которая, вслѣдствіе того, была слѣпою. У
этой собаки онъ обнаружилъ между прочимъ неспособность
обонять мясо. При вскрытіи же кромѣ разрушенія, вызваннаго
операціей, онъ нашелъ размягченіе обѣихъ gyri hypocampi, кото-
рыя были превращены въ кисту.
Luciani на основаніи своихъ опытовъ признаетъ, что Аммо-
ніевъ рогъ является центральнымъ пунктомъ обширной обоня-
тельной области, занимающей значительную часть височной и
теменной доли. По изслѣдованіямъ автора даже частичное
разрушеніе Аммоніева рога причиняетъ ослабленіе обонянія, а
вначалѣ даже и полное его прекращеніе. При этомъ авторъ
убѣдился, что каждый обонятельный центръ стоитъ въ соотно-
шеніи съ обѣими половинами носа, хотя болѣе всего съ соот-
вѣтствующей его стороной.
Мы уже упоминали ранѣе, что Аммоніевъ рогъ по Luciani
имѣетъ также отношеніе къ функціи слуха и зрѣнія.
1) Η. Munk. Ueber die Functionen des Grosshirnrinde. Berlin. 1881.

1256

Позднѣе этихъ изслѣдованій Luciani появились изслѣдованія
Fasola1) изъ той же лабораторіи. Авторъ этотъ удалялъ у
собакъ сначала одинъ Аммоніевъ рогъ, а затѣмъ и другой.
Результатъ изслѣдованія сводится къ тому, что Аммоніевъ рогъ
имѣетъ отношеніе къ функціи обонянія, зрѣнія и слуха. Такъ
какъ авторъ при своихъ опытахъ производилъ разрушеніе Ам-
моніева рога послѣ предварительнаго удаленія задней части
полушарія, то легко понять, что у оперированныхъ животныхъ
наблюдалось разстройство зрѣнія и слуха.
Что касается обонянія, то необходимо упомянуть, что на-
блюдаемое въ первое время послѣ операціи рѣзкое пониженіе
обонянія возстановлялось вполнѣ уже въ теченіе 2—3 недѣль
послѣ операціи. Обстоятельство это можетъ наводить на мысль,
что авторъ имѣлъ дѣло не съ чувствующимъ центромъ
обонянія.
Въ позднѣйшей работѣ Luciani въ сотрудничествѣ съ Seppilli,
хотя и не приводится опытовъ, спеціально относящихся къ
разрушенію Аммоніева рога, но въ числѣ другихъ описаны 4
опыта, въ которыхъ было произведено между прочимъ частич-
ное удаленіе Аммоніева рога. Эти опыты даютъ авторамъ по-
водъ высказать положеніе, что Аммоніевъ рогъ представляетъ
собою центральный пунктъ обонятельной сферы, причемъ даже
частичныя его разрушенія приводятъ къ рѣзкому разрушенію
обонянія.
При одностороннемъ удаленіи Аммоніева рога обоняніе на-
рушается съ обѣихъ сторонъ, изъ чего авторы заключаютъ, что
имѣется неполный перекрестъ обонятельныхъ волоконъ въ го-
ловномъ мозгу. Кромѣ того авторы подобно Luciani указываюсь
на отношеніе Аммоніева рога къ зрительной и слуховой функціи.
По ихъ опытамъ оказывается, что, если послѣ удаленія зритель-
ныхъ сферъ въ корѣ затылочныхъ долей слѣпота оказывалась
неполной, то послѣдовательное удаленіе Аммоніева рога при-
водило къ полной душевной слѣпотѣ. То же самое наблюдалось
и въ отношеніи слуха.
Выводы эти однако не могутъ быть признаны безупречными,
такъ какъ не видно, чтобы авторы утвердительно могли ска-
зать, что въ ихъ опытахъ не были задѣты зрительная и слу-
ховая сферы.
1) G. Fasola. Sulla fisiologia del grande hipocampo. Rivista sper. di Freniatria.
Anno XI. 1885.

1257

Позднѣе д-ръ Осиповъ опубликовалъ изслѣдованіе изъ ла-
бораторіи проф. Munk’a1), относящееся къ тому же предмету.
Въ опытахъ этого автора Аммоніевъ рогъ удалялся чрезъ
мозговую рану на уровнѣ 2 и 3 затылочныхъ извилинъ и чрезъ
вскрытіе бокового желудочка.
Вслѣдъ за удаленіемъ одного рога такая же операція про-
изводилась надъ другимъ рогомъ. При изслѣдованіи обонянія
авторъ прибѣгалъ къ помощи мяса и нѣжно пахучаго хмѣ-
левого масла, производящаго на собакъ крайне непріятное впе-
чатлѣніе.
Самое изслѣдованіе обонянія у животныхъ производилось
съ завязанными глазами, причемъ сущность изслѣдованія сво-
дилась къ тому, чтобы выяснить, на какомъ разстояніи отъ
носа собака реагировала на мясо или хмѣлевое масло.
При этихъ опытахъ авторъ получилъ отрицательные резуль-
таты какъ въ отношеніи вкуса, такъ и обонянія. Что же ка-
сается разстройства зрѣнія и слуха, то они по нему въ до-
статочной мѣрѣ объясняются нарушеніемъ проводниковъ, иду-
щихъ къ неповрежденнымъ участкамъ сѣраго вещества зри-
тельной и слуховой сферы.
Несмотря на вышеуказанныя изслѣдованія, Onodi2) недавно
высказался въ пользу того, что у человѣка центръ обонянія
помѣщается въ gyr. hypocampi и въ uncus.
Изслѣдованія нашей лабораторіи.
Изъ вышеизложенааго ясно, что вопросъ о локализаціи
обонятельнаго центра въ мозговой корѣ оставался невыяснен-
нымъ до позднѣйшаго времени въ самой существенной своей
части. Руководясь этимъ, я предложилъ занимавшемуся въ
нашей лабораторіи д-ру Горшкову вновь подвергнуть этотъ
вопросъ систематическому изслѣдованію и провѣркѣ.
Для изслѣдоваанія обонянія у собакъ употреблялись: мясо
въ различныхъ видахъ (сырое, вареное, жареное, собачье мясо
свѣжее и разлагающееся), хлѣбъ и вата, напитанная моло-
комъ. Кромѣ того примѣнялись и другія пахучія вещества,
напримѣръ, іодоформъ, вонючая камедь, камфора, скипи-
1) Осиповъ. Изслѣдованіе физіологическаго значенія Аммоніева рога по
методу выпаденія функціи. Невр. Вѣстн. 1900.
2) Onodi. Die Rindencentren des Geruches und der Stimmbildung. Arch. f.
Laryngol. Bd. 14. 1903. Revue hebdom. d. Laryngol. № 15, 417. 1903.

1258

даръ, гвоздичное и мятное масло, хлороформъ и растворъ 80%
уксусной кислоты. Изслѣдованія производились съ каждой
ноздрей въ отдѣльности, при чемъ другая при этомъ затампо-
нировалась или закрывалась ватой.
Глаза при изслѣдованіи закрывались полотенцемъ. Оказа-
лось, что на всѣ пищевыя пахучія вещества собаки реаги-
руютъ хорошо даже издали, на другія же пахучія вещества
реагируютъ лишь въ томъ случаѣ, если они находятся вблизи
и въ достаточномъ количествѣ.
Такъ какъ оказалось затруднительно ослаблять запахъ пище-
выхъ веществъ, то пришлось прибѣгнуть къ опредѣленію разстоя-
нія, при которомъ животныя начинали реагировать на пахучія
вещества или тѣмъ, что тянулись къ нему, чтобы схватить,
или тѣмъ, что отворачивались отъ него.
Обыкновенно послѣ примѣненія одного пахучаго вещества
собакѣ давался отдыхъ.
Изслѣдованіе всегда велось въ такомъ порядкѣ, что примѣня-
лись сначала менѣе пахучія вещества, а позднѣе — болѣе пахучія.
Само собою разумѣется, что предва-
рительно опытовъ выяснялось индиви-
дуальное отношеніе животнаго къ разно-
образнымъ пахучимъ веществамъ.
Все изслѣдованіе произведено на 16
опытахъ считая въ томъ числѣ 4 кон-
трольныхъ.
При этихъ опытахъ выяснилось, что
областью обонянія у животныхъ должно
признавать lobus или g. pyriformis (фиг. 91).
Такъ какъ разрушеніе этой области при-
водитъ къ стойкому уничтоженію обонянія
на соотвѣтствующей сторонѣ, которое
можетъ быть наблюдаемо и послѣ уда-
ленія bulbi и tract. olfactorii, то, оче-
видно, что въ области gyri pyriformis
должно признать существованіе обоня-
тельнаго центра, предназначеннаго для
воспріятія дифференцированныхъ обоня-
тельныхъ ощущеній.
Опыты показали однако, что и разрушеніе сосѣднихъ обла-
стей мозговой коры, особенно subiculi cornu Ammonis (gyri hypo-
campi), приводитъ къ ослабленію обонянія на соотвѣтствующей
сторонѣ, которое однако съ теченіемъ времени постепенно
Фиг. 91. Мозгъ собаки съ
основанія. Заштрихованная
область справа представляетъ
собою область, которая при
удаленіи приводитъ къ потерѣ
обонянія.

1259

исчезаетъ. Этотъ фактъ заставляетъ предполагать, что и въ
обонятельной сферѣ мы можемъ различать собственно центръ
воспріятія обонятельныхъ ощущеній и расположенный по сосѣд-
ству съ нимъ центръ обонятельныхъ представленій. Разрушеніе
перваго приводитъ всегда къ стойкимъ измѣненіямъ въ сферѣ
обонянія, тогда какъ разрушеніе второго даетъ лишь времен-
ныя явленія, благодаря тому, что постоянно притекающія че-
резъ чувственный центръ обонянія новыя впечатлѣнія, откла-
дываясь въ уцѣлѣвшихъ частяхъ мозговой коры, создаютъ но-
вый запасъ обонятельныхъ представленій.
Подтвержденіемъ вышесказаннаго служить то обстоятель-
ство, что у осматическихъ животныхъ, какъ извѣстно, область
gyri hypocampi съ snbiculum развита прекрасно, тогда какъ у
аносматическихъ животныхъ эта часть мозга представляется
малою по размѣрамъ. Это обстоятельство уже само по себѣ,
какъ мы упоминали выше, говорить въ пользу отношенія вы-
шеуказанной области къ сферѣ обонянія.
Двигательныя явленія, получаемыя при раздраженіи
обонятельной области.
Уже изъ опытовъ Ferrier’a мы знаемъ, что электрическое раздра-
женіе lobi hypocampi вызываетъ поворотъ губъ и носового отверстія
на ту же сторону съ частичнымъ ихъ закрытіемъ, какъ будто бы
животное слышало сильный запахъ. Этотъ эффектъ по Ferrier’y
получается при раздраженіи собственно крючковиднаго конца
gyri hypocampi, т. е. gyri uncinati или pyriformis, расположенной
при верхушкѣ височной доли и являющейся чувствительнымъ
обонятельнымъ центромъ мозговой коры.
Необходимо замѣтить, что при раздраженіи gyri pyriformis
при изслѣдованіяхъ въ нашей лабораторіи (д-ръ Горшковъ) съ
постоянствомъ обнаруживалось сокращенiе также ноздри на
своей сторонѣ.
Въ нашихъ опытахъ надъ собаками ряздраженіе въ области
сосѣдней съ наружнымъ корнемъ n. olfactorii съ постоянствомъ
вызывало усиленныя дыхательныя движенія.
Очевидно такимъ образомъ, что съ lobus pyriformis resp. съ цен-
тра обонянія приводятся въ движеніе мышцы лица, управляющія
движеніями ноздрей и губъ, стоящими въ тѣсномъ соотношеніи
съ отправленіемъ органа обонянія, а также движенія ды-

1260

хательнаго аппарата являющіяся существенно необходимыми
при внюхиваніи пахучихъ веществъ и при отвращеніи отъ
нихъ.
Нѣтъ никакого сомнѣнія, что дѣло идетъ здѣсь о двигатель-
ныхъ рефлекторныхъ центрахъ, подобныхъ тѣмъ, которые мы
находимъ и въ другихъ чувственныхъ центрахъ мозговой коры,
какъ напр. въ зрительномъ и слуховомъ центрахъ.
Патологическія наблюденія.
Обращаясь къ клиническимъ наблюденіямъ, мы находимъ
здѣсь рядъ указаній, вполнѣ подтверждающихъ данныя экспе-
римента относительно локализаціи корковаго обонятельнаго
центра.
Такъ, Chardon и Griffith сообщаютъ случай, въ которомъ было
ослаблено обоняніе на одной сторонѣ. При вскрытіи обнару-
жена опухоль, захватившая gyr. uncinate, при чемъ обонятель-
ный нервъ остался неповрежденнымъ. Равнымъ образомъ,
имѣется рядъ наблюденій надъ случаями эпилепсіи, въ кото-
рыхъ имѣлась обонятельная аура, при вскрытіи же обнаружи-
валось участіе въ пораженіи gyri uncinati (случаи Η. Jakson’a,
Beevor’a, Hamilton’a и др.).
Въ упомянутомъ выше случаѣ съ двустороннимъ пора-
женіемъ lobi pyriformis обоняніе отсутствовало, какъ можно было
судить по анамнестическимъ даннымъ, хотя къ сожалѣнію оно
не могло быть при жизни обслѣдовано.
Кромѣ того я могъ иногда констатировать у больныхъ съ
церебральными пораженіями своеобразное явленіе, заключав-
шееся въ томъ, что больные, слышали запахи, но не могли ихъ
узнавать. Здѣсь, очевидно, дѣло шло уже объ утратѣ не обо-
нятельныхъ ощущеній, а ихъ воспоминательныхъ образовъ,
иначе говоря, обонятельныхъ представленій. Къ сожалѣнію,
всѣ эти случаи остались безъ вскрытія.
Такимъ образомъ, руководясь патологическими наблюденіями
на людяхъ, мы также должны придти къ выводу, что чувствен-
нымъ центромъ обонянія является область lobi pyriformis, при
чемъ и сосѣднія съ ней gyr. hypocampi и g. fornicatus имѣютъ из-
вѣстное отношеніе къ обонянію, представляя по всей вѣрояности
ту область, въ которой хранятся обонятельныя представленія.
Въ связи съ вышеизложеннымъ заслуживаетъ вниманія

1261

тотъ фактъ, что у индѣйцевъ и китайцевъ по Kaes’y1) gyr.
fornicatus съ ея системой волоконъ болѣе развита, нежели у
германской расы, что можетъ быть поставлено въ связь съ
тѣмъ, что первые народы болѣе пользуются своимъ обоня-
ніемъ, нежели европейцы, и вырабатываютъ, очевидно, болѣе
сложныя обонятельныя представленія.
Подкорковые проводники обонятельной области.
Переходя къ разсмотрѣнію проводниковъ, связывающихъ
корковые центры обонянія съ периферіей тѣла, необхо-
димо прежде всего указать, что по взгляду многихъ авто-
ровъ 2), центростремительный обонятельный путь составляется
изъ трехъ невроновъ: изъ периферическаго, достигающаго
bulbus olfactorius, изъ промежуточнаго или средняго, идущаго отъ
bulbus olfactorius до rhinencephalon или основного обонятельнаго
поля (обонятельный бугорокъ, переднее дырчатое пространство)
и центральнаго идущаго отъ rhinencephalon до hyppocampus pallii.
Надо однако замѣтить, что hyppocampus, какъ показываютъ физіо-
логическія изслѣдованія, не служитъ собственно чувственнымъ
обонятельнымъ центромъ, заложеннымъ, какъ мы видѣли, въ
gyr. pyriformis. Поэтому вышеуказанный путь очевидно долженъ
имѣть другое значеніе.
На основаніи своихъ изслѣдованій я убѣдился, что изъ
bulbus olfactorius выходитъ одинъ сравнительно рано развиваю-
щійся пучокъ, лежащій по наружной части tractus olfactorius и
направляющійся непосредственно къ g. pyriformis. Этотъ пучокъ,
входящій въ составъ наружнаго пучка bulbi olfactorii, очевидно
и долженъ быть разсматриваемъ, какъ центростремительный
путь обонянія.
Подтвержденіемъ вышесказаннаго могутъ служить опыты,
произведенные въ нашей лабораторіи д-ромъ Горшковымъ3), кото-
рый изслѣдовалъ обонятельные проводники, разрушая у собакъ
центръ обонянія, лежащій въ gir. pyriformis. Послѣ односторон-
няго удаленія этого центра наблюдалось небольшое переро-
1) Kaes. A brief summary of the researches of the Kaes etc. Journ. of comp.
neur. Vol. X. № 3. 1900.
2) Констанаянъ. Ученіе о проводящихъ путяхъ и центрахъ обонянія.
Дисс. Ростовъ-на-Дону, 1902.
3) Горшковъ. Невр. Вѣстн., т. X, вып. 1, 1902.

1262

жденіе, главнымъ образомъ, на своей, частью на противопо-
ложной сторонѣ въ lob. olfactorius, частью въ bulbus olfactorius и
особенно въ наружномъ корнѣ tractus olf.
О роли другихъ корешковъ обонятельной луковицы будетъ
сказано ниже.
Центробѣжными проводниками, связывающими область кор-
коваго обонятельнаго центра съ подкорковыми областями, какъ
показали изслѣдованія, производимыя въ нашей лабораторіи
(д-ръ Горшковъ), являются волокна fimbriae и свода и волокна
лучистаго вѣнца thalami optici. Волокна thalami optici служатъ
очевидно, для передачи непроизвольныхъ выражающихъ дви-
женій, возбуждаемыхъ обонятельнымъ органомъ; что же ка-
сается волоконъ свода, то они являются тѣми проводниками,
при посредствѣ которыхъ передается вліяніе обонятельныхъ
корковыхъ центровъ на другіе подкорковые центры мозгового
ствола, стоящіе въ соотношеніи съ corp. mamillaria.
Особое развитіе волоконъ свода у всѣхъ вообще макросми-
ческихъ животныхъ стоитъ, безъ сомнѣнія, въ соотвѣтствіи съ
большимъ развитіемъ обонятельныхъ центровъ и вмѣстѣ съ
тѣмъ съ большимъ вліяніемъ у нихъ органа обонянія на дви-
гательную сферу.
Такъ какъ миндалевидное ядро относится къ области gyr.
pyriformis, слѣдовательно является частью обонятельной области,
то и пучокъ, выходящій изъ него въ видѣ stria cornea и окан-
чивающійся въ tub. cinerem, является также центробѣжнымъ
рефлекторнымъ пучкомъ, передающимъ обонятельныя впеча-
тлѣнія къ области tub. cinerei.
Равнымъ образомъ и область gyri hypocampi и fornicati стоитъ
въ непосредственной связи съ подкорковыми центрами глав-
нымъ образомъ при посредствѣ волоконъ длиннаго свода.
При разрушеніяхъ въ области g. fornicati, производимыхъ въ
нашей лабораторіи (д-ръ Шиповъ), обнаруживалось самостоя-
тельное вторичное перерожденіе волоконъ длиннаго свода, ко-
торое распространялось въ область обонятельнаго поля, къ
corp. mamillare и частью чрезъ tenia thalami къ ядру уздечки.
Надо думать такимъ образомъ, что область gyri fornicati, стоя-
щая въ ближайшемъ соотношеніи съ gyr. pyriformis и вѣроятно
имѣющая извѣстное отношеніе къ образованію обонятельныхъ
представленій, передаетъ соотвѣтствующіе импульсы къ подкор-
ковымъ узламъ, какъ мы видѣли, имѣющимъ отношеніе къ
дыханію и другимъ движеніямъ, связаннымъ съ обонятельной
функціей.

1263

Существуютъ указанія, что tractus olfactorius имѣетъ само-
стоятельный путь, направляющійся кзади въ область зритель-
наго бугра.
По крайней мѣрѣ по Obersteiner’y часть волоконъ коммис-
суральнаго обонятельнаго пучка переходитъ кзади къ thalamus
opticus, образуя такимъ образомъ рефлекторный путь для пере-
дачи обонятельныхъ впечатлѣній къ двигательнымъ центрамъ
thalami. Надо впрочемъ замѣтить, что этотъ пучокъ еще да-
леко не обслѣдованъ въ должной степени, чтобы мы могли
на немъ подробнѣе остановиться.
Но несомнѣнно, что въ области такъ-называемаго обонятель-
наго поля на основаніи мозга resp. въ обонятельномъ бугоркѣ
и въ переднемъ дырчатомъ пространствѣ мы имѣемъ подкор-
ковую рефлекторную обонятельную область, чрезъ которую обо-
нятельные импульсы передаются по соедивительнымъ пучкамъ
къ другимъ подкорковымъ образованіямъ, служа къ развитію
обонятельныхъ рефлексовъ. Прежде всего изъ каудальныхъ от-
дѣловъ обонятельной дольки, изъ обонятельнаго бугорка и пе-
редняго дырчатаго пространства идетъ горизонтальный пучокъ,
который по Констанаяну1) въ направленіи кзади оканчивается
одной частью въ боковомъ ядрѣ с. mammillaris (f. olfactoria mammil-
laris), другой частью переходитъ въ tegmentum (f. olfactoria teg-
menti). Такъ какъ изъ corp. mammillare въ свою очередь выходятъ
волокна въ tegmentum, то вышеуказаннымъ путемъ обонятель-
ные импульсы могутъ передаваться непосредственно къ дви-
гательнымъ образованіямъ tegmenti.
Къ этому пути примыкаетъ очевидно и часть волоконъ
длиннаго свода, оканчивающаяся въ области обонятельнаго поля.
A. Wallenberg2) затѣмъ подробнѣе изслѣдовалъ по методу
перерождения указанныя еще Bonegger’омъ связи обонятельной
доли съ основными частями мозга и Edinger’омъ, какъ „обонятель-
ное развѣтвленіе къ среднему и межуточному мозгу“. По автору
этотъ „основной обонятельный путь происходить большею
частью изъ основного обонятельнаго слоя areae olfactoriae и по-
лучаетъ во время своего хода прибавки изъ лобныхъ частей
с. striati и изъ ядра основного продольнаго пучка, что пред-
ставляетъ по автору обонятельное поле въ широкомъ смыслѣ
слова. Большая часть его волоконъ оканчивается безъ перекре-
щивания; медіально же заложенныя волокна перекрещиваются
1) Констанаянъ. Loco cit., стр. 240.
2) A. Wallenberg. Der Basale Riechbündel d. Kaninchens. Anat. Anzeiger. XX.
1901, № 7.

1264

въ decussatio hypothalamica, въ переднихъ ножкахъ мозжечка и
внутри моста. Изъ среднихъ волоконъ часть оканчивается въ
кругломъ узлѣ между subst. nigra и перекрестомъ свода, дру-
гая часть по обѣ стороны перекреста переходитъ къ централь-
ное сѣрое вещество; третья же продолжается въ задній про-
дольный пучокъ. Кромѣ того пучки изъ основного обонятель-
наго поля входятъ въ центральное сѣрое вещество aq. Sylvii и
въ ближайшія части ромбовидной ямки, въ ядро n. oculomotorii и
trochlearis, въ узлы form. reticularis lateralis моста и въ передніе
столбы resp. передніе рога, куда они проникаютъ черезъ задній
продольный пучокъ.
Мы не можемъ входить здѣсь въ обсужденіе этихъ дан-
ныхъ съ анатомиической стороны. Что же касается физіоло-
гической стороны вопроса, то нельзя сомнѣваться въ томъ, что
въ области основного обонятельнаго пучка должны между про-
чимъ проходить рефлекторныя связи обонятельныхъ долей съ
дыхательными подкорковыми и другими рефлекторными
центрами. Въ пользу этого предположенія по крайней
мѣрѣ говорятъ произведенные въ нашей лабораторіи опыты,
изъ которыхъ выяснилось, что послѣ вкола въ переднюю
часть сѣраго бугра по сосѣдству съ зрительнымъ перекре-
стомъ дыханіе пріостанавливается въ инспираціи, а затѣмъ
обнаруживались глубокія дыхательныя экскурсіи. Тѣ же
явленія получались и въ томъ случаѣ, когда въ мозговую
рану вводились электроды и пропускался токъ. Иногда этимъ
путемъ вызывалась даже полная остановка дыханія, такъ что
приходилось прибѣгать къ искусственному дыханію1). Эти из-
мѣненія очевидно представлялись рефлекторнаго происхожденія
и не могутъ быть объяснены иначе, какъ путемъ раздраженія
проходящихъ здѣсь по основанію мозга въ каудальномъ на-
правленіи проводниковъ, выходящихъ изъ обонятельнаго поля
въ нисходящемъ направленіи.
Роль мозговыхъ полушарій въ отношеніи слуха.
Значеніе мозговыхъ полушарій въ отношеніи слуха было
впервые оцѣнено еще Flourens’омъ. Какъ извѣстно, вслѣдъ за
удаленіемъ полушарій у птицъ и мелкихъ животныхъ Flourens
наблюдалъ вмѣстѣ съ утратой воли и интеллекта также утрату
1) Саковичъ. О вліяніи сѣраго вещества дна 3-го желудочка и зритель-
наго бугра на температуру тѣла. Дисс. Спб. 1897., стр. 85.

1265

чувственнаго воспріятія и между прочимъ утрату зрѣнія и
слуха. Очевидно, что эти опыты не оставляютъ сомнѣнія въ
важномъ значеніи мозговыхъ полушарій для слуха. Правда,
Flourens, являясь защитникомъ единства психическихъ функцій
въ мозговыхъ полушаріяхъ, не обозначалъ на поверхности по-
слѣднихъ какого-либо особаго слуховаго центра, тѣмъ не менѣе
его опыты положили впервые прочное основаніе воззрѣнію, что
слуховое воспріятіе невозможно при отсутствіи мозговыхъ по-
лушарій и слѣдовательно въ нихъ, точнѣе говоря, въ мозговой
корѣ происходитъ процессъ воспріятія слуховыхъ впечатлѣній-
Впослѣдствіи однако Magendie вопреки мнѣнію Flourens’a выска-
зался въ томъ смыслѣ, что по снятіи большого и малаго мозга
вкусъ, обоняніе и слухъ у млекопитающихъ не поражаются. Позд-
нѣйшіе авторы высказывали также довольно противорѣчивые
взгляды относительно значенія полушарій и подлежащихъ
областей мозга въ области слуха.
Надо замѣтить, что до начала развитія ученія о локализа-
ціяхъ въ мозговой корѣ не могло быть никакихъ вообще по-
пытокъ точнѣе локализировать слуховой центръ въ мозговыхъ
полушаріяхъ, а потому указанія позднѣйшихъ авторовъ ка-
саются лишь вопроса о значеніи въ отношеніи слуха полу-
шарій вообще и ниже лежащихъ областей мозга. Въ этомъ отно-
шеніи мы упомянемъ съ самаго начала о наблюденіяхъ Longet,
по которому вслѣдъ за удаленіемъ большихъ полушарій мозга
у молодыхъ кошекъ, собакъ и кроликовъ не наблюдалось ни-
какой вообще реакціи на самыя сильныя звуковыя раздраженія,
тогда какъ птицы вслѣдъ за удаленіемъ полушарій отъ вы-
стрѣла открывали глаза и поднимали голову, послѣ чего снова
приходили въ свое обычное сонливое состояніе. Съ другой
стороны удаленіе мозжечка не оказывало никакого вообще
вліянія на слухъ. На основаніи этихъ опытовъ Longet признавалъ
области мозгового ствола (собственно средняго мозга) мѣстами
возникновения ощущеній (sensorium commune), относя къ дѣятель-
ности полушарій болѣе сходные психическіе процессы въ видѣ
представленій.
Позднѣе “Vulpian, удаляя у крысъ большія полушарія
вмѣстѣ съ полосатыми тѣлами и зрительными буграми, убѣ-
дился въ томъ, что эти животныя вслѣдъ за операціей еще
хорошо реагируютъ на свистъ. Руководясь этими опытами, онъ
призналъ въ области Вароліева моста существованіе центровъ
слуховыхъ ощущеній и вмѣстѣ съ тѣмъ существованіе цен-
тровъ выражающихъ движеній.

1266

Равнымъ образомъ опыты другихъ авторовъ, какъ Renzi,
Lussana и Lemoigne’я привели къ аналогичнымъ результатамъ. У
животныхъ вслѣдъ за удаленіемъ мозговыхъ полушарій кромѣ
зрительной реакціи на свѣтовыя впечатлѣнія, о которой была
уже рѣчь при разсмотрѣніи корковаго зрительнаго центра, все
еще можно было вызвать поворачиваніе головы на сильные
звуки (напр. выстрѣлъ изъ пистолета). Такимъ образомъ уда-
леніе полушарій не исключало вполнѣ ни зрѣнія, ни слуха.
Результаты всѣхъ этихъ изслѣдованій привели къ тому,
что въ область мозговыхъ полушарій стали относить только
представленія, т. е. переработанныя чувственныя впечатлѣнія,
тогда какъ первичныя или простыя чувственныя впечатлѣнія
относили къ области центровъ мозгового ствола. Послѣдній,
какъ чувственный мозгъ, противополагали мозговымъ полу-
шаріямъ, роль котораго сводится къ болѣе высшей интеллекту-
альной дѣятельности.
Локализація корковаго слуховаго центра. Первоначальныя
изслѣдованія Ferrier’a.
Такъ приблизительно дѣло обстояло до тѣхъ поръ, пока
извѣстный своими многочисленными опытами надъ мозгомъ
проф. Ferrier въ половинѣ 70-хъ годовъ не указалъ болѣе или
менѣе точно на локализацію слухового центра въ корѣ высшихъ
млекопитающихъ1). Подобно тому, какъ раздраженіе въ области
затылочной доли, вызывая движеніе глазныхъ яблокъ, впервые
послужило указаніемъ на существованіе въ корѣ затылочной
области зрительнаго центра, также точно и раздраженіе коры
височной доли книзу отъ задняго конца fossae Sylvii, вызывая,
движеніе уха, послужило Ferrier’y основаніемъ для открытія
здѣсь слухового центра.
Своими опытами съ каутеризаціей Ferrier показалъ, что при
разрушеніи верхней височно-основной извилины (g. temporo-sphe-
noidalis) у обезьянъ теряется слухъ на противоположной сторонѣ,
тогда какъ другія функціи у животныхъ остаются ненарушен-
ными.
При разрушеніи той же извилины съ обѣихъ сторонъ у
животнаго наблюдалась глухота на оба уха. У другой обезьяны,
1) D. Ferrier. Proceeding of the r. soc. of London. Phil. Trans. 1875.
V. 165, British Medic. Journ. 1875. August. — Function of the Brain.

1267

Изслѣдованія H. Munk’a.
Вскорѣ послѣ первоначальныхъ изслѣдованій Ferrier’a начали
появляться изслѣдованія проф. Munk’a, который изложилъ ре-
зультаты своихъ опытовъ въ рядѣ сообщеній Берлинскому фи-
зиологическому обществу и Берлинской Королевской Академіи
наукъ 2).
На основаніи своихъ изслѣдованій Munk призналъ, что слу-
ховой центръ у собакъ помѣщается въ задней части височной
доли. При этомъ оказалось, что съ разрушеніемъ опредѣлен-
ной центральной области можно было вызвать не полную
глухоту, а душевную глухоту и лишь разрушеніе всего слухо
*) Ferier and Іео Philos. Trans. 1884 Vol. 175.
2) H. Munk. Ueber die Functionen der Grosshirnrinde Ges Mitth. Berlin 1881.
у которой предварительно путемъ разрушенія gyr. angularis была
вызвана слѣпота на противоположный глазъ, разрушеніе сѣ-
раго вещества верхнихъ височныхъ извилинъ привело также
къ ясной глухотѣ животнаго, не смотря на сохраненіе движенія
и всѣхъ остальныхъ родовъ чувствительности кромѣ зрѣнія.
Правда, если вблизи этой обезьяны производили громкій
звукъ, то она выражала какъ бы удивленіе, но по мнѣнію Ferrier’a
мы здѣсь имѣемъ дѣло со слуховымъ рефлексомъ подобно
тому, какъ и у птицъ съ удаленными полушаріями наблюда-
лось поворачиваніе головы въ сторону сильнаго звука, произ-
водимаго напр. выстрѣломъ изъ пистолета.
Такимъ образомъ Ferrier въ результатѣ своихъ опытовъ
приходитъ къ выводу, что въ верхней височной извилинѣ
обезьянъ и въ аналогичныхъ частяхъ мозга прочихъ животныхъ
помѣщается особый слуховой центръ, разрушеніе котораго при-
водитъ къ психической глухотѣ.
Впослѣдствіи Ferrier вмѣстѣ съ Іео1) въ отвѣтъ на критику
его воззрѣній со стороны другихъ авторовъ вновь повторилъ
свои опыты надъ двумя обезьянами, произведя имъ разрушеніе
верхней височно-основной извилины. При этомъ было найдено,
какъ и въ прежнихъ опытахъ, рѣзкое ослабленіе слуха на про-
тивоположной сторонѣ, благодаря чему Ferrier и Іео высказы-
ваются за прежній взглядъ Ferrier’a о мѣстоположеніи въ верхней
височно-основной извилинѣ слухового центра для противопо-
ложной стороны.

1268

вого центра вызываетъ по Munk’y полную и окончательную
глухоту.
Полная или по терминологіи автора корковая глухота на
противоположное ухо по опытамъ Munk’a происходитъ при удале-
ніи у собакъ коры задняго отдѣла 2 и 3 височныхъ извилинъ.
При удаленіи упомянутаго отдѣл обѣихъ височныхъ долей
получается двусторонняя полная глухота, при чемъ опериро-
ванная собака переставала лаять
Оперированныя такимъ образомъ животныя совершенно не
обращали вниманія на сильныя звуковыя раздраженія и
даже не производили при этомъ никакихъ вообще движеній
ушными раковинами.
Интересно, что вмѣстѣ съ глухотой животнаго послѣдова-
тельнымъ образомъ развивалась и нѣмота. Первоначально у
оперированной собаки лай дѣлался болѣе монотоннымъ и
жесткимъ, затѣмъ онъ начиналъ постепенно слабѣть пока на-
конецъ черезъ двѣ недѣли не исчезалъ совершенно.
Нельзя не отмѣтить здѣсь того факта, что по опытамъ
Munk’a въ слуховомъ центрѣ коры воспринимаются не представ-
ленія только но и слуховыя ощущенія, благодаря чему съ полнымъ
разрушеніемъ этого центра собака становится вполнѣ глухою.
Слѣдовательно по опытамъ Munk’a роль чувственнаго мозга,
который по мнѣнію другихъ авторовъ долженъ быть помѣ-
щаемъ въ мозговомъ стволѣ, переносится въ область мозговой
коры; па долю же центровъ мозгового ствола остаются оче-
видно лишь одни рефлекторныя отправленія.
Достойно вниманія, что при одностороннемъ разрушеніи
слуховой области собака на звуки реагируетъ по преимуществу
движеніемъ уха соотвѣтствующей стороны. Вмѣстѣ съ тѣмъ
при звукахъ она поворачиваетъ голову и туловище въ направ-
лен^ оперированной стороны благодаря тому, что слухъ на
оперированной сторонѣ остался сохраненнымъ. Производя по-
слѣдовательно замыканіе ватой того и другого уха у опериро-
ваннаго вышеуказаннымъ образомъ животнаго авторъ убѣдился,
что одностороннее удаленіе слухового центра вызываетъ глу-
хоту на противоположное ухо, иначе говоря существуетъ
перекрестная связь каждаго уха съ противоположнымъ мозго-
вымъ полушаріемъ.
Выше мы уже упоминали, что въ области слуховой сферы
въ заднемъ отдѣлѣ второй борозды Munk отмѣчаетъ особую
область, разрушеніе которой вызываетъ не полную глухоту, а
лишь явленія душевной глухоты.

1269

Такимъ образомъ по Munk’y слуховой центръ, помѣщающійся
при заднемъ отдѣлѣ височной доли точно также, какъ и зри-
тельный центръ, содержитъ въ себѣ центральную область, въ
которой будто бы хранятся воспоминательные образы слуховыхъ
впечатлѣній.
Удаленіе этихъ областей въ обоихъ полушаріяхъ мозга вы-
зываетъ психическую глухоту, совершенно подобную зритель-
ной слѣпотѣ, иначе говоря, вызываетъ состояніе, когда живот-
ное слышитъ, но не узнаетъ звуковыя впечатлѣнія и не пони-
маетъ ихъ значенія, такъ какъ у него утрачены слуховыя пред-
ставленія и воспоминательные слуховые образы.
Современемъ однако оперированная собака вновь научается
понимать звуки и слова путемъ опыта и воспитанія. Она
является какъ бы въ положеніи новорожденнаго щенка, кото-
рый долженъ еще учиться понимать звуки, но, такъ какъ мы
имѣемъ дѣло со взрослымъ и умственно развитымъ животнымъ,
то естественно, что оно пріобрѣтаетъ новый опытъ много ско-
рѣе, нежели новорожденный щенокъ. Совершенно аналогичные
результаты были получены Munk’омъ и надъ обезьянами.
Позднѣйшіе опыты Munk’a, относящееся къ 1881 году
дали небезынтересныя данныя относительно частичныхъ раз-
рушеній слуховой сферы.
Въ этихъ новыхъ опытахъ Munk убѣдился, что при непол-
номъ разрушеніи обѣихъ слуховыхъ сферъ однѣ собаки хорошо
различали свисты, другія шумъ, третьи лай или зовъ, будучи
въ то же время глухи къ другимъ звукамъ. Основываясь на
этомъ фактѣ, Munk предпринялъ затѣмъ систематическія изслѣ-
дованія съ частичными разрушеніями слуховой сферы. Для
этой цѣли онъ предварительно вызывалъ у собакъ полную глу-
хоту на одно ухо съ помощью разрушенія улитки.
Затѣмъ, разрушая ту или другую часть слуховой сферы на
той же сторонѣ, онъ изслѣдовалъ слухъ животнаго раз-
личными звуковыми раздраженіями и тонами. Въ результатѣ
этихъ опытовъ выяснилось, что передняя часть слуховой сферы
располагающаяся ближе къ fossa Sylvi служитъ для воспріятія
высокихъ тоновъ, тогда какъ задняя часть слуховой сферы
служитъ для воспріятія болѣе низкихъ тоновъ. Такъ при уда-
леніи двухъ заднихъ третей слуховой области собака не реаги-
ровала на низкіе тоны органной трубки, на басовый голосъ и
на низкіе шумы, напр. при ударахъ въ барабанъ. Напротивъ
того при разрушеніи переднихъ отдѣловъ слуховой сферы со-
бака не различала высокихъ тоновъ, тонкаго голоса и высокихъ

1270

шумовъ. Достойно вниманія, что въ первомъ случаѣ собака
становилась нѣмой, какъ и всѣ вообще глухія собаки, тогда
какъ во второмъ случаѣ она продолжала лаять попреж-
нему.
Далѣе, по мнѣнію Munk’a обыденный слухъ собаки локали-
зировался преимущественно въ нижней области слуховой сферы,
такъ какъ при разрушеніи ея собака слышитъ очень плохо
и лаетъ отрывисто, тогда какъ при разрушеніи верхней части
слуховой сферы собака повидимому слышитъ все, хотя и
не понимаетъ звуковъ; лай же остается сохраненнымъ по-
прежнему.
Вышеприведенныя изслѣдованія привели Munk’a къ выводу,
что различныя области слуховой сферы служатъ для воспріятія
разныхъ тоновъ и что послѣдовательный переходъ отъ болѣе
низкихъ тоновъ къ болѣе высокимъ происходитъ по направле-
нію выпуклой книзу дуги, огибающей конецъ fiss. postsylviae по
Owen’y или задній конецъ второй борозды.
Къ сожалѣнію отъ дальнѣйшихъ изслѣдованій въ этой инте-
ресной области Munk долженъ былъ отказаться, вслѣдствіе
крайней утомительности подобнаго рода изслѣдованій.
Выше мы уже упоминали, что по Munk’y въ корѣ мозга со-
бакъ и обезьянъ должны быть локализированы не одни только
представленія, но и ощущенія, такъ какъ собаки и обезьяны
вслѣдъ за полнымъ двустороннимъ разрушеніемъ слуховой
сферы становится совершенно глухими, а современемъ даже и
глухонѣмыми.
Этотъ свой взглядъ на локализацію слуховыхъ ощущеній
въ мозговой корѣ впослѣдствіи Munk распространилъ и
на другихъ болѣе низшихъ животныхъ, не исключая и
птицъ.
Дѣлая спеціальные опыты съ удаленіемъ мозговыхъ полу-
шарій у кроликовъ и птицъ, авторъ убѣдился, что послѣ такой
операціи эти животныя вопреки мнѣнію прежнихъ авторовъ
становятся вполнѣ глухими и слѣпыми1).
Разнорѣчіе между своими результатами и результатами
прежнихъ авторовъ въ этомъ вопросѣ авторъ объясняетъ тѣмъ,
что онъ удалялъ у животныхъ безусловно всѣ мозговыя полу-
шарія, чего будто бы не достигали при своихъ опытахъ преж-
ніе авторы.
1) Выводы эти впрочемъ не простираются на лягушекъ.

1271

Понятіе о психической глухотѣ и слѣпотѣ
По поводу вышеприведенныхъ изслѣдованій надо замѣтить
что явленія психической глухоты, по крайней мѣрѣ что касается
глухоты къ словамъ, уже давно были извѣстны въ клини-
ческой потологіи и есть всѣ основанія думать, что поня-
тіе объ этихъ явленіяхъ было заимствовано физіологами
изъ области клинической патологіи въ томъ смыслѣ, что
когда физіологи столкнулись съ фактами, отвѣчающими
состоянію психической или душевной безчувственности, то они
уже нашли въ клинической патологіи рядъ строго провѣрен-
ныхъ наблюденій, которыя не только не оставляли сомнѣнія
въ существованіи подобнаго рода явленій, но и представляли
собою подробно разработанную картину этого своеобразнаго
разстройства. Естественно, что эти клиническіе факты не могли
не повліять и на выясненіе аналогичныхъ фактовъ,наблюдаемыхъ
и у животныхъ.
Сколько намъ извѣстно, Ferrier первый установилъ понятіе
о подобнаго рода явленіяхъ у животныхъ съ разрушеніемъ
опредѣленныхъ областей мозговой коры.
Надо замѣтить, что при разрушеніи области gyri angularis у
обезьянъ по Ferrier’y наблюдается разстройство зрѣнія въ про-
тивоположномъ глазу съ характеромъ амбліопіи. При этомъ
нѣтъ полной слѣпоты, такъ какъ собака обходитъ препятствія, но
оцѣнка зрительныхъ представленій является у ней нарушенною
Собака не узнаетъ пищи, хозяина и проч., словомъ является ду-
шевно слѣпою. Подобныя же явленія были констатированы
Ferrier’омъ и по отношенію къ слуху при разрушеніи височныхъ
извилинъ.
Особенно же подробно развилъ ученіе о душевной слѣпотѣ
и глухотѣ у животныхъ проф. Munk въ Германіи. Что ка-
сается психической или душевной глухоты, то Munk понимаетъ
подъ этимъ терминомъ въ сущности явленіе, совершенно ана-
логичное тому, что извѣстно въ клинической патологіи подъ
названіемъ словесной глухоты и амузіи. Животное при суще-
ствованіи душевной глухоты слышитъ, но не понимаетъ и не
узнаетъ слышаннаго, какъ человѣкъ съ словесной глухотой
слышитъ, что ему что-то говорятъ, но не понимаетъ и не узнаетъ
слышанныхъ словъ и съ другой стороны человѣкъ съ амузіей
слышитъ звуки, но не узнаетъ ихъ музыкальныхъ особенно-
стей и не можетъ пѣть мотивовъ.

1272

Какъ мы видѣли выше, Munk въ области слухового центра
у собакъ, который онъ локализируетъ на поверхности средней
и задней части височной доли, отмѣчаетъ область, въ которой
будто бы хранятся воспоминательные слуховые образы и разру-
шеніе которой приводитъ къ тому, что животное, утративъ всѣ
воспоминательные образы, хотя и слышитъ звуки, но эти звуки
для него являются совершенно новыми; оно не узнаетъ и не пони-
маетъ звуковъ, иначе говоря, животное становится душевно глу-
химъ. Оно не узнаетъ такимъ образомъ голоса своего хозяина,
не понимаетъ страшныхъ для него ранѣе звуковъ кнута и т. п.
Возраженія противъ признанія въ корѣ особаго слухо-
вого центра.
Говоря объ изслѣдованіяхъ Munk’a, нельзя не привести
здѣсь и результаты опытовъ его противника по вопросу о ло-
кализаціи въ мозговыхъ полушаріяхъ проф. Goltz’a.
При своихъ опытахъ Goltz первоначально производилъ вы-
мываніе сѣраго вещества мозговыхъ полушарій струей воды
на большомъ протяженіи, благодаря чему получались обшир-
ныя разрушенія мозговой поверхности въ одномъ или обоихъ
полушаріяхъ мозга. Но впослѣдствіи онъ самъ призналъ
недостаточность своего метода, такъ какъ при этомъ спо-
собѣ нѣтъ возможности точно судить о величинѣ разру-
шеній; главный же недостатокъ метода Goltz’a по нашему
мнѣнію заключается въ томъ, что Goltz вмѣсто того, чтобы
руководиться при раздраженіяхъ коры мозга анатомическимъ
основаніемъ, напр. извилинами или развѣтвленіемъ тѣхъ или
другихъ пучковъ въ корѣ. или добытыми уже физіологиче-
скими данными, напр. обозначеніемъ на корѣ мѣстоположенія
тѣхъ или другихъ центровъ, уже указанныхъ другими авто-
рами, произвольно дѣлилъ мозговую поверхность на большія
области или квадраты, удаляя путемъ выспринцовыванія че-
резъ трепанаціонныя отверстія то одинъ изъ квадратовъ,
то другой.
Естественно, что при такомъ способѣ далеко не часто мо-
жетъ быть произведено полное удаленіе того или другого
центра. Это замѣчаніе имѣетъ силу въ особенности по отно-
шению къ слуховому центру, расположенному въ области ви-
сочной доли, слѣд. вблизи основанія черепа, въ трудно до-
ступной для оперативнаго вмѣшательства части мозговой по-

1273

1) Goltz. Pflügers Arch. 1879. — Ueber die Verrichtungen des Grosshirns.
верхности. Затѣмъ большой вопросъ, когда наблюдать живот-
ныхъ послѣ произведенной операціи: вскорѣ ли послѣ
операціи или много позднѣе. Естественно, что спустя
извѣстное время тѣ или другіе результаты произведенной опе-
раціи постепенно изглаживаются путемъ замѣняющей функціи
другихъ областей мозга и такимъ образомъ первоначальный
эффектъ операціи постепенно затушевывается.
Этими двумя условіями, мнѣ кажется, главнымъ образомъ
и слѣдуетъ объяснить тотъ фактъ, что проф. Goltz первоначально
отрицалъ существованіе опредѣленнаго мѣстоположенія ка-
кихъ-либо центровъ въ мозговой корѣ. Впослѣдствіи же
наблюдая животныхъ съ утратой тѣхъ или другихъ функцій
вслѣдъ за удаленіемъ части мозговой коры, онъ уже пересталъ
высказываться столь рѣшительно противъ ученія о локализа-
ціяхъ центровъ въ мозговой корѣ, пока наконецъ не перешелъ
на сторону лицъ, не отвергающихъ этого ученія въ прин-
ципѣ, но признающихъ лишь мѣстоположеніе корковыхъ цен-
тровъ не столь ограниченнымъ, какъ допускаютъ строгіе при-
верженцы ученія о мѣстоположеніи центровъ въ мозговой
корѣ.
Такимъ именно образомъ случилось и съ слуховымъ цен-
тромъ въ изслѣдованіяхъ Goltz’a. Послѣ первоначальнаго со-
вершенно отрицательнаго отношенія къ существованию этого
центра въ корѣ, Goltz уже въ 1879 г.1) послѣ удаленія у собаки четы-
рехъ квадратовъ мозговой коры нашелъ у нея вмѣстѣ съ рѣзкимъ
ослабленіемъ кожной чувствительности и зрѣнія ясно выра-
женную глухоту. Правда, Goltz не призналъ эту собаку ни со-
вершенно слѣпой, ни совершенно глухой, а лишь съ ослабле-
ніемъ зрѣнія и тугимъ слухомъ, но во всякомъ случаѣ онъ
призналъ аналогію въ отношеніи нарушеній слуха у этой со-
баки съ той потерей слуха, которую наблюдали у собакъ и
обезьянъ Ferrier и Munk вслѣдъ за двустороннимъ удаленіемъ
коры большого мозга въ области височныхъ долей. Надо впро-
чемъ замѣтить, что и позднѣе, даже еще въ 1881 году, Goltz
высказывался въ томъ смыслѣ, что въ корѣ мозга не суще-
ствуетъ строго ограниченныхъ центровъ для разныхъ органовъ
чувствъ.
Оспаривая ученіе о строго ограниченныхъ центрахъ мозго-
вой коры, вмѣстѣ съ тѣмъ Goltz высказался и противъ лока-
лизаціи собственно ощущеній въ мозговой корѣ и въ частно-

1274

сти слѣд. слуховыхъ ощущеній. Большой опорой для этого
мнѣнія служатъ его позднѣйшіе опыты съ полнымъ удаленіемъ
мозговыхъ полушарій у собакъ. Оперированная имъ собака
вслѣдъ за полнымъ удаленіемъ мозговыхъ полушарій будто
бы не была глуха, что удостовѣряетъ и проф. Ewald. По Goltz’y
эта собака просыпалась подъ вліяніемъ шума; при рѣзкихъ же
звукахъ рожка она двигала ушами, встряхивала головой, вста-
вала съ мѣста и даже поднимала ту или другую лапу къ уху;
обыкновенные же шумы не производили на нее никакого влія-
нія. Вмѣстѣ съ тѣмъ эта собака весьма разнообразно обнару-
живала свой голосъ могла ворчать и лаять.
Необходимо замѣтить, что тѣ выводы, которые Goltz дѣ-
лаетъ изъ этихъ своихъ опытовъ, какъ и ранѣе высказанные
имъ взгляды, подверглись рѣзкой критикѣ со стороны проф.
Munk’a, который всѣ проявленія слуховой, равно какъ зритель-
ной и осязательной реакціи у оперированной Goltz’емъ собаки
признаетъ не за сознательныя, а за рефлекторныя.
Надо, впрочемъ, замѣтить, что въ этомъ спорѣ между двумя
представителями физіологіи мозговыхъ центровъ упущено одно
очень важное обстоятельство, которое лучше всего, быть мо-
жетъ, и объясняетъ возникшія разнорѣчія по вопросу о сохра-
нившихся функціяхъ и проявленіяхъ психики у оперированной
Goltz’емъ собаки. Дѣло въ томъ, что операція удаленія мозго-
вой коры у собаки Goltz’a производилась въ нѣсколько пріе-
мовъ, раздѣленныхъ значительными промежутками времени
(не менѣе нѣсколькихъ мѣсяцевъ), благодаря чему у живот-
наго въ значительной мѣрѣ уже могли возстановиться перво-
начально утраченныя функціи, благодаря замѣняющей дѣятель-
ности подлежащихъ областей мозга. Естественно, что такая
собака какъ въ отношеніи разстройствъ слуха, такъ и въ
отношеніи разстройствъ другихъ мозговыхъ функцій, не мо-
жетъ быть и сравниваема съ тѣми собаками, у которыхъ раз-
стройства, обусловленныя операціей, наблюдаются тотчасъ же
или вскорѣ послѣ этой операціи и у которой никакой замѣны
утраченныхъ мозговыхъ функцій еще не наступило.
Изслѣдованія Luciani, Tamburini и другихъ авторовъ.
Изъ авторовъ, работавшихъ надъ слуховымъ центромъ, мы
остановимся еще на работахъ Luciani, Tamburini, Brown’a и Schäf-
fer’a и нѣкоторыхъ другихъ.

1275

При опытахъ Luciani и Tamburini1) вслѣдъ за разрушеніемъ
задней части 3-й первичной извилины у собакъ наблюдалась
двусторонняя глухота, при чемъ на противоположной сторонѣ
глухота была выражена много рѣзче, представляясь почти пол-
ною, тогда какъ на соотвѣтствующей сторонѣ она представля-
лась значительно менѣе выраженной.
Современемъ однако различіе въ слухѣ той и другой сто-
роны болѣе или менѣе выравнивается, но при этомъ нельзя
было убѣдиться въ полномъ возстановленіи слуха. Если за-
тѣмъ послѣ относительнаго возстановленія слуха у животнаго
удалить слуховой центръ другой стороны, то въ результатѣ
обнаруживается почти полная глухота на оба уха и почти въ
одинаковой степени. Впослѣдствіи и въ этомъ случаѣ слухъ
возстановляется, но нельзя опредѣлить съ точностью, насту-
паетъ ли у оперированныхъ животныхъ полное возстановленіе
слуха.
Въ опытахъ авторовъ при разрушеніи второй извилины у
животныхъ наступала слѣпота въ противоположномъ глазу,
тогда какъ со стороны слуха не обнаруживалось никакого
ослабленія.
Въ окончательныхъ выводахъ авторы признаютъ, что слухо-
вой центръ собаки находится въ верхне-задней части 3-й на-
ружной извилины, хотя онъ можетъ распространяться и за
вышеозначенные предѣлы. Далѣе, для объясненія возстано-
вленія слуха у оперированныхъ животныхъ авторы допускаютъ
замѣну разрушенныхъ областей мозга со стороны здоровыхъ
частей мозговой коры, какъ это наблюдается вездѣ и всюду
при разрушеніи мозговой коры; при одностороннемъ же разру-
шеніи мозговой коры происходитъ замѣна утраченной функціи
со стороны центровъ другого полушарія
Спустя нѣсколько лѣтъ Luciani вмѣстѣ съ Seppilli выпустили
книгу о локализаціи функцій2), въ которой они привели рядъ
новыхъ опытовъ относительно центровъ мозговой коры и между
прочимъ слухового, собравъ въ то же время и клиническій
матеріалъ, подтверждающій физіологическія изслѣдованія.
Къ сожалѣнію авторы для изслѣдованія слуха кромѣ упот-
ребляемыхъ въ нѣкоторыхъ случахъ камертоновъ прибѣгли къ
небезупречному способу изслѣдованія, опредѣляя слухъ опери-
1) Rivista sperim. di freniatria 1879.
2) Luciani und Seppilli. Die Furctions-Localisation auf d. Grosshirnrinde.
Leipzig. 1886. Uebers. v. Fraenkel.

1276

рованныхъ животныхъ съ помощью шумовъ отъ бросаемыхъ
на полъ кусковъ пищи.
Въ одномъ случаѣ было произведено собакѣ четыре опе-
раціи въ теченіе 4 мѣс. Въ теченіе перваго мѣсяца были уда
лены обѣ височныя доли послѣдовательно одна за другой съ
промежутками въ 1/2 мѣсяца. При третьей операціи была уда-
лена кора лѣвой затылочной области съ расширеніемъ разру-
шенія кпереди и книзу. Наконецъ спустя нѣсколько времени
было сдѣлано разрушеніе и правой затылочной области.
Въ этомъ случаѣ слухъ падалъ послѣ каждой операціи
преимущественно съ противоположной стороны; со временемъ
же онъ возстановлялся въ большей или меньшей степени
кромѣ того собака ослѣпла, вслѣдствіе удаленія обѣихъ заты-
лочныхъ долей, и сдѣлалась слабоумной. Въ другомъ опытѣ
съ разрушеніемъ въ два пріема обѣихъ височныхъ долей
авторы наблюдали послѣ каждой операціи развитіе полной
глухоты противоположнаго уха.
При удаленіи коры въ передней части височной доли и въ
нижней теменной области съ обѣихъ сторонъ у собаки послѣ
каждой операціи обнаруживалась потеря слуха на противопо-
ложное ухо, а спустя 7 мѣсяцевъ у ней обнаруживалась лишь
душевная глухота.
При неполномъ двустороннемъ удаленіи височныхъ обла-
стей у собаки авторы наблюдали только сильную тупость слуха
съ обѣихъ сторонъ. При другихъ опытахъ съ одностороннимъ
разрушеніемъ височной доли у животнаго наблюдали глухоту
на противоположное ухо.
Наконецъ у животныхъ, которымъ удалялись затылочныя и
теменныя области, наблюдалось временное пониженіе слуха на
противоположной сторонѣ, но, какъ оказывается, при чтеніи про-
токоловъ лишь въ тѣхъ случаяхъ, когда операціей захватыва-
лась и часть 3-й первичной извилины.
Кромѣ того при разрушеніи височныхъ долей авторы иногда
наблюдали пониженіе осязательной чувствительности. Зрѣніе
также иногда нарушалось, но лишь въ незначительной степени
и временно, вѣроятнѣе всего вслѣдствіе совмѣстнаго пораженія
второй первичной извилины.
Въ концѣ концовъ авторы подтверждаютъ локализацію цен-
тровъ движенія и органовъ чувствъ и между прочимъ слухо-
вого центра, указанную уже другими авторами, но они находятъ,
что эти центры не представляются строго обособленными, а
покрываютъ въ извѣстной мѣрѣ другъ друга, переходя въ со-

1277

сѣдніе центры, причемъ въ пораженныхъ областяхъ происхо-
дитъ постепенное ослабленіе дѣятельности корковыхъ центровъ.
Этотъ выводъ впрочемъ въ значительной мѣрѣ ослабляется
тѣмъ обстоятельствамъ, что при своихъ изслѣдованіяхъ авторы
не руководились анатомическими границами тѣхъ или дру-
гихъ областей мозга, вслѣдствіе чего при операціяхъ разру-
шенія одного центра они естественно могли захватить и часть
другого.
Сверхъ того на основаніи своихъ изслѣдованій авторы при-
ходятъ къ выводу, что каждый слуховой нервъ долженъ обла-
дать подобно зрительному нерву перекрестными и непере-
крестными волокнами; при этомъ и тѣ, и другія волокна раз-
сѣиваются не въ опредѣленныхъ частяхъ слухового центра, а
на всей его поверхности.
Здѣсь же мы упомянемъ еще о работѣ Tonini1) изслѣдова-
ніе котораго впрочемъ произведено лишь на двухъ собакахъ,
причемъ разрушались преимущественно верхніе отдѣлы височ-
ныхъ долей. Какъ бы то ни было, результаты автора въ общемъ
согласны съ данными ранѣе поименованныхъ изслѣдованій.
Вслѣдъ за операціей слухъ сильно слабѣлъ; съ другой стороны
обнаруживалось небольшое пониженіе слуха и на соотвѣтствую-
щей сторонѣ. Со временемъ же наблюдалось постепенное возста-
новленіе слуха съ самаго начала на соотвѣтствующей сторонѣ, а
затѣмъ и на противоположной. При разрушеніи у той же со-
баки височной доли на другой сторонѣ обнаруживались тѣ же
самыя явленія съ соотвѣтствуюшими измѣненіями въ отноше-
ніи стороны наибольшаго пониженія слуха. Въ общемъ авторъ
поддерживаетъ мнѣніе другихъ изслѣдованій о локализаціи
слуха въ височныхъ доляхъ и признаетъ неполное перекрещи-
ваніе слуховыхъ волоконъ съ преобладаніемъ перекрещиваю-
щихся волоконъ. Новостью въ выводахъ автора является лишь
то, что по его мнѣнію поврежденіе верхнихъ отдѣловъ височ-
ной доли приводитъ къ пораженію слуха лишь съ противопо-
ложной стороны, тогда какъ удаленіе нижней части височной
доли приводитъ къ пораженію слуха съ обѣихъ сторонъ.
Врядъ ли однако возможно дѣлать такой выводъ при ограни-
ченномъ числѣ произведенныхъ авторомъ опытовъ. Слѣдуетъ
еще упомянуть, что при разрушеніи височныхъ долей двига-
тельная и чувствительная сфера по наблюденіямъ автора вовсе
не нарушается.
1) Tonini. Rivista sperim. di freniatria. 1896, vol. XX II, fasc. III.

1278

Позднѣе Ferrier въ своихъ лекціяхъ, говоря о слуховомъ
центрѣ, помѣщаетъ его въ первой височной извилинѣ. Между
прочимъ онъ останавливается на своемъ, опытѣ надъ обезьяной,
которую онъ демонстрировалъ на Лондонскомъ конгрессѣ въ
1881 г. и которой онъ за 6 недѣль передъ тѣмъ посредствомъ
прижиганія разрушилъ обѣ верхнія височныя извилины.
Обезьяна представлялась совершенно глухою и оставалась въ
такомъ положеніи до того, какъ была убита 13 мѣсяцевъ спустя
послѣ операціи. Позднѣйшіе опыты съ двустороннимъ разру-
шеніемъ верхнихъ височныхъ извилинъ дали тѣ же результаты.
Напротивъ того одностороннее разрушеніе первой височной
извилины въ опытахъ автора никогда не вызывало продолжи-
тельной глухоты на одно ухо, что вполнѣ согласно съ указа-
ніями Luciani и Tamburini. Ferrier приводитъ между прочимъ и
клиническія наблюденія, доказывающія подобную же локали
зацію слухового центра у человѣка.
Далѣе, Alt и Biedl1) при опытахъ надъ собаками убѣдились,
что удаленіе коры височной доли вызываетъ болѣе или менѣе
значительное пораженіе слухового воспріятія на тоны, рѣчь и
шумы и притомъ на обѣихъ сторонахъ, но на противоположной
сильнѣе, чѣмъ на соотвѣтствующей. Пораженіе слуха всегда
было преходящимъ и на соотвѣтствующей сторонѣ исчезало
уже по истеченіи нѣсколькихъ дней, тогда какъ на противо-
положной сторонѣ по истеченіи нѣсколькихъ недѣль. Двусто-
роннее разрушеніе приводило къ двустороннему ослаблѣнію
слуха.
Мы не имѣемъ въ виду касаться здѣсь анатомической ли-
тературы, относящейся къ слуховому центру, и можемъ лишь
указать въ этомъ отношеніи на интересную работу Strohmayer’a2)
объ анатомическомъ положеніи слухового центра въ корѣ.
Но нельзя не упомянуть здѣсь объ отрицательныхъ резуль-
татахъ физіологическихъ изслѣдованій слухового центра въ
височныхъ доляхъ. Эти отрицательные результаты принадле-
жатъ изслѣдованіямъ Horsey’я и Schaffer’a3) и затѣмъ Sanger
Brown’a и Schaffer’a.4) Horsley и Schäffer, чтобы провѣрить ученіе
Ferrier’a и Leo о вліяніи разрушенія gyri uncinati на чувствитель-
ность противолежащей стороны, удаляли попутно у обезьянъ боль-
шую часть височной доли и при этомъ находили, что слухъ у нихъ
1) F. Alt u. A. Biedl. II manicomio med. XV. 1—2. 1899.
2) Strohmayer, Monatsschrift f. Psychiatrie. 1901.
3) Horsley and Schäffer. Philosoph. Transactions. 1888, p. 19—21, 31—39.
4) Philosoph. transactions. 1888, p. 303.

1279

1) Schäffer. Brain. 1888.
представлялся повидимому сохраненнымъ. Надо однако замѣ-
тить, что верхняя височная извилина по заявленію самихъ
авторовъ удалялась ими несовершенно. Если вмѣстѣ съ тѣмъ
принять во вниманіе, что изслѣдованіе слуха у обезьянъ пред-
ставляетъ, вообще говоря, большія трудности, что отмѣчаютъ
и сами авторы, то представляется весьма страннымъ, что изъ
такихъ опытовъ авторы дѣлаютъ выводы въ основѣ противо-
рѣчащіе опытамъ Ferrier’a и Munk’a.
Что касается изслѣдованій Sanger’a, Brown’a и Schäffer’a надъ
слуховыми центрами у обезьянъ, то изъ работы послѣдняго1) мы
узнаемъ слѣдующее: при полномъ удаленіи верхнихъ височныхъ
извилинъ съ обѣихъ сторонъ у обезьянъ (хотя у одной или
двухъ обезьянъ по словамъ автора все же были обна-
ружены небольшія части сѣраго вещества внутри бороздъ)
слухъ не представлялся ослабленнымъ болѣе или менѣе замѣт-
нымъ образомъ. Обезьяны различали даже тихіе звуки, какъ
чмоканіе губами, шуршаніе бумаги и притомъ они будто
бы понимали звуки. Къ сожалѣнію авторъ не описываетъ под-
робно способа изслѣдованія слуха у оперированныхъ живот-
ныхъ и въ особенности не упоминаетъ о томъ, исключали ли
они въ своихъ опытахъ вліяніе зрѣнія; испытаніе камертонами
въ ихъ опытахъ также повидимому не примѣнялось. Затѣмъ
нельзя не принять въ соображеніе, что изъ рисунковъ, прило-
женныхъ къ общей работѣ Brown’a и Schaffer’a, можно видѣть.
что верхняя височная извилина удалялась не вполнѣ, что, какъ
мы видѣли, заявлялось и самими авторами. Принявъ во вни-
маніе вмѣстѣ съ тѣмъ, что изслѣдованіе слуха у обезьянъ пред-
ставляетъ большія трудности, мы не видимъ основанія признать
особую убѣдительность отрицательныхъ результатовъ изслѣдо-
ванія Brown’a и Schaffer’a надъ обезьянами.
Но мы не можемъ оставить безъ вниманія того обстоятель-
ства, что въ опытахъ авторовъ у обезьяны съ двустороннимъ
удаленіемъ обѣихъ височныхъ долей, а также и у той обезьяны,
которой при двустороннемъ удаленіи верхней височной изви-
лины было произведено выскабливаніе сѣраго вещества обна-
руживались ясные признаки ослабленія интеллекта и памяти,
напоминающаго идіотизмъ. Эти животныя, хотя, и восприни-
мали всѣ вообще внѣшнія впечатлѣнія, но они видимо не
понимали значенія предметовъ. Близко знакомые имъ пред-
меты они совершенно не узнавали и съ любопытствомъ

1280

осматривали ихъ, обнюхивали, пробовали на языкъ, какъ
будто бы это были совершенно незнакомыя для нихъ вещи.
При этомъ обращало на себя вниманіе то обстоятельство,
что почти то же самое они продѣлывали съ тѣми же самыми
предметами спустя нѣсколько минуть. Вмѣстѣ съ тѣмъ эти
обезьяны отличались жадностью къ пищѣ и утрачивали страхъ
передъ людьми, что указываетъ на развитіе изьѣстной степени
равнодушія. Надо впрочемъ замѣтить, что со временемъ интел-
лектъ этихъ обезьянъ возстановлялся и они снова становились
нормальными животными.
Факты эти безспорно указываютъ, что въ области височныхъ
долей по сосѣдству съ слуховымъ центромъ имѣются области,
рѣзко вліяющія на психическую сферу.
Въ заключеніе скажемъ, что доказательность опытовъ Brown’a
и Schaffer’a относительно отсутствія слухового центра въ верх-
нихъ височныхъ извилинахъ обезьяны оспаривается Ferrier’омъ.
Послѣдній находить въ опытахъ Brown’a и Schaffer’a удаленіе
верхнихъ височныхъ извилинъ недостаточнымъ, что и объяс-
няетъ по его мнѣнію сохранность слуха у обезьянъ, оперирован-
ныхъ Brown’омъ и Schäffer’омъ.
Въ доказательство справедливости своихъ прежнихъ взгля-
довъ Ferrier уже послѣ изслѣдованій Brown’a и Schaffer’a вновь
продѣлалъ опыты съ удаленіемъ у обезьянъ верхнихъ височ-
ныхъ извилинъ и какъ на основаніи своихъ провѣрочныхъ опы-
товъ, такъ и на основаніи опытовъ другихъ авторовъ (Munk’a,
Luciani и Tamburini, Luciani и Seppilli и др.) и клиническихъ
случаевъ съ корковой глухотой пришелъ къ выводу, что
корковые центры слуха помѣщаются въ верхнихъ височныхъ
извилинахъ.
Изслѣдованія нашей лабораторіи.
Изъ вышеизложеннаго ясно, что въ отношеніи корковаго слу-
хового центра имѣется еще цѣлый рядъ вопросовъ, которые
ждутъ своего окончательнаго разрѣшенія. Первый и основной
вопросъ заключается въ томъ: слѣдуетъ-ли въ корѣ мозга локали-
зировать лишь качественныя слуховыя воспріятія, относя болѣе
элементарныя количественныя слуховыя воспріятія къ функціи
центровъ мозгового ствола или же въ корѣ мозга мы должны
локализировать не только первыя но и послѣднія. Съ другой
стороны и вопросъ о локализаціи въ мозговой корѣ слуховыхъ

1281

центровъ представляетъ еще нѣкоторыя спорныя стороны,
особенно что касается болѣе точнаго мѣстоположенія и гра-
ницъ этого центра у высшихъ животныхъ. Наконецъ, особенную
важность представляетъ вопросъ относительно локализаціи
центра для психической глухоты Munk’a и затронутый тѣмъ
же авторомъ вопросъ о локализаціи различныхъ тоновъ въ
различныхъ отдѣлахъ слухового центра.
Дабы убѣдиться въ томъ, должно ли локализировать въ
мозговой корѣ слуховыя ощущенія, какъ то утверждаетъ Munk,
наибольшее значеніе по нашему мнѣнію могутъ имѣть опыты
съ одностороннимъ или двустороннимъ удаленіемъ мозговыхъ
полушарій. Эта операція представляетъ, внѣ сомнѣнія, полное
удаленіе всѣхъ тѣхъ областей мозговой коры, которыя могутъ
служить для чувственнаго воспріятія и слѣдовательно также для
слухового воспріятія и потому, если можно доказать, что у жи-
вотныхъ съ удаленными полушаріями сохраняется въ какой-либо
мѣрѣ слухъ, то ясно, что этимъ самымъ дается несомнен-
ное доказательство въ пользу того, что по крайней мѣрѣ
простыя слуховыя ощущенія могутъ возникать и въ ядрахъ
мозгового ствола; при противоположныхъ результатахъ при-
дется признать, что слуховыя ощущенія должны быть локали-
зированы въ мозговой корѣ.
Съ этой цѣлью еще въ 1883 г. и затѣмъ позднѣе были
произведены нами опыты съ полнымъ удаленіемъ мозговыхъ
полушарій у птицъ и различныхъ млекопитающихъ, какъ крысъ,
морскихъ свинокъ, кроликовъ и собакъ. При этомъ у птицъ
были произведены опыты какъ съ одностороннимъ, такъ и съ
двустороннимъ удаленіемъ полушарій. Что касается опытовъ
съ удаленіемъ у птицъ одного изъ полушарій, то въ резуль-
татѣ у нихъ съ постоянствомъ обнаруживается вмѣстѣ съ слѣ-
потой на противоположный глазъ и глухота на противоположное
ухо. Поэтому, если у птицы съ удаленіемъ одного полушарія
устранить функцію слухового органа на соотвѣтствующей
сторонѣ, то птица будетъ глухою и уже не реагируетъ на
звуковыя раздраженія.
Если у птицъ или млекопитающихъ произвести полное уда-
леніе обоихъ мозговыхъ полушарій, то у всѣхъ этихъ животныхъ
тотчасъ вслѣдъ за произведенной операціей вмѣстѣ съ полной
слѣпотой обнаруживается и почти полная глухота; по крайней
мѣрѣ сильные звуки не вызывали никакой вообще или почти
никакой реакціи съ ихъ стороны. Можно было замѣтить лишь
вздрагиваніе птицъ при сильныхъ звуковыхъ раздраженіяхъ.

1282

Но тѣ изъ птицъ, которыя переживали операцію болѣе долгое
время, со временемъ проявляли признаки слуховой реакціи.
Такъ, голуби и куры по истеченіи извѣстнаго времени вслѣдъ
за операціей на внезапно произведенный сильный звукъ
открывали глаза и слегка приподнимали голову; при этомъ
нельзя было констатировать никакихъ признаковъ качествен-
наго воспріятія слуховыхъ впечатлѣній, такъ какъ вышеука-
занная слуховая реакція не измѣнялась отъ качества произво-
димыхъ звуковъ отъ ихъ высоты или локализаціи. Что касается
млекопитающихъ, пережившихъ операцію болѣе долгое время,
то о проявленіяхъ слуха у нихъ мы можемъ судить по опы-
тамъ Goltz’а.
Собака, выздоровѣвшая вслѣдъ за полнымъ удаленіемъ моз-
говыхъ полушарій по Goltz’y не была совершенно глуха, такъ
какъ она просыпалась подъ вліяніемъ шума; при рѣзкихъ же
звукахъ рожка она поводила ушами, встряхивала головой, под-
нималась съ мѣста и даже иногда поднимала ту или другую
лапу къ уху. Иногда она дѣлала движеніе ушами и головой
и даже громко вскрикивала; обыкновенные же шумы не про-
изводили на нее видимаго вліянія. Точно также эта собака не
была лишена голоса, но она его проявляла повидимому лишь
при внѣшнихъ раздраженіяхъ. Въ общемъ надо признать та-
кимъ образомъ, что собака Goltz’a воспринимала слуховыя раздра-
женія, не обнаруживая качественнаго ихъ различенія. Правда,
Munk всѣ эти явленія разсматриваетъ, какъ чисто рефлек-
торныя; но это уже вопросъ иного рода, который на нашъ
взглядъ не имѣетъ столь существеннаго значенія, который ему
обыкновенно придаютъ.
Мы не склонны подтягивать факты подъ теорію, и должны
признать, что факты, сообщаемые Goltz’емъ, говорятъ съ поло-
жительностью за то, что собаки, пережившія долгое время опе-
рацію удаленіемъ обоихъ полушарій мозга, обнаруживаютъ воспрі-
ятіе слуха, но при этомъ ничто не говоритъ въ пользу качествен-
наго различения ими звуковъ, иначе говоря собаки такого рода
имѣютъ количественное, но не качественное воспріятіе звука.
Изъ этихъ же опытовъ очевидно, что существуетъ извѣстное
различіе между животными, которыя незадолго до изслѣдованія
перенесли операцію удаленія мозговыхъ полушарій и тѣми, ко-
торыя уже прожили послѣ операціи болѣе продолжительное
время. Первыя являются почти совершенно глухими, тогда
какъ вторыя проявляютъ элементарныя слуховыя ощущенія въ
видѣ количественнаго воспріятія звука.

1283

Ясно, что съ теченіемъ времени слухъ у оперированныхъ
животныхъ въ извѣстной мѣрѣ улучшается, но лишь до сте-
пени количественнаго слухового воспріятія. Такимъ образомъ
мы должны признать, что въ отсутствіи коры, слѣдовательно при
существованіи однихъ подкорковыхъ центровъ, заложенныхъ
въ corp. genic. int., возможны слуховыя ощущенія, измѣняю-
щіяся въ своей интенсивности, но не качественно. Такимъ
образомъ въ корѣ полушарій должно происходить съ одной сто-
роны качественное воспріятіе звуковыхъ впечатлѣній, дающее
дифференцированныя слуховыя ощущенія; съ другой стороны въ
корѣ происходитъ и та переработка этихъ ощущеній, продуктомъ
которой являются слуховыя представленія. Что касается болѣе
точной локализаціи слухового центра въ корѣ полушарій, то съ
этой цѣлью были неоднократно производимы мною опыты надъ
собаками. Эти опыты показываютъ, что удаленіе значительной
части коры обѣихъ височныхъ долей вызываетъ двустороннюю
почти полную глухоту на весьма продолжительное время. На-
противъ того одностороннее разрушеніе слухового центра про-
изводитъ лишь рѣзкое ослабленіе слуха на противоположной
сторонѣ и замѣтное, хотя и небольшое, ослабленіе слуха на
своей сторонѣ.
Такъ какъ при этомъ дѣло идетъ о дѣйствительномъ осла-
бленіи слуха, а не о психической только глухотѣ, то очевидно,
что въ вышеуказанныхъ областяхъ содержится центръ слухо-
вого воспріятія, въ которомъ отпечатлѣваются качественно раз-
личныя слуховыя ощущенія.
Изслѣдованія, произведенныя въ нашей лабораторіи, не
оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что различныя области этого
центра служатъ для воспріятія неодинаковыхъ по качеству
звуковыхъ впечатлѣній. Выясненіемъ этого вопроса въ нашей
лабораторіи занялся д-ръ Ларіоновъ, излѣдованія котораго
были произведены на собакахъ съ рѣдкимъ стараніемъ, тща-
тельностью и въ результатѣ дали въ высшей степени инте-
ресные результаты1). Для опредѣленія слуха оперируе-
мыхъ животныхъ имъ примѣнялся способъ Bezold’a съ многооктав-
нымъ рядомъ камертоновъ, причемъ для ослабленія обертоновъ
употреблялись мягкіе ударники, приспособленные для вы-
зыванія опредѣленной силы тона. Камертоны для опытовъ были
взяты изъ шести октавъ, а именно: А’ изъ контроктавы, А изъ
большой октавы, с и е изъ безчертной или малой октавы, g’
1) См. Ларіоновъ Дисс. Спб. 1898 г.

1284

а’ b’ и h’ изъ одночертной октавы, с2, cig2, и а2 изъ двучерт-
ной октавы и с3 изъ трехчертной октавы. По Helmholfz’y
тоны эти имѣютъ слѣдующее число колебаній въ секунду:
A’ — 55, А — 110, с — 132, е — 165, g’ — 296, a’ — 440 (по
рѣшенію же Парижской Академіи Наукъ 435, такъ какъ по
французскому счету главныхъ волнъ 870), h’ — 495, с2 — 528,
а2 — 880 и с2 — 1056. Имѣя въ виду большое количество произ-
веденныхъ опытовъ, врядъ ли можно было примѣнить къ из-
слѣдованію слуха у собакъ большее количество камертоновъ.
Кромѣ того примѣнялись еще духовые камертоны № 1 съ
тонами b1 и cig2 и № 2 съ хроматической гаммой отъ тона d1
до fis2. Надо замѣтить при этомъ, что духовые камертоны
имѣли совершенно одинаковые обертоны съ обыкновенными со-
отвѣтствующими камертонами. Эти духовые камертоны, отно-
сящіеся по Helmholfz’y къ язычковымъ инструментамъ и имѣ-
ющіе большое количество обертоновъ, примѣнялись собственно
въ виду того, что уже многіе авторы производили изслѣдова-
нія съ этими инструментами.
Кромѣ того они могли въ нѣкоторой степени замѣнить че-
ловѣческую рѣчь (напримѣръ звуки словъ или согласныхъ)
въ предѣлахъ одночертной и двучертной октавъ, въ которыхъ,
какъ извѣстно, и воспринимаются звуки разговорной человѣ-
ческой рѣчи. Всѣ камертоны предварительно провѣрялись на
скрипкѣ и на роялѣ.
Кромѣ того изслѣдовалась слуховая реакція у оперирован-
ныхъ животныхъ и отъ шумовъ. Послѣдніе вызывались:
1) треніемъ кусочковъ опредѣленныхъ номеровъ столярной
шкурки въ видѣ треска; 2) сотрясеніемъ бумажной коробочки съ
пескомъ въ видѣ шипѣнія; 3) сотрясеніемъ жестяной коробочки
съ металлическими колечками въ видѣ парящихъ звуковъ и
наконецъ 4) сотрясеніемъ бумажной коробочки съ камешками
и кусочками костей разной величины и формы въ видѣ неопре-
дѣленнаго шума.
Что касается ударниковъ, то въ употребленіи имѣлись
спеціально приготовленные для опытовъ малый и большой
ударникъ. Первый состоялъ изъ квадратной, толстой, деревян-
ной доски съ укрѣпленнымъ на ней металлическимъ перкутор-
нымъ молоткомъ проф. Виноградова и скалой, стоящей сбоку
молотка и раздѣленной на 8 стм. Молотокъ снабженъ скручи-
вающейся при поднятіи молотка пружиной.
Второй ударникъ представлялъ собою чугунную доску на
пробочныхъ ножкахъ съ прикрѣпленнымъ къ ней стальнымъ

1285

рычагомъ въ 26 стм. и съ вертикально стоящей шкалой съ
дѣленіями въ 30 стм. На концѣ рычага прикрѣпленъ перку-
торный молоточекъ съ резиновымъ концомъ, самый же рычагъ
раздѣленъ также на сантиметры и по нему можетъ передви-
гаться грузъ для увеличенія силы удара. При вызываніи звука
конецъ одной вѣтви камертона кладется на гладкій край тол-
стой чугунной доски, а другая вѣтвь камертона произво-
дитъ ударъ падающимъ съ опредѣленной высоты молоткомъ.
При этомъ получается совершенно ясный и чистый тонъ безъ
смѣшанныхъ обертоновъ.
Кромѣ того примѣнялся и ударъ камертоновъ о мягкую
ножку стола, причемъ обертоны по возможности избѣгались,
для чего кромѣ наблюденія за правильностью удара обраща-
лось вниманіе на то обстоятельство, чтобы камертонъ подно-
сился къ уху собаки не тотчасъ послѣ удара, а спустя нѣ-
сколько секундъ, когда обертоны для слуха уже исчезали.
Самое изслѣдованіе слуха производилось обыкновенно такимъ
образомъ: собака привязывалась свободно къ ножкѣ стола и
затѣмъ камертонъ подносился къ уху животнаго спереди въ
то время, какъ другой рукой удерживалась морда животнаго.
При изслѣдованіи слуха духовыми камертонами они подноси-
лись къ уху животнаго такимъ образомъ, чтобы выходящій
изъ нихъ воздухъ выходилъ въ сторону отъ уха. Кромѣ того
для опытовъ производился соотвѣтствующій подборъ животныхъ.
Многія собаки при звуковыхъ раздраженіяхъ, особенно камер-
тономъ, дѣлаютъ движеніе ухомъ и мотательное движеніе го-
лового. Кромѣ того можно наблюдать также и звуковой рефлексъ
на зрачекъ. Всѣ эти движенія представляютъ собою звуковые
корковые рефлексы, такъ какъ при удаленіи мозговыхъ полу-
шарій эти движенія исчезаютъ и равнымъ образомъ они исче-
заютъ вмѣстѣ съ разрушеніемъ корковыхъ слуховыхъ центровъ.
Само собою разумѣется, что для опытовъ выбирались реаги-
рующія на звуковыя раздраженія собаки. Наиболѣе пригод-
ными для опытовъ съ тонами оказались черные пуделя и се-
тера, а для опытовъ съ шумами крысоловки. Кромѣ того слухъ
изслѣдовался у животныхъ наиболѣе употребительными сло-
вами: „на“, „иди“, „сюда“, а у дрессированныхъ собакъ и дру-
гими словами, которыя доступны ихъ пониманію.
Изслѣдованіе животныхъ производилось обыкновенно въ
тишинѣ по утрамъ и вечерамъ, причемъ отмѣчались при
опытахъ особыми знаками: отсутствіе рефлекса, слабый ушной
рефлексъ, хорошій рефлексъ и очень хорошій рефлексъ; кромѣ

1286

того отмѣчался также перекрестный рефлексъ въ видѣ сла-
баго, хорошаго и очень хорошаго рефлекса.
Въ общемъ результаты 20 произведенныхъ въ этотъ направ-
леніи опытовъ сводятся къ слѣдующему:
Даже незначительное разрушеніе коры въ области височ-
ной доли на одной изъ трехъ ея височныхъ извилинъ вызы-
ваетъ съ самаго начала въ теченіе 1—2 дней полную глу-
хоту къ тонамъ и шумамъ на противоположное ухо и замѣтное
ослабленіе слуха къ тонамъ и шумамъ на соотвѣтственное ухо.
Затѣмъ слухъ постепенно возстановляется за исключеніемъ
того, что на нѣкоторые тоны слухъ остается совершенно исчез-
нувшимъ на противоположное ухо и ослабленнымъ къ тѣмъ же
тонамъ на соотвѣтствующее ухо.
Факты эти съ одной стороны указываютъ на неполный пере-
крестъ слуховыхъ нервовъ, съ другой стороны они доказываютъ,
что различные участки коры височныхъ областей мозга имѣютъ
отношеніе къ воспріятію опредѣленной высоты тоновъ.
При разрушеніи четвертой или угловой извилины (gyrus
angularis)1) у собакъ выпадали высокіе тоны, приблизительно
начиная съ с2; при разрушеніи задняго височнаго отдѣла
третьей извилины выпадали тоны среднихъ октавъ, приблизи-
тельно отъ е до с2; затѣмъ при удаленіи коры въ задне-ниж-
немъ концѣ второй извилины происходило выпаденіе тоновъ
низшихъ октавъ приблизительно отъ е до А1 и далѣе. Нако-
нецъ при удаленіи въ видѣ поперечной полосы сѣраго веще-
ства всѣхъ трехъ извилинъ обнаруживалось выпаденіе всѣхъ
шести октавъ, но съ промежуточными сохранившимися тонами.
Изъ сопоставленія всѣхъ опытовъ между собою явствуетъ,
что у животныхъ въ височной долѣ большого мозга имѣется
скала, соотвѣтствующая скалѣ улитки, причемъ расположеніе
центровъ для различныхъ тоновъ въ области височной доли на
основаніи опытовъ выяснилось слѣдующимъ образомъ (фиг. 92)
всѣ тоновые центры для разныхъ актовъ расположены въ трехъ
височныхъ извилинахъ такимъ образомъ, что центры для тоновъ
низкихъ октавъ размѣщены на задне-нижнемъ отдѣлѣ 2-й изви-
лины, тогда какъ центры для болѣе высокихъ октавъ заложены
въ четвертой или угловой извилинѣ; тоны же промежуточныхъ
октавъ расположены на третьей височной извилинѣ. Въ общемъ
послѣдовательность расположенія всѣхъ тоновыхъ центровъ
представляется слѣдующею:
1) Извилину эту нельзя смѣшивать съ gyr. angularis обезьянъ и чело-
вѣка, у которыхъ соотвѣтствующая ей извилина скрыта въ глубинѣ островка.

1287

Фиг. 92. Мозгъ собаки. Распредѣленіе тоновыхъ центровъ.
Отъ низкихъ къ высокимъ октавамъ эти центры размѣщаются
въ нисходящемъ направденіи по задненижнему отдѣлу второй
извилины, затѣмъ восходятъ по задненижнему отдѣлу третьей
извилины и оканчиваются въ угловой извилинѣ.
Начинаясь вверху задне-нижняго отдѣла 2-й извилины
центры для низкихъ тоновъ, постепенно переходя къ центрамъ
для болѣе высокихъ тоновъ, направляются сверху внизъ по упо-
мянутому задне-нижнему отдѣлу 2-й извилины, затѣмъ, огибая
снизу задній
конецъ второй
борозды (fis.post-
sylvia Owen’a,
fis. suprasylvia
post. no Ellenber-
ger’y и Baum’y)
переходятъ въ
третью извили-
ну, поднимаясь отъ нижняго ея
конца вверхъ и
затѣмъ при
верхнемъ отдѣ-
лѣ этой изви-
лины перехо-
дятъ чрезъ третью борозду fiss. ectosylvia Owen’a или f. ectosylvia
postica по Ellenberger’y) въ заднюю половину четвертой или
угловой извилины.
Эти опыты приводятъ къ выводу, что каждый тоновой центръ,
содержащiй въ себѣ извѣстную группу клѣтокъ, связанъ про-
водниками съ группой волосатыхъ клѣтокъ Corti’ева органа и
въ то же время соотвѣтствуетъ группѣ приблизительно одина-
ково настроенныхъ струнъ основной перепонки.
Достойно вниманія, что даже при частичныхъ односторон-
нихъ разрушеніяхъ въ области слухового центра современемъ
у животныхъ развивалась полная тоновая глухота, какъ на противо-
положное ухо, такъ и на соотвѣтствующее. Этотъ фактъ вѣроятно
долженъ быть поставленъ въ связи съ распространеніемъ размягче-
нія на сосѣднія области и съ послѣдовательнымъ перерожденіемъ
ассоціаціонныхъ, коммиссуральныхъ и проекціонныхъ путей
той и другой стороны, что подтверждается и посмертнымъ изслѣ-
дованіемъ мозговъ оперированныхъ животныхъ съ обработкой
препаратовъ по Marchi.
Что касается воспріятія шумовъ, то оно выпадало вмѣстѣ
съ выпаденіемъ воспріятія тоновъ и всѣ вообще опыты пока-
зываюсь, что шумы воспринимаются тѣми же центральными
областями, какъ и тоны.

1288

Что касается воспріятія рѣчевыхъ звуковъ и близкихъ къ
нимъ язычковыхъ тоновъ, то имѣется основаніе предполагать по
крайней мѣрѣ у нѣкоторыхъ собакъ зачаточное развитіе центра,
соотвѣтствующаго центру Wernicke у человѣка. Дѣло въ томъ,
что при выпаденіи реакціи почти на всѣ тоны и шумы воспрі-
ятіе рѣчевыхъ звуковъ, которымъ соотвѣтствуютъ и язычковые
тоны остается сохраненымъ.
Въ одномъ опытѣ съ разрушеніемъ лѣвой теменной доли
выпало воспріятіе только язычковыхъ тоновъ, что вѣроятно и
объясняется близостью къ этой области зачаточнаго центра
Wernicke, расположеннаго у собакъ повидимому при верхнемъ
концѣ 3-й первичной височной извилины.
Изслѣдованія, направленныя спеціально на выясненіе вопроса
о душевной глухотѣ Munk’a у дрессированныхъ собакъ съ раз-
рушеніемъ вышеуказанной области, привели къ отрицательнымъ
результатамъ. По крайней мѣрѣ въ четырехъ опытахъ собаки
съ удаленіемъ центральныхъ частей слуховыхъ центровъ, хотя и
становились въ первое время боязливыми и какъ бы слабоум-
ными, но затѣмъ быстро оправлялись и прекрасно понимали
словесныя приказанія. Лишь въ первые дни послѣ операціи
наблюдалось какъ бы оглушеніе, отчего собаки и казались
слабоумными; при спеціальномъ же изслѣдованіи въ послѣ-
дующіе дни нетрудно было обнаружить у животныхъ выпа-
дете низкихъ и среднихъ тоновъ соотвѣтственно разрушенной
области.
Такимъ образомъ вышеприведенные опыты не оставляютъ
сомнѣнія въ томъ, что въ вышеуказанной области височной доли
имѣется центръ слухового воспріятія, въ которомъ возникаютъ
качественно различныя ощущенія, но въ этой области не содер-
жится центра для храненія звуковыхъ отпечатковъ resp. центра
слуховыхъ представленій, разрушеніе котораго давало бы пси-
хическую или душевную глухоту, какъ это имѣлось въ опытахъ
Munk’a. Этотъ центръ очевидно лежитъ обособленно въ сосѣд-
нихъ частяхъ мозговой коры. Если руководиться опытами Munk’a,
то надо признать, что этотъ центръ лежитъ у собакъ на второй
первичной извилинѣ нѣсколько выше и частью кзади отъ
центра слухового воспріятія.
Въ этомъ отношеніи очевидно имѣется полная аналогія
между соотвѣтствующими центрами зрѣнія и слуха. Какъ тамъ мы
имѣемъ въ корѣ центръ зрительнаго воспріятія и особый центръ
храненія зрительныхъ отпечатковъ resp. центръ зрительныхъ
представленій, такъ и здѣсь мы имѣемъ корковый центръ слухо-

1289

Двигательныя явленія при раздраженіи слуховой области.
Литературныя данныя.
Какъ и другіе чувствующіе и психочувственные центры моз-
говой коры, слуховая область при раздраженіи электрическимъ
токомъ вызываетъ двигательныя явленія. Эти послѣднія, сколько
мнѣ извѣстно, впервые были наблюдаемы Hitzig’омъ.
Далѣе Ferrier убѣдился, что электрическое раздраженіе верх-
ней височной извилины у обезьянъ, а равно и нижняго или
задняго отдѣла 3-й первичной извилины или соотвѣтствующей
ей области у другихъ млекопитающихъ (собаки, шакалы, кошки,
кролики, морскія свинки, крысы) вызываетъ отведеніе и подня-
тіе противоположнаго уха, раскрытіе глазъ, расширеніе зрачковъ
и поворачиваніе глазъ и головы въ противоположную сторону.
Такъ какъ совершенно аналогичныя явленія наблюдались у
обезьянъ при громкомъ свистѣ во время тишины, то Ferrier и
полагаетъ, что въ верхней височной извилинѣ не содержится
самостоятельныхъ двигательныхъ центровъ, упомянутыя же
движенія служатъ выраженіемъ происходящихъ подъ вліяніемъ
тока субъективныхъ слуховыхъ явленій и зависятъ отъ пере-
дачи раздраженія съ заложеннаго здѣсь чувствующаго слухо-
вого центра на двигательные центры, заложенные въ централь-
ныхъ и сосѣднихъ съ ними извилинахъ. Иначе говоря, движенія,
возникающая при раздраженіи слухового центра передаются не
по двигательнымъ проводникамъ, выходящимъ изъ области
слухового центра, а обусловливаются рефлекторной передачей
со слухового центра по ассоціаціоннымъ проводникамъ на дви-
гательные центры мозговой коры.
Позднѣе Sanger, Brown и Schäffer, производя электрическое
вого воспріятія и особый центръ слуховыхъ представленій, гдѣ
хранятся всѣ вообще ранѣе воспринятые звуковые отпечатки.
Это раздѣленіе слухового центра на центръ слухового
воспріятія и центръ храненія звуковыхъ отпечатковъ или центръ
слуховыхъ представленій, какъ мы увидимъ впослѣдствіи
вполнѣ соотвѣтствуетъ и клиническимъ даннымъ.
Въ заключеніе замѣтимъ, что какъ наши; опыты, такъ и
опыты д-ра Ларіонова съ разрушеніемъ другихъ областей моз-
говой коры (напр. двигательной или лобной) не дали замѣтныхъ
разстройствъ въ отношеніи слуха.

1290

раздраженіе заднихъ или верхнихъ 2/3 первой височной изви-
лины у обезьянъ, получали поварочиваніе глазъ въ противопо-
ложную сторону, что вызывалось также и при раздраженіи со-
сѣдней съ нею второй височной извилины. При раздраженіи
верхняго отдѣла верхней височной извилины въ томъ мѣстѣ,
гдѣ сходятся Сильвіева и параллельная ей борозда, получалось
отведеніе назадъ противоположнаго уха; но авторамъ не уда-
лось вызвать раздраженіемъ этихъ областей движеніе уха впе-
редъ, какъ то описываетъ Ferrier.
Далѣе въ лабораторіи Munk’a были произведены въ 1891 г.
спеціальныя изслѣдованія надъ раздраженіемъ слуховой сферы
у собакъ д-ромъ Baginsky’мъ1).
Результаты этого изслѣдованія сводятся къ слѣдующему:
Нижніе отдѣлы 2-й, 3-й и 4-й извилины, а при болѣе сильномъ
токѣ и вышележащіе отдѣлы 3-й и 4-й извилинъ на уровнѣ задняго
конца Сильвіевой борозды у собакъ при раздраженіи вызывали
движеніе ушей; при этомъ Baginsky наблюдалъ расширеніе зрач-
ковъ и отклоненіе глазныхъ яблокъ въ противополтжную сто-
рону и быстрое успокоеніе животнаго, которое временами даже
начинало при этомъ помахивать хвостомъ.
Какъ съ нижнихъ, такъ и среднихъ отдѣловъ 2-й, 3-й и
4-й извилинъ авторъ получилъ сокращеніе уха и раскрытіе
глазныхъ яблокъ; съ нижняго же отдѣла 2-й извилины полу-
чалось движеніе противоположнаго уха впередъ.
Изслѣдованіе нашей лабораторіи.
Въ нашей лабораторіи вопросъ о движеніи глазъ и ушей
неоднократно былъ подвергаемъ изслѣдованію какъ мною са-
мимъ, такъ и другими лицами. Между прочимъ спеціальныя
изслѣдованія съ раздраженіемъ области слухового центра были
произведены у насъ д-ромъ Ларіоновымъ.
При этомъ можно было убѣдиться, что съ трехъ височныхъ
извилинъ въ мѣстахъ расположенія слухового центра раздра-
женіе токомъ вызывало отклоненіе ушей, глазъ и головы въ
противоположную сторону, какъ будто бы собака прислушива-
лась противоположнымъ ухомъ.
Еще болѣе подробныя изслѣдованія относительно заложен-
1) Baginsky. Arch. f. Anatomie und Phys. Phys. Abth. 1891. стр. 227.

1291

наго здѣсь центра для движенія глазъ были произведены въ
завѣдываемой нами лабораторіи д-ромъ Герверомъ1).
При этомъ выяснилось, что участокъ для движенія глазъ у
собакъ помѣщается въ центрѣ угловой извилины2) у конца
Сильвіевой борозды и занимаетъ площадь не болѣе 3—4 кв.
милл. (с фиг. 36, стр. 949). При раздраженіи этого участка
обыкновенно происходитъ поднятіе и оттягиваніе кзади противо-
положнаго уха, послѣ чего наблюдается отклоненіе глазъ и
головы въ сторону противоположную раздраженію съ замѣтнымъ
расширеніемъ зрачковъ (фиг. 93).
Опыты показали при этомъ, что возбудимость этого участка
меньше по сравненію съ возбудимостью лобнаго участка для
движенія глазъ, о которомъ рѣчь была выше. Поэтому
одновременное раздраженіе лобнаго участка въ одномъ
полушаріи и височнаго участка въ другомъ всегда вызы-
ваетъ движеніе глазъ въ направленіи противоположномъ тому
полушарію, въ которомъ раздражается лобный участокъ. Обрѣ-
зываніе височнаго участка не устраняло вызываемыхъ съ него
движеній; удаленіе же участка не вызываетъ въ положеніи
глазъ никакихъ измѣненій.
При поперечной перерѣзкѣ мозгового полушарія по sulcus
cruciatus движенія глазъ при раздраженіи височнаго участка
ничуть не нарушаются. Это показываетъ, что вышеуказанныя
движенія не зависятъ отъ передачи раздраженія къ центрамъ
двигательной области мозговой коры. Между тѣмъ разрушеніе
передняго двухолмія тотчасъ же уничтожало двигательный
эффектъ въ отношеніи глазъ при раздраженіи височнаго
участка, откуда слѣдуетъ, что эти движенія передаются къ
1) Д-ръ Герверъ. Дисс. Спб.
2) Уже ранѣе упоминалось, что угловая извилина у собакъ не можетъ
быть отождествляема съ угловою извилиною у обезьянъ и человѣка.
Фиг. 93. Кривая получена при раздраженіи височнаго участка «1». Верхняя линія
представляетъ движеніе праваго глаза, вторая сверху — лѣваго глаза, третья — отмѣтчикъ
раздраженія, четвертая — отмѣтчикъ времени въ секундахъ.

1292

Фиг. 94. Мозгъ обезьяны-макаки. Цифрами обозначены
мѣста раздраженія. 105—101 — глаза отклоняются вправо
и книзу. 25 — незначительное дрожаніе праваго уха;
движеніе главъ вправо и кверху и сокращеніе зрачковъ.
26 — колебательныя движенія праваго уха съ приведеніемъ
его къ головѣ кзади (безъ движенія глазъ). 9 — раскры-
тіе глазъ, особенно праваго, расширеніе зрачковъ, дви-
женіе головы въ правую сторону. 61 — отклоненіе глазъ
вправо. 27 — рѣзкое отклоненіе глазъ вправо и нѣсколько
кверху. 28 — рѣзкое отклоненіе глазъ вправо и нѣсколько
книзу. 29 — съуженіе зрачковъ и сведеніе главъ кнутри,
причемъ соотвѣтствующій глазъ приводится внутрь сильнѣе,
чѣмъ противоположной. 19 — расширеніе зрачковъ, мор-
ганіе вѣкъ праваго глаза, при дальнѣйшемъ раздраженіи
слабое движеніе праваго уха. 20 — расширеніе зрачковъ,
морганіе правыхъ вѣкъ, затѣмъ дрожаніе въ правомъ
ухѣ и правой сторонѣ лица. 42 — клиническое раздраже-
ніе правой щеки, праваго верхняго вѣка, а при болѣе
сильномъ токѣ и праваго уха.
корковымъ глазодвигательнымъ центрамъ при посредствѣ
области передняго двухолмія.
Въ позднѣйшее время мы произвели опыты съ раздраженіемъ
слухового центра у обезьянъ.
Эти опыты показали, что съ первой височной извилины при
раздраженіи токомъ получаются движенія противоположнаго
уха. Въ моихъ опы-
тахъ удалось полу-
чить эти движенія
съ двухъ точекъ (25 и
26 фиг. 94) раздра-
женіе болѣе задней
точки вызывало со-
дроганіе и движеніе
противоположнаго
уха раздраженіе же
болѣе кпереди или
книзу лежащей точки
вызывало прижима-
нie противополож-
наго уха къ головѣ.
Далѣе у обезьянъ
при раздраженіи
области слухового
центра на первой ви-
сочной извилинѣ
мнѣ удавалось вы-
зывать поворачиваніе
глазъ въ противопо-
ложную сторону
(с фиг. 35, стр. 947).
Вмѣстѣ съ движеніемъ глазъ съ области слухового центра мо-
гутъ быть получены также и измѣненія въ ширинѣ зрачковъ
и притомъ какъ расширеніе ихъ, такъ и съуженіе.
По крайней мѣрѣ у обезьянъ раздраженіемъ съ помощью
фарадическаго тока задняго отдѣла 1-й височной извилины
мнѣ удавалось вмѣстѣ съ отклоненіемъ головы въ противопо-
ложномъ направленіи и раскрытіемъ глазъ, особенно противо-
положнаго, наблюдать и рѣзкое расширеніе зрачковъ. Съ дру-
гой стороны раздраженіе нѣсколько кзади и кверху лежащей
области той же извилины у обезьянъ въ моихъ опытахъ вмѣстѣ
съ отклоненіемъ глазъ въ противоположномъ направленіи и

1293

нѣсколько кверху вызывало рѣзкое сокращеніе зрачковъ безъ
всякихъ другихъ движеній. Очень вѣроятно, что въ физіологи-
ческомъ состояніи существованіе центровъ для движенія зрачка
въ области или въ сосѣдствѣ съ слуховымъ центромъ объясняетъ
намъ игру зрачка при различныхъ слуховыхъ воспріятіяхъ.
Что касается слуховой психической сферы, расположенной
подъ первой височной извилиной, то и съ нея мы можемъ по-
лучить путемъ раздраженія электрическимъ токомъ съ. одной
стороны движеніе ушей, съ другой — движеніе глазъ. Уже ра-
нѣе мы видѣли, что электрическое раздраженіе не только са-
мого слухового центра, но и сосѣднихъ областей, вызываетъ
движеніе противоположнаго уха впередъ, а съ другихъ обла-
стей получается расширеніе зрачковъ и отклоненіе глазъ.
Тѣ же явленія были наблюдаемы и въ нашей лабораторіи
и, такъ какъ область, съ которой вызываются эти явленія, соот-
вѣтствуетъ области Munk’овскаго центра, то очевидно, что дѣло
идетъ здѣсь о тѣхъ движеніяхъ, которыя вызываются съ обла-
сти слуховой сферы.
Всѣ вышеразсмотрѣнные двигательные эффекты получаются
лишь при относительно слабыхъ токахъ, при болѣе же силь-
номъ раздраженіи можно получить и общія судорожныя дви-
женія.
При обрѣзываніи этихъ центровъ двигательный эффектъ
не измѣняется, онъ исчезаетъ лишь при подрѣзываніи мозго-
вой коры, откуда слѣдуетъ, что дѣло идетъ здѣсь о самостоя-
тельныхъ двигательныхъ центрахъ. Ferrier признаетъ движенія,
получаемыя при раздраженіи коры височной области, за реф-
лекторныя движенія, обусловленныя будто бы субъективными
ощущеніями. Однако то обстоятельство, что движенія эти
удается получить и съ подлежащаго бѣлаго вещества гово-
ритъ въ пользу того, что дѣло идетъ здѣсь не о рефлектор-
ныхъ движеніяхъ, обусловленныхъ субъективными состояніями,
а о движеніяхъ, вызванныхъ раздраженіемъ содержащихся здѣсь
особыхъ двигательныхъ, проводниковъ, стоящихъ въ тѣснѣй-
шемъ соотношеніи съ центрами для слуховыхъ ощущеній, при-
чемъ и движенія, возбуждаемыя первыми въ нормальномъ со-
стояніи животнаго, происходятъ очевидно подъ непосредствен-
нымъ контролемъ слуховыхъ ощущеній.
Въ пользу того же вывода говоритъ и тотъ фактъ, что раз-
рушеніе въ области слухового центра, какъ и подрѣзываніе
вышеуказанныхъ центровъ не вызываетъ у животныхъ ника-
кихъ вообще замѣтныхъ разстройствъ въ сферѣ произвольныхъ

1294

движеній, но непроизвольныя движенія противоположнымъ
ухомъ на звуковыя раздраженія при этомъ прекращаются со-
вершенно. Очевидно такимъ образомъ, что дѣло идетъ здѣсь о
двигательныхъ центрахъ непроизвольнаго характера, возбуждае-
мыхъ слуховыми ощущеніями и представленіями.
Достойно вниманія, что вслѣдъ за разрушеніемъ области
слухового центра не удается обнаружить никакихъ вообще
замѣтныхъ разстройствъ въ сферѣ кожной чувствительности
вопреки мнѣнію Munk’a, считающаго gyr. angularis собаки за
чувствующій центръ для противоположнаго уха.
Несомнѣнно, что слуховыя впечатлѣнія играютъ роль и въ
координаціи многихъ другихъ, движеній; особенно же тѣхъ,
которыя требуютъ извѣстнаго темпа, какъ напримѣръ движе-
нія танцевъ. Нельзя сомнѣваться такъ же, что и спеціальный
родъ движеній, извѣстный подъ названіемъ рѣчевыхъ, совер-
шается подъ ближайшимъ контролемъ слуха, благодаря чему
глухота въ раннемъ возрастѣ обычно приводитъ къ глухонѣ-
мотѣ, а у взрослыхъ полная глухота приводитъ нерѣдко къ
нарушенію рѣчи какъ въ отношеніи интонаціи. такъ иногда
даже и правильнаго воспроизведенія словъ.
Но въ этомъ случаѣ дѣло идетъ очевидно уже о передачѣ
вліянія слуховыхъ ощущеній и представленій на болѣе отда-
ленные двигательные центры, заложенные въ центральныхъ
извилинахъ мозга и въ заднемъ отдѣлѣ лобныхъ извилинъ.
Замѣтимъ здѣсь, что другіе наши опыты показали, что съ
височной области при раздраженіи ея электрическимъ токомъ
крайне легко получается рѣзкое повышеніе кровяного давленія,
чѣмъ быть можетъ объясняется вліяніе слуховыхъ ощущеній
на сферу кровеобращенія вообще и на обусловленныя ею из-
мѣненія самоощущенія и настроенія.
Патологическія наблюденія.
Обращаясь къ клиническимъ наблюденіямъ, мы убѣждаемся,
что они не оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что у человѣка слу-
ховой центръ помѣщается въ височныхъ доляхъ и именно въ
верхнихъ извилинахъ этихъ долей.
Изъ клиническихъ наблюденій, относящихся до слуховыхъ
корковыхъ центровъ, мы приведемъ здѣсь лишь наиболѣе
заслуживающія вниманія. Shaw1) наблюдалъ женщину 34 лѣтъ,
1) См. Ferrier. The cronian lectures on cerebral localisation. 1890.

1295

1) Wernicke u. Friedländer. Fortschr. d. Med. 1. № 6. 1883.
2) Pick. Zeitchr. f. Hypnotismus. 1897. Bd. 6. H. 5.
3) Durante. Brit. Med. Journ. II, стр. 1825. 1902.
4) Mills. Neurol. Centr. № 5. 1895.
которая за 2 мѣсяца предъ принятіемъ въ госпиталь, вслѣд-
ствіе апоплексическаго удара почувствовала слабость въ правой
рукѣ, потеряла рѣчь и сдѣлалась глухой.
Слабость въ рукѣ постепенно прошла, но глухота остава-
лась. Больная ослѣпла, получила падучные приступы и умерла
годъ спустя отъ воспаленія легкихъ. При вскрытіи найдена
полная атрофія gyr. angularis и верхней височной извилины съ
обѣихъ сторонъ съ исчезаніемъ сѣраго вещества. Черепные
нервы оказались нормальными, лишь n. optici были атрофи-
рованы. Аналогичный случай сообщили С. Wernicke и Friedländer1).
Женщина 43 лѣтъ получила ударъ, сопровождаемый правосто-
ронней гемиплегіей и афазіей; она могла говорить лишь непонятно,
сказаннаго же она совершенно не понимала.
Со временемъ правосторонняя гемиплегія прошла, но обна-
ружился легкій параличъ лѣвой руки. Появилась спутанность,
больная сдѣлалась абсолютно глухой. Изслѣдованіе ушей дало
отрицательные результаты. Затѣмъ послѣдовала смерть отъ
кровеизліянія. При вскрытіи было найдено гуммозное размяг-
ченіе обѣихъ височныхъ долей со включеніемъ обѣихъ верх-
нихъ височныхъ извилинъ. Въ остальномъ ничего ненор-
мальнаго.
Наблюденіе Pick’a2) относится къ 64 лѣтнему мужчинѣ, ко-
торый внезапно оглохъ послѣ апоплексическаго приступа, по-
лучивъ въ то же время правосторонній гемипарезъ, дизартрію
и парафазію, хотя больной могъ правильно называть предметъ
и могъ читать. При вскрытіи оказалось пораженіе обѣихъ ви-
сочныхъ долей съ участіемъ первыхъ извилинъ. Заслуживаетъ
вниманія случай Durante’a3) съ пораженіемъ почти всей височ-
ной доли, въ которомъ обнаруживалась двусторонняя глухота,
смѣнившаяся современемъ одностороннею туговатостью слуха
на противоположное ухо.
Кромѣ этихъ данныхъ слѣдуетъ еще упомянуть о наблюденіи
Mills’a4). Въ этомъ случаѣ дѣло идетъ о больномъ, получив-
шемъ полную глухоту за 9 лѣтъ до смерти послѣ второго
инсульта, наступившаго спустя 4 года послѣ перваго инсульта.
При вскрытіи оказалось старое двустороннее пораженіе первой
и второй височныхъ извилинъ.

1296

Тотъ же авторъ1) въ случаѣ прирожденной глухонѣмоты
нашелъ при вскрытіи двустороннюю атрофію обѣихъ височныхъ
извилинъ. Подобный же случай былъ сообщенъ еще ранѣе
Broadbert’омъ)2).
Эти наблюденія я могу пополнить своимъ случаемъ глухонѣ-
моты развившейся съ ранняго возраста, при вскрытіи же была
найдена двусторонняя атрофія обѣихъ височныхъ извилинъ
на значительномъ ихъ протяженіи.
Въ отношеніи одностороннихъ пораженій заслуживаетъ вни-
манія случай Kaufman’a изъ клиники Kussmaul’a, въ которомъ
наблюдалась лѣвосторонняя гемиплегія и полная глухота на
лѣвое ухо. При вскрытіи же обнаружилась облитерація глав-
наго ствола art. f. Sylvii, причемъ пораженными оказались зна-
чительныя области праваго полушарія со включеніемъ всей
правой верхней височной извилины и подлежащаго лучистаго
вѣнца. Лѣвый n. acusticus и перефирическій ушной органъ
представлялись нормальными.
Въ литературѣ имѣются и другіе случаи, напримѣръ Kuss-
maul’a и Hutin’a, гдѣ наблюдалась перекрестная глухота, вслѣд-
ствіе обширныхъ пораженій мозга въ височной долѣ. Наши
наблюденія впрочемъ скорѣе говорятъ за существованіе не-
полнаго перекрещиванія слуховыхъ волоконъ у человѣка,
такъ какъ въ случаяхъ чувственной афазіи въ нѣкоторыхъ
изъ нашихъ наблюденій обнаруживалось ослабленіе слуха съ
обѣихъ сторонъ, но всегда болѣе значительное на сторонѣ про-
тивоположной пораженію.
Здѣсь слѣдуетъ еще упомянуть, что въ опытахъ Monakow’a
(Arch. f. Psych. Bd. XXVII, стр. 428) разрушеніе первой височной
извилины приводило къ перерожденію corp. genic. iut., содержа-
щаго подкорковый слуховой центръ.
Корковый музыкальный центръ.
Руководясь патологическими наблюденіями, мы имѣемъ осно-
ваніе признать въ височной долѣ собственно два самостоятельныхъ
центра, изъ которыхъ одинъ, лежащій на первой извилинѣ болѣе
кпереди, служитъ для воспріятія тоновъ — это такъ называемый
музыкальный центръ, соотвѣтствующій тоновому центру высшихъ
млекопитающихъ. Другой является спеціальнымъ центромъ для
воспріятія человѣческой рѣчи. Это такъ называемый центръ
1) Mills Univ. med. Magazine. Now. 1889.
2) Broadbert. Journ. of Anatomy. 1870.

1297

Wernickel), лежащій въ лѣвомъ полушаріи въ заднемъ отдѣлѣ
1-й височной извилины, зачаточно развитый повидимому и у
нѣкоторыхъ животныхъ, какъ напримѣръ собакъ.
Извѣстно, что способность пѣнія и вообще выраженія музы-
кальнаго чувства до извѣстной степени независима отъ сло-
весной рѣчи. Такъ дѣти, лишенныя членораздѣльной рѣчи, уже
могутъ пѣть. „Пѣніе безъ словъ, веденіе мотива или фонація
зависитъ отъ дѣйствія мышцъ гортани или дыханія, артику-
ляція же или произношеніе словъ соединяетъ въ себѣ фо-
націю и дѣйствіе мышцъ языка, рта и мягкаго неба. Слѣ-
довательно фонація есть отправленіе болѣе простое, прими-
тивное по сравненію съ сложной артикуляціей. У собакъ
вой будетъ соотвѣтствовать фонаціи, а лай, визгъ, ворча-
ніе — артикуляціи. У нихъ соотвѣтствующіе рѣчевымъ цен-
тры находятся въ зачаточномъ состояніи; центры же фонаціи
болѣе развиты, какъ у дѣтей и идіотовъ по Wildermuth’y.
Legge и Heland’y. Въ настоящее время какъ послѣдніе авторы, такъ
и Oppenheim, Knoblauch, Brazier, Wallaschek и Edgren прочно устано-
вили фактъ на афазикахъ и идіотахъ со вскрытіями, что музы-
кальная способность есть примитивный, а рѣчь есть сложный актъ,
пріобрѣтенный въ дѣтствѣ долгимъ упражненіемъ и подража-
ніемъ, съ чѣмъ соглашаются Wernicke, Kussmaul и Preyer“2).
Въ полномъ согласіи съ этимъ стоитъ тотъ фактъ, что
музыкальное чувство несомнѣнно имѣется какъ у птицъ, такъ
и у многихъ млекопитающихъ, тогда какъ пониманіе рѣчи
совершенно недоступно ни для птицъ, ни для низшихъ млеко-
питающихъ и только высшимъ млекопитающимъ оно доступно
послѣ извѣстной дрессировки, но лишь въ ограниченной мѣрѣ.
Съ другой стороны и афазики иногда отлично поютъ пѣсни и
молитвы, не имѣя возможности произнести ни одного члено-
раздѣльнаго звука. Хотя афазія нерѣдко выражается полной
потерей рѣчи, но въ отдѣльныхъ случаяхъ больные, страдающіе
афазіей, не будучи въ состояніи ни произносить, ни даже по-
нимать словъ,иногда отлично ихъ выговариваютъ при пѣніи и при
всемъ томъ повторять ихъ отдѣльно, т. е. безъ пѣнія, не могутъ. Это
объясняется безъ сомнѣнія существованіемъ особыхъ связей между
тоновымъ или музыкальнымъ центромъ и голосовымъ центромъ и
центромъ рѣчи въ 3-й лобной извилинѣ. Съ другой стороны имѣ-
ются случаи афазіи, гдѣ на ряду съ утратой рѣчи обнаруживается
1) С. Wernicke. Der aphasische Symptomencomplex. 1874, стр. 36—70.
2) Ларіоновъ. Дисс. Спб. 1898. стр. 344.

1298

также и потеря музыкальныхъ способностей, т. е. пониманія
музыкальной мелодіи и способности выражать музыкальную
мелодію голосомъ. Въ этомъ отношеніи мы можемъ сослаться
на труды Charcot1), Stumpf’2), Grasset’a3), Ballet4), Proust’a,
Lichtheim’a, Kast’a, Oppenheim’a,5), Brazier, Kussmaul’а6),Wildermutb’a7),
Knoblanh’a8), Falret9), Endgren’a10) и мн. др.
Въ отдѣльныхъ случаяхъ у больныхъ даже утрачивались
музыкальныя способности при сохраненіи словесной рѣчи.
Мнѣ также приходилось неоднократно наблюдать больныхъ
афазиковъ, лишенныхъ рѣчи, которые тѣмъ не менѣе отлично
могли пѣть. Одинъ изъ бывшихъ въ нашей клиникѣ афази-
ковъ, не имѣвшій возможности произносить ни одного слова,
могъ отлично пѣть молитву: „Со святыми упокой“, не имѣя
возможности произнести отдѣльно ни одного изъ этихъ словъ.
Другой афазикъ былъ также лишенъ рѣчи и не могъ повторять
словъ, а между тѣмъ могъ отлично пѣть словами цѣлый рядъ пѣ-
сенъ, напримѣръ: „Гой ты, Днѣпръ, ты мой широкій“, „Внизъ по
матушкѣ по Волгѣ“ и пр., а также народный гимнъ „Боже Царя
храни!“. Вмѣстѣ съ тѣмъ онъ отлично понималъ музыку и могъ
играть на скрипкѣ. Въ одномъ случаѣ афазіи больной, хотя и
могъ повторять слова, но не могъ повторять рѣчи окружаю-
щихъ, тогда какъ онъ отлично исполнялъ музыкальную мелодію.
Одинъ 7-лѣтній мальчикъ перенесъ въ раннемъ возрастѣ
экламптическій приступъ и затѣмъ долго страдалъ перемежной
лихорадкой, вслѣдствіе чего былъ лишенъ членораздѣльной
рѣчи, между тѣмъ онъ могъ отлично пѣть молитвы. Тотъ
фактъ, что у дѣтей раньше развивается музыкальное чувство,
нежели словесная рѣчь, также подтверждаетъ существованіе
особыхъ центровъ для воспріятія тоновъ и для словесной рѣчи.
Надо замѣтить, что выше указаннымъ наблюденіямъ надъ афа-
1) Bernard. De l’aphasie et de ses divers formes. Thèse de Paris. 1885.
2) См. Ribot. Болѣзни памяти. P. п.
3) Grasset. Montpeler médical. 1878.
4) Ballet. De langage interieur et les diverses formes de l’aphasie. Paris. 1886.
5) Oppenheim. Ueber das Verhalten der musikalischen Ausdrücksbewegungen
und der musicalischen Verständnisses bei Aphasischen. Charité-Analen. 1888.
6) Kussmaul. Die Störungen der Sprache. 1877.
7) Wildermuth. Untersuchungen über den Musiksinn der Idioten. Allg. Zeitschr.
f. Psych. 1889.
8) Knoblauch. Brain. XIII. 1890.
9) Falret. Diction. encycl. des sciences méd, t. V. 1876. Art. Aphasie, стр. 620.
10) Endgren. Amusie (musicalische Aphasie). Deutsche Zeitschr. f. Nerven-
heilk. 1894.

1299

зиками давали весьма разнородныя объясненія. Такъ, Falret по-
лагалъ, что дѣло идетъ въ случаяхъ, подобныхъ вышеуказан-
нымъ, о какомъ-либо недостаткѣ памяти, такъ какъ случается
нерѣдко со здоровыми лицами, что они не могутъ припомнить
словъ пѣсни, пока ее не запоютъ.
Съ другой стороны Gowers и Hughlings Jackson полагаютъ, что,
такъ какъ рѣчь является функціей опредѣленныхъ частей лѣваго
полушарія, автоматическое повтореніе словъ при пѣніи обусло-
вливается дѣятельностью праваго полушарія. Но этому объясне-
нію противорѣчитъ то обстоятельство, что въ другихъ случаяхъ
рѣчь при пораженіи лѣваго полушарія утрачивается совершенно
и не можетъ происходить произношенія словъ даже и при пѣніи.
Чтобы устранить это возраженіе, необходимо допустить, что
существуютъ значительныя индивидуальныя отклоненія въ
развитіи слуховыхъ центровъ и центровъ рѣчи и что у нѣко-
торыхъ лицъ правое полушаріе можетъ обусловливать автома-
тическую рѣчь при пѣніи, тогда какъ у другихъ вся рѣчевая
способность почти исключительно сосредоточивается въ лѣвомъ
полушаріи.
Но въ такомъ случаѣ это объясненіе наталкивается на за-
трудненіе въ объясненіи того, какимъ способомъ происходитъ
связь музыкальнаго тона съ рѣчью и какіе проводники въ
правомъ полушаріи служатъ для пѣнія словъ.
Ниже мы увидимъ кромѣ того, что и посмертныя вскрытія
не стоятъ въ согласіи съ только что приведенными предпо-
ложеніями.
Нѣкоторые авторы полагаютъ согласно гипотезѣ Mach’a
Stricker’a, Hensen’a, Pockenpohl’а, и Pollak’a что музыкальныя пред-
ставленія находятся въ зависимости отъ движеній мышцъ гор-
тани и голосовыхъ связокъ, а также губъ, языка и tensoris tym-
pani, который у иныхъ лицъ, какъ извѣстно, подчиненъ даже и
волевымъ вліяніямъ. Въ виду этого напримѣръ Frankl-Hochwartl)
полагаетъ, что въ случаяхъ, когда наблюдается потеря рѣчи
при сохраненіи музыкальныхъ способностей, дѣло идетъ о
воспроизведеніи музыкальныхъ представленій съ помощью
ушныхъ представленій или собственно по Stricker’y съ помощью
tensoris tympani. Вѣроятно, что у музыкантовъ и сокращенія
ручныхъ мышцъ служатъ основой для развитія музыкальныхъ
представленій.
Однако ученіе о зависимости слуховыхъ представленій отъ
1) Frankl-Hochwart. Deutsche Zeitschr. f. Nervenheilk. Bd. 1. 1891.

1300

движеній гортани опровергается патологическими наблюденіями.
Правда, Goltz своими опытами на собакахъ показалъ, что при
звуковыхъ колебаніяхъ происходятъ движенія tensoris tympani,
но Welloschek справедливо замѣчаетъ по этому поводу, что въ
сущности при этихъ опытахъ дѣло идетъ о звуковыхъ впечат-
леніяхъ, а не о музыкѣ и не о музыкальныхъ представленіяхъ.
Далѣе Pollak1) своими опытами доказываетъ, что движенія
tensoris tympani стоятъ въ зависимости не отъ звуковыхъ волнъ,
но обусловливаются вліяніемъ центральной нервной системы,
такъ какъ эта мышца реагируетъ лишь въ томъ случаѣ, когда
нервный слуховой аппаратъ сохраняется.
Но если бы вышеуказанное объясненіе было справедливо,
то очевидно, что для лицъ, которыя получили афазію при со-
храненіи музыкальныхъ способностей, необходимо было бы при-
знать не только тотъ фактъ, что при воспроизведеніи звуковъ
они руководятся сокращеніями tensoris tympani, но также и
существованіе въ мозгу особыхъ центровъ для музыкальныхъ
представленій, отдѣльныхъ отъ центровъ для воспріятія словъ.
Pollak признаетъ, что весь вообще музыкальный процессъ
представляется исключительно интеллектуальнымъ, при чемъ
одни лица непроизвольно вызываютъ въ своемъ представленіи
музыкальныя пьесы съ зрительными образами, другія съ зву-
ковымъ представленіемъ, третьи съ комбинаціей тоновъ и чет-
вертыя съ двигательными представленіями.
Такимъ образомъ напримѣръ одна дама при слушаніи му-
зыки представляла себѣ ландшафты, поверхность воды, скалы,
замки и проч. Другіе связываютъ музыку съ звуковыми пред-
ставленіями, они уподобляютъ звуки шуму вѣтра, раскатамъ
грома и проч.
Тѣ лица, которыя представляютъ музыку въ видѣ комби-
націи тоновъ, представляютъ ее въ сущности, какъ интеллек-
туальную игру различныхъ тоновъ.
Наконецъ, есть лица, которыя связываютъ музыку съ двига-
тельными представленіями, напримѣръ съ представленіями объ
игрѣ на инструментахъ или же съ ритмомъ, пляской, танцами,
жестами, словами и т. п.
Такимъ образомъ по автору въ отношеніи музыкальнаго
чувства должны играть большую роль ассоціаціи.
Эти различные типы людей безспорно представляютъ боль-
1) Pollak. Ueber die Function des Musculus tensor tympani. Med. Jahrbü-
cher 1886.

1301

шой интересъ въ психологическомъ отношеніи, но врядъ ли
они могутъ объяснить различныя формы музыкальной
афазіи; для этого нужно было бы доказать, что при извѣстной
формѣ амузіи имѣется всегда опредѣленный типъ, чего однако
никто еще не доказалъ.
По Ballet музыкальная память образовалась будто бы раньше
памяти словъ, а такъ какъ Ribot указываетъ, что память обра-
зуется вообще посредствомъ наслоеній сначала болѣе старыхъ,
а позднѣе болѣе свѣжихъ впечатлѣній, при ослабленіи же ея
сначала стираются болѣе позднія впечатлѣнія, то по автору
музыкальная память никогда не можетъ утратиться раньше
словесной памяти.
Но эти предположенія опровергаются прямыми наблюденіями.
Извѣстно, напримѣръ, что у тенора Barré внезапно развилась
полная амузія, вслѣдствіе чего онъ не только не могъ пѣть
ни одной ноты, но и не понималъ, что поютъ, между тѣмъ
какъ обыкновенную рѣчь воспринималъ правильно и правильно
же говорилъ.
Почти то же случилось съ пьянистомъ Prudent’омъ, который
внезапно во время концерта потерялъ совершенно музыкальную
память. Съ этихъ поръ онъ не понималъ ни одной мелодіи,
оркестръ онъ слышалъ лишь въ видѣ нестройнаго шума, при
этомъ онъ совершенно не могъ ни исполнить ни одной пьесы, ни
пѣть по нотамъ. Не смотря па то, у него не было афазіи. Впослѣд-
ствіи онъ почти выздоровѣлъ, но игралъ затѣмъ всегда лишь
до партитурѣ.
Можно указать здѣсь также на наблюденіе Carpenter’a надъ
ребенкомъ, который вслѣдъ за ушибомъ головы оставался безъ
сознанія въ теченіе 3-хъ дней, послѣ чего утратилъ всѣ позна-
нія въ музыкѣ; память же ко всему другому у него оставалась
вполнѣ сохраненною.
Словесная амнезія развивается отъ частнаго къ общему.
Поэтому съ самаго начала утрачиваются конкретныя слова, на-
званія лицъ или небольшой коллекціи предметовъ, напримѣръ
собственныя имена, техническія названія, а позднѣе теряются имена
существительныя; междомѣтія же, мѣстоименія и частью глаголы
остаются, какъ фундаментъ языка. Наконецъ позднѣе всего
утрачивается мимика, являющаяся въ формѣ первичнаго языка.
Тотъ же законъ по Brazier имѣетъ значеніе и для музыки.
Ноты — это конкретныя понятія, подобныя именамъ собственнымъ
и существительнымъ. Раздѣленіе нотъ по количеству времени
1, 1/2, 1/4, и проч. можетъ быть уподоблено прилагательному.

1302

Хотя качественная оцѣнка нотъ и оцѣнка ихъ по количеству
времени соединяется въ одинъ симзолъ, но оцѣниваются они
мозгомъ отдѣльно и, хотя въ нормальномъ состояніи эта оцѣнка
происходитъ обыкновенно одновременно, но въ патологическомъ
состояніи можетъ произойти расчлененіе обоихъ процессовъ.
Въ такомъ случаѣ согласно закону Ribot сначала должна
утрачиваться конкретная или тоновая оцѣнка нотъ, а затѣмъ и
болѣе общая оцѣнка т. е. оцѣнка по времени и наконецъ утрачи-
вается отвлеченное понятіе нотъ. При возвращеніи же къ нор-
мальному состоянію сначала возвращается болѣе общая оцѣнка,
а затѣмъ и частная. Эти замѣчанія безспорно интересны, но они
имѣютъ значеніе лишь для болѣе детальной оцѣнки разстройствъ
музыкальнаго чувства въ случаяхъ напримѣръ общаго упадка
интеллекта, наблюдаемаго при той или другой формѣ слабо-
умія, но не для оцѣнки тѣхъ разстройствъ музыкальныхъ спо-
собностей, которыя наблюдаются при такъ называемой амузіи1).
Если руководиться клиническими наблюденіями музыкаль-
ной афазіи или амузіи, то въ сущности приходится признать
существованіе нѣсколькихъ типовъ упомявутыхъ разстройствъ,
совершенно аналогичныхъ типамъ словесной афазіи.
Здѣсь мы можемъ различать: 1) тоновую глухоту, 2) нотную
слѣпоту или музыкальную алексію, 3) двигательную или эк-
спрессивную амузію, которая въ свою очередь можетъ быть ра-
здѣлена на вокальную и инструментальную амузію и нако-
нецъ 4) музыкальную аграфію.
Эти различные виды амузіи, очевидно, зависятъ отъ пораже-
нія соотвѣтствующихъ центральныхъ областей, лежащихъ, хотя
и смежно, но отдѣльно отъ рѣчевыхъ центровъ и отъ пораженія
ассоціаціонныхъ связей между различными корковыми центрами.
На основаніи вышеуказанныхъ данныхъ необходимо признать
въ корѣ человѣка существованіе двухъ отдѣльныхъ центровъ
центръ для воспріятія тоновъ или музыкальный центръ и центръ
для воспріятія словъ или словесный центръ. Первый центръ рас-
положенъ въ передней части первой височной извилины, тогда
какъ второй центръ, расположенъ въ заднемъ отдѣлѣ первой
височной извилины и затѣмъ подобно тому, какъ имѣется дви-
гательный центръ для произнесенія словъ въ задней части из-
вилины Brocka, имѣется въ корѣ и гортанный или голосовой
центръ, служащій для пѣнія, о чемъ рѣчь была уже выше. Всѣ
эти центры за исключеніемъ двусторонняго гортаннаго центра ш>-
1) См. Ларіоновъ, loco cit.

1303

лучаютъ свое развитіе у большинства людей въ лѣвомъ полуша-
ріи и находятся въ связи какъ между собою, такъ и съ цен-
трами зрительныхъ представленій и двигательныхъ представле-
ній для звуковъ и съ центромъ памяти. Нарушеніе связи
музыкальнаго центра съ зрительнымъ центромъ можетъ объ-
яснить намъ происхожденіе нотной слѣпоты; нарушеніе связи
между музыкальнымъ центромъ и двигательнымъ центромъ
руки объясняетъ намъ нотную афазію, а нарушеніе связи между
музыкальнымъ центромъ и центромъ музыкальныхъ представле-
ній объясняетъ намъ возможность происхожденія музыкальной
транскортикальной афазія или такого состоянія, когда боль-
ные слышатъ звуки тоновъ, но не улавливаютъ ихъ мелодіи.
Патолого-анатомическія данныя.
Должно замѣтить, что самостоятельность музыкальныхъ цен-
тровъ отъ рѣчевыхъ доказывается не только клиническими слу-
чаями афазіи безъ амузіи и наоборотъ амузіи безъ афазіи, но
и патолого-анатомическими вскрытіями.
Такъ, въ случаяхъ Openheim’a и Bernard’a съ двигательной
афазіей и амузіей оказалось пораженіе задняго отдѣла 3-й лѣ-
вой лобной извилины.
Въ случаѣ Openheim’a съ двигательной афазіей и амузіей
и словесной и тоновой глухотой при вскрытіи было обнаружено
размягченіе 2-й и 3-й лобной извилины и прилежащей части
височныхъ извилинъ.
Далѣе въ случаѣ Dejerine’a съ словесной и нотной слѣпотой
при вскрытіи было обнаружено размягченіе зрительной области
въ корѣ затылочной и теменной доли и атрофія зрительныхъ
путей Gratiolet.
Затѣмъ въ литературѣ имѣются случаи тоновой глухоты
или чувственной амузіи со вскрытіемъ. Одинъ изъ этихъ слу-
чаевъ принадлежитъ Bernard’y.
Въ этомъ случаѣ были разрушены въ лѣвомъ полушаріи
мозга средняя и задняя части 3-й лобной извилины, весь остро-
вокъ, вся первая височная извилина и небольшая часть ниж-
ней теменной доли съ частью подкорковыхъ узловъ.
Должно замѣтить,что кромѣ чувственной афазіи въ этомъ слу-
чаѣ имѣлась въ началѣ двигательная афазія и словесная глухота,
которыя однако скоро прошли, изъ чего слѣдуетъ, что соотвѣт-
ствующіе центры въ заднемъ отдѣлѣ 3-й лобной извилины и

1304

въ заднемъ же отдѣлѣ 1-й височной извилины вѣроятно были
поражены въ менѣе значительной степени, нежели центръ для
воспріятія музыки, который согласно опытамъ надъ животными
долженъ помѣщаться въ передней части первой височной из-
вилины, а можетъ быть въ задней части островка, скрывающей
въ себѣ gyr. angularis собакъ.
Наиболѣе важнымъ и интереснымъ въ отношеніи локали-
заціи тонового или музыкальнаго центра является случай
Edgren’a, который мы приведемъ здѣсь въ краткомъ извле-
ченіи.
Больной 39 лѣтъ, вслѣдствіе паденія на голову, получилъ
внезапно словесную и тоновую глухоту съ парафазіей. Онъ го-
ворилъ, смѣшивая слоги въ словахъ, не могъ повторять словъ,
не понималъ ихъ, читать вслухъ могъ, но путалъ слоги, т. е.
обнаруживалъ явленія паралексіи, могъ читать плавно и почти
безошибочно писалъ, путая иногда лишь слова; музыку же
совершенно не понималъ и вмѣсто оркестра слышалъ лишь
неопредѣленный шумъ. Кромѣ того у больного была ясная
спутанность психической сферы и незначительное ослабленіе
слуха съ обѣихъ сторонъ.
Спустя мѣсяцъ больной выписался изъ больницы почти вы-
здоровѣвшимъ. Ни спутанности, ни разстройствъ памяти, ни
словесной глухоты уже не обнаруживалось; у больного оста-
лась лишь легкая парафазія. По выходѣ изъ больницы боль-
ной, участвовавшій ранѣе въ пѣвческомъ обществѣ, замѣтилъ
однако, что не различаетъ тоновъ, не смотря на то, что ранѣе
обладалъ хорошимъ слухомъ. Теперь вмѣсто оркестра онъ
слышалъ только шумъ и не могъ различать никакихъ мелодій.
Когда самъ больной пѣлъ, то скоро утрачивалъ мелодію, такъ
какъ не понималъ своего собственнаго пѣнія.
Спустя 3 года больной вновь поступилъ въ больницу съ
purp. haemorrhagica; у больного въ это время не было ни двига-
тельной, ни чувственной афазіи; больной хорошо читалъ и
писалъ, тогда какъ тоновая глухота обнаруживалась попреж-
нему.
Справа больной слышитъ часы на 7 стм., слѣва на 12 стм.
Костная проводимость отсутствовала. У больного существовала
парэстезія нижнихъ конечностей. Въ мочѣ бѣлокъ и гіалино-
вые цилиндры.
Черезъ 2 мѣсяца больной умеръ при явленіяхъ воспаленія
почекъ. Вскрытіе обнаружило въ мозгу разрушеніе двухъ пе-
реднихъ третей первой лѣвой височной извилины длиною въ

1305

5 стм. и шириною въ 3 стм. и передней половины лѣвой же
второй височной извилины. Справа было найдено разрушеніе
верхней и наружной поверхности задней половины первой ви-
сочной извилины й нижняго края gyr.supramarginalis на протя-
женіи 6 стм.
« Равнымъ образомъ и изъ статьи Probst’a основанной
на разборѣ всѣхъ имѣющихся случаевъ тоновой глухоты
и одного своего случая выясняется, что утрата воспріятія
мелодіи при сохраненіи способности пѣть, играть на музы-
кальныхъ инструментахъ и читать ноты происходитъ при раз-
рушеніи передняго отдѣла первой височной извилины той или
другой стороны, преимущественно же лѣвой.
Въ 22 случаяхъ афазіи безъ пораженія музыкальныхъ спо-
собностей эти отдѣлы всегда были цѣлы по преимуществу съ
лѣвой стороны. Авторъ полагаетъ однако, что локализація
музыкальнаго воспріятія въ отдѣльныхъ случаяхъ колеблется.
Въ большинствѣ случаевъ она относится къ переднимъ
отдѣламъ первой височной извилины лѣваго полушарія, въ
меньшинствѣ же случаевъ къ тѣмъ же отдѣламъ правой ви-
сочной извилины, что зависитъ отъ того, былъ ли больной
правшой или лѣвшой.
Въ виду результатовъ этого вскрытія авторъ въ числѣ дру-
гихъ выводовъ, подтверждая аналогію между различными ви-
дами амузіи и афазіи и признавая клиническую самостоятель-
ность различныхъ формъ амузіи, которыя могутъ сопрово-
ждаться и могутъ не сопровождаться афазіей, приходитъ между
прочимъ къ заключенію, что для тоновой глухоты или чув-
ственной амузіи въ высшей степени вѣроятная локализація
въ первой или въ первой и второй лѣвыхъ височныхъ извили-
нахъ впереди области, пораженіе которой приводишь къ словесной
глухотѣ.
Выводъ этотъ очевидно находится въ полномъ соотвѣтствіи
съ результатами опытовъ на животныхъ.
Равнымъ образомъ и производившій излѣдованіе въ нашей
лабораторіи д-ръ Ларіоновъ, руководясь аналогіей клиническихъ
наблюденій съ результатами опытовъ надъ животными и ана-
логичными данными, приходишь къ выводу, что центръ для
воспріятія тоновъ у человѣка находится въ передней половинѣ
второй и въ переднихъ двухъ третяхъ первой височныхъ
1) М. Probst. Ueber die Localisation des Tonvermögens. Arch. f. Psycb. u.
Nervenkr. 1899. Bd. Hft. 2.

1306

извилинъ обоихъ полушарій, причемъ верхніе тоны скалы
по автору вѣроятно находятся в ь задней части островка, соот-
вѣтствующей g. angularis собаки.
Что же касается центровъ пониманія музыки, то согласно
схемѣ Knoblauch’a и современнымъ взглядамъ объ афазіи и
амузіи должно признать, что таковые должны помѣщаться по
всей вѣроятности въ заднемъ ассоціаціонномъ центрѣ P. Flechsig’a,
въ области задней половины второй и въ третьей височной изви-
линѣ, гдѣ по Bateman’y содержится и память словъ.
Точно также и по Probst’y слѣдуетъ различать центры вос-
пріятія тоновъ и центры пониманія мелодій.
Еще нѣтъ указаній, гдѣ помѣщаются послѣдніе, но, руково-
дясь аналогіей съ центрами воспріятія рѣчи (центръ Wernicke)
и центромъ пониманія рѣчи, о чемъ рѣчь будетъ еще впереди,
надо думать, что центръ музыкальнаго пониманія долженъ
находиться по сосѣдству съ послѣднимъ. Пока однако еще не
существуетъ въ этомъ отношеніи вполнѣ согласныхъ взгля-
довъ. Нѣкоторые согласно Monakow’y допускаютъ, что правая
слуховая сфера служитъ преимущественно для воспріятія
звуковъ и тоновъ, лѣвая же для анализа сложныхъ музыкаль-
ныхъ звуковъ.
Словесный слуховой центръ.
Кромѣ тонового или музыкальнаго центра въ корѣ чело-
вѣка имѣется еще особый смежный съ нимъ словесный центръ
или центръ воспріятія словъ, какъ звуковъ, состоящихъ частью
изъ шумовъ, частью изъ тоновъ опредѣленной высоты. Существо-
ваніе этого центра, въ которомъ идеи облекаются въ форму
слова и который такимъ образомъ имѣетъ спеціальное пред-
назначеніе, обусловленное развитіемъ у человѣка рѣчи, дока-
зывается случаями такъ назыв. словесной глухоты, при ко-
торой слова не слышатся, какъ таковыя, и потому не могутъ
быть повторяемы. Поэтому больной, само собою разумѣется, не
можетъ и понимать человѣческой рѣчи, хотя въ то же время
онъ можетъ слышать тоны вполнѣ хорошо. Для примѣра можно
указать на одно изъ наблюденій Exner’a, хотя таковыхъ можно
было бы привести значительное количество. Больная имѣла
хорошій слухъ, отлично слышала звонъ колокола, хлопанье
дверей, тиканье часовъ, тогда какъ не могла понимать пи одного

1307

слова; по выздоровленіи же разсказывала, что слова ей слы-
шались на подобіе смѣшаннаго шума. Это состояніе слѣдуетъ
отличать отъ другого состоянія, съ которымъ прежде обыкно-
венно его смѣшивали, а именно: когда больные слышатъ слова,
могутъ ихъ автоматически повторять, но не понимаютъ ихъ
смысла. Подобное состояніе представляетъ собою припадокъ
такъ называемой транскрртикальной чувственной афазіи и
зависитъ отъ нарушенія связи между словеснымъ корковымъ
центромъ и тѣми областями мозга, въ которыхъ слова, какъ
звуки, ассоціируются съ опредѣленными предметами и понятіями.
Объ этихъ областяхъ мозга, которыя очевидно входятъ въ составъ
задняго ассоціаціоннаго центра Phlechsig’a, мы будемъ еще вести
рѣчь впослѣдствіи, а теперь замѣтимъ лишь, что существую-
щія въ настоящее время патолого-анатомическія данныя не
оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что центръ для воспріятія словъ
или центръ Wernicke, разрушеніе котораго приводить къ сло-
весной глухотѣ, содержится въ задней половинѣ или точнѣе
въ задней трети первой височной извилины лѣваго полушарія
С. Wernicke1) впервые на основаніи вскрытія своихъ случаевъ
установилъ локализацію этого центра въ задней части 1-й ви-
сочной извилины и въ прилежащей области 2-й височной изви-
лины лѣваго полушарія. Съ тѣхъ поръ многократно описы-
вались случаи словесной глухоты или чувственной афазіи съ
подобной же локализаціей.
Слѣдуетъ впрочемъ упомянуть, что Wernicke неправильно
разсматриваетъ открытый имъ центръ, какъ центръ воспоминанія
звуковыхъ образовъ, такъ какъ этотъ центръ въ сущности
является центромъ словеснаго воспріятія.
Kahler и Pick въ 1899 году2) собравъ литературу, относя-
щуюся къ словесной глухотѣ, приходятъ на основаніи сопо-
ставленія своихъ и чужихъ случаевъ къ тому заключенію, что
пораженіе 1-й и 2-й височныхъ извилинъ лѣваго полушарія
вызываетъ потерю слуха къ рѣчи и неспособность понимать
рѣчь и даже явленія слабоумія. Особенно глубокое слабоуміе
развивается при пораженіи обѣихъ височныхъ долей.
Въ сочиненіи Luciani и Seppilli3) сопоставлено 20 случаевъ
1) С. Wernicke. Der aphasische Symptomocomplex. 1874. — Lehrbuch der
Gehirnkrankheiten 1887.
2) Kahler und Pick. Präger Vierteljahrschr. Bd. 141 и 142. Beiträge zur
Pathologie und patholog. Anatomie d. Centralnervensystem. Leipzig, 1879.
3) Luciani und Seppilli. Die Functions-Localisation auf der Grosshirnrinde. 1888.

1308

словесной глухоты со вскрытіемъ, въ которыхъ обнаружено
пораженіе височныхъ извилинъ преимущественно 1-й и 2-й.
Въ трехъ изъ этихъ случаевъ были поражены всѣ три ви-
сочныя извилины, причемъ въ двухъ случаяхъ были поражены
заднія части этихъ извилинъ и въ одномъ случаѣ пораженіе
распространилось на всѣ отдѣлы извилинъ, въ 10-ти были
поражены одновременно и первая, и вторая височная извилины
и въ 7-ми случаяхъ одна первая височная извилина, причемъ
въ 3-хъ изъ этихъ случаевъ была поражена задняя половина
1-й височной извилины.
Ewens собралъ 25 случаевъ словесной глухоты съ локали-
заціей пораженія въ первой височной извилинѣ.
Въ работѣ проф. Naunin’a1) собраны 71 случай двигатель-
ной и чувственной афазіи и неточно опредѣленныхъ формъ
афазіи, при этомъ выяснилось, что локализація пораженія въ
случаяхъ съ словесной глухотой соотвѣтствуетъ задней поло-
винѣ 1-й височной извилины (собственно 3-й и 4-й пятой ея
части, считая спереди).
Въ изслѣдованіяхъ Exner’a2) собрано 167 различныхъ
случаевъ пораженій мозговыхъ полушарій, причемъ авторъ
нанесъ мѣста пораженій на схему мозга, раздѣленную на 366
квадратиковъ. Мѣста наиболѣе густо окрашенныя и предста-
вляютъ собою соотвѣтствующіе центры.
Эти изслѣдованія показываютъ, что рѣчь и пониманіе про-
износимыхъ словъ теряется при пораженіи 3-й лѣвой лобной
извилины и 1-й и 2-й лѣвыхъ височныхъ извилинъ. Что касается
3-й лѣвой лобной извилины, то, какъ извѣстно, она служитъ
центромъ произвольной рѣчи. Разрушенія же 1-й и 2-й височной
извилины приводятъ по мнѣнію Exner’a къ словесной глухотѣ.
Далѣе Allen Starr3), собравъ 50 случаевъ словесной глухоты
и раздѣливъ ихъ по мѣсту пораженія, убѣдился, что за исклю-
ченіемъ 7 случаевъ во всѣхъ остальныхъ были поражены ви-
сочныя извилины.
Въ 38 случаяхъ пораженной оказалась 1 височвая извилина,
въ 24-хъ случаяхъ 2-я височная извилина и въ 3-хъ случаяхъ
3-я височная извилина. 2-я и 3-я височныя извилины всегда
поражались лишь вмѣстѣ съ 1-й кромѣ впрочемъ одного слу-
чая, гдѣ 2-я извилина была поражена изолированно.
Въ 7-ми же вышеупомянутыхъ случаяхъ оказались пора-
1) Verhandl. d. VI Congresses f. innere Medicin zu Wiesbaden. 13. April 1887.
2) Exner. Arch. f. Psych. 1889. Bd. II.
3) A. Starr. Brain 1890.

1309

женными нижняя теменная долька, верхне-краевая извилина
угловая извилина и затылочныя извилины.
Такъ какъ всѣ только что указанныя области лежатъ въ
непосредственномъ сосѣдствѣ съ первой височной извилиной,
то есть полное основаніе полагать, что и въ этихъ 7 случаяхъ
дѣло идетъ о поврежденіи подкорковыхъ волоконъ 1-ой ви-
сочной извилины, которое очевидно и уподобляетъ эти слу-
чаи пораженію сѣраго вещества самой извилины.
Такъ какъ во время произвольной рѣчи и при чтеніи мы
руководимся мысленнымъ звучаніемъ словъ въ слуховомъ
центрѣ, то естественно, что при словесной глухотѣ, обусло-
вленной разрушеніемъ слухового центра для словъ, происхо-
дятъ ошибки и перепутываніе словъ, что извѣстно подъ на-
званіемъ парафазіи и паралексіи.
Надо замѣтить, что въ анатомическомъ отношеніи къ 1-й
височной извилинѣ тѣсно примыкаютъ и извилины задней ча-
сти островка, вѣроятно, тѣсно связанный съ 1-й височной
извилиной и въ физіологическомъ отношеніи. Задняя остров-
ная извилинка, представляясь очень малой по своимъ размѣ-
рамъ, составляетъ по Mills’y1) продолженіе задней суженной
половины 1-й височной извилины; лежащая же впереди отъ
предыдущей извилинка островка составляетъ продолженіе
передней половины 1-й височной извилины. У болѣе низшихъ
млекопитающихъ, какъ напр. у собаки, островку человѣка и
обезьянъ соотвѣтствуетъ собственно т. наз. Сильевіева извилина
или gyr. atigularis, выступающая на поверхность мозга, а 1-й височ-
ной извилинѣ человѣка и обезьянъ соотвѣтствуетъ задній отдѣлъ
т. наз. надсильвіевой извилины или 3-ей первичной извилины.
Такъ какъ съ другой стороны gyr. atigularis у собакъ, какъ показы-
ваютъ опыты на животныхъ, представляютъ собою также часть
слухового центра, то есть основаніе думать, что и соотвѣт-
ствующія ей островныя извилины въ мозгу человѣка и обезьянъ
служатъ также для отправленій слуха. Къ этому заключенію
дѣйствительно и приходятъ нѣкоторые авторы, какъ Mills,
Charlesk, Turner, Ferrier и др., причемъ имѣются и клиниче-
скіе факты, говорящіе съ положительностью въ пользу этого
заключенія. Особенно поучительны въ этомъ отношеніи изслѣ-
дованія Meynert’a2) и Sander’a3). Итакъ, существуютъ основа-
нія полагать, что какъ у собакъ слуховой центръ захватывалъ
1) Mills. On the loclalsation of the auditory centre. Brain. 1891.
2) Meynert. Wien. med. Jahr. 1866. Bd. XII.
3) Sander. Arch. f. Psych. 1869. Bd. II.

1310

собою т. наз. Сильвіеву извилину, такъ и у человѣка, а равно
и у обезьянъ слуховыя области не ограничиваются одной пер-
вой височной извилиной, но и распространяются на прилежа-
щія области островка.
Съ этимъ согласны и новѣйшія данныя P. Flechsig’а, кото-
рый, руководясь изслѣдованіями по методу развитія, прихо-
дитъ къ выводу, что у человѣка слуховая область кромѣ 1-й
височной извилины распространяется также и на лежащія въ
глубинѣ fossae Sylvii двѣ поперечныя извилины височной доли,
представляющія въ сущности корни 1-й височной извилины
и переходящія въ послѣднюю непосредственно. По Flechsig’у
какъ передняя поперечная, такъ и 1 височная извилины уже
рано содержатъ мякотныя волокна, которыхъ не содержится
въ это время ни въ передней 1/3, ни въ задней 1/5 части 1-й ви-
сочной извилины.
Д-ръ Ларіоновъ, работавшій въ нашей лабораторіи, руково-
дясь только что указанными данными, случаями амузіи со
вскрытіемъ Endgren’а и своими опытами, схематически пред-
ставляетъ расположеніе тоновыхъ центровъ у человѣка въ зад-
ней части островка и въ передней половинѣ первой и второй ви-
сочныхъ извилинъ, при чемъ въ островкѣ по его мнѣнію бу-
дутъ располагаться центры для воспріятія высокихъ тоновъ,
въ 1-й височной извилинѣ центры для среднихъ тоновъ и во
2-й височной извилинѣ центры для низкихъ тоновъ.
Во всякомъ случаѣ главная часть слухового или музыкаль-
наго центра у человѣка по нашему мнѣнію располагается въ
передней части 1-й височной извилины, вѣроятно, съ обѣ-
ихъ сторонъ и обладаетъ самостоятельными центростреми-
тельными проводниками, такъ какъ существуетъ болѣзненное
состояніе, извѣстное подъ названіемъ амузіи, когда слова слы-
шатся, но музыка не воспринимается.
Что же касается центра для воспріятія словъ Wernicke, то
онъ по Ларіонову располагается въ задней половинѣ 1-й ви-
сочной извилины, слѣдовательно соотвѣтственно положенію
среднихъ тоновъ, преимущественно сексты b1—g2 одно — и дву-
чертной октавъ.
Въ согласіи съ этими выводами стоятъ и изслѣдованія
Bezold’а, который убѣдился, что у глухонѣмыхъ весьма нерѣдко
обнаруживается выпаденіе воспріятія тоновъ большой сексты
b1—g2 1).
1) Ларіоновъ. Дисс. Спб. 1898.

1311

*) Bdinger. Geschichte eines Patientes etc. Arch. f. klin. Med. Bd. 73.
Въ заключеніе упомянемъ, что словесный центръ разви-
вается у огромнаго большинства людей по преимуществу, если
не исключительно, въ лѣвомъ полушаріи мозга согласно тому,
что и произвольный центръ рѣчи развивается въ лѣвой 3-й
лобной извилинѣ.
Вслѣдствіе этого, пораженія правой височной доли обыкно-
венно не сопровождаются пораженіемъ съ характеромъ сло-
весной глухоты. Въ числѣ многочисленныхъ наблюденій этого
рода въ указанномъ отношеніи заслуживаетъ вниманія между
прочимъ случай Edinger’a1), у котораго, вслѣдствіе мелано-
саркомы, была удалена вся правая височная доля и островокъ
и при этомъ никакихъ явленій выпаденія не обнаруживалось.
Особенно рѣчь и слухъ больного представлялись безъ наруше-
нія. При анатомическомъ изслѣдованіи найдено перерожденіе
волоконъ, идущихъ въ затылочную, теменную и лобную долю,
но всѣ эти пучки были слабо развиты.
Вышеуказанная локализація словесного слухового центра въ
лѣвомъ полушаріи стоитъ очевидно въ связи съ тѣмъ явленіемъ,
что двигательные центры лѣваго полушарія вообще представ-
ляются болѣе развитыми, нежели двигательные центры праваго
полушарія, отчего между прочимъ происходитъ и превалиро-
ваніе у большинства людей правой половины тѣла какъ въ
отношеніи силы, такъ π въ отношеніи развитія мышечной си-
стемы. Въ силу той же зависимости у лѣвшей центры сло-
веснаго воспріятія и рѣчи развиваются большею частью въ
правомъ, а не въ лѣвомъ полушаріи, въ силу чего въ случа-
яхъ словесной глухоты или двигательной афазіи у лѣвшей на-
ходятъ пораженіе въ соотвѣтствующихъ областяхъ праваго,
а не лѣваго полушарія Это замѣчаніе имѣетъ полное значеніе
по отношенію къ словесному центру. Что же касается тонового
или музыкальнаго центра, то у животныхъ, напр. собакъ, онъ
получаетъ двустороннее развитіе, какъ показываютъ соотвѣт-
ствующіе опыты. Въ отношеніи человѣка имѣющіяся наблюде-
нія еще не даютъ возможности съ положительностью рѣшить
вопросъ о томъ, принадлежитъ ли воспріятіе тоновъ у него
исключительно лѣвому полушарію или же частью оно при-
надлежитъ и правому полушарію.
Частая встрѣча тоновой глухоты съ словесной афазіей го-
воритъ очевидно въ пользу того, что этотъ центръ у человѣка

1312

отличается особымъ развитіемъ въ лѣвомъ полушаріи, но въ
извѣстномъ случаѣ тоновой глухоты, описанномъ Edgren’омъ,
было найдено пораженіе въ области слуховыхъ центровъ не
только лѣваго, но и праваго полушарія.
Тѣмъ не менѣе другой случай тоновой глухоты вмѣстѣ съ
афазіей, описанный Bernard’омъ, представлялъ пораженіе въ лѣ-
вомъ полушаріи мозга.
Если дѣйствительно подтвердится фактъ, что тоновой центръ
у человѣка развитъ по преимуществу или исключительно въ
лѣвой височной долѣ, какъ и высказывается по этому поводу
Edgren, то очевидно, что лѣвая височная доля у человѣка слу-
житъ по преимуществу, если не исключительно, для качествен-
наго слуха; на долю же правой остается лишь общее воспріятіе
звуковъ въ видѣ напр. шума и простыхъ звуковъ, которые
воспринимаются вѣроятно какъ правымъ, такъ и лѣвымъ полу-
шаріями; по крайней мѣрѣ разрушеніе слуховыхъ центровъ
лѣваго полушарія не прекращаетъ воспріятія шумовъ и не
приводитъ вообще къ полной глухотѣ, которая развивается, какъ
увидимъ ниже, лишь при двустороннихъ пораженіяхъ височ-
ной доли.
Въ дополненіе къ вышеприведеннымъ наблюденіямъ слѣ-
дуетъ замѣтить, что въ случаяхъ, когда патологическое гнѣздо
въ области первой височной извилины приводило къ раздра-
женію мозговой ткани, какъ напр. при опухоляхъ въ выше-
названной области, у больныхъ обнаруживались тѣ или другія
субъективныя слуховыя ощущенія. Сюда относятся наблюденія
Gowers’a, Mennet’a и др.
Вслѣдствіе недоразвитія и атрофіи ушныхъ мышцъ у чело-
вѣка, конечно, не можетъ быть и рѣчи въ подобныхъ случаяхъ
о какихъ либо движеніяхъ ушей подобно тому, какъ это на-
блюдается у животныхъ съ хорошо развитой и подвижной
ушной раковиной, у которыхъ раздраженіе въ области слухо-
вого центра вызываетъ всегда ясныя движенія ушей.
Изъ предыдущаго очевидно, что въ слуховой области чело-
вѣка слѣдуетъ различать центры для слухового воспріятія то-
новъ и шумовъ и спеціальные центры для воспріятія рѣчи или
словесный центръ, который у большинства людей развивается въ
лѣвомъ полушаріи мозга, у меньшинства въ правомъ полушаріи.
Первый, т. е. словесный центръ помѣщается въ задней поло-
винѣ первой височной извилины, тогда какъ топовой центръ
располагается въ передней части той же извилины.
Кромѣ центровъ тонового и словеснаго воспріятія по со-

1313

Центръ слуховыхъ представленіи.
Амнестическая афазія.
Надо думать, что центръ для звуковыхъ представленій и
центръ для представленій словъ, какъ опредѣленныхъ симво-
ловъ, занимаютъ собою большую часть наружной поверхности ви-
сочной доли кромѣ первой височной извилины и вѣроятно также
прилежащія области основной поверхности височной доли.
Однимъ изъ хорошихъ примѣровъ вышеуказаннаго разстрой-
сѣдству съ ними въ корѣ несомнѣнно имѣются области, въ
которыхъ продукты слухового воспріятія сохраняются въ видѣ
слѣдовъ или отпечатковъ.
Къ сожалѣнію область слуховыхъ воспоминательныхъ слѣ-
довъ представляется у человѣка еще недостаточно ограничен-
ною. Но есть много данныхъ въ пользу того, что эта область
слуховыхъ представленій расположена на 2-й и 3-й височныхъ
извилинахъ, а возможно, что для той же цѣли служатъ и
основныя части височныхъ извилинъ.
Клиническія наблюденія не оставляютъ сомнѣнія въ томъ,
что въ извѣстныхъ случаяхъ у больныхъ происходитъ пра-
вильное воспріятіе звуковъ и словъ и они могутъ повторять
всѣ слышанныя и всѣ произносимыя предъ ними слова, мо-
гутъ даже записать послѣднія, но въ то же время они не по-
нимаютъ чужой рѣчи, забыли названія предметовъ и не пом-
нятъ воспринимаемыхъ ими словъ.
Это суть случаи словесной глухоты, при которой воспріятіе
словъ вообще не нарушено, пониманіе же словъ, какъ симво-
ловъ окружающихъ предметовъ, утрачено въ большей или
меньшей степени или даже совершенно.
Вскрытіе такого рода случаевъ обыкновенно открываетъ
пораженія височныхъ извилинъ, что заставляетъ признать ло-
кализацію центра для слуховыхъ воспоминательныхъ слѣдовъ
или представленій въ сосѣднихъ частяхъ височной доли.
Особенно часто наблюдаются случаи чистой словесной глу-
хоты при нарывахъ лѣвой височной доли, обусловленныхъ
отитомъ, какъ показываетъ въ этомъ отношеніи многочислен-
ный рядъ клиническихъ наблюденій.

1314

ства представляетъ случай Monakow’a1), въ которомъ у больного
имѣлся достаточный запасъ словъ, хорошій вообще слухъ и
правильное употребленіе словъ; больной, хотя и съ трудомъ,
могъ даже читать и писать, но при всемъ томъ больной не
понималъ чужой рѣчи. Больной одновременно при этомъ стра-
далъ зрительными и слуховыми галлюцинаціями при сохра-
ненной въ остальномъ психикѣ. Вскрытіе показало размягченіе
2-й и 3-й затылочной и 2-й и 3-й височныхъ извилинъ слѣва
и пораженіе средней области правой затылочной доли.
Имѣются впрочемъ π чистые случаи амнестической афазіи,
при которыхъ больные слышатъ и понимаютъ чужую рѣчь, мо-
гутъ повторять за другими всѣ рѣшительно слова и понимаютъ
даже ихъ значеніе, могутъ читать и писать, но они забываютъ
названія предметовъ и потому рѣчь ихъ лишена существитель-
ныхъ, а сами они не въ состояніи назвать окружающихъ пред-
метовъ ни при какихъ условіяхъ. Особенно часто это разстрой-
ство наблюдается при нарывахъ лѣвой височной доли, разви-
вающихся нерѣдко, вслѣдствіе гнойнаго отита2).
Чаще всего этотъ симптомъ наблюдается при зрительныхъ,
иногда же при слуховыхъ и осязательныхъ впечатлѣніяхъ.
Явленія чистой амнестической афазіи наблюдались между
прочимъ Strohmayer’омъ3) и нѣкоторыми другими авторами.
Въ одномъ изъ случаевъ, который я могъ наблюдать вмѣстѣ
съ П. А. Останковымъ, дѣло шло о ЧИСТОЙ амнестической
афазіи безъ словесной глухоты, нарывъ же, сидѣвшій въ лѣвой
височной долѣ, разрушилъ значительную часть gyr. liugualis
и часть бѣлаго вещества височной доли.
Luciani и Seppilli4), руководясь случаемъ Cattan’a, въ которомъ
наблюдалась словесная амнезія при сохраненіи слуха и спо-
собности повторять слова, при вскрытіи же наблюдалось по-
раженіе 2 и 3 лѣвыхъ височныхъ извилинъ, полагаютъ,
что вообще амнезія словъ можетъ существовать безъ
словесной глухоты и что въ то время, какъ воспріятіе словъ
происходитъ въ 1 лѣвой височной извилинѣ, воспроизведете
словъ выполняется 2-й й 3-й лѣвыми височными извилинами.
1) Monakow. Arch. f Psych. 1885. Bb. XVI.
2) Marcus. Ueber die beim otitisschen Abscess d. linken Schläfenlappen auf-
tretenden Störungen der Sprache. D. Zeitschr. f. Chirurgie. Bd. 60.
3) Strohmayer. Zur Krilik d. „subcorfcicalenu sensorischen Aphasie. D.
Zeitschr f. Nervenheilkunde. 1902. 5 u. 6 Hit.
4) Luciani. Die Functions-Localisation auf der Grosshirnrinde. 1886. Leip-
zig. Uebers. v. Eraenkel, стр. 223.

1315

Въ работѣ Zacher’a приводится случай съ пораженіемъ вто-
рой извилины лѣвой височной доли въ видѣ кисты, величиною
въ марку, при жизни же кромѣ ослабленія умственныхъ спо-
собностей наблюдалась амнестическая афазія, выражавшаяся за-
бываніемъ названій.
Broadbent1) на основаніи клиническихъ случаевъ помѣщаетъ
центръ памяти словѣ въ особой описываемой имъ коллате-
ральной долькѣ на основной поверхности височной доли.
По Bateman’y2) на 2 и 3 височныхъ извилинахъ лѣвой
стороны помѣщается центръ, разрушеніе котораго вызываетъ
амнестическую афазію, т. е. потерю памяти словъ.
Точно также Elder3) помѣщаетъ особый центръ памяти
словъ на основаніи клинико-патологическихъ данныхъ въ 3-й
извилинѣ височной доли.
Имѣя въ виду вышеприведенныя данныя, мы можемъ при-
знать, что въ наружной и основной части височной доли имѣ-
ются съ одной стороны центры для храненія звуковыхъ пред-
ставленій, съ другой — центры, предназначенные для храненія
словесныхъ представленій, иначе говоря, для храненія словъ,
какъ символовъ опредѣленныхъ предметовъ.
Подкорковые слуховые проводники.
Обращаясь къ вопросу о ходѣ подкорковыхъ слуховыхъ
путей, необходимо припомнить прежде всего, что слуховые
центральные проводники, поднимаясь въ мозговомъ стволѣ въ
боковой петлѣ, какъ мы уже видѣли, направляются затѣмъ
чрезъ заднюю ручку къ заднему или нижнему колѣнчатому
тѣлу.
Отсюда, какъ показываютъ патолого-анатомическія изслѣдо-
ванія Monakow’a, эмбріологическія изсліѣдованія P. Flechsig’a и
спеціально произведенныя въ нашей лабораторіи изслѣдованія
(д-ра Ларіонова), слуховые пути поднимаются въ бѣломъ ве-
ществѣ полушарій, главнымъ образомъ къ области первой и
частью второй извилины височной доли, т. е. къ мѣсту корко-
ваго слухового центра.
Патолого-анатомическія изслѣдованія доказываютъ что у чело-
вѣка центральный подкорковый слуховой путь имѣетъ тотъ же
1) Broadbent. Brain. 1879. Med. Chir. Trans. 1872. Brit. med. Journ. 1897.
2) Bateman. On aphasia. London. 1899.
3) Elder. Aphasia and the cerebral speech mechanism. London. 1897.

1316

ходъ, причемъ изъ колѣнчатаго тѣла слуховые проводники подни-
маются къ 1-й височной извилинѣ, проходя въ началѣ въ ближай-
шемъ сосѣдствѣ съ заднимъ отдѣломъ внутренней сумки, чѣмъ и
объясняется между прочимъ тотъ фактъ, что въ случаѣ Vet-
ter’a при пораженіи внутренней сумки наблюдалась перекрест-
ная глухота.
Позднѣйшія изслѣдованія Ramon у Cajal’a показываютъ,
что бугрокорковый слуховой путь, оканчивается вѣроятно
въ основной долѣ головного мозга (lobus sphenoidalis), что для
высшихъ животныхъ во всякомъ случаѣ не можетъ быть
принято. Заслуживаете однако вниманія, что подобно дру-
гимъ чувствительнымъ путямъ авторъ констатируетъ и въ
слуховыхъ центральныхъ путяхъ вмѣстѣ съ восходящими и
нисходящія корко-бугровыя или собственно корко-колѣн-
чатыя волокна, которыя, проникая во внутреннее колѣнчатое
тѣло, оканчиваются здѣсь свободными развѣтвленіями, смѣши-
ваясь съ развѣтвленіями боковой петли.
Что касается центробѣжныхъ проводниковъ слухового центра,
обусловливающихъ движенія, рефлекторно вызываемыя слухо-
вымъ воспріятіемъ, какъ движенія ушей и движенія глазъ, то
они легче всего изучаются путемъ наблюденія вторичныхъ пе-
рерожденій на мозгахъ съ разрушеніемъ слуховой области моз-
говой коры.
Для вышеуказанной цѣли въ вашей лабораторіи произво-
дились спеціальныя изслѣдованія (д-ръ Ларіоновъ), причемъ
оказалось, что вслѣдъ за разрушеніемъ слухового центра пе-
рерожденныя волокна направляются съ одной стороны чрезъ
задній отдѣлъ внутренней капсулы къ внутреннему колѣнча-
тому тѣлу и отсюда къ заднему четверохолмію и съ другой сто-
роны къ верхненаружнымъ отдѣламъ бугровъ, достигая ихъ
stratum zonale. Кромѣ того отчасти прямо, отчасти чрезъ связь
съ gangl. habenulae и ножкой conarii перерожденныя волокна вхо-
дятъ въ заднюю спайку и въ переднее двухолміе и чрезъ глу-
бокое вещество послѣдняго въ область задняго продольнаго
пучка противоположной стороны, въ прилежащіе отдѣлы сѣте-
виднаго образованія и даже въ переднюю ножку мозжечка.
Что касается до физіологической роли центробѣжнаго пути,
связывающаго слуховой центръ височной доли съ заднимъ ко-
лѣнчатымъ тѣломъ и заднимъ четверохолміемъ, то здѣсь мы
имѣемъ очевидно обратно идущія системы, которыя, руководясь
своими опытами, я долженъ признать за тѣ пути, при по-
средствѣ которыхъ происходитъ психорефлекторное движеніе

1317

ушей. По крайней мѣрѣ при своихъ опытахъ я неоднократно
убѣждался, что раздраженіе задняго колѣнчатаго тѣла и зад-
няго двухолмія вызываетъ столь же характеристичныя движенія
ушей, какъ и раздраженіе мозговой коры въ области слухового
центра.
Связь слухового центра мозговой коры съ переднимъ дву-
холміемъ и съ задней спайкой, а при посредствѣ глубокаго
вещества двухолмія съ заднимъ продольнымъ пучкомъ и глаз-
ными ядрами, очевидно служитъ для передачи слуховыхъ им-
пульсовъ съ мозговой коры на движеніе глазъ и состояніе
зрачка и объясняетъ намъ явленія со стороны глазъ и зрач-
ковъ, наблюдаемыя при раздраженіи корковаго слухового центра.
Подтвержденіемъ этого служитъ тотъ фактъ, что съ разрушеніемъ
передняго двухолмія, какъ показали спеціально произведенные
въ вашей лабораторіи опыты (д-ръ Герверъ), прекращаются и
движенія глазъ, вызываемыя съ корковаго височнаго центра.
Что касается до связи слухового центра съ stratum zonale
thalami, то аналогично другимъ связямъ чувственныхъ центровъ
коры съ бугромъ мы признаемъ ее имѣющей значеніе въ от-
ношеніи выражающихъ движеній.
Наконецъ, что касается до связи слухового центра съ сѣте-
виднымъ образованіемъ, то роль ея остается еще невыяснен-
ной и можно лишь предполагать, что при посредствѣ ея пе-
редается указанное нашими опытами вліяніе слухового центра
на кровеобращеніе.
О корковомъ зрительномъ центрѣ.
Изъ всѣхъ чувственныхъ центровъ коры мозга центръ
зрѣнія служилъ предметомъ наиболѣе обстоятельныхъ изслѣ-
дованій какъ со стороны физіологовъ, такъ и клиницистовъ;
но, не смотря на то, и до сихъ поръ ученіе о корковомъ зри-
тельномъ центрѣ не достигло еще той законченности, кото-
рая въ этомъ отношеніи представляется желательною.
Первоначальныя указанія.
Уже изъ опытовъ Flourens’a1) было извѣстно, что при уда-
леніи у птицъ мозговыхъ полушарій они лишались между
l) Flourens. Arch. générale de médecine. Ann. t. II.

1318

прочимъ зрѣнія и слуха. Если же удалялось одно изъ полу-
шарій, то у птицъ наблюдалась слѣпота и глухота съ проти-
воположной стороны. Эти опыты такимъ образомъ впервые уста-
новили связь зрительнаго и слухового органа съ мозговой
корой и вмѣстѣ съ тѣмъ показали, что у птицъ эта связь
представляется перекрестною.
Впрочемъ по опытамъ позднѣйшихъ авторовъ у животныхъ съ
удаленными полушаріями зрѣніе и слухъ утрачиваются не совер-
шенно. Такъ, Lussana и Lemoigne, а равно и Renzi, находили, что
вслѣдъ за удаленіемъ большихъ полушарій у животныхъ еще
сохраняется способность избѣгать препятствія и обнаруживается
поворачиваніе головы на свѣтъ. Послѣднее констатировалъ
при своихъ опытахъ и Longet. У болѣе низшихъ животныхъ,
какъ напр. лягушекъ, способность избѣгать препятствія вслѣдъ
за удаленіемъ мозговыхъ полушарій обнаруживается вообще
съ необычайною ясностью.
Вышеприведенные результаты опытовъ заставляли призна-
вать, что кора мозга въ сущности служитъ для образованія
зрительныхъ представленій, тогда какъ зрительное ощущеніе
должно локализироваться въ основныхъ частяхъ мозга, служа-
щихъ мѣстомъ окончанія зрительныхъ волоконъ.
Что касается локализаціи корковаго зрительнаго центра, то,
пока господствовало учете Flourens’a объ единствѣ психиче-
скихъ функцій, не возникало даже и вопроса о томъ, гдѣ соб-
ственно помѣщается зрительный центръ въ мозговой корѣ.
По Luciani и Seppilli впервые Paniza въ 1855 году указалъ
на существованіе особаго корковаго зрительнаго центра. Но
это указаніе долгое время не обращало на себя никакого
вниманія.
Затѣмъ Kendrick отмѣтилъ на поверхности задней части моз-
говыхъ полушарій у птицъ область, удаленіе которой приво-
дитъ къ слѣпотѣ противоположнаго глаза.
Далѣе въ 1874 году Hitzig1) опредѣленно указалъ на суще-
ствованіе зрительнаго центра въ корѣ затылочной доли у
собакъ.
Позднѣйшія обширныя изслѣдованія Ferrier’a послужили
повидимому базой для дальнѣйшихъ изысканій относительно
локализаціи зрительнаго центра у высшихъ млекопитающихъ.
На основаніи цѣлаго ряда опытовъ, произведенныхъ надъ обезья-
нами, Ferrier локализировалъ зрительный центръ въ такъ на-
1) Е. Hitzig. Untersuch. über d. Gehirn. Centralbl. f. med. Wiss. 1874.

1319

зываемой угловой извилинѣ (gyr. angularis) теменной доли обезьянъ.
Разрушеніе ея вызывало по автору слѣпоту противоположнаго
глаза, которая съ теченіемъ времени постепенно исправлялась.
Двустороннее же разрушеніе угловыхъ извилинъ вызывало абсо-
лютную и окончательную слѣпоту на оба глаза.
Подобная локализація зрительнаго центра по автору под-
тверждалась еще и тѣмъ, что раздраженіе области угловой
извилины и соотвѣтственныхъ областей коры у другихъ жи-
вотныхъ вызывало поворачиваніе глазъ въ противоположномъ
направленіи, сопровождающееся расширеніемъ зрачковъ. Надо
замѣтить, что отношеніе gyrus angularis къ зрѣнію подтвержда-
лось и позднѣйшими авторами, между прочимъ Horsley’емъ и
Scbäffer’омъ, а также Luciani и Tamburini, тогда какъ другіе авторы
какъ Hunk, Tomsen и Brown отрицаютъ всякое отношеніе gyr.
angularis къ зрѣнію.
Luciani и Tamburini1) впервые замѣтили двустороннюю одно-
именную слѣпоту у собакъ съ разрушеніемъ затылочной доли.
Munk, первоначально оспаривавшій отношеніе зрительнаго
центра къ обѣимъ сѣтчаткамъ2), впослѣдствіи измѣнилъ свой
взглядъ, признавъ присутствіе двусторонней одноименной геміа-
нопсіи, какъ постоянный результатъ пораженія корковаго зри-
тельнаго центра3). Равнымъ образомъ и Ferrier при позднѣйшихъ
своихъ опытахъ, а равно и всѣ другіе авторы, констатировали
отношеніе каждой затылочной доли къ зрѣнію того и дру-
гого глаза.
Изслѣдованія H. Munk’a.
Прежде, всего мы остановимся на изслѣдованіяхъ Η. Munk’a,
которыя начали появляться вскорѣ послѣ опубликованія пер-
выхъ работъ Ferrier’a. Эти изслѣдованія устанавливали, что
центръ, зрѣнія какъ у собакъ, такъ и у обезьянъ помѣщается въ
затылочной части мозговой коры, съ чѣмъ впослѣдствіи, какъ
увидимъ ниже, соглашался и Ferrier, признавъ впрочемъ, что
gyr. angularis служитъ для центральнаго зрѣнія, тогда какъ
мозговая кора затылочной доли соотвѣтствуетъ перифериче-
скимъ отдѣламъ сѣтчатокъ.
1) Luciani е Tamburini. Suli centri psicosensori corticali. Rivista sper. di
Freniutria. 1877.
2) H. Munk. Gesamm. Mitth. 1877, стр, 30.
3) H. Munk. Gesamm. Mitth. 1879, стр. 66 и слѣд.

1320

Должно однако упомянуть, что нѣкоторые изъ позднѣй-
шихъ авторовъ, какъ напр. Tomsen и Brown, подобно Munk’y не
относятъ gyr. angularis къ области зрительнаго центра.
Такъ какъ взгляды Munk’a относительно явленій, слѣду-
ющихъ за частичнымъ или полнымъ разрушеніемъ зрительной
сферы, которая по мнѣнію этого автора распространяется на
всю затылочную долю, представляются болѣе выработанными,
то они и заслуживаютъ болѣе подробнаго разсмотрѣнія.
Munk полагаетъ, что на поверхности затылочной доли каж-
даго мозгового полушарія существуетъ область А1,въ которой
хранятся воспоминательные образы минувшихъ зрительныхъ
впечатлѣній (Erinnerungsbilder).
Область эта соотвѣтствуетъ мѣсту яснаго видѣнія противо-
положной сѣтчатки. Если такимъ образомъ указанная область
или „сфера“, какъ называетъ ее Munk, будетъ разрушена въ
обоихъ мозговыхъ полушаріяхъ, то животное утратитъ образы
различныхъ предметовъ, которые до того времени сохранялись
въ его памяти. У животнаго наступаетъ психическая или „ду-
шевная слѣпота“ по терминологіи автора (Seeleblindheit). Если
опытъ сдѣланъ надъ собакой, то явленія заключаются въ слѣ-
дующемъ: ни въ движеніи, ни въ чувствительности и ни въ
одномъ органѣ чувствъ за исключеніемъ зрѣнія у животнаго
не обнаруживается никакихъ разстройствъ. Собака обходитъ
препятствія, встрѣчаемыя на пути, но животное не обращаетъ
никакого вниманія на знаки, которымъ оно прежде повинова-
лось, не боится кнута до тѣхъ поръ, пока не почувствуетъ его
на своей спинѣ, собака равнодушна къ разнымъ проявленіямъ
со стороны другихъ собакъ, съ которыми прежде любила
играть. Она разучилась находить то мѣсто въ комнатѣ, гдѣ
обычно стоитъ пища и питье, приготовленныя для нее. Она не
даетъ лапы при простомъ протягиваніи къ ней руки. Она не
моргаетъ, если подносятъ къ ея глазамъ зажженную спичку.
Если на пути собаки ставятъ чашку съ пищей, то она
ее обходитъ, не прикоснувшись къ ней. Словомъ собака
не узнаетъ то, что видитъ, представляясь душевно слѣпою.
Животное однако можетъ снова пріобрѣсти утраченные зри-
тельные образы при помощи новаго жизненнаго опыта или
воспитанія.
По мнѣнію Munk’a въ приведенномъ примѣрѣ оперированной
собаки новыя зрительныя впечатлѣнія все таки доходятъ до ея
сознанія, оставляютъ за собой представленія о существованіи,
формѣ и размѣрахъ тѣхъ или другихъ предметовъ и тѣмъ самымъ

1321

обусловливаютъ образованіе въ сознаніи животнаго новаго за-
паса зрительныхъ образовъ. Собака находится такъ сказать въ
положеніи молодого щенка, у котораго только что раскрылись
глаза и который путемъ опыта долженъ создавать для себя
запасъ зрительныхъ образовъ. Только въ этомъ случаѣ запасъ
зрительныхъ образовъ создается медленнѣе, чѣмъ у взрослой
оперированной собаки, которая обладаетъ въ совершенствѣ
остальными органами чувствъ.
Мало по малу оперированная собака выучивается узнавать
людей и предметы сначала болѣе крупные, а потомъ и мелкіе.
По истеченіи 3—5 недѣль зрѣніе ея возстанавливается вполнѣ
и животное уже ничѣмъ болѣе не отличается отъ здоровыхъ
животныхъ. По мнѣнію Munk’a пріобрѣтеніе новыхъ зритель-
ныхъ образовъ и слѣдовательно возстановленіе зрѣнія про-
исходить, благодаря уцѣлѣвшимъ частямъ поверхности полу-
шарій въ окружности А1, въ которыхъ откладываются новые
зрительные образы.
Если удаленіе области Α1 произведено только въ одномъ
полушаріи, то психическая слѣпота появляется у животнаго
только въ одномъ глазу на сторонѣ противоположной въ отно-
шеніи поврежденнаго мозгового полушарія; со временемъ же
зрѣніе можетъ возстановиться также, какъ и въ предыидущемъ
случаѣ. Что при этомъ возстановленіи играютъ роль окружающія
мѣсто A1 области полушарія доказывается по мнѣнію Munk’a
тѣмъ обстоятельствомъ, что, если животное, у котораго зрѣніе
вслѣдъ за удаленіемъ мѣста A1 со временемъ возстановлива-
лось, то развитіе менингита, который иногда у оперированныхъ
животныхъ распространяется съ мѣста A1 на окружающія
области, можетъ снова вызвать явленія психической слѣпоты
такъ же, какъ и въ первое время послѣ операціи.
Въ корѣ полушарій по мнѣнію Munk’a нѣтъ другой области
кромѣ мѣста А1, разрушеніе которой вызывало бы явленія
психической или душевной слѣпоты1). Мѣсто А1 ,въ которомъ,
какъ сказано выше, хранится большая часть прежнихъ зри-
тельныхъ образовъ, по мнѣнію Munk’a соотвѣтствуетъ мѣсту
яснаго видѣнія сѣтчатки противоположнаго глаза.
Въ другомъ рядѣ опытовъ Munk удалялъ почти всю заты-
лочную долю у собаки. Послѣдствіемъ этого разрушенія про-
исходила не только психическая, но и абсолютная слѣпота
противоположнаго глаза или по терминологіи автора „корковая
1) H. Munk, loco cit. стр. 115.

1322

слѣпота“ (Rindenblindheit). Со временемъ зрѣніе этихъ животныхъ
лишь отчасти улучшалось. Впослѣдствіи авторъ убѣдился
однако, что вслѣдъ за разрушеніемъ одной затылочной доли
животное еще въ состояніи видѣть самой наружной частью
сѣтчатки противоположнаго глаза, слѣдовательно оно видитъ
предметы, лежащіе во внутренней части поля зрѣнія, хотя оно
и не узнаетъ эти предметы, вслѣдствіе существованія у него
психической слѣпоты. Вмѣстѣ съ тѣмъ у животнаго замечается
уничтоженіе функціи самой наружной части сѣтчатки соответ-
ствующаго поврежденной сторонѣ глаза.
По Munk’y при разрушеніи затылочной доли на соотвѣт-
ствующей сторонѣ выпадаетъ часть, равная сохраненной части
сѣтчатки въ противоположномъ глазу, при чемъ самое боль-
шее она достигаетъ одной четвертой части сетчатки.
Но, если у собаки будетъ произведено удаленіе опредѣлен-
ной части поверхности полушарія въ окружности; А1, то въ
сѣтчаткѣ противоположнаго глаза образуется только punctum
coecum, по своему местоположенію отличное отъ физіологиче-
скаго punctun coecum.
При этомъ никакихъ явленій психической слепоты не обна-
руживается: собака все отлично видитъ и узнаетъ за исключе-
ніемъ только того, что въ опредѣленной части поля зрѣнія
она не въ состояніи оріэнтироваться относительно тѣхъ или
другихъ предметовъ. Если напр. собака голодна и передъ ней
бросятъ несколько кусковъ говядины, то замѣчаютъ, что жи-
вотное не трогаетъ нѣкоторыхъ кусковъ, которые было бы легко
схватить, и бросается на другіе.
По истеченіи 3—5 дней эти разстройства зрѣнія становятся
менѣе значительными, а на второй недѣлѣ животное уже со-
вершенно возвращается къ норме.
На основаніи подобнаго рода опытовъ Munk заключаетъ,
что отъ пораженной части сѣтчатки отходятъ волокна зри-
тельнаго нерва къ разрушенной области зрительной сферы, при
чемъ элементы последней, какъ показываютъ его опыты, распо-
ложены въ порядке, соотвѣтствующемъ расположенію элемен-
товъ сѣтчатки1).
1) Болѣе подробно выводы автора были формулированы имъ слѣдую-
щимъ образомъ:
„Jede Retina ist mit ihrer äussersten lateraten P’artie zugeordnet dem äus-
sersten lateralen Stücke der gleichseitigen Sehsphäre. Der viel grossere übrige
Theil jeder Retina gehört dem viel grösseren übrigen Theile der gegenseitigen
Sehsphäre zu und zwar so, dass man sich die Retina der Art auf die Sehsphäre

1323

Опыты Munk’a надъ обезьянами привели къ аналогичнымъ
результатамъ, но съ нѣкоторыми особенностями. Почти полное
удаленіе выпуклой поверхности затылочной доли дѣлаетъ
обезьяну геміопичной. У животнаго происходитъ слѣпота двухъ
соотвѣтствующихъ половинъ сѣтчатокъ, которая продолжаетъ
существовать въ теченіе недѣль и мѣсяцевъ.
Вслѣдъ за удаленіемъ обѣихъ затылочныхъ долей животное
дѣлается абсолютно слѣпымъ на оба глаза и при движеніи
наталкивается на всѣ препятствія, встрѣчаемыя на пути. Съ
теченіемъ времени зрѣніе улучшается. Полное выздоровленіе
происходитъ однако только въ тѣхъ случаяхъ, гдѣ уцѣлѣла
еще какая-нибудь часть затылочной доли или на нижней или
на внутренней поверхности. Munk полагаетъ, что у обезьянъ
такъ же, какъ и у собаки, внутри зрительной сферы существуетъ
центръ для сохраненія образовъ прежнихъ зрительныхъ впе-
чатлѣній, но, гдѣ помѣщается этотъ центръ, Munk не могъ опре-
дѣлить въ точности.
Взгляды Munk’a, какъ очевидно изъ предыдущаго, во мно-
гихъ частяхъ расходятся съ изслѣдованіями Ferrier’a. Послѣдній
правда, какъ мы уже видѣли, призналъ впослѣдствіи значеніе
затылочной доли въ отношеніи зрѣнія, но gyr. angularis онъ
разсматриваетъ, какъ область, служащую для центральная
зрѣнія; Munk же не относитъ gyr. angularis къ области зритель-
наго центра. Съ другой стороны и самыя явленія, наблюдаемыя
въ опытахъ Ferrier’a и Munk’a, описываются различно. Первый
наблюдалъ у оперированныхъ животныхъ слѣпоту противопо-
ложнаго глаза, тогда какъ Munk отличаетъ слѣпоту психическую
и слѣпоту корковую.
Далѣе, по изслѣдованіямъ Ferrier’a существуетъ полное пе-
рекрещиваніе зрительныхъ волоконъ, подходящихъ къ gyr.
angularis, такъ какъ животное при разрушеніи этой извилины
слѣпнетъ на противоположный глазъ, тогда какъ по изслѣдо-
ваніямъ Munk’a оказывается, что у собакъ самые наружные
отдѣлы сѣтчатокъ получаютъ волокна изъ того же мозгового
полушарія, а у обезьянъ неполный перекрестъ зрительныхъ
волоконъ выраженъ значительно сильнѣе, вслѣдствіе чего раз-
projicirt denken kann, das der laterale Rand der Retinarestes dem lateralen
Rande des Sehsphärenrestes, der innere Rand der Retina dem medialen Rande
der Sehsphären, der obere Rand der Retina dem vorderen Rande der Sehsphäre,
endlich der untere Rand der Retina dem hinter en Rande der Sehsphäre entspricht“.
Munk. 1. cit. стр. 88).

1324

рушеніе одного зрительнаго центра дѣлаетъ животное геміо-
пичнымъ.
Въ позднѣйшихъ своихъ работахъ1), относящихся до того
же предмета, Munk снова подтверждаетъ свои прежніе взгляды,
при чемъ явленія корковой слѣпоты онъ констатировалъ также
при разрушеніи полушарій у болѣе низшихъ животныхъ, какъ
то: кроликовъ, морскихъ свинокъ, крысъ и птицъ, тогда какъ
лягушка (Desmunlins, Magendi, Blaschko)2) и рыбы (Renzi и Vulpian)
въ этомъ отношеніи представляютъ исключение. Между прочимъ
Blaschko, работавшій въ лабораторіи Munk’a, показалъ, что ли-
шенная мозговыхъ полушарій лягушка сохраняетъ какъ зри-
тельныя воспріятія, такъ и память зрительныхъ образовъ и
пользуется послѣдними для своихъ движеній, слѣдовательно
такая лягушка не представляется слѣпою и даже повидимому
не можетъ считаться душевно слѣпою.
Достойно вниманія, что по мнѣнію Munk’a какъ положеніе
зрительныхъ сферъ, такъ и проекція сѣтчатокъ у птицъ, пред-
ставляются такими же, какъ и у высшихъ животныхъ. Онъ
убѣдился, что голуби съ удаленнымъ мозговымъ полушаріемъ
ничуть не слѣпы вполнѣ на противоположный глазъ, какъ
утверждали ранѣе (Flourens, Kendrick и др.), но что они еще
видятъ, если къ нимъ приближаютъ объектъ спереди или
снутри; такимъ образомъ наружная часть сѣтчатки противопо-
ложная или слѣпого глаза остается у нихъ непораженной.
Въ заключеніе упомянемъ, что Munk не допускаетъ повиди-
мому никакой иной точки зрѣнія на предметъ, такъ какъ до
самаго послѣдняго времени всѣ результаты изслѣдованій, от-
клоняющіеся отъ установленной имъ локализаціи, онъ объ-
ясняетъ недостаткомъ операцій и другими условіями, которыя
приводятъ къ пораженію его зрительной сферы.
Возраженія противъ взглядовъ Munk’a. Изслѣдованія
Luciani, Goltz’a и др.
Надо замѣтить, что изслѣдованія Munk’a встрѣтили мно-
жество возраженій не только со стороны Ferrier’a3), о ко-
1) Munk. Sitzb. r. Akad. d. Wissensch. Berlin. 1833. XXXIV, 1884. XXIV.
2) Blaschko. Dissert. inaug. Berlin, 1880.
3) Ferrier. Centr. f. Nervenh. 1880, № 19. The fonctions of the brain. Lon-
don, 1886.

1325

торыхъ было уже ранѣе упомянуто, но и другихъ авторовъ въ
особенности же со стороны Luciani и Seppilli, Goltz’a, Loeb’a,
Christiani и др.
Не говоря о возраженіяхъ со стороны Goltz’a и Loeb’a, а также
Gudden’a противъ локализаціи всѣхъ вообще центровъ въ корѣ,
въ томъ числѣ и зрительнаго въ затылочной долѣ, замѣтимъ,
что Luciani и Seppilli, Goltz и Loeb убѣдились, что ограниченныя
поврежденія зрительной области мозговой коры никогда не
приводятъ къ центральной скотомѣ зрѣнія, а всегда вызываютъ
разстройство зрѣнія геміопическаго характера. Далѣе.мы имѣемъ
рядъ авторовъ, которые расходятся съ Munk’омъ не по существу,
а въ тѣхъ ИЛИ другихъ частностяхъ.
Два итальянскихъ изслѣдователя Luciani и Tamburini1) на
основаніи своихъ изслѣдованій пришли къ выводу, что зри-
тельный центръ у собаки помѣщается во второй наружной
извилинѣ (gyr. supersylvius по Owen’y) на протяженіи отъ лобной
до затылочной области. Вслѣдъ за разрушеніемъ зрительнаго
центра въ одномъ полушаріи эти авторы наблюдали совершен-
ный амаврозъ противоположнаго глаза и незначительную
амбліопію въ соотвѣтствующемъ глазу. Со временемъ въ про-
тивоположномъ глазу явленія медленно улучшались, тогда какъ
зрѣніе соотвѣтствующимъ глазомъ возстановлялось совершенно.
Если вслѣдъ затѣмъ у животнаго разрушали зрительный центръ
въ другомъ полушаріи мозга, то въ результатѣ обнаруживалась
почти совершенная двусторонняя слѣпота.
Со временемъ въ этихъ случаяхъ слѣпота нѣсколько улуч-
шалась, хотя еще послѣ нѣсколькихъ недѣль у животнаго
удавалось обнаружить совершенно ясныя разстройства въ зрѣніи.
Впослѣдствіи Luciani отдѣльно и въ сотрудничествѣ съ
Seppilli нѣсколько видоизмѣнилъ, частью же подробнѣе развилъ
свои взгляды2).
Обозначая на схематическомъ рисункѣ мозговой поверхности
отдѣлы, разрушеніе которыхъ вызываетъ нарушеніе зрѣнія,
слуха, обонянія, и осязанія вышеуказанные авторы получаютъ
сферы соотвѣтствующихъ функцій. Оказывается при этомъ, что
упомянутая сферы покрываютъ другъ друга въ значительной
своей части. Отъ каждой сферы остается только малая часть,
1) Luciani е Tamburini. Sui centri psico-sensori corticali. Rivista speriment.
di freniatria. 1879.
2) Luciani. Brain, 1884. стр. 145—160.
Luciani und Seppilli. Die Functionslocalisation auf der Groshirnrinde. Auto-
risirte deutsche Ausgabe von d-r. M. O. Fränkel. Leipzig. 1886.

1326

представляющая чистый центръ, разрушеніе котораго вызываетъ
только разстройство опредѣленнаго чувства и никакихъ посто-
роннихъ явленій. Каждая сфера такимъ образомъ распадается,
на центральную площадь и площадь иррадіаціи.
Въ задней части теменной доли всѣ эти сферы встрѣчаются
вмѣстѣ, вслѣдствіе чего эта область по мнѣнію авторовъ имѣетъ
выдающееся значеніе по отношенію къ психической жизни.
Каждая сфера представляетъ область, въ которой происходять
психическія явленія, стоящія въ непосредственной связи съ
элементарными ощущеніями. Такимъ образомъ зрительная
сфера, какъ и другія, представляетъ область, въ которой ло-
кализируются зрительныя представленія; простыя же зрительныя
ощущенія по автору локализируются въ среднемъ мозгѣ.
Что касается спеціально зрительнаго центра, то выводы
Luciani, какъ они выражены въ одной изъ цитированныхъ ра-
ботъ, во многихъ отношеніяхъ находятся въ полномъ разно-
рѣчіи съ данными Munk’a.
Зрительныя разстройства по мнѣнію автора наступаютъ не
только при удаленіи затылочныхъ долей, но и при удаленіи
височной, теменной и лобной доли и даже при удаленіи. Αм-
моніева рога; продолжительныя зрительныя разстройства на-
блюдаются впрочемъ только при удаленіи затылочно-теменной
доли, гдѣ авторъ и локализируетъ собственно центръ зрѣнія. Уже
ничтожныя поврежденія въ области этого центра приводятъ къ
зрительнымъ разстройствамъ. Существованіемъ связи между нимъ
и другими центрами объясняются временныя нарушенія его функ-
ціи при удаленіи другихъ корковыхъ областей. Разрушеніе
зрительнаго центра вызываетъ одноименную двустороннюю ге-
міопію, поэтому каждое полушаріе находится въ связи съ наруж-
ной частью противоположной и внутренней части соотвѣтствующей
сѣтчатки. Но проекціи сѣтчатки въ корѣ, какъ допускаетъ Munk,
авторъ не признаетъ такъ какъ двустороннія мѣстныя разрушенія
въ различныхъ отдѣлахъ зрительнаго центра (спереди, сзади и пр.)
вызывають не частичныя, а диффузныя зрительныя разстройства,
Такимъ образомъ какъ перекрещенная, такъ и неперекрещенная
часть n. opticino Luciani находится въ соединеніи со всей затылочно-
теменной областью, причемъ количество перекрещенныхъ воло-
конъ представляется вообще больше, чѣмъ неперекрещенныхъ.
Далѣе, такъ какъ въ опытахъ автора обширныя двустороннія
удаленія зрительнаго центра не приводили къ полной продол-
жительной слѣпотѣ, а только къ такъ называемой душевной
слѣпотѣ, то авторъ въ противоположность Munk’y не признаетъ

1327

кору за мѣсто образованія ощущеній, которое происходитъ по
его взгляду въ среднемъ мозгѣ; къ корѣ же мы имѣемъ лишь
психическую переработку ощущеній въ представленія.
Слѣдуетъ замѣтить, что зрительныя разстройства вслѣдъ
за удаленіемъ переднихъ частей мозговыхъ полушарій кромѣ
Luciani были наблюдаемы также и другими авторами, между
прочимъ Hitzig’омъ, Exner’омъ, мною и др.
Къ слабой сторонѣ опытовъ Luciani и его сотрудниковъ надо
отнести то обстоятельство, что они не руководились при своихъ
операціяхъ анатомическими границами извилинъ, и потому
напримѣръ вмѣстѣ съ 1-й и 2-й затылочными извилинами
имѣющими отношеніе къ зрѣнію, захватывали и часть 3-й из-
вилины, гдѣ располагается уже слуховой центръ; равнымъ
образомъ при разрушеніи височныхъ извилинъ въ опытахъ
авторовъ не исключалось и пораженіе второй затылочной изви-
лины, гдѣ помѣщается зрительный центръ, или gyr. uncinati,
гдѣ помѣщается обонятельный центръ. Естественно поэтому,
что пораженіе одного центра въ ихъ опытахъ сопровождалось
въ той или другой мѣрѣ и явленіями, соотвѣтствующими по-
ражению сосѣднихъ центровъ.
По Bianchi1) зрѣніе есть сложный результата координаціи
многочисленныхъ процессовъ, различныхъ по своей природѣ.
При воспріятіяхъ отъ объекта слѣдуетъ различать: 1) возбу-
жденіе свѣтовое; 2) серію извѣстныхъ движеній, и 3) коорди-
націю этихъ обоихъ факторовъ, благодаря чему получается
объективное единство, которое происходитъ въ центрѣ изо-
браженія предмета.
Въ соотвѣтствіи съ ученіемъ Luciani и Tamburini Bianchi2)
приписываетъ второй извилинѣ особое вліяніе на зрѣніе. Кромѣ
того корковый центръ зрѣнія простирается еще на 1-ю и 3-ю
первичную извилину и на остальныя части затылочной доли.
Разрушеніе какъ всей зрительной сферы, такъ и любой ея
части вызываетъ въ общемъ одинаковый эффектъ, при чемъ
для возстановленія зрѣнія достаточно, чтобы хотя одна часть
ея оставалась въ цѣлости; полное же разрушеніе этой области
Вызываетъ всегда зрительныя разстройства съ длительнымъ
характеромъ.
1) L. Bianchi. La Geographie psychologique du manteau cérébral. et la
doctrine de Flechsig. Revue de psych., clin. et ther. 1900.
2) Bianchi. Sulle compensatione funzionale della cortecia cerebrale. La psy-
chiatria. 1883. Ancora sulla doctrina dei centri corticali motori del cervello. La
dsychiatria. 1885.

1328

По Zacbery1) пораженіе затылочныхъ долей можетъ давать
корковую и душевную слѣпоту. Корковая слѣпота стоитъ въ
связи только съ потерей или ослабленіемъ свѣтовыхъ представ-
леній, тогда какъ выпаденіе воспріятія цвѣтовъ и пространства,
а равно и выпаданіе зрительныхъ воспоминаній, относится къ
психической или душевной слѣпотѣ.
Что касается изслѣдованія и взглядовъ Goltz’a и его послѣ-
дователей, то въ первоначальныхъ своихъ работахъ2) Goltz
утверждалъ, что ему также мало удалось получить убѣди-
тельныя доказательства въ пользу локализація ощущеній,
какъ и по отношенію къ локализаціи движенія. Появляющіяся
у собаки при незначительныхъ поврежденіяхъ мозгового веще-
ства, непосредственно за операціей зрительныя разстройства
также, какъ и разстройства другихъ чувствъ, могутъ со време-
немъ совершенно исчезнуть. При болѣе значительныхъ разру-
шеніяхъ полушарій головного мозга упомянутыя разстройства
становятся болѣе рѣзкими и такъ называемая психическая
слѣпота можетъ сдѣлаться постоянной. Наконецъ при удаленіи
еще болѣе значительныхъ частей зрѣніе у собакъ становится
поразительно неполнымъ; хотя животное еще видитъ, можетъ
обходить препятствія и можетъ направлять свои движенія, тѣмъ
не менѣе на взглядъ поверхностнаго наблюденія животное
представляется почти совершенно слѣпымъ. Собака не узнаетъ
многихъ изъ окружающихъ лицъ и предметовъ и относится
равнодушно къ такимъ сценамъ, которыя прежде производили
на нее сильное впечатлѣніе. Она не узнаетъ своей пищи, не
пугается, когда грозятъ плетью, не подаетъ лапы при протяги-
ваніи къ ней руки и т. п.
Для этой неполноты зрѣнія Goltz приводитъ объясненіе, со-
вершенно отличное отъ того, которое было представлено Munk’омЪ.
По мнѣнію Goltz’a обычные психическіе эффекты не вызываются
зрительными впечатлѣніями потому, что сами чувствующіе
импульсы неспособны вызвать достаточно опредѣленныхъ пред-
ставленій, вслѣдствіе этого зрѣніе остается туманнымъ; пред-
меты кажутся животному какъ черезъ дымку и возможно также
по мнѣнію Goltz’a, что предметы кажутся безцвѣтными, какъ бы
вылинявшими. Результатомъ этого и происходить то, что собака
пе узнаетъ мясо по его цвѣту и многіе другіе предметы.
Во всѣхъ случаяхъ результаты, наблюдаемые у животныхъ
l) Zacher. Arch. f. Psych. u. Nervenh. 1887. VIII.
2) Goltz. Pflügers Arch. Bd. XIII, XIV, XX, и XXVI.

1329

по словамъ Goltz’a зависятъ отъ распространенности и произве-
деннаго поврежденія, отъ количества удаленнаго мозгового ве-
щества, а не отъ мѣста, на которомъ производилась операція.
Животныя, у которыхъ разрушеніе ограничивается затылочными
долями, обнаруживаютъ по его словамъ тѣ же явленія, какъ
и животныя, у которыхъ разрушеніе произведено въ самомъ
переднемъ отдѣлѣ такъ называемой двигательной области моз-
говой коры. Собака послѣ удаленія значительной части мозго-
выхъ полушарій впадаетъ по словамъ Goltz’a въ идіотизмъ и,
вслѣдствіе того, что ея психическая дѣятельность представ-
ляется до извѣстной степени урѣзанной, она оказывается не-
способной къ болѣе высокимъ переработкамъ получаемыхъ ею
чувственныхъ импульсовъ.
Въ послѣдующее время Goltz однако долженъ былъ суще-
ственнымъ образомъ измѣнить свой взглядъ. Онъ призналъ съ
положительностью, что доли мозга не имѣютъ одной и той же
функціи и допускаетъ, что разрушеніе теменныхъ долей сильнѣе
дѣйствуетъ на осязательныя ощущенія, тогда какъ разрушеніе
заднихъ долей на зрительныя. Онъ самъ не считаетъ уже себя
безусловнымъ противникомъ ученія о локализаціяхъ въ мозго-
вой корѣ, а является по его собственному выраженію против-
никомъ той формы этого ученія, въ какой оно проповѣдуется
большинствомъ современныхъ изслѣдователей.
Тѣмъ не менѣе и въ позднѣйшее время между воззрѣніями
Goltz’a и его послѣдователей съ одной стороны и взглядами
защитниковъ ученія о локализаціяхъ въ мозговой корѣ съ
другой по самымъ существеннымъ вопросамъ обнаруживаются
непримиримыя противорѣчія и точно такія же противорѣчія
существуютъ во взглядахъ Goltz’a и Munk’a о локализаціи зри-
тельныхъ разстройствъ въ корѣ животныхъ.
Въ общемъ Goltz, хотя и устанавливаетъ вліяніе затылочной
области коры на зрѣніе, но онъ не убѣдился въ существо-
ваніи ограниченной зрительной области, какъ Ferrier, Munk и
Luciani.
Къ тому же по его мнѣнію нарушеніе зрѣнія при пораженіи
коры обусловливается вліяніемъ задержки, а не удаленія соб-
ственно корковыхъ элементовъ.
Между прочимъ въ доказательство несостоятельности ученія
Munk’a Goltz демонстрировалъ на одномъ собраніи нѣмецкихъ
неврологовъ и психіатровъ двухъ оперированныхъ имъ собакъ.
У первой собаки были разрушены сначала съ лѣвой стороны,
а затѣмъ и съ правой лобныя доли вмѣстѣ съ двигательными

1330

центрами; съ правой стороны была кромѣ того разрушена зна-
чительная часть затылочной доли, тогда какъ съ лѣвой заты-
лочная доля была оставлена въ цѣлости. Собака такимъ обра-
зомъ оперированная не обнаруживала никакихъ слѣдовъ дви-
гательнаго паралича, она могла пользовался всѣми четырьмя
конечностями и могла изгибаться вправо и влѣво; движенія
однако были неловки, неуклюжи и походка была шаткая. Му-
скулатура головы и жевательныя движенія были сохранены,
ощущеніе также; собака могла ворчать и лаять. У ней обна-
руживалось однако слѣдующее замѣчательное разстройство:
самостоятельно она не могла ѣсть, хотя не существовало ни-
какихъ явленій паралича со стороны аппаратовъ, служащихъ
для ѣды, такъ какъ она свободно пожирала пищу, если ее
закладывали ей въ ротъ. По взгляду автора собака вообще
находилась въ состояніи глубокаго слабоумія. Она не разли-
чала окружающихъ ее лицъ и животныхъ, не обращала вни-
манія на слуховыя впечатлѣнія, не реагировала на кнутъ и
крики, обоняніе у нея отсутствовало, чувство вкуса имѣлось.
Животное казалось совершенно слѣпымъ, хотя лѣвая зритель-
ная сфера осталась неповрежденной, а правая по крайней мѣрѣ
частью была сохранена. Въ тоже время животное казалось глу-
химъ, несмотря на сохранившіяся слуховыя сферы.
Другой собакѣ Goltz произвелъ очень значительное и глу-
бокое разрушеніе обѣихъ затылочныхъ долей. Несмотря на то,
что обѣ зрительныя сферы у животнаго были совершенно
уничтожены, собака еще видѣла въ такой степени, что воспри-
нимала угрозы и кусала руку, которую ей протягивали. Такого
рода наблюденія по мнѣнію Goltz’a доказываюсь, что при из-
вѣстныхъ условіяхъ животное при глубокомъ и обширномъ
разрушеніи переднихъ частей мозга можетъ сдѣлаться слѣпымъ,
тогда какъ при уничтоженіи затылочныхъ долей животное не
должно обязательно обнаруживать слѣпоту.
При удаленіи обѣихъ затылочныхъ долей мозга Goltz (Pflü-
gers Arch. Bd. XLII) наблюдалъ слѣдующее: собака не совер-
шенно слѣпа, такъ какъ она обходитъ всѣ препятствія. Она,
правда, страдаетъ слабостью зрѣнія и кромѣ того общей сла-
бостью воспріятія слуха, осязанія и обонянія.
Въ результатѣ она была слабоумна, что обнаруживалось
особенно ясно при сравненіи съ слѣпою собакою, у которой
удалены оба глазныя яблока. Несмотря на то, что собака, у
которой удалены обѣ затылочныя доли, представлялась ранѣе
болѣе интеллигентной по сравненію съ собакой, ослѣпленной

1331

черезъ удаленіе обоихъ глазныхъ яблокъ, теперь послѣдняя
собака казалась интеллигентной, первая слабоумной. Она не
могла надлежащимъ образомъ оцѣнивать осязательныя ощу-
щенія, она не реагировала соотвѣтствующимъ образомъ на
вздуваніе, легко ступала въ пустоту, съ трудомъ передвига-
лась и при спусканіи съ лѣстницы легко сваливалась. Между
тѣмъ ничего подобнаго не замѣчалось у собаки, ослѣпленной
чрезъ вылущеніе глазныхъ яблокъ. Такъ же и слухъ замѣтно
пострадалъ, такъ какъ собака безъ полушарій на зовъ блуждала
безцѣльно взадъ и впередъ, тогда какъ собака съ вылущеніемъ
глазныхъ яблокъ шла прямо на зовъ. При всемъ томъ движенія со-
баки правильны. Она могла употреблять переднія лапы для удер-
жанія добычи и могла подавать лапу, что представляло совер-
шенную противоположность съ животными, которымъ удаляли
переднія доли мозга. Слѣдуетъ еще упомянуть, что собаки съ
удаленіемъ заднихъ частей полушарій представлялись крот-
кими и невинными даже и въ томъ случаѣ, если ранѣе они
были злыми.
Даже собака, которой Goltz удалялъ всѣ мозговыя полу-
шарія съ частью зрительныхъ бугровъ, не была по его мнѣ-
нію совершенно слѣпа, такъ какъ при сохраненной реакціи
зрачковъ при внезапномъ яркомъ освѣщеніи она отворачивала
въ сторону свою голову.
Тѣмъ не менѣе собака не могла руководиться зрѣніемъ,
такъ какъ она не замѣчала стоявшей около нея птицы, натал-
кивалась на препятствія и не узнавала ни людей, ни знако-
мыхъ ей собакъ. Munk оспариваетъ и въ этомъ пунктѣ за-
ключенія проф. Goltz’a. По его мнѣнію, всѣ тѣ явленія, кото-
рыя у собакъ съ удаленными полушаріями Goltz признаетъ за
проявленіе зрѣнія, слуха, вкуса и осязанія на самомъ дѣлѣ суть
рефлекторныя оборонительныя, а не сознательныя движенія.
По словамъ Munk’a, тѣ органы чувствъ, которые, возбужда-
ясь умѣренными раздраженіями, даютъ возможность животному
познавать окружающій міръ, предохраняются отъ чрезмѣрныхъ
раздраженій тѣмъ, что въ этомъ случаѣ безъ всякаго участія
ощущенія появляются общіе оборонительные рефлексы, устра-
няющіе источникъ раздраженія, и вмѣстѣ съ тѣмъ возбужда-
ются общія чувства, вслѣдствіе чего на помощь рефлексамъ
приходятъ сознательныя произвольныя движенія.
Такимъ образомъ Munk у собакъ съ удаленными полуша-
ріями не допускаетъ присутствія какихъ бы то ни было ощу-
щеній; по его мнѣнію такого рода собаки могутъ обнаружи-

1332

вать лишь общія чувства и сознательныя произвольныя дви-
женія.
Критическіе взгляды Goltz’a по отношенію къ ученію о ло-
кализаціяхъ въ мозговой корѣ вообще и въ частности зритель-
наго центра въ корѣ затылочной доли отразились также и
на воззрѣніяхъ его ученика Loeb’a, работавшаго первоначально
подъ руководствомъ Goltz’a1). Loeb въ своей работѣ старается
прежде всего рѣшить два существенныхъ вопроса: 1) суще-
ствуетъ ли локализація зрительныхъ разстройствъ въ корѣ
полушарій, иначе говоря, существуетъ ли область, от-
нятіе которой обязательно и исключительно приводитъ къ зри-
тельнымъ разстройствамъ; 2) каковы суть по своей природѣ
зрительныя разстройства, обусловливающіяся поврежденіемъ
мозговой коры.
Въ доказательство неправильности положеній Munk’a Loeb
въ одномъ случаѣ удалилъ собакѣ съ однимъ лѣвымъ глазомъ
его мѣсто яснаго видѣнія A1 въ корѣ правой затылочной
доли; не смотря на то животное послѣ того видѣло мѣстомъ
яснаго видѣнія повидимому такъ же, какъ и до операціи: другому
животному Loeb удалилъ кору обѣихъ зрительныхъ сферъ. Послѣ
такой операціи мѣста яснаго видѣнія остались также нетрону-
тыми, дефектъ обнаруживался только въ боковыхъ частяхъ
поля зрѣнія, которыя въ подобномъ случаѣ по Munk’y только
и должны были видѣть. Во всѣхъ остальныхъ подобныхъ же
опытахъ мѣсто яснаго видѣнія всегда функціонировало лучше
другихъ. Отсюда Loeb заключаетъ, что утвержденіе Munk’a, будто
бы чрезъ отнятіе мѣста A1 въ корѣ полушарій собака стано-
вится слѣпою, совершенно ошибочно.
Далѣе, изъ 11 собакъ, которымъ Loeb удалялъ мѣсто А1 съ
большей или меньшей частью окружающей области 7 обнару-
живали половинное разстройство зрѣнія, остальныя же 4 ни-
какихъ измѣненій въ отношеніи зрѣнія не представляли.
Вообще Loeb2) при своихъ опытахъ съ удаленіемъ области
А1 и всей вообще зрительной сферы получилъ неодинаковые и
въ общемъ недостаточно опредѣленные результаты, на осно-
ваніи чего онъ приходить къ выводу, что всякая область коры
затылочной доли можетъ быть удалена безъ вызыванія малѣй-
шихъ разстройствъ зрѣнія. Но Loeb въ противоположность
Goltz’y въ отдѣльныхъ опытахъ наблюдалъ также и полную
1) Jaques Loeb. Pflügers Arch. 1884. Pflügers Arch. 1885.
2) I. Loeb. Sehstörungen nach Verletzung d. Grosshirnrinde. Pflügers. Arch.
Bd. 34.

1333

слѣпоту при разрушеніи обѣихъ зрительныхъ долей. Тѣмъ не
менѣе объясненія его на этотъ счетъ невполнѣ опредѣленны.
Онъ ссылается въ этомъ случаѣ и на вліяніе задержки и даже
на химическія вліянія, вызванныя въ подкорковыхъ образова-
ніяхъ травматическими поврежденіями.
Дальнѣйшія заключенія автора сводятся къ слѣдующему:
каждое мѣсто коры затылочной доли, включая и зрительный
центръ, можетъ быть удалено безъ вызыванія какихъ-либо
разстройствъ со стороны зрѣнія. Въ тѣхъ же изъ вышеуказан-
ныхъ случаевъ, въ которыхъ обнаруживалось разстройство со
стороны зрѣнія, оно всегда выражалось въ формѣ одноименной
боковой геміамбліопіи противолежащей поврёжденію стороны.
Наконецъ, во всѣхъ случаяхъ односторонней и двусторонней
геміамбліопіи животныя видятъ всего лучше мѣстомъ яснаго
видѣнія.
Послѣ разрушенія теменныхъ и височныхъ долей въ отно-
шеніи зрѣнія Loeb имѣлъ также неодинаковые результаты,
т. е. зрительныя разстройства въ однихъ случаяхъ получались,
въ другихъ не получались.
Что касается ученія Munk’a о психической слѣпотѣ, то Loeb
подвергаетъ его чрезвычайно рѣзкой критикѣ, называя все
это ученіе метафизіологіей. Точно также и предположеніе
Goltz’a, что животныя съ психической слѣпотой видятъ все
въ сѣромъ свѣтѣ, онъ считаетъ ошибочнымъ. Эти зрительныя
разстройства по его мнѣнію объясняются просто тѣмъ, что
животное, сохранивъ непораженною извѣстную часть поля зрѣ-
нія, при слабоуміи и вслѣдствіе безпокойства не можетъ поль-
зоваться ею при помощи соотвѣтствующихъ тѣлодвиженій,
какъ это сдѣлало бы здоровое животное.
Само собою разумѣется, что эти заявленія Loeb’a въ свою
очередь не остались безъ рѣзкой критики со стороны проф.
Munk’a, но мы не будемъ здѣсь слѣдить за всѣми частностями
этого научнаго спора, — тѣмъ болѣе, что взгляды Munk’a были
нами достаточно подробно изложены выше.
Между прочимъ Loeb1) имѣлъ возможность опровергнуть
взглядъ Munk’a о возстановленіи зрѣнія подъ вліяніемъ упраж-
ненія у животныхъ съ разрушеніемъ затылочной области моз-
говой коры. Онъ содержалъ оперированныхъ животныхъ въ
темномъ ящикѣ и, не смотря на то, что при этомъ зрительныхъ
1) I. Loeb. Beiträge z. Physiologie des Groshirus. Ptfüger’s Arch. Bd. 39.

1334

впечатлѣній не получалось, возстановленіе зрѣнія съ теченіемъ
времени все же происходило, какъ обыкновенно.
Другими противниками Munk’a въ отношеніи его ученія о
зрительномъ центрѣ являлись A. Christiani1) и Gudden2). Chris-
tiani заявилъ, что кролики, которымъ удалялись мозговыя по-
лушарія вмѣстѣ съ corp. striatum, могутъ ходить, не обнаружи-
вая явленій слѣпоты. Когда удаляютъ отъ нихъ внѣшнія раз-
драженія, то они по большей части засыпаютъ, но затѣмъ
самопроизвольно вновь пробуждаются и ходятъ. Въ то же
время они обнаруживаютъ повышенную рефлекторную возбу-
димость къ слуховымъ раздраженіямъ.
Хотя авторъ и не допускаетъ мысли, что животныя безъ
полушарій также видятъ, какъ и нормальныя, тѣмъ не менѣе
между нимъ и Munk’омъ въ этомъ отношеніи существуетъ не-
примиримое противорѣчіе. Munk, какъ мы видѣли, находилъ
кроликовъ съ удаленными полушаріями совершенно слѣпыми,
тогда какъ Christiani предполагаетъ, что у такихъ кроликовъ
зрительныя впечатлѣнія дѣйствуютъ еще на рефлекторный и
координаторный центры, заложенные въ зрительныхъ буграхъ,
вслѣдствіе чего животныя могутъ производить цѣлесообразныя
движенія.
Наблюденіе Christiani, что животныя безъ полушарій ещё
избѣгаютъ препятствій, Munk въ свое время объяснялъ про-
стыми случайностями, напр. круговыми движеніями живот-
ныхъ при условіи, если препятствіе случайнымъ образомъ по-
мѣщается въ центрѣ описываемаго животнымъ круга. Chris-
tiani однако отвергаетъ подобное объясненіе, отрицая самое
существованіе круговыхъ движеній у своихъ животныхъ.
Gudden противъ ученія о локализаціяхъ въ мозговой корѣ
высказывался главнымъ образомъ на основаніи добытыхъ имъ
анатомическихъ данныхъ и результатовъ экспериментальныхъ
изслѣдованій преимущественно надъ новорожденными или
очень молодыми животными. Gudden указываетъ на необходи-
мость изученія анатомическаго строенія мозговой коры и въ
особенности хода волоконъ прежде, чѣмъ изучать локализацію
функцій въ мозговой корѣ. Онъ указываетъ, что всякій фи-
зіологическій результатъ теряетъ свое значеніе, коль скоро
онъ стоитъ въ противорѣчіи съ несомнѣнными анатомическими
фактами.
1) A. Christiani. Zur Physiologie des Gehirns. Berlin. 1885.
2) Gudden. Jahresversamml. d. Vereins d. Irrenärzte zu Baden. 1886. Allg.
Zeitschr. f. Psych. 1886 стр. 478 и слѣд.

1335

Съ анатомической стороны онъ приводитъ слѣдующія данныя:
Въ цѣломъ рядѣ животныхъ существуетъ извѣстное соот-
ношеніе между развитіемъ lobus, bulbus и nervus olfactorius и
тѣмъ не менѣе по отдѣленіи обѣихъ bulbi olfactorii у 7—8
дневныхъ кроликовъ съ теченіемъ времени находятъ ихъ lobi
olfactorii нормально развитыми. Если бы кора ихъ служила
исключительно для функціи обонянія, то безъ сомнѣнія они
должны были бы атрофироваться. Gudden указываетъ затѣмъ,
что удаленіе или разрушеніе другихъ органовъ чувствъ, какъ
вылущеніе глаза, разрушеніе ушного прохода съ сшиваніемъ
надъ нимъ кожи и перерѣзка n. acustici, перерѣзка n. trige-
mini и другихъ чувствительныхъ нервовъ, а равно и перерѣзка
тѣхъ или другихъ двигательныхъ нервовъ у новорожденныхъ
животныхъ не влечетъ за собою съ теченіемъ времени, т. е.
при развитіи животнаго, атрофіи какихъ-либо опредѣленныхъ
отдѣловъ коры. Послѣ удаленія у новорожденныхъ животныхъ
всего полушарія вмѣстѣ съ corp. striatum также не обнаружи-
валось послѣдовательной атрофіи въ tractus и въ n. optici, а равно и
въ ядрахъ мозгового ствола. Такого рода животныя развива-
лись совершенно нормально: „видѣли, слышали, чувствовали и
двигались, какъ неоперированныя животныя“ и въ указанномъ
отношеніи не обнаруживалось вообще „ни малѣйшаго различія
между обѣими сторонами“.
Въ другихъ случаяхъ Gudden производилъ новорожденнымъ
кроликамъ удаленіе одновременно затылочныхъ и теменныхъ
долей на обѣихъ сторонахъ, послѣ операціи эти животныя
также развивались правильно: „видѣли, слышали, чувство-
вали и двигались, какъ нормальные кролики“; различіе между
тѣми и другими могло обнаруживаться развѣ только въ томъ,
что движенія первыхъ проявляли болѣе импульсивный харак-
теръ нежели движенія послѣднихъ.
Что касается ихъ способности видѣть и психической пере-
работки видѣннаго, то даже и не могло быть вопроса, избѣ-
гаютъ ли они препятствія на своемъ пути, на свободѣ ихъ
было трудно поймать, уже на большомъ разстояніи они уда-
лялись отъ руки, прыгали по лѣстницѣ вверхъ и внизъ и пр.
При вскрытіи, произведенномъ послѣ того, какъ животныя
выросли, оказывалось, что они не имѣли и слѣда зрительной
сферы.
Если у новорожденныхъ животныхъ были удалены оба моз-
говыя полушарія, то такія животныя уже отличались отъ
предыдущихъ. Они отставали въ своемъ развитіи и обнару-

1336

живали признаки идіотизма, хотя въ значительной мѣрѣ всѣ
ощущенія еще воспринимались и подвергались психической
переработкѣ, а также и движенія ихъ не были лишены пси-
хическихъ импульсовъ.
На основаніи этихъ и другихъ анатомическихъ данныхъ,
Gudden полагаетъ, что мозговыя функціи могутъ быть локали-
зированы не болѣе, какъ въ двухъ главныхъ областяхъ мозго-
вой коры, изъ которыхъ одна служитъ для двигательныхъ,
другая для чувствительныхъ представленій.
Надо замѣтить однако-же что анатомическія данныя, на
которыя опирается Gudden въ своихъ выводахъ, по крайней
мѣрѣ по вопросу о данныхъ, касающихся отношенія зритель-
ной сферы къ первичнымъ зрительнымъ центрамъ tr. opticus,
стоятъ въ противорѣчіи съ изслѣдованіями Monakow’a. Послѣд-
ній, какъ извѣстно, показалъ, что вслѣдъ за удаленіемъ зри-
тельной сферы у новорожденныхъ животныхъ обнаруживается
атрофія первичныхъ зрительныхъ центровъ (corp. quadrigeminum,
corp. genic. ext.) и tactus opticus. Съ другой стороны при разрушеніи
зрительныхъ волоконъ въ области внутренней капсулы обнару-
живается атрофія пирамидальныхъ клѣтокъ зрительной сферы.
Что же касается физіологическихъ наблюденій Gudden’a,
то здесь необходимо указать, что его опыты надъ новорожден-
ными въ отношеніи результатовъ далеко не могутъ быть при-
равниваемы къ опытамъ надъ взрослыми животными. Gudden и
самъ предвидѣлъ подобное возраженіе и чтобы встрѣтить его
во всеоружіи, ссылается также на свои опыты съ удаленіемъ
мозговой коры у взрослыхъ животныхъ, которые дали будто
бы тѣ же самые результаты. Gudden однако заявляетъ, что для
своихъ опытовъ онъ предпочиталъ взрослымъ животнымъ
на половину или на треть выросшихъ животныхъ, что однако
не одно и то же.
Въ отношеніи вопроса о зрительномъ центрѣ Gudden ссы-
лается между прочимъ на двухъ оперированныхъ имъ собакъ
(тоже только на половину выросшихъ), у которыхъ онъ уда-
лилъ, хотя и не всю, но значительную часть зрительной сферы,
при чемъ животныя не обнаруживали явленій геміанопсіи.
Надо впрочемъ замѣтить, что по мнѣнію Munk’a1) въ опытахъ
Gudden’a будто-бы не вполнѣ удалялась зрительная сфера
отчего и зависѣли полученные авторомъ результаты.
1) Н. Munk. Sitzb. d. Kais. Preuss. Akademie d. Wissensch. zu Berlin. XXXI
1889.

1337

Изслѣдованія Lannegrace’a.
Изъ позднѣйшихъ работъ, касающихся корковыхъ зритель-
ныхъ центровъ, заслуживаетъ между прочимъ вниманія ра-
бота Lannegrace’a1), существенные выводы которой сводятся къ
слѣдующимъ положеніямъ:
1. Часть коры, поврежденія которой способны нарушить
зрѣніе, занимаетъ значительное протяженіе, почти всю выпуклую
поверхность мозга.
2. Зрительныя разстройства корковаго происхожденія мо-
гутъ быть двухъ родовъ: въ видѣ одноименной геміопіи (ге-
міанопсіи) и въ видѣ перекрестной амбліопіи.
3. Природа зрительнаго разстройства зависитъ отъ мѣста
поврежденія; поверхность мозга содержитъ двѣ области: одну
очень обширную область геміопіи, занимающую почти всю по-
верхность полушарія, но имѣющую свое главное сѣдалище
въ затылочной долѣ и область амбліопіи, болѣе ограниченную,
расположенную въ лобныхъ и въ особенности въ теменныхъ
частяхъ полушарій.
4. Амбліопія довольно часто связана съ чувствительными
и трофическими разстройствами противоположнаго глаза. Ав-
торъ пытается даже доказать, что корковая перекрестная
амбліопія представляется результатомъ поврежденія корко-
выхъ чувствующихъ областей глаза.
Кромѣ того, на основаніи опытовъ, произведенныхъ надъ
обезьянами, Lannegrace высказываетъ слѣдующіе выводы:
1. Разрушеніе одной затылочной доли повидимому остается
безъ вліянія на зрѣніе (согласно съ Ferrier’омъ и Jeo и вопреки
Munk’y).
2. Разрушеніе одной угловой извилины нарушаетъ зрѣніе
противолежащей стороны, обусловливая повидимому перекрест-
ную слѣпоту; послѣдняя однако не очень рѣзка и кратко-
временна.
3. Разрушеніе затылочной и угловой извилины съ той же
стороны вызываетъ разстройство зрѣнія въ обоихъ глазахъ по-
видимому съ характеромъ перекрестной неполной слѣпоты,
вмѣстѣ съ одноименной геміанопсіей (согласно съ Fer-
rier’омъ и Jeo).
l) Lannegrace. Influence des lésions corticales sur la vue. Arch. de médi-
cine expérim. et d’anatomie pathologique. Paris. 1889.

1338

4. Разрушеніе Роландовыхъ (центральныхъ) извилинъ по-
видимому также обусловливаем нарушеніе зрѣнія.
5. Послѣдовательное разрушеніе обѣихъ угловыхъ изви-
линъ не вызываетъ потери зрѣнія.
6. Разрушеніе обѣихъ затылочныхъ долей обусловливаетъ
несовершенную потерю зрѣнія, а лишь преходящія зритель-
ныя разстройства.
7. Разрушеніе обѣихъ затылочныхъ долей и одной угловой
извилины не уничтожаетъ зрѣнія вполнѣ (согласно съ
Ferrier’омъ).
8. Разрушеніе обѣихъ затылочныхъ долей и обѣихъ угло-
выхъ извилинъ не приводитъ необходимо къ совершенной слѣ-
потѣ (какъ утверждаютъ Ferrier и Jeo).
Уже изъ этихъ выводовъ нетрудно убѣдиться что ре-
зультаты опытовъ автора, не разъясняя по существу тѣхъ
противорѣчій, которыя возникли между ученіемъ Ferrier’a, и
Munk’a, сами по себѣ оставляютъ немало неясностей.
Въ этихъ опытахъ, какъ и въ опытахъ самого Ferrier’a, остается
совершенно невыясненнымъ, почему разрушеніе затылочной
доли π угловой извилины вызываетъ перекрестную слѣпоту
съ одноименной перекрестной геміанопсіей, въ то время какъ
разрушеніе одной затылочной доли остается безъ существен-
наго вліянія на зрѣніе, разрушеніе же одной угловой извилины
вызываетъ лишь нерѣзкую и кратковременную перекрестную
амбліопію.
Надо замѣтить, что Lannegrace въ своей работѣ приводитъ
совершенно особенное объясненіе для происхожденія пере-
крестной амбліопіи. По нему зрительная система состоитъ изъ
двухъ частей:
1. Чувственнаго аппарата, служащаго посредникомъ зри-
тельнаго воспріятія и 2) чувствительно-двигательнаго аппарата,
играющаго роль побочной системы, обезпечивающей правиль-
ное отправленіе перваго и дѣйствующаго въ то же время на
сосуды m. chorioideae, обнаруживая особенное вліяніе на питаніе
сѣтчатки. Одноименная геміанопсія (полуслѣпота) есть ничто
иное, какъ слѣдствіе пораженія перваго, т. е. чувственнаго
аппарата, тогда какъ перекрестная амбліопія обусловливается
пораженіемъ чувствительно - двигательнаго аппарата. Такимъ
образомъ по Lannegrace’y перекрестная амбліопія является ре-
зультатомъ питательнаго разстройства сѣтчатки, сопровождаю-
щаго нарушеніе чувствительности глаза.
Упомянемъ здѣсь же объ изслѣдованіяхъ д-ра Целерицкаго

1339

надъ затылочными долями у собакъ, произведенныхъ въ лабо-
раторіи проф. И. П. Мержеевскаго1). Авторъ этотъ при удаленіи
затылочной доли у собакъ наблюдалъ перекрестную амбліопію
что находится въ полномъ противорѣчіи съ вышеизложенными
опытами Munk’a.
Роль переднихъ отдѣловъ мозговой коры въ отношеніи
зрѣнія. Изслѣдованія E. Hitzig’а.
Необходимо замѣтить, что не однѣ только затылочныя и
теменныя доли играютъ роль въ отношеніи зрѣнія; разрушеніе
другихъ областей также не остается безъ вліянія на зрѣніе,
какъ на томъ настаиваетъ особенно Luciani.
По Luciani и Seppilli разстройство зрѣнія зависитъ отъ экстир-
паціи почти всѣхъ частей наружной области мозговой коры,
хотя область собственно зрительнаго центра и представляется
ограниченною, но окружающія части въ этомъ отношеніи не
остаются безъ значенія. Авторы оспариваютъ Vunk’овскій,
взглядъ на томъ основаніи, что двусторонняя одноименная
геміанопсія можетъ происходить не только при разрушеніи за-
тылочной доли мозговой коры, но и теменной и даже височ-
ной доли; затѣмъ зрительныя разстройства послѣ удаленія
зрительной области Munk’a даже и при двусторонней операціи
со временемъ исчезаютъ и наконецъ нельзя вызвать частичной
слѣпоты при двустороннихъ разрушеніяхъ зрительной сферы
Munk’a.
Несомнѣнно, что рѣзкія зрительныя разстройства наблю-
даются при разрушеніи переднихъ частей мозговыхъ полу-
шарій въ области gyri sygmoidei, на чемъ въ особенности оста-
навливается въ своихъ изслѣдованіяхъ проф. Hitzig.
Въ послѣднее время Е. Hitzig2) опубликовалъ новое изслѣ-
дованіе относительно зрительнаго центра мозговой коры. Онъ
прежде всего останавливается на томъ фактѣ, что почти всѣ
защитники ученія о локализаціяхъ, какъ напримѣръ Luciani,
Bianchi, Exner и Paneth и др., согласно заявляютъ, что поврежденія
передней половины или любой другой части мозговой коры
1) См. секція неврологіи III съѣзда русскихъ врачей. „Врачъ“ № 5, 1889.
См. кромѣ того диссерт. автора Спб.
2) E. Hitzig. Ueber das corticale Sehen des Hundes. Arch. f. Psych. Bd. 33.
Heft 3.

1340

собаки приводятъ къ зрительнымъ разстройствамъ подобно
тому, какъ и поврежденія собственно зрительной сферы. Фактъ
этотъ либо оставляемъ былъ безъ объясненія, либо онъ давалъ
поводъ къ развитію теорій, являющихся какъ бы переходными
между двумя основными ученіями въ вопросѣ о локализаціи
мозговыхъ функцій.
Самъ Hitzig уже давно отмѣтилъ появленіе зрительныхъ
разстройствъ даже при ограниченныхъ разрушеніяхъ переднихъ
долей мозга у собакъ. Очевидно, что предстоитъ выяснить,
имѣетъ ли собака одинъ только зрительный центръ или ихъ
нѣсколько, причемъ одинъ изъ этихъ центровъ долженъ въ
такомъ случаѣ помѣщаться въ переднихъ доляхъ мозга.
Имѣя въ виду послѣднее предположеніе, авторъ справедливо
указываетъ, что послѣдовательное поврежденіе различныхъ.
служащихъ для зрѣнія, областей должно неизбѣжнымъ обра-
зомъ привести къ суммированію существующихъ или къ воз-
обновленію уже исчезнувшихъ зрительныхъ разстройствъ
Въ первомъ же случаѣ, т. е. при существованіи одного зри-
тельнаго центра, ничего подобнаго быть не можетъ.
Какъ извѣстно, Munk1) настаивалъ на томъ фактѣ, что зри-
тельныя разстройства, наблюдаемыя при поврежденіи областей
коры, не входящихъ въ зрительную сферу, въ дѣйствительности
обусловливаются совмѣстнымъ поврежденіемъ этой сферы,
иначе говоря, зависятъ отъ недостатка въ оперативной техникѣ.
Для изслѣдованія зрѣнія у собакъ Hitzig считаетъ особенно
пригоднымъ описанный имъ ранѣе взвѣшивающій аппаратъ
(schwebender Apparat)2), который служить хорошо для изслѣдо-
ванія разстройствъ движенія, чувствительности и зрѣнія и съ
которымъ путемъ привлеченія вниманія животнаго на мясо съ
удобствомъ можно периметрировать поле зрѣнія подобно тому,
какъ и у человѣка.
На основаніи своихъ опытовъ авторъ убѣдился вопреки
Exner’у и Paneth’y3), что зрительныя разстройства, какъ и дви-
гательныя, обнаруживаются у собакъ даже вслѣдъ за простымъ
обнаженіемъ ріае matris въ области gyri sygmoidei. При этомъ
исчезалъ и зрительный рефлексъ.
Напротивъ того удаленіе ріае matris въ затылочной части
J) Munk. Ueber die Ausdehnung der Sinnessphaeren in der Grosshirnrinde.
Sitzb. 1899. LII.
2) E. Hitzig. Ueber Functionen desGrosshirns. Berl. KJin. Woch. 1886, № 40.
3) Exner und Paneth. Ueber Sehstörungen nach Operationen in Bereich des
Vorderhirns. Pflüger’s. Arch. 1886.

1341

х) Ε. Hitzig. Arch. f. Psych. Bd. 36. Heft 1, стр. 94.
*) См. также Ε. Hitzig. Phys. u. Klin. Untersuchungon Uber das Gehirn.
Berlin. 1904.
полушарія, хотя также приводило къ разстройству зрѣнія и
къ исчезанію зрительнаго рефлекса, но при этомъ не вызывало
никакихъ двигательныхъ разстройствъ.
Само собою разумѣется, что и въ томъ, и въ другомъ слу-
чаѣ разстройства представлялись менѣе значительными и
менѣе продолжительными по сравненію съ тѣми, при которыхъ
ріа mater повреждалась вмѣстѣ съ подлежащимъ веществомъ.
По Hitzig’y1) зрительныя разстройства и исчезаніе зритель-
ныхъ рефлексовъ наступаетъ съ постоянствомъ при поврежде-
ніяхъ gyr. sygmoidei. При этомъ нарушеніе зрительныхъ реф-
лексовъ обязано поврежденiю центра orbicularis, по удаленіи
котораго оно наблюдается также съ постоянствомъ. Равнымъ
образомъ поврежденіе этого центра, а еще чаще поврежденіе
его сосѣдней области, лежащей спереди и сбоку (остатокъ
центра facialis Hitzig’a) приводитъ къ нарушенію носо-глазного
рефлекса (Nasenlidreflex), тогда какъ переднее плечо 2, 3 и 4
извилины, включая и переднюю часть большого бѣлаго слоя
и внутренней капсулы, можетъ быть повреждаемо безъ наступ-
ленія какихъ-либо зрительныхъ разстройствъ.
На основаніи этихъ данныхъ Hitzig съ рѣшительностью
высказывается въ томъ смыслѣ, что упомянутыя зрительныя раз-
стройства не могутъ зависѣть, какъ думаетъ Н. Munk, отъ нена-
мѣреннаго поврежденія зрительной сферы.
Другой вопросъ, который авторъ поставилъ себѣ задачей,
это — выяснить, подвергаются ли выздоровѣвшія отъ зрительнаго
разстройства собаки съ большимъ поврежденіемъ зрительной
сферы новому и быть можетъ болѣе значительному разстрой-
ству зрѣнія вслѣдъ за удаленіемъ g. sygmoidei.
При этомъ оказалось, что, если у животнаго путемъ разру-
шенія затылочной зрительной области, названной Н. Munk’омъ
А1, вызвать разстройство зрѣнія и затѣмъ выждать, когда это
разстройство зрѣнія пройдетъ, то поверхностное разруше-
ніе gyr. sigmoidei не вызываетъ нарушенія зрѣнія, а при бо-
лѣе глубокомъ поврежденіи растройство зрѣнія появляется
вновь, но современемъ оно можетъ снова исчезнуть.
На основаніи этихъ опытовъ авторъ приходитъ къ выводу,
что второго корковаго зрительнаго центра, если вообще его
собака имѣетъ, не содержится въ gyr. sigmoidei.

1342

Такъ какъ при этомъ можно исключить даже ненамѣренное
поврежденіе затылочнаго зрительнаго центра А1, то наступленіе
зрительныхъ разстройствъ послѣ первичнаго поврежденія сиг-
мовидной извилины принуждаетъ къ принятію, что существуетъ
прямое или непрямое соединеніе между этой извилиной и зри-
тельной сферой, посредствомъ котораго раздраженіе, причинен-
ное операціей, переносится на зрительную сферу, производя
временное нарушеніе зрѣнія.
Далѣе авторъ убѣдился, что послѣ предварительнаго раз-
рушенія gyri sygmoidei область A1 Munk’a можно разрушить,
удалить или подрѣзать, не производя ни слѣда зрительнаго
разстройства. Но, если произвести первичное разрушеніе области
А1, то происходитъ съ постоянствомъ рѣзкое и довольно про-
должительное геміопическое разстройство зрѣнія.
Отсюда авторъ дѣлаетъ слѣдующіе выводы: 1) мѣсто A1 не
можетъ представлять собою зрительнаго центра въ собствен-
номъ значеніи этого слова въ смыслѣ Η. Munk’a, ибо въ про-
тивномъ случаѣ при всѣхъ условіяхъ должно было бы про-
изойти значительное и болѣе долгое время длящееся зритель-
ное разстройство. Между тѣмъ это наблюдается только при
первичномъ пораженіи въ этой области, тогда какъ поверхно-
стное вторичное пораженіе совсѣмъ или почти совсѣмъ не
сопровождается зрительными разстройствами; 2) область А1
должна находиться въ такомъ же отношеніи къ зритель-
ному центру, какъ и gyr. sygmoides, такъ какъ дѣятельность
этого центра чрезъ пораженіе этой области временно ограничи-
вается или прекращается.
Труднѣе отвѣтить на вопросъ, почему зрительный актъ при
первичной операціи въ вышеуказанной области рѣзко нару-
шается въ своей функціи и почему при предварительномъ
удаленіи g. sygmoidei получается какъ бы иммунитетъ противъ
вторичной операціи съ разрушеніемъ области А1 Munk’a. Авторъ
не рѣшаетъ этого вопроса съ положительностью. Онъ полагаетъ
однако, что такого рода механизмъ дѣйствуетъ по всей вѣроят-
ности при посредствѣ подкорковыхъ центровъ.
Онъ предполагаетъ, что у собаки большая часть того, что
называютъ зрѣніемъ, происходить не въ корѣ, а въ подкорко-
выхъ зрительныхъ центрахъ, которые временно нарушаются
въ своей функціи при разрушеніи g. sygmoidei и затылочной
части мозговой коры.
Но послѣ того, какъ они возстановятъ свою функцію, они
получаютъ извѣстную независимость отъ мозговой коры, вслѣд-

1343

ствіе чего поврежденіе тѣхъ или другихъ ея частей остается
уже безъ вліянія на зрѣніе.
По взгляду Munk’a, какъ извѣстно, область А1 является мѣ-
стомъ яснаго видѣнія и что воспоминательные зрительные
образы при постоянномъ притокѣ сознательнаго воспріятія
откладываются тамъ изъ центральнаго пункта во все большемъ
и большемъ кругѣ, вслѣдствіе чего удаленіе области A1 при-
водитъ къ корковой слѣпотѣ въ области яснаго видѣнія.
Hitzig оспариваетъ это воззрѣніе о мѣстно откладываемыхъ
образахъ воспоминанія. Онъ убѣдился, что, если у собаки вы-
зывается разстройство зрѣнія, то въ огромномъ большинствѣ
случаевъ получается геміопическое разстройство независимо
отъ мѣста пораженія.
Въ исключительныхъ случаяхъ впрочемъ авторъ наблюдалъ
и квадрантную анопсію. Не входя ближе въ оцѣнку отношенія
къ области А1 описаннаго Munk’омъ явленія подъ названіемъ
душевной слѣпоты, авторъ справедливо указываетъ, что мѣсто
А1 не можетъ представлять собою мѣста яснаго видѣнія, если
оно можетъ быть уничтожено безъ наступленія какихъ либо
зрительныхъ разстройствъ.
Въ другой своей работѣ, являющейся продолженіемъ пер-
вой1), проф. Hitzig пытается разрѣшить вопросъ о значеніи
тѣхъ областей мозговой коры, которыя обнаруживаютъ вліяніе
на зрѣніе и въ частности области g. sigmoidei и мѣста А1
Munk’a въ корѣ затылочной доли.
Если бы существовало въ корѣ нѣсколько областей, слу-
жащихъ для зрѣнія, то, какъ было уже упомянуто, послѣдова-
тельное ихъ разрушеніе должно бы усиливать разстройство
зрѣнія, наступающее вслѣдъ за первоначальной операціей. А
между тѣмъ при своихъ опытахъ Hitzig, какъ мы видѣли, убѣ-
дился, что послѣ того, какъ зрительныя разстройства, обуслов-
ленныя разрушеніемъ А1, исчезли или ослабѣли, разрушеніе
сигмовидной извилины, обыкновенно приводящее къ зритель-
ному разстройству, ничуть не усиливаетъ это разстройство, вы-
званное первой операціей.
Съ другой стороны, если опытъ произвести въ обратномъ
смыслѣ, т. е. сначала разрушить область сигмовидной извилины
и послѣ нѣкотораго времени область А1, то оказывается, что
не происходитъ никакого зрительнаго разстройства или въ
1) Е. Hitzig. Berl. Klin. Woch. 1900.

1344

исключительныхъ случаяхъ лишь непродолжительная и вре-
менная амбліопія1).
Очевидно, что этотъ зрительный иммунитетъ каждой опера-
ціи противъ наступленія зрительныхъ разстройствъ объясняется
тѣмъ, что истинный центръ не находится ни въ той, ни въ
другой области; зрительныя же разстройства, обусловленныя
той или другой операціей, должны быть по Hitzig’y отнесены
на счетъ задержки функцій истиннаго зрительнаго центра.
Задаваясь затѣмъ вопросомъ, имѣется ли въ этомъ случаѣ
задержка функціи корковаго или подкорковаго центра, авторъ ста-
рается разрѣшить этотъ вопросъ путемъ наблюденія при тойи дру-
гой операціи зрительнаго рефлекса, выражающагося смыка-
ніемъ вѣкъ при приближеніи руки. При этомъ оказывается,
что при разрушеніи области gyr. sygmoidei этотъ рефлексъ исче-
заетъ надолго и не возстанавляется нѣкоторое время даже
и послѣ того, какъ зрительное разстройство уже исчезло, тогда
какъ при разрушеніи области А1 этотъ зрительный рефлексъ
въ первое время обыкновенно вовсе не подавляется; онъ по-
давляется лишь со временемъ на болѣе или менѣе долгое время и
представляется нерѣдко ослабленнымъ даже въ то время, когда
зрительныя разстройства уже исчезли.
Очевидно, что сохранность или отсутствіе зрительнаго ре-
флекса не находится въ прямой зависимости отъ зрительнаго
разстройства.
Вмѣстѣ съ тѣмъ вышеуказанные опыты доказываютъ, что
при разрушеніи gyri sygmoidei поражается не одно только зрѣ-
ніе, но и стоящія въ связи съ зрительнымъ актомъ двигатель-
ныя функціи, тогда какъ при разрушеніи чувственной части
коры эти двигательныя функціи не нарушаются по крайней
мѣрѣ первично. Такъ какъ вслѣдъ за разрушеніемъ gyri syg-
moidei наступаетъ продолжительное угнетете зрительнаго ре-
флекса, тогда какъ само зрительное разстройство въ большин-
ствѣ случаевъ является при этомъ лишь кратковременнымъ,
то по автору дѣло сводится здѣсь не къ задержкѣ корковаго
зрительнаго центра. Съ другой стороны, то обстоятельство, что
разрушеніе корковаго зрительнаго центра приводить къ уничто-
1) Кромѣ взаимоотношенія между областью g. sygmoidei и областью А1
Hitzig наблюдалъ аналогичное взаимоотношеніе и между зрительными обла-
стями той и другой стороны. Авторъ нерѣдко наблюдалъ, что соотвѣтству-
ющая геміанопсія при разрушеніи напр. правой затылочной области не на-
ступала, если предварительно была вызвана временная геміанопсія чрезъ
поврежденіе лѣвой затылочной области.

1345

женію зрительнаго рефлекса безъ какихъ-либо другихъ раз-
стройствъ въ функціи двигательной области мозговой коры,
заставляетъ признать, что и въ этомъ случаѣ дѣло сводится
не къ задержкѣ корковыхъ двигательныхъ центровъ.
На основаніи этихъ данныхъ авторъ приходитъ къ заклю-
ченію, что и въ томъ, и въ другомъ случаѣ дѣло идетъ о за-
держкѣ функціи не корковыхъ, а подкорковыхъ центровъ.
Этой задержкой функціи подкорковыхъ центровъ и объясняются
какъ нарушеніе зрительнаго рефлекса, такъ и нарушеніе зрѣнія.
Поэтому при разрушеніи области А1 зрительный рефлексъ
не прекращается сразу, такъ какъ первоначально угнетеніе
распространяется на подкорковый зрительный центръ, а потомъ
уже на подкорковый рефлекторный центръ. Въ томъ же слу-
чаѣ, когда разрушается кора gyri sygmoidei, подавленіе происхо-
дить сильнѣе въ подкорковомъ двигательномъ центрѣ, нежели
въ подкорковомъ зрительномъ центрѣ.
Въ концѣ концовъ, для объясненія явленій, наступающихъ
вслѣдъ за разрушеніемъ зрительной области, Hitzig прини-
маетъ вліяніе задержки. Не отрицая отношенія области А1 къ
зрѣнію, онъ замѣчаетъ однако, что еще неясно, въ чемъ заклю-
чается это отношеніе. Вѣрно лишь, что разрушенія этой области
приводятъ къ угнетенію подкорковыхъ зрительныхъ областей, но
здѣсь трудно провести болѣе точнымъ образомъ отграниченіе
прямого корковаго разстройства отъ непрямого подкорковаго
нарушенія.
Это объясненіе однако не можетъ быть признано такимъ, ко-
торое устраняло бы всѣ вопросы, связанные съ корковыми зри-
тельными разстройствами. Если удаленіе коры А1 вызываетъ
угнетеніе подкорковаго зрительнаго центра, чрезъ который про-
ходитъ рефлексъ для замыканія вѣкъ, то непонятно, почему
въ этомъ случаѣ рефлексъ не прекращается сразу, такъ какъ
послѣдній долженъ прекращаться съ того момента, какъ только
подавляется чувственная или двигательная область рефлекса.
Съ другой стороны объясненіе подавленія функціи подкор-
коваго зрительнаго центра при разрушеніи двигательной области
мозговой коры встрѣчаетъ затрудненіе въ анатомическихъ дан-
ныхъ, такъ какъ намъ неизвѣстны прямыя связи между дви-
гательной областью и подкорковымъ зрительнымъ центромъ,
заложеннымъ въ corp. genic. ext.
Далѣе и продолжительность зрительныхъ разстройствъ, на-
блюдаемыхъ при удаленіи А1 говоритъ противъ того, чтобы ихъ
сводить исключительно на угнетеніе подкорковыхъ зрительныхъ

1346

центровъ. Главнѣйшей опорой мнѣнія Hitzig’a служитъ, какъ мы
видѣли, тотъ подмѣченный имъ фактъ, что по возстановленіи
зрѣнія послѣ удаленія A1 удаленіе gyr. sygmoidei уже не вы-
зываетъ зрительнаго разстройства и съ другой стороны по воз-
становленіи зрѣнія послѣ удаленія gyr. sygmoidei удаленіе обла-
сти А1 не вызываетъ уже характеристичныхъ явленій со стороны
зрѣнія или лишь незначительныя явленія височной амбліопіи.
Но и эти факты не могутъ быть объяснены съ точки зрѣнія
угнетенія, такъ какъ непонятно, почему послѣ того, какъ зри-
тельное разстройство, вызванное угнетеніемъ подлежащаго цен-
тра, возстановилось, вслѣдствіе исчезанія этого угнетенія, оно не
можетъ вновь появиться, если вновь на подкорковый центръ
будетъ дѣйствовать угнетеніе со стороны другой корковой
области.
Остается также невыясненнымъ, почему именно двѣ упо-
мянутыя области мозговой коры дѣйствуютъ задерживающимъ
образомъ на подкорковые зрительные центры и отчего недѣй-
ствительными оказываются въ этомъ отношеніи другія корко-
выя области?
Во всякомъ случаѣ эти опыты Hitzig’a, какъ они ни поучи-
тельны они сами по себѣ, ничуть не рѣшаютъ окончательно во-
проса о корковыхъ зрительныхъ центрахъ, но они освѣщаютъ
съ совершенно другой точки зрѣнія вопросъ о зрительномъ
центрѣ на наружной поверхности затылочной доли и приводятъ
къ выводу, что ни область gyri sigmoidei, ни область А1 Munk’a
въ дѣйствительности не являются истинными зрительными
центрами и отношеніе ихъ къ зрѣнію требуетъ еще выясненія.
По Hitzig’y1) зрительныя разстройства при разрушеніи заты-
лочной доли со временемъ выравниваются и вообще дли-
тельной частичной корковой слѣпоты въ смыслѣ Η. Munk’a не
наблюдается. Онъ не могъ также подтвердить и проекціи
сѣтчатки въ затылочной долѣ согласно съ Munk’омъ. Достойно
лишь вниманія, что временная квадратная геміанопсія книзу
наблюдалась исключительно при пораженіи передней половины
зрительной сферы и что при пораженіяхъ заднихъ отдѣловъ
зрительной сферы чаще наблюдались скотомы въ верхнемъ
сегментѣ зрительной сферы.
Равнымъ образомъ при разрушеніи мѣста А1, при которомъ
Η. Munk кромѣ душевной слѣпоты наблюдалъ продолжительную
корковую слѣпоту мѣста яснаго видѣнія въ противоположномъ
1) Ε. Hitzig. Physiol. und klin. Untersuchungen über das Gehirn. Berlin.

1347

глазу, авторъ находилъ по большей части лишь преходя-
щую перекрестную геміанопсію, часто же при этомъ не на-
блюдалось никакихъ ясныхъ зрительныхъ разстройствъ. Такъ на-
зываемая душевная слѣпота Munk’a, не имѣющая ничего общаго
съ душевной слѣпотой, описываемой клиницистами, объяс-
няется простой амбліопіей собаки. Короче говоря, какой-либо
законосообразной зависимости свѣтоваго ощущенія опредѣлен-
ныхъ мѣстъ сѣтчатокъ отъ опредѣленныхъ частей зрительной
коры у собаки не существуетъ. Здѣсь повидимому суще-
ствуютъ обширныя индивидуальный отклоненія. Заслужи-
ваетъ вниманія, что Hitzig1) могъ констатировать зрительное
разстройство противоположнаго глаза у собакъ съ разрушеніемъ
затылочной доли. Для этой цѣли онъ производилъ въ два
отдѣльные и удаленные другъ отъ друга сеанса экстирпацію
каждой затылочной доли. Послѣ первой операціи онъ могъ
констатировать, что зрительное разстройство исчезало послѣ
болѣе или менѣе продолжительнаго времени; при этомъ раз-
стройство зрѣнія всегда исчезало снутри и снизу и оставалось
послѣднимъ лишь амбліопическое пятно вверху и кнаружи.
Послѣ второй операціи съ двумя исключеніями въ глазу,
ранѣе пораженномъ, вновь вызывалось разстройство зрѣнія, бо-
лѣе сильное, чѣмъ въ глазу, вновь нарушенномъ. Оно еще уси-
ливалось и въ слѣдующіе дни, но не представляло собой огра-
ниченной скотомы, какъ думалъ Munk. Со временемъ это раз-
стройство также исчезло, какъ и всѣ другія.
Далѣе Hitzig высказывается па основаніи пяти подробно
анализированныхъ наблюденій противъ проекціи соотвѣтствую-
щаго отдѣла сѣтчатки на боковой трети зрительной сферы.
Въ то же время Hitzig высказывается и противъ объясненій,
данныхъ на этотъ счетъ Monakow’ымъ.
Monakow, какъ извѣстно, развилъ особую теорію относи-
тельно соотношенія между корой зрительной области и
сѣтчаткой. Его опыты, показали, что послѣ удаленія моз-
говой коры происходитъ перерожденіе зрительныхъ путей
и части клѣточныхъ элементовъ въ подкорковыхъ цент-
рахъ, въ особенности въ corp. genic. ext.
Съ другой стороны, вслѣдствіе удаленія глаза, перерождается
вмѣстѣ съ волокнами зрительныхъ путей и гелятиновое вещество
въ corp genic. ext, которое содержитъ конечныя вѣтви зритель-
ныхъ путей tractus.
1) Hitzig. Demonstration zur Physiologie des corticalen Sehen. Neur. Centr.
1902 г., № 10.

1348

Такимъ образомъ свободной отъ перерожденія въ томъ и
въ другомъ случаѣ оказывается система промежуточныхъ клѣ-
точекъ, открытая еще Ramon у Cajal’емъ, которая конечными раз-
вѣтвленіями соединяетъ обѣ зрительныя системы — основную и
подкрковоую.
Этимъ клѣточнымъ элементамъ, которые Monakow называетъ
вставочными, онъ приписываетъ роль воспринимателей притекаю-
щихъ возбужденій и способность переносить ихъ въ разныхъ на-
правленіяхъ, благодаря тому, что они заключены въ subst. gelatinosa.
Этимъ путемъ устанавливается какъ бы относительная зависи-
мость зрительной области мозговой коры отъ опредѣленныхъ отдѣ-
ловъ сѣтчатокъ, при чемъ ограниченныя пораженія зрительной
сферы необязательно приводятъ къ зрительнымъ разстрой-
ствамъ именно потому, что вставочныя клѣтки могутъ переда-
вать возбужденіе еще отъ всѣхъ частей сѣтчатокъ къ мозговой
корѣ.
Съ другой стороны по теоріи Monakow’a острая геміамбліопія,
наблюдаемая по удаленіи мѣста А1 должна быть объяснена тѣмъ,
что не только поражаются содержащіяся въ мѣстѣ А1 зритель-
ныя волокна и соотвѣтствующія имъ клѣтки въ corp. genical. ext.,
но временно остаются внѣ дѣятельности до новой организаціи
передачи и тѣ клѣточные элементы въ corp. genic. ext, которыя
не стоятъ въ прямомъ отношеніи къ области А1 каковой про-
цессъ Monakow обозначаетъ названіемъ diaschisis.
Hitzig не удовлетворяется этимъ объясненіемъ, такъ какъ
въ его опытахъ лишь въ меньшинствѣ случаевъ существовало
извѣстное соотношеніе между отдѣльными частями сѣтчатокъ
и наружными областями затылочной части мозговой коры.
Въ большинствѣ же случаевъ даже при распространенныхъ
пораженіяхъ мозговой коры не удавалось отмѣтить замѣтныхъ
зрительныхъ разстройствъ. Онъ приходитъ поэтому къ выводу,
что въ отношеніи вышеуказанныхъ соотношеній имѣются боль-
шія индивидуальныя различія.
На эти различія указалъ, руководясь анатомическими осно-
ваніями также Bernheimer, въ остальномъ придерживающійся
впрочемъ объясненія Monakow’a.
Ε. Hitzig1), высказываясь вообще противъ diaschisis, замѣ-
чаетъ, что, если у собаки съ разрушеніемъ двигательной обла-
сти коры и въ извѣстной мѣрѣ также у обезьянъ обнаружи-
вается исчезаніе двигательныхъ разстройствъ, то это объяс-
1) Hitzig. Huglings Jackson und motorische Rindecentren. Berlin. 1900.

1349

няется тѣмъ, что вмѣстѣ съ явленіями задержки, вслѣдствіе
шока, остающіеся двигательные импульсы отдаются въ необыч-
ной и неправильной формѣ. Но постепенно съ прекращеніемъ
дѣйствія шока обнаруживается приспособленіе къ новымъ от-
ношеніямъ и происходитъ проведеніе по существующимъ пу-
тямъ. Подобный же процессъ Hitzig допускаетъ и въ чувстви-
тельныхъ проводникахъ при разрушеніи зрительной области
мозговой коры (области A1 Munk’a). По его взгляду теорія dia-
schisis Monakow’a можетъ еще служить къ объясненію опытовъ
съ положительнымъ результатомъ, тогда какъ къ опытамъ съ
отрицательными результатами она вовсе неприложима.
Hitzig убѣдился также, что даже значительной величины
и глубокія пораженія затылочной доли часто не даютъ зритель-
ныхъ разстройствъ или же послѣднія представляются минималь-
ными, если существовало разрушеніе внутри другого полуша-
рія. Эти факты наводятъ его на мысль, что большая часть
явленій, если не всѣ, должны быть отнесены къ пораженію под-
корковаго механизма и что уже послѣ первой операціи подкор-
ковые центры оказываются соотвѣтствующимъ образомъ измѣ-
ненными.
Новое наступленіе давно исчезнувшихъ зрительныхъ раз-
стройствъ послѣ разрушенія въ другомъ полушаріи было отмѣ-
чено между прочимъ Luciani и Tamburini и подтверждено также
другими авторами и между прочимъ Hitzig’омъ. Послѣдній
однако не склоненъ его объяснять тѣмъ, что удаляется при
этомъ викарирующая область коры, такъ какъ, если бы это
было справедливо, то это происходило бы въ каждомъ случаѣ,
между тѣмъ Hitzig’омъ при большомъ числѣ произведенныхъ
операцій это явленіе было замѣчено всего 8 разъ. Поэтому онъ
допускаетъ для его объясненія двѣ возможности: или произво-
дится при второй операціи новое гнѣздо въ прежде опериро-
ванномъ полушаріи, или же вліяніе подкорковыхъ узловъ чрезъ
вторую операцію переносится на узлы другой стороны.
Заключительный выводъ Hitzig’a изъ его обширныхъ
изслѣдованій сводится къ слѣдующему: „для меня начало
всякаго зрѣнія состоитъ въ произведеніи готоваго зрительнаго
образа въ сѣтчаткѣ, продолженіе зрѣнія въ комбинаціи этого
зрительнаго образа съ двигательными, а можетъ быть и съ дру-
гими иннерваціонными чувствами для образованія представле-
ній низшаго порядка въ подкорковыхъ центрахъ и самая высшая
форма зрѣнія при существованіи связанного съ корой развитія
зрѣнія, состоитъ въ апперцепціи этихъ представленій низшаго

1350

порядка и въ ассоціаціи съ представленіями и чувствами
(чувственными представленіями) другого происхожденія“.
Мы нарочно привели такъ подробно изслѣдованія Ε. Hitzig’a,
такъ какъ изъ работъ послѣдняго времени они безспорно
должны быть признаны наиболѣе важными и по обширности
матеріала, и по выводамъ автора изъ всѣхъ вообще изслѣдо-
ваній этого рода, относящихся къ послѣднему времени.
Позднѣйшія изслѣдованія.
Намъ остается еще упомянуть о работѣ изъ лабораторіи
Hitzig’a, д-ра Kolberch’a1), который на основаніи своихъ опытовъ
приходитъ къ выводу, что передняя граница зрительной сферы,
обозначенная Munk’омъ, представляется искусственною, такъ
какъ зрительныя разстройства наступаютъ по удаленіи коры
также и впереди этой границы, въ такъ называемой глазной обла-
сти, безъ всякаго при томъ поврежденія gyr. sygmoidei и съ дру-
гой стороны они могутъ и отсутствовать какъ при поврежденіи
впереди, такъ и позади вышеуказанной границы, и особенно
послѣ вторичныхъ операцій на другой сторонѣ. Вообще даже
въ отношеніи продолжительности наступающихъ зрительныхъ
разстройствъ нѣтъ существеннаго разграниченія между зри-
тельной и глазной сферой.
Наконецъ, и въ отношеніи характера зрительнаго разстрой-
ства при поврежденіи глазной области и зрительной сферы
нѣтъ существеннаго различія, такъ какъ въ обоихъ случаяхъ
наблюдается двусторонняя одноименная геміанопсія.
Въ этомъ авторъ видитъ дальнѣйшее доказательство оши-
бочности Munk’овскаго ученія о проекціи сѣтчатки на мозго-
вой корѣ, Вмѣстѣ съ тѣмъ его опыты приводятъ къ выводу,
что отграниченіе зрительной сферы спереди вообще представ-
ляется невозможнымъ сдѣлать на основаніи опытовъ съ уда-
леніемъ мозговой коры.
Munk2), какъ и слѣдовало ожидать, высказывается противъ
позднѣйшихъ изслѣдованій Hitzig’a, доказывающихъ, что зри-
тельныя разстройства обнаруживаются не только при разру-
1) Kolberch. Ueber die Augenragion etc. Arch. f. Psych. Bd. 37.
2) Munk. Zur Physiol. der Grosshirnrinde. D. Med. Woch. № 22,
стр. 166. 1902.

1351

шеніи затылочной доли, но и другихъ частей полушарій и
даже мозговой оболочки.
По обыкновенію онъ признаетъ Hitzig’овскія изслѣдованія
частью основанными на ошибочномъ наблюденіи, частью же
полагаетъ, что на правильность выводовъ Hitzig’a вліяли по-
бочныя поврежденія.
Изъ позднѣйшихъ работъ мы укажемъ на изслѣдованіе
Crispolti1), который при одностороннемъ неполномъ удаленіи
зрительной области мозговой коры наблюдалъ амбліопію всей
сѣтчатки противоположнаго глаза и наружной трети сѣт-
чатки своего глаза.
При болѣе же обширномъ удаленіи коры наблюдается пол-
ная слѣпота противоположнаго глаза и наружной трети сѣт-
чатки глаза своей стороны. Вмѣстѣ съ тѣмъ никакихъ другихъ
симптомовъ какъ со стороны глазъ и зрачковъ, такъ и со сто-
роны общей чувствительности и движенія не обнаруживалось.
S. Umamuera2) убѣдился, что нарушеніе зрѣнія происхо-
дитъ при разрушеніи всей вообще наружной поверхности моз-
говыхъ полушарій, не исключая лобной области. Остающаяся
разстройства зрѣнія послѣ разрушенія затылочной и теменной
области объясняются тѣмъ, что здѣсь повреждаются окончанія
зрительныхъ путей. Зрительныя же разстройства послѣ повреж-
денія другихъ областей коры объясняются динамическими при-
чинами, въ основѣ которыхъ лежитъ взаимодѣйствіе центровъ.
При возстановленіи разстройствъ получаетъ особое значеніе
въ динамическомъ отношеніи другое полушаріе, благодаря во-
локнамъ corp. callosi.
Въ заключеніе упомянемъ, что Gallemaevt3) при изслѣдо-
ваніи мозговъ съ односторонней атрофіей bulbi oculi или вылу-
щеніемъ глаза убѣдился, что атрофія клѣтокъ обнаруживалась
въ корѣ затылочной области той и другой стороны, при чемъ
съ противоположной стороны атрофія обнаруживалась рѣзче и
локализировалась въ fis. calcarina, въ l. lingualis и cuneus; между
тѣмъ въ l. fusiformis и angularis измѣненія представлялись нич-
тожными.
1) С. Crispolti. Il centro corticale della visione. Ann. di nevrogl.,
fasc. II. 1902.
2) S. Umamuera. Ueber die corticalen Störungen des Sehactes etc. Pflügers
Arch. Bd. 100, стр. 495. 1903.
3) M. Gallemaevt. Les centres corticaux de la vision. etc. Bull. de l’Acad. de
Belgique. XVI; № 4. 1902.

1352

Изслѣдованія нашей лабораторіи.
Всѣ вышеприведенныя указанія, которыми впрочемъ вся
литература предмета далеко еще не исчерпывается, убѣждаютъ
насъ въ томъ, что не только относительно точной локализаціи
зрительной сферы, но и вообще относительно зрительной функ-
ціи мозговой коры мы находимся еще въ періодѣ, если не
начала разработки предмета, то во всякомъ случаѣ въ пе-
ріодѣ всевозможныхъ противорѣчій. Въ самомъ дѣлѣ, кромѣ
указанія объ отношеніи задней части мозговыхъ полушарій къ
зрѣнію, едва ли что нибудь въ этой области можетъ считаться
прочно установленнымъ. Вотъ почему новыя изслѣдованія въ
этомъ отношеніи по нашему мнѣнію представляются крайне
желательными.
Наши изслѣдованія надъ зрительной функціей начались еще
съ начала восьмиДесятыхъ годовъ и съ тѣхъ поръ съ разными
перерывами продолжались въ теченіе около полутора десятка
лѣтъ; за этотъ періодъ въ разные промежутки временя дѣла-
лись краткія сообщенія объ этихъ изслѣдованіяхъ1). Между
прочимъ уже въ 1890 году въ своей работѣ „О зрительной пло-
щади мозговыхъ полушарій“2) я указалъ на извѣстное значе-
ніе для зрительной функціи внутренней поверхности заты-
лочной доли.
Отъ болѣе же подробныхъ публикацій я воздерживался по
разнымъ соображеніямъ, особенно же въ виду запутанности
вопроса о зрительной сферѣ Munk’a. Лишь съ тѣхъ поръ, какъ
мы убѣдились въ существованіи истиннаго зрительнаго центра въ
корѣ животныхъ не въ области A1 Munk’a, а на внутренней по-
верхности затылочной доли3), весь вопросъ получилъ въ нашихъ
глазахъ значительную ясность.
Въ послѣдующемъ изложеніи мы постараемся, руководясь
своими изслѣдованіями, посильно отвѣтить лишь на нѣкоторые
изъ спорныхъ вопросовъ относительно зрительной функціи
мозговой коры, которые намъ кажутся наиболѣе существенными
1) В. Бехтеревъ. О вліяніи удаленія мозговыхъ полушарій у животныхъ
на зрѣніе и слухъ. См. протоколы Общ. Психіатровъ за 1883 г. О явленіяхъ, слѣ-
дующихъ за перерѣзкой зрительныхъ волоконъ внутри мозговыхъ полушарій
Вѣстн. Клинич. и Судебн. Психіатріи вып. 2, 1883 г. и Neurol, Centralbl. № 1.
1884 г. О зрительной площади на поверхности полушарій Αрх. Психіатр. 1890 г.
2) В. Бехтеревъ. Арх. Психіатріи, 1890 г.
3) В. Бехтеревъ Обозр. психіатріи 1903. Monatschr. f. Psych. за тотъ же годъ.

1353

и важными. Приэтомъ считаю необходимымъ замѣтить, что на-
стоящее изслѣдованіе было подготовлено мною къ печати на осно-
ваніи имѣвшагося у меня матеріала, полученнаго при опытахъ,
произведенныхъ въ разное время, еще до обнародованія позд-
нѣйшихъ изслѣдованій Hitzig’a. Но съ тѣхъ поръ, какъ вышла
книжка Arch. f. Psychiatrie съ началомъ послѣдняго об-
ширнаго труда Hitzig’a „о зрительномъ центрѣ“, я долженъ
былъ воздержаться опубликованіемъ результатовъ своей работы
до обнародованія изслѣдованій Hitzig’a въ ихъ полномъ объемѣ.
Послѣднія, не могли подвергнуться съ моей стороны
экспериментальной провѣркѣ въ настоящей работѣ. они
послужили мнѣ лишь предметомъ обсужденія на основаніи
ранѣе добытыхъ данныхъ. Но въ виду особой важности и
интереса послѣднихъ изслѣдованій Hitzig’a надъ зрительнымъ
корковымъ центромъ, я предложилъ занимающемуся въ моей
лабораторіи д-ру Агаджанянцу произвести рядъ провѣроч
ныхъ опытовъ. Предварительное сообщеніе о результатахъ этихъ
изслѣдованій было доложено въ научныхъ собраніяхъ Петер-
бургской клиники душевныхъ и нервныхъ болѣзней 26 февраля
1904 г. Позднѣе была напечатана въ русской печати полностью
и самая работа д-ра Агаджанянца1), которая подвердила резуль-
таты, добытые въ моей работѣ относительно локализаціи истиннаго
зрительнаго центра на внутренней поверхности затылочной доли
мозга у животныхъ, разъяснивъ также и нѣкоторыя другія заслу-
живающія вниманія стороны вопроса о зрительномъ центрѣ.
Объ отношеніи корковаго зрительнаго центра къ зритель
нымъ представленіямъ и ощущеніямъ.
Переходя къ изложенію данныхъ нашей работы, необхо-
димо указать, что одинъ изъ наиболѣе важныхъ вопросовъ въ
занимающемъ насъ вопросѣ заключается въ томъ: слѣдуетъ-ли
локализировать въ корѣ полушарій ощущенія или же только
болѣе сложные продукты зрительнаго воспріятія, такъ сказать
зрительныя представленія, придерживаясь терминовъ субъек-
тивной психологіи. Вопросъ этотъ, какъ мы знаемъ, различ-
ными авторами разрѣшается далеко нединаковымъ образомъ и
во всякомъ случаѣ до настоящаго времени представляется еще
во многихъ отошеніяхъ спорнымъ.
Такъ какъ рѣшеніе этого вопроса не можетъ быть вполнѣ
1) Д-ръ Агаджанянцъ. О корковомъ центрѣ зрѣнія. 1904.

1354

одинаковымъ для различныхъ животныхъ, то мы разсмотримъ
послѣдовательно съ вышеуказанной точки зрѣнія тѣ явленія,
которыя наблюдаются въ отношеніи зрѣнія у земноводныхъ,
птицъ и млекопитающихъ.
Если мы возьмемъ для опыта лягушку и удалимъ ей оба
мозговыя полушарія, то мы убѣдимся что въ отношеніи зрѣ-
нія оперированная лягушка мало чѣмъ отличается отъ здо-
ровыхъ экземпляровъ этого вида животныхъ. При своихъ прыж-
кахъ она отлично обходитъ препятствія, слѣд. несомнѣнно
ихъ видитъ, иначе говоря, получаетъ зрительныя ощущенія.
Тѣмъ не менѣе оперированная лягушка содержитъ и суще-
ственныя отличія отъ здоровой. Она обходитъ препятствія,
лишь будучи побуждаема къ движенію, но она не можетъ
сама добывать себѣ пищи и не боится приближенія къ ней
руки человѣка, желающаго ее схватить. Ясно слѣдовательно,
что оперированная лягушка, хотя и получаетъ зрительныя
ощущенія, но не перерабатываетъ ихъ соотвѣтственнымъ обра-
зомъ, вообще не оцѣниваетъ должнымъ образомъ внѣшнія впе-
чатлѣнія и не вырабатываетъ на основаніи ихъ соотвѣтствую-
щихъ представленій объ окружающемъ. Отсюда можно заклю-
чить, что у лягушекъ болѣе простые зрительные импульсы
воспринимаются уже среднимъ мозгомъ, тогда какъ дальнѣй-
шая переработка зрительныхъ импульсовъ происходитъ у нихъ
въ корѣ мозговыхъ полушарій.
Если мы удалимъ оба мозговыя полушарія у голубя, то его
легко принять вполнѣ за слѣпого, какъ то и доказываетъ
Munk. Однако, мы знаемъ, что уже старые авторы могли кон-
статировать, что птицы вслѣдъ за удаленіемъ полушарій еще
могутъ поворачивать голову къ источнику свѣта. При своихъ
опытахъ я въ свою очередь убѣдился, что оперированные та-
кимъ образомъ голуби обнаруживаютъ еще нѣкоторые слѣды
своей зрительной способности при летаніи. Если голубя съ
удаленными полушаріями подбросить на воздухъ, то при по-
летѣ онъ всегда постепенно спускается по наклонной линіи
книзу и въ концѣ концовъ становится своими лапками на почву.
Если мы теперь возьмемъ голубя съ перерѣзанными зритель-
ными нервами слѣдовательно несомнѣнно слѣпого и подбросимъ
его на воздухъ, то убѣдимся, что онъ, будучи выпущенъ изъ
рукъ, падаетъ тотчасъ же внизъ, какъ комъ, ударяясь грудью
о почву. Ясно, что первый голубь еще руководится своими
зрительными импульсами, тогда какъ второй представляется
вполнѣ слѣпымъ.

1355

Нѣкоторые авторы говорятъ ο томъ, что если птицу
съ удаленными полушаріями подбросить на воздухъ, то
она при полетѣ иногда еще избѣгаетъ большихъ препятствій,
напримѣръ, не подвергается ударамъ въ стѣны комнаты,
въ нѣкоторыхъ же случаяхъ болѣе или менѣе удачно садится
даже на край стола. Явленія эти, очевидно, не могутъ
быть объяснены простою случайностью, какъ полагали иные
авторы. Во всякомъ случаѣ скептицизмъ въ этомъ отношеніи
долженъ быть по моему мнѣнію окончательно разсѣянъ срав-
нительными наблюденіями, сдѣланными мною между голубями
съ удаленными полушаріями и ослѣпленными посредствомъ
перерѣзки зрительныхъ нервовъ. Это сравненіе показываетъ,
что для голубей съ удаленными полушаріями доступно по
крайней мѣрѣ количественное воспріятіе свѣта, благодаря чему
такіе голуби обнаруживаютъ способность летать, тогда какъ
голуби съ перерѣзкой зрительныхъ нервовъ, какъ лишенные
всякаго руководства зрѣніемъ, совершенно отказываются летѣть.
Такъ какъ первые голуби, не смотря на способность въ из-
вѣстной мѣрѣ руководиться зрѣніемъ при полетѣ, не могутъ
узнавать своей пищи, не опасаются приближенія къ нимъ
руки и не улетаютъ при видѣ подходящей къ нимъ кошки,
то очевидно, что качественное воспріятіе свѣта и различеніе
предметовъ у птицъ представляется возможнымъ лишь при
сохраненіи коры мозговыхъ полушарій.
Слѣдуетъ при этомъ отмѣтить тотъ фактъ, что у птицъ
съ удаленными полушаріями обнаруживается замѣтное расши-
реніе зрачковъ при полной сохранности зрачковой реакціи на
свѣтъ. Это расширеніе зрачковъ на мой взглядъ правильнѣе
всего объяснить утратой нормальной аккоммодативной способ-
ности глазъ, вслѣдствіе неспособности различать окружающіе
предметы.
Что касается наконецъ млекопитающихъ, то при удаленіи
мозговыхъ полушарій у крысъ, морскихъ свинокъ, кроликовъ
и собакъ я ни въ одномъ случаѣ не могъ тотчасъ вслѣдъ за
операціей убѣдиться, чтобы эти животныя безъ полушарій
могли проявлять въ какой-либо мѣрѣ свою зрительную спо-
собность.
Должно однако имѣть въ виду, что всѣ эти наблюденія
имѣютъ свою силу и значеніе только по отношенію къ живот-
нымъ со свѣжей и вообще недавно произведенной операціей
удаленія мозговыхъ полушарій, но явленія могутъ быть дру-
гими, коль скоро животныя переживаютъ операцію удаленія

1356

мозговыхъ полушарій въ теченіе нѣсколькихъ недѣль или
мѣсяцевъ.
Для выясненія этого вопроса я изслѣдовалъ голубей и куръ,
которымъ было произведено за много недѣль или мѣсяцевъ
предъ тѣмъ удаленіе мозговыхъ полушарій, причемъ неодно-
кратно убѣждался, что такого рода птицы имѣютъ значительно
большую зрительную способность, чѣмъ тѣ, которымъ удале-
ніе мозговыхъ полушарій произведено недавно. Такъ, птицы,
которымъ оба полушарія были удалены нѣсколько недѣль или
мѣсяцевъ тому назадъ, при бросаніи на воздухъ иногда могли
избѣгать большихъ препятствій, дающихъ сильную тѣнь. Точно
также онѣ садились на край стола, хотя и безъ большой лов-
кости.
Очевидно, что для такихъ птицъ доступно по крайней
мѣрѣ количественное воспріятіе свѣта и по всей вѣроятности
также распредѣленіе въ пространствѣ тѣней, чѣмъ они могли
въ извѣстной мѣрѣ даже руководиться при своихъ движеніяхъ.
Тѣмъ не менѣе и у такихъ птицъ не удается убѣдиться
въ сохранности качественно различающаго зрѣнія и въ возмож-
ности правильной оцѣнки пространственныхъ отношеній, что
очевидно составляетъ неотъемлемую функцію мозговой коры.
Что касается млекопитающихъ съ удаленными полушаріями,
то явленія, наблюдаемыя у нихъ спустя много мѣсяцевъ послѣ
произведенной операціи, были впервые описаны Goltz’емъ. Его
знаменитая собака, пережившая операцію удаленія мозговыхъ
полушарій 181/2 мѣсяцевъ. не была, судя по описанію, совершенно
слѣпа, такъ какъ при внезапномъ яркомъ освѣщеніи она за-
крывала глаза и даже иногда отворачивала голову въ сторону.
Должно однако имѣть въ виду, что по утвержденію самого
Goltz’a руководиться зрѣніемъ его собака не могла.
Собака не узнавала ни пищи, ни людей, ни знакомыхъ ей
собакъ и не могла обходить препятствія на своемъ пути. Хотя
Munk и признаетъ зрительную реакцію у этой собаки за чисто
рефлекторную, однако онъ и не доказалъ, что эта рефлек-
торная реакція не явилась слѣдствіемъ ощущенія. А ме-
жду тѣмъ, если отворачиваніе головы въ сторону про-
изводится животнымъ съ сохраненными полушаріями, то
врядъ ли кто-нибудь объяснитъ это движеніе простымъ
рефлексомъ, лишеннымъ всякаго ощущенія.
Изъ предыдущаго ясно, что существуетъ извѣстная разница
въ отношеніи зрительнаго воспріятія между животными,
которыя недавно перенесли операцію удаленія мозговыхъ

1357

полушарій, и тѣми, которыя прожили послѣ нея уже значи-
тельный періодъ времени. У вторыхъ зрительная способность
во всякомъ случаѣ лучше, нежели у первыхъ. Дѣло идетъ
такимъ образомъ о нѣкоторомъ возстановленіи и упражненіи
зрительной способности у оперированныхъ животныхъ. Фактъ
этотъ объясняется повидимому тѣмъ, что при зрительномъ вос-
пріятіи у нормальныхъ животныхъ импульсы, не задерживаясь
въ подкорковыхъ центрахъ, направляются почти прямо къ
мозговой корѣ; у оперированныхъ же животныхъ они перво-
начально также не задерживаются въ подкорковыхъ центрахъ,
направляясь по своему обычному пути, и лишь съ теченіемъ
времени вмѣстѣ съ развитіемъ перерожденія подкорковыхъ
волоконъ постепенно происходитъ функціональное приспо-
собленіе подкорковыхъ центровъ, благодаря которому подхо-
дящіе къ нимъ импульсы мало по малу задерживаются въ
области подкорковыхъ узловъ мозга, возбуждая здѣсь все бо-
лѣе и болѣе сильную реакцію, благодаря чему со временемъ
и улучшается зрительная способность оперированныхъ такимъ
образомъ животныхъ. Нельзя впрочемъ отрицать здѣсь и влія-
ніе угнетенія подкорковыхъ узловъ въ первый періодъ послѣ
операціи, которое со временемъ ослабѣваетъ пли исчезаетъ
совершенно.
Тѣмъ не менѣе изъ вышеприведенныхъ данныхъ ясно, что
даже у животныхъ, долго пережившихъ операцію удаленія
мозговыхъ полушарій, обнаруживается лишь элементарная
зрительная реакція, которая можетъ объясняться, какъ мы ви-
дѣли, болѣе или менѣе локализированнымъ въ пространствѣ
количественнымъ воспріятіемъ свѣта. Такимъ образомъ каче-
ственно различающее зрительное воспріятіе, приводящее къ
зрительному представленію, не можетъ вырабатываться въ под-
корковыхъ зрительныхъ центрахъ, а возникаетъ лишь въ кор-
ковыхъ центрахъ.
Объ отношеніи корковаго зрительнаго центра къ зрѣнію
тѣмъ и другимъ глазомъ.
Что касается вопроса объ отношеніи каждаго мозгового полу-
шария къ зрѣнію тѣмъ и другимъ глазомъ,то у низшихъ позвоноч-
ныхъ и птицъ каждое полушаріе несомнѣнно управляетъ зрѣ-
ніемъ одного противоположнаго глаза. Этотъ фактъ, находящійся
въ полномъ согласіи съ существованіемъ полнаго зрительнаго
перекреста у всѣхъ вышеназванныхъ животныхъ, доказывается

1358

тѣмъ обстоятельствомъ, что при удаленіи у, этихъ животныхъ
одного изъ мозговыхъ полушарій происходить полная слѣ-
пота на противоположный глазъ, тогда какъ зрѣніе соотвѣт-
ствующимъ глазомъ не страдаетъ болѣе или менѣе замѣтнымъ
образомъ. Вмѣстѣ съ этимъ зрачокъ противоположнаго глаза,
какъ я убѣдился при своихъ опытахъ надъ птицами, предста-
вляется ясно расширеннымъ по сравненію съ зрачкомъ соот-
вѣтствующаго глаза и, хотя вполнѣ реагируетъ на свѣтъ. но
не обнаруживаетъ совершенно аккоммодативныхъ сокращеній
зрачка даже въ томъ случаѣ, если подъ вліяніемъ акком-
модаціи, напримѣръ при приближеніи руки, зрачокъ соотвѣт-
ствующаго глаза подвергается сокращенію.
Хотя Munk, производя опыты съ удаленіемъ одного мозгового
полушарія у птицъ, какъ мы уже упоминали, доказывалъ одно
время, что небольшая часть внутренняго отдѣла поля зрѣнія въ
противоположномъ глазу у нихъ будто бы еще сохраняетъ зри-
тельную способность; но при своихъ опытахъ съ одностороннимъ
удаленіемъ мозгового полушарія у голубей я убѣдился, что они
никогда не обнаруживали ясной зрительной реакціи. Такимъ
образомъ необходимо признать, что, какъ у птицъ, такъ и у всѣхъ
болѣе низшихъ позвоночныхъ зрѣніе каждымъ глазомъ выпол-
няется при посредствѣ противоположнаго полушарія. У млеко-
питающихъ же и особенно у болѣе высшихъ изъ нихъ въ зрѣніи
каждымъ глазомъ участвуютъ оба полушарія одновременно.
Правда, относительно болѣе низшихъ млекопитающихъ,
какъ напримѣръ кроликовъ, мы не имѣемъ сооотвѣтствующихъ
наблюденій, благодаря тому, что эти животныя мало или вовсе
не подходятъ для изслѣдованія зрительной способности, тѣмъ
не менѣе неполное перекрещиваніе зрительныхъ волоконъ,
хотя и съ значительнымъ преобладаніемъ перекрещивающихся
волоконъ, доказано для кроликовъ патолого-анатомическимъ
путемъ по методу перерожденія (Gudden) и потому нѣтъ осно-
ваній сомнѣваться въ томъ, что у этихъ животныхъ зритель-
ная функція каждаго глаза находится въ зависимости не только
отъ противоположнаго, но частью и отъ соотвѣтствующаго
полушарія.
Что касается собакъ, то этотъ фактъ физіологическимъ
путемъ былъ доказанъ впервые Luciani и Tamburini, а затѣмъ
подтвержденъ Munk’омъ и въ настоящее время можетъ считаться
фактомъ неиспоримымъ. Если у собаки удалить всю заднюю
часть мозгового полушарія, то нетрудно убѣдиться, что она
невполнѣ слѣпа на противоположный глазъ, такъ какъ вну-

1359

тренняя треть поля зрѣнія этого глаза, (а по утвержденію Munk’а
одна четверть) представляется еще способною воспринимать
зрительныя впечатлѣнія. Въ то же время въ соотвѣтствующемъ
глазу представляется слѣпою наружная треть доля зрѣнія,
тогда какъ двѣ внутреннія трети поля зрѣнія въ соотвѣт-
ствующемъ глазу представляются сохраненными. Ясно, что
мѣсто яснаго видѣнія у собакъ управляется противоположнымъ
полушаріемъ мозга и только зрѣніе боковыми отдѣлами сѣт-
чатки управляется обоими полушаріями.
Надо впрочемъ замѣтить, что при опытахъ надъ собаками
можно убѣдиться, что не всегда линія, раздѣляющая темную
часть поля зрѣнія отъ свѣтлой, проходитъ строго правильно и
одинаково, такъ какъ въ отдѣльныхъ случаяхъ можно наблю-
дать иногда тѣ или другія отступленія.
Замѣтимъ здѣсь же, что у оперированныхъ вышеуказаннымъ
образомъ собакъ зрачокъ противоположнаго глаза въ боль-
шинствѣ случаевъ представляется нѣсколько шире зрачка со-
отвѣтствующаго глаза. Этотъ фактъ можно объяснить тѣмъ, что
несмотря на полную сохранность свѣтовой реакціи, зрачокъ про-
тивоположнаго глаза не обнаруживаетъ никакихъ аккоммода-
тивныхъ сокращеній.
Что касается наконецъ обезьянъ, то у нихъ, какъ показы-
ваютъ соотвѣтствующіе опыты, вслѣдъ за удаленіемъ затылоч-
ной доли мозговой коры наблюдается такого же рода геміанопсія
или половинная слѣпота, какъ и въ патологическихъ случаяхъ
у человѣка, причемъ и зрачки представляются почти одина-
ковыми, лишь съ небольшимъ преобладаніемъ ширины зрачка
противоположнаго глаза надъ соотвѣтствующимъ. Необходимо
замѣтить, что и здѣсь, т. е. у обезьянъ, какъ и у человѣка,
слѣпая наружная часть поля зрѣнія въ противоположномъ глазу
представляется нѣсколько большею по сравненію съ сохра-
нившеюся внутреннею частью поля зрѣнія и равнымъ обра-
зомъ слѣпая внутренняя часть поля зрѣнія въ соотвѣтствую-
щемъ глазу представляется соотвѣтственно меньшею по срав-
ненію съ сохранившеюся наружною частью поля зрѣнія. При
этомъ линія, раздѣляющая темную часть поля зрѣнія отъ свѣт-
лой, представляется болѣе или менѣе отвѣсною, проходящею
приблизительно по меридіану фиксаціонной точки. Но при этомъ
послѣдняя у человѣка и обезьянъ не представляется вполнѣ
слѣпою, такъ какъ пятенный пучокъ волоконъ, идущихъ къ
желтому пятну сѣтчатки подвергается въ общемъ зрительномъ
перекрестѣ неполному перекрещиванію.

1360

Отсюда очевидно, что у приматовъ и человѣка не только
зрение одноименными отдѣлами сѣтчатокъ управляется обоими
полушаріями, но и область желтаго пятна съ тѣмъ однако, что
въ каждомъ полушаріи мозга представлены одноименныя сто-
роны обѣихъ сѣтчатокъ, т. е. наружная часть сѣтчатки въ
соотвѣтствующемъ глазу и внутренняя часть сѣтчатки въ про-
тивоположномъ глазу, въ то время какъ всѣ отдѣлы желтаго
пятна представлены и въ томъ, и въ другомъ полушаріи мозга.
Соотвѣтственно этому и зрачки обоихъ глазъ, какъ у обезьянъ,
такъ и у человѣка съ разрушеніемъ затылочной доли сохра-
няютъ способность сокращаться подъ вліяніемъ аккоммодатив-
ныхъ усилій при приближеніи напримѣръ предметовъ, которые
фиксируются глазами. Надо впрочемъ замѣтить, что и у чело-
вѣка, какъ и приматовъ, возможны тѣ или другія индиви-
дуальныя отклоненія въ иннерваціи желтаго пятна.
О локализаціи зрительной области въ мозговой корѣ.
Переходя къ разсмотрѣнію вопроса о локализаціи зритель-
ныхъ областей въ мозговой корѣ, необходимо замѣтить, что,
какъ у низшихъ, такъ и у высшихъ животныхъ онѣ занимаютъ зад-
ніе отдѣлы коры мозговыхъ полушарій. Если напримѣръ у голубя
мы удалимъ всю заднюю часть одного изъ полушарій, включая
и внутренній его отдѣлъ, то, не представляя никакихъ суще-
ственныхъ разстройствъ въ отношеніи какихъ либо другихъ
функцій кромѣ зрѣнія, голубь обнаружитъ слѣпоту противо-
положнаго глаза съ небольшимъ расширеніемъ его зрачка и
неспособностью обнаруживать его сокращеніе при приближеніи
предметовъ, вслѣдствіе отсутствія аккоммодативныхъ усилій.
Такой голубь, будучи предоставленъ самому себѣ, вслѣдствіе
ослѣпленія противоположнаго глаза, поворачиваетъ свою голову
такъ, чтобы пользоваться для оріентированія зрячимъ глазомъ
соотвѣтствующей стороны. Вмѣстѣ съ тѣмъ нетрудно обнару-
жить, что голубь не замѣчаетъ пораженнымъ глазомъ ни встрѣ-
чающихся препятствій на его пути, ни угрожающихъ жестовъ,
ни приближенія его враговъ, напримѣръ кошки. При этомъ
спеціальное изслѣдованіе показываетъ, что ослѣпленіе голубя
на противоположный глазъ представляется равномѣрнымъ и
распространяющимся на всѣ отдѣлы сѣтчатки. По крайней
мѣрѣ мнѣ не удалось убѣдиться, чтобы голуби съ разруше-
ніемъ задней части мозговыхъ полушарій обнаруживали ча-

1361

частичное сохраненіе поля зрѣнія, какъ это доказывалъ нѣкогда
Munk по отношенію къ голубямъ съ удаленіемъ одного въ моз-
говыхъ полушарій.
Необходимо имѣть въ виду, что вышеописанныя явленія
обнаруживаются въ теченіе долгаго времени безъ существен-
ныхъ измѣненій. Лишь въ томъ случаѣ, если удаленіе задней
части полушарія у голубя произведено невполнѣ и особенно
оставлены внутреннія части полушарія, современемъ происхо-
дитъ замѣтное улучшеніе зрительной способности противопо-
ложнаго глаза, степень котораго находится въ зависимости отъ
размѣровъ разрушенія. Если у голубя мы удалимъ заднія
части обоихъ мозговыхъ полушарій, не исключая и внутрен-
нихъ отдѣловъ ихъ, то голубь представляется слѣпымъ на оба
глаза и обнаруживаетъ ясное расширеніе зрачковъ съ сохра-
неніемъ ихъ реакціи на свѣтъ подобно тому, какъ и голуби, у
которыхъ удалены оба мозговыя полушарія. Различіе, которое
обнаруживается между тѣми и другими голубями, заключается
въ томъ, что у перваго кромѣ слѣпоты на оба глаза и нѣко-
тораго расширенія зрачковъ не обнаруживается никакихъ во-
обще болѣе или менѣе замѣтныхъ разстройствъ, тогда какъ у
голубей съ удаленіемъ полушарій кромѣ слѣпоты обнаружи-
вается также недостатокъ и другихъ воспріятій, (напр. слуховыхъ
и пр.); вмѣстѣ съ тѣмъ у нихъ обнаруживаются и тѣ явленія,
которыя служатъ выраженіемъ недостатка интеллекта и воли.
Слѣпота у голубей съ удаленными задними отдѣлами моз-
говыхъ полушарій представляется болѣе или менѣе стаціо-
нарною въ теченіе значительнаго времени. По крайней мѣрѣ
въ теченіе первыхъ недѣль оперированные мною голуби не
обнаруживали замѣтнаго улучшенія зрительной способности.
Все это относится однако къ тѣмъ случаямъ, въ которыхъ при
операціи были вполнѣ удалены задніе отдѣлы полушарій. Если
наоборотъ у голубя сохранилась хотя бы небольшая часть зад-
ней области мозговыхъ полушарій, особенно внутреннихъ ихъ
отдѣловъ, то съ теченіемъ времени у оперированныхъ голубей
обнаруживается нѣкоторое улучшеніе зрительной способности,
которое современемъ еще прогрессируетъ, но полнаго возста-
новленія зрительной способности не наблюдается, такъ какъ
даже и спустя нѣсколько мѣсяцевъ послѣ операціи зрѣніе
остается рѣзко ослабленнымъ.
При этомъ слѣдуетъ имѣть въ виду, что во всѣхъ выше-
приведенныхъ случаяхъ у голубей обнаруживается дѣйстви-
тельная, а не психическая только слѣпота. Обстоятельство это

1362

приводитъ къ выводу, что въ корѣ задней части полушарій у
птицъ происходитъ сложное зрительное воспріятіе; приводя-
щее по всей вѣроятности къ качественному различенію.
Впрочемъ, въ отдѣльныхъ опытахъ при ограниченномъ разру-
шеніи коры верхней поверхности задняго отдѣла мозговыхъ
полушарій можно наблюдать у голубей сохранность зритель-
наго воспріятія и неспособность оцѣнивать соотвѣтствующимъ
образомъ продукты зрительнаго воспріятія, слѣдовательно нѣчто
въ родѣ психической слѣпоты. Такой голубь видитъ все, обхо-
дитъ препятствія, отстраняется при приближеніи руки, но онъ
недостаточно оцѣниваетъ окружающее и не узнаетъ знакомыхъ
ему предметовъ. Онъ не боится, когда его стараются поймать
руками, не пугается приближающейся кошки и т. и. Ясно, что
у голубей имѣются въ задней части полушарій двѣ области,
изъ которыхъ одна соотвѣтствуетъ истинному зрительному
центру или центру зрительнаго воспріятія, тогда какъ другая,
лежащая на верхней поверхности задней части полушарія,
соотвѣтствуетъ области, въ которой вырабатываются на осно-
ваніи соотвѣтствующаго зрительнаго воспріятія и вмѣстѣ съ тѣмъ
хранятся тѣ явленія, которыя принято называть въ психологіи
человѣка зрительными представленіями.
Не входя въ подробности по этому предмету, на ко-
торомъ мы остановимся еще разъ при описаніи опытовъ
надъ млекопитающими, замѣтимъ здѣсь, что всѣ вышеприве-
денные опыты не оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что у голубей
и вообще у птицъ зрительная область помѣщается въ заднихъ
частяхъ мозговыхъ полушарій и что въ каждомъ полушаріи
имѣются какъ центры, служащіе для зрительнаго воспріятія про-
тивоположнымъ глазомъ такъ и центры для выработки соотвѣт-
ствующихъ зрительныхъ представленій.
Вмѣстѣ съ тѣмъ изъ предыдущихъ опытовъ выясняется, что
въ области зрительныхъ центровъ у птицъ помѣщается и центръ
аккомодаціи, такъ какъ вмѣстѣ съ удаленіемъ зрительной об-
ласти аккомодація противоположнымъ глазомъ у голубя вмѣ-
стѣ съ развитіемъ слѣпоты совершенно утрачивается.
Переходя къ опытамъ надъ млекопитающими, слѣдуетъ
прежде всего выяснить вопросъ о локализаціи центра зритель-
наго воспріятія въ корѣ полушарій. Я уже упоминалъ ранѣе, что
еще въ 1890 году1) я обратилъ вниманіе на особое значе-
1) В. Бехтеревъ. О зрительной площади на поверхности полушарій.
Архивъ психіатріи. 1890 г.

1363

ніе въ отношеніи зрѣнія внутренней части затылочной доли.
Дѣйствительно, при своихъ опытахъ, разрушая внутреннюю
поверхность затылочной доли у собакъ, я съ постоянствомъ
наблюдалъ у нихъ стойкую геміанопсію обоихъ глазъ съ проти-
воположной стороны (V1 Фиг. 95)1). При этомъ мѣсто яснаго ви-
дѣнія въ противоположномъ глазу, по крайней мѣрѣ въ первое
время, предста-
влялось вполнѣ
затемненнымъ,
тогда какъ въ
соотвѣтствующемъ
глазу оно сохра-
няло зрительную
способность. Вмѣ-
стѣ съ этимъ слѣ-
пая часть сѣтчатки
въ противолож-
номъ глазу пред-
ставлялась болѣе
значительною, не-
жели въ соотвѣт-
свующемъ глазу. Въ общемъ размѣры слѣпой и зрячей части
сѣтчатокъ въ этомъ случаѣ вполнѣ соотвѣтствовали тому, что
наблюдается и послѣ односторонней перерѣзки tractus optici
съ тѣмъ впрочемъ различіемь, что при разрушеніи мозговой
коры не обнаруживалось геміопической реакціи зрачковъ. При
этомъ зрачокъ противоположнаго глаза обыкновенно предста-
влялся замѣтно шире зрачка соотвѣтствующаго глаза особенно
въ томъ случаѣ, когда животное фиксировало глазами близкіе
предметы, что очевидно зависѣло отъ недостатка аккоммодаціи
въ глазу противоположной стороны. Слѣдуетъ при этомъ имѣть
въ виду, что вышеназванныя разстройства зрѣнія не исчезали
въ моихъ опытахъ даже и по истеченіи многихъ мѣсяцевъ.
вообще они представлялись весьма стойкими.
Двустороннее разрушеніе внутреннихъ отдѣловъ задней части
полушарій приводило обыкновенно къ полной слѣпотѣ живот-
наго, отличающейся большою стойкостью.
Имѣя въ виду эту стойкость зрительныхъ разстройствъ
съ одной стороны, съ другой полноту утраты зрѣнія и нако-
1) Бехтеревъ. О корковомъ зрительномъ центрѣ. Обозр. псих. 1901. № 8,
Manatschr. f. Psych. 1901.
Фиг. 95. Мозгъ собаки сверху и снутри. Ѵі — истинный зри-
тельный центръ на внутренней поверхности затылочной доли.
Vii — Центръ зрительныхъ представленій.

1364

нецъ топографическое соотвѣтствіе вышеназванной области
cъ областью зрительнаго центра у людей (изслѣдованія Seguin’a,
Henschen’a и др.), нужно признать, что центръ зрительнаго во-
спріятія у собаки содержится именно здѣсь, а не на наруж-
ной поверхности задней части полушарій, какъ полагали Ferrier,
Munk и др.
Изслѣдованія, сдѣланныя въ нашей лабораторіи д-ромъ
Агаджанянцемъ не только подтвердили только что указанное
защищаемое мною положеніе, но и привели между прочимъ къ
выводу, что подобно тому, какъ и у людей, чувственный зри-
тельный центръ у животныхъ, расположенный па внутренней
поверхности затылочной доли, можетъ быть раздѣленъ на двѣ
части, изъ которыхъ одинъ отдѣлъ соотвѣтствуетъ централь-
ному зрѣнію, а другой — периферическому. Первый расположенъ
повидимому болѣе кпереди, второй болѣе кзади.
Значеніе наружной поверхности затылочной доли для
зрѣнія.
Если мы имѣемъ чувственный зрительный центръ на
внутренней поверхности затылочной доли, то въ такомъ слу-
чаѣ, что же представляетъ собою та область, которую мы нахо-
димъ на наружной поверхности и которая соотвѣтствуетъ зри-
тельному центру авторовъ? Для того, чтобы дать отвѣтъ на
этотъ вопросъ необходимо, конечно, прежде всего ознакомиться
съ тѣми явленіями, которыя обнаруживаются у животныхъ при
удаленіи этой области.
Если у собаки удалена поверхность задней части полуша-
рія на мѣстѣ второй извилины и сосѣднихъ частей первой и
третьей извилинъ въ одномъ полушаріи мозга, напр. въ лѣ-
вомъ, то при этомъ обнаруживаются слѣдующія явленія:
Съ открытыми обоими глазами животное ходитъ вообще доволь-
но свободно, не натыкаясь на препятствія. Вообще оно различаетъ
всѣ предметы, находящіеся вокругъ него, узнаетъ своего госпо-
дина, быстро схватываетъ куски пищи, которые разбрасываютъ
предъ нимъ на полу. Если дѣло идетъ о дрессированной со-
бакѣ, то она поднимаетъ лапу при протягиваніи къ ней руки,
понимаетъ угрожающіе жесты и пр. Но если мы завяжемъ жи-
вотному лѣвый глазъ, то оно ходитъ уже съ меньшею охотою
и чаще всего рѣшается оставить мѣсто лишь подъ вліяніемъ

1365

побужденія. Нерѣдко впрочемъ животное послѣ завязыванія
глаза съ самаго начала обнаруживаетъ своеобразныя движенія
головою, какъ будто бы что-нибудь мѣшало ему различать окру-
жающіе предметы. Своего хозяина оно уже не узнаетъ, не бро-
сается на кусокъ мяса, не боится кнута, которымъ помахиваютъ
предъ нимъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ при ходьбѣ животное наталки-
вается на встрѣчаемые на пути препятствія, особенно на тѣ
изъ нихъ, которыя лежатъ справа отъ животнаго. Напротивъ
того предметы, лежащіе слѣва животное несомнѣнно еще ви-
дитъ и обходитъ, хотя и не всегда.
Если напр. во время передвиженія животнаго подставить
ему ногу слѣва, то оно большею частью или тотчасъ же оста-
навливается или же, обогнувъ ногу, продолжаетъ свой путь,
обходя такимъ же образомъ и другія препятствія, встрѣчаемыя
съ той же стороны отъ животнаго. Точно также, если напр.
животное голодно, то оно подбираетъ тѣ изъ разбросанныхъ
предъ нимъ кусковъ хлѣба, которые лежатъ снутри отъ него
другіе же куски оно или вовсе пропускаетъ или находить ихъ
только послѣ долгаго обнюхиванія. Все это убѣждаетъ насъ
въ томъ, что животное имѣетъ значительное ограниченіе поля
зрѣнія въ глазу противоположномъ въ отношеніи поврежден-
наго мозгового полушарія съ правой стороны. Въ этомъ удается
убѣдиться еще и слѣдующимъ путемъ: если произвести пе-
редъ животнымъ угрожающій жестъ рукою или сдѣлать быст-
рое движеніе руки прямо противъ или справа отъ глаза про-
тиволежащаго поврежденному полушарію въ то время, какъ
другой глазъ прикрытъ рукою или плотно завязанъ, то жи-
вотное не обнаруживаетъ ни замыканія вѣкъ, ни какого либо
другого движенія, по которому можно было бы заключить, что
оно замѣчаетъ обращенныя къ нему угрозы.
Напротивъ того, если тѣ же движенія и жесты производятъ
слѣва отъ глаза, то животное почти всегда при этомъ прищу-
риваетъ вѣки.
Еще лучше изслѣдовать зрѣніе у оперированныхъ живот-
ныхъ, если при завязанномъ глазѣ соотвѣтствующей стороны
мы положимъ незамѣтно для него въ разныхъ направленіяхъ
куски бѣлаго хлѣба или сахара. Животное въ этихъ случаяхъ
схватываетъ только тѣ куски пищи которые оно видитъ, дру-
гіе же, хотя бы они лежали и близко, но относятся къ правой
сторонѣ поля зрѣнія, животное какъ бы не замѣчаетъ.
Производя этимъ путемъ возможно тщательное изслѣдова-
ніе, удается подмѣтить, что животное въ глазу противополож-

1366

номъ въ отношеніи поврежденнаго полушарія, обнаруживаетъ
явленія половинной слѣпоты, причемъ большая наружная часть
поля зрѣнія, включая и фиксаціонную точку, оказывается за-
темненною, меньшая же внутренняя часть сохраняетъ свою
зрительную способность. Этой послѣдней частью поля зрѣнія
животное очевидно и пользуется при своихъ передвиженіяхъ
для обхода встрѣчаемыхъ на пути препятствій и располо-
женныхъ снутри отъ глаза предметовъ.
Если теперь животному завязать не противуположный пра-
вый глазъ, а соотвѣтствующій, т. е. лѣвый глазъ, то оно идетъ
довольно свободно и при томъ при своихъ передвиженіяхъ
сравнительно хорошо обходитъ встрѣчаемыя на пути препят-
ствія, если они лежатъ слѣва отъ глаза или прямо кпереди
отъ него, но оно наталкивается довольно часто на препятствія
и предметы, лежащіе справа отъ глаза. При болѣе вниматель
номъ изслѣдованіи съ помощью угрожающихъ жестовъ или
разбрасыванія кусковъ пищи обнаруживается, что и въ этомъ
глазу у животнаго существуетъ половинная слѣпота, причемъ
слѣпою здѣсь является меньшая внутренняя часть поля зрѣ-
нія, сохранившею же зрительную способность — большая наруж-
ная часть поля зрѣнія.
Такимъ образомъ у оперированныхъ вышеуказаннымъ обра-
зомъ животныхъ обнаруживается разстройство зрѣнія съ харак-
теромъ одноименной геміанопсіи, но въ то время, какъ въ со-
отвѣтствующемъ глазу выпадаетъ лишь внутренняя часть поля
зрѣнія съ сохраненіемъ центральнаго зрѣнія, въ противополож-
номъ глазу мы имѣемъ не только наружную геміанопсію, но и
нарушеніе центральнаго зрѣнія, характеризующееся порази-
тельной его неполнотой. Послѣдняя заключается въ томъ, что
животное противоположнымъ глазомъ, хотя и видитъ окружа-
ющее, такъ какъ иногда обходитъ препятствія, но оно остается
поразительно равнодушнымъ къ зрительнымъ впечатлѣніямъ.
Оно повидимому не различаетъ и не узнаетъ окружающаго,
т. е. обнаруживаетъ именно тѣ явленія, которыя должны быть
подведены подъ понятіе психической или душевной слѣпоты
Эти разстройства у собаки длятся въ теченіе различнаго вре-
мени, что зависитъ отъ размѣровъ разрушенія.
При небольшихъ разрушеніяхъ дѣло ограничивается обы-
кновенно нѣсколькими днями, при болѣе же значительныхъ
разрушеніяхъ упомянутыя разстройства могутъ быть обнару-
жены даже и по истеченіи нѣсколькихъ недѣль. Обыкновенно
в прочемъ они исчезаютъ съ теченіемъ времени болѣе или

1367

нѣе вполнѣ. Необходимо имѣть въ виду, что со временемъ
явленія половинной слѣпоты иногда исчезаютъ и тогда на
сцену выступаетъ лишь вышеописанная неполнота зрѣнія
въ противоположномъ глазу. Въ другихъ случаяхъ возстанов-
ляется ранѣе центральное зрѣніе въ противоположномъ глазу,
тогда какъ геміанопсія остается на болѣе долгое время.
Въ такомъ случаѣ спустя то или другое время послѣ про-
изведенной операціи обыкновенно животное противоположнымъ
глазомъ уже фиксируешь окружающіе предметы и различаетъ
по крайней мѣрѣ болѣе крупные изъ нихъ, напр. узнаетъ сво-
его господина, боится показываемаго ей кнута и пр. Спустя
еще извѣстное время, животное противоположнымъ глазомъ
уже вполнѣ хорошо фиксируетъ окружающіе предметы и един-
ственное разстройство зрѣнія, которое у него обнаруживается,
заключается въ томъ, что боковыя части полей зрѣнія съ про-
тивоположной стороны и въ томъ, и въ другомъ глазу остаются
затемненными. Въ такомъ видѣ геміанопсія у оперированныхъ
животныхъ обыкновенно остается въ видѣ болѣе или менѣе
постояннаго симптома. По крайней мѣрѣ въ моихъ случаяхъ
она могла быть обнаружена даже и по истеченіи года послѣ
произведенной операціи.
Если мы произведемъ поверхностное разрушеніе обѣихъ
затылочно-темянныхъ долей, то у животнаго наблюдается дву-
сторонняя психическая слѣпота, которая впрочемъ совреме-
немъ постепенно возстановляется. Окончательной же слѣпоты
въ этихъ случаяхъ никогда не получается, но само собою
разумѣется, что въ зависимости отъ размѣровъ разрушенія
находится и продолжительность наблюдаемыхъ зрительныхъ
разстройствъ,
Изъ другихъ явленій у оперированныхъ вышеуказаннымъ
образомъ животныхъ при односторонней операціи обнаружи-
вается лишь небольшая неравномѣрность зрачковъ, выражаю-
щаяся большей шириной зрачка праваго глаза, особенно при
смотрѣніи вблизи, при полной сохранности зрачковой реакціи.
Очевидно, что большая ширина зрачка противоположнаго глаза
въ данномъ случаѣ стоитъ въ связи съ недостаткомъ аккомо-
даціи праваго глаза, вслѣдствіе затемнѣнія фиксаціонной его
точки, что и приводитъ естественнымъ образомъ къ тому, что
зрачокъ противоположнаго глаза при фиксаціи животнымъ бли-
жайшихъ предметовъ представляется расширеннымъ, хотя и
весьма незначительно.

1368

О топограФіи отдѣльныхъ частей зрительнаго поля въ
затылочной области.
Что касается топографіи отдѣльныхъ частей зрительнаго
поля въ области затылочной доли, то необходимо замѣтить, что
при разрушеніи области, расположенной на второй и частью
первой первичной извилинѣ задней части полушарія, у жи-
вотныхъ обнаруживаются явленія амбліопіи въ видѣ психиче-
ской слѣпоты въ противоположномъ глазу большею частью
одновременно съ развитіемъ одноименной геміанопсіи обоихъ
глазъ.
При болѣе ограниченныхъ разрушеніяхъ, производимыхъ
особенно въ болѣе заднихъ отдѣлахъ только что указанной
области, будутъ ли они произведены въ наружной, внутренней,
передней или задней ея части, у животныхъ также обнаружи-
вается одноименная геміанопсія съ противоположной стороны,
но при этомъ явленія психической слѣпоты представлялись
слабо выраженными или были кратковременными.
Ни въ одномъ случаѣ при разрушеніяхъ справа или слѣва
отъ вышеуказанной области мнѣ не удалось наблюдать раз-
стройства зрѣнія въ одномъ соотвѣтствующемъ глазу, какъ это
утверждаетъ Munk. Во всѣхъ рѣшительно случаяхъ геміаноп-
сическое разстройство зрѣнія наблюдалось не въ одномъ только
глазу, но въ обоихъ и всегда представлялось въ видѣ геміа-
нопсіи. Равнымъ образомъ я не могъ убѣдиться и въ возмож-
ности вызвать у животнаго болѣе ограниченное разстройство
зрѣнія въ противоположномъ глазу въ видѣ напр., punctum
coecum, какъ принимаетъ Munk. Но въ нѣкоторыхъ изъ моихъ
случаевъ вслѣдъ за развитіемъ перекрестной амбліопіи съ
одноименной геміанопсіей послѣдняя съ теченіемъ времени
исчезала и у животнаго оставалась затѣмъ лишь одна пере-
крестная амбліопія съ характеромъ психической слѣпоты.
Вопросъ о психической или душевной слѣпотѣ.
Подъ названіемъ психической слѣпоты понимается, какъ
извѣстно, состояніе, когда узнаваніе предметовъ зрительнаго
воспріятія отсутствуетъ или нарушено.
Въ этихъ случаяхъ видѣніе въ сущности представляется

1369

возможнымъ, но отождествленіе зрительнаго образа съ суще-
ствовавшими ранѣе такими же образами утрачено; а такъ какъ
отождествленіе возможно на почвѣ сравненія, то ясно, что
здѣсь пораженіе либо уничтожаетъ центръ для храненія зри-
тельныхъ образовъ, либо нарушаетъ связь между центромъ
зрительнаго воспріятія и центромъ для храненія зрительныхъ
образовъ.
Такъ какъ при этомъ узнаваніе предметовъ находится въ пря-
момъ соотношеніи съ зрительнымъ воспріятіемъ, то очевидно,
что и явленія психической слѣпоты по отношенію къ сѣтчат-
камъ должны распредѣляться точно такимъ же образомъ, какъ
и явленія дѣйствительной слѣпоты, обусловленной отсутствіемъ
зрительнаго воспріятія. Поэтому и психическая слѣпота мо-
жетъ быть не только въ видѣ перекрестной амбліопіи для
области желтаго пятна, но и въ видѣ одноименной двусторонней
геміамбліопіи для периферической части поля зрѣнія или же
одновременно въ видѣ перекрестной амбліопіи и одноименной
двусторонней геміамбліопіи.
Само собою разумѣется, что нелегко разграничить явленія,
описываемыя подъ названіемъ психической или душевной слѣ-
поты отъ обыкновенной амбліопіи.
Подъ психической или душевной слѣпотой Munk напр. по-
нимаетъ то состояніе, когда животное видитъ окружающіе пред-
меты, но оно не связываетъ съ ними тѣхъ зрительныхъ пред-
ставленій, которыя прежде возбуждались этими предметами
въ его сознаніи, слѣд. здѣсь обнаруживается то состояніе,
когда животное видитъ, но не узнаетъ и не понимаетъ види-
мое. Однако, всѣ явленія, которыя наблюдалъ Munk у опери-
рованныхъ имъ животныхъ, другими авторами, напр. Goltz’емъ,
объяснялись не утратой воспоминательныхъ зрительныхъ обра-
зовъ, а дѣйствительной неполнотой зрѣнія.
Какъ уже выше было упомянуто, Goltz первоначально объ-
яснялъ существовавшее у животныхъ съ разрушеніемъ заднихъ
частей полушарія ослабленіе зрѣнія цвѣтной слѣпотой.
Мы съ своей стороны не можемъ согласиться съ упомянутымъ
объясненіемъ, такъ какъ оперированныя животныя одинаково не
различаютъ, какъ цвѣтные, такъ и нецвѣтные предметы. Изслѣдо-
ванія въ нашей лабораторіи (д-ръ Агаджанянцъ), произведенныя
съ цвѣтными вкусовыми непахучими веществами (мармаладъ,
карамельки), на которые такъ лакомы обезьяны и нѣкоторыя
изъ собакъ, вообще показали, что у животныхъ съ разруше-
ніемъ мозговой коры не удается обнаружить явленій одной

1370

цвѣтной слѣпоты безъ пораженія общаго свѣтового воспріятія.
Поэтому и тотъ опытъ съ переодѣваніемъ въ цвѣтной костюмъ,
на который ссылается Goltz, на мой взглядъ совершенно просто
объясняется лишь ослабленіемъ зрѣнія, психическимъ или
инымъ. Равнымъ образомъ я не могу принять и объясненія
Loeb’a для явленій, описанныхъ Munk’омъ подъ названіемъ ду-
шевной или психической слѣпоты, допускавшаго, что живот-
ныя, у которыхъ сохранилась еще извѣстная часть поля зрѣ-
нія, вслѣдствіе своего слабоумія, не могутъ пользоваться со-
хранившеюся частью зрѣнія въ такой степени, какъ здоровыя
животныя.
Дѣло въ томъ, что животныя съ ограниченнымъ поврежде-
ніемъ затылочной доли ничуть не представляютъ собою явле-
ній слабоумія, по крайней мѣрѣ въ такой мѣрѣ, чтобы не умѣть
пользоваться сохранившеюся частью поля зрѣнія.
Однимъ изъ доказательствъ въ пользу существованія у опе-
рированныхъ, животныхъ настоящей психической или душев-
ной слѣпоты служитъ между прочимъ обстоятельство, что раз-
сматриваемыя разстройства зрѣнія при извѣстномъ упражне-
ніи со стороны животнаго постепенно сглаживаются. По край-
ней мѣрѣ по объясненію Munk’a это обстоятельство служитъ
доказательствомъ того, что упражненіе даетъ возможность жи-
вотному сдѣлать новый запасъ зрительныхъ образовъ и живот-
ное наконецъ успѣваетъ воспитать пораженный глазъ въ та-
кой степени, что существовавшія въ началѣ разстройства со
стороны зрѣнія современемъ исчезаютъ почти совершенно. Но и
это доказательство не можетъ быть признано безусловнымъ.
Дѣло въ томъ, что и при существованіи обыкновенной не-
полноты или слабости зрѣнія возможно улучшеніе послѣдней
какъ благодаря замѣняющей дѣятельности уцѣлѣвшихъ ча-
стей зрительнаго поля того и другого полушарія, такъ и бла-
годаря тому, что и при постепенномъ упражненіи животное съ
помощью другихъ органовъ чувствъ научается пользоваться
недостаточными зрительными впечатлѣніями съ большимъ со-
вершенствомъ, нежели это было въ первое время вслѣдъ за
операціей. Кромѣ того опыты съ содержаніемъ оперирован-
ныхъ животныхъ съ явленіями такъ называемой психиче-
ской слѣпоты въ темныхъ помѣщеніяхъ, какъ дѣлалось это въ
нашей лабораторіи (д-ръ Агаджанянцъ), показали, что и при
этихъ условіяхъ, при которыхъ объ упражненіи зрительной
способности животнаго не могло быть и рѣчи, зрѣніе тѣмъ не
менѣе современемъ постепенно возстановлялось.

1371

Заслуживаетъ также упоминанія наблюденіе Probst’a, кото-
рый послѣ удаленія зрительнаго корковаго центра при суще-
ствованіи геміанопсіи замѣтилъ, что животныя послѣ операціи
становились боязливыми, старались уползти куда-нибудь и
чувствовали себя хорошо лишь въ темнотѣ. Это обстоятель-
ство повидимому указывало на недостатокъ оріентированія въ
окружающемъ.
Но вотъ что также достойно вниманія: если мы произве-
демъ двустороннее удаленіе наружной части затылочной доли
безъ разрушенія глубокихъ ея частей, дабы не повредить про-
ходящіе въ бѣломъ веществѣ пучки Gratiolet, то у животныхъ
не получается полной и продолжительной слѣпоты, такъ какъ
уже въ скоромъ времени послѣ операціи удается обнаружить
у нихъ явленія, соотвѣтствующія не полной или истинной
слѣпотѣ, а такъ называемой душевной слѣпотѣ. Въ этомъ за-
ключается различіе такихъ животныхъ отъ тѣхъ, которымъ
произведено двустороннее удаленіе внутреннихъ областей за-
тылочной части мозговой коры, такъ какъ у послѣднихъ дѣло
идетъ не о душевной слѣпотѣ, а о слѣпотѣ дѣйствительной
и полной.
Все это очевидно говоритъ въ пользу того, что на наруж-
ной поверхности затылочной доли мы имѣемъ центръ, въ ко-
торомъ откладываются или хранятся и получаютъ дальнѣй-
шую обработку продукты зрительнаго воспріятія, возникшія въ
области чувственнаго зрительнаго центра, лежащаго на внутрен-
ней поверхности затылочной доли. Эта дальнѣйшая обработка
состоитъ въ сочетаніи качественнаго зрительнаго воспріятія съ
мышечными и иными ощущеніями и двигательными импульсами,
что даетъ возможность создавать полныя зрительныя предста-
вленія и благодаря этому оріентироваться въ окружающемъ
пространствѣ. Такимъ образомъ въ области наружной поверх-
ности затылочной доли мы имѣемъ очевидно психочувствен-
ный или психическій центръ зрѣнія, являющійся прямымъ
дополненіемъ чувственному центру зрѣнія, расположенному на
внутренней поверхности затылочной доли.
Поэтому, когда разрушенъ чувственный центръ зрѣнія на
внутренней поверхности затылочной доли, то зрѣніе не возстано-
вляется, несмотря на существованіе психо-чувственнаго центра
зрѣнія въ наружной части затылочной доли, который, кстати
сказать, не ограничивается только размѣрами Munk’овскаго
центра, а простирается на болѣе значительное протяженіе,
между тѣмъ съ разрушеніемъ психо-чувственнаго центра зрѣ-

1372

ніе современемъ возстановляется, очевидно благодаря отклады-
ванію сочетанныхъ зрительныхъ образовъ въ другихъ сосѣд-
нихъ съ разрушеннымъ центромъ областяхъ или даже въ со-
отвѣтствующемъ центрѣ другого полушарія.
Повидимому соотвѣтственно чувственному центру зрѣнія,
заложенному на внутренней поверхности затылочной доли, и
психо-чувственный зрительный центръ также представляется
состоящимъ изъ области, относящейся къ центральному зрѣнію
противоположнаго глаза, и другой области, относящейся къ
периферическому зрѣнію одноименныхъ сторонъ сѣтчатокъ обо-
ихъ глазъ.
Въ пользу этого взгляда говоритъ то обстоятельство, что
при обширныхъ поврежденіяхъ теменно-затылочной области мнѣ
удавалось получать явленія двусторонней геміанопсіи съ
амбліопіей противоположнаго глаза съ затемненіемъ главнымъ
образомъ области яснаго видѣнія. Если же поврежденія про-
изводились въ болѣе переднихъ частяхъ той же теменно-за-
тылочной области, то нерѣдко явленія половинной геміанопсіи
были относительно слабо выражены и часто даже вскорѣ исче-
зали, при чемъ у животныхъ оставалась на болѣе продолжи-
тельное время амбліопія противоположнаго глаза съ преиму-
щественнымъ затемненіемъ области яснаго видѣнія. Совер-
шенно аналогичныя наблюденія были констатированы недавно
и д-ромъ Агаджанянцемъ при изслѣдованіяхъ произведенныхъ
въ завѣдываемой нами лабораторіи.
Что касается обезьянъ, то, принимая во вниманіе изслѣ-
дованія Ferrier’a и другихъ авторовъ, есть основаніе полагать,
что психо-чувственная зрительная область у нихъ можетъ
быть разчленена также на двѣ части: для центральнаго зрѣ-
нія въ gyr. angularis и для одноименныхъ областей перифери-
ческаго зрѣнія въ остальной части наружной поверхности заты-
лочной доли.
Во всякомъ случаѣ вышеприведенный анализъ приводитъ
насъ къ выводу, что по сосѣдству съ чувственнымъ центромъ
зрительнаго воспріятія, помѣщающимся на внутренней поверх-
ности затылочной доли имѣется особая область, въ которой
вторично откладываются уже переработанные путемъ новыхъ
сочетаній съ другими чувственными знаками и двигательными
импульсами зрительные импульсы, хранящіеся здѣсь въ видѣ
воспоминательныхъ зрительныхъ образовъ. Эта психо-чувствен-
ная область должна занимать значительные размѣры, такъ какъ
по мѣрѣ развитія животнаго у него накопляется все большій и

1373

большій запасъ зрительныхъ образовъ. Такъ какъ полный актъ
зрѣнія предполагаетъ не только видѣніе, но и различеніе, т. е.,
узнаваніе получаемаго зрительнаго воспріятія, какъ новаго
продукта зрѣнія или какъ уже бывшаго въ сознаніи зри-
тельнаго образа, что возможно при сравненіи переживае-
маго зрительнаго образа съ прежними зрительными образами,
то, очевидно, что психо-чувственная зрительная область во время
зрительнаго акта находится также въ постоянно дѣятельномъ со-
стояніи, какъ и чувственная область зрительнаго воспріятія.
Такимъ образомъ обѣ области нужны для полнаго зритель-
наго акта, но въ то время, какъ разрушеніе чувственной обла-
сти зрительнаго воспріятія, лежащую на внутренней поверх-
ности затылочной доли, вызываетъ прочную потерю зри-
тельной способности, разрушеніе психо-чувственной зрительной
области, устраняя наряду съ неполнымъ ослабленіемъ зрѣнія воз-
можность узнаванія зрительныхъ образовъ, лишь временно унич-
тожаетъ зрѣніе, такъ какъ съ теченіемъ времени путемъ откла-
дыванія сочетанныхъ зрительныхъ образовъ въ сосѣднихъ ча-
стяхъ коры или въ другомъ полушаріи мозга, возможно обра-
зованіе новаго запаса зрительныхъ образовъ и послѣдовательное
возстановленіе зрѣнія.
Что же касается вопроса о томъ, располагаются ли зрительные
образы въ этихъ психо-чувственныхъ областяхъ по ихъ цвѣту и по
пространственнымъ отношеніямъ въ различныхъ частяхъ мозговой
коры, чѣмъ думаютъ нѣкоторые объяснять явленія цвѣтной слѣ-
поты, и нарушеніе въ пространственной оріентировкѣ, то на этотъ
вопросъ спеціальныя изслѣдованія, которые были предприняты въ
нашей лабораторіи (д-ръ Агаджанянцъ) на обезьянахъ и со-
бакахъ съ изслѣдованіемъ поля зрѣнія оперированныхъ жи-
вотныхъ съ помощью цвѣтныхъ вкусовыхъ веществъ (разнаго
цвѣта мармеладъ и карамельки), привели къ вполнѣ отрица-
тельнымъ выводамъ, такъ какъ ни въ одномъ случаѣ у жи-
вотныхъ не получалось настоящей цвѣтной слѣпоты безъ об-
щей слѣпоты.
О центрахъ движенія глазъ въ области затылочной доли.
Литературныя указанія
Мы думаемъ поэтому, что явленія цвѣтного зрѣнія не явля-
ются лишь продуктомъ дѣятельности мозговой коры, какъ при-
знаютъ нѣкоторые авторы. Цвѣтное зрѣніе является результатомъ

1374

того качественна но анализа свѣтоваго луча, который первично
данъ уже въ сѣтчаткѣ и поэтому до зрительнаго корковаго
центра на внутренней поверхности затылочной доли достигаютъ
уже соотвѣтственно дифференцированные зрительные импульсы,
которые въ психо-чувственной области подвергаются дальнѣйшей
обработкѣ главнымъ образомъ со стороны пространственныхъ
отношеній.
Такъ какъ полный актъ зрѣнія заканчивается образованіемъ
зрительныхъ представленій, приводящихъ къ ориентированію
въ пространствѣ, то очевидно, что въ психо-чувственномъ
центрѣ, въ которомъ хранятся зрительныя представленія, должны
возникать импульсы, приводящіе въ движеніе мышцы глазныхъ
яблокъ, какъ органы оріентированія въ окружающемъ простран-
ствѣ. И дѣйствительно, цѣлый рядъ изслѣдователей отмѣчаетъ
центры движенія глазныхъ яблокъ въ области наружнаго от-
дѣла затылочной доли.
Уже Hitzig отмѣтилъ въ задней части теменной области со-
бакъ особый центръ для движеній глазъ въ противоположномъ
направленіи. Затѣмъ Ferrier на цѣломъ рядѣ животныхъ обна-
ружилъ въ затылочно-теменной области коры существование
особыхъ центровъ движенія глазъ въ противоположномъ на-
правленіи. Движенія эти были признаны имъ за рефлекторныя
движенія, обусловловленныя субъективными состояніями, вы-
званными раздраженіемъ чувственныхъ центровъ.
При раздраженіи электрическимъ токомъ gyri angularis у
обезьяны Ferrier наблюдалъ движеніе глазъ и головы въ про-
тивоположную сторону то съ расширеніемъ зрачковъ, то съ
суженіемъ зрачковъ. Подобныя же явленія съ соотвѣтствую-
щихъ областей мозга авторъ получалъ и у другихъ живот-
ныхъ, напр. собакъ. Luciani, Tamburini и др. авторы получали
тѣ же самыя движенія и съ затылочныхъ долей мозга. Въ
литературѣ имѣются указанія также и на движенія болѣе об-
щаго характера, получаемыя раздраженіемъ задней части моз-
говой коры1).
Позднѣйшія изслѣдованія выясняютъ существованіе тѣс-
наго соотношенія между проекціей сѣтчатки на поверхности
затылочной доли и соотвѣтствующими движеніями глазъ,
получающимися при раздраженіи затылочной области мозга.
Въ этомъ отношеніи заслуживаютъ вниманія. прежде всего
изслѣдованія Schäffer’a, который, производя раздраженіе заты-
1) См. Целерицкій. Дисс. Спб. 1890.

1375

лочной доли у обезьянъ, подтвердилъ ученіе Munk’a о проек-
ціи сѣтчатки на мозговой поверхности. Насколько по движе-
ніямъ глазныхъ яблокъ можно дѣлать заключенія о локализа-
ціи зрительнаго впечатлѣнія на сѣтчаткѣ, на основаніи своихъ
опытовъ онъ приходитъ къ выводу, что зрительная площадь
одного полушарія связана съ соотвѣтствующими частями обѣ-
ихъ сѣтчатокъ, что верхнія части сѣтчатокъ соотвѣтствуютъ
переднимъ частямъ зрительной площади, нижніе же отдѣлы
сѣтчатокъ — заднимъ отдѣломъ зрительной площади. Obregia
изъ лабораторіи Munk’a1) произвелъ аналогичные опыты надъ
затылочной долею собаки. Munk, сообщая объ этихъ опытахъ,
между прочимъ говоритъ, что его ученіе о связи у человѣка
и обезьянъ каждой зрительной площади съ обѣими половинами
сѣтчатокъ у собакъ приблизительно одной боковой четверти
съ соотвѣтствующей сѣтчаткой и трехъ четвертей съ противо-
положной сѣтчаткой въ настоящее время признается почти
всѣми. Но не всѣми еще раздѣляются его взгляды о проек-
ціи сѣтчатокъ въ зрительной площади, въ силу чего онъ при-
даетъ особое значеніе опытамъ съ раздраженіемъ зрительной
площади, подтверждающимъ его ученіе о проекціи. Obregia вы-
ходитъ изъ предположенія, что раздраженіе опредѣленныхъ
областей сѣтчатки достигаетъ сознанія, какъ свѣтовое явленіе,
располагающееся внѣ и въ діагонально противоположномъ на-
правленіи. Это субъективное ощущеніе обнаруживается движе-
ніемъ глазъ по направленію воображаемаго источника свѣта.
Полученные имъ эффекты раздраженія зрительной сферы дали
совпаданіе раздражаемыхъ областей съ соотвѣтствующими обла-
стями сѣтчатокъ по Munk’y, такъ какъ фарадическое раздра-
жение коры вызывало каждый разъ ассоціированное движете
глазъ въ направленіи діагонально противоположномъ соотвѣт-
ствуюшимъ отдѣламъ сѣтчатки.
Такимъ образомъ путемъ раздраженія передней части зри-
тельной сферы, которая соотвѣтствуетъ верхнимъ отдѣламъ
сѣтчатокъ по Munk’y, вызываются глазныя движенія внизъ,
путемъ раздраженія заднихъ отдѣловъ сѣтчатокъ — глазныя дви-
женія вверхъ; раздраженіе средины области А1 соотвѣтствующей
мѣсту яснаго видѣнія, вызываетъ слабое конвергированіе, какъ
при фиксированіи, какъ будто бы возбуждалось на сѣтчаткѣ
1) Η. Munk. Sehsphare und Augeubewegungen. Sitzb. d. königl. preuss. Aka-
demie d. Wissensch. 16 Jan. 1890, Du Bois Reymond’s Arch. 1890, стр.
260—280.

1376

мѣсто яснаго видѣнія. Раздраженіе бокового пояса зрительной
сферы указываетъ на наиболѣе наружную часть соотвѣтствую-
щей сѣтчатки; раздраженіе же средины 1-й извилины указы-
ваетъ на внутреннюю сторону противоположной сѣтчатки.
По Munk’y вышеуказанныя Движенія не имѣютъ ничего об-
щаго съ произвольными движеніями, а стоять въ соотношеніи
лишь съ тѣми зрительными впечатлѣніями, которыя напра-
вляютъ взоръ, чтобы фиксировать неясно видимое. Поэтому
зрительная сфера кромѣ волоконъ, предназначенныхъ для
зрѣнія, должна содержать еще лучистыя волокна, связывающія
зрительную сферу съ подкорковыми областями. Перерѣзка
этихъ волоконъ по Munk’y прекращаетъ эффектъ электриче-
скаго раздраженія зрительной сферы.
Фактическая сторона этихъ изслѣдованій затѣмъ была от-
части подтверждена работою д-ра Целерицкаго. Онъ убѣдился,
что раздраженіе области А1 вызываетъ измѣненіе въ ширинѣ
зрачковъ, которые сначала суживались, затѣмъ расширялись
и вмѣстѣ съ тѣмъ обнаруживалось движеніе глазныхъ яблокъ,
при чемъ раздраженіе переднихъ частей этой области вызы-
вало движеніе глазъ кверху, раздраженіе задней части той же
области вызывало движеніе глазъ книзу, а раздраженіе сре-
дины той же области вызывало боковое движеніе глазъ въ
противоположномъ направленіи. Эти движенія не исчезаютъ
и послѣ кругового обрѣзыванія области, а равно и послѣ раз-
рѣзовъ, проводимыхъ по передней, задней и нижней перифе-
ріи. Лишь разрѣзъ, проведенный на границѣ 1-й извилины, на-
рушаешь вышеуказанный двигательный эффектъ.
Изъ новыхъ данныхъ, сообщенныхъ въ этой работѣ, слѣ-
дуетъ указать на то, что одновременное раздраженіе симме-
тричныхъ точекъ обоихъ полушарій въ области At вызываетъ
антагонизмъ въ дѣйствіи глазныхъ яблокъ, благодаря которому
глазныя оси принимаютъ параллельное положеніе и глаза обна-
руживаютъ незначительныя нистагмообразныя движенія. Кромѣ
того авторъ убѣдился, что по снятіи мозговой коры раздраже-
ніемъ подлежащаго бѣлаго вещества также вызываются выше-
указанныя движенія глазъ и даже еще съ большей легкостью,
изъ чего авторъ заключаешь, что они обусловливаются не
субъективными зрительными впечатлѣніями, а раздраженіемъ
имѣющихся здѣсь двигательныхъ проводниковъ. Онъ убѣдился
кромѣ того, что разрушеніе четверохолмія приводишь къ ослабле-
нію или полному прекращенію движеній глазныхъ яблокъ,
получаемыхъ при раздраженіи мозговой коры.

1377

Berger1), повторяя опыты Munk’a и Obregia съ фарадиче-
скимъ раздраженіемъ т. называемой зрительной сферы, при-
шелъ въ общемъ къ тѣмъ же результатамъ, какъ и вышена-
званные авторы. Въ объясненіи получаемыхъ явленій авторъ
держится тѣхъ же взглядовъ, какъ и Munk, т. е. признаетъ
развитіе подъ вліяніемъ электрическаго раздраженія субъек-
тивнаго свѣтового ощущенія. Между прочимъ въ доказатель-
ство этого авторъ продѣлалъ опыты съ зашиваніемъ у моло-
дого щенка вѣкъ. Когда по истеченіи 10 мѣсяцевъ вѣки были
открыты и произведено раздраженіе зрительной сферы, то
оказалось, что характерныхъ движеній не получалось.
Тѣмъ не менѣе проекцію сѣтчатки на корѣ авторъ пред-
ставляетъ иначе, чѣмъ Munk. Онъ доказываетъ, что у собаки
каждое полушаріе соотвѣтствуетъ одной половинѣ зрительнаго
поля, при чемъ половина сѣтчатки проецируется на полушаріе
такъ, что внутреннему краю зрительной сферы соотвѣтствуютъ
обращенныя къ желтому пятну части сѣтчатки, тогда какъ пе-
риферическія части сѣтчатки соотвѣтствуютъ боковому краю
зрительной сферы.
Упомянемъ еще, что Gründbaum и Sherington2) у человѣко-
подобныхъ обезьянъ вызывали ассоціированныя движенія глазъ
не только съ наружной поверхности затылочной доли при зад-
немъ ея концѣ, но и съ области f. calcarina, хотя съ послѣдней
области движеніе вызывалось труднѣе, чѣмъ съ наружной
поверхности затылочной доли.
Изслѣдованія нашей лабораторіи.
При своихъ изслѣдованіяхъ, опубликованныхъ еще въ 1886—
1887 году3) мы также отмѣтили у собакъ и кошекъ на мѣстѣ 2-й
первичной извилины приблизительно на срединѣ разстоянія
между заднимъ краемъ сигмовидной извилины и оконечностью
затылочной доли центръ, вызывающій при раздраженіи движе-
ніе глазныхъ яблокъ въ противоположномъ направленіи вмѣстѣ
съ суженіемъ зрачковъ и легкимъ сжиманіемъ вѣкъ. (s фиг.
30 и 31 стр. 854—855).
1) Н. Berger. Exper. Untersuch. über die von der Sehsphäre ausgelösten
Augenbewegungen. Monatschr. f. Psych. Bd. IX. 1901.
2) Grünbaum and Sherington. Observations an the physiologie etc. Royal-
society. 1901. Neur. Centr. 1902.
3) Бехтеревъ. Физіологія двигательной области мозговой коры. Арх.
Псих. 1886—87.

1378

Обрѣзываніе этого центра по окружности, а равно и пред-
варительное удаленіе двигательной области не устраняли
эффекта при раздраженіи вышеуказаннаго центра, тогда какъ
подрѣзываніе его тотчасъ же прекращало всякій двигательный
эффектъ, хотя никакихъ явленій паралича соотвѣтствующихъ
мышцъ при этомъ не обнаруживалось.
При позднѣйшихъ изслѣдованіяхъ производенныхъ нами
надъ обезьянами мы могли получить съ затылочной области
(фиг. 35 стр. 947) движеніе глазъ въ противоположномъ направле-
ніи, движеніе глазъ въ противоположномъ направленіи и книзу
при раздраженіи болѣе переднихъ отдѣловъ той же области и
движеніе глазъ въ противоположномъ направленіи и вверхъ
при раздраженіи болѣе заднихъ и задненаружныхъ отдѣловъ
затылочной области. Кромѣ того съ одного пункта, лежащаго
кзади отъ мѣста сліянія сильвіевой борозды вмѣстѣ съ 1-й
височной можно было получить ясную дивергенцію глазъ
вмѣстѣ съ расширеніемъ зрачковъ, а съ другого, лежащаго
тотчасъ кнаружи отъ предъидущаго ясную конвергенцію глазъ
вмѣстѣ съ суженіемъ зрачковъ (фиг. 96). Достойно вниманія,
что вмѣстѣ съ движеніемъ глазъ иногда обнаруживалось и
движеніе головы въ томъ же направленіи. Вслѣдъ за прекра-
щеніемъ раздраженія глаза сами собой иногда отклонялись
въ другую сторону, т. е. въ сторону раздраженія.
Затѣмъ въ завѣдываемой нами лабораторіи были произве-
дены въ отношеніи затылочнаго глазного центра подробныя
изслѣдованія д-ромъ Герверомъ1). При этомъ выяснилось, что
изъ областей коры, дѣйствующихъ на движенія глазъ заты-
лочный участокъ занимаетъ протяженіе около 2 стм. въ діаметрѣ
и располагается въ видѣ круга на поверхности второй, третьей,
а отчасти и четвертой первичныхъ извилинъ, „при чемъ центръ
его соотвѣтствуетъ точкѣ, находящейся на третьей извилинѣ,
именно, на половинѣ разстоянія между концами затылочной
доли и sulcus cruciatus“.
При электрическомъ раздраженіи вышеуказаннаго участка
получаются обыкновенно боковыя движенія глаза въ сто-
рону, противоположную раздражаемому полушарію (фиг. 97). Но
при этомъ слѣдуетъ замѣтить, что раздраженіе переднихъ отдѣ-
ловъ вышеуказаннаго участка вызываетъ въ нѣкоторыхъ слу-
чаяхъ движеніе глазъ внизъ, а раздраженіе заднихъ его отдѣ-
1) Герверъ. О мозговыхъ центрахъ движенія глазъ. Дисс. Спб. 1889.

1379

ловъ вызываетъ также въ отдѣльныхъ случаяхъ движеніе
глазъ вверхъ. Должно впрочемъ замѣтить, что иногда раздра-
женіе одной и той же области разсматриваемаго участка въ
отдѣльныхъ случаяхъ вызывало движеніе глазъ то внизъ, то
вверхъ. Какъ и въ моихъ опытахъ, обрѣзываніе этого участка
не уничтожало движеній, послѣ же подрѣзыванія требовалось
уже раздраженіе значительно большей силы, чтобы получить
тотъ же эффектъ.
Подлежащее бѣлое вещество давало одинаковый эффектъ,
но возбудимость его представлялась меньшей по сравненію
съ возбудимостью мозговой коры. Въ общемъ же возбудимость
разсматриваемаго участка для движеній глазъ слабѣе возбу-
димости лобнаго участка для движенія глазъ. Благодаря
этому, одновременное раздраженіе токомъ одинаковой силы за-
тылочнаго участка въ одномъ полушаріи и лобнаго въ дру-
гомъ всегда давало движенія глазъ, соотвѣтствующія лобному
участку.
Какъ и въ нашихъ опытахъ, удаленіе разсматриваемаго уча-
стка не давало замѣтнаго паралича движеній глазъ въ про-
тивоположность тому, что наблюдается при удаленіи лобнаго
участка. Поперечныя перерѣзки по крестовидной бороздѣ по-
лушарія, слѣдовательно впереди разсматриваемаго участка, не
измѣняли эффекта, наблюдаемаго при его раздраженіи; рав-
нымъ образомъ и удаленіе лобнаго участка для движеній
глазъ не отражалось на эффектѣ раздраженія затылочнаго
участка, откуда слѣдуетъ, что онъ имѣетъ самостоятельные
приводы, а не передаетъ свое вліяніе на мышцы глазъ при
посредствѣ лобнаго участка. Напротивъ того, перерѣзка перед-
нихъ бугровъ четверохолмія совершенно прекращаетъ движе-
те глазъ съ затылочнаго участка, не устраняя движенія глазъ
при раздраженіи лобнаго участка.
Фиг. 96. Кривая № 5 Подучена при раздраженіи затылочнаго участка «а» (д-ръ Герверъ).

1380

Отсюда ясно, что затылочный участокъ движенія глазъ
передаетъ свое вліяніе на глазныя мышцы при посредствѣ
передняго двухолмія.
Выше было упомянуто, что раздраженіе затылочнаго участка
въ средней его области всегда вызывало движеніе глазъ въ
боковомъ направленіи на противоположную сторону; въ отдѣль-
ныхъ опытахъ, но далеко не во всѣхъ, раздраженіе переднихъ
отдѣловъ разсматриваемаго участка вызывало движеніе глазъ
внизъ, а раздраженіе заднихъ отдѣловъ разсматриваемаго
участка вызывало движеніе глазъ кверху.
Преобладаніе боковыхъ движеній глазъ во многихъ опы-
тахъ указываетъ очевидно, что подкорковые центры отводя-
щихъ нервовъ представляются болѣе возбудимыми по сравненію
съ центрами другихъ глазныхъ мышцъ. Если же перерѣзыва-
лась внутренняя прямая мышца глаза на сторонѣ раздраженія
и наружная прямая мышца глаза на сторонѣ противоположной
раздражаемому полушарію, то раздраженіе различныхъ частей
затылочнаго участка вызывало у собакъ лишь движеніе глазъ
вверхъ и движеніе глазъ внизъ, причемъ раздраженіе перед-
няго отдѣла этого участка обыкновенно вызывало движеніе
глазъ внизъ, тогда какъ раздраженіе задняго отдѣла — движеніе
глазъ вверхъ.
Выше мы видѣли, что Munk, Obregia и Schaffer движенія
глазъ, получаемыя при раздраженіи разсматриваемаго участка,
объясняютъ связью расположенной здѣсь зрительной сферы
съ различными отдѣлами сѣтчатокъ.
Такъ, Munk признаетъ, что наиболѣе верхняя часть зритель-
ной сферы связана съ верхними отдѣлами сѣтчатокъ, наи-
болѣе нижняя связана съ нижними отдѣлами сѣтчатокъ, сред-
ній же отдѣлъ зрительной сферы связанъ съ средними и вну-
тренними отдѣлами сѣтчатокъ.
Въ виду того, что въ опытахъ Гервера раздраженіе перед-
нихъ областей разсматриваемаго участка далеко не съ постоян-
ствомъ вызывало движеніе глазъ книзу, какъ и раздраженіе
заднихъ областей того же участка — движеніе глазъ кверху,
нерѣдко же раздраженіе передняго и задняго отдѣла этого
участка вызывало боковыя движенія глазъ въ противоположномъ
направленіи, тогда какъ движеній глазъ кверху и книзу вовсе
не наблюдалось, а въ иныхъ случаяхъ раздраженіе одного
и того же пункта вызывало движеніе глазъ то книзу, то
кверху, слѣдуетъ заключить, что схема Munk’a и Schaffer’a
страдаетъ нѣкоторой неточностью.

1381

Вмѣстѣ съ тѣмъ необходимо признать, что части переднихъ
отдѣловъ разсматриваемаго участка связаны не только съ верх-
ними отдѣлами сѣтчатокъ, но частью и съ другими ихъ отдѣ-
лами; равнымъ образомъ и нижніе отдѣлы того же участка
связаны не только съ нижними отдѣлами сѣтчатокъ, но частью
и съ другими ихъ отдѣлами.
Преобладаніе же бокового движенія глазъ по всей вѣ-
роятности объясняется тѣмъ, что волокна, принадлежащія
среднимъ отдѣламъ сѣтчатокъ, имѣютъ отношеніе нетолько
къ средней области разсматриваемаго участка, но частью
и къ переднимъ и заднимъ его отдѣламъ. Кромѣ того слѣ-
дуетъ имѣть въ виду также большую возбудимость подкорко-
выхъ центровъ для боковыхъ движеній глазъ по сравненію съ
центрами другихъ движеній глазъ.
Во всякомъ случаѣ при вышеуказанномъ объясненіи намъ
становится понятнымъ, почему напр. во многихъ случаяхъ
раздраженіе любого отдѣла разсматриваемаго участка вызы-
ваетъ движеніе глазъ въ боковомъ направленіи, тогда какъ
вслѣдъ за перерѣзкой мышцъ, производящихъ это движеніе,
съ переднихъ отдѣловъ этого участка мы получимъ движеніе
глазъ книзу, а съ задняго отдѣла того же участка движеніе
глазъ кверху.
Опыты съ раздраженіемъ gyr. angularis.
На основаніи своихъ изслѣдованій я убѣдился, что центры
движеній глазъ имѣются не только въ затылочной, но и въ
задней части теменной области, не говоря о тѣхъ, которые
расположены въ височной и двигательной областяхъ. Относи-
тельно глазного центра у собакъ въ задней части теменной
области уже была рѣчь выше.
Что же касается обезьянъ, то изслѣдованія съ раздражені-
емъ показали, что движенія глазъ и измѣненіе въ ширинѣ
зрачковъ удается получить не съ одной затылочной области,
но и съ задней части теменной доли или собственно съ gyr.
angularis.
Относительно опытовъ съ раздраженіемъ gyr. angularis те-
менной области (фиг. 97) необходимо замѣтить, что здѣсь съ раз-
личныхъ точекъ получались въ общемъ тѣ же движенія, т. е.
движенія глазъ вверхъ и въ противоположномъ направленій,

1382

прямо въ противоположномъ направленіи и въ противополож-
номъ направленіи и внизъ. Однако порядокъ распредѣленія
этихъ движеній нѣсколько иной, такъ какъ движеніе въ проти-
воположномъ направленіи и въ противоположномъ направле-
ніи и внизъ удава-
лось получать съ
болѣе наружныхъ
частей gyri angularis,
движеніе же въ про-
тивоположномъ на-
правленіи и вверхъ
болѣе съ внутрен-
нихъ частей той же
извилины.
При болѣе силь-
номъ раздраженіи къ
движеніямъ глазъ
присоединялись и
движенія головы въ
томъ же направленіи,
а при движеніи глазъ
вверхъ и внизъ все-
гда участвовали и
соотвѣтствующія
движенія вѣкъ.
Здѣсь слѣдуетъ
еще обратить внима-
ніе на открытый нами
центръ дивергенціи
глазъ, который у обезьянъ располагаетя въ средней части
передняго отдѣла gyr. angularis, т. е. того ея отдѣла, который
лежитъ кпереди отъ задняго конца f. Sylvii послѣ сліянія ея
съ первой височной бороздой. Раздраженіе здѣсь строго опре-
дѣленной области вызываетъ ясное расхожденіе зрительныхъ
осей, какъ при смотрѣніи вдаль, вмѣстѣ съ легкимъ приподня-
тіемъ вѣкъ и расширеніемъ зрачковъ.
На этой же извилинѣ, но уже въ нижней или наружной
части, кпереди и нѣсколько книзу отъ мѣста сліянія Силь-
віевой борозды съ первой височной извилиной я могъ
отмѣтить и спеціальный центръ конвергенціи. Раздраженіе его
вызываетъ конвергенцію обоихъ глазъ съ яснымъ суженіемъ
зрачковъ.
Фиг. 97. Мозгъ обезьяны-макаки. Лѣвое полушаріе. Мѣста
раздраженія обозначены цифрами. 99—100. Отклоненіе
глазъ вправо и вверхъ. 101 — Отклонение глазъ вправо
и внизъ. 102 — Отклоненіе глазъ вправо. 16 — Съуженіе
зрачковъ, движеніе глазъ вверхъ и нѣсколько вправо.
17 — Расширеніе зрачковъ и разхожденіе главныхъ осей,
какъ при смотрѣніи вдаль. 18 — Рѣзкое отведеніе глазъ
вправо и нѣсколько вверхъ съ съуженіемъ зрачковъ. 111 —
Отведеніе глазъ вправо и внизъ; вслѣдъ за окончаніенъ
раздраженія рѣзкое отведеніе ихъ въ обратномъ направ-
леніи. 31 — Отклоненіе глазъ вправо и вверхъ. 30 — Рас-
ширеніе зрачковъ; отклоненіе глазъ вправо и внизъ.
32 — Сильное движеніе глазъ внизъ и кнаружи. 59 —
Отклоненіе глазъ вправо и нѣсколько внизъ. 60 — Откло-
неніе глазъ вправо и затѣмъ вверхъ. 33 — Отклоненіе
глазъ вправо. 69 — Отклоненіе глазъ вправо и нѣсколько
вверхъ. 34, 35 и 63 — Отклоненіе глазъ вправо.

1383

Значеніе глазныхъ центровъ въ корѣ затылочной доли.
Что касается до значенія разсматриваемыхъ движеній, то
всѣ авторы согласны въ томъ, что содержащіеся здѣсь центры
не могутъ быть признаны произвольно двигательными, что ясно
уже изъ того, что удаленіе этихъ центровъ не вызываетъ па-
ралича соотвѣтствующихъ движеній. Большинство авторовъ,
какъ мы видѣли, признаетъ, что эти движенія глазъ находятся
въ прямомъ соотношеніи съ субъективными, т. е. зрительными
явленіями и обусловливаются будто бы ими. Предполагается,
что у животнаго при раздраженіи вышеуказанныхъ областей
появляются зрительныя ощущенія въ опредѣленной части поля
зрѣнія и соотвѣтственно тому глаза животнаго поворачиваются
въ сторону этого зрительнаго образа, т. е. либо въ боковомъ
направленіи, либо вверхъ, либо внизъ. Однако уже нѣкоторое
непостоянство эффекта, на который мы указывали выше, гово-
ритъ противъ этого объясненія. Съ другой стороны тоть фактъ,
что тѣ же самыя движенія мы можемъ получить и по снятіи
мозговой коры при раздраженіи подлежащаго бѣлаго вещества,
говоритъ съ рѣшительностью противъ такого объясненія дви-
женія глазъ субъективными состояніями въ видѣ зрительныхъ
ощущеній или представленій.
Не касаясь ближе вопроса о значеніи спеціально теменныхъ
центровъ движенія глазъ, мы должны признать за движениями
глазъ, получающимися при раздраженіи зрительнаго поля зад-
Въ заключеніе замѣтимъ, что всѣ разсмотрѣнныя выше
движенія глазъ передаются къ первичнымъ или подкорковымъ
центрамъ движенія глазъ не прямо, а при посредствѣ передняго
двухолмія, такъ какъ вмѣстѣ съ разрушеніемъ послѣдняго уже
не удается вызвать съ заднихъ частей мозговой коры никакихъ
движеній глазъ.
Если имѣть въ виду анатомическія отношенія, то передача
двигательныхъ импульсовъ съ затылочнаго центра должна оче-
видно происходить при посредствѣ центробѣжныхъ волоконъ
пучковъ Gratiolet; что же касается передачи импульсовъ съ те-
меннаго центра, то она можетъ происходить при посредствѣ
того пучка нисходящихъ волоконъ, который связываетъ темен-
ныя доли съ четверохолміемъ.

1384

нихъ отдѣловъ мозговой коры, рефлекторный характеръ, но
причина этихъ движеній заключается по нашему мнѣнію не въ
субъективныхъ ощущеніяхъ или представленіяхъ, а въ томъ,
что съ самаго рання го дѣтства съ опредѣленными зрительными
ощущеніями и представленіями ассоціировались опредѣленныя
формы движеній глазъ, для которыхъ и возникли особые реф-
лекторные центры въ предѣлахъ той же зрительной сферы,
гдѣ возникаютъ и зрительныя представленія.
Такимъ образомъ, мы имѣемъ здѣсь дѣло съ настоящими
двигательными центрами, но не произвольными, а рефлеторными
или мимовольными, дѣятельность которыхъ находится въ не-
посредственной связи съ зрительными впечатлѣніями.
Поэтому, когда устранены эти центры, то у животныхъ не
происходитъ произвольно-двигательнаго паралича упомянутыхъ
движеній; но у нихъ вмѣстѣ съ зрѣніемъ выпадаетъ весь
сложный комплексъ двигательныхъ актовъ, тѣсно связанныхъ
съ зрительной функціей.
Зрачковые центры зрительной области.
Кромѣ движенія глазъ въ зрительной области получаются
измѣненія въ ширинѣ зрачковъ въ видѣ расширенія и суженія
ихъ, которыя частью связаны съ движеніемъ дивергенціи и
конвергенціи. Что касается расширенія зрачковъ, получающагося
при раздраженіи затылочной доли, то уже давно имѣлись въ
этомъ отношеніи соотвѣтствующія указанія авторовъ. Равнымъ
образомъ при своихъ изслѣдованіяхъ я съ постоянствомъ отмѣ-
чалъ этотъ эффектъ при раздраженіи области глазного центра
въ задней части мозговой коры. Позднѣйшіе опыты на обезья-
нахъ, о которыхъ рѣчь была выше, показали намъ, что расши-
реніе зрачковъ является обычнымъ спутникомъ дивергенціи
глазъ при раздраженіи соотвѣтствующаго центра въ gyr. angularis.
Но при тѣхъ же опытахъ я убѣдился, что расширеніе зрачковъ
можетъ быть получено у обезьянъ и съ области, лежащей по
другую сторону Сильвіевой борозды, въ предѣлахъ затылочной
доли, причемъ оно сопутствовалось движеніемъ глазъ въ про-
тивоположномъ направленіи и книзу. Заслуживаетъ вниманія,
что эффектъ этотъ не исчезаетъ и послѣ предварительной пе-
перѣзки шейнаго ствола симпатическаго нерва. Въ позднѣйшее

1385

время Parsons1) убѣдился, что этотъ эффектъ въ видѣ расши-
ренія зрачковъ наблюдается не только при перерѣзкѣ шейнаго
n. sympathici, но и тройничнаго нерва, а также и при пере-
рѣзкѣ corp. callosi, тогда какъ перерѣзка n. oculomotorii его
вполнѣ уничтожаетъ, откуда авторъ съ полнымъ правомъ за-
ключаетъ, что этотъ эффектъ является актомъ задержки по
отношенію къ ядру n. oculomotori, что еще ранѣе было доказано
Н. А. Миславскимъ2).
Что касается суженія зрачка, то уже въ своей работѣ:
„Физіологія двигательной области мозговой коры“, (1886—1887 г.)
я упоминаю о томъ, что раздраженіе у собакъ области 2-й пе-
рвичной извилины на срединѣ разстоянія между заднимъ
краемъ сигмовидной извилины и концомъ затылочной доли,
вмѣстѣ съ боковымъ движеніемъ глазъ вызываетъ замѣтное
суженіе зрачковъ, сопровождаемое легкимъ сжиманіемъ вѣкъ.
Хотя Angelucci на основаніи своихъ опытовъ и высказывался
въ томъ смыслѣ, что не существуетъ въ корѣ мозга особаго
центра для суженія зрачка, но и позднѣйшія изслѣдованія, про-
изведенныя въ нашей лабораторіи, заставляютъ признать суще-
ствованіе суживающихъ зрачокъ центровъ. Въ послѣднее время
вопросъ о суживающихъ зрачокъ центрахъ у собакъ былъ раз-
работанъ въ завѣдываемой мною лабораторіи проф. Пильцомъ,
который ранѣе этого изслѣдовалъ суживающіе зрачокъ центры
въ задней части мозговой коры у кроликовъ.
Вмѣстѣ съ тѣмъ я имѣлъ возможность подробно обслѣдо-
вать суживающіе зрачокъ центры, расположенные въ предѣ-
лахъ зрительной сферы у обезьянъ. При этомъ выяснилось,
что какъ съ отдѣльныхъ точекъ затылочной области, такъ и съ
области gyr. angularis удается вызвать вмѣстѣ съ движеніемъ
глазъ и суженіе зрачковъ.
Вг затылочной долѣ область, съ которой получалось суже-
ніе зрачковъ, расположена по сосѣдству, но нѣсколько книзу
отъ области, расширяющей зрачокъ, причемъ суженіе зрачковъ
здѣсь съ постоянствомъ сопутствовалось рѣзко выраженной
конвергенціей глазъ. Точно также и при раздраженіи другого
центра конвергенціи, расположеннаго въ нижней части перед-
няго отдѣла g. angularis, вмѣстѣ съ конвергенціей глазъ по-
являлось и суженіе зрачковъ. Надо впрочемъ замѣтить, что
1) Y. Parsons. On dilatation of the pupil from stimulation of the cortex
cerebri. Journ. of phys. Bd. 26.
2) H. A. Миславскій. Невр. Вѣстн. 1903 г.

1386

при раздраженіи верхней части передняго отдѣла g. angularis я
наблюдалъ суженіе зрачковъ вмѣстѣ съ движеніемъ глазъ въ
противоположномъ направленіи и кверху. Очевидно, что суже-
ніе зрачковъ не является при этихъ опытахъ результатомъ
конвергенціи, а представляетъ собою явленіе самостоятельное.
Заслуживаетъ вниманія, что какъ съ коры затылочной доли,
такъ и съ коры теменной доли одного изъ полушарій эффектъ
всегда получался съ обѣихъ сторонъ и ни въ одномъ случаѣ
онъ не представлялся одностороннимъ.
Корковые центры аккоммодаціи въ зрительной области.
Болѣе, чѣмъ вѣроятно, что какъ при расширеніи зрачковъ, со-
провождаемомъ расхожденіемъ глазъ, какъ при смотрѣніи вдаль,
такъ и при суженіи зрачковъ, сопровождающемся нерѣдко
сведеніемъ глазныхъ осей, какъ при смотрѣніи вблизь, проис-
ходятъ соотвѣтствующія аккоммодаціонныя движенія глазъ.
Предположеніе это наводитъ на мысль, что здѣсь же лежатъ
и аккоммодаціонные центры мозговой коры. Убѣдившись, что
центръ, расположенный у передняго края затылочной доли у
обезьянъ, съ постоянствомъ вызываетъ крайне рѣзкое суженіе
зрачковъ, я высказалъ еще въ 1899 г.1) предположеніе, что
тотъ же самый центръ производитъ и напряженіе аккоммодаціи
или же, что центръ аккоммодаціи находится въ ближайшемъ
сосѣдствѣ съ упомянутой областью. Руководясь этимъ я пред-
ложилъ д-ру Бѣлицкому спеціально заняться въ нашей лабо-
раторіи изслѣдованіемъ корковыхъ центровъ аккоммодаціи.
Эти изслѣдованія3) показали, что при электрическомъ раз-
драженіи въ области задней трети теменной и частью передней
области затылочной доли (3Т фиг. 41 и 42, стр. 972) удается
получить какъ у собакъ, такъ и у обезъянъ напряженіе акком-
модаціи какъ въ противоположномъ, такъ и въ соотвѣтствую-
щемъ глазу (фиг. 98 и 99). Обрѣзываніе этого участка не вы-
зывало никакихъ измѣненій въ отношеніи эффекта.
Даже перерѣзка полушарія впереди отъ затылочно-темен-
ного участка для аккомодаціи не вызывала измѣненій въ отно-
1) См. Обозр. Психіатріи, 1899 г., № 7.
2) См. д-ръ Бѣлицкій. О корковыхъ центрахъ аккоммодаціи. Обозр.
Псих., 1902 г.

1387

шеніи эффекта, откуда слѣдуетъ, что этотъ участокъ предста-
вляется совершенно самостоятельнымъ и независимымъ отъ
передняго или лобнаго участка для аккоммодаціи, заложеннаго,
какъ показали изслѣдованія въ нашей же лабораторіи, въ
двигательной области мозговой коры (д-ръ Бѣлицкій).
Отмѣтимъ здѣсь, что у обезьянъ при электрическомъ раз-
драженіи впереди верхней трети f. calcarinae на внутренней
поверхности полушарія, удается также вызвать измѣненіе въ ши-
ринѣ зрачковъ и напряжете аккомодаціи какъ въ глазу проти-
воположной, такъ и своей стороны (д-ръ Бѣлицкій). Обрѣзываніе
коры въ этомъ случаѣ никогда не измѣняло эффекта, тогда какъ
подрѣзываніе его уничтожало. Очевидно, что мы имѣемъ здѣсь
особый центръ аккоммодаціи, тѣсно связанный съ актомъ
зрѣнія.
Что касается вліянія того и другого полушарія на аккоммо-
дацію, то есть основаніе полагать, что дѣйствіе каждаго центра
по отношенію къ противоположному глазу является болѣе зна-
чительнымъ, нежели по отношенію къ соотвѣтствующему, такъ
Фиг. 98. Кривая № 5. Кривая, полученная при раздраженіи лѣваго участка «3Т».
Правый глазъ.
Фиг. 99 Кривая № 6. Кривая, полученная при раздраженіи лѣваго участка «3Т».
Лѣвый глазъ.

1388

какъ для вызыванія напряженія аккоммодаціи съ соотвѣтствую-
щаго полушарія требовался токъ нѣсколько болѣе сильный,
нежели съ противоположнаго полушарія.
Заслуживаетъ вниманія. что въ нѣкоторыхъ случаяхъ при
раздраженіи вышеуказаннаго участка, особенно въ задней его
области, наблюдалось разслабленіе аккоммодаціи, но причину
этого разслабленія указать трудно.
Слѣдуетъ еще упомянуть, что постояннаго соотношенія между
актомъ аккоммодаціи и суженіемъ или расширеніемъ зрачковъ
не наблюдалось, изъ чего повидимому слѣдуетъ, что имѣются
самостоятельные центры для зрачковъ и для аккоммодаціи.
Далѣе, изслѣдованія надъ обезьянами, какъ мы уже видѣли,
показываютъ, что у нихъ на внутренней части затылочной доли
впереди верхней губы f. calcarinae имѣется участокъ величиною
въ 1 стм., раздраженіе котораго съ постоянствомъ вызываетъ на-
пряжете аккоммодаціи глазъ. Обрѣзываніе этого центра не
измѣняло эффекта, тогда какъ подрѣзываніе его уничтожало.
Этотъ внутренній затылочный участокъ обезьянъ соотвѣт-
ствуетъ положенію заложеннаго здѣсь истиннаго зрительнаго
центра и можетъ быть стоитъ въ ближайшемъ сосѣдствѣ съ
положеніемъ центра для желтаго пятна, который какъ у живот-
ныхъ по изслѣдованіямъ въ нашей лабораторіи. такъ и у чело-
вѣка по изслѣдованію Henschen’a1) занимаетъ переднюю часть
f. calcarinae;
Равнымъ образомъ у обезьянъ вызывалось напряженіе
аккоммодаціи и при раздраженіи области g. angularis, съ
которой, какъ мы видѣли, получается также и измѣненіе ши-
рины зрачковъ.
Итакъ въ области зрительной сферы мы имѣемъ цен-
тры движенія глазныхъ яблокъ, центры движенія зрачка
и аккоммодаціи, которые приходятъ въ дѣйствіе рефлек-
торно подъ вліяніемъ возникающихъ зрительныхъ образовъ,
служа настоящими орудіями при оріентированіи въ окружа-
ющемъ пространствѣ. Зрительный актъ, дающій въ результатѣ
зрительныя представленія, слагается конечно не изъ однихъ
только продуктовъ зрительнаго воспріятія, но и изъ опредѣ-
ленныхъ мышечныхъ ощущеній отъ движеній глазъ и сокра-
щенія глазныхъ мышцъ, опредѣляющихъ направленіе и удаленіе
1) Henschen. Sur les centres optiques cérébraux. Rev. gén. d’ophth.
Paris. 1894, XIII. Sur le centre cortical de la vision. Congr. intern. de méde-
cine, 1900.

1389

отъ насъ даннаго зрительнаго образа. Вотъ почему въ центрѣ
зрительныхъ представленій мы имѣемъ и центры движенія
глазъ, которые возбуждаются рефлекторно каждый разъ, когда
тотъ или другой, выдѣляющійся изъ окружающей обстановки
предмета, служитъ импульсомъ для зрительнаго воспріятія.
Тогда изъ истиннаго зрительнаго центра, располагающагося на
внутренней поверхности затылочной доли, направляется им-
пульсъ къ центру зрительныхъ представленій, гдѣ возбуждаются
тотчасъ же соотвѣтствующіе двигательные импульсы, идущіе къ
глазнымъ мышцамъ для надлежащаго приспособленія глаза, въ
результатѣ котораго и образуется такъ называемое зрительное
представленіе, какъ продуктъ опредѣленнаго психическаго про-
цесса, называемаго нами видѣніемъ.
Другія двигательныя явленія, получаемыя при раздраженіи
зрительной области.
Должно имѣть въ виду, что съ зрительной сферы удается
вызвать электрическимъ раздраженіемъ поворачиваніе головы,
а равно и общія двигательныя явленія и даже эпиле-
птическіе приступы. Послѣдніе впрочемъ прекращаются со-
вершенно послѣ того, какъ удаляется вся область си-
гмовидной извилины или такъ называемая двигательная
область мозговой коры, откуда слѣдуетъ, что эти при-
ступы развиваются при посредствѣ передачи раздраженія
на послѣднюю область. Несомнѣнно, что этимъ же путемъ, т. е.
при посредствѣ передачи раздраженія съ зрительной сферы на
двигательную область, происходятъ и многіе двигательные акты
въ нормальномъ состояніи. Между прочимъ даже такое кажу-
щееся чисто рефлекторнымъ движеніе, какъ замыканіе вѣкъ
при приближеніи какого-либо предмета, напримѣръ ладони
къ глазамъ, происходитъ не безъ участія связи зритель-
ной сферы съ двигательной, такъ какъ удаленіе послѣдней
приводитъ къ прекращенію этого рефлекса также, какъ и
удаленіе самой зрительной сферы. Тѣмъ не менѣе и по уда-
леніи всей двигательной области раздраженіемъ заднихъ отдѣ-
ловъ полушарій удается вызвать общія судорожныя движенія
тетаническаго характера, которыя прекращаются лишь въ томъ
случаѣ, если произвести подрѣзываніе мозговой коры на зна-
чительномъ протяженіи. Отсюда очевидно, что мы имѣемъ

1390

здѣсь дѣло съ самостоятельными двигательными импульсами
рефлекторнаго характера, передающими вліяніе на подкорковые
центры по всей вѣроятности при посредствѣ затылочно-мосто-
вой системы волоконъ.
Въ соотвѣтствіи съ этимъ стоитъ наблюденіе Hitzig’a1), ко-
торый указываетъ, что иногда поврежденіями зрительной сферы
удавалось вызывать двигательныя явленія выпаденія (дефектъ
волевой энергіи).
Наблюдете это авторъ подтверждаетъ также и въ позднѣй-
шее время2), но по автору оно не является постояннымъ слѣд-
ствіемъ разрушенія заднихъ частей мозговой коры, причину
же его появленія въ отдѣльныхъ случаяхъ авторъ оставляетъ
невыясненной.
Быть можетъ сюда же относится и наблюдете Nothnagel’я,
наблюдавшаго у кроликовъ стремительное бѣгство впередъ при
вкалываніи иглы въ затылочную часть полушарій, какъ симп-
томъ раздраженія. Нѣкоторые авторы, правда, сомнѣваются въ
чистотѣ этого наблюденія, предполагая возможность повреж-
денія нижележащихъ областей мозга.
Но, какъ бы ни смотрѣть на это наблюденіе, врядъ ли мож-
но сомнѣваться въ томъ, что зрительныя, какъ и слуховыя,
впечатлѣнія могутъ непосредственно отражаться на подкорко-
выхъ центрахъ передвиженія. Въ самомъ дѣлѣ мы имѣемъ
прямое доказательство въ пользу непосредственнаго вліянія
зрительной сферы на движеніе. Если у собаки, какъ я убѣж-
дался неоднократно, удалить вполнѣ обѣ двигательныя области,
то по истеченіи нѣкотораго времени она настолько оправляется,
что можетъ свободно ходить; при этомъ оказывается, что при
своихъ передвиженіяхъ собака руководится въ извѣстной мѣрѣ
и зрительными импульсами, обходитъ препятствія и пр., что
очевидно говоритъ въ пользу непосредственной передачи
импульсовъ съ зрительной сферы на область движенія.
Значеніе двигательной области въ актѣ зрѣнія.
Нужно однако замѣтить, что зрительное представленіе часто
бываетъ недостаточнымъ, если для зрительнаго акта не при-
1) Hitzig. Alte und neue Untersuchungen über das Gehirn. Arch. f. Psych.
Bd. 34. 1901.
2) B. Hitzig. Phyeiologishe und kliniche Untersuchungen Uber das Gehirn.
Berlin. 1904.

1391

влекаются произвольные импульсы. Для того, чтобы создать
ясное представленіе о предметѣ, часто бываетъ недостаточно
только видѣть предметъ, нужно его еще осмотрѣть, что до-
стигается произвольнымъ направленіемъ и перемѣщеніемъ
глазныхъ осей и произвольнымъ же аккоммодированіемъ глазъ,
Ясно, что въ прямомъ соотношеніи съ центромъ зрительныхъ
представленій должны находиться и центры произвольныхъ
движеній внѣшнихъ глазныхъ мышцъ и центры произвольной
аккоммодаціи, такъ какъ только съ ихъ помощью становится
возможнымъ такой важный для образованія зрительныхъ пред-
ставленій актъ, какъ смотрѣніе.
Центры для произвольныхъ движеній глазъ, какъ извѣстно
помѣщаются у обезьянъ и человѣка въ заднемъ отдѣлѣ лоб-
ныхъ извилинъ, а у собакъ въ области сигмовидной извилины.
Изслѣдованія, произведенныя въ нашей лабораторіи, показали,
что въ gyr. sigmoides у собакъ содержатся также центры движенія
зрачка и центры аккоммодаціи (см. выше). Если принять во внима-
ніе значеніе движенія глазныхъ яблокъ для установленія ихъ
на точку яснаго видѣнія и въ особенности же значеніе акком-
модаціи въ отношеніи ясности зрѣнія, то для насъ станетъ
понятнымъ и значеніе gyri sigmoidei для зрѣнія.
Нарушеніе зрѣнія при разрушеніи двигательныхъ областей
можетъ объясняться выпаденіемъ двигательныхъ импульсовъ
и недостаткомъ образованія соотвѣтствующихъ зрительныхъ
представленій, которые предполагаютъ сочетаніе двигательныхъ
ощущеній съ зрительными.
Поэтому, если мы произведемъ у собаки удаленіе области
gyri sigmoidei, то равнымъ образомъ будемъ наблюдать явленія,
сходственныя съ тѣми, которыя наблюдаются у животныхъ при
удаленіи наружной поверхности затылочной доли.
На основаніи своихъ опытовъ1) я могъ убѣдиться, что
удаленіе области gyri sigmoidei въ обоихъ полушаріяхъ приво-
дить къ явленіямъ общаго ослабленія зрительной способности
какъ на той, такъ и на другой сторонѣ. Животныя въ этомъ
случаѣ обнаруживали ясное нарушеніе зрѣнія, которое выра-
жалось тѣмъ, что они не могли правильно руководиться сво-
имъ зрѣніемъ и не могли оцѣнивать правильнымъ образомъ
разстоянія окружающихъ предметовъ. Благодаря этому, напр.,
одно изъ оперированныхъ мною животныхъ, умѣвшее хорошо
1) См. Физіологія двигательной области мозговой коры. Архивъ пси-
хіатріи 1886—87.

1392

обходить препятствія, прошло чрезъ перила балкона, не замѣ-
тивъ послѣднія, и свалилось съ высоты двухъ саженъ.
Hitzig при одностороннемъ разрушеніи двигательной области
наблюдалъ даже геміанопсію такого рода, какъ и при разру-
шеніи области A1 Munk’a въ затылочной части мозговой коры.
Если бы это наблюденіе подтвердилось, то его слѣдовало бы
объяснить тѣмъ, что каждый зрительный центръ въ корѣ за-
тылочной доли связанъ съ двигательными центрами движенія
глазъ и аккомодаціи соотвѣтствующаго полушарія. Благодаря
этому, становится невозможнымъ приспособленіе глаза для зри-
тельныхъ изображеній, падающихъ на одноименныя стороны
сѣтчатокъ того и другого глаза, чѣмъ и объясняются явленія
одноименной геміанопсіи при удаленіи одной gyri sigmoidei; при
двустороннемъ же удаленіи gyri sigmoidei выступаютъ, какъ и
должно быть, разстройства съ характеромъ двусторонней
амбліопіи.
Однако, изслѣдованія д-ра Агаджанянца приводятъ къ вы-
воду, что удаленіе двигательной области мозговой коры при-
водитъ къ диффузному пораженію зрѣнія противоположнаго
глаза, что должно быть поставлено въ связь съ пораженіемъ
мышечнаго чувства глазныхъ мышцъ и пораженіемъ произ-
вольной аккоммодаціи глазъ.
Съ нашей точки зрѣнія могутъ быть легко объяснены и тѣ
соотношенія между затылочной зрительной сферой и g. sig-
moides, которыя выяснились въ изслѣдовавіяхъ проф. Hitzig’a.
Какъ мы видѣли выше, этотъ авторъ убѣдился, что, если зри-
тельныя разстройства, обусловленныя удаленіемъ затылочной
области А1 исчезли или ослабѣли, то удаленіе gyri sigmoidei не
вызываетъ уже усиленія разстройства, вызваннаго первой
операціей.
Если мы примемъ во вниманіе, что зрительное разстройство
при удаленіи gyri sigmoidei обязано нарушенію двигательныхъ
импульсовъ, первоначальнымъ источникомъ которыхъ являются
зрительные отпечатки, отлагающіеся въ области затылочной
доли, то весьма понятно, что удаленіе gyri sigmoidei послѣ пред-
варительнаго разрушенія области А1 не даетъ новаго усиленія
зрительныхъ разстройствъ. Этого усиленія не происходитъ даже
и въ томъ случаѣ, когда зрительныя разстройства уже исчезли
или ослабѣли, такъ какъ въ послѣднемъ случаѣ очевидно ослаб-
леніе зрительнаго разстройства возможно не иначе, какъ при
посредствѣ соотвѣтствующей области другого полушарія или
же при посредствѣ оставшихся боковыхъ частей затылочнаго

1393

зрительнаго поля, которыя не связаны съ центрами gyri sigmoidei
и слѣд. пользуются при улучшеніи зрѣнія рефлекторными
движеніями глазъ и аккоммодаціей, получающими свои импуль-
сы изъ тѣхъ же сохранившихся областей затылочнаго поля. На-
оборотъ предварительное удаленіе gyri sigmoidei и послѣдова-
тельное затѣмъ возстановленіе зрительнаго разстройства по
опытамъ Hitzig’a приводитъ къ тому, что разрушеніе области А1
или не вызываетъ никакого зрительнаго разстройства или лишь
непродолжительную и временную амбліопію. Если это наблю-
деніе подтвердилось бы, то пришлось бы признать, что удале-
ніе произвольно двигательной системы, участвующей въ зрѣніи,
настолько важно и значительно для зрѣнія, что вмѣстѣ съ
устраненіемъ центровъ для этихъ движеній и связанная съ
ними зрительная область А1 становится недѣятельной или
инертной, замѣняясь въ своей функціи другими областями
мозговой коры, вѣроятнѣе всего сосѣдними частями коры того
же полушарія, вступающими въ иныя соотношенія съ глазными
и аккоммодаціонными центрами.
Такимъ образомъ эти своеобразныя соотношенія между
областями мозговой коры, предназначенными для выполненія
зрительнаго акта, становятся для насъ понятными безъ обраще-
нія къ гипотезѣ объ угнетеніи подкорковыхъ центровъ зрѣнія
и движенія, которой придерживается Hitzig.
Равнымъ образомъ и состояніе зрительнаго рефлекса, вы-
ражающагося смыканіемъ вѣкъ при разрушеніяхъ области
gyri sigmoidei и зрительной области А1 легко объясняется съ
вышеуказанной точки зрѣнія. Этотъ зрительный рефлексъ
очевидно корковаго, а не подкорковаго характера и происходитъ
повидимому, благодаря передачѣ импульсовъ непосредственно
отъ корковаго центра зрительнаго воспріятія, расположеннаго,
какъ я убѣдился при своихъ опытахъ, на внутренней поверх-
ности затылочной части мозговой коры, къ двигательному
центру вѣкъ, расположенному на gyrus sigmoides.
Что касается до отношенія къ этому рефлексу центра зритель-
ныхъ представленій, расположеннаго на наружной поверхности
мозговой коры, то онъ повидимому оказываетъ задерживающее
вліяніе на этотъ рефлексъ. По крайней мѣрѣ извѣстно, что упомя-
нутый рефлексъ съ особенною силою развивается при неожидан-
номъ зрительномъ воспріятіи, когда “зрительнаго представленія
еще и не образовалось, тогда какъ зрительное представленіе о
предстоящемъ зрительномъ впечатлѣніи обыкновенно подав-
ляетъ всякое рефлекторное смыканіе вѣкъ. Поэтому естественно,

1394

что удаленіе gyri sigmoidei вызываетъ продолжительное исчез-
новеніе зрительнаго рефлекса, который не возобновляется нѣ-
которое время даже и послѣ возстановленія зрительной спо-
собности, тогда какъ при удаленіи области А1 первоначально
не происходитъ никакого измѣненія въ зрительномъ рефлексѣ,
который, какъ мы уже говорили, передается непосредственно
отъ корковаго центра зрительнаго воспріятія къ корѣ сигмо-
видной извилины; современемъ же подъ вліяніемъ угнетаю-
щаго вліянія мозговой раны въ періодѣ ея заживленія или же
подъ вліяніемъ наступающаго перерожденія ассоціаціонныхъ
волоконъ происходитъ угнетеніе зрительнаго рефлекса на бо-
лѣе или менѣе продолжительное время.
Необходимо замѣтить, что и у нормальныхъ собакъ этотъ
рефлексъ не отличается постоянствомъ. Baensel старался объ-
яснить это обстоятельство тѣмъ, что въ головномъ мозгу
имѣются задерживающія вліянія на развитіе этихъ рефлексовъ,
что вполнѣ согласуется съ вышеуказанными соображеніями.
Патологическія наблюденія. Локализація зрительнаго
центра.
Что касается человѣка, то въ настоящее время мы имѣемъ
уже немало наблюденій, имѣющихъ существенное значеніе въ
отношеніи рѣшенія вопроса о локализаціи зрительнаго центра
въ корѣ полушарій большого мозга. Всѣ эти наблюденія, перво-
начально собранныя въ книгѣ Willbrand’a (Ueber Hemianopsie) и
въ сообщеніи Nothnagel’я на конгрессѣ въ Висбаденѣ въ 1887 г.,
не оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что у человѣка каждая за-
тылочная доля связана съ соотвѣтствующими половинами обѣ-
ихъ сѣтчатокъ. На основаніи этихъ же и позднѣйшихъ кли-
ническихъ наблюденій можно придти къ заключенію, что цен-
тромъ зрѣнія у человѣка служитъ внутренняя часть затылочной
доли.
Еще Nothnagel въ 1879 году на основаніи ряда клиниче-
скихъ наблюденій локализировалъ центръ зрѣнія въ затылоч-
ной долѣ.
Къ такому же выводу на основаніи клиническихъ данныхъ
пришли: Mauthner, Allen Starr и Willbrand и Philipsen.
Первоначально предполагали, что зрительный центръ у че-
ловѣка помѣщается на внутренней поверхности затылочной

1395

доли, въ крайней долькѣ и въ сосѣднихъ частяхъ наружной по-
верхности полушарій (Philipsen) или, что геміанопсія у чело-
вѣка обязана пораженію верхушки затылочной доли или край-
ней дольки (Willbrand и Dejerine) или пораженію cuneus’a съ
первой затылочной извилиной (Nothnagel) или даже одного
cuneus’а (Seguin). Нѣкоторые, какъ Hun, устанавливали здѣсь даже
болѣе дробную локализацію, признавая отношеніе верхней части
сѣтчатки къ нижней части cuneus’a, а нижней части сѣтчатки
къ lobus lingualis. По Vialet корковый центръ зрѣнія занимаетъ
всю внутреннюю поверхность затылочной доли, ограничиваясь
кпереди внутренней перпендикулярной бороздой, книзу ниж-
нимъ краемъ 3-й затылочной извилины, кзади затылочнымъ
полюсомъ. Наилучше установленной является передняя гра-
ница.
Болѣе же детальное обоснованіе клиническаго ученія о кор-
ковомъ зрительномъ центрѣ и зрительныхъ путяхъ у человѣка,
мы находимъ у Henschen’a, посвятившаго этому предмету обшир-
ную работу (Path. des Gehirns, vol. II) еще въ 1892 и затѣмъ
позднѣе вновь разсмотрѣвшаго этотъ вопросъ въ особомъ
трудѣ1).
На основаніи цѣлаго ряда клиническихъ фактовъ онъ уста-
навливаетъ локализацію зрительнаго центра у человѣка въ
области f. calcarina затылочной доли.
Этотъ общій результатъ изслѣдованія стоитъ между про-
чимъ въ полномъ согласіи съ одной стороны съ изслѣдова-
ніями по методу атрофіи (Monakow, Леонова), съ другой — съ
анатомическими изслѣдованіями, производимыми по методу
развитія.
Послѣднія доказываютъ съ несомнѣнностью, что такъ назы-
ваемые зрительные пути, которые развиваются много ранѣе
другихъ волоконъ затылочныхъ долей, развѣтвляются въ
ближайшемъ сосѣдствѣ съ fissura calcarina, какъ разъ въ
той части коры затылочной доли, въ которой имѣется такъ
наз. полоска Vick d’Azyr’a, содержащая одиночныя большія
клѣтки.
Равнымъ образомъ изслѣдованія Леоновой нѣсколькихъ слу-
чаевъ анофталміи показали, что при этихъ состояніяхъ исче-
заютъ крупныя клѣтки 4 слоя (3 по Meynert’y), заложенныя въ
области fis. calcarinae. Не подлежитъ такимъ образомъ никакому
1) Henschen. Revue critique etc. Paris. 1900.

1396

сомнѣнію, что въ области послѣдней борозды и помѣщается
центръ зрительнаго воспріятія у человѣка.
Точно также Gallemaerts1) на основаніи изслѣдованія мозго-
вой коры въ 5 случаяхъ односторонней энуклеаціи иди атрофіи
глазного яблока пришелъ къ слѣдующимъ заключеніямъ.
Послѣ атрофіи или энуклеаціи глазного яблока частичное
перекрещиваніе зрительныхъ волоконъ выражается клѣточной
атрофіей въ обѣихъ затылочныхъ доляхъ. Эта клѣточная
атрофія болѣе рѣзко выражена на противоположной сторонѣ.
Атрофія ограничивается въ особенности областью f. calcarinae,
lob. lingualis и cunei, занимая различное пространство въ этихъ
извилинахъ, смотря по субъекту. При этомъ всѣ слои зритель-
ной сферы принимаютъ съ теченіемъ времени участіе въ атро-
фіи. Вмѣстѣ съ этимъ полоска Gennari должна быть разсматри-
ваема, какъ полоска исключительно зрительная.
Зрительная сфера помѣщается въ области f. calcarinae, lingua-
lis и cunei. Она не распространяется ни на gyr. descendens, ни
на 1. fusiforme и еще менѣе на g. angularis.
Для доказательства того, что центръ зрѣнія помѣщается на
внутренней поверхности затылочной доли, конечно, должны быть
исключены всѣ тѣ случаи, въ которыхъ вмѣстѣ съ корой было
повреждено и бѣлое вещество затылочной доли вмѣстѣ съ
зрительными путями и приняты во вниманіе лишь тѣ, въ ко-
торыхъ пораженіе ограничивается корой и подкорковыми слоями.
Такихъ случаевъ Henschen’омъ собрано 33 и во всѣхъ ихъ наблю-
далась геміанопсія, изъ чего слѣдуетъ, что зрительный центръ
у человѣка помѣщается на внутренней поверхности затылоч-
ной доли.
Здѣсь слѣдуетъ еще упомянуть, что, хотя и описывались
случаи геміанопсіи съ пораженіемъ брюшной области затылоч-
ной доли (gyr. angularis и fusiforme), но ни въ одномъ изъ этихъ
случаевъ съ пораженіемъ одной мозговой коры, какъ показы-
ваетъ болѣе подробный анализъ, не обнаруживалось явленій
геміанопсіи, изъ чего слѣдуетъ, что послѣдняя въ этихъ слу-
чаяхъ обусловливалась пораженіемъ зрительныхъ путей, а не
мозговой коры.
Руководясь затѣмъ нѣсколькими случаями изъ литературы,
въ особенности же случаями Reinhard’a (Arch. f. Psych. Bd. 17,
стр. 173) и Nordenson-Henschen’a, авторъ приходитъ къ выводу,
1) Gallemaerts. Les centres corticaux de la vision etc. Bull. de Γ Acad.
royale de méd. de Belgique. Avril. 1902.

1397

что собственно разрушеніе коры въ области f. calcarinae произво-
дитъ геміанопсію и что все зрительное поле находится въ корѣ
этой борозды.
Авторъ при этомъ указываетъ, что ему не удалось найти
ни одного случая въ литературѣ, въ которомъ не было бы по-
врежденія коры f. calcarinae или зрительныхъ путей безъ геміа-
нопсіи.
Необходимо имѣть въ виду, что при разрушеніи коры заты-
лочной доли у человѣка центральное зрѣніе страдаетъ менѣе
всего и вообще отличается наибольшею стойкостью, что должно
поставить въ связь съ неполнымъ перекрещиваніемъ пятен-
наго пучка. Замѣтимъ здѣсь, что патологическія наблюденія
надъ человѣкомъ не оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что выше-
указанная область, представляющая зрительный центръ у чело-
вѣка, служить для воспріятія собственно зрительныхъ ощуще-
ній, такъ какъ съ разрушеніемъ ея у больныхъ наступаетъ
настоящая геміанопсія, совершенно одинаковаго свойства, какъ
и геміанопсія, наблюдаемая при разрушеніи наружнаго колѣн-
чатаго тѣла или при разрушеніи tractus optici; при этомъ и раз-
мѣры затемненныхъ частей зрительнаго поля представляются со-
вершенно одинаковыми, изъ чего слѣдуетъ, что дополнительнаго
перекрещиванія зрительныхъ волоконъ гдѣ-либо за chiasma,
какъ допускали нѣкоторые авторы (напр. Charcot) не суще-
ствуетъ.
Разница между геміанопсіей, обусловленной одностороннимъ
пораженіемъ зрительнаго тракта, и геміанопсіей, обусловленной
пораженіемъ затылочной области мозговой коры, заключается
лишь въ томъ, что въ первомъ случаѣ, какъ показали впер-
вые Wilbrand и Wernicke, вмѣстѣ съ тѣмъ обнаруживается такъ
называемая геміопическая реакція зрачковъ на свѣтъ, чего
не замѣчается при второй геміанопсіи.
Это различіе однако стоитъ въ зависимости исключи-
тельно отъ содержанія зрачковыхъ волоконъ внутри зрительнаго
тракта.
Если затѣмъ у человѣка обѣ затылочныя доли подвергаются
разрушенію, то наступаетъ полная и абсолютная слѣпота, какъ
доказываютъ нѣкоторые изъ описанныхъ въ литературѣ случаевъ.
Я самъ имѣлъ возможность наблюдать три случая съ полнымъ
разрушеніемъ обѣихъ затылочныхъ долей. Въ одномъ изъ слу-
чаевъ было огнестрѣльное пулевое раненіе, полученное во время
послѣдней русско-турецкой войны какъ разъ въ заднюю часть
головы, при чемъ пуля, пробившая черепъ на вылетъ, разру-

1398

шила обѣ затылочныя доли. Въ двухъ другихъ случаяхъ обѣ
затылочныя доли подверглись разрушенію, вслѣдствіе размяг-
ченія, обусловленнаго закупоркой сосудовъ.
Во всѣхъ случаяхъ имѣлась полная и стойкая слѣпота на
оба глаза, причемъ сохранялось лишь количественное воспрія-
тіе свѣта, т. е. возможно было различеніе освѣщеннаго простран-
ства отъ полной темноты.
Отсюда очевидно, что и у человѣка, какъ и у высшихъ
млекопитающихъ, необходимо признать участіе подкорковыхъ
центровъ въ количественномъ воспріятіи свѣта, тогда какъ
качественное воспріятіе свѣта, слѣдовательно воспріятіе зри-
тельныхъ впечатлѣній у человѣка, какъ и у всѣхъ высшихъ
млекопитающихъ происходитъ въ корѣ затылочной области
мозговой коры.
Полноты ради упомянемъ здѣсь, что двустороннія пора-
женія затылочныхъ долей, приводя къ полной слѣпотѣ, отли-
чаются отъ случаевъ слѣпоты, обусловленной пораженіемъ
обѣихъ tr. optici, всей chiasma или обоихъ зрительныхъ нервовъ
тѣмъ, что въ первомъ случаѣ не наблюдается ни полнаго прекра-
щенія свѣтовой реакціи, ни даже ослабленія ея, какъ это на-
блюдается въ остальныхъ случаяхъ.
Слѣдуетъ еще упомянуть, что нѣкоторые изъ авторовъ
(Willbrand, Sachs и др.), руководясь клиническими данными, при-
знавали необходимымъ разложить зрительный центръ въ
корѣ на три главныхъ составныхъ части: 1) центръ цвѣт-
ной, 2) центръ пространственнаго чувства и 3) центръ свѣ-
тового ощущенія. Такое раздѣленіе зрительнаго центра
имѣетъ въ виду тотъ фактъ, что кромѣ корковыхъ пора-
женій съ полной половинной слѣпотой, когда больные ни-
чего не видятъ соотвѣтственными половинами сѣтчатокъ,
имѣются случаи съ половинной цвѣтной слѣпотой, когда
соотвѣтствующія половины сѣтчатокъ сохраняютъ способ-
ность видѣть и различать предметы, но не восприни-
маютъ цвѣтовъ и наконецъ имѣются случаи корковыхъ пора-
женій, въ которыхъ больные имѣютъ лишь количественное
воспріятіе свѣта, не различая цвѣтовъ и не располагая внѣш-
нихъ воспріятій въ пространствѣ. Willbrand1) полагаетъ, что
центръ для свѣтового чувства лежитъ при вершинѣ каждой
затылочной доли, цвѣтной центръ позади sulc. parieto-occipitalis,
тогда какъ пространственный центръ располагается въ проме-
1) Willbrand. Opthalmiatrlsche Beiträge zur Diagnostik der Gehirnkrankheiten.

1399

жуткѣ между обоими вышеназванными центрами. Мы пола-
гаемъ однако, что вопросъ о топографіи особого цвѣтнаго и
пространственнаго центра въ корѣ далеко еще не выясненъ въ
такой мѣрѣ, чтобы не возникало по поводу этого предмета
тѣхъ или другихъ сомнѣній, о чемъ рѣчь будетъ еще въ дру-
гомъ мѣстѣ.
Детальная топографія зрительнаго центра на внутренней
поверхности затылочной доли.
Заслуживаетъ однако вниманія болѣе детальная топографія
зрительнаго центра на внутренней поверхности затылочной
доли, которая установлена работами Henschen’a1).
Руководясь рядомъ анатомо-клиническихъ наблюденій,
Henschen приходитъ къ выводу, что наиболѣе важная для зрѣ-
нія пятенная область помѣщена на внутренней поверхности
коры затылочной доли. Въ доказательство этого авторъ ссы-
лается между прочимъ на опубликованный Anton’омъ случай
опухоли въ обѣихъ теменныхъ доляхъ, въ которомъ все же
зрѣніе было сохранено до нѣкоторой степени.
Съ другой стороны анализы случаевъ, въ которыхъ были
разрушены обѣ затылочныя доли, показываютъ по Henschen’y,
что ни одинъ изъ этихъ случаевъ не стоить въ противорѣчіи
съ предположеніемъ, что пятенный центръ помѣщается въ корѣ
затылочной доли; отдѣльныя же наблюденія (Förster’a, Laqueur’a
и Henschen’a) говорятъ въ пользу того, что этотъ центръ помѣ-
щается въ области fis. calcarinae.
Вопросъ о томъ, какія именно части f. carlarinae служатъ
пятеннымъ центромъ, Henschen (Path. des Gehirns II, стр. 341)
разрѣшаетъ слѣдующимъ образомъ: всѣ описанные случаи не
стоятъ въ согласіи съ локализаціей пятенной территоріи въ
заднемъ концѣ f. calcarinae, но они благопріятны для идеи, по
которой тамъ находится мѣсто периферическаго зрительнаго поля
и что даже небольшая часть наружнаго отдѣла сосѣднаго fis-
surae принадлежитъ къ периферической зрительной сферѣ.
L. Laquer2) на основаніи клинико-анатомическаго метода
1) Henschen. Pathologie des Gehirns 1892. Его же. Revue critique etc.
Paris. 1900.
2) L. Laquer. Noch einmal die Lage des Centrums der Macula lutea im
menschl. Gehirn. Virch. Arch. Bd. 175 Hft, 3 1902.

1400

приходитъ однако къ выводу, что центръ maculae lnteae лежитъ
въ самой задней части f. calcarinae.
Хотя Henschen оспаривалъ случай Laqueur’a, указывая на
неполноту его анатомическаго изслѣдованія, но послѣдній
замѣчаетъ, что и въ случаѣ Küstermann’a, въ которомъ при
кажущейся совершенной слѣпотѣ задняя часть f. calcarinae
была цѣла, имѣлось слабоуміе, затруднявшее изслѣдованіе.
Затѣмъ онъ ссылается въ пользу своего мнѣнія на случай
Christiansen’a, въ которомъ до смерти была полная сохранность
зрѣнія и тѣмъ не менѣе при вскрытіи найдено разрушеніе пе-
редней части f. calcarinae.
Надо впрочемъ замѣтить, что больная Christiansen’a1), по-
лучившая огнестрѣльное пораженіе въ голову, сдѣлалась афа-
зичной и совершенно ослѣпла. Лишь съ теченіемъ времени
зрѣніе ея улучшилось, но лишь до геміанопсіи.
Авторъ оспариваетъ также взглядъ Bernheimer’a, и Monakow’a,
что macula lutea вообще не представляетъ островчатой локали-
заціи въ мозгу.
Sachs, руководясь случаемъ Forster’a, высказывается также
въ пользу локализаціи пятенной области въ задней части f.
calcarinae. Но Henschen въ позднѣйшее время, останавливаясь
вновь на этомъ вопросѣ, приводитъ случай Molin’a (Path. des
Gehirns III, obs. I), который говоритъ въ пользу его предполо-
женія. Анализируя подходящіе случаи, Henschen приходить даже
къ выводу, что пятенная область заложена въ области ножки
cuneus’a, тогда какъ случаи другого рода, особенно Küstermann’a,
говорятъ въ пользу локализаціи периферическаго зрѣнія въ
задней части fis. calcarinae.
Надо замѣтить, что сохранность при корковой геміанопсіи
пятенной области или мѣста яснаго видѣнія различными авто-
рами объяснялась различно.
Willbrand высказалъ гипотезу двусторонней иннерваціи
пятенной области, тогда какъ Forster держался мнѣнія, что
пятенная область въ мозговой корѣ, благодаря многочислен-
нымъ анастомозамъ сосудовъ различнаго происхожденія, нахо-
дится въ наилучшихъ условіяхъ питанія и потому чаще сохра-
няется отъ пораженія.
Henschen, придерживаясь гипотезы Wllbrand’a, полагаетъ также,
что въ тѣхъ случаяхъ, въ которыхъ при геміанопсіи центральное
1) V. Christiansen. Ein Fall Schussläsion durch die centralen optischen
Bahnen. Wien. Med. Blatter. № 13. 1902.

1401

зрѣніе остается свободнымъ, дѣло идетъ о двусторонней иннер-
ваціи пятенной области, заложенной въ наиболѣе переднемъ
отдѣлѣ f. calcarinae, собственно въ области ножки cuneus’a.
Что касается другихъ областей сѣтчатокъ, то по Henschen’y
зрительная проекція въ корѣ fissurae calcarinae заключается въ
томъ, что верхняя губа этой борозды соотвѣтствуетъ тыльной
половинѣ сѣтчатокъ, тогда какъ нижняя губа соотвѣтствуетъ
нижней или брюшной половинѣ сѣтчатокъ, причемъ положе-
ніе это относится какъ къ периферическимъ отдѣламъ сѣтча-
токъ, такъ и къ пятенной области1). Надо впрочемъ замѣтить, что
въ новѣйшее время нѣкоторые авторы (Monakow, Sachs, Bernheimer)
начали высказывать сомнѣніе въ существованіи корковой проек-
ціи сѣтчатки2) въ предположеніи, что, вслѣдствіе прерыванія
зрительнаго пути въ corp. genic. ext, не можетъ быть изолирован-
ной передачи зрительныхъ импульсовъ отъ сѣтчатки до моз-
говой коры, но Henschen справедливо оспариваетъ этотъ взглядъ,
отстаивая на основаніи цѣлаго ряда наблюденій установившуюся
точку зрѣнія относительно проекціи полей зрѣнія въ мозговой
корѣ.
Руководясь отдѣльными наблюденіями, онъ указываетъ за-
тѣмъ, что поврежденіе тыльнаго отдѣла области fls. calcarinae,
какъ и задняго отдѣла подкорковыхъ зрительныхъ путей, при-
водитъ къ развитію квадрантной нижней геміанопсіи, тогда
какъ поврежденіе брюшного отдѣла области fis. calcarinae, какъ
и брюшного отдѣла зрительныхъ путей, приводитъ къ развитію
верхней квадрантной геміанопсіи.
Далѣе, на основаніи клиническихъ данныхъ Henschen оспа-
риваетъ также взглядъ Munk’a, будто бы зрительное поле въ
корѣ полушарій состоитъ изъ двухъ отдѣльныхъ частей; одной,
лежащей болѣе кнаружи, для прямыхъ волоконъ и другой, ле-
жащей болѣе кнутри, для перекрещенныхъ волоконъ.
Онъ справедливо указываетъ, что, если бы это мнѣніе было
справедливо по отношенію къ человѣку, то были бы болѣе
часты одностороннія геміанопсіи коркового происхожденія.
Между тѣмъ въ литературѣ при весьма значительномъ
числѣ корковыхъ пораженій имѣется всего два случая моно-
кулярной геміанопсіи, въ которыхъ при томъ же результаты
1) См. въ этомъ отношеніи также интересный случай Beefor’a. Brain.
Part. II 1904, стр. 153).
2) Въ согласіи съ этимъ и Laquer раздѣляетъ взглядъ авторовъ, при-
знающихъ островчатое положеніе maculae luteae несоотвѣтствующимъ клини-
ческимъ даннымъ

1402

вскрытія не были подробно изложены, вслѣдствіе чего и въ
виду огромнаго числа случаевъ, доказывающихъ развитіе дву-
сторонней одноименной геміанопсіи при подобныхъ же пора-
женіяхъ мозговой коры, нельзя имъ придавать безусловнаго
значенія.
Противъ мнѣнія Munk’a говорятъ и результаты периметри-
ческаго изслѣдованія Willbrand’a, показывающіе существованіе
одноименныхъ двустороннихъ скотомъ очевидно коркораго
происхожденія.
Выше былъ уже косвенно затронутъ весьма важный во-
просъ о томъ, имѣется ли въ корѣ два поля для воспріятія —
свѣтовое и цвѣтное— или только одно.
Въ этомъ послѣднемъ случаѣ нужно предположить, конечно,
что или имѣется одинъ и тотъ же слой клѣтокъ для того и
другого воспріятія, или же для этой цѣли предназначены
различные слои.
Вопросъ о двухъ поляхъ для воспріятія свѣтовыхъ и цвѣт-
ныхъ впечатлѣній возникаетъ естественно при разсмотрѣніи
тѣхъ клиническихъ наблюденій, въ которыхъ имѣются явленія
цвѣтной слѣпоты или цвѣтной геміанопсіи безъ явленій обык-
новенной слѣпоты или геміанопсіи.
Нѣкоторые случаи Verrey и Mockey геміахроматопсіи возбу-
ждаютъ предположеніе, не имѣется ли особаго центра для
цвѣтнаго воспріятія въ области gyr. fusiforme.
Надо однако замѣтить, что другія наблюденія не согласу-
ются съ этимъ предположеніемъ, такъ какъ имѣются случаи,
въ которыхъ gyr. fusiforme была разрушена, тогда какъ f. calca-
rina осталась сохраненной и тѣмъ не менѣе не наблюдалось
цвѣтной геміанопсіи.
Эти данныя говорятъ очевидно въ пользу того, что f. cal-
carina является одновременно и центромъ цвѣтнаго воспрія-
тія. Къ этому выводу приходитъ именно Henschen на основаніи
всѣхъ имѣющихся въ этомъ отношеніи клиническихъ данныхъ
и мы съ своей стороны должны также примкнуть къ этому
взгляду.
Отношеніе наружныхъ частей затылочной области къ
зрѣнію у человѣка.
Хотя Henschen и оспариваетъ отношеніе наружныхъ частей
затылочной доли къ зрѣнію, но въ пользу такого отношенія,
несомнѣнно можетъ быть приведенъ цѣлый рядъ фактовъ.

1403

Имѣется рядъ наблюденій, въ которыхъ пораженія наруж-
ной поверхности затылочной доли и даже въ исключитель-
ныхъ случаяхъ нижней теменной дольки у человѣка сопро-
вождались явленіями геміанопсіи и разстройствами зрѣнія
вообще.
Этотъ фактъ одни авторы объясняли тѣмъ, что въ такихъ
случаяхъ повреждаются зрительные пути Gratiolet, тогда какъ
другіе признаютъ существованіе особаго зрительнаго центра
на наружной поверхности затылочной доли и въ gyr. angularis.
Къ авторамъ, локализировавшимъ зрительный центръ на бо-
ковой поверхности затылочной доли, принадлежитъ между про-
чимъ Reinhard и Monakow.
Въ соотвѣтствіи съ этимъ взглядомъ стоитъ и наблюденіе
Panizza, который у субъекта, потерявшаго зрѣніе 3-хъ лѣтъ и
умершаго 18 лѣтъ, нашелъ атрофію теменныхъ и затылочныхъ
областей.
Другіе авторы, руководясь клиническими наблюденіями, до-
казывающими существованіе зрительнаго центра на внутрен-
ней поверхности затылочной доли, признаютъ также существо-
ваніе и другого зрительнаго центра вѣ корѣ наружной части
затылочной доли.
Изъ клиницистовъ между прочимъ Gowers принимаетъ одинъ
зрительный центръ вблизи крайней дольки и другой въ обла-
сти нижней теменной извилины, точнѣе въ области gyr. angu-
laris. Также и Ferrier признаетъ, что зрительный центръ ло-
кализируется въ области затылочной доли и въ угловой извилинѣ.
Подобнаго же взгляда держались Angeluci и Seppilli.
Мнѣніе Monakow’a, который также кромѣ зрительнаго центра
въ затылочной долѣ признаешь еще зрительный центръ въ угло-
вой извилинѣ, подробнѣе будетъ приведено ниже.
Противникомъ этого ученія въ новѣйшее время, какъ мы
уже упоминали, является Henschen.
Собравъ имѣющіеся въ литературѣ случаи опухолей, аб-
сцессовъ, кровеизліяній и размягченій, захватывавшихъ темен-
ныя части полушарій, авторъ въ послѣдней своей работѣ
путемъ критики и анализа устанавливаетъ, что разрушенія ко-
ры теменныхъ областей сами по себѣ не вызываютъ разстройствъ
зрѣнія и что послѣднія въ тѣхъ случаяхъ, гдѣ онѣ обнару-
живаются, обусловливаются пораженіемъ подлежащихъ зритель-
ныхъ путей. Въ частности то же самое авторъ устанавливаетъ
и по отношенію къ gyrus angularis.
Переходя къ разсмотрѣнію пораженій затылочной доли, не-

1404

обходимо замѣтить, что по Hensehen’y мы имѣемъ уже около ста
случаевъ, доказывающихъ локализацію зрительнаго центра въ
корѣ затылочной доли, и въ настоящее время весь вопросъ
заключается будто бы въ болѣе детальной его локализаціи въ
этихъ доляхъ. Въ этомъ отношеніи Henschen на основаніи соб-
ранныхъ имъ наблюденій уже въ 1902 году пришелъ къ
выводу, что пораженія коры наружной поверхности затылоч-
ной доли не даютъ разстройствъ зрѣнія.
Мнѣніе это однако оспаривалось другими авторами и въ
послѣднее время Monakow’ымъ1). Подвергая вновь анализу
случаи пораженія затылочной доли, авторъ находить, что, исклю-
чая случаи съ геміанопсіей, гдѣ вмѣстѣ съ корой наружной
поверхности затылочной доли были повреждены и зрительные
пути, имѣется рядъ другихъ доказательныхъ случаевъ, гдѣ по-
врежденіе наружной поверхности затылочной доли не приво-
дило къ разстройствамъ зрѣнія. Сюда относятся напр. два
случая В. Bramwell'a и Pick’a. Случаи эти по автору говорятъ
противъ распространенія зрительнаго центра на наружную по-
верхность затылочной доли.
Monakow держится однако иного мнѣнія. По нему зритель-
ный центръ занимаетъ область f. calcarinae и двухъ прилежа-
щихъ извилинъ. cuneus’a, язычной извилины и задняго отдѣла
gyr. angularis. Взглядъ этотъ авторъ поддерживаетъ даже и послѣ
первой работы Henschen’a, вышедшей въ 1892 г. По его мнѣнію
вопросъ о дѣйствительномъ распространеніи зрительной сферы
у человѣка не можетъ быть разрѣшенъ одними клиническими
наблюденіями со вскрытіями, какъ вслѣдствіе отношеній цирку-
ляціи, о которыхъ упоминалось выше, такъ и вслѣдствіе воз-
можности утилизировать другіе пути (моментъ возстановленія).
Но факты, относящіеся къ этому предмету, а равно и сохраненіе
maculae luteae при двойномъ разрушеніи обѣихъ затылочныхъ
долей и наконецъ результаты изученія вторичныхъ измѣненій
приводятъ къ необходимости признать, что зрительная сфера
внѣ извилинъ затылочной доли (cuneus. lob. lingualis, gyr. descen-
dens О1—О3) занимаетъ по крайней мѣрѣ заднюю часть gyrus
angularis. MonaKow признаешь далѣе, что желтое пятно сѣтчатки
не локализировано въ ограниченной корковой области. По его
мнѣнію периферическія части сѣтчатки и желтое Пятно имѣютъ
неодинаковую функцію: первыя служатъ болѣе къ оріентированію
движеній, вторыя по преимуществу для воспріятія свѣта. Можно
1) Monakow. Nothnagel’s Pathologie und Therapie. IX. I.

1405

поэтому предположить, что первыя локализированы въ сосѣд-
ствѣ съ двигательной областью глазъ въ опредѣленной области,
тогда какъ послѣднія имѣютъ диффузное расположеніе соотвѣт-
ственно съ особой важностью ихъ функціи.
Мнѣніе Monakow’a о большомъ распространеніи зрительной
сферы основывается между прочимъ на томъ, что у человѣка
60 лѣтъ, который потерялъ оба глаза въ первые дни жизни,
при вскрытіи атрофія въ области Henschen’a была выражена не
рѣзче, нежели въ другихъ областяхъ затылочной доли. Съ дру-
гой стороны для того, чтобы вызвать полную слѣпоту и пере-
рожденіе первичныхъ зрительныхъ центровъ, необходимо раз-
рушить не только внутреннюю, но и наружную часть затылочной
доли.
Несмотря на эти разногласія, Henschen въ своемъ позднѣй-
шемъ трудѣ1), анализируя весь имѣющійся клинико-анатоми-
ческій матеріалъ, вновь подкрѣпляетъ свой прежній взглядъ,
что корковый центръ зрѣнія у человѣка помѣщается на вну-
тренней поверхности затылочной доли по обоимъ склонамъ f.
calcarinae. Тѣ же случаи, которые будто бы говорятъ за суще-
ствованіе зрительнаго центра въ наружныхъ частяхъ затылочной
доли, въ дѣйствительности объясняются сопутственнымъ пора-
женіемъ зрительныхъ путей.
Но и позднѣйшіе авторы не слѣдуютъ въ этомъ отношеніи
вполнѣ за Henschen’омъ. Bernheimer2) напр. полагаетъ на осно-
ваніи своихъ анатомическихъ и физіологическихъ изслѣдованій,
что всѣ части затылочныхъ извилинъ снабжены зрительными
волокнами. Разрушеніе наружныхъ частей въ его опытахъ надъ
обезьянами вызывало перерожденіе въ pulvinar и въ четверохолміи.
Gyr. angularis будто бы не принадлежитъ къ зрительной сферѣ, такъ
какъ его разрушеніе не вызываетъ перерожденія. Между прочимъ
авторъ, какъ упомянуто выше, держится мнѣнія, что нѣтъ
островчатаго расположенія въ корѣ пятенныхъ волоконъ; по-
слѣднія представляются смѣшанными съ периферическими уже
въ corp. genic. ext.; поэтому даже полное прерываніе пятенныхъ
волоконъ можетъ компенсироваться другими проводниками.
1) Henschen. Revue critique etc. Paris. 1900.
2) Bernheimer. Anat. u. experim. Untersuchungen über die cortiealen Sehcen-
tren, Klin. Monatsch. f. Augenh. 1900. Его-же Die corticalen Sehcentren. Wien. Med.
Woch. № 49. 1900.

1406

Патологическія наблюденія надъ психической слѣпотой.
Нужно имѣть въ виду, что при двустороннемъ пораженіи
наружной поверхности затылочной доли уже давно отмѣчались
явленія т. наз. психической слѣпоты; послѣдняя иногда обнару-
живается, какъ симптомъ наростающаго параличнаго слабоумія
(Fürstner)l).
По Ε. Long’y психическая слѣпота, которую приписываютъ
потерѣ памяти зрительныхъ впечатлѣній, зависитъ вѣроятно
отъ двусторонняго гнѣзда, помѣщающагося на наружной по-
верхности затылочныхъ долей (Munk, Willbrand, Richet, Violet
и др.).
К. Long наблюдалъ явленія психической слѣпоты и послѣ
односторонняго пораженія наружной поверхности лѣвой заты-
лочной доли, но онъ полагаетъ, что здѣсь могли быть пора-
жены вполнѣ или отчасти ассоціаціонныя системы.
Вотъ одно изъ характерныхъ наблюденій этого рода. Боль-
ной, сапожникъ, 65 лѣтъ, безъ явнаго наслѣдственнаго предра-
сположенія къ нервнымъ заболѣваніямъ. Уже 6 лѣтъ назадъ
получилъ ударъ во время своей работы. Затѣмъ черезъ 4 года
ударъ повторился. Въ послѣднее время вновь появились моз-
говые симптомы. Въ результатѣ лѣвосторонній гемипарезъ, бо-
лѣе рѣзко выраженный въ лицѣ. Чувствительность на лѣвой
сторонѣ потеряна. Больной не понимаетъ, когда ему говорятъ,
онъ не признаетъ людей, которые къ нему приближаются, даже
свою жену, которая пришла повидаться съ нимъ въ госпиталь.
Когда подходятъ къ его кровати, онъ свою правую руку ста-
витъ козырькомъ надъ глазами, какъ будто бы для того, чтобы
различать болѣе ясно, и затѣмъ, повторивъ многократно свой
жестъ, онъ опускалъ безпомощно свою руку. Невозможно его
заставить кушать молоко изъ стакана. Необходимо перелить
молоко въ маленькую бутылочку и, опрокидывая ему голову,
вливать въ ротъ содержимое, которое онъ поѣдаетъ съ самаго
начала съ трудомъ. Позднѣе онъ сталъ лучше понимать окру-
жающее и пьетъ молоко, которое ему вливаютъ въ ротъ, а къ
концу второго дня онъ уже понялъ употребленіе бутылочки
1) Fürstner. Weitere Mittheilungen über einige eigenthümliche Sehstörungen
bei Paralytiker. Arch. f. Psych. IX.

1407

съ молокомъ и каждый разъ, когда ему ее ставятъ, онъ ощу-
пываетъ ее своей правой рукой, пьетъ содержимое и ставитъ
на мѣсто. При этомъ по дѣйствіямъ можно было обнаружить у
больного присутствіе лѣвосторонней одноименной геміаноцсіи.
Въ это время онъ еще не понимаетъ употребленія стакана, онъ его
опрокидываетъ и вновь поворачиваетъ, не поднося ко рту и не
принимая осторожности въ отношеніи содержимаго, которое
при этомъ выливается. Въ слѣдующіе дни было замѣчено, что
больной пріобрѣлъ нѣкоторое знаніе и можетъ пить одинъ изъ
стакана, но онъ можетъ ѣсть твердую пищу лишь тогда, когда
ее положатъ ему въ ротъ. Современемъ состояніе психической
слѣпоты стало прогрессивно улучшаться, гемипарезъ конечно-
стей прошелъ, но параличъ лица остался. Словесная глухота
полная. Словесная слѣпота также повидимому полная. Вне-
запная смерть съ развитіемъ крайне рѣзкой тоски приблизи-
тельно 2 мѣсяца спустя послѣ помѣщенія въ госпиталь.
При вскрытіи въ лѣвомъ полушаріи найдено корковое размяг-
ченіе по пути Сильвіевой борозды, которое разрушило: 1) ножку
3-лобной извилины; 2) переднюю часть первой височной изви
лины; 3) нижнюю часть gyr. supramarginalis и gyr. angularis; 4) заднюю
часть 2-затылочной борозды. Въ правомъ полушаріи поврежде-
ніе занимаетъ на наружной поверхности: нижнюю часть восхо-
дящей теменной борозды, верхнюю и заднюю часть первой ви-
сочной извилины, всю нижнюю теменную извилину, причемъ
поврежденіе кзади протягивается до gyr. angularis и до 2-й за-
тылочной извилины. Въ глубь это поврежденіе достигаетъ до
развѣтвленій thalami optici; внутренняя капсула не повреждена.
Нѣтъ надобности пояснять, что этотъ случай представляется
болѣе сложнымъ, чѣмъ можетъ показаться съ самаго начала,
вслѣдствіе присоединенія къ психической слѣпотѣ явленій
афазіи и апраксіи.
Въ случаѣ С. Monakow’a1) имѣлась обоюдосторонняя корко-
вая геміанопсія съ отсутствіемъ центральнаго поля зрѣнія и
съ позднимъ появленіемъ геміанопсической душевной слѣпоты,
съ амнестической слѣпотой для цвѣтовъ и съ нарушеніемъ
способности оріентироваться, что характерно для душевной слѣ-
поты при ограниченномъ корковомъ поврежденіи lobi occipitalis.
Руководясь вышеизложеннымъ, мы полагаемъ, что въ на-
стоящее время кромѣ несомнѣнно доказаннаго у человѣка
1) Monakow. Общ. нѣмецкихъ псих. въ Франкфуртѣ на Майнѣ. 20—80 ап-
рѣля 1900 г.

1408

особаго центра для зрительнаго воспріятія на внутренней по-
верхности затылочной доли въ области f. calcarina имѣются какъ
клиническіе, такъ и патолого-анатомическіе факты въ пользу
существованія еще другого центра въ корѣ наружной части
затылочной доли, который въ соотвѣтствіи съ данными экспе-
римента очевидно долженъ играть роль психочувственнаго зри-
тельнаго центра или центра зрительныхъ представленій.
Пораженіе этого центра приводитъ также къ явленіямъ ге-
міанопсіи, но обыкновенно менѣе стойкой по сравненію съ ге-
міанопсіей, обусловленной пораженіемъ зрительнаго центра въ
области f. calcarina и вмѣстѣ съ тѣмъ, особенно при двусторон-
немъ пораженіи, у больныхъ обычно развиваются явленія болѣе
или менѣе ясно выраженной психической слѣпоты.
Словесная и нотная слѣпота.
Въ числѣ патологическихъ явленій, имѣющихъ отношеніе
къ психической переработкѣ продуктовъ зрительнаго воспрія-
тія, относятся также тѣ хорошо изученныя явленія, которыя
въ клиническомъ отношеніи представляютъ собою особый видъ
афазіи, извѣстной подъ названіемъ слѣпоты къ словамъ и ко-
торыя въ сущности представляютъ ничто иное, какъ явленія
психической или душевной слѣпоты къ письменнымъ и пе-
чатнымъ знакамъ словъ.
Разстройство это, какъ извѣстно, состоитъ въ томъ, что че-
ловѣкъ видитъ совершенно ясно написанное или напечатанное,
но понять написаннаго не можетъ.
При этомъ въ зависимости отъ того, сохранена ли связь съ
двигательнымъ центромъ письма, онъ можетъ или не можетъ
копировать то, что видитъ въ книгѣ или въ письмѣ.
Ясно, что въ этомъ случаѣ зрительное воспріятіе суще-
ствуетъ, но не даетъ соотвѣтствующихъ зрительныхъ предста-
вленій. Такимъ образомъ это разстройство представляетъ собою
частичный видъ душевной или психической слѣпоты.
На основаніи цѣлаго ряда клиническихъ наблюденій Ferrier’a
Charcot, а за ними и другіе авторы признаютъ, что область,
которая въ подобныхъ случаяхъ чаще всего страдаетъ, это
gyr. angularis въ лѣвомъ полушаріи мозга.
Надо впрочемъ замѣтить, что по взгляду другихъ авто-
ровъ здѣсь дѣло заключается не въ пораженіи центровъ, а въ

1409

пораженіи проводниковъ, проходящихъ отъ затылочныхъ обла-
стей къ слуховому центру рѣчи, заложенному въ верхней ви-
сочной извилинѣ лѣваго полушарія.
Тѣмъ не менѣе еще не существуетъ въ этомъ отношеніи
какихъ-либо прочныхъ доказательствъ; большинство фактовъ
говоритъ повидимому въ пользу существоваванія особаго центра
зрительныхъ представленій. въ пользу же существованія осо-
баго зрительнаго словеснаго центра говоритъ между прочимъ
и аналогія съ слуховымъ словеснымъ центромъ, въ существо-
ваніи котораго никто не сомнѣвается (см. ниже).
За вышеуказанную локализацію словесной слѣпоты говорятъ
нѣсколько поучительныхъ случаевъ изъ литературы, между
которыми мы можемъ упомянуть о наблюденіяхъ Henschen’a,
Sigaud и др. французскихъ авторовъ. Равнымъ образомъ можно
насчитать немало случаевъ правосторонней геміанопсіи съ
атаксіей, въ которыхъ обнаруживалось разрушеніе въ обла-
сти лѣвой затылочной доли и gyr. angularis. По Naunin’y
(„Aphasie“, Versamml. in Wiesbaden 1887) афазія съ словесной слѣ-
потой чаще локализируется собственно въ пограничной области
между g. angularis и l. occipitalis.
Наконецъ въ литературѣ описываются еще случаи музы-
кальной или нотной слѣпоты, причемъ на основаніи результа-
товъ вскрытія можно полагать, что центръ для чтенія нотъ
помѣщается въ нижней теменной долькѣ рядомъ съ центромъ
словесной слѣпоты въ gyr. angularis. Развитіе этого центра, по
Probst’y большею частью происходитъ слѣва.
Вліяніе заднихъ частей полушарій на двигательную сферу
глазъ.
Равнымъ образомъ имѣются клиническія наблюденія и от-
носительно вліянія заднихъ частей мозгового полушарія на
двигательную сферу глазъ.
Въ частности по отношенію къ локализаціи задняго центра
для движенія глазъ у человѣка должно’ упомянуть прежде
всего объ обширномъ трудѣ Grasset1), который на основаніи
цѣлаго ряда наблюденій приходитъ къ выводу, что отклоненіе
1) Grasset. Localisations corticales. Revue mens. 1879. Его же De localisa-
tion dans les maladies cérébrales. Paris. 1880.

1410

*) С. Wernicke. Ueber Herderkrankungen d. unteren Scheitellappchens. Arch,
f. Psych. Bd. XX. S. 256.
2) C. Wernicke. Lehrb. d. Gehirnpathologie. 1881.
3) Monakow. Gehirnpathologie. Wien. 1897.
*) Ноишевскій. Кортикальная геміанопсія и оптическая атаксія (Ataxia
optica). Сообщ. въ научныхъ собраніяхъ Петерб. клиники душ. и нервн. бол.
1903 г.
5) Аналогію съ табетической атаксіей по моему мнѣнію можетъ пред-
ставлять собою лишь настоящая зрительная атаксія движенія глазъ, кото-
рую нетрудно наблюдать у слѣпыхъ. Благодаря этой атаксіи у лидъ,
вполнѣ потерявшихъ зрѣніе, обыкновенно появляется атактическій нистагмъ
и недостаточная координація движеній глазныхъ яблокъ, вслѣдствіе чего
повороты глазъ въ различныхъ направленіяхъ у такого рода больныхъ
становятся неточными и недостаточными.
глазъ у людей наблюдается при пораженіи областей, окружаю-
щихъ Сильвіеву борозду, въ особенности же при заболѣваніи
g. angularis.
Далѣе С. Wernicke1) наблюдалъ отклоненіе глазъ при по-
раженіи нижней теменной дольки.
Равнымъ образомъ въ книгѣ С. Wernicke2) приведенъ рядъ
случаевъ, на основаніи которыхъ приходится заключить, что
пораженіе теменныхъ долей въ извѣстныхъ случаяхъ сопро-
вождается отклоненіемъ глазъ и головы.
Monakow3) также признаетъ, что отклоненіе глазъ у чело-
вѣка можетъ быть послѣдствіемъ пораженія gyr. angularis.
Въ числѣ клиническихъ состояній, заслуживающихъ вни-
манія, нельзя не обратить вниманія на состояніе т. наз. оптиче-
ской атаксіи, на которую указываетъ д-ръ Ноишевскій4).
По его взгляду отмѣченный Munk’омъ фактъ, что собаки
съ удаленіемъ области А1 подходятъ къ пищѣ не сразу, а
послѣ многихъ поворотовъ головы, объясняется не выпаде-
ніемъ центральнаго зрѣнія, какъ думаетъ Munk, а оптической
атаксіей. Въ пользу этого объясненія онъ приводитъ клиническіе
случаи, въ которыхъ имѣлось аналогичное разстройство, выра-
зившееся тѣмъ, что больные при сохраненіи зрѣнія должны
были поворачивать голову прежде, чѣмъ имъ удавалось фикси-
ровать предметы. Онъ полагаетъ, что и больные Fürstner’a пред-
ставляли отчасти явленія оптической атаксіи. Надо замѣтить,
что разстройство это мало имѣетъ аналогіи съ табетической
атаксіей, такъ какъ при послѣдней вмѣстѣ съ закрытіемъ
глазъ всѣ движенія ухудшаются, тогда какъ при оптической
атаксіи эти движенія съ закрытіемъ глазъ напротивъ того улуч-
шаются5).

1411

Наконецъ, описываемый въ послѣднее время рефлексъ на
зрачокъ со стороны зрительныхъ представленій1), напр. суже-
ніе зрачковъ при представленіи свѣта и расширеніе зрачковъ
при представленіи темнаго цвѣта, очевидно стоитъ въ соотно-
шеніи съ описанными мною зрачковыми центрами въ заднихъ
частяхъ полушарій.
Я убѣдился кромѣ того, что уже одно представленіе о пред-
метѣ, лежащемъ вблизи, достаточно, чтобы вызвать извѣстную
степень напряженія аккоммодаціи глаза и съ другой стороны
представленіе о предметѣ, лежащемъ вдали, приводитъ уже къ
разслабленію аккоммодаціи. Этотъ аккоммодаціонный зрительный
рефлексъ очевидно также стоитъ въ соотношеніи съ аккоммо-
даціонными центрами заднихъ частей коры полушарій, изслѣдо-
ванными въ нашей лабораторіи.
Зрительные подкорковые проводники.
Переходя къ разсмотрѣнію зрительнаго подкорковаго пути,
необходимо имѣть въ виду, что онъ составляется изъ волоконъ,
поднимающихся отъ corp. genic. ext. къ корѣ затылочной части
мозговой коры безъ новаго дополнительнаго перекрещиванія
вопреки предположенію, высказанному нѣкогда Charcot и осно-
ванному на случаяхъ церебральной амбліопіи очевидно исте-
рическаго происхожденія.
Противъ такого перекрещиванія говорятъ не только всѣ
позднѣйшія клиническія наблюденія, которыя согласно удосто-
вѣряютъ, что пораженіе бѣлаго вещества при заднемъ отдѣлѣ
внутренней сумки, какъ и пораженіе бѣлаго вещества затылоч-
ной доли, вызываетъ явлевія двусторонней геміанопсіи противо-
положной стороны, но и наши экспериментальныя изслѣдованія,
производимыя надъ собаками1).
Анатомическія данныя говорятъ въ пользу того, что общимъ
пучкомъ, содержащимъ подкорковыя связи зрительныхъ обла-
стей мозговой коры, являются т. наз. зрительные пути Gratiolet,
съ чѣмъ согласны и новѣйшія изслѣдованія Ramon у Cajal’я.
Послѣдній авторъ2) признаетъ, что въ пучкахъ Gratiolet
содержится, какъ бугро-корковый зрительный пучокъ, волокна
котораго оканчиваются въ f. calcarina въ толщѣ striae Gennari
1) Piltz. Neur. Centr. 1889. № 11.
2) Ramon у Cajal. Планъ строенія зрительнаго бугра. Сообщено на XIV
междун. мед. конгрессѣ въ Мадридѣ.

1412

и вступаютъ здѣсь въ соединеніе съ ядрами и съ особымъ ви-
домъ звѣздчатыхъ клѣтокъ, такъ и корко-зрительныя во-
локна, идущія изъ коры и развѣтвляющіяся между нервными
островками наружнаго колѣнчатаго тѣла.
При этомъ онъ могъ подмѣтить, что центральные зритель-
ные пути по сравненію съ рефлекторными, отходящими къ
подкорковымъ центрамъ, становятся тѣмъ болѣе развитыми,
чѣмъ болѣе мы приближаемся къ человѣку.
Что касается экспериментальныхъ изслѣдованій, относя-
щихся до зрительныхъ подкорковыхъ путей, то таковыя были
между прочимъ произведены мной еще въ 80 годахъ1). Съ
цѣлью перерѣзки зрительныхъ волоконъ при заднемъ отдѣлѣ
внутренней капсулы я пользовался подобно Vessyère’y спе-
ціально изготовленнымъ выдвижнымъ ножичкомъ, скрытымъ
въ тонкомъ металлическомъ троакарѣ, который погружался въ
ткань мозговыхъ полушарій на соотвѣтственную глубину,
послѣ чего ножичекъ выдвигался изъ троакара и соотвѣт-
ственнымъ поворотомъ рукоятки инструмента производилась
перерѣзка мозгового вещества. При вскрытіи оперированныхъ
такимъ образомъ собакъ я могъ убѣдиться, что разрѣзъ произ-
водился при самомъ заднемъ отдѣлѣ внутренней сумки
вблизи начала нижняго рога. При этомъ у животныхъ во всѣхъ
безъ исключенія случаяхъ наблюдалась двусторонняя одно-
именная геміанопсія на противоположной сторонѣ совершенно
такого же рода, какая наблюдается и при перерѣзкѣ соотвѣт-
ствующаго tractus optici, но съ тѣмъ различіемъ, что при этомъ
не обнаруживалось никакого нарушенія въ реакціи зрачковъ;
при этомъ и здѣсь въ противоположномъ глазу затемненная
часть поля зрѣнія представлялась значительно больше зрячей,
тогда какъ въ соотвѣтственномъ глазу первая представлялась
соотвѣтственно меньше второй.
Такъ какъ и разрушеніе зрительнаго центра мозговой коры
вызываетъ тѣ же явленія одноименной геміанопсіи, то пред-
ставляется несомнѣннымъ, что зрительные пути по выходѣ
изъ corp. genic. ext. направляются къ затылочной области моз-
говой коры безъ дополнительнаго перекрещиванія.
Замѣтимъ, что Monakow (Arch. f. Psych. Bd. XX, fasc. 3) на
основаніи опытовъ съ перерѣзкой задней части внутренней
1) В. Бехтеревъ. О явленіяхъ, слѣдующихъ за перерѣзкой зрительныхъ
волоконъ внутри мозговыхъ полушарій. Вѣстн. психіатріи 1883 и Neur-
Centr. № 1. 1884.

1413

капсулы убѣдился, что эта перерѣзка вызывала восходящее
перерожденіе въ корковыхъ проводящихъ волокнахъ и въ за-
тылочной части мозговой коры въ области зрительнаго центра,
гдѣ перерождались между прочимъ большія клѣтки въ
3-мъ слоѣ и атрофировались нервныя сѣти 3 и 5 слоевъ.
По Monakow’y экспериментально-анатомическія и патолого-
анатомическія изслѣдованія доказываютъ соотношеніе между
корою и ядрами corp. genic. ext. и pulvinar. Боковая часть зри-
тельной сферы соотвѣтствуетъ внутренней части corp. genie ext.,
а медіальная часть зрительной сферы боковой части corp. genic.
ext., тогда какъ pulvinar стоитъ въ связи съ gyr. angularis.
Топографія зрительныхъ путей у человѣка.
Что касается положенія зрительныхъ подкорковыхъ путей у
человѣка, содержащихся въ пучкахъ Gratiolet, (фиг. 100) то по Hen-
schen’y, начинаясь въ на-
ружномъ колѣнчатомъ
тѣлѣ, они помѣщаются
на уровнѣ первой и
второй височной боро-
зды. Такое же напра-
вленіе зрительные пути
имѣютъ и въ затылоч-
ной долѣ, но въ послѣд-
ней они посылаютъ во-
локна къ верхней и
нижней губѣ f. calcarinae.
Послѣднія волокна
имѣютъ дугообразный,
неправильный ходъ и
окружаютъ наиболѣе
заднюю часть задняго
рога. Сзади послѣдняго они образуютъ треугольное поле, изъ
котораго волокна расходятся къ f. calcarina1).
По Henschen’y (Revue critique, стр. 120) въ пучкахъ Gratiolet
зрительныя волокна помѣщены въ вертикальномъ направленіи
такъ же, какъ и въ сѣтчаткѣ, и что то же положеніе сохра-
няется и въ затылочной долѣ и въ fiss. calcarina.
Поэтому въ результатѣ анализа многочисленныхъ кли-
1) Henschen. Revue critique, стр. 122.
Фиг. 100 Схема зрительныхъ путей; no — зрит. нервъ;
tro — tr. opticus; nge — наружное колѣнчатое тѣло; fg —
зрительный пучокъ затылочной доли; fqs — четверохолм-
но-спинной пучокъ.

1414

ническихъ случаевъ Henschen устанавливаетъ, какъ положеніе,
что поврежденіе задней части зрительныхъ путей въ corp.
genic. ext., кзади отъ послѣдняго и въ корѣ f. calcarina приводитъ
къ геміанопсіи въ нижнемъ квадрантѣ, тогда какъ поврежденіе
брюшной части зрительныхъ путей вызываетъ геміанопсію въ
верхнемъ квадрантѣ (стр. 119).
Въ заключеніе должно упомянуть, что какъ у животныхъ,
такъ и у человѣка, всѣ корковыя зрительныя разстройства, а
равно и пораженія зрѣнія, обусловленныя прерываніемъ под-
корковыхъ проводниковъ, не сопровождаются никакими измѣне-
ніями въ реакціи зрачковъ на свѣтъ, тогда какъ геміанопсія,
обусловленная пораженіемъ зрительнаго канатика, сопрово-
ждается либо вялой свѣтовой реакціей зрачка, либо полнымъ
прекращеніемъ свѣтовой реакціи въ слѣпыхъ частяхъ сѣтча-
токъ (такъ называемая геміопическая реакція зрачковъ), на
что впервые обратили вниманіе Willbrand въ своемъ трудѣ:
„Ueber Hemianopsie“ 1881, что затѣмъ было оцѣнено въ діагно-
стическомъ отношеніи С. Wernicke въ его работѣ: „ Ueber hemi-
opische Pupillenreaction“ (Fortschr. d. Medicin. Bd. 1, стр. 50, 1883),
и что также было подтверждено Ferrier’омъ, Синани и мной
при опытахъ надъ животными съ перерѣзкой tr. optici.
Центробѣжныя связи корковаго зрительнаго центра.
Не подлежитъ сомнѣнію, что подкорковыя связи зритель-
наго центра состоятъ не только изъ центростремительныхъ,
но и центробѣжныхъ проводниковъ. Уже наряду съ центростре-
мительными волокнами, поднимающимися отъ corp. genic. ext. къ
корѣ затылочной доли, имѣются и обратно идущія, слѣд. центро-
бѣжныя волокна, связывающія кору зрительнаго центра съ corp.
genic. ext. Послѣднія и продолжаются затѣмъ и въ зрительные
тракты и нервы до сѣтчатки глазъ.
О значеніи этихъ обратно идущихъ системъ въ чувствую-
щихъ проводникахъ рѣчь была уже выше1).
Что касается другихъ центробѣжныхъ связей, то онѣ сое-
1) Здѣсь мы замѣтимъ, что позднѣйшія изслѣдованія Ramon у Cajal’a
показываютъ, что всѣ чувствующія ядра зрительнаго бугра (включая и corp.
genic. ext. и int.) служатъ мѣстомъ окончанія нисходящихъ или корко-
бугровыхъ волоконъ.
Касаясь вопроса о значеніи этихъ нисходящихъ чувствительныхъ си-
стемъ Ramon у Cajal говоритъ о 3 гипотезахъ на этотъ счетъ:

1415

диняютъ зрительныя области коры съ четворохолміемъ, зри-
тельными буграми и ядрами моста.
Достовѣрно извѣстно, что область передняго четверохолмія
не имѣетъ центростремительныхъ связей съ корковымъ зри-
тельнымъ центромъ и всѣ отношенія этого образованія къ
корѣ мозга являются въ видѣ центробѣжныхъ проводниковъ.
Между прочимъ къ четверохолмію подходятъ отъ наружной по-
верхности затылочной доли и даже отъ теменной области центро-
бѣжныя волокна, передающія вліянія на глазныя мышцы.
Въ прежнее время нерѣдко высказывалось предположеніе,
что движете глазъ, наблюдаемое при раздраженіи заднихъ
частей мозговыхъ полушарій, получается благодаря передачѣ
возбужденія на корковые двигательные центры, расположен-
ные въ области gyri sigmoidei. По Munk’y и Ferrier’y эти движенія
суть рефлекторной природы и обусловливаются субъективными
явленіями, вызываемыми раздраженіемъ зрительныхъ центровъ.
Но спеціальные опыты съ перерѣзкой полушарій во фрон-
тальномъ направленіи и съ удаленіемъ чувство-двигательныхъ
центровъ переднихъ отдѣловъ полушарій показали, что и въ
Гипотеза выжидательнаго вниманія (Radziwilowicz, Roux), предложенная
для объясненія дѣятельности центробѣжныхъ волоконъ сѣтчатки. Въ при-
ложеніи къ корко-бугровымъ волокнамъ эта гипотеза обозначала бы, что
кора мозга оказываетъ воздѣйствіе на центры зрительнаго бугра, облегчая
распространеніе центростремительнаго тока путемъ сближенія дендритовъ
съ конечными волокнами (Duval) или какимъ-либо инымъ способомъ. Этимъ
путемъ можно бы объяснить нашу способность удерживать вниманіе на
опредѣленной точкѣ зрительнаго поля, на извѣстномъ звукѣ или на огра-
ниченной области кожнаго чувствительнаго воспріятія.
Гипотеза задерживающаго вліянія въ сущности та же, что и предыдущая,
но по ней центробѣжныя волокна дѣйствуютъ не для облегченія передачи
возбужденій по невронамъ, а для задерживанія или уменьшенія хода нерв-
наго тока кромѣ той области, которая служитъ предметомъ вниманія.
Ramon у Cajal высказывается за гипотезу нервнаго заряда. Онъ убѣдился,
что клѣтки съ короткимъ осевымъ цилиндромъ включены не между приво-
дящими, т. е. центростремительными волокнами и восходящими невронами
съ длиннымъ осевымъ цилиндромъ, а между развѣтвленіями нисходящихъ,
или корко-бугровыхъ волоконъ и клѣтками восходящихъ невроновъ. Клѣт-
камъ съ короткимъ осевымъ цилиндромъ онъ приписываетъ роль электри-
ческихъ аккумуляторовъ или конденсаторовъ нервной энергіи. По этому
взгляду центробѣжные проводники могутъ служить для разряда нервной
энергіи и тамъ, гдѣ возбужденіе въ первыхъ чувствительныхъ путяхъ
слабо, оно усиливается въ этихъ центрахъ, чтобы достичь корковыхъ цен-
тровъ воспріятія. Въ сѣтчаткѣ и въ обонятельныхъ луковикахъ центробѣж-
ные проводники тоже оканчиваются не при клѣткахъ съ длиннымъ осевымъ
цилиндромъ, а при промежуточныхъ тѣльцахъ, которыя могутъ быть упо-
доблены клѣткамъ съ короткимъ осевымъ цилиндромъ.

1416

этомъ случаѣ раздраженіемъ заднихъ отдѣловъ коры удается
вызвать движеніе глазъ; равнымъ образомъ обрѣзываніе заты-
лочнаго глазного центра не устраняетъ движенія глазъ, откуда
слѣдуетъ, что оно должно передаваться по самостоятельнымъ
проводникамъ, связывающимъ зрительные центры мозговой
коры съ подкорковыми узлами.
Дѣйствительно, опыты показываютъ, что и непосредственное
раздраженіе подкорковаго бѣлаго вещества затылочной доли
вызываетъ движеніе глазъ, что и заставляетъ прійти къ
выводу, что дѣло идетъ и здѣсь о проводникахъ, свя-
зывающихъ зрительные центры коры съ подкорковыми узлами.
Изъ опытовъ Целерицкаго и подобныхъ же эксперименталь-
ныхъ изслѣдованій, произведенныхъ въ нашей лабораторіи
(д-ръ Герверъ), выяснилось, что движенія глазъ. получаемый
при раздраженіи мозговой коры затылочной доли прекращаются
съ разрушеніемъ передняго двухолмія, откуда слѣдуетъ,
что двигательные проводники, выходящіе изъ затылочнаго
зрительнаго центра и управляющіе движеніемъ глазныхъ
мышцъ, прерываются въ этомъ образованіи.
Есть основаніе полагать, что какъ аккоммодація, такъ и
суженіе зрачковъ, получаемыя при раздраженіи зрительныхъ
областей мозговой коры передаются также при посредствѣ пе-
редняго двухолмія, въ пользу чего по крайней мѣрѣ говорятъ
опыты, произведенные въ нашей лабораторіи (д-ръ Бѣлицкій).1)
Что касается до расширенія зрачковъ, то, какъ мы видѣли,
оно является результатомъ возбужденія функціи ядра n. oculomo-
torii и вѣроятно волокна, вызывающія этотъ эффектъ, имѣютъ
въ общемъ тотъ же путь распространенія, какъ и волокна для
суженія зрачка.
По крайней мѣрѣ спеціально произведенные въ завѣдывае-
мой нами лабораторіи опыты показываютъ, что движенія глазъ
съ задней части коры мозга не могутъ быть получены послѣ пред-
варительнаго разрушенія передняго двухолмія (д-ръ Герверъ).
Къ центробѣжнымъ проводникамъ должны быть отнесены и
связи зрительныхъ областей мозговой коры съ зрительнымъ
бугромъ. Такіе центробѣжные проводники содержатся между
прочимъ въ пучкѣ, извѣстномъ подъ названіемъ нижняго
1) Удаленіе задняго участка для аккоммодаціи въ опытахъ д-ра Бѣ-
лицкаго вызывало перерожденіе, проникающее чрезъ заднюю часть вну-
тренней сумки въ зрительный бугоръ, въ corp. genic. ext. и въ передніе
бугры четверохолмія, причемъ перерожденіе оказывалось сильнѣе выражен-
нымъ на сторонѣ разрушенія.

1417

продольнаго пучка, который ранѣе признавался за ассоціаціон-
ный пучокъ и который по изслѣдованіямъ P. Fleehsig’a дол-
женъ быть признанъ за особый проекціонный пучокъ, выхо-
дящій изъ коры затылочной доли къ thalamus opticus.
Schüte1) на основаніи патологическаго случая, въ кото-
ромъ, благодаря образованію такъ наз. microgyri была поражена
почти вся затылочная область, убѣдился что нижній задній
пучокъ въ согласіи съ изслѣдованіями P. Flechsig’a предста-
вляетъ собою проекціонный пучокъ, ясно идущій отъ глазной
затылочной области къ среднему мозгу. При болѣе подробномъ
изслѣдованіи выяснилось, что въ нижнемъ продольномъ пучкѣ
содержится вѣнецъ волоконъ съ центробѣжнымъ направле-
ніемъ, выходящихъ отъ центровъ olfactorii, optici, acustici и чув-
ствительныхъ центровъ коры.
Въ дальнѣйшемъ этотъ пучокъ проходитъ черезъ наружный
отдѣлъ subst. nigrae и петлю и въ концѣ концовъ по предпо-
ложенію автора продолженія его достигаютъ дыхательныхъ
ядеръ черепныхъ нервовъ и переднихъ роговъ спинного мозга.
Съ цѣлью болѣе детальнаго изученія связи затылочнаго
центра движенія глазъ съ подкорковыми областями въ нашей
лабораторіи д-ръ Герверъ производилъ разрушеніе вышеуказан-
наго коркового центра и убѣдился, что перерожденіе по лу-
чистому пучку въ пучкахъ Gratiolet входило въ задній отдѣлъ
внутреней сумки, при чемъ оно обнаруживалось въ задней
части зрительнаго бугра, въ наружномъ колѣнчатомъ тѣлѣ и въ
переднихъ буграхъ четверохолмія, особенно въ бугрѣ соотвѣт-
ствующей стороны. Въ ядрахъ глазныхъ нервовъ перерожден-
ныхъ волоконъ не наблюдалось вовсе. Очевидно, что затылоч-
ный центръ движенія глазъ кромѣ соединеній съ наружнымъ
колѣнчатымъ тѣломъ и задней частью зрительнаго бугра свя-
занъ непосредственно съ областью передняго двухолмія, благо-
даря чему и передается вліяніе съ коры затылочной области на
ядра глазныхъ нервовъ. Отсюда понятно, что разрушеніе пе-
реднихъ бугровъ четверохолмія совершенно уничтожаетъ эф-
фектъ движенія глазъ при раздраженіи затылочной доли.
Что касается наконецъ до связи затылочнаго центра дви-
женія глазъ съ заднимъ отдѣломъ зрительнаго бугра, то она,
очевидно, служитъ, какъ уже ранѣе выяснялось, для выполне-
нія соотвѣтствующихъ выражающихъ движеній, возбуждаемыхъ
зрительнымъ воспріятіемъ.
1) Н. Schütz Ueber die Beziehungen d. unteren Längsbündel. Neur. Centr.
№ 19. 1902.

1418

Выше были приведены также данныя и относительно влія-
нія зрительной сферы на общія локомоторныя движенія при
умѣренномъ раздраженіи.
Если мы примемъ во вниманіе анатомическія данныя, то
врядъ ли можно сомнѣваться въ томъ, что центробѣжнымъ
проводящимъ путемъ въ этомъ случаѣ должна служить заты-
лочно-височно-мостовая система волоконъ, достигающая въ
нисходящемъ направленіи ядеръ моста.
Высшіе центры психическихъ отправленій.
По разсмотрѣніи чувство-двигательныхъ центровъ мозговой
коры съ ихъ подкорковыми проводниками намъ необходимо
заняться вопросомъ объ отправленіи другихъ областей мозго-
вой коры, на долю которыхъ выпадаютъ болѣе высшія психи-
ческія отправленія.
Вопросъ о высшихъ психическихъ центрахъ неоднократно
затрогивался физіологами, работавшими надъ мозговой корой,
но различными авторами онъ рѣшался далеко неодинаковымъ
образомъ. Не говоря о научныхъ увлеченіяхъ, извѣстныхъ подъ
названіемъ френологіи Gall’а, по которому различныя особен-
ности ума и характера должны быть локализированы въ опре-
дѣленныхъ частяхъ головного мозга, которымъ соотвѣтствуютъ
внѣшнія выпуклости на поверхности черепа, должно имѣть въ
виду, что вопросъ о высшихъ психическихъ или интеллектуаль-
ныхъ функціяхъ коры всегда дѣлилъ авторовъ на два различныхъ
лагеря. Одни, начиная съ Flourens’а, признававшаго единство
мозговыхъ функцій, допускали, что собственно психическія
отправленія представлены въ мозговыхъ полушаріяхъ повсюду.
Хотя послѣ Flourens’а физіологія мозговой коры сдѣлала огром-
ный шагъ впередъ, выдѣливъ особыя Flourens’омъ не признавав-
шіеся центры движенія и чувствительности, но и въ позднѣйшее
время нѣкоторые авторы, какъ Goltz, держатся взгляда, по ко-
торому высшія психическія или интеллектуальныя функціи не
имѣютъ строгой локализаціи въ мозговой корѣ. Тѣмъ не менѣе
самъ Goltz обратилъ вниманіе на то обстоятельство, что вслѣдъ
за разрушеніями заднихъ частей коры полушарій собаки стано-
вятся кроткими, смирными и равнодушными, тогда какъ жи-
вотныя съ удаленіемъ переднихъ частей полушарія предста-
вляются болѣе злыми и гнѣвливыми. Но онъ не связываетъ этихъ
наблюденій съ вопросомъ о локализаціи высшихъ психическихъ

1419

отправленій у животныхъ, объясняя ихъ съ точки зрѣнія задер-
живающаго вліянія со стороны разрушенныхъ областей мозга.
Даже такіе защитники ученія о локализаціяхъ функцій
въ мозговой корѣ, какъ Munk, для высшихъ психическихъ
процессовъ не предназначаетъ ни одной строго опредѣленной
области въ мозговой корѣ, такъ какъ интеллектуальныя отпра-
вленія, извѣстныя подъ названіемъ разума, будто бы разлиты
всюду въ мозговой корѣ и нигдѣ въ частности. По Munk’y интел-
лигенція есть результатъ взаимодѣйствія всѣхъ чувственныхъ
сферъ. Особаго центра, спеціально служащаго для интеллекта,
не существуетъ, такъ какъ чувственныя области занимаютъ
всю поверхность коры; равнымъ образомъ и кора лобной доли
занята чувственнымъ центромъ для туловища. Вообще по
взгляду этого автора въ корѣ мозга нѣтъ особыхъ областей,
предназначенныхъ спеціально для психическихъ функцій,
интеллектуальная же дѣятельность связана съ дѣятельностыо
всего мозга. Сообразно этому даже за такими областями мозга,
какъ лобныя доли, Munk’омъ не признается особаго значенія
въ отношеніи психической дѣятельности и они предназначаются
для элементарной чувство-двигательной функціи имѣющей бли-
жайшее отношеніе къ туловищу.
Такимъ образомъ по Munk’y лобныя доли не образуютъ
сѣдалища интеллегенціи, и вообще не существуетъ какихъ-
либо особыхъ областей коры, предназначенныхъ для высшихъ
психическихъ функцій такъ же, какъ не существуетъ областей,
служащихъ только для сферы ощущеній.
Однако, взглядъ Munk’a на роль лобныхъ долей въ отношеніи
чувствительности и движенія туловища оспаривался другими
авторами. Между прочимъ по Hitzig’y результаты опытовъ Munk’a
съ раздраженіемъ и разрушеніемъ лобныхъ долей объясняются
съ одной стороны тѣмъ, что онъ примѣнялъ токи такой силы,
что вовлекались въ раздраженіе сосѣднія части двигательной
области и съ другой стороны при разрушеніяхъ захватывались
области туловища, центры которыхъ у обезьянъ лежатъ, какъ
мы видѣли, при, заднемъ отдѣлѣ первой лобной извилины.
Тѣмъ не менѣе и нѣкоторые изъ позднѣйшихъ авторовъ,
какъ С. Wernicke1), Monakow2) и др. высказываются въ томъ
смыслѣ, что высшія психическія функціи не имѣютъ опредѣ-
ленной локализаціи подобно элементарнымъ психическимъ про-
1) С. Wernicke. Der Aphasische Simptomencomplex. 1874.
2)C. Monakow. Ueber d. gegenwärt. Stand d. Frage nach d. Localisation im
Grosshirn. I Jahrg g. 2 Abth. 1902.

1420

цессамъ, каковы: воспріятіе и процессы, связанные съ оріентиро-
ваніемъ и отвѣтными движеніями.
Между тѣмъ другіе авторы, работавшіе надъ мозговой ко-
рой, выдвигали иной взглядъ, признавая опредѣленную лока-
лизацію между прочимъ и для высшихъ психическихъ отпра
вленій. Въ этомъ отношеніи уже давно сравнительная анатомія
и клиническій опытъ выдвигали лобную долю, какъ область,
имѣющую особое отношеніе къ психической дѣятельности. Не-
обычайное развитіе этой доли у человѣка до наглядности ука-
зывало на выдающуюся роль этой доли въ развитіи высшихъ
психическихъ отправленій, а данныя клинической патологій,
представляющія поразительные примѣры недоразвитія и упадка
умственныхъ способностей при пораженіи лобныхъ долей, ка-
залось, приводили несомнѣннымъ образомъ къ выводу о спе-
ціальномъ отношеніи лобныхъ долей къ высшимъ психическимъ
отравленіямъ. По Edinger’y, который обращаетъ особое вниманіе
на сравнительно-анатомическія отношенія лобныхъ долей, раз-
витіе послѣднихъ стоит] у человѣка въ прямомъ отношеніи
къ тѣмъ функціямъ, чрезъ которыя homo sapiens выдѣляется
предъ всѣми высшими животными, иначе говоря къ высшимъ
психическимъ отправленіямъ. Послѣднія становятся возмож-
ными, благодаря существованію безчисленныхъ ассоціаціонныхъ
путей. Должно имѣть въ виду, что мозговое вещество лобныхъ
долей чрезвычайно богато ассоціаціонными волокнами, которыя
идутъ ко всѣмъ мозговымъ провинціямъ, частью находя въ ихъ
корѣ свое окончаніе. Въ общемъ такимъ образомъ лобныя доли
человѣческаго мозга можно разсматривать, какъ огромные
ассоціаціонные центры.
Особое участіе лобныхъ долей въ психическихъ актахъ при-
знается также Wundt’омъ1), Гойеромъ2) и др., не говоря о цѣломъ
рядѣ клиницистовъ, работавшихъ въ области невропатологіи
и психіатріи.
Изъ экспериментаторовъ, работавшихъ надъ функціей мозговой
коры, Hitzig, производившій опыты надъ животными съ удаленіемъ
лобныхъ долей и наблюдавшій у нихъ явленія идіотизма, при-
шелъ къ выводу, что эти доли служатъ мѣстомъ высшихъ
психическихъ отправленій. Ferrier, руководясь своими опытами
считаетъ предлобныя области, т. е. тѣ части коры лобныхъ
извилинъ, которыя лежатъ впереди sut. coronaria за области,
1) W. Wundt. Grundzüge d. phys. Psychol. Bd. 1.
2) Гойеръ. „Мозгъ и мысль“. Лекція. Отд. изд.

1421

въ которыхъ локализируется вниманіе, благодаря чему эти
области и играютъ особую роль въ отношеніи психической
дѣятельности. Точно также и другіе авторы, какъ напр. Bianchi,
признавали за лобными долями особое значеніе въ отношеніи
психической дѣятельности.
По взгляду учениковъ W. Wundt’a т. наз. апперцепція
является функціей лобныхъ долей. Измѣненія въ характерѣ и по-
раженіе умственной дѣятельности при пораженіи лобныхъ долей
ставили часто въ связь именно съ нарушеніемъ апперцепціи
Съ другой стороны недостатокъ въ развитіи лобныхъ долей у
животныхъ также ставился въ связь съ отсутствіемъ у нихъ
аппрцепціи. Съ другой стороны и области теменной доли нѣкото-
рыми изъ авторовъ (напр. Luciani и др.) признавались за обла-
сти, имѣющія особое значеніе для психической дѣятельности.
По Luciani, хотя зрительная, слуховая, обонятельная и чув-
ство-двигательная область имѣетъ свои области въ мозговой
корѣ, но имѣется еще особая территорія въ глазной области
Munk’a, въ которой происходитъ какъ бы сліяніе всѣхъ чув-
ственныхъ областей и которая представляется поэтому наи-
болѣе важною въ психическомъ отношеніи. Экстирпація этой
области по Luciani приводитъ одновременно къ разстройствамъ
зрѣнія и вмѣстѣ съ тѣмъ къ разстройствамъ слуха, обонянія
и осязательныхъ ощущеній. Разрушенія ни одной другой обла-
сти не могутъ дать столь обширныхъ разстройствъ и не вызы-
ваютъ столь глубокія психическія нарушенія, какъ именно раз-
рушеніе этой области.
Hitzig однако по поводу этого „центра центровъ“ замѣчаетъ,
что ученіе о немъ только въ томъ случаѣ представлялось бы
обоснованнымъ, если бы удаленіе малыхъ частей этой области
одинаковымъ образомъ приводило къ разстройствамъ во всѣхъ
другихъ чувственныхъ сферахъ, чего въ дѣйствительности не
оказывается. Тѣмъ не менѣе важное значеніе для психической
дѣятельности той области, которая лежитъ въ заднихъ частяхъ
полушарій по сосѣдству съ центрами чувственнаго воспріятія
отмѣчалось и другими авторами.
Между прочимъ опыты Munk’a съ разрушеніемъ централь-
ныхъ областей височныхъ долей приводили къ развитію явле-
ній слабоумія у собакъ, что было наблюдаемо также и при опы-
тахъ, произведенныхъ въ нашей лабораторіи (д-ръ Ларіоновъ).

1422

Ученіе объ ассоціаціонныхъ центрахъ коры.
Въ послѣднее время особенно полно развилъ ученіе о ло-
кализаціи психическихъ функцій въ опредѣленныхъ областяхъ
мозговой коры P. Flechsig.
Руководясь своими эмбріолого-анатомическими изслѣдова-
ніями, P. Flechsig1) выдѣлилъ въ мозговой корѣ кромѣ чув-
ственно-двигательныхъ центровъ особые ассоціаціонные центры,
которые занимаютъ большую часть мозговой коры, а именно: 2/3 ея
Въ анатомическомъ отношеніи эти ассоціаціонные центры обо-
собляются отъ чувственно-двигательныхъ центровъ тѣмъ, что они
не находятся въ прямой связи съ подкорковыми образованиями,
благодаря чему бѣлое ихъ вещество состоитъ изъ ассоціаціон-
ныхъ волоконъ и не содержитъ вовсе проводниковыхъ. Въ ги-
стологическомъ отношеніи строеніе ихъ коры соотвѣтствуетъ
Meynert’овскому пятислойному типу, въ эмбріологическомъ же
отношеніи они относятся къ областямъ, позднѣе развивающимся.
Такихъ ассоціаціонныхъ центровъ P. Flechsig различаетъ три:
1). Самый большой или задній ассоціаціонный центръ, занимаю-
щій область теменныхъ извилинъ, praecuneus, часть g. lingualis,
g. fusiformis, вторую и третью височныя извилины и наружный
отдѣлъ трехъ затылочныхъ извилинъ. Центръ этотъ связанъ
ассоціаціонными волокнами съ корковыми центрами зрѣнія
и слуха, а также съ чувство-двигательной областью тѣла (область
центральныхъ извилинъ и задній отдѣлъ 3-й лобной извилины).
Съ пораженіемъ этого центра связано между прочимъ развитіе
спутанности сознанія. 2) Передній ассоціаціонный центръ зани-
маетъ кору первой и второй лобной извилины и gyr. rectus.
Этотъ центръ связанъ главнымъ образомъ съ чувство-двига-
тельной областью тѣла, съ третьей лобной извилиной и съ обо-
нятельнымъ центромъ. Этотъ передній ассоціаціонный центръ
представляетъ собою центръ, въ которомъ возникаетъ понятіе
о собственной личности, гдѣ создаются представленія о „я“,
вслѣдствіе чего патологическіе процессы въ области этого
центра приводитъ къ измѣненію личности, къ возвикновенію
бредовыхъ идей величія или бредовыхъ идей самоуничиженія.
3) Средній ассоціаціонный центръ, располагающійся въ корѣ
островка. Центръ этотъ связанъ ассоціаціонными волокнами
съ третьей лобной извилиной и съ слуховымъ центромъ, вслѣд-
ствіе чего по предположенію P. Flechsig’a онъ предназначенъ
для функціи рѣчи.
1) Ρ. Flechsig. Gehirn und Seele. Leipzig. 1896.

1423

Въ трехъ поименованныхъ ассоціаціонныхъ центрахъ и ло-
кализируются психическія отправленія. Этимъ раздѣленіемъ коры
на чувственно-двигательныя области и ассоціаціонные центры
объясняется тотъ фактъ, что въ однихъ случаяхъ пораженіе
коры приводитъ къ пораженію ощущенія или движенія безъ
душевнаго разстройства, тогда какъ въ другихъ случаяхъ подъ
вліяніемъ пораженія мозговой коры развиваются чисто пси-
хическія разстройства.
По P. Flechsig’y при посредствѣ заднихъ ассоціаціонныхъ
центровъ происходитъ ассоціація представленій со словами.
Такимъ образомъ нижнія теменныя области служатъ для ассо-
ціаціи осязательныхъ представленій со словесными образами,
кзади лежащія нижнія теменныя области служатъ для связи
зрительныхъ представленій со словесными образами, а цен-
тральныя височныя области служатъ для связи слуховыхъ
представленій съ звуковыми образами. Передніе же ассоціаціон-
ные центры по P. Flechsig’y связаны съ воспоминательными обра-
зами чувствъ пріятнаго и непріятнаго, а также образами движеній
побужденій и дѣйствій, служащихъ для сознанія своей личности,
P. Flechsig1) основывалъ свой взглядъ объ особыхъ ассоціа-
ціонныхъ центрахъ, имѣющихъ отношеніе къ высшимъ пси-
хическимъ отправленіямъ, на болѣе позднемъ обложеніи
мякотью опредѣленныхъ областей мозга, на отношеніи ихъ къ
другимъ частямъ полушарій при посредствѣ ассоціаціонныхъ
путей, тогда какъ эти области лишены проекціонныхъ волоконъ
и наконецъ на патологическихъ фактахъ.
По Flechsig’y связи заднихъ ассоціаціонныхъ центровъ съ
зрительнымъ бугромъ суть также психическія или ассоціаціон-
ныя, такъ какъ онѣ связываютъ при посредствѣ бугровъ задній
ассоціаціонный центръ съ лобными долями2).
Подкрѣпленіе своихъ взглядовъ P. Flechsig находитъ кромѣ
случаевъ наростающаго параличнаго слабоумія съ пораженіемъ
преимущественно переднихъ ассоціаціонныхъ центровъ въ
особенности въ случаяхъ транскортикальной афазіи. Въ случаѣ,
напр. Heubner’a3), больной слышалъ рѣчь и правильно повторялъ
сказанное, могъ также писать и громко читать, могъ даже самъ
1) P. Flechsig. Gehirn und Seele. — Die Localisation d. geistigen Vorgänge
etc. Leipzig. 1896.
2) P. Flechsig. Neur. Centr. № 7. 1897. — Plan des menschl. Gehirns. Leipzig,
1883. Neur. Centr. 1883, стр. 501, см. также Neur. Centr. 1894, № 19 и 1895,
№ 23, и Bericht über die Verh. d. k. Sächsisch. Gesellsch. d. Wiss. № 2, 1894.
стр. 164.
3) Freud. Z. Auffasung d. Aphassien. Leipzig und Wien. 1897. Bd. 5. Heft. 6.

1424

говорить, но не понималъ чужой рѣчи. Очевидно, что у боль-
ного надо было предположить разобщеніе центровъ Wernicke для
воспріятія словъ и центровъ Brocka отъ центровъ конкретныхъ
представленій. Дѣйствительно вскрытіе показало размягченіе,
какъ бы отдѣлившее центры Wernicke и Brocka отъ ассоціа-
ціонныхъ центровъ.
Въ позднѣйшемъ своемъ трудѣ P. Flechsig различаетъ отдѣль-
ныя области коры по времени развитія, причемъ онъ опредѣ-
ляетъ свыше 40 эмбріологическихъ территорій, признавая,
что это число не есть еще окончательное. Всѣ эти мелкія тер-
риторіи онъ раздѣляетъ на группы. Такимъ образомъ по P. Flech-
sig’y слѣдуетъ различать: 1) первичныя территоріи, которыя
развиваются еще прежде, чѣмъ плодъ достигнетъ своей зрѣ-
лости (отъ 1 до 8 его системъ); 2) промежуточныя территоріи,
которыя міэлинизируются въ тотъ періодъ, когда оканчиваются
роды (отъ 9 до 32) и наконецъ 3) конечныя территоріи, во-
локна которыхъ міэлинизируются въ періодъ отъ 1 до 4 мѣсяца
послѣ родовъ.
Въ относительномъ развитіи какъ ассоціаціонныхъ, такъ и
проводниковыхъ областей мозговой коры существуютъ кромѣ
того нѣкоторыя различія между обоими полушаріями мозга.
Въ своемъ послѣднемъ сообщеніи въ Парижѣ P. Flechsig1)
отчасти развиваетъ, отчасти дополняетъ свое прежнее ученіе.
Онъ держится твердо дѣленія мозговой коры на проекціонные
и ассоціаціонные центры, причемъ онъ полагаетъ, что суще-
ствованіе проекціонныхъ волоконъ въ нѣкоторыхъ областяхъ
его ассоціаціонныхъ центровъ ничуть не подрываетъ его уче-
нія, которое основывается на преобладаніи однихъ волоконъ
надъ другими, а не на исключительномъ содержаніи какихъ-
либо однихъ волоконъ. Изъ 4 проекціонныхъ центровъ — сфера
чувствительности тѣла и вкуса, сфера зрѣнія, слуха и обонянія,
различающихся по строенію мозговой коры, онъ полагаетъ, что
первый долженъ быть расширенъ на счетъ задняго отпѣла
лобныхъ извилинъ и части gyr. supramarginalis. Кромѣ того, онъ
признаетъ проекціонное поле въ gyr. subangularis. Благодаря
этому послѣднему его задній ассоціаціонный центръ раздѣляется
на два — теменной и височный а потому въ послѣднее время онъ
склоненъ придерживаться первоначальнаго своего раздѣленія на 4
ассоціаціонныхъ центра — лобный, теменной, височный и островчатый
1) P. Flechsig. Ueber die Projections-und Associationscentren d. menschl.
Gehirns. См. XIII междунар. конгрессъ въ Парижѣ.

1425

Въ этихъ ассоціаціонныхъ центрахь, особенно же въ темен-
номъ и височномъ, хорошо обозначается раздѣленіе на болѣе
ранній по развитію краевой поясъ и болѣе позднюю централь-
ную область. Краевые пояса прилежатъ къ чувственнымъ цен-
трамъ и находятся въ связи съ ними при посредствѣ fibrae
arcuatae. Центральныя области ассоціаціонныхъ центровъ (осо-
бенно средняя часть g. angularis, третья височная извилина,
передняя половина 2-й лобной извилины) суть узловые пункты
длинныхъ ассоціаціонныхъ системъ; они суть конечныя области
наиболѣе характеристичныя для человѣческаго мозга. Изоли-
рованное ихъ пораженіе никогда не сопровождается ни чув-
ствительными, ни двигательными явленіями выпаденія. Если
же двигательное возбужденіе можетъ отъ нихъ исходить, то
лишь, какъ отдаленное дѣйствіе. При этомъ центральныя области
ассоціаціонныхъ центровъ находятся въ связи со многими,
частью даже со всѣми чувственными областями. При дву-
стороннемъ ихъ разрушенія наблюдаются дефекты интеллекта,
особенно же нарушеніе ассоціацій. Центральныя области такимъ
образомъ имѣютъ значеніе для душевной дѣятельности и для
постройки душевныхъ образовъ, въ которой участвуютъ многія
чувственныя качества, какъ напримѣръ наименованіе предмета,
чтеніе и т. п., что собственно относится преимущественно къ
заднему ассоціаціонному центру.
Критическіе взгляды по вопросу объ ассоціаціонныхъ
центрахъ.
Нужно замѣтить, что ученіе объ ассоціаціонныхъ центрахъ
встрѣтило противниковъ какъ съ анатомической, такъ и съ
физіологической стороны. Sieraerliug1) напр. утверждаетъ, что
на основаніи изслѣдованія дѣтскихъ мозговъ невозможно раз-
дѣлить мозговую кору на отдѣльные центры.
Dejerine въ видѣ возраженія P. Flechsig'y указывалъ на то,
что переднія части лобныхъ долей, теменныя, затылочныя изви-
лины, квадратная долька и височныя извилины имѣютъ обшир-
ныя связи съ зрительными буграми, а изъ височныхъ долей
выходитъ кромѣ того пучокъ волоконъ, спускающійся въ на-
ружную часть мозговой ножки. Подобныя же возраженія сдѣ-
ланы и O. Fogt,oмъ2).
1) Siemerliqg. Berl. klin. Woch. 1898. № 47.
2) O. Fogt. Zeitechr. f. Hypnotismus. 1897. Bd. 5, Heft 6

1426

По O. Fogt'yl) y животныхъ, какъ и у человѣка обложеніе
мякотью въ разныхъ отдѣлахъ нервной системы развивается
такъ же, какъ и у человѣка. Онъ убѣдился однако, что центры
съ болѣе позднимъ развитіемъ нервной системы не чистые
ассоціаціонные центры, но содержать также и проекціонныя
волокна. Fogt высказываетъ даже сомнѣніе въ отношеніи того прин-
ципа, на которомъ покоятся изслѣдованія P. Flechsig'a. Онъ
считаетъ недоказаннымъ прежде всего, что неодинаковыя по
времени развитія системы должны имѣть и различную функцію,
и вообще онъ считаетъ недостаточно обоснованнымъ дѣлать
физіологическіе выводы на основанія нетвердо стоящихъ
анатомическихъ данныхъ.
V. Monakow, высказываясь противъ ученія P. Flechsig'a, по-
лагаетъ, что нельзя локализировать чувственныя представленія,
такъ какъ эти представленія суть комплексы впечатлѣній,
имѣющихъ каждый свой путь и свой центръ и что различныя
корковыя сферы не могутъ быть разсматриваемы, какъ входныя
ворота (portes d'entrée) проекцій, притекающихъ отъ чувстви-
тельныхъ подкорковыхъ центровъ.
По Monakow'y могутъ быть локализированы только тѣ функ-
ціи, которыя стоятъ въ связи съ оріентированіемъ въ про-
странствѣ и съ движеніемъ, ему соотвѣтствующимъ. Всѣ
остальныя чувствительныя функціи составляются изъ комби-
націй болѣе простыхъ возбужденій. Тѣ функціи, которыя соот-
вѣтствуютъ болѣе тонкой качественной дифференцировкѣ и кото-
рыя не имѣютъ ничего общаго съ оріентированіемъ въ простран-
ствѣ, въ особенности же психическія функціи, не могутъ быть
локализированы въ означенныхъ корковыхъ областяхъ. Можно
однако ихъ изучать анатомически, изслѣдуя пучки различныхъ
. частей, участвующихъ въ сложной функціи.
Что касается спеціально ассоціаціонныхъ центровъ Р. Flechsig'а,
то по Monakow'y2), хотя число проводниковыхъ волоконъ безъ
всякаго сомнѣнія много меньше числа ассоціаціонныхъ въ ниж-
ней теменной долѣ, въ лобныхъ извилинахъ, въ insula и въ
височныхъ извилинахъ основанія, но въ то же время число
ассоціаціонныхъ волоконъ всегда значительно превосходить ко-
личество проекціонныхъ волоконъ даже въ тѣхъ извилинахъ,
1) О. Fogt. Zur Kritik d. sog. entwickelungsgeschichtlichen anatomischen
Methode. Реф. въ Allg. Zeitschr. f. Psych. 1900. Bd. 57. Его же P. Flechsig's
Associationslehre. Реф. въ Neur. Centr. 1900, стр. 331.
2) V. Monakow. Centres de projection et d'association. XIII Congrès inter-
nat. de Medecine. Paris 29 Août. 1900.

1427

занятыхъ чувствительными или двигательными центрами, гдѣ
эти послѣдніе достигаютъ своей максимальной густоты. Съ
другой стороны, основываясь на методѣ вторичныхъ переро-
жденій, Monakow пришелъ къ выводу, что всякая область
мозговой коры даже малаго протяженія имѣетъ проекціонныя
волокна двоякаго типа — центростремительныя и центробѣжныя.
Между прочимъ и gyr. angularis такъ же, какъ и gyr. supramarginalis,
не исключена изъ представительства въ лучистомъ вѣнцѣ.
Авторъ далѣе несогласенъ съ тѣмъ положеніемъ P. Flechsig’a,
что послѣдовательная міэлинизація зависитъ единственно отъ
функціи. Онъ указываетъ между прочимъ, что на развитіе во-
локонъ вліяютъ въ значительной мѣрѣ мѣстныя причины, на-
примѣръ условія кровообращенія, что существуютъ большія
индивидуальныя различія въ отношеніи послѣдовательности
развитія волоконъ, что ассоціаціонныя волокна въ извѣстныхъ
случаяхъ развиваются ранѣе проекціонныхъ, что допускается
и P. Flechsig’омъ, и что послѣднія, помѣщаясь въ „промежу-
точныхъ“ и „конечныхъ“ областяхъ, могутъ получить міэлини-
зацію уже послѣ того, какъ ассоціаціонныя волокна обложились
міэлиномъ, вслѣдствіе чего и получается въ этой области
характеръ ассоціаціоннаго центра.
Въ виду этой неточности метода міэлинизаціи Monakow со-
мнѣвается въ существованіи ассоціаціонныхъ центровъ, какъ
спеціально психическихъ центровъ, противополагаемыхъ проек-
ціоннымъ центрамъ. Ему кажется, что ограниченіе спеціальныхъ
ассоціаціонныхъ центровъ въ значительной мѣрѣ искусственно
и произвольно. Волокна, поздно получающія міэлинъ, не должны
непремѣнно служить для психической функціи, такъ какъ и
нѣкоторыя двигательныя функціи развиваются очень поздно, а
волокна, предназначенныя для половой функціи, вѣроятно не
міэлинизируются ранѣе возраста полового развитія.
Monakow сомнѣвается также и въ особомъ значеніи лобныхъ
долей по отношенію къ психической сферѣ и признаетъ въ этомъ
отношеніи чисто гипотетическою важность, приписываемую P. Fle-
chsig’омъ лобнымъ долямъ и другимъ ассоціаціоннымъ центрамъ.
Въ концѣ концовъ, какъ бы вообще ни были поучительны и инте-
ресны изысканія P. Flechsig’a на счетъ послѣдовательной міэли-
низаціи нервныхъ центровъ, по мнѣнію Monakow’a „elles ne suf-
fisent pas à elles seules à demontrer l'existence de grands centres cor-
ticaux isolés et bien délimités, de centres psychiques, qui seraient sans
connexion directe avec les régions sous-corticales plus profondes de
l'encephale“.

1428

Въ другой своей работѣ Monakow1) заявляетъ, что во всѣхъ
извилинахъ проекціонныя волокна составляютъ только малую
составную часть общей массы мозговаго вещества и, хотя можно
всю сумму областей, лишенныхъ проекціонныхъ волоконъ, обо-
значить ассоціаціонными центрами въ противоположность раз-
сѣянно лежащимъ проекціоннымъ пунктамъ, тѣмъ не менѣе
не существуетъ строгаго разграниченія между областями бѣд-
ными и богатыми проекціонными волокнами. Авторъ не убѣ-
дился также и въ существованіи различія между этими обла-
стями въ обоихъ полушаріяхъ мозга. Что касается интелле-
ктуальныхъ центровъ, то по Monakow’y правильнѣе допускать, что
элементы, служащіе для душевной дѣятельности, разсѣяны по
всей корѣ. Наконецъ Flechsig’овской теоріи одновременнаго
одѣванія мякотью проекціонныхъ волоконъ одного предназна-
ченія авторъ противополаетъ свою теорію „архитектоническаго
единства комплекса невроновъ“.
Bianchi, оспаривающій вообще ученіе P. Flechsig’a объ ассоціа-
ціонныхъ поясахъ, признаетъ, что задній ассоціаціонный поясъ
въ дѣйствительности представляетъ корковую область, предна-
значенную единственно для зрительной функціи во всѣхъ ея
степеняхъ, начиная отъ болѣе простыхъ до болѣе сложныхъ
причемъ ея расположеніе представляется такимъ, соотвѣтственно
тому, какъ развивалась зрительная функція, начиная отъ простаго
свѣтоваго воспріятія, имѣющаго свое сѣдалище въ sulc. calcarina
въ cuncus и въ затылочномъ полюсѣ, усложняясь присоедине-
ніемъ глазодвигательныхъ элементовъ, образованіемъ образовъ
предметовъ и заканчиваясь образованіемъ графическихъ зри-
тельныхъ знаковъ самихъ предметовъ и ихъ отношеній въ со-
сѣдствѣ съ передними границами названной области.
По Bianchi нѣтъ основанія разсматривать эту область коры,
какъ анатомическій субстратъ болѣе высокихъ интеллектуаль-
ныхъ процессовъ, состоящихъ въ ассоціаціи различныхъ обра-
зовъ, потому что этой гипотезѣ не благопріятствуетъ ни одно
клиническое наблюдете; если же двустороннія пораженія этой
области кромѣ психической слѣпоты приводитъ къ болѣе или
менѣе значительному слабоумію, то это можетъ быть объяснено
просто потерей значительной части коры, служащей магази-
номъ зрительныхъ образовь внѣшняго міра, вообще значитель-
ной части чувственныхъ элементовъ, которые служатъ основа-
ніемъ душевной жизни.
1) v. Monakow. Die Projections — und Associationscentren. Сообщ. на меж—
дународномъ конгрессѣ въ Парижѣ. Реф. Wien. Med. Woch. 1900. № 33.

1429

Съ другой стороны по Bianchi для установленія особыхъ
ассоціаціонныхъ центровъ недостаточно еще утвержденія, что
возбужденіе чувственной области имѣетъ своимъ результатомъ
галлюцинаціи, тогда какъ возбужденіе ассоціаціоннаго пояса
вызываетъ умственную спутанность; необходимо подкрѣпить
это разсужденіе анатомо-патологическими фактами, между тѣмъ
намъ неизвѣстно фактовъ, говорящихъ въ пользу такого тол-
кованія. Достаточно по Bianchi указать на случаи, въ которыхъ
одна только зрительная или слуховая галлюцинація глубоко
разстраиваетъ психическую личность и можетъ произвести
огромную душевную спутанность и даже истинное состояніе
спутанности, чтобы дать этой гипотезѣ правильную оцѣнку1).
По Bianchi гипотезу P. Fiechsig’a не подкрѣпляетъ и гисто-
логическій анализъ, который ничуть не указываетъ на большую
сложность строенія ассоціаціонныхъ областей по сравненію съ
областями чувственнаго воспріятія. Кромѣ того противъ взгля-
довъ P. Flechsig’a по Bianchi говоритъ и тотъ фактъ, что значи-
тельная степень слабоумія обычно развивается вмѣстѣ съ глу-
хотой къ словамъ при пораженіи 1-й височной извилины, въ ко-
торой по Flechsig’y имѣются частью первичныя, частью промежу-
точныя территоріи.
Въ этомъ случаѣ такимъ образомъ специфическая функція
высшаго интеллектуальнаго значенія помѣщена въ „первич-
ныхъ“ и „промежуточныхъ“ территоріяхъ P. Flechsig’a.
Переходя къ двигательной области или къ области тѣла
(zone somesthetique) Bianchi справедливо указываетъ, что это есть
область, къ которой притекаютъ нервныя волны съ различныхъ
чувственныхъ областей для осуществленія психическаго реф-
лекса, который насъ ставитъ въ соотношеніе съ внѣшнимъ
міромъ. Въ этомъ отношеніи только что указанная область моз-
говой коры уподобляется переднимъ рогамъ спинного мозга.
Но по мѣрѣ того, какъ мы поднимаемся въ іерархіи цен-
тровъ отъ спинныхъ въ направленіи къ головнымъ, рефлектор-
ные акты возрастаютъ въ своей сложности до того момента,
пока рефлексъ не сдѣлается психическимъ сознательнымъ фено-
меномъ высшаго значенія.
Чтобы осуществлять эти рефлексы двигательная область
должна быть связана съ каждой областью мозговой коры.
Но въ этомъ случаѣ двигательная область является также
ассоціаціонною областью и еще въ большей мѣрѣ, нежели
1) Bianchi, loco cit. стр. 6 и 7.

1430

задняя ассоціаціонная область P. Flechstg’a, такъ какъ она ути-
лизируетъ продукты всѣхъ чувственныхъ областей, помѣщаю-
щихся сзади и снизу. Между тѣмъ она міэлинизируется первою
и обозначается № 1 по схемѣ P. Flechsig’a.
Здѣсь мы встрѣчаемъ между прочимъ еще часть двига-
тельной области, которая предназначена для сложныхъ отпра-
вленій руки и для письма, и особый рѣчевой центръ. Эти
центры выполняютъ двигательную функцію наиболѣе возвы-
шенную въ іерархіи двигательныхъ центровъ.
Они очевидно должны имѣть безчисленные ассоціаціонные
пути, такъ какъ, имѣя функцію по существу двигательную,
они въ то же время служатъ наиболѣе совершеннымъ выра-
женіемъ высшей психической жизни. Они являются такимъ
образомъ также ассоціаціонными зонами и притомъ зонами
высшаго значенія, благодаря связямъ, которыя соединяютъ
ихъ со всѣми другими областями мозговой коры. Нельзя
также установить и параллелизма между міэлинизаціей и по-
слѣдовательностью развитія мозговыхъ функцій. Такъ, произ-
вольныя движенія для ходьбы управляются зоной № 1, первой
и по своему развитію, тогда какъ ходьба у дитяти разви-
вается много позднѣе, нежели напр. слышаніе словъ, которое
выполняется зонами № 7 и № 23. Съ другой стороны такъ
какъ двигательная область рѣчи, помѣщающаяся въ области
чувстводвигательной проекціи, даетъ продуктъ, который по
своей сложности долженъ быть результатомъ ассоціаціонной
работы, то она является съ интеллектуальной точки зрѣнія
много болѣе высшей, нежели задній поясъ ассоціаціи P. Flech-
sig’a. Такимъ образомъ нѣтъ основанія принимать его раздѣ-
ленія на пояса проекціи и пояса ассоціаціи, если исключить
анатомическіе факты, которые должны имѣть лишь ограни-
ченное примѣненіе къ психологіи и душевной патологіи.
Также и относительно лобной доли L. Bianchi не согла-
шается съ P. Flechsig’омъ въ существенныхъ пунктахъ.
Кромѣ того, противъ взглядовъ P. Flechsig’a высказались
Déjérine, Simmerling, Sachs и нѣкоторые другіе.
Но мы не будемъ излагать возраженій всѣхъ авторовъ, вы-
сказавшихся противъ воззрѣній P. Flechsig’a, такъ какъ сущ-
ность этихъ возраженій уже вполнѣ охарактеризована въ
предыдущемъ изложеніи.

1431

Дальнѣйшее развитіе ученія объ ассоціаціонныхъ
центрахъ.
Здѣсь слѣдуетъ однако упомянуть, что рядъ авторовъ вы-
сказывается, хотя и съ нѣкоторыми ограниченіями, въ пользу
воззрѣній Р. Fiechsig’a.
Такъ, Demoor1) произвелъ рядъ опытовъ надъ собаками съ
цѣлью провѣрки Flechsig'овскихъ ассоціаціонныхъ центровъ.
Для этой цѣли въ 4 группахъ опытовъ онъ дѣлалъ разру-
шеніе области sulc. cruciati, затылочныхъ долей, лобной доли и
теменно-височной доли. Разрушеніе области sulc. cruciati и за-
тылочныхъ долей давало всѣмъ извѣстные симптомы. При разру-
шеніи теменно-височной области наблюдалась та особенность, что
собака въ своей обычной обстановкѣ была вполнѣ понятлива,
тогда какъ въ новой обстановкѣ она была безпомощна, не
могла въ достаточной мѣрѣ комбинировать впечатлѣнія и при-
нимать рѣшенія, вслѣдствіе нарушенія ассоціацій. Разрушенія
лобныхъ долей дали автору отрицательные результаты, что
однако онъ толкуетъ въ пользу ученія P. Fiechsig’a, такъ какъ
въ лобныхъ доляхъ по Flechsig’y долженъ быть центръ инди-
видуальности и характера, развитіе котораго у собаки и чело-
вѣка должно быть крайне несоразмѣрнымъ, вслѣдствіе чего
удаленіе его у собаки, вслѣдствіе недоразвитія, и не должно
сказываться особыми симптомами. Въ виду этого теменной
центръ авторъ считаетъ болѣе важнымъ, нежели лобный.
L. F. Barker2), развивая взгляды P. Fiechsig’a, признаетъ, что
большой лобный центръ преимущественно служитъ для субъ-
ективныхъ, такъ сказать на свое „я“ направленныхъ ассоціацій,
тогда какъ большой задній центръ собираетъ и обработываетъ
преимущественно объективныя, т. е. на внѣшней міръ напра-
вленный ассоціаціи.
По Hitzig’y3) P. Flechsig въ своихъ гипотезахъ слишкомъ
далеко зашелъ, но несомнѣнно его работы и основныя идеи
1) Demoor. LES centres sensitifs-moteurs et les centres d’associations chez
le chien. Travaux du laboratoire de l’institut Solvay. II. № 3. 1899
2) Barker. The sense-areas and association centres etc. The Journ. of nerv.
and menth. dis. № 6. 1897.
3) Hitzig. Die Projections- und Associationscentren d. menschl. Gehirns.
Международный Конгрессъ въ Парижѣ 1900.

1432

представляютъ существенный успѣхъ въ знаніи строенія и
функцій мозга.
Prof. Schafferl) находитъ, что при прогрессивномъ параличѣ
помѣшанныхъ, — болѣзни, сопровождающейся рѣзкимъ слабо-
уміемъ, процессъ перерожденія въ корѣ поражаетъ преимуще-
ственно ассоціаціонные центры P. Flechsig’a.
Д-ръ Ларіоновъ также приводитъ много клиническихъ и
анатомическихъ данныхъ въ пользу признанія ассоціаціонныхъ
центровъ и даже въ извѣстной мѣрѣ авторъ этотъ еще далѣе
развиваетъ ученіе P. Flechsig’a.
По Ларіонову2) задніе ассоціаціонные центры служатъ для
низшей сознательной дѣятельности, завѣдывая ассоціаціей
конкретныхъ понятій и представленій, а также памятью звуко-
выхъ и письменныхъ образовъ словъ для этихъ понятій.
Storch3) допускаетъ существованіе особаго „стереопсихиче-
скаго поля“, которому онъ приписываетъ созиданіе простран-
ственныхъ представленій и которое находится въ связи съ раз-
личными чувствительными и двигательными центрами. Однако
для установленія такого поля авторъ довольствуется психофи-
зіологическими умозрѣніями.
Точка зрѣнія автора. Психо-чувственныя области.
Съ своей стороны, отдавая должное трудамъ знаменитаго
анатома, мы признаемъ, что вопросъ о локализаціи высшихъ
психическихъ отправленій можетъ получить соотвѣтствующее
разрѣшеніе только на основаніи данныхъ эксперимента и
клиники.
Съ этой стороны уже изъ предыдущаго изложенія должно
быть ясно, что кромѣ первичныхъ центровъ воспріятія, зало-
женныхъ для зрѣнія во внутренней части затылочной доли,
для слуха въ первой височной извилинѣ, для кожно-мышечной
1) Prof. Shäffer. Die Topograph!e d. paral. Rindendegeneration und deren
Verhältniss zu Flechsig’s Associationscentren. Neur. Centr. № 2. 1902.
2) См. Ларіоновъ. Обзоръ работъ объ афазіи. Обозрѣніе Психіатріи. 1898,
№ 7, 8, 9, 10, 11. — О транскортикальной чувственной и двигательной афазіи.
Обозр. Псих. 1899. № 8. — О корковыхъ центрахъ слуха. СПБ. 1898. — Анато-
мическія и другія основанія ученія объ ассоціаціонныхъ центрахъ головного
мозга. Вопросы нервно-психической медицины. 1893 г., т. I.
3) Е. Storch. Einiges z. Function d. langen Associationsneurone d. Gross-
hirns. Wien Med. Blatter № 27, 1902.

1433

чувствительности въ теменныхъ и центральныхъ извилинахъ,
для обонянія въ g. pyriformis и для вкуса при заднемъ
отдѣлѣ operculi, имѣются еще особыя вторичныя области вос-
пріятія, представляющіяся въ отношеніи своего функціональ-
наго значенія областями высшаго порядка.
Мы уже ранѣе говорили, что для полнаго акта зрѣнія, слуха
или осязанія недостаточно еще воспринимать видимое, слыши-
мое или осязаемое, нужно еще оформить видимое, слышимое
или осязаемое въ видѣ конкретнаго отпечатка, что достигается
не иначе, какъ путемъ сочетанія простого зрительнаго, слухо-
ваго или осязательнаго воспріятія съ воспріятіемъ отъ мышцъ,
обслуживающихъ данный чувствующій органъ.
Для откладыванія этихъ конкретныхъ отпечатковъ по сосѣд-
ству съ воспринимающимъ центромъ зрѣнія, слуха и осязанія
имѣются особыя вторичныя области воспріятія, въ которыхъ
они и хранятся на болѣе или менѣе продолжительное время.
Такія области для зрѣнія, какъ мы видѣли, лежать на на-
ружной поверхности затылочной доли, для слуха на 2-й и 3-й
наружныхъ височныхъ и височно-основныхъ извилинахъ и для
осязанія и вкуса на центральныхъ извилинахъ. Для обонянія
кромѣ первичной области воспріятія въ g. pyriformis подобныя
вышеуказаннымъ вторичныя области заложены въ sub. cornu
Ammonis и g. fornicatus.
Хотя раздраженія отъ предметовъ внѣшняго міра дости-
гаютъ коры мозга большею частью при посредствѣ нѣсколькихъ
органовъ чувствъ, но, благодаря имѣющимся сочетаніямъ въ
корѣ, конкретные отпечатки, откладывающіеся въ разныхъ цен-
трахъ коры отъ одного и того же предмета вступаютъ въ болѣе
или менѣе тѣсное соотношеніе другъ съ другомъ, благодаря
чему оживленіе одного изъ отпечатковъ приводитъ послѣдова-
тельнымъ образомъ къ оживленно всѣхъ другихъ тѣсно съ нимъ
связанныхъ отпечатковъ.
Возьмемъ для примѣра апельсинъ. Полный отпечатокъ его
является уже сложнымъ психическимъ продуктомъ, слагаю-
щимся изъ отпечатка отъ желтаго цвѣта, шарообразной формы,
извѣстной величины, шероховатой поверхности, опредѣленнаго
вида разрѣза, извѣстной тяжести, опредѣленнаго запаха, кисло-
сладскаго вкуса и т. n. Эти отпечатки оживляются послѣдова-
тельно при возбужденіи одного изъ нихъ, благодаря сочетатель-
ной дѣятельности различныхъ воспринимающихъ центровъ, хра-
нящихъ эти отпечатки.
Такимъ образомъ, какъ имѣется тѣсная связь между пер-

1434

вичными и соотвѣтствующими вторичными воспринимающими
центрами зрѣнія, слуха и осязанія, такъ должна быть ассоціа-
тивная связь между всѣми вообще функціонально различными
воспринимающими центрами.
Если мы теперь примемъ во вниманіе топографію этихъ
центровъ, то вышеуказанныя связи должны происходить глав-
нымъ образомъ при посредствѣ теменныхъ и наружно-основныхъ
височныхъ областей полушарій, что на самомъ дѣлѣ и под-
тверждается анатомическими изысканіями. (фиг. 101).
Ясно, что послѣдствіемъ разрушенія тѣхъ областей темен-
ныхъ и височныхъ долей, которыя не заняты первичными
воспринимающими центрами кожныхъ и мышечныхъ ощущеній,
смотря по топографіи пораженія, можетъ быть или неузнаваніе
внѣшнихъ знакомыхъ ранѣе раздраженій, вслѣдствіе разрушенія
центровъ, гдѣ хранятся предметные отпечатки, или рѣзкое на-
рушеніе естественныхъ соотношеній между предметными отпе-
чатками, что приводитъ къ ихъ спутанности, невозможности
Фиг. 101. Схематическое изображеніе человѣческаго мозга. Заштрихованныя области суть
чувстводвигательные центры; бѣлыя поля соотвѣтствуютъ теменно-височной и предлобной
областямъ, предназначеннымъ для высшихъ психическихъ отправлвній.

1435

оріэнтироваться въ окружающемъ пространствѣ и къ болѣе или
менѣе рѣзкому нарушенію психики.
Изъ экспериментальныхъ работъ мы уже ранѣе указывали на
изслѣдованія Luciani, отмѣчающаго особое значеніе для психи-
ческой сферы теменныхъ областей и на позднѣйшія изслѣдо-
ванія Demoor’a. который наблюдалъ неспособность животныхъ
съ удаленными теменными областями оріентироваться и при-
нимать рѣшенія при новыхъ условіяхъ.
Изслѣдованія, произведенныя нами надъ собаками съ дву-
стороннимъ разрушеніемъ области задняго отдѣла теменныхъ
долей, показали, что у оперированныхъ животныхъ обнаружи-
ваются рѣзко выраженныя явленія слабоумія, чего не наблю-
дается напр. у животныхъ, которымъ произведено двустороннее
разрушеніе тѣхъ или другихъ чувственныхъ или двигатель-
ныхъ областей; но, само собою разумѣется, въ вопросахъ насъ
интересующихъ, данныя клиники пріобрѣтаютъ особое значеніе
и оставляютъ далеко позади себя тѣ данныя, которыя дастъ въ
этомъ отношеніи экспериментъ надъ животными.
Патологическія наблюденія.
Клиническія наблюденія показываютъ съ несомнѣнностью,
что послѣдствіемъ частичнаго разрушенія вышеуказанныхъ
областей является неузнаваніе бывшихъ впечатлѣній и не-
достатокъ оріентировки въ окружающемъ мірѣ съ явленіями
психической спутанности.
Иногда у больныхъ имѣется рядъ подобныхъ разстройствъ
въ сферѣ различныхъ ощущеній, особенно же въ сферѣ
зрѣнія, слуха и обонянія, вслѣдствіе чего такого рода больные
утрачиваютъ понятіе о всѣхъ или о большинствѣ окружающихъ
предметовъ. Состоянія эти ранѣе неправильно назывались
апраксіей, такъ какъ вмѣстѣ съ этимъ связана и потеря
воспоминанія объ употребленіи предметовъ. Иногда для выше-
указанной цѣли пользуются названіемъ асимболіи, но этотъ
терминъ съ большею правильностью могъ бы быть примѣняемъ
для тѣхъ случаевъ, гдѣ больные не могутъ узнавать предметовъ
и забываютъ употребленіе слова. Мы полагаемъ, что наиболѣе
подходящимъ терминомъ для описываемыхъ состояній должно
быть данное Freud'омъ названіе агнозіи.
Послѣ Freud’a, описавшаго это состояніе, второй случай

1436

агнозіи, хотя и безъ вскрытія, приводится Féré1). Больной
не узнавалъ окружающаго, не узнавалъ улицъ и даже не
узнавалъ самого себя въ зеркалѣ, не узнавалъ, формы
и цвѣта окружающихъ предметовъ, больной не могъ писать
но списывалъ слова, могъ объясняться по французски, но при-
водилъ слова съ испанскаго. Въ случаѣ Déjérine’a, больной могъ
читать и могъ немного писать, но не понималъ смысла читае-
маго; при вскрытіи же была обнаружена саркома обѣихъ те-
менныхъ долей.
Два случая хорошо выраженной агнозіи недавно были сооб-
щены Liepmann’омъ въ Berl. psych. Verein2).
Въ послѣднее время выяснилось, что и пораженія, при-
водящія къ потерѣ представленій объ употребленіи руки для
пользованія тѣми или другими предметами, не смотря на со-
хранность ихъ узнаванія, и извѣстныя подъ названіемъ апраксіи,
также являются послѣдствіемъ пораженія опредѣленныхъ частей
теменныхъ областей. Доказательствомъ могутъ служить уже
ранѣе упомянутые случаи Liepmann’a3) и нашъ4) (см. выше).
Далѣе въ нѣкоторыхъ случаяхъ опухолей заднихъ отдѣловъ
мозговой коры наблюдались явленія спутанности, которыя напо-
минали собою спутанность при психозѣ, извѣстномъ подъ на-
званіемъ остраго галлюцинаторнаго помѣшательства или галлю-
цинаторной спутанности. Таковы случаи: Wallenberg’a5) и Haupner’a
и Fragstein’a6). Руководясь этимъ, есть основаніе полагать, что и
измѣненія при упомянутомъ психозѣ, какъ справедливо указы-
валъ Erbsloh, локализируются въ заднихъ частяхъ мозговой коры.
Дѣйствительно въ одномъ случаѣ полиневритическаго пси-
хоза съ явленіями спутанности, рѣзкаго ослабленія памяти, не-
возможности оріентироваться въ пространствѣ и ложными вос-
поминаніями д-ръ Вырубовъ7) нашелъ рѣзкія клѣточныя из-
мѣненія, локализировавшіяся главнымъ образомъ въ теменныхъ
доляхъ полушарій.
Въ случаѣ Erbslöh8) мы имѣемъ гнѣздовое пораженіе лѣвой
1) Féré. Progr. méd., 1888 № cт.
2) Liepmann. Centr. f. Nerv. 1902, стр. 620.
3) Liepmann. Das Krankheitbild der Apraxie. 1900.
4) В. Бехтеревъ. Обозр. Психіатріи. 1906. Monatschr. f. Psych. 1906.
5) R. Wallenberg. Zwei Fälle v. Tumor d. hinteren Schädelgrube. Arch. f.
Psych. XXI.
6) Haupner u. v. Fragstein. Berl. Klin. Woch. 1897. № 2.
7) Вырубовъ. См. Обозр. Псих.
8) Erbsloh. Ueber einen Fall von Occipitaltumor. Monatschr. f. Psych. u. Neu-
rol. № 31. 1902.

1437

затылочной доли, комбинированное съ психозомъ въ видѣ гал-
люцинаторной спутанности. Психозъ уподоблялся состоянію
неспособности къ оріентированію съ галлюцинаціями, какъ это
наблюдается при delirium tremens и въ нѣкоторыхъ случаяхъ у
эпилептиковъ (Pick). Только въ двухъ направленіяхъ можно
было отмѣтить отклоненіе отъ вышеуказаннаго психоза: 1) не-
значительнымъ количествомъ слуховыхъ галлюцинацій и
2) отсутствіемъ измѣненій настроенія.
При болѣе подробномъ анализѣ психическаго разстройства,
какъ на болѣе постоянное и болѣе поразительное явленіе у
больного, обнаруживавшееся уже въ началѣ заболѣванія, слѣ-
дуетъ указать на неспособность больного удерживать въ па-
мяти новыя представленія даже простого качества, какъ пред-
меты и слова, безразлично-достигали-ли эти предметы сознанія
больного при посредствѣ слуха, зрѣнія или стереогностическаго
чувства. Со временемъ, хотя способность запоминанія нѣсколько
улучшилась, но больной тѣмъ не менѣе обнаруживалъ
рѣзкое ослабленіе памяти, выразившееся неспособностью
удерживать цѣлый рядъ представленій въ послѣдовательномъ
порядкѣ.
Кромѣ того у больного отмѣчали „гетерогенныя“ мысли.
Когда его спрашивали о помѣщеніи, то онъ, описывая его, го-
ворилъ, что тамъ также есть лошади, чего конечно не было.
Далѣе у больного обнаруживалась ясная задержка ассоціаціи
и нарушеніе способности сужденія. Кромѣ того у больного
имѣлись прекрасно выраженныя ложныя воспоминанія.
Перцепція, т. е. простое воспріятіе у больного не было нару-
шено, апперцепція, т. е. узнаваніе прошлыхъ представленій на
высотѣ психоза было значительно разстроено (напр. своего отца
онъ называетъ товарищемъ и т. п.).
Обращало также вниманіе неузнаваніе отдѣльныхъ предме-
товъ, не зависѣвшее отъ разстройствъ зрѣнія. Вмѣстѣ съ тѣмъ,
благодаря разстройству апперцепціи, больной путался въ окру-
жающемъ его пространствѣ. Въ общемъ въ сферѣ апперцепціи
обращало на себя вниманіе: 1) иллюзорное неузнаваніе отдѣль-
ныхъ предметовъ; 2) просматриваніе отдѣльныхъ частей карти-
ны и 3) смѣшиваніе отдѣльныхъ рядовъ представленій другъ
съ другомъ.
Все это наблюдалось при непораженной способности воспо-
минанія, такъ какъ паціентъ могъ читать, писать и рисовать по
памяти. При физическомъ обслѣдованіи обнаруживалась право-
сторонняя одноименная геміанопсія и парезъ правой нижней вѣтви

1438

facialis при мимическихъ движеніяхъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ были при-
знаки мозгового давленія, головныя боли, рвота, замедленіе пульса,
позднѣе ускореніе его съ неправильностью, легкое нарушеніе
равновѣсія, современемъ же обнаружилось повышеніе рефле-
ксовъ и исчезновеніе симптомовъ давленія. Впослѣдствіи геміа-
нопсія въ лѣвомъ глазу ограничилась до незначительнаго де-
фекта, но современемъ она опять возобновилась. Авторъ пред-
полагаетъ пораженіе въ затылочной долѣ вблизи зрительныхъ
путей, которые не разрушены, но только сдѣлались временно
недѣятельными. Вмѣстѣ съ тѣмъ авторъ по аналогіи съ извѣ-
стнымъ и поучительнымъ случаемъ Lissauer’a предполагаетъ
пораженіе волоконъ corp. callosi лѣваго полушарія.
Въ параллель съ этими случаями я могу привести и свой
случай съ размягченіемъ какъ въ томъ, такъ и въ другомъ
полушаріи области gyri pyriformis, gyri hypocampi и основныхъ
височно-затылочныхъ извилинъ съ подлежащимъ бѣлымъ ве-
ществомъ височныхъ долей. У больного изъ соматическихъ раз-
стройствъ не было ни разстройствъ движенія, ни разстройствъ
кожной и мышечной чувствительности, не было также ни раз-
стройствъ зрѣнія и слуха, ни разстройствъ вкуса, не смотря
на двустороннее разрушеніе тѣхъ именно областей, которыя по
нѣкоторымъ авторамъ являются центрами вкусового воспріятія,
Къ сожалѣнію, обоняніе у больного осталось точно необслѣдо-
ваннымъ, но собранныя свѣдѣнія говорили за его рѣзкое при-
тупленіе, если не за полное отсутствіе.
Изъ психическихъ явленій у больного первоначально
обнаруживался симтомокомплексъ полиневритическаго пси-
хоза съ явленіями глубокаго ослабленія памяти и сообра-
женія и съ ложными воспоминаніями. Такой именно діагнозъ
и былъ установленъ въ московской психіатрической клиникѣ,
гдѣ работалъ С. С. Корсаковъ.
Въ послѣдующій же періодъ пребыванія больного въ нашей
клиникѣ можно было констатировать у него глубокое ослабленіе
памяти ко всѣмъ вообще свѣжимъ впечатлѣніямъ, а вмѣстѣ
съ тѣмъ можно было констатировать также и утрату многихъ
пережитыхъ представленій съ своеобразными обманами памяти.
Въ связи съ этимъ случаемъ мы можемъ указать также на
цитированный ранѣе случай Bouchaud'а1) съ поренцефалическимъ
пораженіемъ при вершинѣ височной доли съ участіемъ области
Аммоніева рога, gyri hypocampi, части gyri fornicati и lob. lingualis,
1) Bouchaud. Destruction du pole sphenoidal etc. Revue neurol. № 9 1902.

1439

въ которомъ у больного не имѣлось ни разстройствъ вкуса и
обонянія, ни разстройствъ общей, осязательной и мышечной
чувствительности. Напротивъ того у больного имѣлись ясныя
психическія разстройства, выражавшіяся первоначально угне-
тенными меланхолическимъ состояніемъ съ ослабленіемъ пси-
хики и рѣзко выраженной амнезіей, неспособностью оріен-
тироваться и т. п.; со временемъ же наступило нѣкоторое
улучшеніе въ состояніи больного, но онъ все время оставался
съ рѣзкимъ ослабленіемъ памяти и не могъ хорошо оріенти-
роваться въ окружающемъ1).
Приведенные случаи доказываютъ, что и основный части за-
тылочно-височныхъ областей такъ же, какъ и наружныя части
теменно-затылочныхъ извилинъ, имѣютъ особое значеніе для
психической дѣятельности.
Съ другой стороны имѣется немало примѣровъ, гдѣ разру-
шенія, локализировавшіяся въ вышеуказанной области приводили
къ совершенной спутанности представленій или даже къ полной
утратѣ соотвѣтствующихъ представленій, что такъ характери-
стично для глубокаго слабоумія. Мнѣ извѣстны случаи полнаго
идіотизма, гдѣ были поражены съ обѣихъ сторонъ только те-
менныя области, тогда какъ разрушенія не менѣе обширныя
въ другихъ воспринимающихъ или двигательныхъ областяхъ
мозговой коры, вызывая соотвѣтствующія разстройства вос-
пріятія или движенія, обыкновенно не приводятъ къ болѣе
или менѣе значительному ослабленію умственныхъ способно-
стей.
Далѣе въ литературѣ имѣется цѣлый рядъ случаевъ идіо-
тизма, обусловленныхъ пораженіемъ теменныхъ и затылочно-
височныхъ областей. Сюда могутъ быть отнесены случаи, опи-
санные Ricliardier’омъ2), И. П. Мержеевскимъ3), Bourneville'емъ4),
Ireland’омъ5) и др. Также и изученіе мозговъ въ музеѣ нашей
1) Достойно вниманія, что эпилепсіи, какъ и въ моемъ случаѣ, у боль-
ного не было, вслѣдствіе чего, несмотря на частую встрѣчу поражеиій Ам-
моніева рога при эпилепсіи, нѣтъ достаточныхъ основаній происхожденіе
эпилепсіи ставить въ зависимость отъ пораженія Аммоніева рога.
2) Richardier. Étude sur les scléroses encephaliques primitives de l'enfance.
Paris. 1885.
3) И. П. Мержеевскій. О нѣкоторыхъ особенностяхъ головного мозга идіо-
товъ etc. Сборникъ суд. мед. 1875.
4) Bourneville. Recherches cliniques et therapeut. sur l’épilepsie, hystérie et
l’idiotie. 1882, стр. 36.
5) Ireland. Идіотизмъ и тупоуміе, пер. Томашевскаго. 1880.

1440

клиники показало д-ру Ларіонову1), что у нѣкоторыхъ идіотовъ
теменныя доли рѣзко задерживаются въ развитіи, особенно
справа, представляя атрофію извилинъ и микрогири.
Въ одномъ нашемъ случаѣ была найдена даже рѣзкая атрофія
и недоразвитіе теменныхъ долей съ хорошимъ развитіемъ лоб-
ныхъ и центральныхъ извилинъ, какъ между прочимъ было и
въ цитированномъ выше случаѣ И. П. Мержеевскаго.
Также и Кочеткова2) приводитъ два случая идіотизма съ
атрофіей правыхъ затылочныхъ и височныхъ долей въ одномъ
и атрофіей лѣвыхъ теменныхъ долей въ другомъ полушаріи.
Можно было бы привести здѣсь и другіе случаи пораженія
вышеназванныхъ областей съ развитіемъ идіотизма, но пола
гаемъ, что и приведенныхъ достаточно для обоснованія выше-
указаннаго положенія.
Такимъ образомъ всѣ вышеприведенныя данныя не оста-
вляютъ сомнѣнія въ темъ, что теменно-затылочныя и частью
височныя области, не занятыя чувстводвигательными центрами,
служатъ мѣстомъ вторичнаго отраженія образовъ воспріятія,
будучи предназначены главнымъ образомъ для образованія и
храненія конкретныхъ отпечатковъ и для сочетанія этихъ отпе-
чатковъ другъ съ другомъ.
Этимъ самымъ очевидно опредѣляется и тѣсное отношеніе
вышеназванной области къ памяти и репродуктивной дѣятель-
ности, которая всегда страдаетъ болѣе или менѣе рѣзкимъ
образомъ при ея разрушеніи, вслѣдствіе чего пораженіе этой
области въ раннемъ возрастѣ должно неизбѣжнымъ образомъ
приводить къ идіотизму, а у взрослыхъ разрушеніе той же
области приводитъ къ развитію слабоумія съ глубокимъ ослабле-
ніемъ памяти и нарушеніемъ способности оріентированія въ
окружающемъ пространствѣ.
Вышеприведенный случай Erbsloh’a не можетъ служить
опроверженіемъ, такъ какъ при немъ было сохранено воспоми-
наніе, вызываемое по произволу, когда больного заставляли
писать, читать и рисовать, пассивное же воспроизведете, выра-
жающееся узнаваніемъ окружающаго было глубоко нарушено.
Выводы эти вполнѣ согласны со взглядами C. Wernicke3),
по которому понятія, возникающія на основаніи зрительныхъ,
слуховыхъ и осязательныхъ образовъ, локализируются въ за-
1) Ларіоновъ. Анат. и другія основанія ученія объ ассоц. центровъ го-
ловного мозга. Вопр. нервно-псих. мед. 1903, т. I.
2) Кочеткова. Arch f. Psych. 1901.
3) С. Wernicke. Der aphasische Symptomencomplex. 1874.

1441

тылочно-височныхъ областяхъ, вслѣдствіе чего двустороннее
пораженіе затылочно-височныхъ областей приводитъ къ разви-
тію самаго тяжелаго слабоумія.
Надо замѣтить, что опредѣленныя части разсматриваемой
области въ лѣвомъ полушаріи предназначены для храненія
словесныхъ символовъ въ видѣ зрительныхъ и слуховыхъ обра-
зовъ.
Мы ранѣе уже встрѣчались съ тѣмъ фактомъ, что у чело-
вѣка обнаруживается иногда такъ называемая алексія, выра-
жающаяся утратой письменныхъ образовъ словъ, благодаря
чему человѣкъ, будучи способнымъ говорить, писать и пони-
мать чужую рѣчь, лишается способности читать, хотя онъ и
можетъ списывать съ книги по буквамъ отдѣльныя слова1).
Charcot, руководясь цѣлымъ рядомъ клиническихъ наблю-
деній, установилъ, что это своеобразное разстройство зависитъ
отъ пораженія лѣвой gyri angularis.
Хотя различными авторами высказывались несовсѣмъ со-
гласные съ этимъ положеніемъ взгляды на происхожденіе
алексіи и нѣкоторыми этотъ видъ афазіи понимается, какъ ре-
зультата нарушенія связи между зрительнымъ и словеснымъ
центромъ лѣваго полушарія, тѣмъ не менѣе клиническія дан-
ныя не оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что при пораженіи gyri
angularis лѣвой стороны алексія, т. е. неспособность читать и
слѣдовательно воспроизводить на основаніи письменныхъ зна-
ковъ образы словъ составляетъ явленіе болѣе или менѣе
обычное.
Выше мы видѣли также, что въ лѣвомъ полушаріи имѣются
особыя области, предназначенныя для храненія зруковыхъ обра-
зовъ словъ. Эти области расположены въ височной долѣ по
сосѣдству съ первой ея извилиной, гдѣ заложены тоновый и
словесный центры. Разрушеніе ихъ приводитъ къ явленіямъ
такъ называемой тоновой психической глухоты или амузіи и
словесной психической глухоты, когда люди воспринимаютъ
звуки и слова, но не могутъ понять ихъ смысла.
Это разстройство рѣчи обычно связано съ извѣстной сте-
пенью ослабленія умственныхъ способностей, что говоритъ оче-
видно также въ пользу особаго отношенія этихъ областей къ
высшимъ психическимъ отправленіямъ.
1) Достойно вниманія, что въ случаяхъ подобныхъ вышеуказаннымъ
больные иногда могутъ понять смыслъ видимыхъ ими словъ съ помощью
осязанія и мышечнаго чувства, обводя буквы пальцемъ, какъ дѣлаютъ
слѣпые.

1442

Kahler и Pick1) на основаніи вскрытій приходятъ къ заклю-
ченія, что пораженіе лѣвой височной доли преимущественно
1-й и 2-й извилинъ приводитъ обычно кромѣ потери слуха
къ словамъ еще и къ развитію слабоумія; пораженія же обѣихъ
височныхъ долей приводятъ къ глубокому слабоумію.
Выше была рѣчь также о томъ, что такъ называемая амне-
стическая афазія, выражающаяся потерей памяти словъ, лока-
лизируется въ извилинахъ височной доли, расположенныхъ
внѣ слуховыхъ и словесныхъ центровъ на наружной и основ-
ной ея поверхности.
Безъ сомнѣнія для болѣе детальнаго обоснованія тѣхъ пси-
хическихъ разстройствъ, которыя наблюдаются при обширныхъ
пораженіяхъ вышеуказанной психочувственной области нужны
еще дальнѣйшія клиническія наблюденія и изслѣдованія. Но
при этомъ должно остерегаться увлеченій мало обоснованными
гипотезами, къ каковымъ слѣдуетъ между прочимъ отнести
взгляды В. Hollander'а2). Авторъ этотъ локализируетъ даже
отдѣльныя формы душевныхъ заболѣваній въ вышеназванной
области, полагая, что его наблюденія подтверждаютъ локали-
зацію Gall’а. На основаніи собранныхъ изъ литературы данныхъ
онъ локализируетъ меланхолію въ gyr. angularis и supramargi-
nalis, манію въ средней части височно-основной области коры
(lobus temporo-sphenoidalis), тогда какъ бредъ преслѣдованія лока-
лизируется по его мнѣнію въ задней части височныхъ изви-
линъ. Само собою разумѣется, что, какъ-бы ни была богата
литература, на которую опирается въ этомъ случаѣ авторъ, его
взгляды не могутъ выдержать даже поверхностной критики и
мы даже не считаемъ нужнымъ на нихъ останавливаться, — тѣмъ
болѣе, что въ другомъ мѣстѣ была уже рѣчь о томъ, что раз-
личныя части вышеназванной психочувственной области за-
няты тѣми или другими центрами представленій и слѣдова-
тельно ни въ какомъ случаѣ нельзя допускать мысли, что по-
раженія отдѣльныхъ, притомъ же сравнительно ограниченныхъ
частей этой области, должны вызывать опредѣленные психозы,
представляющіе собою цѣлый рядъ психическихъ симптомовъ
съ опредѣленнымъ законосообразнымъ теченіемъ.
*) Kahler und Pick. Beitrage z. Pathol, und pathol. Anatomic d. Central-
nervensystems. Prager. Vierteljahrschr. Bd. 141, 142.
9) Hollander. The mental functions of the brain. London. 1901.

1443

О неодинаковой функціи того и другого полушарія.
Вышеприведенныя данныя, касающіяся центровъ рѣчи, насъ
сталкиваютъ съ вопросомъ о невполнѣ одинаковой функціи
того и другого полушарія. Вопросъ этотъ особенно важенъ по
отношенію къ такимъ областямъ, которыя имѣютъ ближайшее
отношеніе къ высшимъ психическимъ отправленіямъ, такъ какъ
по отношенію къ чувствительной и двигательной функціи можетъ
быть рѣчь лишь о неравномѣрной функціи обоихъ полушарій.
Всякому извѣстно, что у большинства людей сила правыхъ
конечностей больше лѣвыхъ, что указываетъ на преобладаніе
двигательныхъ центровъ лѣваго полушарія надъ двигательными
центрами праваго полушарія. Что же касается чувствительности
то повидимому здѣсь преобладаютъ обратныя отношенія, т. е.
центры праваго полушарія преобладаютъ надъ центрами лѣваго.
По крайней мѣрѣ по Exner’у правое полушаріе болѣе чувстви-
тельно, тогда какъ въ лѣвомъ болѣе сосредоточено двигатель-
ной функціи; поэтому будто-бы и скрытыя пораженія чаще
бывали справа, нежели слѣва.
Само собою разумѣется, что все это относится къ правшамъ,
тогда какъ у лѣвшей, которые встрѣчаются въ 20 слишкомъ
процентахъ, имѣются обратныя отношенія.
Но если по отношенію къ чувствительности и движенію
дѣло идетъ о количественной неравномѣрности въ распредѣ-
леніи функціи того и другого полушарія, то по отношенію къ
тѣмъ областямъ, которыя имѣютъ отношеніе къ высшимъ пси-
хическимъ отправленіямъ, возможны будто бы даже качествен-
ныя функціональныя различія.
U. Iochson, Ross, Gowers1) Knoblauch и нѣкоторые другіе при-
знаютъ за правымъ полушаріемъ болѣе низкую роль завѣды-
ванія главнымъ образомъ аффективной стороной психической
сферы. Въ пользу этого мнѣнія указывалось на тотъ фактъ,
что пораженія лѣваго полушарія съ центромъ Brocka не исклю-
чаетъ еще аффективной рѣчи. По нѣкоторымъ въ правомъ
полушаріи имѣется даже особый центръ общихъ чувствъ или
эмоцій.
Съ другой стороны по Wernicke2) узнаваніе предметовъ свя-
1) Gowers. Lectures on the diagnosis of diseases of the brain. 1885, стр. 126.
2) Freund. Ueber optische Aphasie und Seelenblindheit. Arch. f. Psych.
1889. Bd. XX.

1444

зано съ дѣятельностъю праваго полушарія, тогда какъ словесное
представленіе о нихъ зависитъ отъ дѣятельности лѣваго полу-
шарія.
По Ларіонову1) лѣвое полушаріе за исключеніемъ передняго
отдѣла его лобной доли у правшей завѣдываетъ болѣе низшей
психической дѣятельностью, именно собираніемъ внѣшнихъ
впечатлѣній, запоминаніемъ словъ, какъ звуковыхъ образовъ,
зрительныхъ и другихъ образовъ, письменныхъ знаковъ и дви-
гательной стороной рѣчи и письма, музыкальными способно-
стями, и голосомъ, такъ сказать, памятью чувственныхъ и дви-
гательныхъ представленій.
Въ задней же половинѣ праваго полушарія видимо нахо-
дится болѣе высшій большой ассоціаціонный центръ, завѣды-
вающій понятіями о внѣшнихъ предметахъ, т. е. о ихъ сущно-
стяхъ, отношёніяхъ и качествахъ (цвѣта, очертанія, формы и
величины). Это есть центръ узнаванія.
Такимъ образомъ по взгляду автора правое полушаріе
играетъ болѣе важную роль для психики, нежели лѣвое, такъ
какъ афазики будто бы все понимаютъ, только не говорятъ.
По Ларіонову при заболѣваніи праваго теменно-височнаго
ассоціаціоннаго центра „разстраиваются болѣе высшія проявле-
нія интеллекта, между тѣмъ какъ при страданіи лѣваго задняго
ассоціаціоннаго центра страдаютъ словесная память и предста-
вленія о предметахъ“.
Должно впрочемъ замѣтить, что въ вышеуказанномъ случаѣ
дѣло идетъ о больныхъ, страдающихъ двигательной афазіей, у
которыхъ сохранена вся такъ называемая умственная рѣчь, т. е.
рѣчь въ видѣ слуховыхъ образовъ словъ. Утрата же послѣдней
при такъ называемой словесной глухотѣ обязательно влечетъ
за собою большіе дефекты мышленія и даже явленія болѣе или
менѣе яснаго ослабленія умственныхъ способностей.
Тѣмъ не менѣе можно допустить съ нѣкоторымъ основа-
ніемъ, что лѣвая психочувственная область, будучи предназна-
чена между прочимъ для храненія словесныхъ образовъ, усту-
паетъ первенство по отношенію къ созданію собственно кон-
кретныхъ представленій правой психо-чувственной области.
Уже вышеприведенныя физіологическія изслѣдованія не
оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что извѣстныя части психочув-
1) Ларіоновъ. Loco cit. Отд. отт., стр. 54.
2) Ларіоновъ. Анат. и др. основанія и пр. Вопросы нервно-псих. мед.
1903, т. I, стр. 31.

1445

ственной области путемъ центробѣжныхъ волоконъ находятся
также въ связи и съ подкорковыми областями. И дѣйствительно
анатомическія изслѣдованія показываютъ, что эта область кромѣ
богатаго содержанія ассоціаціонныхъ волоконъ посылаетъ про-
водники къ нижележащимъ частямъ мозга, хотя и въ значи-
тельно меньшей мѣрѣ, нежели собственно чувственныя и въ
особенности двигательныя области.
Изъ центростремительныхъ связей этой области повидимому
слѣдуетъ указать только на пучки, выходящіе изъ thalamus, по
которымъ быть можетъ передаются къ корѣ импульсы, лежащіе
въ основѣ общихъ чувствованій.
Врядъ ли впрочемъ можно сомнѣваться въ томъ, что во-
локна зрительныхъ бугровъ содержатъ вмѣстѣ съ центро-
стремительными и центробѣжные проводники, которые и пере-
даютъ разнообразныя выражающія движенія, возбуждаемыя
съ помощью зрительныхъ, слуховыхъ, обонятельныхъ, вкусо-
выхъ и иныхъ импульсовъ.
Отношеніе предлобныхъ областей мозга къ интеллектуаль-
ной дѣятельности. Анатомическія отношенія.
Кромѣ задняго отдѣла теменныхъ, наружнаго отдѣла заты-
лочныхъ и наружно-основнаго отдѣла височныхъ долей въ пси-
хической сферѣ играетъ, безъ сомнѣнія выдающуюся роль и
предлобная область, обнимающая собою большую часть трехъ
лобныхъ извилинъ, исключая задніе ихъ отдѣлы, и всѣ
орбитальныя извилины съ gyr. rectus.
Подъ названіемъ предлобной области понимается собственно
вся область лобныхъ долей, расположенная кпереди отъ чув-
стводвигательныхъ центровъ. Анатомической границей, отдѣ-
ляющей ее отъ болѣе заднихъ частей мозговыхъ полушарій,
является положеніе вѣнечнаго шва или линія, мысленно про-
веденная отъ нижняго конца передней центральной борозды
перпендикулярно къ внутреннему краю полушарія.
Въ особомъ значеніи этой области по отношенію къ психи-
ческой дѣятельности прежде всего убѣждаютъ насъ сравни-
тельно-анатомическія данныя.
Какъ извѣстно, вмѣстѣ съ большимъ развитіемъ психической
сферы въ мірѣ животныхъ замѣчается и большее развитіе моз-

1446

говыхъ полушарій, но рядомъ съ этимъ у млекопитающихъ,
обладающихъ извилинами, у которыхъ мы можемъ различать
отдѣльныя доли, обнаруживается тотъ замѣчательный фактъ,
что лобныя доли, едва намѣченныя у грызуновъ, постепенно
увеличиваются при возвышеніи къ приматамъ, причемъ даже
у низінихъ обезьянъ они еще развиты сравнительно мало, тогда
какъ у человѣкообразныхъ обезьянъ они развиты уже много
больше. Тѣмъ не менѣе и у послѣднихъ лобныя доли предста-
вляются значительно слабѣе развитыми, нежели у людей.
Достаточно сравнить напримѣръ мозгъ человѣкообразной
обезьяны съ мозгомъ человѣка, чтобы убѣдиться, что мозгъ
первой уступаетъ мозгу второго главнымъ образомъ въ раз-
витіи лобныхъ долей мозга, достигающихъ такого пышнаго
образованія въ мозгу человѣка.
Вообще можно признать, что въ восходящемъ ряду живот-
ныхъ развитіе лобныхъ долей идетъ параллельно большему
развитію интеллектуальныхъ способностей.
Отсутствуя у земноводныхъ и пресмыкающихся и находясь
въ зачаточномъ состояніи у птицъ, лобныя доли прогрессивно
увеличиваются въ восходящемъ ряду млекопитающихъ, при-
чемъ здѣсь дѣло идетъ не объ абсолютномъ только, но и объ
относительномъ увеличеніи размѣровъ лобныхъ долей.
Такъ, по изслѣдованіямъ Meynert’a у медвѣдя относительный
вѣсъ лобной доли равняется всего 300 граммъ при относитель-
номъ вѣсѣ мозгового плаща въ 644 гр., у собаки относитель-
ный вѣсъ лобной доли достигаешь уже 328 гр. при вѣсѣ моз-
гового плаща въ 628 гр., у обезьянъ относительный вѣсъ лоб-
ной доли достигаешь уже 350 гр. при относительномъ вѣсѣ
мозгового плаща въ 708 гр., а у человѣка относительный вѣсъ
лобной доли достигаетъ 420 гр. при относительномъ вѣсѣ
мозгового плаща въ 780 гр.
Изъ этихъ данныхъ мы видимъ, что только у человѣка
относительный вѣсъ лобной доли выражается цифрой значи-
тельно большей половины относительнаго вѣса всего мозгового
плаща.
Лобная доля у человѣка, какъ мы уже упоминали выше,
развита значительно больше, нежели у обезьянъ, а у послѣд-
нихъ больше, нежели у хищныхъ животныхъ. Значеніе этого
факта выступить для насъ еще яснѣе, если мы замѣтимъ здѣсь,
что въ отношеніи развитія теменной и височно-затылочной
доли человѣкъ далеко не имѣетъ столь поразительнаго пре-
имущества предъ животными, какъ въ отношеніи лобныхъ долей.

1447

Не меньшаго вниманія заслуживаютъ и анатомическія
данныя относительно лобныхъ областей. Изъ пучковъ, связы-
вающихъ эти области съ ядрами мозгового ствола, мы можемъ
указать на пучекъ, идущій къ ядрамъ моста и слѣдовательно
устанавливающей отношеніе лобныхъ долей съ мозжечкомъ, и за-
тѣмъ на пучекъ, идущій къ зрительнымъ буграмъ, или переднюю
ножку послѣднихъ; но и тотъ, и другой пучекъ выходятъ изъ
заднихъ отдѣловъ мозговой коры лобныхъ долей, вся же пе-
редняя часть послѣднихъ не содержитъ проекціоныхъ пуч-
ковъ, а состоитъ изъ ассоціаціонныхъ волоконъ, связываю-
щихъ лобныя доли съ обонятельными областями, съ темен-
ными и центральными извилинами и съ затылочными и ви-
сочными долями.
Всѣ эти данныя говорятъ съ рѣшительностью въ пользу
ближайшаго отношенія лобныхъ долей или собственно той
ихъ части, которая извѣстна подъ названіемъ предлобной
области, къ интеллектуальной дѣятельности.
Экспериментальныя изслѣдованія относительно значенія
предлобныхъ областей мозга.
Въ виду вышесказаннаго представляется въ высшей сте-
пени желательнымъ выяснить значеніе предлобной области
мозга въ отношеніи психической дѣятельности, насколько
позволяютъ намъ это сдѣлать эксперименты на животныхъ и
клиническія наблюденія надъ людьми съ разрушеніемъ лоб-
ныхъ долей.
До позднѣйшаго времени наши физіологическія свѣдѣнія
объ этой, безъ сомнѣнія, важнѣйшей мозговой области пред-
ставлялись еще недостаточно полными, но не потому, чтобы
изученіе функціи этой области не подвергалось изслѣдованію.
Нѣкоторые изъ видныхъ физіологовъ нашего времени брались
за рѣшеніе задачи — выяснить функцію предлобныхъ областей
но данныя, полученныя при этихъ изслѣдованіяхъ, болѣе опре-
дѣленны въ отрицательномъ, нежели въ положительномъ смыслѣ,
или же полны противорѣчій съ результатами другихъ авторовъ.
Очень правдоподобно, что нѣкоторыя изъ этихъ противорѣчій
объясняются тѣмъ, что границы разрушенія лобныхъ долей у
различныхъ авторовъ представлялись нединаковыми, такъ
какъ одни авторы при удаленіи лобной доли руководились

1448

анатомическими гриницами. другіе же пользовались при сво-
ихъ опытахъ фарадическимъ токомъ. удаляя весь тотъ отдѣлъ
лобной доли, который располагается впередъ отъ возбудимой
области мозговыхъ полушарій.
Собственно взгляды всѣхъ авторовъ, работавшихъ надъ
функціей лобныхъ или собственно предлобныхъ областей, мо-
гутъ быть раздѣлены на три категоріи. По взгляду однихъ
авторовъ лобная доля есть ничто иное, какъ область, служащая
для воспріятія чувствительности и для иннерваціи движенія.
Сюда должны быть отнесены взгляды Luciani и Seppilli, Munk’a
и Groslik’a. Къ другимъ авторамъ, къ числу которыхъ надо при-
числить Hitzig’a и Ferrier’a, лобныя доли представляютъ собою
главнымъ образомъ центръ интллектуальной дѣятельности.
Третьи авторы, къ которымъ относятся Bianchi, Россолимо и нѣ-
которые другіе, приписываютъ лобной долѣ и ту, и другую
роль. Наконецъ Goltz признаетъ за лобными долями за-
держивающее вліяніе по отношенію къ другимъ корковымъ
областямъ, а P. Flechsig1) въ послѣднее время высказывается
за локализацію въ нихъ волевыхъ процессовъ и чувствованія.
Изъ авторовъ, работавшихъ надъ функціей лобныхъ долей,
Hitzig2) первый, опираясь на свои эксперименты надъ собаками,
высказался за то, что лобныя доли мозга представляютъ собою
центръ высшей психической дѣятельности. Этотъ авторъ при
своихъ опытахъ убѣдился, что раздраженіе электрическимъ
токомъ лобныхъ долей у животныхъ не вызываетъ вообще
никакихъ двигательныхъ явленій. Равнымъ образомъ при уда-
леніи у животныхъ лобныхъ долей, не замѣчалось никакихъ
вообще разстройствъ въ отношеніи чувство - двигательной
сферы, но у такихъ животныхъ обнаруживалось съ постоян-
ствомъ состояніе идіотизма. Правда, въ нѣкоторыхъ опытахъ
съ одностороннимъ удаленіемъ лобной доли авторъ убѣдился
въ существованіи у животныхъ пареза противоположной сто-
роны и нарушенія зрѣнія, но и то, и другое авторъ не относитъ
спеціально на счетъ разрушенія лобной доли, а объясняетъ
пораженіемъ при операціи сосѣднихъ областей, а именно,
сигмовидной извилины. Такимъ образомъ существеннымъ явле-
ніемъ при удаленіи лобныхъ долей по мнѣнію Hitzig’a является
лишь упадокъ интеллекта.
1) P. Flechsig. См. сообщеніе на Международномъ психологическомъ
контрессѣ въ Римѣ 1905.
2) Hitzig. Arch. f. Psych. 1884, Bd. XV.

1449

Ferrier, производившій опыты надъ кошками, собаками и
обезьянами, выбравъ притомъ наиболѣе умственно развитыхъ
изъ этихъ животныхъ, также пришелъ къ выводу, что лобныя
доли не имѣютъ никакого отношенія къ сферѣ движенія и
чувствительности, такъ какъ раздраженіе ихъ поверхности или
собственно раздраженіе поверхности предлобной области даетъ
отрицательные результаты, удаленіе же предлобныхъ областей не
вызываетъ никакихъ разстройствъ движенія и чувствительности,
а приводитъ къ нарушенію психической сферы, выражающе-
муся утратой вниманія и измѣненіемъ характера животныхъ.
Говоря объ оперированныхъ обезьянахъ въ работѣ о функ-
ціяхъ мозга, Ferrier замѣчаетъ, что, хотя послѣ операціи они
могли казаться наблюдателю, незнавшему ихъ прежде, живот-
ными, достигшими средняго уровня умственныхъ способностей
для обезьяны, но въ дѣйствительности они значительно измѣ-
нились въ интеллектуальномъ отношеніи. „Вмѣсто того, чтобы
живо интересоваться, какъ прежде, всѣмъ тѣмъ, что ихъ окру-
жало, внимательно и съ любопытствомъ слѣдитъ за всѣмъ, что
происходило вокругъ ихъ, они оставались вялыми, апатичными
и дремали; они отвѣчали только на чувствительныя и момен-
тальныя впечатлѣнія, выходя изъ состоянія апатіи только для
того, чтобы безсмысленно блуждать изъ стороны въ сторону.
Они не были лишены умственныхъ способностей, но повидимому
утратили наблюдательную способность и вниманіе“.
Совершенно иного взгляда на функцію лобныхъ долей дер-
жится Munk1). Этотъ авторъ, какъ мы уже упоминали, не при-
знаетъ какой-либо опредѣленной локализаціи для интеллектуаль-
ной дѣятельности. По нему интеллектъ есть результата дѣятель-
ности всей мозговой коры; онъ развитъ вездѣ и всюду въ мозго-
вой корѣ и нигдѣ въ частности, такъ какъ всѣ вообще чув-
ственныя воспріятія служатъ въ большей или меньшей мѣрѣ
къ созиданію умственной дѣятельности. Поэтому всякое вообще
поврежденіе мозговой коры приводитъ къ нарушенію интел-
лекта въ той мѣрѣ, въ какой удаленная область играетъ роль
въ отношеніи чувственнаго воспріятія.
На основаніи своихъ спеціальныхъ опытовъ надъ лобными
долями, Munk приходитъ къ выводу, что эти области суть ничто
иное, какъ продолженіе чувстводвигательной области, распо-
ложенной на сигмовидной и центральныхъ извилинахъ и пред-
1) Munk. Sitzb. Berlin. Akad. d. Wiss. 1882. Ueber die Functionen der Grosshirn-
rinde. 1881.

1450

ставляетъ собою „центръ для туловища животного. По Munk’y,
если у животныхъ удалены обѣ лобныя доли, то у нихъ не наблю-
дается никакихъ вообще разстройствъ движенія и чувствитель-
ности со стороны конечностей, но зато у нихъ обнаруживается
нарушеніе чувствительности и движенія въ области туловища.
Такія животныя не могутъ изгибать свое туловище и слѣ-
довательно не могутъ поворачиваться за кускомъ пищи, если
его ведутъ отъ морды къ хвосту. Вмѣстѣ съ тѣмъ у живот-
ныхъ при стояніи обнаруживается нѣчто въ родѣ кошачьяго
горба, благодаря чему ихъ заднія конечности представляются
нѣсколько приближенными къ переднимъ.
Если у животныхъ произведено удаленіе одной лобной доли,
то всѣ явленія наблюдаются въ противоположной сторонѣ туло-
вища. Такое животное обнаруживаетъ наклонность при движе-
ніяхъ поворачиваться на оперированную сторону и ни при ка-
кихъ условіяхъ не можетъ изгибать туловище въ направленіи
противоположной стороны; вмѣстѣ съ тѣмъ оно изрѣдка про-
изводитъ круги на оперированную сторону и представляетъ
анэстезію на противоположной сторонѣ туловища. Въ общемъ
всѣ эти явленія у животныхъ по Munk’y наблюдаются въ тече-
те продолжительнаго времени.
Вышеуказанное разстройство движенія со стороны туловища,
какъ и въ случаяхъ корковаго пораженія конечностей, Munk
объясняетъ разстройствомъ чувствительности, т. е. собственно,
утратой чувства прикосновенія, мышечнаго чувства и соот-
вѣтствующихъ двигательныхъ представленій относительно ту-
ловища и потому разсматриваетъ лобную долю, какъ чувствую-
щій центръ для туловища.
Здѣсь слѣдуетъ однако замѣтить, что явленія, наблюдаемыя
Munk’омъ у животныхъ съ удаленіемъ лобныхъ долей не под-
тверждены другими авторитетными въ этой области физіологами,
какъ Hitzig’омъ и Ferrier’омъ, и въ свое время вызвали даже
рѣзкія опроверженія со стороны этихъ авторовъ.
Тѣмъ не менѣе опыты, произведенные Luciani и Seppilli въ
общемъ дали результаты, согласные съ данными Munk’a. Эти
авторы при удаленіи одной лобной доли также наблюдали па-
резъ мышцъ противоположной стороны туловища и пониженіе
всѣхъ родовъ чувствительности на противоположной сторонѣ
Но авторы убѣдились, что всѣ эти явленія обнаруживаются въ
1) Luciani und Seppilli. Die Funtionslocalisation an der Grosshirnrinde.
Leipzig. 1880.

1451

рѣзкой степени лишь вскорѣ послѣ произведенной операціи;
современемъ же они постепенно ослабѣваютъ и уже спустя около
мѣсяца отъ этихъ явленій остаются лишь слабые признаки.
Въ нѣкоторомъ согласіи съ опытами Munk’a стоятъ также
и изслѣдованія, произведенныя Groslik’омъ1). Его опыты были
произведены надъ собаками, причемъ авторъ производилъ какъ
одностороннее, такъ и двустороннее удаленіе лобныхъ долей.
Въ первомъ случаѣ у животныхъ на противоположной сторонѣ
наблюдалось пониженіе осязательной, болевой и мышеч-
ной чувствительности и вмѣстѣ съ тѣмъ парезъ противопо-
ложныхъ конечностей, благодаря чему при волевыхъ движеніяхъ
конечности одноименной. стороны функціонировали сильнѣе
противоположныхъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ авторъ наблюдалъ пони-
женіе чувствительности на противоположной сторонѣ затылка
и туловища и парезъ мышцъ, служащихъ для поворачиванія
головы и передней части туловища въ противоположную сто-
рону. Но всѣ эти нарушенія чувствительности и движенія ис-
чезаютъ значительно скорѣе, нежели тѣ же разстройства при
разрушеніи двигательной сферы. При этомъ у животныхъ не
обнаруживалось никакихъ вообще измѣненій въ отношеніи
слуха, зрѣнія, интеллекта и характера. Равнымъ образомъ и при
двустороннемъ удаленіи лобныхъ долей авторъ не наблюдалъ
никакихъ разстройствъ въ отношеніи зрѣнія, слуха и интел-
лекта животныхъ. Въ этомъ случаѣ у животныхъ, въ сущности
говоря, обнаруживались тѣ же явленія въ отношеніи чувстви-
тельности и движенія, которыя обнаруживались и при одно-
стороннемъ удаленіи лобной доли, съ тою лишь разницею, что
эти явленія носили двусторонній характеръ. Слѣдуетъ отмѣтитъ,
что и при двустороннемъ удаленіи лобныхъ долей чувствитель-
ныя и двигательныя разстройства современемъ ослабѣвали и
наконецъ исчезали совершенно. Въ общемъ такимъ образомъ
результаты изслѣдованій Groslik’a довольно близко напоминаютъ
результаты изслѣдованій Munk’a; слѣдуетъ лишь отмѣтить, что
Groslik на основаніи своихъ опытовъ признаетъ лобную долю
за центръ для затылка и туловища.
Что касается Goltz’a2), то этотъ авторъ, какъ извѣстно, смо-
тритъ на психическую дѣятельность, какъ на функцію всего
мозга и слѣдовательно не признаетъ за лобной долей подобно
Munk’y особаго значенія въ отношеніи интеллектуальной дѣя-
1) Groslik. Arch. f. Anatomie und Physiologie. 1895
2) Goltz. Pflügers. Arch. 1884. Bd. XXXIV.

1452

*) Goltz. PflUgers. Arch. Bd. XLII/
тельности. При своихъ опытахъ съ удаленіемъ лобной доли
Goltz могъ наблюдать лишь разстройства чувствительности
на противоположной сторонѣ и слѣпоту противоположнаго глаза,
но никакихъ явленій паралича мышцъ въ области туловища
въ опытахъ автора не наблюдалось.
При отнятіи большихъ симметричныхъ отдѣловъ передней
половины большого мозга по Goltz’y1) у животныхъ наблюда-
лись слѣдующія явленія:
Собака обнаруживала постоянное ненормальное безпокойство;
будучи вынута изъ клѣтки, она постоянно ходитъ кругомъ по
комнатѣ, пока она не устанетъ до крайности. Всѣ движенія
членовъ отличались большою неловкостью. Такъ напр. собака не
могла удерживать кости своими лапами; у ней обнаруживалась
непрочность при стояніи на ногахъ; всѣ движенія ея отлича-
лись большою неловкостью и представлялись неуклюжими. Со-
бака легко скользила по полу, не могла ни бѣжать, ни пры-
гать, съ трудомъ принимала пищу, не могла подавать лапу и
вообще употреблять ее въ видѣ руки и сильно худѣла, не смо-
тря на богатое питаніе. Чувствительность повидимому представля-
лась сохраненной. Такимъ образомъ на основаніи этого опыта ав-
торъ приходитъ къ выводу, что собака съ глубокимъ разрушеніемъ
обѣихъ переднихъ половинъ большого мозга обнаруживаетъ
тяжелыя и продолжительныя разстройства движенія.
На основаніи этихъ результатовъ авторъ полагаетъ что
въ передней половинѣ большого мозга заложены симметрич-
ныя отправленія, которыя заступаютъ другъ друга, и потому не
могутъ возстановляться послѣ двустороннихъ разрушеній мозга.
Здѣсь нѣтъ надобности говорить, что отмѣчаемыя авторомъ
двигательныя разстройства должны быть поставлены въ зави-
симость отъ поврежденія сигмовидныхъ извилинъ. Но заслу-
живаетъ большого вниманія, что у животныхъ съ удаленіемъ
переднихъ областей мозга обнаруживалось своеобразное измѣ-
неніе характера. Собака становилась возбужденной, без покой-
ной, гнѣвливой, что было наблюдаемо также и другими авто-
рами, напр. Luciani и Loeb’омъ.
Въ общемъ можно сказать, что животныя съ разрушеніемъ
переднихъ долей мозга рѣзко измѣняются въ своемъ характерѣ
и изъ кроткихъ дѣлаются злыми, обнаруживая наклонность къ
патологическимъ аффектамъ. Такія животныя легко могутъ
быть выведены изъ своего обычнаго состоянія, могутъ быть

1453

легко разсержены и приведены въ ярость. До какой степени
мы имѣемъ здѣсь дѣло съ явленіемъ ненормальнымъ, показы-
ваетъ наблюдете Goltz’a надъ оперированной собакой, которая,
будучи приведена въ раздраженное состояніе, схватывала зу-
бами свою собственную лапу и кусала ее.
Наклонность къ аффектамъ у оперированныхъ животныхъ, ко-
торая, какъ увидимъ ниже, замѣчается и у людей съ значитель-
нымъ пораженіемъ лобныхъ долей, Goltz остроумно объясняетъ
тѣмъ, что лобныя доли въ нормальномъ состояніи обнару-
живаютъ задерживающее вліяніе въ отношеніи функціи дру-
гихъ (чувственныхъ?) областей коры и разъ это вліяніе, вслѣд-
ствіе удаленія лобныхъ долей прекращается реакція на
чувствительныя раздраженія въ головномъ мозгу становится
сильнѣе обычнаго и можетъ легко перейти въ аффектъ.
Въ согласіи съ Goltz’емъ спеціальныя излѣдованія Fano,
Libertini1) и Oddi2) поддерживаютъ взглядъ, что лобныя доли
суть органы задержки для движеній и рефлексовъ, выполня-
емыхъ нижележащими центрами. Это задерживающее вліяніе,
принадлежащее всей вообще корѣ, распредѣлено неравномѣрно:
въ большей мѣрѣ имъ обладаютъ лобныя доли, въ меньшей
мѣрѣ затылочныя доли, тогда какъ теменно-височныя области
такимъ дѣйствіемъ почти вовсе не обладаютъ.
Разбирая вопросъ о задержкѣ, Bianchi справедливо указываетъ,
что всякій вообще органъ и въ особенности всякая часть мозго-
вого плаща можетъ быть центромъ задержки и задерживаемымъ
органомъ въ различные моменты и при различныхъ условіяхъ.
Всякій разъ, какъ центръ воспріятія приходитъ въ повышенную
дѣятельность подъ вліяніемъ соотвѣтствующихъ стимуловъ, онъ
уже самымъ фактомъ своей повышенной дѣятельности стано-
вится центромъ задержки по отношенію къ другимъ, которые
находятся съ нимъ въ анатомическихъ отношеніяхъ.
Лобныя доли, въ которыхъ происходитъ синтезъ продуктовъ
умственной дѣятельности и которыя производятъ наиболѣе вы-
сокую умственную дѣятельность, конечно, могутъ обнаруживать
задержку по отношенію къ другимъ областямъ мозга еще въ бо-
лѣе рѣзкой мѣрѣ, но во всякомъ случаѣ нервная дѣятельность
одна и нигдѣ нѣтъ спеціальнаго аппарата задержки (согласно
мнѣнію Munk’a, Duval’a, Luchsinger’a, Heidenhain’a) и потому нельзя
1) Ε. Libertini. Arch. ital. de Biol. XIXV. 1895. 9 Fano. тамъ же.
2) R. Oddi. Atti della R. Acad. dei Lincei an. CCXCII. 1895.

1454

объяснять явленія задержки доктриной мозговыхъ локализацій
какъ дѣлаетъ Oddi.
Bianchi1) у оперированныхъ собакъ и обезьянъ, наблюдалъ какъ
чувстводвигательныя, такъ и психическія разстройства. Такъ,
при удаленіи одной лобной доли онъ наблюдалъ вращеніе живот-
ныхъ по кругу и вмѣстѣ съ тѣмъ у нихъ обнаруживался па-
резъ противоположной передней конечности. Осязательныхъ
разстройствъ авторъ не наблюдалъ кромѣ одной собаки, у ко-
торой обнаруживалась анэстезія на противоположной сторонѣ и
одной обезьяны, у которой наблюдалась гиперэстезія лица и
уха на противоположной сторонѣ. Зрѣніе у всѣхъ животныхъ
представляло нарушеніе въ видѣ наружной геміанопсіи на
противоположной сторонѣ, что наблюдалось въ теченіе двухъ-
трехъ недѣль. Что касается слуха, то лишь въ одномъ слу-
чаѣ наблюдалось ослабленіе его на противоположной сторонѣ.
Нарушенія психической дѣятельности выступали съ яс-
ностью лишь при двустороннемъ удаленіи лобныхъ долей. Эти
психическія разстройства представлялись въ общемъ крайне
рѣзкими и выражались общимъ безпокойствомъ, подвижностью,
постояннымъ безцѣльнымъ блужданіемъ, отсутствіемъ наблю-
дательности и любознательности, ослабленіемъ половыхъ вле-
ченій, равнодушіемъ къ окружающему, отсутствіемъ сообрази-
тельности, недостаткомъ памяти и воспріятія новыхъ впечатлѣ-
ній, повышенною возбудимостью и боязливостью при всякомъ
стукѣ и при появленіи другихъ животныхъ. Въ концѣ кон-
цовъ авторъ на основаніи своихъ опытовъ приходитъ къ вы-
воду, что лобныя доли служатъ координирующими центрами
для чувственныхъ и двигательныхъ продуктовъ прочихъ цен-
тровъ мозговой коры.
Равнымъ образомъ и взгляды P. Fleehsig’a послѣ возраженій
Monakow’a, Dejerine’a, Vogt’a, Siemmerling’a по его мнѣнію могутъ
быть приняты только съ ограниченіемъ.
Онъ признаетъ также, что вся мозговая кора принимаетъ ак-
тивное участіе въ психическихъ процессахъ, но по его мнѣнію
возможно, что лобная доля принимаетъ въ нихъ главную роль,
хотя это и не доказано съ точностью.
Въ другой своей работѣ, посвященной разбору уче-
нія P. Flechsig’a объ ассоціаціонныхъ центрахъ (l. с.) Bianchi
говоритъ по поводу лобныхъ долей слѣдующее:
Лобная доля можетъ быть разрушаема у обезьянъ до пред-
1) Bianchi. Brain. 1895. Neur. Centr. 1895. № 15.

1455

лобной борозды безъ всякихъ измѣненій со стороны чувстви-
тельности и движенія. Результатомъ разрушенія лобной доли
являютоя психическія разстройства.
По автору лобныя доли представляютъ собою органъ физіо-
логическаго соединенія (fusion) всѣхъ чувственныхъ и двига-
тельныхъ продуктовъ, выработанныхъ въ другихъ корковыхъ
областяхъ, гдѣ заложены различныя чувствительныя и двига-
тельныя функціи. Это есть органъ сознательнаго и историче-
скаго синтеза двухъ главныхъ факторовъ душевной жизни:
одного — соматическаго или эмотивнаго; другого — представитель-
наго или интеллектуальнаго.
Извѣстно, что существуетъ ассоціативное отношеніе между
различными чувствительными тонами и продуктами, выра-
ботанными областями воспріятія и чувстводвигательными
центрами. Область, въ которой встрѣчается наибольшее число
этихъ воспоминательныхъ образовъ, сознательное представленіе
которыхъ является необходимымъ условіемъ для сужденія, и
есть именно лобная доля.
Словомъ психическій синтетическій процессъ, который воз-
вышаетъ личность надъ чисто чувственнымъ уровнемъ, есть
главная функція лобныхъ долей. Клиническіе факты показы-
ваютъ, что пораженія этихъ областей приводятъ къ потерѣ
способности образовать чистое сужденіе и психическіе синтезы
болѣе возвышеннаго порядка.
Въ концѣ концовъ несомнѣнно, что удаленіе лобныхъ до-
лей, не вызывая никакого нарушенія чувствительности и дви-
женія, приводитъ къ неспособности утилизировать богатства,
собранныя въ обширномъ магазинѣ чувственныхъ и двигатель-
ныхъ образовъ мозгового плаща.
По автору даже и нравственное чувство, происшедшее пу-
темъ развитія изъ эгоистическаго чувства и представляющее
собою также ничто иное, какъ физіологическое соединеніе
индивидуальныхъ эмоцій съ эмоціями другихъ лицъ, принад-
лежащихъ къ одному сообществу, является также результатомъ
дѣятельности лобныхъ долей. Этимъ объясняется то обстоя-
тельство, что у большинства лицъ съ пораженіемъ лобныхъ
долей происходитъ рѣзкое измѣненіе характера въ антисоціаль-
номъ направленіи; обезьяны же, лишенныя лобныхъ долей, ста-
новятся болѣе нетерпѣливыми, сердитыми и индифферентными
къ лицамъ или животнымъ, къ которымъ они были ранѣе при-
вязаны. Замѣчено, что и прирожденные преступники отлича-
ются недостаточно-развитыми лобными долями. Въ тѣхъ же

1456

случаяхъ, въ которыхъ случайно обнаруживался широкій
лобъ, находили явленія гидроцефаліи, задержку въ окостенѣ-
ніи швовъ и т. п.
Лобныя доли играютъ важную роль также въ развитіи со-
знанія. Онѣ служатъ мѣстомъ встрѣчи всѣхъ элементовъ лич-
ности и ея внѣшнихъ связей. Поэтому всѣ лица съ непол-
нымъ развитіемъ или пораженіемъ лобныхъ долей представляютъ
замѣтное распаденіе „я“ и значительное суженіе поля сознанія.
Обезьяны же, которымъ удалены лобныя доли, сохраняютъ со-
знаніе тѣла, но не имѣетъ полной формы того сознанія, которое
возникаетъ изъ соединенія органическаго сознанія съ созна-
ніемъ внѣшняго міра.
Наконецъ всѣ психическіе элементы жизненныхъ отношеній,
любви, дружбы, признательности, соціальности не обнаружива-
ются у оперированныхъ животныхъ, если они находятся въ
обществѣ себѣ подобныхъ.
Bianchi между прочимъ оспариваетъ теорію вниманія, кото-
рую поддерживаютъ нѣкоторые авторы въ отношеніи лобныхъ
долей. По его взгляду несомнѣнно, что люди съ малымъ раз-
витіемъ лобныхъ долей представляютъ умѣренную способность
вниманія, взамѣнъ чего у нихъ усилены чувстводвигатель-
ные рефлексы. У животныхъ (собакъ и обезьянъ) съ удаленіемъ
лобныхъ долей также понижается волевое вниманіе. Наконецъ
и у лицъ, которыя подверглись травматизму въ этой области
мозга обнаруживается уменьшенная способность вниманія: они
неспособны поэтому соединить въ полѣ своего сознанія боль
шое число психическихъ элементовъ.
Но вниманіе, какъ рефлексъ, въ сущности не есть функція
исключительно лобныхъ долей. Это есть явленіе, которое вы-
текаетъ изъ дѣятельности всѣхъ чувственныхъ областей коры,
лишь волевое вниманіе внутренне связано съ синтетической
дѣятельностью интеллекта и чувства, которыя создаютъ высшія
состоянія сознанія, почему оно почти всегда ослабляется у живот-
ныхъ и людей, лишенныхъ лобныхъ долей. Но по автору нельзя
ограничивать роль лобныхъ долей только волевымъ вниманіемъ
это значитъ ограничивать роль лобныхъ долей однимъ только
явленіемъ изъ многихъ элементовъ сложнаго механизма дѣя-
тельности.
Лобныя области представляютъ собою но Bianchi не только
органъ физіологическаго соединенія воспріятій для образо-
ванія понятія, но вмѣстѣ съ тѣмъ мѣсто воспоминанія и
пунктъ встрѣчи конкретныхъ образовъ для выработки про-

1457

цессовъ заключенія и сужденій, которыя „я“ призвано образо-
вывать въ различныхъ случаяхъ при измѣнчивыхъ отноше-
ніяхъ съ внѣшнимъ міромъ.
Онѣ является мѣстомъ соединенія элементарныхъ ощущеній,
которыми владѣетъ каждый индивидъ, а также мѣстомъ, откуда
рождаются наиболѣе высшія чувства, характеризующія совре-
меннаго цивилизованнаго человѣка.
У обезьянъ, лишенныхъ лобныхъ долей, можно видѣть между
прочимъ ослабленіе до совершеннаго исчезанія чувства материн-
ства, а также чувства признательности къ людямъ,которые за ними
ухаживаютъ. Равнымъ образомъ и у людей съ слабымъ развитіемъ
лобныхъ долей семейное чувство оказывается ослабленнымъ. Они
всегда болѣе эгоисты и менѣе способны къ выполненію соціаль-
ныхъ функцій. У нихъ не существуетъ альтруистическаго чувства
какъ продукта физіологическаго соединенія личныхъ эмоцій
съ общимъ чувствомъ, охватывающимъ все человѣчество, под-
держивающимъ соціальныя отношенія и заставляющимъ каж-
даго дѣйствовать на общее благо. Также и любовь, которая въ
высшихъ наиболѣе духовныхъ проявленіяхъ является продук-
томъ очень сложнымъ, у обезьянъ съ удаленными лобными до-
лями по Bianchi сводилась къ проявленію наиболѣе безстыд-
ному и менѣе естественному. Въ заключеніе замѣтимъ, что
взгляды и даже фактическія данныя изслѣдованій Bianchi, въ
свою очередь, не остались въ литературѣ безъ возраженій1).
Чтобъ закончить литературный обзоръ, упомянемъ, что
Россолимо2) наблюдалъ у оперированныхъ собакъ вслѣдъ за
удаленіемъ лобныхъ долей, какъ чувстводвигатель ныя раз-
стройства, такъ и разстройства психической дѣятельности. При
разрушеніи обѣихъ лобныхъ долей авторъ могъ констатиро-
вать съ одной стороны ослабленіе мышечнаго чувства и атак-
тичность движеній, причемъ первоначально обнаруживалась
также душевная слѣпота и ослабленіе обонянія, съ другой
стороны стремленіе животныхъ запрятываться въ темные
углы, безцѣльное бѣганіе, неспособность оріентироваться, от-
сутствіе сообразительности, общій упадокъ интеллекта и зна-
чительное ослабленіе памяти.
Съ другой стороны Marinesco3) на основаніи своихъ опытовъ
1) См. Шаманна. Международн. психол. конгрессъ въ Римѣ 1905 г.
2) Россолимо. Хирурго-токсическій способъ и пр. Арх. психіатріи. 1893.
3) Marinesco. Quelques questions de localisation cérébrale. Cammunic. a la
société des sciences méd. do Bucarest. Spectator № 6, 1902. Revue neur. 1902,
стр. 1093.

1458

высказывается противъ взгляда Munk’a, что въ предлобныхъ
извилинахъ содержится центръ для мышцъ туловища.
Наконецъ, по Ларіонову передніе или лобные ассоціаціон-
ные центры объединяютъ наши внутреннія тѣлесныя чувство-
ванія, слѣд. понятіе о самочувствіи, двигательныхъ актахъ и
т. д. съ предметными представленіями, изъ чего вырабатывается
такъ называемая идеація, складываются высшія понятія о са-
момъ себѣ, личномъ „я“ и о присущихъ ему качествахъ и
дѣйствіяхъ другихъ лицъ, т. е. все то, что называется идей-
нымъ отвлеченнымъ мышленіемъ.
Слѣдовательно, въ переднихъ ассоціаціонныхъ центрахъ
надо предположить, помѣщается память словъ, выражающихъ
отвлеченныя понятія.
Авторъ предполагаетъ при этомъ прочную связь между пе-
редними и задними ассоціаціонными центрами при посредствѣ
волоконъ fasc. arcuatus и uncinatus Meynert’a и fasc. subcallosus.
Въ послѣднее время Η. Munk1) вновь согласно своимъ первона-
чальнымъ воззрѣніямъ высказывается противъ результатовъ
изслѣдованій Ferrier’a, Goltz’a и Bianchi относительно вліянія
на психику удаленія предлобной и предзрительной области
(Munk’овскій центръ туловища и Munk’овскій центръ глазъ въ
теменной области). Результаты опытовъ съ удаленіемъ лобной
доли въ отношеніи интеллекта онъ объясняетъ частью болѣе рас-
пространеннымъ пораженіемъ мозговой коры, частью вліяніемъ
шока, частью наконецъ распространеніемъ воспалительнаго про-
цесса. При антисептическомъ удаленіи лобныхъ долей авторъ
не находилъ никакого ослабленія интеллекта. Не наблюдалось
также и измѣненій характера. Авторъ оспариваетъ затѣмъ до-
казательность случаевъ Leonore Welt насчетъ измѣненій харак-
тера, такъ какъ въ этихъ случаяхъ имѣлись кромѣ пораженія
лобныхъ долей и другія глубокія измѣненія прочихъ частей мозга.
Авторъ критикуетъ далѣе значеніе P. Flechsig’овскихъ
изслѣдованій, раздѣляющихъ кору на чувственные и ассоціа-
ціонные центры. Онъ признаетъ, что не только лобная доля не
служить для интеллекта, но что вообще не существуетъ въ
корѣ особыхъ областей, занятыхъ высшими психическими
функціями такъ же, какъ нѣтъ и областей, занятыхъ исключи-
тельно чувственными отправленіями.
Munk находитъ, что ни экспериментальный, ни патологиче-
скій матеріалъ не подтверждаютъ, чтобы возлѣ или между
1) Н. Munk. Ueber die Ausdehnnng d. Sinnensphäre in der Grosshirnrinde
Sitzb. d. Königl. Preuss. Acad. d. Wissensch. zu Berlin. 1901.

1459

чувственными центрами имѣлись корковыя области, которыя
были бы предназначены для высшихъ психическихъ функцій.
Авторъ, какъ и при первоначальныхъ своихъ изслѣдованіяхъ,
не признаетъ вообще существованія особыхъ областей коры, ко-
торыя завѣдывали бы высшими психическими функціями.
Кора рассматривается, какъ агрегатъ предназначенныхъ для
различныхъ чувствъ отдѣловъ коры или чувственнныхъ сферъ.
Въ центральныхъ элементахъ каждой чувственной сферы, ко-
торая непосредственно или почти непосредственно связана съ
проекціонными путями, по предположенію Munk’a происходятъ
специфическія ощущенія, воспріятія и представленія. Эти обла-
сти коры соединяются ассоціаціонными волокнами съ другими
центральными элементами, которые снова распредѣлены по
всей корѣ, такъ какъ каждая функція связана съ опредѣлен-
нымъ морфологическимъ образованіемъ.
Надо однако замѣтить, что Marinesco1) снова оспариваетъ
взглядъ Munk’a на чувствующую роль лобной доли, руководясь
тѣмъ, что въ лобную долю не идетъ вообще никакихъ чувстви-
тельныхъ проводниковъ.
Изслѣдованія нашей лабораторіи.
Въ виду несогласныхъ результатовъ физіологическихъ изслѣ-
дованій относительно функціи предлобныхъ областей мозга
мной въ разное время производилось разрушеніе этихъ
частей мозга у собакъ. Во всѣхъ случаяхъ двустороннихъ по-
раженій я наблюдалъ тупость и равнодушіе животныхъ и болѣе
или менѣе ясное ослабленіе ихъ интеллекта.
Заслуживаетъ вниманія кромѣ того наблюдавшееся иногда
у животныхъ рѣзкое измѣненіе нрава, выражающееся часто
крайнею раздражительностью.
Одна изъ оперированныхъ мною собакъ, которой было сдѣ-
лано разрушеніе одной изъ лобныхъ долей изъ смирнаго и
кроткаго существа сдѣлалась чрезвычайно злой, неспособной
сдерживать свое раздраженіе и неразборчивой къ пищѣ.
Въ результатъ три маленькихъ котенка, къ которымъ эта
собака до операціи относилась крайне дружелюбно и ласково,
въ короткое время сдѣлались жертвами ея злобы и алчности.
При одностороннемъ разрушеніи всѣ явленія были сла-
бѣе выражены. Нарушеніе чувствительности, если и наблюда-
1) Marinesco. Рефер. въ Jahresb. f. Neurol. u. Psych. 1902.

1460

лось иногда, то во всякомъ случаѣ безъ большего постоянства
и ни въ одномъ случаѣ не было рѣзко выраженнымъ.
Съ цѣлью болѣе детальнаго выясненія разстройствъ обнару-
живающихся при пораженіи лобныхъ долей, я предложилъ
произвести въ нашей лабораторіи рядъ опытовъ въ этомъ на-
правленіи д-ру Жуковскому.
Опыты эти были произведены надъ собаками, причемъ въ
отдѣльныхъ опытахъ удалялась то одна, то обѣ лобныя доли или,
точнѣе говоря, тѣ части мозга, которыя лежатъ непосредственно
кпереди отъ сигмовидной извилины.
Явленія, наблюдавшаяся при этомъ, заключались въ слѣду-
ющемъ:
Въ первые дни послѣ операціи двусторонняго удаленія лоб-
ныхъ долей у животныхъ обнаруживалось сильное угнетеніе:
они отказывались отъ пищи и все время лежали, забившись
въ уголъ. Въ это время животныя совершенно не реагировали
на окружающее, не отвѣчали ни на свѣтъ, ни на сильныя слу-
ховыя ощущенія; только при сильныхъ болевыхъ раздраже-
ніяхъ они поднимались съ мѣста, но затѣмъ вскорѣ снова за-
бивались въ уголъ.
„Видъ собакъ былъ дикій, угрюмый; шерсть взъерошена,
безсмысленный взглядъ, морда и хвостъ опущены книзу; у двухъ
собакъ замѣчалась сильная раздражительность; если ихъ ста-
рались поднять на ноги, онѣ огрызались и обнаруживали же-
ланіе укусить“. У всѣхъ вообще оперированныхъ собакъ въ
это время обнаруживались измѣненія чувствительности, при
чемъ у одной собаки обнаруживалось пониженіе болевой чув-
ствительности на всемъ тѣлѣ.
Вмѣстѣ съ тѣмъ у всѣхъ животныхъ обнаруживалось сла-
бое паретическое состояніе всѣхъ конечностей, выражавшееся
шаткостью походки и невозможностью удерживаться на ногахъ
при поворотахъ.
По истеченіи 3—4 дней послѣ операціи всѣ эти явленія
начинали быстро ослабѣвать. Животныя начинали принимать
пищу, становились болѣе подвижными, парезъ конечностей по-
степенно слабѣлъ и по истеченіи двухъ недѣль почти С0г
вершенно исчезалъ. Равнымъ образомъ и разстройства чувстви-
тельности не были продолжительными. Гиперэстезія, обнару-
живавшаяся у одной собаки, совершенно исчезла но истеченіи
2 недѣль и чувствительность не представляла уже никакихъ
разстройствъ. Точно также рѣзкое пониженіе чувствительности
у одной изъ собакъ совершенно прошло уже къ концу третьей

1461

недѣли; у трехъ же остальныхъ собакъ пониженіе болевой
чувствительности оказалось болѣе стойкимъ и наблюдалось до
дня смерти (одна собака жила 2 мѣс., другая 11/2 мѣсяца, третья
1 мѣс. 20 дней). Пониженіе болевой чувствительности обнару-
живалось на всемъ тѣлѣ, но оно рѣзче всего обнаруживалось
въ области затылка, шеи и передней части туловища.
Надо замѣтить, что у трехъ собакъ съ стойкимъ измѣненіемъ
чувствительности обѣ лобныя доли были разрушены цѣликомъ,
причемъ у одной изъ собакъ разрушеніе распространилось по-
слѣдовательно и на передній отдѣлъ сигмовидной извилины.
Осязательная чувствительность у животныхъ также пред-
ставляла пониженіе и при томъ параллельно измѣненію боле-
вой чувствительности. Органы чувствъ не представляли замѣт-
ныхъ измѣненій, кромѣ тѣхъ случаевъ, гдѣ ранились зритель-
ный и обонятельные нервы.
Какъ уже упомянуто, въ первое время послѣ операціи у
всѣхъ собакъ замѣчалось состояніе рѣзкаго угнетенія психи-
ческой сферы, выражавшееся неподвижностью, сонливостью и
отсутствіемъ реакціи на все окружающее.
У двухъ собакъ кромѣ того наблюдалась рѣзкая раздражи-
тельность. Вскорѣ эти явленія глубокаго угнетенія постепенно
ослабѣвали и на сцену выдвигалось общее ослабленіе интел-
лекта. Внимательное наблюденіе животныхъ показывало, что
на всѣхъ ихъ дѣйствіяхъ лежала печать необдуманности и не-
сообразительности. Такъ, если имъ давалось мясо, завернутое
въ бумагу, то собака обнюхивала его, но не догадывалась, какъ
развернуть его, и послѣ многихъ неудачныхъ попытокъ про-
глатывала мясо вмѣстѣ съ бумагой, тогда какъ здоровыя со-
баки въ этихъ случаяхъ быстро оріентировались. У двухъ со-
бакъ былъ произведенъ слѣдующій опытъ: смятый листъ бу-
маги въ комокъ слегка смазывался говяжьимъ жиромъ; услы-
хавъ запахъ говядины, собака моментально схватывала комокъ
бумаги и проглатывала его. У здоровыхъ собакъ такой опытъ
никогда не удавался, такъ какъ, схвативъ кусокъ бумаги, онѣ
тотчасъ же оріентировались на счетъ его содержимаго и вы-
брасывали.
Равнымъ образомъ, если передъ глазами животнаго зажига-
лась спичка, то въ первый моментъ, когда спичка вспыхивала,
животное немного отстранялось, а затѣмъ начинало тянуться
къ пламени и обнюхивать его, рискуя обжечь себѣ носъ.
Очевидно, что въ началѣ у животнаго была реакція психо-
рефлекторнаго характера, но при этомъ собака не могла долж-

1462

нымъ образомъ оцѣнивать видимое. Точно также, если угрожали
собакѣ палкой, то въ первый моментъ она быстро отскакивала
назадъ, а затѣмъ начинала опять тянуться къ палкѣ и даже
обнюхивала ее, не смотря на то, что по прежнему ей продол-
жали угрожать той же палкой. Опять и здѣсь такимъ образомъ
есть узнаваніе предмета, но нѣтъ пониманія опасности отъ
него, точно также и во время ѣды оперированныя собаки вели
себя иначе, чѣмъ здоровыя животныя. „Набросившись
съ прожорливостью на поставленную пищу, они скоро броса-
ли ее и начинали безцѣльно бѣгать по лабораторіи, а затѣмъ
снова принимались за ѣду и такъ нѣсколько разъ“.
Очевидно, что вслѣдъ за удовлетвореніемъ перваго голода,
происходящаго путемъ психорефлекса, утрачивалась цѣль ѣды
и только послѣ новаго импульса къ ѣдѣ, возбужденнаго голо-
домъ, собака опять принималась за пищу. Достойно вниманія,
что во время ѣды собаки никогда не помогали себѣ перед-
ними лапами. „На кличку они не отзывались. Совсѣмъ почти
не реагировали на ласку и угрозу. Если собаку ласкали, то
она не выражала при этомъ никакой радости, стояла непод-
вижно передъ экспериментаторомъ, уставивъ на него безсмыс-
ленный взглядъ, опустивъ хвостъ и дрожа всѣмъ тѣломъ; ту
же позу сохраняла она и въ томъ случаѣ, если ей угрожали и
били“. Въ общемъ внѣшность собакъ производила жалкое
впечатлѣніе: у нихъ обнаруживалась современемъ сильная ху-
доба, онѣ казались равнодушными, съ взъерошенною шерстью,
съ опущенными книзу головой и хвостомъ. У всѣхъ собакъ
кромѣ того обнаруживалось дрожаніе. Въ двухъ случаяхъ
замѣчалось безпокойство, выражавшееся наклонностью къ
безцѣльному бѣганью.
При удаленіи одной лобной доли первоначально у собакъ
также обнаруживались явленія угнетенія, но менѣе рѣзкія, не-
жели въ предыдущемъ случаѣ, послѣ же того, какъ живот-
ныя освобождались отъ первыхъ послѣдствій операціи, у
нихъ обнаруживались уже столь неясныя психическія раз-
стройства, что ихъ было трудно обнаружить при изслѣдованіи.
Съ физической же стороны у животныхъ наблюдались въ об-
щемъ тѣ же явленія, что и у собакъ съ разрушеніемъ обѣихъ
лобныхъ долей, но эти явленія обнаруживались на одной про-
тивоположной сторонѣ. Такъ, у животныхъ обнаруживался па-
резъ противоположныхъ конечностей и пониженіе чувствитель-
ности на всей противоположной сторонѣ, сильнѣе выраженное
въ области затылка, шеи и передней части туловища. Оба эти

1463

—1463—
явленія современемъ постепенно ослабѣвали и уже черезъ мѣ-
сяцъ представлялись сравнительно очень слабо выраженными;
паралича мышцъ туловища у животныхъ наблюдать не удавалось.
Но по отношенію къ сферѣ чувствительности вообще не-
обходимо замѣтить, что только въ трехъ случаяхъ двусторон-
нихъ разрушеній лобныхъ долей ослабленіе чувствительности
у животныхъ наблюдалось до дня смерти въ общемъ не болѣе,
какъ въ теченіе двухъ мѣсяцевъ. Въ одномъ случаѣ наблюда-
лось не понижете чувствительности, а гиперэстезія, которая
современемъ исчезла. Въ другомъ случаѣ анэстезія предста-
влялась кратковременной. При одностороннемъ же удаленіи
лобныхъ долей явленія со стороны чувствительности обнару-
живались вообще непродолжительное время и уже къ концу
перваго мѣсяца ослабѣвали настолько, что представлялись
крайне слабо выраженными.
Обсужденіе полученныхъ данныхъ.
Изъ предыдущаго ясно, что психическія разстройства,
принадлежатъ вообще къ наиболѣе постояннымъ и наиболѣе
характеристичнымъ разстройствамъ у животныхъ съ двусторон-
нимъ разрушеніемъ лобныхъ долей. Если они не столь рѣзко
выражены при одностороннемъ удаленіи лобной доли, то фактъ
этотъ легко объясняется замѣняющей функціей другой доли.
Если мы оставимъ въ сторонѣ психическое угнетеніе, обна-
руживающееся въ первое время вслѣдъ за двустороннимъ уда-
леніемъ лобныхъ долей и объясняемое по всей вѣроятности на-
несеніемъ значительной травмы мозгу животнаго, то психиче-
скія разстройства, наблюдаемыя при этомъ, обычно сводятся къ
недостатку оцѣнки новыхъ внѣшнихъ впечатлѣній и къ отсут-
ствію сообразительности съ одной стороны и къ поразительному
недостатку внѣшнихъ реакцій со стороны животнаго на ласку
и угрозы и къ особой раздражительности въ отдѣльныхъ слу-
чаяхъ съ другой.
Прежде всего возникаетъ вопросъ, на чемъ можетъ быть
основанъ недостатокъ оцѣнки новыхъ внѣшнихъ впечатлѣній
и отсутствіе сообразительности. Наблюденіе показываетъ, что
животныя видятъ, слышатъ и осязаютъ; они узнаютъ внѣшнія
впечатлѣнія, такъ какъ въ первое время реагируютъ на нихъ
соотвѣтствующимъ образомъ, но тѣмъ не менѣе оцѣнка этихъ
впечатлѣній съ точки зрѣнія ихъ вредности или полезности,

1464

а рано и выборъ цѣлесообразныхъ дѣйствій представляются
недостаточными, вслѣдствіе чего животныя проглатываютъ пу-
стую бумагу, намазанную жиромъ, проглатываютъ бумагу вмѣ-
стѣ съ кускомъ мяса, тянутся къ огню, обнюхиваютъ палку,
которой имъ грозили и т. п.
Очевидно, что дѣло идетъ въ этомъ случаѣ объ утратѣ
ихъ высшихъ познавательныхъ способностей, которыя устана-
вливаютъ опредѣленное соотношеніе между отпечатками новыхъ
внѣшнихъ впечатлѣній и результатами прошлаго опыта и кото-
рыя направляють движенія и дѣйствія сообразно личной пользѣ.
ЭТИ ВЫСШія познавательныя функціи основаны на томъ про-
цессѣ который въ субъективной психологіи извѣстенъ подъ
названіемъ сужденія и умозаключенія, тѣсно связаннаго съ во-
левымъ вниманіемъ и волевымъ выборомъ движеній и который
мы обозначимъ здѣсь психорегуляторной дѣятельностью.
Далѣе, обращаетъ на себя вниманіе та особенность собакъ
съ удаленными лобными долями, которая выражается ихъ по-
разительнымъ равнодушіемъ къ тѣмъ воздѣйствіямъ, которыя
приводятъ къ выраженію душевныхъ движеній. Животныя,
какъ мы видѣли, не отвѣчаютъ соотвѣтствующи телодвиже-
ніями ни на ласку, ни на угрозы. Выше мы видѣли, что соб-
ственно воспріятіемъ раздраженій отъ внутреннихъ органовъ
завѣдуютъ главнымъ образомъ центральныя и ближайшія ча-
сти теменныхъ извилинъ. Равнымъ образомъ и реакція со сто-
роны внутреннихъ органовъ возбуждается участками мозговой
коры, расположенными на уровнѣ центральныхъ и частью те-
менныхъ извилинъ. Слѣдовательно, нельзя допустить, чтобы
здѣсь первично поражалось какъ воспріятіе тѣлесныхъ раз-
драженій, такъ и психорефлекторная реакція со стороны вну-
треннихъ органовъ, включая и сосудистую сферу, — тѣмъ болѣе,
что непосредственные опыты съ изслѣдованіемъ движенія вну-
треннихъ органовъ и сосудистой системы показали намъ, что
кора лобной области даетъ въ этомъ случаѣ совершенно отри-
цательные результаты.
Ясно, что дѣло идетъ здѣсь не о нарушеніи первичнаго
воспріятія тѣлесныхъ раздраженій, а вѣрнѣе всего объ утратѣ
ихъ послѣдовательныхъ слѣдовъ и о недостаткѣ оцѣнки этихъ
впечатлѣній, приводящей къ выработкѣ индивидуальныхъ отно-
шеній къ окружающему міру.
Развитіе психорегуляторной дѣятельности, обусловливающей
оцѣнку высшихъ впечатлѣній и цѣлесообразный выборъ движе-
ній сообразно получаемымъ внѣшнимъ воздѣйствіямъ стоитъ

1465

въ связи съ развитіемъ индивидуальнаго психической
сферы, которое, развиваясь да основаніи послѣдовательныхъ
слѣдовъ отъ раздраженій со стороны внутреннихъ органовъ,
очевидно и имѣетъ свое сѣдалище въ лобныхъ доляхъ.
Психо-регуляторная дѣятельность отражается и на про-
явленіяхъ эмоцій путемъ сдерживанія ихъ въ соотвѣтствен-
ныхъ случаяхъ, т. е. сообразно даннымъ внѣшнимъ условіямъ.
Поэтому естественно, что у собакъ съ удаленными, лобными
долями вмѣстѣ съ нарушеніемъ психорефлекторной дѣятель-
ности обнаруживается въ отдѣльныхъ, случаяхъ крайняя раз-
дражительность, несвойственная нормальнымъ животнымъ.
Теперь возникаетъ вопросъ, какъ смотрѣть на измѣненія
чувствительной сферы у оперированныхъ животныхъ.
Такъ какъ проявленія чувствительности при удаленіи пред-
лобныхъ долей оказываются нестойкими, то на предлобныя
доли нельзя смотреть, какъ на центръ чувствительности.
Есть основаніе полагать, что и пораженіе чувствительности
объясняется въ извѣстной мѣрѣ нарушеніемъ оценки внѣш-
нихъ раздраженій, вслѣдствіе чего собака равнодушна къ внѣш-
нимъ раздраженіямъ до тѣхъ поръ, пока не возбуждается психо-
рефлекторное движеніе, вызванное болью.
Нельзя впрочемъ отрицать, что по крайней мѣрѣ болѣе
стойкія измѣненія чувствительности, наблюдаемыя въ отдѣль-
ныхъ случаяхъ при полномъ удаленіи лобныхъ долей, могутъ
объясняться и поврежденіемъ сосѣднихъ центровъ туловища
и конечностей, расположенныхъ въ задней части лобной доли
и въ области сигмовидной извилины.
Во всякомъ случаѣ, нѣтъ никакихъ основаній признавать,
что въ лобной долѣ мы имѣемъ центры чувствительности для
туловища согласно взгляду Munk’a.
Намъ остается еще сказать несколько словъ о временныхъ
разстройствахъ движенія, наблюдаемыхъ у оперированныхъ жи-
вотныхъ.
Выше мы видѣли, что оперированныя животныя не могли
цѣлесообразно пользоваться своими движеніями, обнаружи-
вая напр. неупотребленіе передней конечности при глоданіи
кости. Такъ какъ у животныхъ нельзя было констатировать, болѣе
или менее длительныхъ паретическихъ явленій въ конечно-
стяхъ, то, очевидно, что въ лобныхъ доляхъ нельзя признавать
и двигательныхъ центровъ. Но извѣстное отношеніе ихъ къ дви-
женію существуетъ, что отражается прежде всего на цѣлесооб-
разномъ направленіи движеній. Есть основаніе полагать, что

1466

предлобныя области имѣютъ въ извѣстной степени направляю-
щее вліяніе на двигательную сферу, стоящее въ связи съ оцѣн-
кой внѣшнихъ впечатлѣній.
Итакъ предлобныя области согласно экспериментальнымъ
даннымъ должны быть разсматриваемы, какъ области, служащія
мѣстомъ развитія индивидуальнаго ядра психической сферы,
вслѣдствіе отложенія здѣсь послѣдовательныхъ слѣдовъ отъ
внутреннихъ раздраженій; вмѣстѣ съ тѣмъ лобныя доли служатъ
областями психо-регуляторной дѣятельности, обусловливающей
развитіе высшихъ познавательныхъ функцій, выражающихся
правильной оцѣнкой внѣшнихъ впечатлѣній и цѣлесообраз-
нымъ направленіемъ и выборомъ движеній сообразно съ упо-
мянутой оцѣнкой.
Патологическія наблюденія.
Послѣ разсмотрѣнія экспериментальныхъ данныхъ мы оста-
новимся еще на клиническихъ наблюденіяхъ съ разрушеніемъ
лобныхъ долей.
Прежде всего надо замѣтить, что существующія клиниче-
скія данныя съ разрушеніемъ лобныхъ долей у людей не
даютъ рѣшительно никакихъ указаній въ пользу того, что
разрушенія собственно предлобныхъ областей приводятъ къ на-
рушенію чувствительности и къ развитію параличныхъ явленій.
Отсюда ясно, что приписывать предлобнымъ областямъ роль цен-
тровъ чувствительности или движенія нѣтъ никакихъ основаній.
Въ новѣйшее время однако опубликовано нѣсколько кли-
ническихъ наблюденій, изъ которыхъ явствуетъ, что пора-
женія лобныхъ долей вызываютъ разстройство въ статической
координаціи. Я упомяну здѣсь о случаѣ Кузнецова1), на-
блюдавшаго больную, у которой при жизни имѣлись вы-
нужденныя движенія съ разстройствомъ равновѣсія, при
вскрытіи же обнаружена опухоль (cisticercus cellulosus) въ мяг-
кой мозговой оболочкѣ, приведшая къ частичной атрофіи
правой лобной доли. Точно также въ случаѣ Bruns’a2) обна-
руживалось разстройство въ равновѣсіи тѣла, напоминавшее
мозжечковую атаксію, при вскрытіи же были найдены опухоли
въ лобныхъ доляхъ.
1) Кузнецовъ. Вѣстн. клин. и суд. псих. ч. IX.
2) Brims. Deutsche. Med. Woch. 1892. № 7.

1467

Изъ новѣйшихъ авторовъ Anton и Zingerle1) останавливаются
между прочимъ на отношеніи лобныхъ долей къ мозжечку.
По взгляду этихъ авторовъ анатомическіе и физіологиче-
скіе факты такъ же, какъ и многочисленные патологическіе
эксперименты у человѣка, кромѣ отношенія лобныхъ долей
къ интеллекту принуждаютъ къ принятію въ лобныхъ до-
ляхъ центральной области большого мозга для мозжечка,
чувствующимъ органомъ которой служатъ полукружные ка-
налы. Въ пользу такого взгляда по авторамъ говоритъ тотъ
фактъ, что особенно обильными представляются соединенія лоб-
ныхъ долей съ передними частями зрительнаго бугра, а отъ
послѣдняго идутъ къ мозжечку переднія ножки.
Не признавая особенной убѣдительности въ послѣднемъ
доводѣ авторовъ нельзя однако отрицать, въ виду упомянутыхъ
выше фактическихъ данныхъ извѣстныя отношенія лобныхъ
долей къ статической координаціи, но мы полагаемъ, что это
отношеніе принадлежитъ собственно болѣе заднимъ отдѣламъ
лобныхъ долей, посылающимъ къ нижележащимъ центрамъ
лобно-мостовыя системы.
Что касается до патологическихъ наблюденій, указываю-
щихъ на отношеніе лобныхъ долей къ психической сферѣ, то
въ этомъ отношеніи, вообще говоря, недостатка не имѣется.
Прежде всего, однимъ изъ наиболѣе замѣчательныхъ на-
блюденій, относящихся къ пораженію лобныхъ долей, является
случай американскаго рудокопа, извѣстный подъ названіемъ
„Amerikan growbar cases“. Случай ЭТОТЪ состоитъ въ слѣдующемъ:
рабочій Gage 25 лѣтъ, пробуравивъ дырку въ скалѣ, затыкалъ
пороховой зарядъ при посредствѣ заостреннаго желѣзнаго
бруска длиною 3 фута и 7 дюймовъ, шириною въ 1 дюймъ съ 1/4
и 131/4 фунтовъ вѣсомъ; въ скважинѣ послѣдовалъ взрывъ,
и брусокъ пролетѣлъ сквозь его голову, пройдя чрезъ лѣвый
уголь верхней челюсти и лобную долю и выйдя чрезъ вер-
хушку черепа вблизи стрѣловиднаго шва. Брусокъ былъ
поднятъ на нѣкоторомъ протяженіи, облитый кровью и забрыз-
ганный мозговымъ веществомъ. Въ началѣ больной былъ сильно
оглушенъ, но около часа спустя онъ могъ самъ пройти по вы-
сокой лѣстницѣ къ хирургу и могъ разсказать вполнѣ созна-
тельно о случившемся.
Субъектъ этотъ впослѣдствіи выздоровѣлъ и прожилъ
l) Anton und Zingerle. Bau Leitung und Erkrankung des menschlichen
Grosehirns. 1902.

1468

затемъ около 121/2 лѣть. Точнымъ прижизненнымъ наблюде-
ніемъ, а равно и на основаніи изслѣдованія черепа, который
былъ откопанъ впослѣдствіи, было константировано, что сна-
рядъ, прошедши чрезъ левый уголъ верхней челюсти, вышелъ
изъ черепа непосредственно впереди вѣнечнаго шва; слѣдова-
вательно задняя часть лобной доли, въ которой расположены
двигательные центры, осталась непораженною и этимъ объя-
сняется отсутствіе паралича у больного. Въ психическомъ
отношеніи этотъ субъектъ, какъ свидѣтельствуетъ д-ръ Hariow,
совершенно преобразился: равновѣсіе между его умственными
способностями и инстинктивными наклонностями казалось совер-
шенно нарушеннымъ; онъ сделался нервенъ, непочтителенъ,
ругался наигрубѣйшимъ образомъ, чего прежде у него вовсе
не было въ привычкахъ; онъ едва сдерживался съ равными
себе; нетерпеливо переносилъ противоречіе и не слушалъ со-
ветовъ другихъ, если они были противоположны его мнѣніямъ;
по временамъ онъ былъ чрезвычайно упоренъ, капризенъ и
нерѣшителенъ, строилъ планы будущаго и тотчасъ же бросалъ
ихъ, чтобы принять другіе, казавшіеся ему более практичными.
Это дитя по уму и проявленію умственныхъ способностей и
взрослый по страстямъ и инстинктамъ. До несчастія, хотя онъ
не получилъ школьнаго воспитанія, онъ имелъ довольно устой-
чивый умъ и на него смотрели не иначе, какъ на человека,
ровнаго въ делахъ и разумнаго и въ тоже время весьма энер-
гичнаго и настойчиваго въ исполненіи предпринимаемыхъ имъ
плановъ; после же поврежденія въ этомъ отношеніи онъ такъ из-
менился, что его друзья и знакомые говорили: „это более не Gage“.
Вообще у большинства лицъ, подвергшихся травматическому
пораженію или пораженію лобныхъ долей, замечено глубокое
измененіе характера. Лица эти становятся эгоистами, гневлив
ными, мизантропами и крайне импульсивными.
Здесь должно еще упомянуть о случае Jastrowitz’a, который
наблюдалъ 38-летняго лакея, сдѣлавшагося слабоумнымъ, бла-
годушнымъ и склоннымъ къ шуткамъ. У него существовала
картофелевидная опухоль 4 сант. длины и 3 сант. ширины въ
лобной области, справа простиравшаяся на 1 сант. отъ средин-
ной линіи и лежавшая на 2 сант. надъ орбитальной поверхностью.
Опухоль эта занимала верхушку лобной доли въ томъ местѣ,
гдѣ верхняя лобная извилина переходитъ на орбитальную по-
верхность; при этомъ была захвачена и средняя лобная изви-
лина. Этотъ больной ранее помещался въ заведеніи Dalldorf,
вследствіе эпилепсіи, причемъ после припадковъ онъ приходилъ

1469

нерѣдко въ сильное возбужденіе, обнаруживалъ спутанность и
склонность къ нападеніямъ, обманы слуха и зрѣнія и бредъ
преслѣдованія. При этомъ не обнаруживалось никакихъ мѣст-
ныхъ симптомовъ. Jastrowitz указываетъ, что душевное разстрой-:
ство въ видѣ слабоумія съ своеобразнымъ веселымъ возбу-
жденіемъ (такъ наз. moria) онъ видѣлъ только при опухоляхъ
въ лобной долѣ и такихъ случаевъ наблюдалъ съ полдюжины.
При этомъ онъ указывать, что не всѣ пораженія лобной доли
сопровождаются подобными же явленіями. Но moria по его
мнѣнію всегда представляетъ собою симптомъ, указывающій на
опухоль, гнѣздящуюся въ лобной долѣ.
Наблюденія съ пораженіями лобныхъ долей, обусловливаю-
щими измѣненія характера, были собраны между прочимъ
Leonore Welt’омъ въ работѣ: „Ueber Charakterveränderungen des
Menschen infolge von Läsionen des Stirnhirns. 1888) Авторъ въ этой
работѣ сообщаетъ о наблюдаемомъ случаѣ пролома лоб-
ной кости и тяжкаго поврежденія правой лобной доли съ
изъятіемъ мозговой массы, которое протекло безъ двига-
тельныхъ и чувствительныхъ разстройствъ, но вызвало своеоб-
разныя измѣненія въ характерѣ больного, который изъ способ-
наго добродушнаго человѣка сдѣлался злымъ, коварнымъ и
склоннымъ къ насилію.
На основаніи литературнаго изученія вопроса авторъ между
прочимъ приходитъ къ выводу, что при кровеизліяніяхъ и раз-
мягченіяхъ въ лобныхъ доляхъ никогда будто бы не наблю-
даются измѣненія въ характерѣ, при другихъ же пораженіяхъ
они наблюдаются нерѣдко, но не съ постоянствомъ. На основа-
ніи протоколовъ вскрытій слѣдуетъ придти къ заключенію, что
измѣненія характера обусловливаются пораженіями частей,
лежащихъ вблизи срединной линіи орбитальной поверхности
лобной доли, преимущественно справа.
Насколько эта локализація подтвердится и въ другихъ слу-
чаяхъ, покажутъ будущія наблюденія. Съ своей стороны я могу
указать случай обширной фибросаркомы, располагавшейся на
орбитальной поверхности обѣихъ лобныхъ долей и захватив-
шей ихъ внутреннія части; при этомъ оба n. olfactorii были за-
хвачены опухолью и chiasma nn. opticorum была сдавлена. Не-
смотря на эту локализацію опухоли больная эта, обнаруживав-
шая явленія крайней забывчивости, особенно позднѣйшихъ со-
бытій и представлявшая явленія глубокого равнодушія и апа-
тіи и хорошо выраженныя ложныя воспоминанія, не обнаружи-
вала однако существенныхъ измѣненій въ характерѣ

1470

Впослѣдствіи мы имѣли и другой подобный же случай
фибросаркомы основанія лобныхъ долей съ явленіями апатіи,
слабоумія и слѣпоты (вслѣдствіе сдавленія зрительнаго пере-
креста), но опять-таки безъ указанныхъ измѣненій характера.
Тѣмъ не менѣе значеніе вышеуказаннаго симптома не должно
быть умаляемо для характеристики хроническихъ пораженій
лобныхъ долей, особенно съ характеромъ опухоли.
По Oppenheim’y, который обозначалъ вышеуказанныя разстрой-
ства, какъ стремленіе къ остроумничанію, оно составляетъ обыч-
ный симптомъ, наблюдаемый при опухоляхъ лобныхъ долей.
Вообще же Oppenheim1) высказывается въ томъ смыслѣ, что
психическія нарушенія составляютъ частый симптомъ пора-
женія лобныхъ долей, хотя изслѣдованіе психическихъ раз-
стройствъ въ этомъ случаѣ не было еще достаточно оцѣнено
въ діагностическомъ отношеніи.
Авторъ цитируетъ между прочимъ случай Allen Starr’a и
Mac Barney, въ которомъ впервые на основаніи психическихъ
разстройствъ была діагностирована опухоль лобной доли. По
его мнѣнію въ тѣхъ случаяхъ мозговой опухоли, въ которыхъ
рѣзко обнаруживаются психическая слабость, апатія, помраче-
ніе сознанія или же иные характерные симптомы, должно
имѣть въ виду, что опухоль занимаешь лобныя доли, хотя
указать точнѣе, какія именно части лобныхъ долей она захва-
тываешь, пока не представляется возможнымъ.
Далѣе заслуживаешь вниманія случай пораженія лобныхъ
долей, опубликованный Lépine’омъ.
Авторъ наблюдалъ больного съ нарывомъ въ правой лоб-
ной долѣ, у котораго обнаруживались явленія тупоумія. Онъ
повидимому понималъ, что ему говорили, но ему было трудно
произнести слово. Когда ему предлагали сѣсть, онъ садился.
Безъ посторонней же помощи онъ могъ пройти только нѣ-
сколько шаговъ.
Ventra2) приводитъ случай чистаго травматическаго пораженія
лобныхъ долей съ упадкомъ интеллигенціи, что говоритъ оче-
видно въ пользу мнѣнія Hitzig’a, Bianchi, Flechsig’a и вопреки Munk’y.
Приведемъ затѣмъ наблюдете Dawidson’a:
Крестьянинъ получилъ сильный ударъ въ голову желѣз-
нымъ крюкомъ, который, проломивъ лобъ, обнажилъ и разо-
рвалъ мозгъ до вѣнечнаго шва. Разрушены были, какъ опре-
1) Oppenheim. Die Geschwülste des Gehirns. Nothnagel’s spec. Pathol. u. The-
rapie. Wien. 1896.
2) Ventra. Les fonctions des lobes préfrontaux. Gaz. hebdom. № 13. 1900.

1471

дѣлено при вскрытіи на правой сторонѣ большая часть сред-
ней и верхней лобной извилины, на лѣвой значительная часть
нижней лобной извилины.
О психическомъ состояніи этого субъекта существуютъ слѣ-
дующія указанія: хотя больной несомнѣнно понималъ, что ему
говорили, и дѣлалъ согласно словамъ другихъ, но каждое его
движеніе производило на наблюдателя впечатлѣніе движенія
автоматическаго и механическаго.
Byron Bramwell1) въ большинствѣ случаевъ пораженія лоб-
ныхъ долей находилъ рѣзко выраженныя психическія разстрой-
ства, тогда какъ опухоли другихъ областей мозга такія раз-
стройства вызываютъ лишь въ незначительной степени.
Далѣе Bayerthal2) обращаетъ вниманіе на тотъ фактъ, что
при опухоляхъ лобныхъ долей въ видѣ ранняго симптома,
является апатія, ослабленіе вниманія и интереса.
Въ одномъ случаѣ Neisser’a3) при пораженіи саркомой лѣ-
вой лобной доли клиническія явленія соотвѣтствовали dementiae
paralyticae.
При опухоляхъ лобныхъ долей вообще нерѣдко наблюда-
ются разстройства сознанія и психической сферы. Между про-
чимъ Bergmann, руководясь измѣненіями психической сферы,
поставилъ діагностику опухоли лобной доли, которая и под-
твердилась при операціи.
S. Auerbach4), приведя одинъ изъ случаевъ опухоли лобной
доли, напоминавшей по клиническимъ симптомамъ миксодему
(временно развившійся слизистый отекъ, замедленіе психическихъ
процессовъ, общая апатія, слабость памяти, ослабленіе воли,
отсутствіе гнѣздовыхъ симптомовъ), хотя при вскрытіи щитовид-
ная железа оказалась нормальной, приходитъ на основаніи своего
случая и литературныхъ данныхъ къ выводу, что лобная доля у
людей стоить въ тѣсномъ соотношеніи съ высшими психи-
ческими отправленіями. Онъ критически относится къ указа-
ніямъ Munk’a, стоящимъ въ противорѣчіи съ данными другихъ
экспериментаторовъ, а также высказывается противъ Bruns’a,
отрицающаго доказательность клиническихъ наблюденій въ
1) Byron Bramwell. On the localisation of intracranial tumours. Brain.
Spring Part. 1899.
2) Bayerthal. Loco cit. Neur. Centr. 1902, стр. 632.
3) Neisser. Tumori di lobi anteriori del cervello. Gazz., стр. 1898. Реф. въ
вопросахъ и нервно-псих. мед. 1899. т. IV, стр. 353.
4) S. Auerbach. Beitrag zur Diagnostik der Geschwülste des Strinhirns.
Deutsche Zeitschr. f. Nervenh. 1902. Bd. 22. 3 и 4.

1472

пользу отношенія лобныхъ долой къ интеллекту (см. ниже).
Авторъ выставляетъ на видъ то обстоятельство, что при опу-
холяхъ лобной доли психическія разстройства составляютъ
ранній симптомъ и притомъ появляются много чаще, нежели
при опухоляхъ другихъ областей мозга.
Burr1) констатировалъ рѣзкое ослабленіе интеллекта при
развитіи опухоли въ лѣвой префронтальной области.
Durante2) приводитъ 8 случаевъ мозговыхъ опухолей съ
экстирпаціей, кончившейся выздоровленіемъ; изъ нихъ 5 слу-
чаевъ относятся, къ лобнымъ долямъ и во всѣхъ этихъ
случаяхъ выдающійся симптомъ былъ психическая слабость.
Россолимо (Вѣстн. психіатріи годъ IX) приводитъ случай
опухоли лобной доли съ нарушеніемъ въ отношеніи поступковъ.
Имѣются также случаи удаленія опухоли, сдавившей и частью
разрушившей лобную долю (правую) съ нарушеніемъ психики,
которое прошло послѣ удаленія опухоли3).
Mendel4) на основаніи обширнаго литературного матеріала
также приходитъ къ выводу, что, когда при жизни обнаружива-
лись психическія разстройства, на вскрытіи или при операціи
обнаруживались пораженія лобной доли.
Характернымъ въ отношеніи психическаго разстройства мо-
жетъ считаться и цитированный выше случай травмы черепа
д-ра В. А. Перимова.
Allen Starr на основаніи цѣлаго ряда случаевъ, принадле-
жащихъ различнымъ авторамъ (Ferrier, Welt, Thomson, Griffith
Steldon), a также и на основаніи лично ему принадлежа-
щихъ случаевъ приходитъ къ выводу, что пораженіе лобныхъ
долей сопровождается потерей или разстройствомъ интеллекта
въ степени, соотвѣтствующей размѣрамъ пораженія, и ослаб-
леніемъ вниманія.
Ferrier въ своемъ сочиненіи „о локализаціи въ болѣзняхъ
мозга“ приводитъ случаи Baraduc’a и Davidson’a въ доказатель-
ство прямого отношенія лобныхъ долей къ интеллекту.
Одинъ изъ этихъ случаевъ представляетъ атрофію лобныхъ
долей; приведшую къ полному слабоумію, о другомъ случаѣ
Dawidson’a уже ранѣе упомянуто.
1) С. Burr. The relation of the prefrontal lobes to mental function. Philad.
med. Journ. Vol. II, стр. 217.
2) Durante. Observations on certain cerebral localisations. Brit. Med. Journ.
II, стр. 1825. 1902.
3) Friedreich. Ueber die Phys. und Path. v. d. Function des Stirnhirns. Münch.
Med: Woch., стр. 1725. 1902.
4) Mendel. Mitthel. aus d. Grenzgeb. d. Med. u. Chir. Hft. 4 и 5.

1473

Самъ Ferrier указываетъ на случай идіотизма, описанный Cru-
vellier, въ которомъ предлобныя области совершенно отсутствовали.
По Ferrtar’y1) всѣ вообще большіе дефекты лобныхъ долей
приводятъ къ развитію идіотизма.
Случаи идіотизма съ пораженіемъ лобной доли вообще
нерѣдки. Здѣсь можно указать лишь на нѣсколько случаевъ
Bourneville’a2), на случаи Данилло3), Forel'я4) и мн. др.
Недавно Mac Donald5) описалъ случай больнаго съ приро-
жденнымъ слабоуміемъ, погибшаго отъ интеркурирующей бо-
лѣзни, у котораго существовало почти совершенное отсутствіе лоб-
ной области. Онъ приводитъ также свою статистику идіотизма,
говорящую въ пользу отношенія лобныхъ долей къ интеллекту.
Изъ 40 случаевъ идіотизма 25 случаевъ были безъ мѣстныхъ пора-
женій, 12 съ сильной атрофіей лобныхъ долей, 2 съ атрофіей
затылочной доли и 1 съ атрофіей лобной и затылочной доли.
Еще больше въ литературѣ случаевъ идіотизма, когда
вмѣстѣ съ лобными долями подвергались разрушенію и другія
доли, особенно теменныя и височныя.
Bolton6) на основаніи патолого-анатомическихъ изслѣдо-
ваній мозговъ душевнобольныхъ приходитъ къ выводу, что
предлобная область, гдѣ заложенъ передній ассоціаціонный
центръ P. Flechsig’a, служитъ мѣстомъ процессовъ коорди-
націи и ассоціаціи. Этотъ центръ недоразвитъ во всѣхъ со-
стояніяхъ первичной психической слабости; при слабоуміи же
эта область подвергается атрофіи. Авторъ приходитъ къ вы-
воду, что съ ассоціаціонной дѣятельностью болѣе всего свя-
заны пирамидныя клѣтки, которыя и поражаются болѣе всего при
слабоуміи. Если у обезьянъ не обнаруживается тѣхъ явленій,
которыя можно констатировать у людей, то это объясняется
большимъ различіемъ въ душевной дѣятельности человѣка и
высшихъ обезьянъ.
Phelps7) также признаетъ за лобной областью ближайшее
отношеніе къ высшимъ психическимъ функціямъ, но при этомъ
1) Ferrier. О локализаціяхъ въ болѣзняхъ мозга. Р. пер. 1887.
2) Bourneville. Recherches cliniques et therap. 1882,1892 и 1893.
3) Данилло. Вѣстн. клин. и суд. псих. 1887, вып. I.
4) Forel. Arch. f. Psych. 1887. XVIII. См. Onufrowicz. Das balkenlose Mi-
crocephalengehirn Hofmann.
5) Mac Donald. Note on the prefrontal lobes and the localisation of men-
tal function. Journ. of ment. sciences. Vol. 48, стр. 9. 1902.
6) Bolton. The Function of the frontal lobes. Brain. 1903, II, стр. 214.
7) Phelps. The localisation of the mental faculties in the left prefrontal
lobe. The Amer. Journ. of the med. sciences CXXIV, № 4, 5, 1902.

1474

1) Charcot et Pitres. Revue mensuelle. 1877.
2) Bruns. Die Geschwülste des Nervensystems. Berlin. Karger. 1897.
3) M. Bernhardt. Beiträge zur Symptomatologie und Diagnostik der Hirn-
geschwülste. Berlin. 1881.
4) E. Müller. Krit Beiträge z. Prage d. Beziehungen d. Stirnhirns. Allg.
Zeitschr. f. Psych. 59, Bd. 6 Hft.
онъ полагаетъ, что правая лобная доля не имѣетъ никакого
отношенія къ этимъ функціямъ; эта роль будто бы при-
надлежитъ лишь лѣвой лобной долѣ. Авторъ приводитъ въ
пользу этого взгляда большое число случаевъ съ разрушеніемъ
этой доли.
Не только пораженіе правой лобной доли, но даже пора-
женіе всего праваго полушарія не вызываетъ по автору яснаго
пораженія интеллекта.
Здѣсь нужно однако отмѣтить и скептическіе голоса нѣ-
которыхъ клиницистовъ по отношенію къ вопросу о психиче-
скихъ функціяхъ лобныхъ долей. Такъ слѣдуетъ имѣть въ виду,
что въ нѣсколькихъ случаяхъ Charcot и Pitres1) не обнаружива-
лось замѣтныхъ разстройствъ при пораженіи лобныхъ долей.
Bruns2) изъ общихъ психологическихъ соображеній при-
шелъ къ выводу въ томъ смыслѣ, что будто-бы нѣтъ основанія
заключать, что лобныя доли имѣютъ особое значеніе для пси-
хической дѣятельности. Хотя психическія разстройства въ видѣ
слабоумія составляютъ обычный симптомъ пораженія лобныхъ
долей, но ослабленіе умственныхъ способностей наблюдается
также и при пораженіи другихъ областей мозга. При томъ же ча-
стота слабоумія при опухоляхъ лобной доли по автору можетъ
быть объяснена тѣмъ, что, вслѣдствіе удаленія лобныхъ долей
отъ продолговатаго мозга, опухоли въ нихъ могутъ достигать отно-
сительно большихъ размѣровъ, нежели въ другихъ частяхъ мозга
Къ аналогичнымъ результатамъ приходить и Bernhardt3).
Въ томъ же смыслѣ высказывается и Е. Mliller4). Онъ объяс-
няетъ психическія разстройства при опухоляхъ лобныхъ долей
общими симптомами. Случаевъ же, гдѣ психическія разстрой-
ства появлялись ранѣе общихъ симптомовъ, въ литературѣ
немного. Обычно наблюдаемая подавленность не можетъ быть
признаваема за ослабленіе умственныхъ способностей. Хотя
послѣ оперативнаго удаленія опухолей лобныхъ долей и
наступало ― быстрое улучшеніе психическаго состоянія, но
вмѣстѣ съ тѣмъ наблюдалось и исчезаніе общихъ симпто-
мовъ. Послѣдній фактъ по мнѣнію автора говорить за то, что
психическое разстройство представляетъ собою въ этихъ слу-

1475

чаяхъ общій, а не мѣстный симптомъ. Замедленіе апперцепціи,
замедленіе отвѣтовъ больныхъ на вопросы, нарушеніе оріенти-
ровки относительно времени, мѣста и окружающихъ условій
объясняется будто бы также общими условіями. Наблюдаемая
нерѣдко тупость чувствъ также мѣняется и можетъ зависѣть
отъ подавленности. Къ измѣненіямъ характера слѣдуетъ отно-
ситься потому осторожно, что оно можетъ быть сведено къ
поврежденіямъ всей мозговой коры. Это будто бы доказывается
опытами Friedmann'a, который, производя кроликамъ и во-
робьямъ уколы и ранки въ разныхъ частяхъ поверхности мозга,
наблюдалъ измѣненіе поведенія этихъ животныхъ, напоминавшее
поведеніе собаки, лишенной лобныхъ долей, тогда какъ при
вскрытіи у оперированныхъ животныхъ наблюдалось лишь диф-
фузное покраснѣніе мягкой оболочки.
Ceston и Lejonne1) послѣ обозрѣнія всей литературы вопроса
пришли къ слѣдующимъ выводамъ:
Опухоли и поврежденія лобныхъ долей во многихъ случаяхъ
могутъ не сопровождаться какими-либо психическими раз-
стройствами. Если же развиваются психическія разстройства,
то ихъ можно раздѣлить на три группы: 1) развиваясь у лицъ
съ тяжелой наслѣдственностью, опухоль можетъ вызвать пси-
хозъ, за которымъ сама опухоль можетъ остаться незамѣчен-
ною. 2) Опухоль лобныхъ долей вызываетъ сама по себѣ пси-
хическія разстройства въ видѣ подавленности и оцѣпенѣлости,
наклонности ко сну, слабости памяти и интеллекта и прогрес-
сирующаго слабоумія подобно опухолямъ другихъ частей
мозга. 3) Психическія разстройства, которыя всего болѣё
должны быть отнесены къ пораженію лобной доли, суть:
маніакальное возбужденіе, идеи самоубійства, спутанность
идей и слабоуміе, затѣмъ афазія, благодушіе, эгоизмъ, равно-
душіе къ окружающему, но особенно часто наблюдаются пора-
женія высшихъ психическихъ процессовъ, какъ-то: памяти,
ассоціаціи идей и высшихъ чувствъ2).
Нѣтъ надобности пояснять, что взгляды Bruns’a, Bernhardt’a,
Müller’a и др. не могутъ быть признаны соотвѣтствующими
истинѣ уже въ виду огромнаго количества наблюденій съ трав-
1) Ceston et. Lejonne. Revue neurol. 1901. № 17.
2) Въ послѣднее время P. Anton (Münch. Med. Woch. 1906 № 22) выска-
зывается въ томъ смыслѣ, что психическіе симптомы при одностороннемъ
пораженіи лобной доли неопредѣленны, при двустороннемъ же напоминаютъ
явленія прогрессивнаго паралича. Изъ соматическихъ разстройствъ авторъ
отмѣчаетъ разстройства равновѣсія при стояніи и ходьбѣ.

1476

1476
матическимъ поврежденіемъ, атрофіями и размягченіемъ лоб-
ныхъ долей, при которыхъ у больныхъ обнаруживались тѣ или
другія психическія разстройства.
Д-ръ Ларіоновъ въ своей статьѣ1) совершенно справедливо
замѣчаетъ по поводу случаевъ „скрытаго“ теченія пораженій
лобной доли, что „нарывы, опухоли, пулевыя раненія и кровоизлія-
нія часто не вызываютъ, какъ это слѣдовало бы ожидать, стой-
кихъ измѣненій или пораженій функцій центровъ мозговой коры,
потому что они обыкновенно мало повреждаютъ ее и очень
часто вызываютъ давленіемъ на мозгъ болѣе общіе, чѣмъ оча-
говые, симптомы обыкновенно съ характеромъ раздраженія,
тогда какъ атрофія, перерожденія и склерозъ коры напротивъ
обусловливаютъ стойкія пораженія ея съ выпаденіемъ или
уничтоженіемъ функцій затронутаго центра“. „Мы и видимъ,
что случаи, приведенные Charcot и Pitres’омъ2) и протекавшіе
будто-бы безъ объективныхъ симптомовъ, представляли 9 разь
нарывъ правой или лѣвой лобной доли, 1 разъ кровоизліяніе
въ веществѣ правой лобной области и одинъ только разъ
размягченіе лѣвой глазничной области мозга. При этомъ надо
замѣтить, что нарывъ, обыкновенно не разрушавшій, коры, по-
мѣщался подъ ней въ бѣломъ веществѣ, какъ это и было ука-
зано авторами въ нѣкоторыхъ вышеприведенныхъ случаяхъ.
Кровоизліяніе также видимо было подъ корой и на корѣ, а не
въ ея веществѣ. Размягченіе же глазничной поверхности
могло повести только къ измѣненію характера“.
Въ своемъ кругу наблюденій я имѣлъ кромѣ двухъ ранѣе
упомянутыхъ случаевъ пораженія лобныхъ долей, опухолями
нѣсколько случаевъ иныхъ пораженій лобныхъ долей, въ ко-
торыхъ съ постоянствомъ обнаруживались явленія болѣе или
менѣе значительнаго ослабленія умственныхъ способностей.
Далѣе въ одномъ изъ моихъ случаевъ рѣзкая атрофія лѣвой
лобной доли до 1/3 нормальной величины лежала въ основаніи
глубокаго идіотизма.
Въ одномъ, предоставленномъ мнѣ д-ромъ Совѣтовымъ,
случаѣ поренцефалическаго дефекта въ области лѣвой лобной
доли, вслѣдствіе котораго вся наружная поверхность лѣ-
вой лобной доли съ передней центральной извилиной отсут-
ствовала, имѣлся также глубокій идіотизмъ.
1) Ларіоновъ. Анат. и др. основ. ученія объ ассоц. центрахъ головного
мозга. Вопр. нервно-псих. мед. 1903 г., т. 1.
2) Charcot et Pitres. Revue mens. 1877.

1477

Наконецъ въ одномъ случаѣ дѣло шло о слабоумной боль-
ной съ галлюцинаціями, у которой при вскрытіи была обнару-
жена огромная киста, занимавшая большую часть лѣвой лоб-
ной доли.
Здѣсь нельзя не упомянуть также о случаяхъ наростающаго
параличнаго слабоумія, при которомъ разлитыя пораженія обо-
лочекъ и мозговой коры рѣзче всего обнаруживаются въ пе-
реднихъ частяхъ полушарій, особенно въ лобныхъ и централь-
ныхъ извилинахъ, тогда какъ клиническія явленія кромѣ раз-
стройствъ соматическаго характера заключаются въ прогрес-
сирующемъ ослабленіи умственныхъ способностей съ измѣне-
ніемъ характера и личности, съ своеобразнымъ нелѣпымъ бре-
домъ величія или ипохондрическими идеями.
Выводы изъ патологическихъ наблюденій.
Сопоставляя теперь всѣ данныя клиническихъ наблюденій
надъ людьми, мы должны придти къ заключенію о важномъ
значеніи предлобныхъ областей для психической сферы. Къ
сожалѣнію многія изъ клиническихъ наблюденій не отличаются
достаточною полнотою изслѣдованія и въ этомъ отношеніи
мало пригодны для выясненія основной причины тѣхъ психи-
ческихъ разстройствъ, которыя обнаруживаются при пораженіи
предлобныхъ областей. Но въ общемъ всѣ констатированныя
при пораженіи предлобныхъ областей разстройства со сторону
психической сферы могутъ быть сведены: 1) къ ослабленію интел-
лекта, выражающагося слабоуміемъ или идіотизмомъ; 2) къ
своеобразному измѣненію личности и характера, сопровождающа-
гося ослабленіемъ интеллекта и воли и состояніемъ психиче-
скаго возбужденія; въ отдѣльныхъ же случаяхъ къ крайней
раздражительности; 3) къ состоянію апатіи, равнодушія или къ
обнаруженіи иного рода психическихъ разстройствъ. При этомъ
въ случаѣ появленія у больныхъ бреда, въ немъ обнаруживается
обычно рѣзкое измѣненіе личности.
Если мы сравнимъ эти данныя съ результатами экспери-
мента, то найдемъ между тѣми и другими довольно близкое
сходство. И здѣсь, какъ и у животныхъ, отмѣчается болѣе или
менѣе ясное пораженіе высшихъ познавательныхъ способностей,
воли и вниманія на ряду съ измѣненіями характера и состоя-
ніемъ равнодушія.
Такимъ образомъ и данныя клиники позволяютъ остановиться-

1478

виться на предположеніи, что лобныя доли имѣютъ психоре-
гуляторное значеніе, благодаря чему при ихъ пораженіи съ одной
стороны страдаетъ болѣе или менѣе существеннымъ образомъ
разсудокъ, воля и активное вниманіе, съ другой происходить
то или другое нарушеніе психической сферы съ измѣненіемъ
личности.
Изъ двигательныхъ разстройствъ при пораженіи лобной
доли въ патологическихъ случаяхъ отмѣчалось иногда нару-
шеніе статической координаціи при стояніи и ходьбѣ, что мо-
жетъ быть объяснено поврежденіемъ лобно-мостовой системы.
Неодіиаковая роль правой и лѣвой лобной доли.
Нѣкоторыя данныя говорятъ повидимому за неодинаковое
участіе каждой лобной доли въ психической дѣятельности.
На неодинаковость функціи лѣвой и правой лобныхъ долей
мы встрѣчаемъ указанія между прочимъ и въ работѣ L. Welt’a1),
въ которой на основаніи обширной казуистики (до 60 случаевъ)
съ пораженіемъ лобныхъ долей (травмы, нарывы, опухоли,
кровеизліянія, размягченія и атрофіи) дѣлается выводъ, что
во многихъ случаяхъ не происходитъ измѣненій характера;
въ другихъ обнаруживался автоматизмъ, ипохондрія, психи-
ческая слабость или повышеніе возбудимости, измѣненіе
настроенія, деменція и летаргія; въ 12 же случаяхъ обнаружи-
валось рѣзкое измѣненіе характера. Въ этихъ послѣднихъ слу-
чаяхъ страдали преимущественно первая или внутренняя изви-
лина глазничной поверхности и чаще справа, чѣмъ слѣва.
Отсюда авторъ заключаетъ, что g. rectus, особенно праваго полу-
шарія, содержитъ область, пораженіе которой приводитъ къ
измѣненію характера.
Далѣе Тауберъ на основаніи значительная механическаго
поврежденія правой лобной доли у 15-лѣтняго субъекта, у ко-
тораго не оказалось измѣненій психической сферы, приходитъ
къ выводу, что потеря мозговой ткани въ области переднихъ
частей лобныхъ извилинъ праваго полушарія можетъ не вы-
звать никакихъ вообще разстройствъ въ сферѣ движенія, чув-
ствительности и мыслительной сферы. Руководясь изслѣдова-
1) L. Welt. D. Arch. f. klin. Med. 1882. Bd. 42.

1479

ніями A. Starr’a1) и Horsley’я2), тотъ же авторъ въ первой лобной
извилинѣ лѣваго полушарія помѣщаетъ центръ. интеллекта, а
во второй лобной извилинѣ центръ голоса (?), мышленія и памяти.
Ларіоновъ3) по тому же поводу говоритъ слѣдующее:
При пораженіяхъ лѣвой лобной доли въ случаѣ Wilks’a
(опухоль) наступило странное и угрюмое настроеніе духа, потомъ
летаргія и деменція, въ случаѣ Binet (абцессъ) замѣчалось
ослабленіе интеллекта, въ случаѣ Kotsonopolos’a (саркома) по-
явилась меланхолія, въ случаѣ Traill'я (опухоль) ипохондрія и
психическая возбудимость, въ случаѣ Weiss’a (гумма) наблю-
далась психическая слабость, въ случаѣ Biermer’a (опухоль)
замѣчалось религіозное настроеніе, смѣнившееся веселымъ смѣш-
ливымъ настроеніемъ, а потомъ психическимъ разстройствомъ
(какимъ, неизвѣстно), въ случаѣ Houship’a (кровеизліяніе въ
средину лобной доли) былъ наблюдаемъ ступоръ, въ случаѣ
Richand (кровеизліяніе въ переднюю часть лобной доли) наблю-
далось временное безсознательное состояніе, въ случаѣ Ziegler’a
(нарывъ) замѣчались юморъ, печаль, подавленность и равно-
душіе ко всему, въ случаѣ Hirtz’a (нарывъ) была спячка, въ слу-
чаѣ Rosenthal'a (какое то поврежденіе) было короткое безсо-
знательное состояніе, въ случаѣ Chuppe’a (размягченіе) въ на-
чалѣ потеря сознанія, въ случаѣ Bergeron’a (нарывъ) наблю-
далось возбужденіе безъ потери сознанія и интеллекта, въ
случаѣ Pitres’a (кровеизліяніе) наблюдалось коматозное состоя-
ніе и наконецъ въ случаѣ Langlet (удаленная пуля) замѣча-
лось угрюмое расположеніе духа.
Изъ описанія этихъ случаевъ можно усмотрѣть, что при
пораженіи лѣвой лобной доли наступаетъ обыкновенно ослабле-
ніе интеллекта и подавленное состояніе духа съ переходомъ
въ безсознательное состояніе, ступоръ, сопоръ, летаргію, ипо-
хондрію, меланхолію и деменцію.
Вообще при пораженіи лѣвой лобной доли временно безсо-
знательное состояніе наблюдается чаще, чѣмъ при пораженіи
правой лобной доли.
Если теперь разсмотримъ пораженія правой лобной доли,
то оказывается слѣдующее: здѣсь были наблюдаемы въ слу-
чаѣ Eulenburg’a (нарывъ) словоохотливость, къ чему раньше
1) A. Starr. Brain. Surgery, London. 1849.
2) Horsley. On the surgery of the central nerv. system. X intern. Cong-
ress in Berlin. Bd. IV стр. 9. Brit. Med. Journ. 1890 Dec.
3) Ларіоновъ. Анат., и др. основанія и пр. Вопр. Нервно-псих. Мед. 1903 г.

1480

больная вовсе не была склонна; при этомъ интеллектъ не
страдалъ вовсе (только одинъ разъ было безсознательное со-
стояніе съ конвульсіями), въ случаѣ Lepine’a (нарывъ всей доли)
нежеланіе отвѣчать, хотя больной все сказанное понималъ,
потомъ на вопросы сталъ отвѣчать, тупое выраженіе лица, воз-
буждение (кричалъ и бросалъ на полъ все, что попадало подъ
руку), коматозное состояніе и смерть, въ случаѣ Henoch’a (легкая
атрофія всей доли, особенно верхней лобной извилины) всевоз-
можныя глупыя шутки, порча игрушекъ (больная была дѣвочка),
драчливость безъ всякаго повода, въ случаѣ Hebréat (опухоль)
идіотизмъ, хитрость и склонность къ воровству, въ случаѣ
Gorland’a (пуля и нарывъ въ долѣ) грустное состояніе духа
въ продолженіе 18 мѣсяцевъ, въ случаѣ Jastrowitsch’a (2 нарыва)
разстройства сознанія (Geistesabwesenheit) съ тупымъ выраженіемъ
лица, рѣчь была задержана, больной отвѣчалъ правильно, но
послѣ короткаго обдумыванія, лежалъ безъ движеній, не за-
являлъ ни жалобъ, ни желаній, замѣчалась потеря общаго чув-
ствилища и въ случаѣ Selwin’a (рана ножемъ черезъ глазницу)
сильное ослабленіе памяти, неспособность къ напряженной
умственной дѣятельности, темпераментъ сталъ раздражитель-
нымъ, особеннно послѣ употребленія спиртныхъ напитковъ.
Въ этихъ случаяхъ наблюдалось, слѣдовательно, главнымъ
образомъ веселое или грустное настроеніе духа, доходившее до
маніакальной экзальтаціи (сильной возбудимости, словоохотли-
вости, наклонности къ разрушенію и драчливости) или до ме-
ланхолической подавленности и stupor’a.
„Изъ вышеприведенныхъ же случаевъ видно, что страданія
лѣвой лобной доли часто ведутъ къ разстройству сознанія и
интеллекта, а страданія правой лобной доли часто влекутъ за
собой измѣненія настроенія духа и характера безъ разстройства
сознанія и интеллекта. Исключенія изъ этого правила падаютъ
видимо на лѣвшей, такъ какъ эти исключенія встрѣчаются
значительно рѣже, какъ и лѣвши“.
По взгляду д-ра Ларіонова правый лобный центръ, вѣроятно,
завѣдываетъ аффективно-страстной стороной душевной жизни,
первичными, мимолетными чувственными представленіями й
страстными побужденіями, исходящими изъ общихъ внутрен-
нихъ тѣлесныхъ и внѣшнихъ ощущеній пріятнаго и непріят-
наго свойства.
Между тѣмъ лѣвый лобный центръ видимо сильно разви-
вается у высоко интеллигентныхъ людей, завѣдуя идейнымъ
мышленіямъ, обобщающимъ предметныя представленія, понятія

1481

и страстныя аффективныя представленія, исходящія изъ
вышеназванныхъ центровъ.
Этотъ центръ по автору является мѣстопребываніемъ
высшихъ ингредіентовъ психики, именно: сознанія, самосо-
знанія, вниманія, критическаго разума, идеаціи и разумной воли.
Поэтому „глубокія пораженія коры лѣваго передняго ассо-
ціаціоннаго центра обыкновенно сопровождаются потерей ра-
зума, строгой критики, твердой воли и устоевъ нравственной
этики. Эти пораженія наблюдаются, какъ мы видѣли, въ на-
чальныхъ стадіяхъ развитія прогрессивнаго паралича и вообще
въ тяжелыхъ формахъ деменціи и идіотизма. Здѣсь обыкновенно
замѣчается рѣзкое измѣненіе характера въ сторону аффектив-
ной или страстной окраски, вслѣдствіе какъ бы вхожденія въ
свои полныя права праваго лобнаго центра, тогда какъ болѣе
глубокія страданія коры послѣдняго вызываютъ у правшей
расстройства въ сферѣ аффективныхъ чувствъ или характера
въ сторону ихъ подавленія безъ пораженія разсудочной спо-
собности“.
Въ заключеніе упомянемъ, что въ недавнее время P. I.
Möbius1) сдѣлалъ попытку локализировать математическія спо-
собности или, точнѣе, расположеніе къ математикѣ въ области
третьей лобной извилины кпереди отъ центра рѣчи. Особенное
развитіе этого математическаго органа по автору выражается
и въ наружныхъ частяхъ въ видѣ ненормальнаго образованія
лобнаго угла, которое сопровождается увеличеніемъ окружаю-
щаго лобный уголъ пространства, что особенно замѣтно вы-
ступаетъ на лѣвой сторонѣ. Точно также и мягкія части обна-
руживаютъ здѣсь особенное развитіе, выражаясь утолщеніемъ
кожи и часто поразительно развитыми бровями.
Точка зрѣнія автора.
Съ нашей точки зрѣнія также нельзя признать полнаго тож-
дества въ функціяхъ правой и лѣвой лобной доли. Мы полагаемъ,
что для психической дѣятельности болѣе важною представляется
лѣвая предлобная область, какъ имѣющая ближайшее отношеніе
къ произвольной рѣчи; но врядъ ли есть основаніе ограничивать
участіе правой предлобной области въ психической дѣятіель-
ности воспріятіемъ аффективныхъ чувствъ й характеромъ, въ
’) P. I. MObius. Ueber die Anlage zur Mathematik. Leipzig. 1900.

1482

образованіи котораго и по нашему мнѣнію должны играть важ-
ную роль предлобныя области, какъ психорегуляторныя области
вообще, но тѣмъ не менѣе нѣтъ достаточныхъ. основаній къ
тому, чтобы локализировать характеръ въ одной только правой
предлобной области. Мы вообще думаемъ, что въ этомъ слу-
чаѣ правильнѣе говорить о преимущественномъ, а не объ ис-
ключительномъ вліяніи.
Врядъ ли здѣсь нужно пояснять тотъ фактъ, что, благодаря
обширной взаимной связи обѣихъ предлобныхъ областей при по-
средствѣ forceps anterior мозолистаго тѣла, происходитъ болѣе или
менѣе значительная компенсація разстройствъ, обусловленныхъ
разрущеніемъ одной лобной доли. Отсюда понятно, что, хотя
при одностороннемъ разрушеніи предлобной области и могутъ
быть открываемы въ отдѣльныхъ случаяхъ характерныя явленія,
но эти послѣднія съ гораздо большей рельефностью выступаютъ
при разрушеніи обѣихъ предлобныхъ областей, что соотвѣтствуетъ
и экспериментальнымъ изслѣдованіямъ.
Въ связи съ вышеуказаннымъ значеніемъ предлобныхъ
областей мозга въ отношеніи психической дѣятельности стоитъ
быть можетъ и тотъ фактъ, что локализація двигательнаго
центра рѣчи, этого важнѣйшаго орудія человѣческой мысли,
устанавливается въ такъ называемой извилинѣ Broca, тогда
какъ центры двигательныхъ представленій для другихъ чле-
новъ помещаются, какъ мы видѣли, въ области центральныхъ
извилинъ1).
Что касается взглядовъ Möbius’a на локализацію математи-
ческихъ дарованій преимущественно въ 3-й лобной извилинѣ
лѣваго полушарія, то это изслѣдованіе, возвращающее насъ отча-
сти къ (Gall'евскимъ воззрѣніямъ, встрѣтило довольно рѣзкую
критику по наиболѣе существеннымъ пунктамъ2). Въ подроб-
ности этой критики мы не будемъ здѣсь входить, но замѣтимъ, что
и самъ Möbius при изслѣдованіи столь знаменитыхъ математи-
1) Въ послѣднее время P. Marie (Semaine med. 1906, 23 mai оспариваетъ
правильность локализаціи двигательной афазіи въ извилинѣ Broca, считая
частоту пораженія этой извилины при афазіи Broca совершенно случайной,
обусловленной распространеніемъ на нее сосудистой области артеріи f. Sylvi.
Равнымъ образомъ авторъ подвергаетъ критикѣ и ученіе о Weruicke’вской
афазіи. Однако эти возраженія не могутъ быть признаны безупречными и
встрѣтили уже отпоръ со стороны нѣкоторыхъ авторовъ (см. реф. Rothmann’a
Neur Centr. № 15, 1006).
2) См. напр. W. Ahreus. Krit Bemerkungen zu P. I. Möbius: Ueber die
Anlage zur Mathematik. Centr. f. Psych. Mai. 1901.

1483

ковъ, какъ Gauss, Direchlet, Helmholtz и др., мозги которыхъ
были спеціально описаны, не обнаружилъ ничего положитель-
наго въ пользу математическаго органа. Отсюда очевидно, что
столь строгая локализація математическихъ способностей, ко-
торую допускаетъ Möbius, не можетъ быть принята къ руковод-
ству. Однако, имѣя въ виду, что математика требуетъ особен-
наго развитія логическаго мышленія и представляетъ собою одну
изъ формъ отвлеченнаго мышленія, мы думаемъ, что прекрас-
ное развитіе математическихъ способностей не можетъ суще-
ствовать безъ хорошаго развитія предлобныхъ отдѣловъ мозга.
Вмѣстѣ съ этимъ, руководясь своими наблюденіями, я дол-
женъ признать, что лица, страдающія двигательной афазіей,
нерѣдко утрачиваютъ способность производить даже сравни-
тельно несложныя математическія вычисленія и устно, и на бу-
магѣ. Я наблюдалъ даже изолированное пораженіе способности къ
математическимъ вычисленіямъ въ періодъ возстановленія рѣчи
послѣ афазіи, когда, послѣдняя уже исчезала совершенно1).
Отсюда можно заключить, что дѣятельность рѣчевого центра
представляетъ существенную помощь при математическихъ
вычисленѣніяхъ. Это даетъ возможность понять, почему въ нѣ-
которыхъ случаяхъ у математиковъ дѣйствительно поражаетъ
развитіе 3-й лобной извилины преимущественно на лѣвой сто-
ронѣ, гдѣ, какъ извѣстно, содержится и центръ рѣчи.
Съ вышеуказаннымъ особымъ отношеніемъ предлобныхъ
областей мозга къ высшимъ психическимъ отправленіямъ слѣ-
дуетъ сопоставить тотъ анатомическій фактъ, что предлобныя
области мозга, если и имѣютъ, то лишь крайне ограниченныя связи
съ подкорковыми образованіями, тогда какъ асооціаціонныя
связи предлобныхъ областей съ болѣе задними отдѣлами моз-
говой коры представляются чрезвычайно богато развитыми.
Отсюда само собой понятно то значеніе, которое пріобрѣ-
таютъ ассоціаціонныя связи мозговой коры въ отношеніи пси-
хическихъ функцій. О нихъ теперь и поведемъ свою рѣчь.
Сочетательныя системы. Анатомическія отношенія.
Анатомія различаетъ: 1) связи, которыя соединяютъ между
собою ближайшія извилины (внутреннія и наружныя короткія
системы) и 2) связи, которыя соединяютъ между собою
болѣе удаленныя извилины, и наконецъ 3) мозговыя спайки
1) См. В. Бехтеревъ. Докладъ въ Научн. собр. клин. душ. и нервн. бол. 1895.

1484

или связи, соединяющія между собою одноименныя симме-
тричныя или несимметричныя области мозговой коры того
и другого полушарія.
Надо впрочемъ замѣтить, что многія ассоціаціонныя, осо-
бенно длинныя связи въ анатомическомъ отношеніи предста-
вляются еще далеко неизученными въ той степени, какъ это
было бы желательно. Въ послѣднее время въ нашей лабораторіи
былъ подвергнуть вопросъ объ ассоціаціонныхъ путяхъ спе-
ціальному изслѣдованію (д-ръ Трошинъ и д-ръ Агаджанянцъ).
При этомъ оказалось, что въ мозгу развиты главнымъ обра-
зомъ среднія и короткія сочетательныя системы; къ сред-