Бехтерев В. М. Основы учения о функциях мозга. Вып. 6. — 1906

Бехтерев В. М. Основы учения о функциях мозга: [в 7 вып.]. — СПб. : Изд. Брокгауз и Ефрон, 1903-1907.
Вып. 6. — 1906. — с. [II], 699-1234, V.
Ссылка: http://elib.gnpbu.ru/text/behterev_osnovy-ucheniya-o_vypusk6_1906/

i

ОСНОВЫ УЧЕНІЯ

о

ФУНКЦІЯХЪ МОЗГА.

Акад. В. Бехтерева,

Профессора Императорской Военно-Медицинской Академіи, директора Клиники душевныхъ и нервныхъ болѣзней.

Выпускъ VI.

С.-ПЕТЕРБУРГЪ. 1906.

ii

Типографія П. П. Сойкина. Спб., Стремянная, 12.

699

Мозговыя полушарія.
Выясненіе функціи мозговыхъ полушарій лучше всего до-
стигается опытами съ полнымъ ихъ удаленіемъ. Здѣсь нѣтъ
надобности повторять уже ранѣе приведенныя данныя относи-
тельно оперированныхъ вышеуказаннымъ образомъ животныхъ,
но мы сдѣлаемъ общую сводку этихъ данныхъ, поскольку они
выясняютъ намъ функціональное значеніе и роль мозговыхъ
полушарій.
Общее о функціи мозговыхъ полушарій.
Мы уже говорили выше, что устраненіе
болѣе высшихъ животныхъ не устраняетъ вполнѣ воспріятія
внѣшнихъ импульсовъ за исключеніемъ обонянія, которое утра-
чивается совершенно вмѣстѣ съ неизбѣжнымъ удаленіемъ
при операціи обонятельныхъ долей. Но это воспріятіе сопро-
вождается внѣшней реакціей, свойственной спеціальной дѣя-
тельности органовъ чувствъ и измѣняющейся въ своей интен-
сивности. Вмѣстѣ съ тѣмъ животныя обнаруживаютъ и соот-
вѣтствующія общія реакціи, въ томъ числѣ и реакцію голода
и жажды. Но животныя ничѣмъ не проявляютъ того, чтобы
они воспринимали сложныя впечатлѣнія отъ предметовъ окру-
жающего міра и соотвѣтственнымъ образомъ оцѣнивали полу-
чаемыя воспріятія.
Изъ многочисленныхъ опытовъ съ удаленіемъ мозговыхъ
полушарій у птицъ и млекопитающихъ (собакъ) мы видѣли,
что на внѣшнія раздраженія эти животныя обнаруживаютъ не-
одинаковую реакцію, будемъ ли мы раздражать кожную поверх-
ность или слизистыя оболочки слабыми или же сильными
раздраженіями. Во всѣхъ вообще случаяхъ отвѣтное движеніе
находится въ зависимости отъ силы внѣшняго раздраженія и

700

отъ его локализаціи. Собака безъ полушарій, которой механи-
чески раздражаютъ боковую поверхность туловища, обнаружи-
ваетъ чесательныя движенія соотвѣтствующей задней конеч-
ностью и въ этомъ отношеніи она уподобляется лягушкѣ, ли-
шенной головного мозга, которая стираетъ съ своей кожной
поверхности каплю сѣрной кислоты. Если съ другой стороны
собакѣ сильно раздражаютъ токомъ или колющимъ орудіемъ
одну изъ лапъ, то она обнаруживаетъ безпокойство, крики и
кусаетъ область тѣла на мѣстѣ производимаго раздраженія:
если ее душатъ, схвативъ за морду и закрывъ пальцами носовыя
отверстія, она старается высвободиться, отталкиваясь передними
лапами отъ рукъ.
Отсюда очевидно, что внѣшнія кожныя раздраженія у млеко-
питающихъ, лишенныхъ мозговыхъ полушарій, возбуждаютъ
отвѣтную реакцію, приспособленную къ мѣсту дѣйствія внѣш-
няго раздраженія. Но при этомъ мы не знаемъ ни одного факта,
который бы говорилъ въ пользу того, что такого рода животныя
воспринимаютъ сложныя объективированныя впечатлѣнія отъ
внѣшнихъ предметовъ. Собака напр. лишенная полушарій не-
рѣдко схватываетъ и кусаетъ собственную лапу вмѣсто колю-
щаго орудія, откуда слѣдуетъ, что упомянутая реакція ни-
чуть не приспособляется къ производящему раздраженіе
внѣшнему орудію.
Такимъ образомъ кожныя раздраженія, если и восприни-
маются животными, то не иначе, какъ въ формѣ такихъ от-
печатковъ, которые не даютъ животному возможности имѣть
полное пространственное воспріятіе осязаемаго внѣшняго объекта.
По крайней мѣрѣ ничто не даетъ намъ возможности убѣдиться
въ противномъ. То же самое необходимо сказать и относительно
впечатлѣній, получаемыхъ животнымъ при посредствѣ другихъ
органовъ чувствъ, какъ слухъ, зрѣніе, обоняніе и вкусъ. Хотя
животныя и доступны вліянію внѣшнихъ раздраженій, дѣйствую-
щихъ на эти органы чувствъ, но весь анализъ извѣстныхъ намъ
фактовъ не даетъ основанія заключать, чтобы у такого рода жи-
вотныхъ могли возникать отпечатки внѣшнихъ предметовъ съ
опредѣленнымъ ихъ удаленіемъ и формой. Очевидно, что такого
рода пространственное воспріятіе должно быть продуктомъ
дѣятельности мозговой коры, а не подкорковыхъ узловъ.
Наблюденія изъ области патологіи повидимому даютъ также
подтвержденіе этихъ выводовъ. По крайней мѣрѣ всѣ извѣстные
мнѣ случаи слѣпоты, развивающейся вслѣдъ за обширными
разрушеніями затылочныхъ долей, не сопровождались полной

701

утратой зрѣнія; у больныхъ имѣлось лишь количественное
воспріятіе свѣта, иначе говоря, отличіе свѣта отъ тьмы, но на-
правленіе свѣта въ общемъ опредѣлялось весьма неточно.
Такимъ образомъ къ дѣятельности мозговой коры у болѣе
высшихъ животныхъ должно быть отнесено образованіе про-
странственно дифференцированныхъ отпечатковъ съ ихъ внѣш-
ними очертаніями или формой и ихъ локализаціей въ окру-
жающемъ пространствѣ.
Равнымъ образомъ животныя съ удаленными полушаріями
не проявляютъ даже и подъ вліяніемъ соотвѣтствующихъ внѣш-
нихъ раздраженій извѣстнаго ряда эмоцій, напр. ласки, бла-
годарности, преданности и т. п., т. е. тѣхъ именно эмоцій, ко-
торыя развиваются въ тѣсной связи съ сложными и качественно
дифференцированными отпечатками внѣшнихъ раздраженій.
Такимъ образомъ извѣстный рядъ эмоцій, развивающихся
въ прямой связи съ развитіемъ пространственно дифферен-
цированныхъ отпечатковъ, т. е. эмоцій высшаго порядка,
является также прямымъ результатомъ деятельности мозговыхъ
полушарій
Далѣе всѣ рѣшительно факты говорятъ въ пользу того,
что животныя съ удаленными полушаріями утрачиваютъ резуль-
таты прошлаго опыта, а потому не узнаютъ знакомыхъ имъ
внѣшнихъ раздраженій и въ то же время не комбинируютъ
свои воспріятія съ прежде бывшими.
Сколько бы мы ни раздражали колющимъ орудіемъ лапу
птицѣ съ удаленными полушаріями, она, хотя и устраняется отъ
него путемъ рефлекса, но не улетаетъ даже и послѣ повторныхъ
болевыхъ раздраженій. Равнымъ образомъ, если собаку съ уда-
ленными полушаріями мы будемъ раздражать колющимъ ору-
діемъ, то она проявитъ всѣ признаки злости и будетъ кусать то,
что попадетъ подъ зубы въ мѣстѣ раздраженія, хотя бы это была
собственная лапа, но въ тоже время она не уйдетъ и не убѣ-
житъ отъ дальнѣйшихъ раздраженій, какъ сдѣлаетъ это всякая
нормальная собака, пользуясь опытомъ прошлаго.
Далѣе животнымъ съ удаленными полушаріями необхо-
димо приводить пищу и питье въ непосредственное соприко-
сновеніе съ полостью рта, такъ какъ только въ этомъ случаѣ
они обнаруживаютъ всѣ необходимыя для ѣды движенія. При
этомъ все это нужно повторять въ теченіе времени, пока
животное не насытится, иначе послѣ перваго глотательнаго
акта, будучи предоставлено самому себѣ, животное и не поду-
маетъ самостоятельно продолжать свою ѣду или питье.

702

Нѣтъ надобности пояснять, что такія проявленія психической
дѣятельности, какъ сосредоточеніе на внѣшнихъ вліяніяхъ
(т. наз. вниманіе въ субъективной психологіи) не обнаруживаются
даже и въ слабѣйшей степени животными съ удаленными полу-
шариями, а потому эти своеобразные процессы психической дѣя-
тельности должны быть отнесены также къ функціямъ моз-
говыхъ полушарій.
Все вышеизложенное доказываетъ, что животныя съ уда-
ленными полушаріями не воспринимаютъ сложныхъ простран-
ственно-дифференцированныхъ внѣшнихъ впечатлѣній, не обна-
руживаютъ нѣкоторыхъ эмоцій, не имѣютъ прошлаго опыта,
лишены процессовъ, устанавливающихъ комбинаціи между раз-
личными по времени внѣшними вліяніями и не обнаруживаютъ
реакціи сосредоточенія.
Наконецъ въ психодвигательной сферѣ животныхъ безъ по-
лушарій обнаруживается та особенность, что они являются
крайне пассивными, напоминая по внѣшнему виду сонныхъ
животныхъ. Хотя оперированныя животныя иногда и выхо-
дятъ сами изъ неподвижнаго положенія, но болѣе чѣмъ оче-
видно, что это обусловливается либо внѣшними раздраженіями,
либо внутренними раздраженіями въ формѣ голода, жажды и т. п.
Вообще мы не видимъ здѣсь ни той реакціи сосредоточенія, ни
той иниціативы въ движеніяхъ, которая нерѣдко проявляется
здоровыми животными независимо отъ тѣхъ или другихъ внѣш-
нихъ впечатлѣній исключительно подъ вліяніемъ запаса отпе-
чатковъ, данныхъ прошлымъ опытомъ, и сочетанія ихъ съ впе-
чатлѣніями настоящаго. Иначе говоря, животныя съ удаленными
полушаріями, сохраняя всѣ рефлекторныя движенія, статиче-
скую координацію движеній, локомоторныя движенія и большую
часть психорефлекторныхъ движеній, не обнаруживаетъ само-
стоятельныхъ побужденій къ движенію, которыя должны быть при-
знаны также результатомъ дѣятельности мозговыхъ полушарій.
Такъ какъ самостоятельныя побужденія наиболѣе характер-
нымъ образомъ выражаются при посредствѣ обособленныхъ
движеній, возникающихъ подъ вліяніемъ индивидуальныхъ по-
бужденій, то понятно, что вслѣдъ за удаленіемъ мозговыхъ
полушарій у болѣе высшихъ животныхъ утрачиваются всѣ такъ
наз. изолированныя или отдѣльныя движенія, которыя выпол-
няются членами въ формѣ орудій и которыми животныя поль-
зуются для опредѣленной цѣли.
Должно имѣть въ виду, что корковые двигательные
импульсы не остаются безъ вліянія и на отправленія подкор-

703

ковыхъ мозговыхъ узловъ, завѣдывающихъ двигательной
функціей.
Такъ статика и локомоція безспорно являются результатомъ
дѣятельности подкорковыхъ мозговыхъ узловъ, а между тѣмъ
у болѣе высшихъ животныхъ она находится въ подчиненіи кор-
ковымъ центрамъ, причемъ корковое вліяніе въ указанномъ
отношеніи возрастаетъ по мѣрѣ восхожденія по зоологической
лѣстницѣ.
Въ самомъ дѣлѣ у рыбъ, пресмыкающихся и земноводныхъ
удаленіе полушарій не отражается вовсе на статической функціи
и локомоціи, такъ какъ при внѣшнихъ воздѣйствіяхъ эти жи-
вотныя отлично передвигаются. Но уже у птицъ, особенно хищ-
ныхъ, можно замѣтить подгибаніе ноги противоположной уда-
ленному полушарію. При всемъ томъ и птицы по удаленіи
полушарій отлично еще стоятъ и передвигаются какъ съ по-
мощью лапъ, такъ и крыльевъ.
У млекопитающихъ выступаютъ болѣе ясныя явленія пареза
членовъ вслѣдъ за удаленіемъ мозговой коры и этотъ парезъ
выражается тѣмъ сильнѣе, чѣмъ болѣе развиты у нихъ отдѣль-
ныя движенія, причемъ и статика, и локомоція уже обнаружи-
ваютъ нѣкоторый недочетъ въ координаціи мышечныхъ сокра-
щеній.
Опытъ показываетъ даже, что члены болѣе приспособленные
для отдѣльныхъ движеній, какъ напр. переднія конечности, под-
вергаются и большему функціональному нарушенію при статикѣ
и локомоціи. У человѣка, у котораго отдѣльныя движенія дости-
гаютъ наивысшаго развитія и у котораго статика и локомоція,
вслѣдствіе вертикальнаго положенія, требуетъ большаго напря-
женія мышцъ и болѣе сложной координаціи мышечныхъ со-
кращеній, эти функціи еще болѣе подчинены корковымъ импуль-
самъ и потому при пораженіяхъ полушарій нарушаются въ
гораздо большей мѣрѣ, нежели у животныхъ.
Далѣе пассивность животныхъ съ удаленными полушаріями
не ограничивается только недостаткомъ реакціи сосредоточенія,
на внѣшнихъ вліяніяхъ и отсутствіемъ обособленныхъ движеній
направленныхъ къ достиженію той или другой цѣли, но она
выражается еще и тѣмъ, что эти животныя, будучи предостав-
лены самимъ себѣ, представляются безразличными къ окружаю-
щей обстановкѣ и самостоятельно не проявляютъ никакихъ
вообще психически обусловленныхъ движеній и въ томъ числѣ
выразительныхъ. Болѣе низшія эмоціи у нихъ впрочемъ могутъ
обнаруживаться, но не иначе, какъ подъ вліяніемъ непосред-

704

ственнаго воздѣйствія внѣшнихъ раздраженій, т. е. путемъ
прямого рефлекса.
Такимъ образомъ самостоятельное проявленіе выражающихъ
движеній подъ вліяніемъ психическихъ импульсовъ, иначе
говоря, психически обусловленныя выражающія движенія
должны быть также отнесены къ дѣятельности мозговыхъ
полушарій.
Вмѣстѣ съ этимъ спеціальныя изслѣдованія показываютъ,
что животныя съ удаленными полушаріями не обнаруживаютъ
и тѣхъ реактивныхъ явленій со стороны внутреннихъ органовъ:
дыханія, сердечно-сосудистой и секреторной сферы, которыя
обнаруживаются у всѣхъ нормальныхъ животныхъ при тѣхъ
или иныхъ психическихъ воздѣйствіяхъ.
Сюда относятся измѣненія, происходящія подъ вліяніемъ пси-
хическихъ импульсовъ въ дыханіи, сердцебіеніи, желудочно-
кишечномъ каналѣ, половыхъ органахъ, сосудахъ тѣла, слезо-
отдѣленіи, потоотдѣленіи, слюноотдѣленіи и отдѣленіи дру-
гихъ пищеварительныхъ соковъ и пр., и пр.
Такимъ образомъ къ дѣятельности мозговыхъ полушарій
должны быть отнесены и психически обусловленныя дви-
женія внутреннихъ органовъ, а равно и психически обу-
словленныя измѣненія въ дыханіи, въ сердечно-сосудистой и
секреторной дѣятельности, чѣмъ дана возможность вліянія
мозговыхъ полушарій на обмѣнъ веществъ и вообще на питаніе
тканей.
Наконецъ, въ числѣ явленій, наблюдаемыхъ съ постоянствомъ
при удаленіи мозговыхъ полушарій могутъ быть отмѣчены и
измѣненія въ рефлексахъ какъ кожныхъ, такъ и сухожильныхъ
въ видѣ пониженія первыхъ и повышенія вторыхъ, а равно и
въ мышечномъ тонусѣ. Поэтому къ функціямъ мозговыхъ по-
лушарій должны быть отнесены также и корковыя вліянія на
рефлекторныя отправленія мышечной системы.
Итакъ, къ функціямъ мозговыхъ полушарій мы должны от-
нести образованіе сложныхъ пространственно дифференцирован-
ныхъ отпечатковъ, проявленіе высшихъ эмоцій, сохраненіе прош-
лыхъ отпечатковъ и комбинаціи ихъ съ новыми впечатлѣніями,
процессы сосредоточенія, выполненіе обособленныхъ движеній
въ формѣ орудій, психически обусловленныхъ выразительныхъ
движеній, извѣстное вліяніе на статику и локомоцію высшихъ
млекопитающихъ, психическія вліянія на дѣятельность вну-
треннихъ органовъ, дыханія, сердечно-сосудистой системы и
секреторной сферы и посредственно на питаніе тканей и на-

705

конецъ извѣстное вліяніе на кожные и сухожильные рефлексы,
а равно и на мышечный тонусъ.
Нужно впрочемъ имѣть въ виду, что наиболѣе характерными
особенностями въ отправленіяхъ мозговыхъ полушарій явля-
ются высшіе психическіе процессы. Психическая деятельность
въ ея наиболѣе сложныхъ отправленіяхъ составляетъ безспорно
основную и важнѣйшую функцію полушарій. Въ самомъ дѣлѣ
недостатокъ этой дѣятельности при удаленіи полушарій обна-
руживается у всѣхъ вообще позвоночныхъ, не исключая и
болѣе низшихъ, тогда какъ другія функціи у этихъ послѣд-
нихъ обычно не страдаютъ существеннымъ образомъ отъ уда-
ленія полушарій.
Такъ, даже у лягушекъ вслѣдъ за удаленіемъ полушарій
мы можемъ констатировать ясный недостатокъ оцѣнки окру-
жающаго, неспособность самостоятельно снискивать себѣ пищу
и полный недостатокъ иниціативы въ движеніяхъ (извѣстный
опытъ съ кваканьемъ Goltz’a), хотя эти животныя, какъ извѣстно,
руководятся при своемъ передвиженіи не только осязательными
и мышечными импульсами, но даже и зрительными.
Съ возвышеніемъ же типа позвоночныхъ съ одной стороны
какъ бы переносятся въ область мозговыхъ полушарій функціи,
принадлежащая подкорковымъ воспринимающимъ узламъ, и съ
другой стороны полушарія подчиняютъ себѣ въ извѣстной мѣрѣ
и подкорковые двигательные центры.
Словомъ полушарія постепенно превращаются изъ органа,
предназначеннаго лишь для психической дѣятельности въ органъ,
завѣдывающій психической дѣятельностью по преимуществу,
но одновременно съ тѣмъ оказывающій вліяніе и на чувство-дви-
гательныя и соматическія функціи организма и при томъ тѣмъ
больше, чѣмъ выше типъ животнаго.
Такимъ образомъ очевидно, что вмѣстѣ съ возвышеніемъ
типа животнаго отправленія мозговыхъ полушарій все болѣе и
болѣе расширяются не только въ отношеніи качества ихъ
дѣятельности, но даже и въ количественномъ отношеніи.
Оцѣнивая вышеприведенные опыты съ анатомо-физіологиче-
ской точки зрѣнія, необходимо имѣть въ виду, что, такъ какъ огром-
ная масса бѣлаго вещества состоитъ изъ проводящихъ путей, то
результаты опытовъ съ удаленіемъ мозговыхъ полушарій въ
сущности относятся къ сѣрому веществу мозговыхъ полушарій.
Такимъ образомъ тѣ сложныя отправленія, о которыхъ была
рѣчь выше при разсмотрѣніи опытовъ съ удаленіемъ мозго-
выхъ полушарій, выполняются, благодаря обширному корковому

706

слою сѣраго вещества съ крайне развитой системой ассо-
ціонныхъ связей, приводящихъ въ сочетательную дѣятельность
различные его участки.
Первыя основанія ученія о локализаціи функцій въ корѣ
полушарій.
Изъ вышеизложеннаго очевидно, что опыты съ удаленіемъ
мозговыхъ полушарій, впервые начатые Flourens’ом, открываютъ
намъ сложную функцію мозговой коры. Справедливость тре-
буетъ однако замѣтить, что, не смотря на крупный вкладъ,
внесенный Flourens’ом въ вопросъ о функціяхъ коры полушарій,
великому французскому физіологу не удалось проникнуть ближе
въ механизмъ отправленія мозговой коры и выяснить функцію
коры въ той полнотѣ, въ какой мы знаемъ о ней въ настоя-
щее время и въ особенности ему не удалось подмѣтить функ-
ціональное различіе отдѣльныхъ ея участковъ.
Оперируя надъ птицами, Flourens не имѣлъ случая наблю-
дать какихъ-либо спеціальныхъ явленій, связанныхъ съ уда-
леніемъ отдѣльныхъ частей мозговыхъ полушарій. По его опы-
тамъ оказывалось, что при послойномъ удаленіи мозговыхъ
полушарій въ первое время у животныхъ не обнаруживается
вообще никакихъ разстройствъ ни въ интеллектуальной, ни въ
волевой сферѣ животнаго. При большемъ же удаленіи мозго-
вого вещества животное постепенно становилось все болѣе и
болѣе тупымъ, пока наконецъ оно не лишалось совершенно
интеллекта и воли. При этомъ по наблюденіямъ Flourens’a то
и другое современемъ у животнаго можетъ возстановиться
снова, если только часть мозговыхъ полушарій остается непо-
врежденною.
На основаніи этихъ наблюденій Flourens сдѣлался сторон-
никомъ такъ называемаго ученія объ единствѣ психиче-
скихъ функцій, по которому признавалось, что въ психической
жизни одинаково участвуютъ всѣ части мозговыхъ полушарій.
По смыслу этого ученія при удаленіи даже значительной части
мозговыхъ полушарій допускалось возможнымъ съ теченіемъ
времени полное возстановленіе психической сферы животнаго,
благодаря дѣятельности сохранившейся части мозговыхъ по-
лушарій.
Такимъ образомъ признавалось, что мозгъ дѣйствуетъ въ

707

цѣлой совокупности своихъ частей и что каждая отдѣльная
часть мозговыхъ полушарій по своей функціи совершенно равно-
сильна всякой другой ихъ части и слѣдовательно одинако-
вымъ образомъ участвуетъ въ созданіи психической сферы,
какъ цѣлаго. Вмѣстѣ съ тѣмъ никакой двигательной функціи
мозговой корѣ не приписывалось,—взглядъ, который вслѣдъ за
Flourens’омъ поддерживали Magendie, Longet, Matteucci, Schiff, Goltz,
и нѣкоторые другіе.
Нелишне впрочемъ замѣтить, что отъ пытливаго ума Flou-
rens’a не ускользнуло то обстоятельство, что при удаленіи полу-
шарий происходить ослабленіе мышечной системы, но онъ при-
зналъ это ослабленіе за косвенный симптомъ, зависящій отъ
вліянія операціи на функцію мозжечка.
Поддерживаемое авторитетомъ Flourens’a ученіе объ единствѣ
психическихъ функцій, такъ близко отвѣчавшее философ-
скимъ воззрѣніямъ того времени объ единствѣ сознанія, про-
держалось въ теченіе около 50 лѣтъ, не смотря даже на то, что
явнымъ противорѣчіемъ ему служили существовавшія уже тогда
отдѣльныя наблюденія клиницистовъ. Впрочемъ, если и не
принимать въ соображеніе клиническихъ наблюденій, о которыхъ
только что упомянуто, то все же необходимо признать, что
клиницисты на много лѣтъ опередили физіологовъ въ признаніи
спеціальныхъ функцій, принадлежащихъ отдѣльнымъ частямъ
мозговой коры.
Въ этомъ отношеніи необходимо назвать главнымъ образомъ
два великихъ имени Brocka и H. Jackson’a. Изъ нихъ первый пу-
темъ тщательно собранныхъ случаевъ показалъ, что у человѣка
задній участокъ третьей лобной извилины въ лѣвомъ полушаріи
мозга, извѣстный нынѣ подъ названіемъ извилины Brocka, имѣетъ
непосредственное отношеніе къ функціи рѣчи, такъ какъ разру-
шеніе ея всегда сопровождалось утратой рѣчи или т. наз.
афазіей. Съ другой стороны Н. Jackson на основаніи цѣлаго
ряда клиническихъ наблюденій надъ т. наз. частичной эпилеп-
сіей, получившей впослѣдствіи названіе Jackson’овской, убѣ-
дился, что судороги при этой эпилепсіи происходятъ отъ пора-
женія опредѣленныхъ областей коры мозга. Здѣсь слѣдуетъ
упомянуть, что еще ранѣе H. Jackson’a Right высказался въ
томъ смыслѣ, что судороги при частичной эпилепсіи зависятъ
отъ пораженія опредѣленныхъ областей мозгового полушарія;
но это заявленіе прошло мало замѣченнымъ въ литературѣ, въ
силу чего заслуга въ этомъ отношеніи приписывается главнымъ
образомъ Jackson’y, высказавшемуся рѣшительнымъ образомъ

708

за происхожденіе судорогъ въ частичной эпилепсіи отъ пора-
женія мозговой коры противоположнаго полушарія.
Необходимо однако замѣтить, что, какъ бы ни были значи-
тельны эти пріобрѣтенія клинической патологіи, но до тѣхъ
поръ, пока они не находили подтвержденія въ физіологиче-
скомъ опытѣ, они не могли устранить укоренившагося уже съ
давнихъ поръ вышеуказаннаго ученія объ единствѣ психиче-
скихъ функцій.
Только въ 1870 году Fritsch’y и Hitzig’y удалось открыть, что
опредѣленные участки мозговой коры на раздраженіе постоян-
нымъ токомъ отвѣчаютъ определенными вполнѣ изолирован-
ными движеніями членовъ. Изслѣдуя возбудимость мозга, эти
авторы убѣдились, что на поверхности мозговой коры, окру-
жающей крестовидную борозду (s. cruciatus), у собаки суще-
ствуетъ нѣсколько возбудимыхъ точекъ, изъ которыхъ раздра-
женіе одной вызываетъ сокращеніе шейныхъ мышцъ, раздра-
женіе другой—вытяженіе и приведеніе передней конечности,
раздраженіе третьей — сгибаніе и вращеніе передней конечно-
сти, раздраженіе четвертой—движеніе задней конечности и раз-
драженіе пятой—сокращеніе мышцъ лица; при этомъ болѣе
сильное раздраженіе всей площади, на которой размѣщены эти
точки, вызывало общія судороги, тогда какъ удаленіе ихъ
вызывало паретическое состояніе въ членахъ противоположной
стороны. Тѣ же авторы убѣдились, что вышеуказанныя точки
ограничиваются лишь сравнительно небольшимъ участкомъ
коры, представляющимъ окрестности крестовидной борозды и
извѣстнымъ подъ названіемъ сигмовидной извилины, тогда какъ
раздраженіе другихъ областей мозговой коры никакихъ дви-
женій въ членахъ животнаго не вызывало.
Этими изслѣдованіями былъ сдѣланъ тотчасъ же цѣлый
переворотъ въ старомъ ученіи о функціи мозговыхъ полушарій
и положено основаніе позднѣйшему ученію о локализаціяхъ въ
мозговой корѣ.
Изслѣдованія Fritsch’a и Hitzig’a въ такой степени привлекли
вниманіе ученого міра, что уже вскорѣ кора мозга сдѣлалась
предметомъ всесторонняго изслѣдованія со стороны физіологовъ
и клиницистовъ. Между прочимъ въ скоромъ времени по опуб-
ликованіи упомянутой работы Fritsch’a и Hitzig’a начали появ-
ляться крайне важныя изслѣдованія Ferrier’a, который, примѣ-
нивъ къ раздраженію коры прерывистый токъ, указалъ на по-
верхности полушарій значительно большее число точекъ у
собаки, раздраженіемъ которыхъ удается вызвать тѣ или дру-

709

гія движенія членовъ противоположной стороны; при этомъ
по опытамъ Ferrier’a возбудимыя точки представлялись раскину-
тыми почти на всей выпуклой поверхности мозговыхъ полу-
шарій собаки. Въ особую заслугу Ferrier’a слѣдуетъ поставить
кромѣ примѣненія имъ къ раздраженію коры фарадическаго
тока еще то, что онъ впервые кромѣ собакъ и другихъ живот-
ныхъ, какъ то: кошекъ, шакаловъ, кроликовъ, голубей, лягу-
шекъ и др., началъ пользоваться для опытовъ обезьянами, мозгъ
которыхъ, какъ извѣстно, стоить всего ближе къ мозгу чело-
вѣка. Изъ этихъ опытовъ между прочимъ выяснилось, что болѣе
высшія животныя обладаютъ и болѣе дифференцированными
центрами.
Рядомъ съ болѣе подробнымъ описаніемъ двигательныхъ
центровъ у различныхъ животныхъ Ferrier изслѣдовалъ также
локолизацію въ заднихъ отдѣлахъ коры особыхъ чувствующихъ
resp. воспринимающихъ центровъ — зрительнаго (указаннаго впро-
чемъ ранѣе его Hitzig’омъ), слухового и центровъ вкуса и обо-
нянія. Вслѣдъ за изслѣдованіями Ferrier’a начали появляться
изслѣдованія Munk’a, заслугой котораго является главнымъ
образомъ болѣе подробное изслѣдованіе воспринимающихъ
центровъ, особенно зрительнаго и слухового, затѣмъ изслѣдо-
ванія Luciani,a въ позднѣйшее время Horsley’a, Schäfer’a, Mott’а и др.
При этомъ надо упомянуть, что наряду съ вышеуказанными из-
слѣдованіями, которыя не прерываются и по настоящее время,
оказали большое вліяніе на развитіе ученія о локализаціяхъ въ
мозговой корѣ клиническія наблюденія Charcot и вообще Саль
петріерской школы, a затѣмъ цѣлый рядъ клиническихъ наблю-
деній, сдѣланныхъ многочисленными авторами, въ числѣ кото-
рыхъ мы не можемъ не упомянуть классическихъ изслѣдованій
С. Wernicke, локализировавшаго у человѣка область словеснаго
слухового центра въ верхнихъ извилинахъ лѣвой височной доли.
Благодаря всѣмъ этимъ изслѣдованіямъ, ученіе о локализа-
ціяхъ въ мозговой корѣ относительно скоро завоевало себѣ право
гражданства въ наукѣ, предварительно выдержавъ ожесточен-
ныя нападки главнымъ образомъ со стороны нѣкоторыхъ изъ
физіологовъ, особенно проф. Goltz’a, имѣющаго за собою огромныя
заслуги по отношенію къ изученію функцій мозговыхъ полу-
шарій, но въ иномъ отношеніи.
Эти нападки также оказали свою несомнѣнную пользу. Онѣ
не только заставили лицъ, защищавшихъ вышеуказанное ученіе
о локализаціяхъ въ мозговой корѣ, разрабатывать его всесто-
роннимъ образомъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ выставили слабыя сто-

710

роны тѣхъ увлеченій, которыя почти неизбѣжны въ каждомъ
крупномъ научномъ вопросѣ, имѣющемъ характеръ новизны.
Въ результатѣ этого явилась возможность критически отне-
стись къ этимъ увлеченіямъ и такимъ образомъ создать въ
результате ученіе, къ которому въ настоящее время присоеди-
нились всѣ клиницисты и, если еще не всѣ физіологи, то быть
можетъ лишь потому, что они имѣютъ дѣло съ животными, а
не съ человѣкомъ, у котораго мозговая кора, какъ органъ, отли-
чается наибольшимъ развитіемъ, а потому и дифференцирова-
ніе ея центровъ представляется болѣе отчетливымъ.
Pro и contra ученія о локализаціяхъ функцій мозговой
коры.
Прежде, чѣмъ войти въ курсъ ученія о локализаціи въ от-
правленіяхъ мозговой коры, необходимо изложить тѣ факты,
которые не оставляютъ сомнѣнія въ томъ, что двигательный
эффектъ, наблюдаемый при раздраженіи мозговой коры, дѣй-
ствительно обусловливается возбужденіемъ самой коры, а не
подлежащихъ частей мозга.
Лѣтъ 25 тому назадъ этотъ вопросъ представлялся крайне
острымъ и возбуждалъ большіе споры между учеными различ-
наго лагеря. Теперь же этотъ вопросъ уже потерялъ большую
часть своей остроты. Но отголоски его мы встрѣчаемъ еще и въ
позднѣйшихъ притомъ категорическихъ заявленіяхъ нѣкоторыхъ
изъ видныхъ физіологовъ, которымъ наука обязана многимъ.
Такъ напримѣръ Goltz на конгрессѣ для внутренней медицины
въ Германіи въ 1884 заявилъ, что будто бы ничуть нельзя
утверждать, что гальваническимъ токомъ дѣйствительно воз-
буждается сѣрое вещество коры: возраженіе, что сокращенія
могутъ возбуждаться петлями тока, проходящими чрезъ глу-
бокіе слои бѣлаго вещества, осталось неопровергнутымъ.
По Goltz’y полушарія большого мозга представляютъ органъ
задержки: собаки съ большими поврежденіями передней части
мозга обнаруживаютъ повышенную склонность къ движенію и
получаютъ возбужденный, гнѣвный, агрессивный характеръ,
тогда какъ собаки съ большимъ поврежденіемъ задней части
мозга становятся спокойными, кроткими и тихими даже и въ
томъ случаѣ, если онѣ ранѣе были злыми. Послѣдній фактъ
однако проще всего объясняется тѣмъ, что собаки съ удале-
ніемъ заднихъ частей полушарій по словамъ самого Goltz’a

711

представляются глубоко слабоумными, вслѣдствіе чего онѣ и
становятся апатичными (Hitzig).
Съ другой стороны Goltz держится того взгляда, что
многія изъ явленій, обусловливаемыхъ разрушеніями моз-
говой коры, объясняются задерживающимъ вліяніемъ ихъ
на подкорковыя области. Въ этихъ своихъ возрѣніяхъ Goltz
между прочимъ опирается на изслѣдованія проф Малинов-
скаго, который, впрыскивая въ мозгъ гноеродныя микро-
кокки, вызывалъ нарывъ въ двигательной области, который,
постепенно увеличиваясь, приводилъ къ развитію гемиплегіи,
тогда какъ удаленіе этого нарыва приводило къ ограниченію дви-
гательныхъ разстройствъ до той степени, въ которой они вообще
обнаруживаются послѣ удаленія двигательной области. Опытъ
этотъ однако объясняется тѣмъ, что нарывъ самъ по себѣ мо-
жетъ производить и давленіе на окружающую область, и вы-
зывать явленія отечности въ окружающей ткани, чего не бы-
ваетъ при обыкновенныхъ травматическихъ разрушеніяхъ.
Что касается вопроса о локализаціяхъ въ мозговой корѣ,
то по Goltz’y удаленіе мозговыхъ полушарій въ окончательномъ
результатѣ приводитъ къ выпаденію всѣхъ проявленій, изъ ко-
торыхъ мы можемъ заключать объ умѣ, понятіяхъ, сообрази-
тельности и интеллектѣ животныхъ.
Первоначально Goltz признавалъ, что „всякій отдѣлъ коры
независимо отъ остальныхъ связанъ проводниками со всѣми
произвольными мышцами и стоитъ съ другой стороны въ соеди-
неніи со всѣми чувствительными нервами тѣла“.
Вообще въ извѣстныхъ своихъ работахъ Goltz высказы-
вался рѣшительно противъ ученія о локализаціяхъ мозга. По
его взгляду любая часть коры мозга участвуетъ въ функціяхъ,
лежащихъ въ основѣ образованія воли, ощущенія, представле-
нія и мышленія; при этомъ каждая часть мозга имѣетъ само-
стоятельныя связи какъ съ произвольными проводниками, такъ
и со всѣми чувствующими нервами.
Однако и Goltz, руководясь своими опытами, вынужденъ
былъ впослѣдствіи признать, что собака, которая лишилась
затылочныхъ долей, различается въ весьма существенныхъ
пунктахъ отъ собаки, которая лишена большей части перед-
няго мозга. Такимъ образомъ доли мозга несомнѣнно не
имѣютъ одного и того же значенія.
Необходимо далѣе имѣть въ виду, что Goltz не отрицаетъ
специфической функціи подкорковыхъ центровъ, но, такъ какъ
послѣдніе связаны съ опредѣленными областями коры, то уже

712

отсюда ясно, что его взгляды не должны быть принципіально про-
тивными ученію о локализаціяхъ въ корѣ что Goltz неоднократно
и подчеркиваетъ въ своихъ позднѣйшихъ сочиненіяхъ. Правда,
Goltz признаетъ всѣ корковыя явленія за явленія задержки, но,
такъ какъ эта задержка съ опредѣленныхъ частей коры произво-
дится не на всѣ подкорковыя области, а только на нѣкоторыя,
то въ этомъ нельзя не видѣть подтвержденія ученія о лока-
лизаціяхъ въ корѣ полушарій.
Нужно имѣть въ виду, что разнорѣчіе Goltz’a съ другими
авторами коренится въ значительной мѣрѣ въ его способѣ
оперированія.
Hitzig справедливо указываетъ, что на выводахъ Goltz’a рѣши-
тельно отразилась неточность его метода оперированія въ от-
ношеніи строгой локализаціи поврежденія. Дѣлая два трепана-
ціонныхъ отверстія и вымывая сильной струей воды мозговую
кору, какъ дѣлалъ Goltz въ своихъ первыхъ опытахъ, нельзя
обойтись безъ сильнаго давленія на мозгъ, что можетъ вызы-
вать отдаленныя вліянія, и вмѣстѣ съ тѣмъ крайне трудно
ограничить размѣры поврежденія, да и самъ Goltz не признаетъ
существеннымъ, будетъ ли одинъ разъ болѣе повреждена одна,
а другой разъ другая извилина. Позднѣе Goltz вскрывалъ большія
поверхности коры и вымывалъ только обнаженную часть коры,
въ чемъ нельзя не видѣть нѣкотораго выигрыша въ методикѣ,
которая все же далеко не можетъ быть признана безупречной.
Позднѣйшіе способы оперированія Goltz’a съ примѣненіемъ
Bohrmaschine и другихъ приспособленій уже болѣе отвѣчаютъ
цѣли изученія функціи отдѣльныхъ частей мозговой коры
хотя все же далеки отъ тѣхъ способовъ частичнаго удаленія
корковыхъ областей, которыя болѣе всего соотвѣтствуютъ
выясненію вопроса о локализаціяхъ въ мозговой корѣ.
Не менѣе рѣзко, нежели Goltz, нападаетъ на авторовъ, под-
держивающихъ ученіе о локализаціяхъ въ мозговой корѣ, и
ученикъ Goltz’a Loeb, по которому весь споръ въ ученіи о лока-
лизаціяхъ основанъ на необращеніи вниманія на побочныя усло-
вія, напр. кровеизліянія при мозговыхъ операціяхъ и т. п. Но
собственные опыты Loeb’a, равно какъ и описанія ихъ, отли-
чаются большимъ несовершенствомъ, благодаря чему даже уда-
леніи большихъ частей двигательной области остается будто бы
безъ замѣтнаго эффекта. Въ этомъ отношеніи достаточно прочесть
критику его изслѣдованій со стороны Hitzig’a (Arch. f. Psych. Bd 35,
Hft. 2 стр. 902), чтобы оцѣнить значеніе какъ опытовъ этого автора,
такъ и его нападокъ на другихъ авторовъ.

713

Loeb примыкаетъ къ мнѣнію Goltz’a, что большія полушарія
представляютъ органъ задержки, но онъ дѣлаетъ къ этому
взгляду дальнѣйшія поясненія. Такъ какъ переднія части
полушарій связаны анатомически съ двигательнымъ аппа-
ратомъ, то они служатъ въ видѣ препятствія къ оттоку
энергіи на мышцы; заднія же части полушарій анатомически
связаны болѣе съ чувственными органами; поэтому они слу-
жатъ препятствіемъ для притекающихъ съ чувственныхъ орга-
новъ возбужденій.
Такимъ образомъ и Loeb высказывается въ томъ смыслѣ, что
заднія доля мозговой коры стоять въ ближайшемъ отношеніи къ
чувственному воспріятію и въ частности къ зрѣнію, тогда какъ
переднія доли къ движенію, и что разрушеніе заднихъ долей
никогда не приводить къ разстройству движенія безъ зритель-
ныхъ разстройствъ.
Но въ воззрѣніяхъ Loeb’a мы встрѣчается съ нѣкоторыми
особенностями. По Loeb’y въ головномъ мозгу вообще нѣтъ
никакихъ центровъ, то же, что обыкновенно ими называютъ,
въ дѣйствительности есть ничто иное, какъ мѣста вхожденія
волоконъ, которыя соединяютъ большія полушарія съ подлежа-
щими сегментальными гангліями. Если при раздраженіи этихъ
мѣстъ вхожденія волоконъ получаются сокращенія, то послѣднія
обусловливаются въ сущности непрямымъ раздраженіемъ сег-
ментальныхъ узловъ. Равнымъ образомъ и сегментальныя гангліи
играютъ роль протоплазменнаго проводника. Въ действи-
тельности же реакціи опредѣляются возбудимостью перифери-
ческихъ образованій, т. е. чувственныхъ органовъ и распредѣ-
леніемъ мышцъ. Поэтому большая часть того, что мы нынѣ
называемъ мозговой функціей по Loeb’y представляетъ функцію
периферическихъ образованій.
„Существенная и исключительная функція головного мозга
есть будто-бы ассоціативная память. Потеря ассаціативной
памяти есть существенное нарушеніе, которое наступаетъ послѣ
потери большихъ полушарій. Животныя, лишенныя мозговыхъ
полушарій, не могутъ учиться, то же, что мы называемъ созна-
ніемъ, есть только функція ассоціативной дѣятельности памяти“.
Hitzig однако справедливо указываетъ, что, если подъ сегмен-
тальными центрами мы будемъ понимать всѣмъ извѣстные
рефлекторные центры, то въ сущности мы въ воззрѣніяхъ Loeb’a
новаго встрѣтимъ только одно гипотетическое и ничего факти-
ческаго. Далѣе Hitzig подвергаетъ взгляды Loeb’a жестокой
критикѣ, за которой мы не будемъ здѣсь слѣдить.

714

Съ другой стороны Tonnini (Rivista Sperim. 1889 г.) на основаніи
своихъ опытовъ приходить къ выводу, что удаленіе различныхъ
хотя и сосѣднихъ, областей мозговой коры приводить къ явле-
ніямъ сходственнымъ, одинаковыя же разрушенія не всегда приво-
дятъ къ одинаковымъ результатамъ. Такимъ образомъ по автору
имѣется большое сходство въ результатахъ разрушенія заты-
лочно-височной и теменной доли и съ другой стороны между
результатами разрушенія лобной и теменной доли. Различныя
явленія наблюдаются при разрушеніи лобной и затылочной доли,
но и то невполнѣ, такъ какъ разрушеніе лобныхъ долей вызываетъ
симптомы разрушенія затылочной доли чаще, нежели наоборотъ.
Двигательныя явленія по автору выступаютъ легче всего
послѣ лобныхъ разрушеній, но здѣсь одинаково они могутъ
проявиться послѣ разрушенія сигмо-предфронтальной, сигмоид-
ной, сигмо-теменной и даже теменной области, по крайней мѣрѣ
передней ея части, которая имѣетъ неменьшую важность для
развитія явленій гемиплегіи, какъ и сигмовидная извилина.
Подобные же результаты были получены Tonnini и на счетъ
локализаціи чувственныхъ областей. Онъ отрицаетъ специфич-
ность функціи затылочной и височной доли, не исключая
впрочемъ ихъ важности, и допускаетъ, что въ отношеніи зри-
тельно-слуховой функціи имѣетъ болѣе значенія центральная
и двигательная область полушарій, которая играетъ роль
сложнаго чувственнаго центра.
По автору, поврежденія теменныхъ долей, именно передней
половины 2 и 3 первичной извилины, приводить къ зрительнымъ
и слуховымъ разстройствамъ почти одинаковой интенсивности.
Точно также и разрушенія сигмовидной извилины приводили вмѣ-
стѣ съ разстройствами движенія къ зрительнымъ и слуховымъ раз-
стройствамъ, остававшимся до послѣдняго дня въ большей или
меньшей степени. По Tonnini всѣ эти разстройства должны быть
понимаемы, какъ результатъ атаксіи, обусловленной прерываніемъ
соединеній мозжечка и различныхъ ассоціаціонныхъ системъ.
Hitzig объясняетъ полученные Tonnini результаты тѣмъ,
что разрушенія въ опытахъ Tonnini достигали значительныхь
размѣровъ, a нѣкоторыя изъ нихъ протягивались даже на
всю поверхность полушарій. Этимъ обстоятельствомъ между
прочимъ Hitzig объясняетъ и тотъ фактъ, что Tonnini,
какъ и Luciani, приписываетъ теменной области мозга смѣ-
шанную функцію и даже высшую психическую функцію.
Точно также и другіе взгляды Tonnini относительно двигатель-
ной или чувственной функціи различныхъ отдѣловъ коры

715

объясняются симптомами, обусловленными пораженіемъ сосѣд-
нихъ областей, а также тѣмъ, что авторъ всѣ разстройства безъ
дальнѣйшей критики относить къ мозговой корѣ.
Вообще по Hitzig’y 1) различіе во взглядахъ на локализацію
отдѣльныхъ функцій можетъ корениться въ томъ, что изоли-
рованное поврежденіе отдѣльныхъ частей извилинъ предста-
вляется невозможнымъ безъ особыхъ предосторожностей, такъ
какъ, вслѣдствіе оперативнаго вліянія и происходящаго повре-
жденія сосудовъ, развиваются отдаленныя послѣдствія операціи
въ виду размягченія и кровеизліянія. Поэтому противорѣчія
и каужщееся отсутствіе законности въ оперативныхъ резуль-
татахъ объясняются для многихъ случаевъ результатами вскры-
тая, при которомъ нельзя довольствоваться простымъ осмотромъ,
но необходимо производить еще и срѣзы черезъ мозгъ.
Hitzig между прочимъ обращаетъ вниманіе на то обстоятель-
ство, что собаки Goltz’a безъ полушарій несомнѣнно могутъ
учиться, такъ какъ современемъ ихъ разстройства умень-
шаются. Самъ Goltz объясняетъ наблюдаемыя явленія у опери-
рованныхъ животныхъ подавленіемъ функціи подкорковыхъ
узловъ; но, не говоря о томъ, что этотъ взглядъ не можетъ
быть вполнѣ раздѣляемъ, нельзя не согласиться съ тѣмъ, что
мы здѣсь имѣемъ и настоящее упражненіе подкорковыхъ
узловъ.
Въ заключеніе, замѣтить, что Schiff повидимому также до
самой своей смерти не признавалъ существованія особыхъ
корковыхъ центровъ, a движенія, получаемыя съ коры, разсма-
тривалъ, какъ рефлекторныя, обусловленныя раздраженіемъ
подлежащихъ осязательныхъ проводниковъ.
Вопросъ о самостоятельной возбудимости центровъ
мозговой коры.
Хотя въ настоящее время весь этотъ вопросъ о корковой
возбудимости повидимому уже не вызываетъ болѣе споровъ,
но тѣмъ не менѣе во избѣжаніе какихъ-либо сомнѣній въ выс-
шей степени полезно пересмотрѣть всѣ данныя за и противъ
самостоятельной возбудимости мозговой коры у животныхъ,—
тѣмъ болѣе, что такой обзоръ можетъ оказаться небезполез-
нымъ въ методологическомъ отношеніи.
1) Hitzig. Alte und neue Untersuchungen über das Gehirn. Arch. f. Psych. Ed.
38, Hft 2. 1902.

716

Противники признанія въ корѣ самостоятельныхъ двига-
тельныхъ центровъ, объяснявшіе корковый двигательный
эффектъ распространеніемъ петель тока на нижележащія части
мозга, прежде всего указывали на то обстоятельство, что двига-
тельный эффектъ съ коры получается будто бы только при элек-
трическомъ раздраженіи и вовсе не обнаруживается ни при
механическомъ, ни при химическомъ раздраженіи. Далѣе ука-
зывалось, что двигательный эффектъ съ коры будто бы по-
лучается и въ томъ случаѣ, если кора представляется совер-
шенно высохшею, а равно и при томъ условіи, если она пред-
варительно промыта крѣпкой азотной кислотой1).
Carville и Duret на основаніи своихъ опытовъ убѣдились
однако, что двигательныя явленія при раздраженіи мозговой
коры не зависятъ отъ проведенія тока къ подлежащимъ моз-
говымъ узламъ и въ частности къ n. caudato, какъ допускали
другіе.
В. Sanderson 2) указывалъ далѣе, что и при горизонтальномъ
разрѣзѣ подлежащаго бѣлаго вещества не исчезаетъ возбуди-
мость мозговой коры, а такъ какъ раздраженіе въ области
внутренней сумки даетъ тотъ же двигательный эффектъ, что
и раздраженіе коры, то отсюда В. Sanderson и полагалъ воз-
можнымъ допустить, что корковый эффектъ зависитъ отъ распро-
страненія петель тока на бѣлое вещество внутренней сумки,
принадлежащее corp. striati.
Schiff въ своихъ заявленіяхъ противъ признанія само-
стоятельныхъ корковыхъ центровъ указывалъ между про-
чимъ на то обстоятельство, что раздраженіемъ коры съ
помощью тока будто бы не удается вызвать настоящаго
столбняка; съ другой стороны въ глубокомъ наркозѣ
вмѣстѣ съ исчезаніемъ рефлексовъ исчезаетъ и возбуди-
мость мозговой коры, тогда какъ раздраженіе нижележащихъ
центровъ вызываетъ еще двигательный эффектъ. Точно также
при apnöe, какъ извѣстно, рефлексы исчезаютъ, вмѣстѣ съ тѣмъ
исчезаетъ и возбудимость корковаго вещества, тогда какъ воз-
будимость двигательныхъ нервовъ остается. Далѣе, скрытый
періодъ мозговой коры оказывается значительнѣе скрытаго
періода возбужденія периферическихъ двигательныхъ нервовъ.
Наконецъ по изслѣдованіямъ Schiff’a перерѣзка заднихъ столбовъ
1) Braun. Beiträge z. Frage v. d. electrischen Erregbarkeit d. Grosshirns.
Eckhard’s Beiträge z. Anat. u. Phys. 1874. Hermann. Ueber electr. Reizversuche
an der Grosshirnrinde. Arch. f. d. ges. Physiol. X.
2) B. Sanderson. Pract. Phys. XXII. 1875, стр. 368.

717

будто бы уже въ короткое время (спустя нѣсколько дней) при-
водить къ полной невозбудимости мозговой коры.
Послѣдній опытъ авторомъ толкуется въ томъ смыслѣ, что пе-
рерѣзка заднихъ столбовъ спинного мозга приводить къ вос-
ходящему перерожденію ихъ волоконъ. которое, распространяясь
въ мозговыя полушарія, приводить къ уничтоженію возбудимости
этихъ волоконъ и въ предѣлахъ мозговыхъ полушарій, отчего
будто бы и прекращается возбудимость мозговой коры.
Всѣ эти факты приводятъ Schiff’а къ тому, что движенія,
получаемыя раздраженіемъ мозговой коры, которыя по его
мнѣнію будто бы вполнѣ аналогичны движеніямъ, получаемымъ
при раздраженіи заднихъ столбовъ спинного мозга, на самомъ
дѣлѣ не самостоятельны, а обусловливаются раздраженіемъ
осязательныхъ проводниковъ въ бѣломъ веществѣ головного
мозга, служащихъ центральнымъ продолженіемъ заднихъ стол-
бовъ спинного мозга.
Далѣе противники самостоятельной возбудимости мозговой
коры указывали между прочимъ на непостоянство двигатель-
наго эффекта, наблюдаемаго при раздраженіи опредѣленныхъ
точекъ мозговой поверхности (Conti. Bochefontaine). Другіе авторы
обращаютъ вниманіе на то обстоятельство, что тѣ же самыя дви
женія, которыя получаются съ мозговой коры, могутъ быть
вызваны и раздраженіемъ подлежащаго бѣлаго вещества при
токѣ одинаковой силы 1).
Marcacci 2) высказывался противъ самостоятельной возбуди-
мости мозговой коры на основаніи опытовъ съ заморажива-
ніемъ мозговой коры съ помощью охлаждающихъ смѣсей,
пульверизаціи ее эфиромъ и хлороформомъ, а также на осно
ваніи опытовъ съ перевязкой подходящихъ къ мозгу сосудовъ.
По опытамъ этого автора замораживаніе мозговой коры до
превращенія ее въ ледъ нисколько не уменьшаетъ двигатель-
наго эффекта. Болѣе того, опыты автора показали, что, когда
кора мозга превращается въ оледенѣвшую массу, то двига-
тельный эффектъ съ коры можетъ быть полученъ даже при
меньшей силѣ тока (разница въ силѣ примѣнявшихся токовъ
доходила до 2 стм. саннаго аппарата Dubois).
Далѣе Marcacci указываетъ на тотъ фактъ, что, если перевязать
всѣ большіе артеріальные стволы, т. е. по его мнѣнію совер-
шенно прекратить въ мозгу кровеобращеніе, то и послѣ того
1) Braun. Centr. f. Med. Wiss. № 29. 1874.
2) Marcacci. Arch. italien. de Biologie, l, 1882.

718

раздраженіемъ коры можно еще получить у собаки соотвѣт-
ствующій двигательный эффектъ.
Другой рядъ опытовъ Marcacci, приводящихъ его къ выше-
указанному выводу, состоитъ въ изслѣдованіи возбудимости
мозговой коры у новорожденныхъ животныхъ. Извѣстно, что
еще Solltmanti 1) убѣдился, что у новорожденныхъ щенятъ воз-
будимость мозговой коры въ области двигательныхъ центровъ
появляется впервые не ранѣе 10 дня отъ рожденія 2).
Эти опыты затѣмъ были подтверждены проф. Тархановымъ3),
который, распространивъ ихъ на кроликовъ и морскихъ свинокъ,
убѣдился, что у новорожденныхъ кроликовъ возбудимость коры
впервые появляется не ранѣе 14—16 дней, тогда какъ морскіе
свинки рождаются съ готовыми корковыми центрами, т. е. возбу-
димость у нихъ появляется уже съ момента рожденія. Это
различіе между животными проф. Тархановымъ ставилось въ
зависимость отъ различія въ развитіи корковыхъ центровъ
ко дню рожденія животныхъ, родящихся слѣпыми и зрячими.
Marcacci между тѣмъ получалъ движенія членовъ у новоро-
жденныхъ щенятъ тотчасъ же послѣ ихъ рожденія и на этомъ
основаніи онъ дѣлаетъ заключеніе противъ существованія
въ корѣ животныхъ вообще какихъ бы то ни было двигатель-
ныхъ центровъ.
Въ фактической сторонѣ изслѣдованій Marcacci нельзя не
отмѣтить еще одного обстоятельства: по его опытамъ, если
перевязать всѣ идущіе къ головѣ большіе артеріальные стволы,
чѣмъ будто-бы достигается совершенное прекращеніе въ мозгу
кровеобращенія, то у собаки можно получить тотъ же двига-
тельный эффектъ, что и до операціи.
Наконецъ мы должны еще указать здѣсь на старую работу
Dupuy 4), который, руководясь опытами съ физіологиче-
скимъ реостатомъ, представлявшимъ икроножную мышцу
лягушки съ сѣдалищнымъ нервомъ, настойчиво утверждалъ,
что получаемый въ корѣ двигательный эффектъ принад-
лежитъ собственно не корѣ, а нижележащимъ областямъ
мозга. Прикладывая послѣдній къ затылочнымъ долямъ
1) Solltmann. Exp. Stud. über die Funct. d. Grossh. d. Neugeborenen. Jahr. f.
Kindheilk. u. phisische Erziehung. t. IX. 1876.
2) Надо замѣтить что щенки въ опытахъ Solltmann’a наркотизирова-
лись морфіемъ или хлороформомъ.
3) Проф. Тархановъ. О психомоторныхъ центрахъ и развитіи ихъ у
человѣка и животныхъ. Спб. 1879.
4) Dupuy. Examen de quelques points de la physiol. du cerveau. Paris. 1873.

719

мозга въ то время, когда раздражалась заднія доли, авторъ
получалъ съ постоянствомъ сокращенія мышцъ. Отсюда онъ
заключилъ о свободномъ распространеніи тока чрезъ моз-
говое вещество, въ силу чего по его мнѣнію и нельзя от-
носить только къ корѣ мозга тотъ двигательный эффектъ, ко-
торый слѣдуетъ за раздраженіемъ мозговой коры.
Разъясненіе вышеприведенныхъ данныхъ.
Въ приведенномъ изложеніи мы передали въ сущности всѣ
наиболѣе существенныя возраженія, высказывавшіяся противъ
существованія въ корѣ особыхъ двигательныхъ центровъ.
Нужно однако замѣтить, что въ настоящее время по всѣмъ
этимъ пунктамъ могутъ быть приведены вполнѣ удовлетвори-
тельныя разъясненія или же выставлены факты совершенно
противоположнаго характера, которыя не оставляютъ сомнѣнія
въ томъ, что кора мозга обладаетъ самостоятельной возбуди-
мостью.
Замѣтимъ прежде всего, что по поводу объясненія двигатель-
наго эффекта съ коры путемъ распространенія петель тока
Ferrier въ своемъ сочетаніи „о функціяхъ мозга“ справедливо
замѣчаетъ, что, хотя наблюденіями Dupuy и доказана экстраполяр-
ная проводимость мозгового вещества, тѣмъ не менѣе не дока-
зано, что движенія съ коры обязаны этой же экстраполярной про-
водимости, иначе непонятно, почему тотъ же эффектъ не даютъ
раздраженія лобныхъ и затылочныхъ долей и даже insulae Reili
расположенной тотчасъ надъ corp. striatum. Само собой разумѣется,
что этимъ путемъ нельзя объяснить и строго локализирован-
наго двигательнаго эффекта съ коры.
Затѣмъ къ вопросу о возможности распространенія петель
тока при раздраженіи коры на нижележащіе центры относится
обстоятельное изслѣдованіе Carville’a и Duret1), которые убѣди-
лись, что токъ, приложенный къ мозговой корѣ, действительно
можетъ распространяться какъ по поверхности, такъ и въ
глубинѣ мозга; но сами авторы отказались отъ объясненія
коркового двигательнаго эффекта съ помощью теоріи распро-
страненія тока на глубже лежащія области. Дѣло въ томъ, что
при минимальномъ раздраженіи коры для возбужденія двига-
1) Carville et Duret. Sur les fonctions des hémisphères cérèbreaux. Paris.
1875.

720

тельнаго эффекта достаточно, чтобы напряженіе тока на поверх-
ности оказывалось настолько слабымъ, что его нельзя никакъ
принимать во вниманіе для объясненія движенія дѣйствіемъ
его на нижележащія области мозга. Въ подкрѣпленіе своихъ
взглядовъ авторы приводятъ между прочимъ опытъ съ со-
бакой, у которой случайно оказалась кистовидная полость на
пространствѣ между корой и corp. striato. Естественно, что
эта полость не должна была мѣшать распространенію тока на
нижележащія мозговыя области, а между тѣмъ въ этомъ слу-
чаѣ оказалось, что даже значительной силы токъ не быль въ
состояніи вызвать движенія въ противоположной половинѣ тѣла.
Этотъ опытъ между прочимъ можетъ служить опроверже-
ніемъ мнѣнія В. Sanderson’a будто бы подрѣзываніе мозговой
коры при условіи, если кусокъ послѣдней остается на мѣстѣ,
не измѣняетъ ни въ чемъ двигательнаго эффекта, получае-
маго раздраженіемъ этого куска.
Надо однако замѣтить, что это заявленіе было своевремен-
но опровергнуто Putnam’омъ1), Exner’омъ 2) и др.
Putnam предварительно мѣрялъ силу тока, необходимаго
для полученія мышечнаго сокращенія съ коры мозга, послѣ
чего удалялъ послѣднюю и затѣмъ вновь прикладывалъ отрѣ-
зокъ на прежнее мѣсто. При этомъ прежнихъ движеній уже
не наблюдалось, несмотря на то, что физическая проводимость
мозговой ткани нисколько не нарушалась. При указанныхъ
условіяхъ такіе же опыты и съ тѣмъ же результатомъ дѣлали
Braun, Fr. Franck, Varigny и др., a въ болѣе позднее время Exner.
Производя самъ многократно опыты съ подрѣзываніемъ мозго-
вой коры въ области двигательныхъ центровъ, я имѣлъ также
возможность убѣдиться, что даже раздраженіе токами значи-
тельной силы въ этомъ случаѣ оставалось безъ эффекта. Что ка-
сается заявленія Sanderson’a, что раздраженіемъ внутренней сумки
можно получить тотъ же эффектъ, какъ и раздраженіемъ мозговой
коры, то этотъ фактъ можно считать совершенно правильнымъ,
но двигательный эффектъ, получаемый при раздраженіи вну-
тренней сумки, объясняется раздраженіемъ волоконъ пирамид-
наго пучка, возникающаго изъ тѣхъ же двигательныхъ цен-
тровъ, а не доженъ быть относимъ къ системѣ волоконъ corp.
striati, какъ думалъ Sanderson.
1) Putnam. Contrib. to the physiology of cortex cerebri. The Boston med.
and surgical. Journ. 1874.
2) Exner. Sitzb. d. math. wissensch. Classe d. Wiener Academie. 1881. Bd.
84, стр. 2.

721

Можно совершенно точнымъ образомъ убѣдиться въ томъ,
что локализированныя движенія, получаемыя раздраженіемъ
области внутренней сумки, зависятъ именно отъ раздраженія
волоконъ пирамиднаго пучка, а не волоконъ corp. striati, для
каковой цѣли необходимо предварительно произвести удаленіе
двигательной области мозговыхъ полушарій и выждать время,
когда волокна пирамиднаго пучка, подвергшись перерожденію,
сдѣлаются уже невозбудимыми. Для этого обыкновенно доста-
точно около 1 недѣли. Если вслѣдъ за этимъ мы обнажимъ
бѣлое вещество подъ удаленной двигательной областью или
обнаружимъ область внутренней сумки, то убѣдимся, что даже
значительной силы токъ уже не вызываетъ локализированныхъ
движеній въ членахъ противоположной стороны.
Этого очевидно не могло бы быть, если бы движенія въ чле-
нахъ противоположной половины тѣла, получаемыя при раздра-
женіи внутренней сумки, обусловливались не раздраженіемъ
волоконъ пирамиднаго пучка, a раздраженіемъ какой-либо дру-
гой системы волоконъ.
Но вообще нѣтъ никакого основанія отрицать существованіе
корковыхъ центровъ только потому, что раздраженіе подлежа-
щаго вещества даетъ въ общемъ тѣ же явленія. Ferrier спра-
ведливо указалъ, что, идя по такому пути разсужденій, мы
естественно должны отрицать самостоятельную возбудимость и
центровъ въ подкорковыхъ узлахъ, и центровъ въ спинномъ
мозгу, и даже двигательныхъ периферическихъ нервовъ.
Равнымъ образомъ совершенно ошибочно утвержденіе, будто
бы высушиваніе мозговой коры остается безъ существеннаго
вліянія на двигательный эффектъ, получаемый при раздраженіи
мозговой коры. Всякій, кто только занимался спеціально изслѣ-
дованіемъ возбудимости мозговой коры, знаетъ по собственному
опыту, какъ важно при этомъ поддерживать влажность мозго-
вой коры смачиваніемъ тепловатой водой или еще лучше фи-
зіологическимъ растворомъ.
Во всякомъ случаѣ на основаніи своихъ опытовъ я долженъ
сказать, что высушиваніе мозговой коры всегда болѣе или ме-
нѣе рѣзко понижаетъ ее возбудимость.
Если даже полное высушиваніе не уничтожаетъ совершенно
возбудимости мозговой коры, то это еще ничуть не говоритъ
противъ того, что кора обладаетъ самостоятельною возбуди-
мостью. Дѣло въ томъ, что, какъ бы ни было полно высуши-
ваніе, оно не можетъ проникнуть далеко въ глубь мозговой
поверхности и потому токъ легко проходитъ чрезъ высушенную

722

поверхность до подлежащихъ волоконъ пирамиднаго пучка и
приводитъ ихъ въ возбужденіе, вызывая тѣмъ самымъ двига-
тельный эффектъ.
Что касается до наблюденія Marcacci будто бы дѣйствіе ох-
лаждающихъ смѣсей не ослабляетъ возбудимости мозговой
коры, а въ извѣстной степени даже ее поднимаетъ, то нужно
имѣть въ виду, что точныя изслѣдованія François Frank’a по-
казали, что при охлажденіи эфиромъ мозговой поверхности
послѣдняя не только утрачиваетъ способность давать при раз-
драженіи падучные приступы, но и сокрашенія въ мышцахъ
противоположной стороны при этомъ могутъ быть получаемы
только при примѣненіи токовъ значительно большей силы,
нежели до охлажденія мозговой поверхности.
Съ другой стороны Р. Gerber наблюдалъ пониженіе и даже
прекращеніе возбудимости при дѣйствіи на кору ледяной воды
и возстановленіе возбудимости при дѣйствіи воды въ 45°.
Въ общемъ одинаковые результаты получены и Varigny1),
который наблюдалъ въ двухъ случаяхъ полное исчезаніе дви-
гательной возбудимости мозговой коры даже при условіи, когда
охлажденіе не было доведено до степени замороживанія.
Съ своей стороны я ни могу подтвердить фактъ пониженія
возбудимости мозговой коры при охлажденіи послѣдней.
Если Marcacci въ своихъ опытахъ получалъ иногда повыше-
ніе возбудимости мозговой коры подъ вліяніемъ охлаждающихъ
смѣсей, то это можетъ быть объяснено только вліяніемъ ве-
ществъ, входящихъ въ охлаждающую смѣсь, на мозговую по-
верхность.
На основаніи своихъ опытовъ я убѣдился, что хлористый
натрій значительно повышаетъ возбудимость мозговой коры и
при посыпаніи его на двигательную область нетрудно вызвать
у животнаго судорожныя подергиванія членовъ и даже паду-
чные приступы, что наблюдалъ также и Landois и Eulenburg.
Немудрено поэтому, что и подъ вліяніемъ охлаждающей смѣси
съ составомъ поваренной соли возбудимость мозговой коры
можетъ оказаться нѣсколько повышенною. Самъ Mareacci это
повышеніе возбудимости объясняетъ улучшенною проводи-
мостью корковаго слоя подъ вліяніемь поваренной соли, вхо-
дящей въ составъ охлаждающей смѣси, но это объясненіе
1) Varigny. Rech. expér. de l’excitabilitè électrique des circonv. cérébrales.
Paris. 1884.
2) Landois u. Eulenburg. Ueber die termischen Wirkungen etc. Virch. Arch.
1876, Bd. 68.

723

врядъ ли основательно въ виду повышающего возбудимость
мозговой коры вліянія поваренной соли.
Не имѣетъ особаго значенія также и утвержденіе Marcacci,
что прекращеніе мозгового кровеобращенія будто бы не уничто-
жаетъ возбудимости мозговой коры. Изъ опытовъ Vulpian’a1)
мы знаемъ, что, хотя у собакъ при введеніи порошка лико-
подія въ сонныя артеріи первыя 7—8 минуть при раздраженіи
коры наблюдаются почти тѣ же движенія въ членахъ противопо-
ложной стороны, какъ и до введенія ликоподія, но зато вскорѣ
(спустя еще 4—5 минутъ) эти движенія уже окончательно
исчезаютъ и не могутъ быть вызваны даже сильными
токами.
Нельзя думать, что вмѣстѣ съ перевязкой большихъ арте-
ріальныхъ стволовъ тотчасъ же прекращается мозговое крове-
обращеніе, а потому естественно, что по крайней мѣрѣ въ пер-
вое время вслѣдъ за операціей мы можемъ получить двига-
тельный эффектъ при раздраженіи мозговой коры. Но при дру-
гой постановкѣ опыта, когда мы дѣйствительно можемъ быть
увѣрены, что кровеобращеніе въ головномъ мозгу прекрати-
лось, мы получаемъ уже и другіе результаты.
Такъ при работахъ въ нашей лабораторіи (д-ръ Жуковъ) вы-
яснилось, что если произвести внезапно перерѣзку bulbi aortae,
то возбудимость мозговой коры немедленно падаетъ до той
степени, что даже токи весьма значительнаго напряженія при
примѣненіи на двигательныя области мозговой коры остаются
безъ всякаго эффекта. Этотъ опытъ такимъ образомъ совер-
шенно уничтожаетъ доказательную силу опытовъ Marcacci съ
перевязкой большихъ артеріальныхъ стволовъ и доказываетъ
какъ разъ обратное тому, что имѣлъ въ виду доказать своими
опытами Marcacci.
Что касается указываемаго нѣкоторыми авторами непосто-
янства двигательнаго эффекта съ мозговой коры, то самъ по
себѣ этотъ фактъ не подлежитъ никакому сомнѣнію.
Но онъ скорѣе всего говорить именно за то, что при раз-
драженіи мозговой коры мы имѣемъ дѣло съ самостоятельною
возбудимостью корковаго вещества. Дѣло въ томъ, что, если
бы роль корковаго вещества ограничивалась только проведе-
ніемъ, то было бы совершенно непонятно, почему проводи-
мость могла бы такъ быстро измѣняться, между тѣмъ совер-
шенно нетрудно понять, что возбудимость мозговой коры мо-
1) Vulpian. Journ. «L’école de médecine» 1875.

724

жетъ измѣняться отъ самыхъ разнообразныхъ причинъ, какъ
это и существуетъ на самомъ дѣлѣ.
Что касается до заявленія Braun’a будто бы раздраженіемъ
съ помощью тока той же самой силы можно получать одина-
ковый двигательный эффектъ и съ подлежащаго бѣлаго веще-
ства, то онъ также оказывается невполнѣ отвѣчающимъ истинѣ,
такъ какъ точныя изслѣдованія, произведенныя въ этомъ от-
ношеніи François Franck’омъ 1), не оставляютъ сомнѣнія въ томъ,
что токи, вполнѣ достаточные для возбужденія мозговой по-
верхности, оказываются слабыми для вызыванія двигательнаго
эффекта съ подлежащаго бѣлаго вещества. Правда, этотъ фактъ
не стоить въ согласіи съ изслѣдованіями другихъ авторовъ,
напр. Negro2) и Richet3), но извѣстно, что Richet наркотизировалъ
своихъ животныхъ хлораломъ, a послѣдній, какъ потомъ ока-
залось, понижаетъ корковую возбудимость, подобно другимъ
наркотическимъ веществамъ. Richet впослѣдствіи самъ въ своей
монографіи заявилъ, что при глубокой анэстезіи, вызванной
тѣмъ или другимъ способомъ, возбудимость сѣраго вещества
меньше возбудимости бѣлаго вещества, тогда какъ при слабой
анэстезіи наблюдается обратное явленіе.
Надо замѣтить, что это пониженіе возбудимости мозговой
коры подъ вліяніемъ наркоза при сохраненіи возбудимости
подлежащаго бѣлаго вещества говоритъ, безъ сомнѣнія, въ
пользу самостоятельной возбудимости мозговой коры, такъ
какъ объ измѣненіи проводимости корковаго вещества подъ
вліяніемъ наркоза не можетъ быть и рѣчи.
Точно также въ пользу несомнѣннаго существованія само-
стоятельной возбудимости мозговой коры говоритъ и фактъ,
указанный François Franck’омъ, относительно существованія раз-
ницы въ длинѣ скрытаго періода мозговой коры и подлежащаго
мозгового вещества 4). Сравненіе длины скрытаго періода возбу-
жденія мозговой коры съ скрытымъ періодомъ возбужденія под-
коркового мозгового вещества показало, что въ первомъ случаѣ
скрытый періодъ представлялся значительнѣе приблизительно
на 0,015’’, что составляетъ увеличеніе скрытаго періода въ
пользу мозговой коры въ общемъ почти на одну треть.
Далѣе, тотъ же авторъ убѣдился, что при одинаковой силѣ
1) François Franck. Leçons sur les fonctions motrices du cerveau.
2) Richet. Thése d’agrégation sur les circonvolutions cérébrales. 1878.
3) Richet. Physiologie des muscles et des nerfs.
4) François Frank et Pitres. Travaux du laboratoire de M. Marey, т. IX.
1880.

725

тока двигательный эффектъ при раздраженіи коры всегда об-
наруживался сильнѣе, нежели при раздраженіи подлежащаго
бѣлаго вещества, что было подтверждено и изслѣдованіями, про-
изведенными въ нашей лабораторіи (д-ръ Бѣлицкій).
Только что указанныя данныя вполнѣ согласны и съ резуль-
татами изслѣдованій Бубнова и Heidenhain’a, по опытамъ кото-
рыхъ явленія возбужденія коры при ея раздраженіи вообще раз-
виваются и протекаютъ медленнѣе, нежели въ подлежащемъ
бѣломъ веществѣ, благодаря чему не только увеличивается
скрытый періодъ раздраженія, но и общая длина кривой. Подоб-
ный же выводъ даютъ изслѣдованія de Varigny и Черевкова 1).
Къ вышеизложеннымъ даннымъ мы съ своей стороны добавимъ,
что при различныхъ вліяніяхъ, понижающихъ возбудимость
мозговой коры наблюдается болѣе или менѣе значительное по-
раженіе скрытаго періода возбужденія мозговой коры, въ то
время какъ скрытый періодъ подлежащаго мозгового вещества,
если и увеличивается, то лишь въ значительно меньшей
степени.
Въ пользу того же положенія говорятъ и изслѣдованія надъ
вѣтвленіемъ тока при раздраженіи коры. Въ этомъ отношеніи
точныя изслѣдованія d’Arsonval’я, открывшаго вѣтвленіе токовъ
въ полушаріяхъ съ помощью телефоническихъ явленій, и
д-ра Черевкова, примѣнявшаго для этой цѣли подобно Dupuy
„физіологическій реоскопъ“ или препаратъ нерва съ мышцей,
говорятъ съ рѣшительностью въ пользу локализированнаго
вліянія токовъ средней силы.
Д-ръ Черевковъ на основаніи своихъ изслѣдованій съ такимъ
„физіологическимъ реоскопомъ“ пришелъ къ выводу, что при
раздраженіи поверхности коры мозга „средними“ токами, иначе
говоря, токами ясно ощутимыми на наружныхъ частяхъ губъ
при разстояніи между электродами въ 3 mm. происходитъ вѣт-
вленіе тока не болѣе, какъ на 2—3 mm. въ окружности, при
увеличеніи же разстоянія между электродами вѣтвленіе тока
нѣсколько увеличивается, но лишь до извѣстнаго предѣла,
который для сѣраго вещества равенъ 5 mm., для бѣлаго 8 mm.
Равнымъ образомъ и Carville и Duret, работавшіе съ галь-
1) Изъ опытовъ Fr. Franck’а и Pitres’a выясняется между прочимъ, что
при сильномъ раздраженіи возбудимость корковыхъ центровъ совершенно
исчезаетъ. Levy (A. G. Levy. An attempt to estimate fatigue ofthe cerebral
cortex etc. Jurn. of phys. XXVI. 1901) на основаніи своихъ изслѣдованій
подтверждаетъ указаніе Fr. Franck’a и Pitres’a и также признаетъ, что
корковые двигательные центры невозбудимы при чрезмѣрномъ раздраженіи.

726

ванометромъ, для обнаруженія вѣтвленія токовъ, нашли
весьма малое распространеніе индуктивнаго тока но поверхности
мозга и лишь иногда могли убѣдиться въ захожденіи его пе-
тель въ бѣлое вещество на небольшую глубину.
Въ заключеніе нельзя не упомянуть объ одномъ явленіи,
которое представляется немаловажнымъ въ разсматриваемомъ
нами вопросѣ и на которое обратилъ вниманіе Beaunis1). По за-
мѣчанію этого автора, „фактъ, который говоритъ въ пользу двига-
тельныхъ локализацій и который поражаетъ всѣхъ тѣхъ, которые
занимались опытами по этому предмету, состоитъ въ слѣдующемъ:
когда ощупью найденъ центръ хорошо локализированнаго двига-
теля, то достаточно перемѣстить электроды на одинъ или на два
миллиметра, чтобы возбужденіе оставалось безъ эффекта, между
тѣмъ какъ при столь небольшомъ разстояніи слѣдовало бы
ожидать диффузіи тока“.
Всѣ эти факты, безъ сомнѣнія, свидѣтельствуютъ, что мозгъ
въ отношеніи двигательной возбудимости представляетъ собою
не только проводящій органъ, но и органъ, содержащій въ
себѣ спеціальные корковые центры, нуждающіеся въ извѣстномъ
времени для развитія возбужденія, обусловленнаго тѣми или
иными вліяніями.
Химическая и механическая возбудимость корковыхъ
центровъ.
Выше мы видѣли, что нѣкоторые изъ противниковъ суще-
ствованія особыхъ центровъ въ мозговой корѣ между прочимъ
опираются на тотъ фактъ, что кора мозга будто бы обнаружи-
ваетъ возбудимость лишь подъ вліяніемъ электрическаго тока,
тогда какъ химическіе и механическіе раздражители будто бы
остаются безъ вліянія на мозговую кору. Однако въ настоящее
время имѣется цѣлый рядъ фактовъ, ставяшихъ внѣ всякаго
сомнѣнія какъ химическую, такъ и механическую возбуди-
мость коркового вещества.
Прежде всего мы упомянемъ о наблюденіи Nothnagel’я 2),
вызывавшаго вынужденныя движенія въ видѣ скачковъ, а за-
тѣмъ наступленіе періода ригидности въ мышцахъ кроликовъ
тотчасъ вслѣдъ за впрыскиваніемъ чрезъ вколъ въ верхнюю по-
1) Beaunis. Новыя основы физіологіи человѣка въ связи съ сравнитель-
ной и общей физіологіей, СПБ., стр. 821 и 822.
2) Nothnagel. Ехрег. Untersuchungen über d. Gehirn. Virch. Arch. Bd. LVIII.

727

верхность затылочной части мозга. Однако, имѣются въ настоя-
щее время и другія, при томъ неопровержимыя данныя въ
пользу химической и механической возбудимости собственно
двигательныхъ центровъ мозговой коры.
Мы уже упоминали выше о наблюденіяхъ Landois и Eulenburg’a
и моихъ надъ дѣйствіемъ хлористаго натра на возбудимость моз-
говой коры. Простое посыпаніе соли на мозговую поверхность
уже повышаетъ ея возбудимость и вмѣстѣ съ тѣмъ вызы-
ваетъ судорожныя хореобразныя подергиванія отдѣльныхъ
членовъ противоположной стороны, а иногда и падучные при-
ступы. Извѣстно также, что раздраженіе двигательной области
мозговой коры съ помощью іодной тинктуры вызываетъ судо-
рожные приступы.
Дальнѣйшія изслѣдованія Landois 1) показали, что различныя
составныя части мочи, особенно креатинъ, а также креатининъ,
осадки уратовъ и фосфорнокислый калій дѣйствуютъ на мозговую
кору возбуждающимъ образомъ, вызывая судороги у кроликовъ и
собакъ, если эти вещества примѣняются на обнаженную мозговую
кору въ эфирномъ наркозѣ, тогда какъ сама моча, равно какъ и
углекислый амміакъ, углекислый натръ и т. п. не оказываютъ
подобнаго дѣйствія. Судороги обыкновенно начинались быстро
повторяющимися сокращеніями жевательныхъ и лицевыхъ
мышцъ, за которыми слѣдовали вытяженіе и рядъ клониче-
скихъ сокращеній въ противоположной передней лапѣ и въ
меньшей степени въ противоположной задней конечности; при
этомъ голова сильно обращалась на противоположную сторону,
сворачивалось также туловище и наконецъ въ судорогахъ уча-
ствовала, хотя и въ болѣе слабой степени, соотвѣтствующая
половина тѣла. Въ сильныхъ судорожныхъ приступахъ прини-
мали участіе также и дыхательныя мышцы. По окончаніи судо-
рогъ животное представлялось соннымъ, обнаруживало вынуж-
денныя движенія, разстройства мышечнаго чувства и т. п.
Если креатинъ примѣняли на оба мозговыя полушарія, то жи-
вотныя впадаютъ въ апатію или даже въ кому и при этомъ обна-
руживались двустороннія судороги и двустороннія разстройства
мышечнаго чувства и зрѣнія.
Слѣдуетъ при этомъ имѣть въ виду, что въ періодѣ воз-
бужденія у животныхъ наступаютъ общее мышечное безпокой-
ство и хореобразныя движенія.
Опыты съ креатиномъ надъ макакой дали слѣдующіе ре-
1) Landois. Deutsche med. Woch. 31. 1887. и 29. 1890.

728

зультаты: спустя 40 минуть послѣ посыпанія креатина на обна-
женную лѣвую двигательную область можно было наблюдать
появленіе дрожанія въ правомъ ухѣ и правой верхней конеч-
ности, по прекращеніи котораго обезьяна уже не могла сво-
бодно управлять своими правыми конечностями. Вмѣстѣ съ
тѣмъ обнаруживались припадки клоническихъ судорогъ въ
правой половинѣ тѣла, смѣняемыя періодами покоя и состоя-
щія въ смыканіи вѣкъ, въ сокращеніяхъ мышцъ праваго уха.
правой передней конечности, затылочной области и плеча.
2 часа спустя послѣ первой операціи то же самое про-
дѣлано и съ правой двигательной областью. Уже спустя нѣ-
сколько минутъ вслѣдъ за этимъ новымъ примѣненіемъ креа-
тина появились двустороннія судороги, сильнѣе выраженныя
въ лѣвой верхней конечности, затѣмъ спустя 1/4 часа обезьяна
впала въ тонически-клоническія подобныя уремическимъ су-
дороги, прерываемыя періодами покоя.
Во время приступовъ сознаніе повидимому было потеряно.
Спустя много часовъ судороги постепенно ослабѣвали. По прек-
ращеніи ихъ, обезьяна казалась тупоумной, движенія ея чле-
новъ отличались неточностью, туловище колебалось изъ стороны
въ сторону и она не могла лазить. Явленія эти держались и
въ ближайшіе дни вслѣдъ за операціей и только на пятый
день обезьяна вновь получила возможность лазить, хотя не-
ловкость въ лѣвой верхней конечности все еще оставалась.
Leubuscher и Ziehen 1) убѣдились на кроликахъ, что при посы-
паніи на мягкую оболочку фосфорнокислаго калія, креатина,
мочекислаго натра, хлористаго калія и натра не получается
указанныхъ Landois явленій и лишь хлористый калій и моче-
кислый натръ дѣйствовали болѣе или менѣе яснымъ обра-
зомъ. Кислый же фосфорнокислый калій и креатинъ дѣйствуютъ
въ общемъ ничтожно.
Собаки реагируютъ еще слабѣе, нежели кролики, и хореобраз-
ные приступы у нихъ появляются съ болѣе или менѣе продол-
жительными періодами покоя. Спустя нѣсколько часовъ при-
ступы исчезаютъ. Иногда клоническія судороги появляются и
на сторонѣ раздраженія.
Наряду съ вышеуказанными явленіями дыханіе становилось
судорожнымъ, рефлекторная дѣятельность повышалась, затѣмъ
наступала потеря сознанія и икота при повышенной t° тѣла.
1) Leubuscher und Ziehen Ueber die Landois’schen Versuche der chemischen
Reizung d. Grosshirnrinde. Ceutr. f. klin. med. № 1,1888.

729

Креатининъ и кислый фосфорнокислый калій въ этомъ отно-
шеніи дѣйствуютъ одинаково. Слабѣе дѣйствуетъ мочевина
углекислый амміакъ, поваренная соль, хлористый калій, угле-
кислый натръ и лейцинъ.
Изъ этихъ и ранѣе приведенныхъ опытовъ слѣдуетъ, что
корковые двигательные центры неодинаково воспріимчивы къ
раздраженіямъ; всего легче эффектъ раздраженія выражается
сокращеніями лица и жевательныхъ мышцъ, болѣе сильное
раздраженіе приводить къ судорогамъ въ мышцахъ затылоч-
ныхъ, туловища и наконецъ въ заднихъ конечностяхъ; наиболѣе
же сильное раздражнніе выражается общими эпилептовидными
судорогами съ потерей сознанія (Landois)1).
Далѣе для корковыхъ центровъ безспорно имѣетъ значеніе,
законъ суммированія раздраженія, указанный впервые Неі-
denhain’омъ, такъ какъ, хотя химическія вещества дѣйствуютъ
тотчасъ же и постоянно, но необходимъ извѣстный промежутокъ
времени прежде, чѣмъ наступятъ судороги; затѣмъ слѣдуетъ
пауза, пока постепенно наросшее раздраженіе снова не приве-
детъ къ судорогамъ.
Что касается механической возбудимости мозговой коры,
то въ этомъ отношеніи вполнѣ опредѣленныя указанія были
сдѣланы проф. Оршанскимъ въ его работѣ „О психомотор-
ныхъ центрахъ“, вышедшей въ 1876 году.
Далѣе, извѣстно, что Luciani 2) путемъ раздраженія тупымъ
инструментомъ поверхности коры въ области крестовидной бо-
розды у собаки вызывалъ совершенно ясный двигательный
эффектъ въ членахъ противоположной стороны. При этомъ
авторъ указываетъ, что двигательный эффектъ даютъ лишь
выпуклыя части извилинъ, что вполнѣ согласно съ данными,
получаемыми при электрическомъ раздраженіи двигательной
области. Равнымъ образомъ въ опытахъ Gerber’a даже легкое
давленіе на кору приводило къ пониженію возбудимости.
При своихъ опытахъ мнѣ также нерѣдко приходилось убѣ-
ждаться въ механической возбудимости двигательной области
мозговой коры. Нужно однако замѣтить, что механическія раздра-
женіе далеко не съ такимъ постоянствомъ вызываютъ двигатель-
ный эффектъ съ корковыхъ центровъ, какъ химическіе и въ осо-
бенности электрическіе агенты. Этимъ вѣроятно объясняется
и тотъ фактъ, что многіе авторы до позднѣйшаго времени вы-
1) Landois. Deutsche med. Woch. 6. 1889.
2) Luciani. Sull’eccita mento mecanico dei centri motori corticali. Milano. 1884.

730

ражали сомнѣніе въ возможности существованія механической
возбудимости корковыхъ центровъ. Должно впрочемъ замѣ-
тить, что при повышенной возбудимости корковыхъ центровъ
механическія раздраженія оказываютъ уже болѣе постоянное
вліяніе на мозговую кору, на что обратилъ вниманіе François
Frank, признавшій повышеніе возбудимости коры необходимымъ
условіемъ для полученія движеній членовъ при механическомъ
ея раздраженіи.
Особенно легко получается двигательный эффектъ какъ я
убѣдился, при механическомъ раздраженіи уже воспаленной
мозговой коры (послѣ химическихъ реагентовъ и травматиче-
скихъ вліяній). Въ этихъ случаяхъ достаточно бываетъ простого
прикосновенія къ корѣ съ помощью губки, чтобы тотчасъ же
вызвать судорожныя движенія въ членахъ противоположной
стороны.
Обоснованіе ученія о самостоятельной возбудимости
мозговой коры.
Перейдемъ теперь къ разсмотрѣнію тѣхъ возраженій про-
тивъ самостоятельной возбудимости мозговой коры, которыя
были сдѣланы проф. Schiff’омъ. Начнемъ съ его заявленія, будто
бы раздраженіемъ коры не удается вызвать столбняка.
Надо замѣтить, что это заявленіе совершенно не отвѣчаетъ
дѣйствительности, такъ какъ въ настоящее время никто болѣе
не сомнѣвается въ томъ, что сильнымъ раздраженіемъ коры
могутъ быть вызваны явленія столбняка.
Другой вопросъ, обусловливаются ли они раздраженіемъ
самой коры или возбужденіемъ нижележащихъ областей мозга.
Этотъ вопросъ является умѣстнымъ въ виду того, что слабыя
раздраженія мозговой коры обычно вызываютъ клоническія
сокращенія и лишь болѣе сильныя раздраженія приводятъ къ
явленіямъ столбняка, который такъ легко вызывается даже
слабымъ раздраженіемъ подкорковыхъ областей мозга и бѣлаго
мозгового вещества.
Нѣкоторые авторы, какъ напр. Ziehen, склонны думать, что
столбнякъ, наблюдаемый напр. въ падучныхъ приступахъ, вы-
званныхъ раздраженіемъ мозговой коры, обусловливается раз-
драженіемъ подкорковыхъ областей (собственно возбужденіемъ
области pontis Varolii) и лишь клоническая часть падучаго
приступа обусловливается раздраженіемъ мозговой коры. Надо

731

однако замѣтить, что достаточныхъ доказательствъ въ пользу
этого мнѣнія не было приведено. Мы съ своей стороны пола-
гаемъ, что, хотя и нѣтъ никакого основанія отрицать въ то-
ническомъ періодѣ падучныхъ приступовъ участія подкорко-
выхъ областей мозга, тѣмъ не менѣе нѣтъ достаточныхъ осно-
ваній и для отрицанія, что въ развитіи тоническихъ судорогъ
въ падучныхъ приступахъ не принимаетъ никакого участія
мозговая кора.
Несомнѣнно впрочемъ, что характернымъ явленіемъ для
раздраженія мозговой коры является мелкая клоническая су-
дорога, которая появляется уже при умѣренномъ электрическомъ
раздраженіи корковыхъ двигательныхъ центровъ. Этотъ фактъ
между прочимъ и служитъ однимъ изъ вѣскихъ доказа-
тельствъ въ пользу самостоятельной двигательной возбудимости
мозговой коры. Дѣло въ томъ, что раздраженіе подлежащаго
бѣлаго вещества даетъ въ результатѣ всегда лишь тоническое
сокращеніе мышцъ и никогда не даетъ клоническаго судо-
рожнаго сокращенія членовъ. Отсюда очевидно, что уже это
одно обстоятельство говоритъ противъ всякой возможности
объяснять двигательный эффектъ, получаемый при раздраженіи
мозговой коры, раздраженіемъ подкорковыхъ областей бѣлаго
вещества, какъ дѣлаетъ Schiff.
Что касается замѣчанія Schiff’а что въ глубокомъ наркозѣ
вмѣстѣ съ исчезаніемъ рефлексовъ исчезаетъ и возбудимость
мозговой коры, въ то время, какъ раздраженіе нижележащихъ
центровъ еще вызываетъ двигательный эффектъ, то этотъ фактъ
представляется въ общемъ вѣрнымъ и былъ подтверждаемъ
также и позднѣйшими наблюдателями.
Изслѣдуя въ этомъ направленіи собакъ, я самъ многократно
убѣждался, что возбудимость мозговой коры у нихъ прекра-
щается прежде, нежели возбудимость подлежащихъ волоконъ
пирамиднаго пучка; затѣмъ, когда у животнаго утрачивалась
возбудимость волоконъ пирамиднаго пучка, двигательный
эффектъ еще можно было получить раздраженіемъ области
межуточнаго и средняго мозга, а когда прекращалась возбу-
мость этихъ областей мозга, можно было наблюдать еще воз-
будимость продолговатаго мозга; долѣе же всего сохранялась
возбудимость переднихъ корешковъ и периферическихъ нер-
вовъ, такъ какъ раздраженіе ихъ вызывало двигательный
эффектъ даже и въ то время, когда совершенно прекращалась
возбудимость области продолговатаго мозга и когда дыханіе и
сердцебіеніе уже отсутствовали. Тотъ же самый порядокъ въ

732

послѣдовательномъ исчезаніи возбудимости обнаруживается и
вслѣдъ за обезкровленіемъ животнаго.
Тѣмъ не менѣе всѣ эти факты ничуть не говорятъ въ пользу
ученія Schiff’а. Они объясняются тѣмъ, что при наркозѣ вмѣстѣ съ
пониженіемъ возбудимости центральной нервной системы очень
рано происходитъ и кожная анэстезія, приводящая къ утратѣ
кожныхъ рефлексовъ. Поэтому мы и получаемъ такой періодъ,
когда представляются потухшими какъ кожные рефлексы, такъ
и возбудимость мозговой коры. Но отсюда нѣтъ рѣшительно
никакихъ основаній допускать, что утрата корковой возбуди-
мости при наркотизаціи или при apnöe обусловливается утратой
возбудимости чувствующихъ проводниковъ, поднимающихся
въ заднихъ столбахъ спинного мозга,— тѣмъ болѣе, что
на самомъ дѣлѣ не имѣется вовсе указываемаго Schiff’ом
соотвѣтствія между паденіемъ возбудимости мозговой коры и
пониженіемъ кожныхъ рефлексовъ. При своихъ опытахъ въ
періодъ совершеннаго прекращенія возбудимости мозговой коры
подъ вліяніемъ наркотизаціи мнѣ удавалось еще вызывать у
животнаго соотвѣтствующими раздраженіями какъ морганіе
вѣкъ, такъ и чиханіе. Точно также и задніе корешки при этомъ
оказывались еще возбудимыми.
Далѣе указаніе Schiff’а на то обстоятельство, что скрытый пе-
ріодъ возбужденія мозговой коры оказывается длиннѣе скрытаго
періода возбужденія двигательныхъ нервовъ, на мой взглядъ
не имѣетъ въ смыслѣ защищаемаго Schiff’омъ взгляда никакого
рѣшительнаго значенія, такъ какъ этотъ фактъ не только не
говоритъ въ пользу отождествленія двигательнаго эффекта,
получаемаго при раздраженіи мозговой коры съ настоящими
рефлексами, но скорѣе даже противорѣчитъ этому положенію.
Во всякомъ случаѣ было бы совершенно непонятнымъ яв-
леніемъ, если бы оказалось, что скрытый періодъ меньше или
одинаковъ со скрытымъ періодомъ возбудимости двигатель-
ныхъ нервовъ, такъ какъ при раздраженіи коры возбужденіе
должно пройти чрезъ два этапныхъ сѣрыхъ образованія—
мозговую кору и сѣрое вещество спинного мозга, а не черезъ
одно, какъ при рефлексахъ.
Наконецъ заслуживаетъ вниманія указаніе Schiff’а будто бы
вслѣдъ за перерѣзкой заднихъ столбовъ спинного мозга съ
теченіемъ времени развивается полнѣйшая невозбудимость мозго-
вой коры. Фактъ этотъ въ случаѣ, если бы онъ подтвердился,
говорилъ бы безусловно въ пользу взгляда Schiff’а, что возбу-
димость двигательной области мозговой коры зависитъ отъ

733

возбужденія волоконъ, служащихъ продолженіемъ заднихъ
столбовъ спинного мозга. Но тѣ опыты, которые мы производили
съ цѣлью провѣрки вышеуказаннаго положенія Schiff’а привели
къ совершенно отрицательнымъ результатамъ 1) и оставалось
только выяснить, въ чемъ можетъ заключаться источникъ
ошибки въ опытахъ Schiff’a. Имѣя въ виду свои опыты, я скло-
ненъ думать, какъ допускаетъ и Horsley 2), что въ опытахъ Schiff’а
травма, наносимая на задніе столбы спинного мозга при ихъ
перерѣзкѣ, вслѣдствіе распространенія воспалительнаго про-
цесса, производила вліяніе также и на лежащіе по другую
сторону задняго рога пирамидные пучки, благодаря чему по
слѣдніе могли подвергаться перерожденію утрачивая вмѣстѣ съ
тѣмъ способность проводить импульсы съ мозговой коры.
При этомъ случаѣ необходимо обратить вниманіе на тотъ
фактъ, что не существуетъ вообще никакого сходства между
движеніями, обнаруживающимися при раздраженіи мозговой
воры и при раздраженіи заднихъ столбовъ спинного мозга. Въ
первомъ случаѣ, какъ мы знаемъ, происходятъ вполнѣ диффе-
ренцированныя движенія, обусловленныя сокращеніемъ опре-
дѣленныхъ мышечныхъ группъ, тогда какъ во второмъ случаѣ,
какъ я много разъ убѣждался, мы имѣемъ болѣе или менѣе
общія рефлекторныя движенія.
Ferrier 3) справедливо указываетъ, что въ пользу локали-
заціи двигательныхъ центровъ въ корѣ, говоритъ тотъ фактъ,
что эффекты раздраженія коры представляются однообразными,
опредѣленными и каждый разъ могутъ быть предугаданы
впередъ и что при смѣщеніи электродовъ наступаетъ тотчасъ же
другое движеніе также опредѣленное и однообразное, которое
также можетъ быть предугадано.
Возбудимость корковыхъ центровъ у новорожденныхъ
животныхъ.
Остановимся здѣсь еще на тѣхъ указаніяхъ Marcacci, кото-
рыя касаются новорожденныхъ животвыхъ. Мы видѣли выше,
что Marcacci совершенно опровергаетъ наблюденія, сдѣлан-
ныя Soltmann’омъ, а за нимъ и другими авторами, относительно
болѣе поздняго развитія двигательныхъ центровъ мозговой
1) В. Бехтеревъ. Pflüger’s Arch. 1884.
2) Horsley. Brain. Oct. 1886.
3) Ferrier. О локализаціи въ болѣзняхъ мозга. Спб. 1881.

734

коры у новорожденныхъ животныхъ. Его опыты показываютъ
что движенія будто-бы удается получить при раздраженіи моз-
говой коры даже у только что родившихся щенятъ.
По Marcacci у новорожденныхъ кора невозбудима лишь съ
поверхности, но она оказывается возбудимой при погруженіи
электродовъ на 1—2 мм. Эта глубина по Asch’y и Neusser’у 1)
соотвѣтствуетъ наиболѣе возбудимому слою и у взрослыхъ живот-
ныхъ. Упомянутые авторы при своихъ опытахъ убѣдились, что,
если мозговая кора, вслѣдствіе тѣхъ или другихъ причинъ,
утрачиваетъ возбудимость, то съ глубокаго слоя коры, лежащаго
на границѣ съ бѣлымъ веществомъ, еще удается получить
двигательный эффектъ. Если кора мозга удалялась вполнѣ,
то возбудимость подлежащаго бѣлаго вещества оказывалась
сравнительно низкой, но, если оставляли вышеупомянутый погра-
ничный слой, то уже обнаруживались энергичныя мышечныя
сокращенія при раздраженіи этого слоя.
Въ сущности наблюденія Marcacci надъ новорожденными,
если бы они даже и подтвердились, не было бы достаточ-
ныхъ основаній толковать въ смыслѣ отсутствія самостоятель-
ныхъ корковыхъ центровъ, какъ это дѣлаетъ самъ Marcacci;
но, такъ какъ первоначальныя наблюденія Solltmann’a несомнѣнно
весьма важны въ смыслѣ рѣшенія вопроса о самостоятельности
корковой возбудимости, то я считаю здѣсь необходимымъ остано-
виться нѣсколько подробнѣе на этомъ вопросѣ. Принимая во вни-
маніе съ одной стороны указанія Solltmann’a, Тарханова и мои, гово-
рящія въ пользу болѣе поздняго развитія корковыхъ двигатель-
ныхъ центровъ по крайней мѣрѣ у нѣкоторыхъ новорожденныхъ
животныхъ, съ другой стороны указанія Marcacci 2), Paneth’a 3)
и Lemoigne’a 4), нужно признать, что въ этомъ вопросѣ суще-
ствуетъ извѣстная неясность. Въ виду этого нѣсколько лѣтъ
тому назадъ я предложилъ заняться этимъ вопросомъ работав-
шему въ нашей лабораторіи д-ру Бари, который произвелъ
цѣлый рядъ опытовъ надъ новорожденными животными безъ
примѣненія наркотизаціи 5).
Результаты показываютъ, что изъ 38 опытовъ надъ ново-
1) Asch u. Neusser. Untersuchungen über die electr. Erregung d. verschie-
denen Schichten der Grosshirnrinde. Arch. f. die ges. Physiol. В. 40. 1887.
2) Marcacci. Estrato del giornale della Regia Academia di Torino. 1882.
3) Paneth. Arch. f. die ges. Phys. XXXVII.
4) Lemoigne. These de Paris. 1888.
5) Д-ръ Бари. О возбудимости мозговой коры новорожд. животныхъ
Дисс. Спб. См. труды клиники душ. и нервн. бол. 1898.

735

рожденными щенками въ возрастѣ до 20 дней получается
двигательный эффектъ при раздраженіи мозговой коры въ 25
случаяхъ, отрицательный результатъ былъ въ 12 случаяхъ.
При этомъ всѣ отрицательные опыты приходились на щенковъ
моложе 9 сутокъ. Вмѣстѣ съ этимъ выяснилось, что на возбу-
димость мозговой коры новорожденныхъ животныхъ оказы-
ваютъ гораздо большее вліяніе, нежели у взрослыхъ животныхъ,
разнообразныя внѣшнія условія (охлажденіе мозговой поверх-
ности, кроветеченіе, предварительное раздраженіе центровъ
сильнымъ токомъ и пр.). Этими условіями, а также вліяніемъ
наркотизаціи, которая даже у мѣсячнаго щенка уничтожаетъ
совершенно возбудимость мозговой коры, вѣроятно и слѣдуетъ
объяснить разнорѣчивые результаты предшествующихъ авторовъ.
Тѣмъ не менѣе въ этомъ отношеніи нельзя повидимому
исключить и индивидуальныхъ различій, такъ какъ въ 4 слу-
чаяхъ автора, когда все было сдѣлано безупречно, получился
все же отрицательный результатъ. Во всякомъ случаѣ нѣтъ ни-
какихъ положительныхъ данныхъ признать, что опыты надъ
новорожденными животными говорятъ въ пользу самостоятель-
ной корковой возбудимости.
Дѣло въ томъ, что, хотя у многихъ новорожденныхъ опыты
съ раздраженіемъ мозговой коры даютъ положительный резуль-
татъ, но тѣмъ не менѣе существуетъ большое различіе въ
отношеніи возбудимости мозговой коры между взрослыми и
новорожденными животными. Прежде всего у послѣднихъ
мы никогда не находимъ столь дифференцированные центры
на мозговой поверхности, какъ у взрослыхъ; обыкновенно пу-
темъ раздраженія здѣсь удается уловить не болѣе 1, 2 или нѣ-
сколько двигательныхъ точекъ, служащихъ центрами тѣхъ или
другихъ членовъ; при этомъ, какъ я убѣдился, самыя дви-
женія, вызываемыя раздраженіемъ, представляютъ медленныя
тоническія сокращенія большихъ отдѣловъ или даже всего
тѣла, а не быстро проходящія сокращенія отдѣльныхъ его мы-
шечныхъ группъ, въ силу чего о дифференцированныхъ дви-
женіяхъ, столь характеристическихъ для мозговой коры взрос-
лыхъ, въ этомъ случаѣ не можетъ быть и рѣчи.
Далѣе, производимые нами опыты показали, что у новорож-
денныхъ животныхъ до извѣстнаго періода не удавалось вовсе
получить столь характеристической клонической судороги
мышцъ, какую мы наблюдаемъ при раздраженіи мозговой коры
взрослыхъ животныхъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ у новорожденныхъ
животныхъ, какъ мы убѣдились, не удается вызвать и падучныхъ

736

приступовъ, которые такъ легко вызываются раздраженіемъ
коры у взрослыхъ животныхъ.
При этомъ нельзя не обратить вниманія на то обстоятель-
ство, что у тѣхъ новорожденныхъ животныхъ, у которыхъ, вслѣд-
ствіе тѣхъ или другихъ причинъ, не удается вызвать никакого
двигательнаго эффекта съ мозговой коры; раздраженіе же подле-
жащихъ областей мозга, напр. области мозгового ствола, вызы-
ваетъ уже ясный двигательный эффектъ.
Наконецъ, изслѣдованія въ нашей лабораторіи (д-ръ Бари) по-
казали, что у новорожденныхъ скрытый періодъ возбужденія коры
значительно длиннѣе, нежели у взрослыхъ и весьма мало различе-
ствуетъ отъ скрытаго періода подлежащаго мозгового вещества.
Полагаю, что эти столь существенныя различія возбудимости
мозговой коры новорожденныхъ животныхъ отъ возбудимости
мозговой коры взрослыхъ не могутъ быть игнорируемы. На
нашъ взглядъ они несомнѣнно свидѣтельствуютъ о недоразви-
тіи у новорожденныхъ животныхъ двигательныхъ центровъ
коры. Вмѣстѣ съ тѣмъ эти данныя говорятъ съ положитель-
ностью въ пользу существованія самостоятельныхъ двигатель-
ныхъ центровъ мозговой коры, такъ какъ иначе они предста-
влялись бы непонятными и даже необъяснимыми.
Новѣйшія возраженія противъ ученія о локализаціи
функцій въ мозговой корѣ.
Всѣхъ вышеприведеныхъ фактовъ и разсужденій вполнѣ
достаточно, чтобы устранить всякое предположеніе о томъ,
что токъ, примѣняемый на поверхности мозгового полу-
шарія, вызываетъ двигательный эффектъ не раздраженіемъ
какихъ-либо нижележащихъ мозговыхъ областей, а возбужде-
ніемъ собственныхъ центровъ мозговой коры. Напротивъ того,
всѣ вышеприведенные факты не оставляютъ сомнѣнія въ томъ,
что, раздражая поверхность мозгового полушарія, мы вызываемъ
двигательный эффектъ въ самой мозговой корѣ, въ которой
заложены самостоятельные центры и раздраженіе которыхъ
собственно и даетъ движеніе членовъ. Это положеніе мы при-
знаемъ особенно важнымъ, такъ какъ оно лежитъ въ основѣ
ученія о локализаціяхъ въ мозговой корѣ. Съ принятіемъ его
естественно падаютъ сами собою и всѣ теоріи, которыя кло-
нятся къ ниспроверженію этого ученія.
Впрочемъ, въ послѣднее время было сдѣлано возраженіе

737

противъ ученія о локализаціяхъ съ иной стороны. Ewald, при-
мѣнивъ раздраженіе мозговой коры съ помощью проволочныхъ
электродовъ, вставляемыхъ въ трепанаціонное отверстіе, могъ
производить самое раздраженіе у пользующагося свободой жи-
вотнаго безъ примѣненія наркоза и въ любой моментъ, благо-
даря ключу, имѣвшемуся въ рукахъ экспериментатора. При
этомъ онъ будто бы нашелъ, что какая бы часть мозговой коры
ни подвергалась раздраженію, получается всегда одинъ и тотъ
же двигательный эффектъ, выражающійся болѣе или менѣе
распространенными судорогами.
Однако, опыты другихъ авторовъ не подтвердили этихъ
данныхъ. G. А. Talbert 1) напр., провѣряя опыты Ewald’a по пред-
ложенному имъ методу, убѣдился вопреки Ewald’y, что раздраже-
ніе каждой области коры даетъ строго характеристичныя двига-
тельныя явленія. Съ другой стороны тотъ же Talbert вопреки
Ewald’y нашелъ, что никогда съ затылочной области не удается
получить движенія конечностей. Тѣмъ не менѣе должно при-
знать, что каждое мѣсто мозговой коры представляется возбу-
димымъ; невозбудимыхъ же мѣстъ въ строгомъ смыслѣ слова
нѣтъ.
Необходимо замѣтить, что въ послѣднее время голоса про-
тивниковъ ученія о локализаціяхъ въ мозговой корѣ, которое
находитъ, какъ увидимъ ниже, столь важную опору въ клиниче-
скихъ наблюденіяхъ, раздаются все рѣже и рѣже, такъ что по-
видимому недалеко то время, когда весь этотъ споръ, развив-
шійся по поводу ученія о локализаціяхъ мозговой коры, отой-
детъ въ область исторіи.
По Hitzig’y „всѣ опыты, посколько они произведены съ необ-
ходимыми предосторожностями, доказываютъ существованіе цен-
тровъ въ корѣ и, поскольку они произведены безъ такихъ пре-
досторожностей, не дали никакихъ фактовъ, которые несовмѣ-
стимы съ ученіемъ о корковой локализаціи“.
Нужно при этомъ имѣть въ виду, что ученіе о локализа-
ціяхъ функцій въ мозговой корѣ въ сущности опирается не на
одну лишь двигательную возбудимость корковыхъ областей, но
и на тѣ опыты и наблюденія, которые показываютъ съ необы-
чайной убѣдительностью, что уничтоженіе или разрушеніе
опредѣленныхъ участковъ мозга приводитъ къ выпаденію тѣхъ
или другихъ функцій. Такимъ образомъ напр. разрушеніе опре-
1) G. Talbert. Some. exper. stuidies in cerebral localisation. The Philadelphia
med. Journ. 1899 стр. 1024.

738

дѣленныхъ областей заднихъ частей полушарія приводитъ къ
развитію слѣпоты, удаленіе опредѣленныхъ областей височной
доли приводитъ къ развитію глухоты, разрушеніе опредѣлен-
ныхъ частей на границѣ между лобной и теменной долей при-
водитъ къ кожной анэстезіи и развитію пареза или паралича
въ конечностяхъ и другихъ частяхъ тѣла и т. д.
Эти факты въ настоящее время не подлежатъ никакому
сомнѣнію и уже не оспариваются болѣе, а потому и ученіе о
локализаціяхъ въ мозговой корѣ должно считать въ настоящее
время прочно обоснованнымъ какъ съ экспериментальной, такъ
и съ клинической стороны. Въ настоящее время могутъ вестись
споры развѣ лишь относительно тѣхъ или другихъ частностей
этого ученія; само же ученіе съ тѣми или другими ограниче-
ніями должно быть признано краеугольнымъ камнемъ нашихъ
воззрѣній на функціи мозговой коры.
Изслѣдованія относительно условій, вліяющихъ на
возбудимость коры.
Должно имѣть въ виду, что уже вскорѣ послѣ того, какъ
были открыты корковые двигательные центры, явилась возмож-
ность путемъ опредѣленія степени возбудимости этихъ цен-
тровъ имѣть мѣрило вообще для корковой возбудимости, въ
силу чего былъ произведенъ цѣлый рядъ изслѣдованій надъ
вліяніемъ тѣхъ или другихъ условій и агентовъ въ отношеніи
возбудимости мозговой коры. Сюда относятся нзслѣдованія
надъ дѣйствіемъ морфія 1), алкоголя 2), абсента 3), амилни-
трита 4), этилового эфира 5), бромистаго хивина 6), никотина 7),
окиси углерода 8), кураре 9), гипнона 10), метиля 11), эти-
1) Hitzig. Unters. über d, Gehirn. 1874, стр. 36—39.
3) Couti. Soc. de Biol, 27 Ianvier, 1883.
3) Donatto. Arch. de phys. E serie, vol, x. 1882.
4) Chrichton-Brown. The Wesskidingche reports. 1873. v. III.
5) Albertoni. Arch f., exper. Path u. Pharm. 1882. Bd. 15.
6) Тумасъ. Дисс. Спб., 1883.
7) Щербакъ. Врачъ. 1887, № 4.
8) Хардинъ. Дисс. Спб. 1883.
9) Hitzig. l. cit, стр. 51.
10) Данилло и Блуменау. Врачъ. 1887, № 43.
11) Потрохинъ. Врачъ. 1887, № 10.

739

ловаго алкоголя 1), третичныхъ алкоголей 2), триметилкарби-
ноля 3), хлоралгидрата 4) и мног. др. Эти изслѣдованія имѣютъ
интересъ не только по отношенію къ тѣмъ средствамъ и аген-
тамъ, которые обнаруживаютъ то или другое вліяніе на кор-
ковую возбудимость, но и спеціально по отношенію къ возбу-
димости мозговой коры, а потому мы и считаемъ необходимымъ,
хотя вкратцѣ, остановиться на этихъ изслѣдованіяхъ.
Всѣ агенты, дѣйствующіе на возбудимость двигательныхъ
корковыхъ центровъ, могутъ быть раздѣлены на двѣ категоріи
1) агенты, понижающее возбудимость корковыхъ центровъ, и
2) агенты, повышающіе ихъ возбудимость.
Угнетающее вліяніе на возбудимость корковыхъ центровъ въ
настоящее время извѣстно относительно цѣлаго ряда средствъ.
Въ этомъ отношеніи прежде всего слѣдуетъ отмѣтить
вліяніе наркотизаціи съ помощью хлороформа. Уже Ferrier 5),
обратившій вниманіе на угнетающее вліяніе хлороформа,
убѣдился, что чѣмъ глубже былъ наркозъ отъ хлороформа,
тѣмъ болѣе падала возбудимость мозговой коры, пока она
не прекращалась совершенно въ глубокомъ наркозѣ.
Аналогичный явленія были констатированы Hitzig’омъ 6) отно-
сительно наркотизаціи эфиромъ и морфіемъ и Varigny 7) отно-
сительно наркотизаціи хлораломъ. Пониженіе возбудимости при
наркотизаціи вышеуказанными средствами является вообще
фактомъ, вполнѣ безспорнымъ и легко провѣряемымъ при соот-
вѣтствующихъ опытахъ въ каждой лабораторіи. Но по отноше-
нію къ морфійному наркозу необходимо замѣтить, что его угне-
тающее вліяніе на корковую возбудимость слабѣе другихъ ви-
довъ наркоза и притомъ животное по освобожденіи отъ наркоза
скорѣе освобождается отъ его угнетающаго вліянія, въ силу
чего при всѣхъ тѣхъ изслѣдованіяхъ съ примѣненіемъ наркоза,
гдѣ желательно сохранить корковую возбудимость приблизи-
тельно въ нормальныхъ предѣлахъ, предпочтительнѣе предъ
всѣми другими видами наркотизаціи пользоваться впрыскива-
ніемъ морфія.
1) Жуковскій. Обозр. псих. 1898.
2) Шатровъ. Врачъ. 1887, № 19.
3) Шумова-Симановская. Ежедн. Клин. Газета. 1886, №11.
4) Albertoni. Loco cit.
5) Ferrier. Exper. Resehear. im cerebr. phys. und pathol. The west. riding.
Azylum Reports. Vol. III. Jan. 1873.
6) Hitzig. Unters, über d. Gehirn. 1874.
7) Varigny. loco cit.

740

Въ виду важнаго терапевтическаго значенія бромистаго
калія вліянію этого вещества на возбудимость корковыхъ цен-
тровъ были посвящены спеціальныя изслѣдованія, принадле-
жащія Albertoni 1) и Розенбаху 2).
Оба автора убѣдились въ рѣзко понижающемъ возбуди-
мость коры вліяніи бромистаго калія. При этомъ степень пони-
женія возбудимости коры всецѣло зависитъ отъ дозы средства,
которую даютъ животному.
Равнымъ образомъ и другія соединенія брома, какъ напр.
бромистый натрій, бромистое золото 3) и бромистый хининъ 4)
оказываютъ въ большей или меньшей степени угнетающее
вліяніе на возбудимость корковыхъ центровъ.
Къ такимъ же угнетающимъ корковую возбудимость сред-
ствамъ относятся: антипиринъ 5), гипнонъ 6) и цѣлый рядъ дру-
гихъ фармакологическихъ средствъ.
Помимо того имѣются и другія чисто физическаго или фи-
зіологическаго характера вліянія, угнетающія болѣе или менѣе
рѣзкимъ образомъ возбудимость мозговой коры. Выше мы уже
упоминали объ угнетающемъ вліяніи высушиванія и охлажденія
на возбудимость корковыхъ центровъ. Послѣднее доказано съ
одной стороны опытами François Frank’a, съ другой изслѣдова-
ніями Varigny.
Равнымъ образомъ и дѣйствіе анестезирующихъ средствъ
въ большинствѣ случаевъ приводитъ къ пониженію возбу-
димости мозговой коры. По изслѣдованіямъ Тумаса, под-
твержденнымъ затѣмъ и позднѣйшими авторами, смазываніе
кокаиномъ поверхности мозга вызываетъ значительное пони-
женіе возбудимости мозговой коры. Такъ напр. послѣ смазы-
ванія 4% растворомъ кокаина 10 мин. спустя требовалось сбли-
жать на 3 лишнихъ сантим. катушки спиралей, чтобы получить
тотъ же минимальный эффектъ возбудимости, что и до смазы-
ванія. Менѣе крѣпкіе растворы понижаютъ возбудимость
1) Albertoni. Unters. über die Wirkung einiger Arzneimittel auf die Erreg-
barkeit d. Grosshirn etc. Arch. f. exp. Path. u. Pharm. 1882. Bd. 15.
2) Розенбахъ. Вѣстн. психіатріи. 1883. Neurol. Centralbl. 1883.
3) Киселевъ. Дисс. Спб.
4) Тумасъ. Матеріалы для фармакологіи гидробромистаго хинина. Дисс.
1883.
5) Блуменау. О вліяніи антипирина на нервную систему. Вѣстн. псих. и
невроп., т. VI., вып. 1.
6) Данилло и Блуменау. О вліяніи гипнона на возбудимость мозговой
коры. Врачъ. 1887.

741

въ меньшей степени. Впрыскиванія въ кровь дѣйствуютъ еще
слабѣе. Морфій на кору дѣйствуетъ много слабѣе кокаина.
Само собою разумѣется что скрытый періодъ при дѣйствіи
этихъ средствъ болѣе или менѣе значительно увеличивается.
Далѣе, въ практическомъ отношеніи болѣе важными представ-
ляются изслѣдованія относительно угнетающаго вліянія анеміи
на возбудимость корковыхъ центровъ.
Кромѣ уже ранѣе цитированной въ этомъ отношеніи работы
Vulpian’a заслуживаютъ вниманія изслѣдованія Тарханова1),
который устроилъ для животныхъ приборъ, надѣваемый на
заднюю часть тѣла на подобіе сапога Junand. Когда воздухъ изъ
аппарата выкачивался и происходилъ приливъ крови къ задней
половинѣ тѣла животнаго, a слѣдовательно анемія въ голов-
номъ его концѣ, возбудимость коры рѣзко понижалась; напро-
тивъ того впусканіе воздуха въ аппаратъ приводило почти
тотчасъ же къ возстановленію нормальной возбудимости моз-
говой коры.
Шпанбокъ 2) вызывалъ паденіе кровяного давленія раздра-
женіемъ периферическаго конца nn. vagi, причемъ оказалось,
что уже спустя 1 минуту послѣ начала раздраженія возбуди-
мость коры начинала понижаться и это пониженіе со време-
немъ при дальнѣйшемъ раздраженіе еще болѣе увеличи-
валось.
Д-ръ Боришпольскій 3) въ нашей лабораторіи доказалъ спе-
ціальнымъ рядомъ опытовъ пониженіе корковой возбудимости
подъ вліяніемъ вращенія животныхъ по кругу головой къ
центру, чѣмъ вызывалась анемія животнаго.
Съ другой стороны Lussana и Lemoigne 4), удаляя мягкую
мозговую оболочку и тѣмъ вызывая прекращеніе притока крови
къ корѣ, наблюдали полное прекращеніе возбудимости мозговой
коры.
Въ послѣднемъ случаѣ впрочемъ нельзя исключить также и
вліянія кроветеченія на возбудимость мозговой коры, такъ какъ
цѣлымъ рядомъ изслѣдованій вопросъ объ угнетающемъ вліяніи
кроветеченій на корковую возбудимость поставленъ внѣ всякаго
сомнѣнія.
1) Тархановъ. loco cit.
2) Шпанбокъ. О двигательныхъ эффектахъ, получаемыхъ съ мозговой
коры при повышеніи и пониженіи давленія въ арт. системѣ. Арх. психіатріи
и неврологіи. 1890.
3) Боришпольскій. Диссертація. Спб. 1896.
4) Lussana и Lemoigne. Arch. de Physiol. 1877.

742

Такъ François Frank 1) и Eckhard 2) наблюдали быстрое па-
деніе корковой возбудимости при обильныхъ кроветеченіяхъ.
Съ другой стороны изслѣдованіями Оршанскаго 3) выяснено,
что паденіе возбудимости мозговой коры стоитъ въ извѣстномъ
соотношеніи съ количествомъ потерянной крови, причемъ по-
ниженіе возбудимости наблюдается лишь при условіи, если
потеря крови достигаетъ не менѣе 1/3 всей массы крови жи-
вотнаго; меньшія же потери, но не менѣе 1/7 части крови жи-
вотнаго, дѣйствуютъ даже въ обратномъ смыслѣ, т. е. въ смыслѣ
повышенія возбудимости мозговой коры.
Что касается агентовъ, повышающихъ возбудимость мозговой
коры, то сюда прежде всего долженъ быть отнесенъ цѣлый
рядъ фармакологическихъ средствъ. Изъ числа послѣднихъ мы
упомянемъ здѣсь о цинхонинѣ, цинхонидинѣ. атропинѣ, пикро-
токсинѣ, никотинѣ, абсентѣ и углекисломъ литіи. По отношенію къ
цинхонидину и атропину мы имѣемъ уже цитированныя выше
изслѣдованія Albertoni, который между прочимъ убѣдился, что
впрыскиваніе животнымъ цинхонидина вызываетъ нерѣдко
падучные приступы. Подобное же дѣйствіе цинхонина было
отмѣчено затѣмъ работой Rovighi и Saurini, которые убѣдились
между прочимъ, что аналогичнымъ дѣйствіемъ обладаетъ и
пикротоксинъ. Но съ большимъ постоянствомъ падучные при-
ступы вызываются впрыскиваніемъ абсентнаго масла или даже
введенія въ желудокъ абсентной эссенціи, какъ было доказано
Magnan’омъ и затѣмъ подтверждено Данилло и д-ромъ Тодор-
скимъ изъ нашей лабораторіи. Точно также и никотинъ какъ
въ чистомъ видѣ, такъ и при куреніи табаку вызываетъ по-
вышеніе возбудимости мозговой коры и подлежащаго мозгового
вещества, какъ показали изслѣдованія А. Е. Щербака 4).
Наконецъ, о повышающемъ вліяніи на возбудимость моз-
говой коры алкоголя свидѣтельствуетъ произведенная въ нашей
лабораторіи работа д-ра Жуковскаго5). Слѣдуетъ также упомя-
нуть, что по наблюденіямъ И. Р. Тарханова повторное вве-
деніе фосфора молодымъ животнымъ повышаетъ возбуди-
1) François Prank Rech. graphiques etc. Travaux du labor. de M. Marey.
1878—79.
2) Eckhard. Allg. Zeitschr. f. Psych. 1874.
3) Оршанскій. Arch. f. Anatomie u. Physiol. 1883.— Его-же. Электрическая
возбудимость большого мозга и анэмія. 1883.
4) А. Е. Щербакъ. Къ вопросу о вліяніи никотина и куренія табаку на
нервные центры. Врачъ, № 9. 1887.
5) Д-ръ Жуковскій. Обозрѣніе психіатріи. 1897.

743

мость ихъ корковыхъ центровъ и ускоряетъ ихъ развитіе.
Тотъ же авторъ указываетъ на аналогичное вліяніе на моло-
дыхъ щенковъ гипереміи, вызываемой повторными подвѣши-
ваніями ихъ внизъ головой.
Нужно замѣтить, что въ противоположность охлажденію и
анеміи согрѣваніе и гиперемія мозга обычно сопутствуются по-
вышеніемъ возбудимости корковыхъ центровъ. Относительно
возбуждающаго вліянія согрѣванія на корковую возбудимость
я имѣлъ случай неоднократно убѣждаться при своихъ изслѣ-
дованіяхъ. Что касается до гипереміи, то возбуждающее влія-
ніе ея на корковые центры было доказано работой Бориш-
польскаго изъ нашей лабораторіи и д-ра Шпанбока изъ лаборато-
ріи проф. Лукьянова. Первый авторъ наблюдалъ рѣзкое повы-
шеніе возбудимости мозговой коры подъ вліяніемъ вращенія
животныхъ по кругу головой къ периферіи; второй, устроивъ
нѣчто въ родѣ аортальнаго катетера, производилъ имъ
закрытіе нисходящей части дуги аорты, чѣмъ естественно вы-
зывалась гиперемія мозга. При этомъ возбудимость мозговой
коры всегда оказывалась замѣтно повышенной.
Д-ръ Шпанбокъ на основаніи своихъ изслѣдованій обоб-
щаетъ дѣйствіе всѣхъ вообще агентовъ на возбудимость мозго-
вой коры, сводя его на пониженіе или повышеніе кровяного
давленія. Въ первомъ случаѣ, какъ мы видѣли, по его опытамъ
всегда происходитъ пониженіе возбудимости мозговой коры,
тогда какъ во второмъ случаѣ повышеніе возбудимости. Это
объясненіе однако справедливо лишь по отношенію къ вліянію
тѣхъ веществъ, которыя дѣйствуютъ на общее давленіе крови,
тогда какъ оно повидимому вовсе непримѣнимо по отношенію
къ тѣмъ вліяніямъ, которыя дѣйствуютъ непосредственно на
мозговую кору, какъ охлажденіе, согрѣваніе, химическія и меха-
ническія раздраженія. Здѣсь важнѣйшими условіями того или
другого состоянія возбудимости мозговой коры являются большій
или меньшій притокъ крови къ корковымъ центрамъ, обуслов-
ленный просвѣтомъ корковыхъ сосудовъ.
Такъ какъ съ другой стороны повышеніе и пониженіе общаго
давленія крови также должно въ концѣ концовъ отражаться
на просвѣтѣ корковыхъ мозговыхъ сосудовъ, то есть полное
основаніе признать, что возбудимость корковыхъ центровъ зави-
ситъ вообще отъ состоянія корковаго кровеобращенія. Актив-
ный приливъ крови къ корѣ мозга и слѣдовательно повышенное
питаніе клѣтокъ мозговой коры ео ipso должно приводить къ
повышенію корковой возбудимости, тогда какъ анемія коры

744

мозга, слѣдовательно сжатіе просвѣта корковыхъ сосудовъ и
ослабленное питаніе корковыхъ клѣтокъ, вызываетъ пониженіе
корковой возбудимости.
Извѣстными колебаніями просвѣта мозговыхъ сосудовъ объ-
ясняется очевидно и фактъ, который я постоянно констатиро-
валъ у оперированныхъ мною животныхъ и который заклю-
чается въ томъ, что при болѣе спокойномъ состояніи живот-
наго возбудимость коры всегда нѣсколько понижается, иногда
на 0,8—1,0 стм. разстоянія спиралей, тогда какъ при безпокой-
ствѣ животнаго она замѣтно повышается.
Такимъ образомъ болѣе усиленное или болѣе ослабленное
кровеобращеніе въ корѣ мозга есть тотъ существенный моментъ,
который опредѣляетъ большую или меньшую возбудимость
корковыхъ центровъ.
Не подлежитъ однако сомнѣнію что возбудимость мозговой
коры зависитъ не только отъ состоянія корковаго кровеобращенія,
но также и отъ химизма самихъ клѣтокъ. Въ пользу этого по
крайней мѣрѣ говоритъ тотъ фактъ, что при дѣйствіи нѣко-
торыхъ отравляющихъ средствъ, напр. алкоголя, какъ показали
изслѣдованія въ нашей лабораторіи 1), измѣненіе возбудимости
мозговой коры идетъ ничуть не параллельно съ измѣненіемъ
просвѣта мозговыхъ сосудовъ, опредѣляемаго путемъ сопро-
тивленія для тока крови по методу Hürthle, а въ извѣстной
мѣрѣ независимо отъ него или даже въ противоположномъ
смыслѣ, то есть, когда мы имѣемъ основаніе полагать суженіе
просвѣта сосудовъ мозга, возбудимость мозговой коры можетъ
повышаться, обусловливаясь непосредственнымъ измѣненіемъ
питанія клѣтокъ мозговой коры подъ вліяніемъ того или дру-
гого состава крови.
Къ агентамъ, непосредственно возбуждающимъ корковые
центры, относятся также извѣстные уже намъ: электричество,
механическія и химическія вліянія.
Что касается электрическаго раздраженія, то относительно
его вліянія намъ извѣстно, что повторное раздраженіе слабыми
или умѣренной силы токами повышаетъ возбудимость двига-
тельныхъ центровъ; сильное и продолжительное раздраженіе
корковыхъ центровъ, особенно до развитія падучныхъ присту-
повъ, наоборотъ временно парализуетъ или ослабляетъ возбу-
димость корковыхъ центровъ. Извѣстенъ фактъ, что падучные
приступы, вызванные электрическимъ раздраженіемъ коры,
1) См. д-ръ Жуковскій. Обозр. психіатріи. 1898, стр. 857.

745

временно понижаютъ болѣе или менѣе рѣзкимъ образомъ
возбудимость мозговой коры.
Въ связи съ этимъ вліяніемъ электризаціи на возбудимость
мозговой коры стоитъ вѣроятно тотъ фактъ, что, если для опре-
дѣленія степени возбудимости корковыхъ центровъ мы будемъ
восходить отъ слабыхъ токовъ къ болѣе сильнымъ, то граница
возбудимости отмѣчается при большей силѣ тока, нежели въ
томъ случаѣ, если при опредѣленіи возбудимости мы будемъ
спускаться отъ болѣе сильныхъ токовъ къ болѣе слабымъ.
Что касается механическихъ вліяній, то повторныя раздра-
женія этого рода повидимому повышаютъ возбудимость мозго-
вой коры. Равнымъ образомъ и многія химическія вліянія при
непосредственномъ дѣйствіи на мозговую кору, какъ хлористый
натрій, t-ra jodi, креатинъ, креатининъ, фосфорнокислый калій
и нѣкоторыя другія составныя части мочи оказываютъ болѣе
или менѣе рѣзко возбуждающее вліяніе, о чемъ рѣчь уже была
выше.
Вліяніе патологическихъ процессовъ на корковую
возбудимость.
Есть основаніе полагать, что и нѣкоторыя изъ патоло-
гическихъ процессовъ ирритативнаго характера, какъ на-
примѣръ опухоли, воспалительныя гнѣзда, рубцовыя стяги-
ванія, и пр. повышаютъ возбудимость корковыхъ центровъ,
приводя къ развитію судорогъ падучныхъ приступовъ.
Въ согласіи съ этимъ стоить и тотъ фактъ, что въ нѣко-
торыхъ случаяхъ искусственно произведенныя разрушенія моз-
говой ткани также приводить къ развитію падучныхъ приступовъ.
Особенно рѣзкое повышающее вліяніе на корковую возбуди-
мость по моимъ наблюденіямъ обнаруживаетъ воспалительное
состояніе мозговой коры.
Въ опытахъ, произведенныхъ мною надъ обезьянами 1), можно
было убѣдиться, что удаленіе того или другого изъ корковыхъ
центровъ вызываетъ болѣе или менѣе рѣзкое повышеніе воз-
будимости корковыхъ центровъ по окружности раны, причемъ
въ періодъ повышенія возбудимости корковыхъ центровъ
между прочимъ легко обнаруживается ихъ возбудимость подъ
1) Бехтеревъ. О вліяніи травматическаго воспаленія мозговой коры на ея
возбудимость. Неврол. Вѣстн., т. II, вып. 4. 1897 г.

746

вліяніемъ разнообразныхъ механическихъ вліяній. Съ другой
стороны при тѣхъ же опытахъ выяснилось, что по сосѣдству
съ удаленнымъ центромъ по краямъ раны уже въ ближайшіе
дни могутъ возникать возбудимыя области, которыхъ раздра-
женіе даетъ движенія, соотвѣтствующія ранѣе удаленному
центру. Иначе говоря, по окружности раны въ такихъ слу-
чаяхъ происходитъ какъ бы временное новообразованіе двига-
тельныхъ центровъ въ замѣнъ удаленныхъ.
Явленія эти имѣютъ глубокій интересъ не только въ отно-
шеніи вліянія однихъ центровъ на другіе, но и въ отноше-
ніи выясненія вопроса о возможности замѣщенія утрачен-
ныхъ центровъ сосѣдними корковыми областями, а также и
въ отношеніи вопроса о вліяніи воспалительныхъ патологи-
ческихъ гнѣздъ вообще на сосѣднюю корковую возбудимость.
Въ виду этого я предложилъ занимавшемуся въ нашей лабо-
раторіи д-ру Н. А. Жукову (Дисс. Спб. 1895 г.) подробнѣе раз-
работать этотъ вопросъ, причемъ результаты произведенныхъ
имъ въ нашей лабораторіи опытовъ надъ собаками дали воз-
можность выяснить слѣдующія данныя:
Въ подтвержденіе того, что было доказано мною относительно
мозга обезьянъ, оказалось, что и у собакъ удаленіе отдѣльныхъ
центровъ мозговой поверхности обнаруживаетъ извѣстное влія-
ніе какъ на оставшіеся корковые центры, такъ и на тѣ участки
двигательной области мозговой коры, которые при обычныхъ
условіяхъ оказываются невозбудимыми. По отношенію къ по-
слѣднимъ это вліяніе обнаруживается тѣмъ, что вскорѣ послѣ
удаленія (вычерпываніемъ ложечкой или вымываніемъ струей
воды) того или другого двигательнаго центра, границы котораго
ранѣе были опредѣлены сь помощью электрическако тока, мо-
жетъ быть обнаружена возбудимость сосѣднихъ корковыхъ
областей, ранѣе невозбудимыхъ подъ вліяніемъ тока.
Это явленіе обнаруживается по крайней мѣрѣ въ большин-
ствѣ опытовъ. Почему въ извѣстныхъ случаяхъ это явленіе не
обнаруживается, иначе говоря, какія условія способствуютъ
обнаруженію этого явленія, какія задерживаютъ его проявленіе,
рѣшить пока не представляется возможнымъ. Можно лишь
указать, что по вышеуказаннымъ опытамъ въ тѣхъ случаяхъ,
когда производилось удаленіе мозговаго вещества сразу на
большемъ пространствѣ по сравненію съ тѣмъ, которое зани-
малъ удаляемый центръ, или же, если удаляется не весь центръ,
а лишь небольшая часть его, то кажущагося новообразованія
корковыхъ центровъ не происходить.

747

Если „вновь возникший“ участокъ мозговой коры удалить,
то по краю новой раны можетъ вновь возникнуть двигательный
участокъ съ тѣмъ же двигательнымъ эффектомъ, какъ и уда-
ленный. Иногда то же наблюдается и послѣ вторичнаго удале-
нія новообразованнаго двигательнаго центра, причемъ вновь
возникающій двигательный участокъ можетъ оказаться даже
въ предѣлахъ сосѣдняго корковаго центра.
Время, въ которое происходитъ первоначальное появленіе
новыхъ участковъ мозговой коры, въ большинствѣ случаевъ
колеблется отъ 12 до 24 часовъ послѣ произведенной опера-
ціи. Эти вновь возникшіе возбудимые участки послѣ уда-
ленія одного изъ корковыхъ центровъ однако не представляютъ
собою постояннаго явленія. По крайней мѣрѣ при обычныхъ
условіяхъ ихъ удается обнаружить въ теченіе нѣсколькихъ
ближайшихъ дней, чаще всего отъ 1 до 10 сутокъ.
Двигательный эффектъ, получаемый раздраженіемъ этихъ
какъ бы вновь образованныхъ центровъ представляется тожде-
ственнымъ съ двигательнымъ эффектомъ удаленнаго центра,
иначе говоря, при раздраженіи вновь возникшаго возбудимаго
участка мозговой поверхности, мы получаемъ то же самое дви-
женіе, которое вызывалось раздраженіемъ удаленнаго центра.
Но иногда появленіе новой точки входитъ въ область сосѣд-
няго центра, въ силу чего раздраженіе послѣдняго теперь
уже не даетъ только одного движенія, которое вызывалось
ранѣе, а возбуждаетъ движеніе, не только ранѣе вызы-
вавшееся, но одновременно съ нимъ еще и движеніе удален-
наго центра, иначе говоря, теперь получается движеніе съ со-
сѣдняго центра не простое, какъ прежде, а сложное, предста-
вляющее кромѣ прежняго движенія еще новое движеніе,
соотвѣтствующее движенію, которое ранѣе вызывалось раздра-
женіемъ удаленнаго центра.
Вначалѣ вновь возникшіе двигательные участки появляются
обыкновенно въ видѣ точечныхъ поверхностей, причемъ из-
рѣдка на краю свѣжей раны можно обнаружить одновременное
появленіе двухъ вновь возникшихъ возбудимыхъ точекъ. Въ
болѣе рѣдкихъ случаяхъ вновь возникшій центръ уже съ са-
маго начала обнаруживается въ видѣ небольшой площадки,
размѣры которой однако не превышаютъ размѣровъ того центра,
который былъ удаленъ.
Въ дальнѣйшее время размѣры вновь возникшихъ участ-
ковъ или остаются безъ существенныхъ измѣненій, или же ихъ
размѣры мѣняются въ ту или другую сторону. Обыкновенно

748

эти размѣры въ ближайшее время постепенно возрастаютъ до
извѣстнаго предѣла, a затѣмъ вновь сокращаются. При этомъ
распространеніе вновь возникшаго возбудимаго участка идетъ
обыкновенно въ направленіи того или другого радіуса отъ
центра удаленной области мозговой коры, рѣже распростране-
ніе его идетъ по окружности раны.
Это распространеніе вновь возникшаго возбудимаго участка
иногда достигаетъ такихъ размѣровъ, что его область сливается
съ областью сосѣдняго центра и тогда пространство между
удаленнымъ корковымъ центромъ и сосѣднимъ съ нимъ бу-
детъ занято вновь возникшимъ возбудимымъ участкомъ
Что касается степени возбудимости вновь возникшихъ воз-
будимыхъ участковъ мозговой коры, то вначалѣ она оказы-
вается значительно ниже степени возбудимости удаленнаго
центра, который онъ повторяетъ. Правда, съ теченіемъ вре-
мени эта возбудимость постепенно увеличивается, но затѣмъ
ко времени исчезанія вновь возникшаго двигательнаго участка
она постепенно убываетъ до нуля. Надо при этомъ замѣтить,
что вновь возникшій возбудимый участокъ обыкновенно отли-
чается болѣе или менѣе быстрой истощаемостью, благодаря
чему уже повторное раздраженіе этого центра приводитъ къ
временному ослаблению или исчезанію его возбудимости.
Даже разрушенія, производимыя въ двигательной области
противоположнаго полушарія, не остаются безъ вліянія на воз-
будимость вновь возникшаго двигательнаго участка, дѣйствуя
на нее угнетающимъ образомъ. Къ этому слѣдуетъ добавить,
что скрытый періодъ возбужденія новообразованныхъ участ-
ковъ вначалѣ представляется сравнительно длиннымъ, но съ
теченіемъ времени вмѣстѣ съ повышеніемъ ихъ возбудимости
замѣтно укорачивается, хотя обыкновенно не достигаетъ до
величины удаленнаго постояннаго центра.
Со временемъ при ослабленіи возбудимости новообразован-
ныхъ участковъ скрытый періодъ ихъ возбудимости вновь за-
медляется.
Что касается возбудимости пощаженныхъ поврежденіемъ
двигательныхъ центровъ, то, какъ мы видѣли, и она не остается
безъ измѣненій подъ вліяніемъ удаленія одного изъ корковыхъ
центровъ.
Какъ мы уже указали выше, при опытахъ надъ обезьянами
удаленіе того или другаго корковаго центра съ постоянствомъ
вызываетъ болѣе или менѣе рѣзкое повышеніе возбудимости по
окружности раны, которое доходитъ нерѣдко до появленія рѣзко

749

выраженной механической возбудимости мозговой коры. При
этомъ и скрытый періодъ возбужденія въ сосѣднихъ центрахъ
вмѣстѣ съ повышеніемъ возбудимости обыкновенно укорачи-
вается.
Эти явленія, развиваясь въ теченіе нѣсколькихъ часовъ или
дней, держатся обыкновенно 6—10 дней, послѣ чего возбуди-
мость корковыхъ центровъ постепенно ослабѣваетъ почти до
прежней степени. Но если производится новое удаленіе кор-
ковой поверхности, то вновь является повышеніе возбудимости
сосѣднихъ корковыхъ центровъ, сопровождаемое еще большимъ
укороченіемъ скрытаго періода, которое держится въ теченіе
извѣстнаго времени и затѣмъ вновь ослабѣваетъ.
При этомъ изслѣдованіе показываетъ, что разрушеніе дви-
гательной области мозговой коры вызываетъ повышеніе возбу-
димости какъ центровъ соотвѣтствующей стороны, такъ и цен-
тровъ противолежащей стороны.
Изъ приведенныхъ наблюденій ясно, что патологическіе
процессы съ воспалительнымъ характеромъ вызываютъ дли-
тельное состояніе повышенной возбудимости мозговой коры и
притомъ не только въ сосѣднихъ областяхъ, но даже и въ
соотвѣтствующихъ центрахъ другой стороны. Правда, со вре-
менемъ это повышеніе возбудимости ослабѣваетъ и даже пре-
кращается совершенно, но не слѣдуетъ забывать, что травма-
тическій процессъ самъ по себѣ имѣетъ свой циклъ и что съ
теченіемъ времени всякое раздраженіе въ ранѣ исчезаетъ.
Поэтому естественно, что и эффектъ, являющійся послѣд-
ствіемъ этой раны, т. е. повышеніе возбудимости корковыхъ
центровъ, должно съ теченіемъ времени прекратиться.
Совершенно иное можетъ быть въ другихъ патологическихъ
случаяхъ, когда раздраженіе поддерживается какимъ-либо по-
стояннымъ болѣзненнымъ процессомъ.
Естественно, что и повышеніе возбудимости корковыхъ цен-
тровъ въ этомъ случаѣ должно длиться въ теченіе всего вре-
мени, пока производится раздраженіе патологическимъ про-
цессомъ. Отсюда понятно, что въ случаяхъ гнѣздовыхъ процес-
совъ въ двигательной области мозговой коры или по сосѣд-
ству съ нею возбудимость корковыхъ центровъ должна пред-
ставляться болѣе или менѣе повышенною, вслѣдствіе чего уже
незначительныхъ условій (быть можетъ даже измѣненій крове-
обращенія) достаточно, чтобы въ такихъ случаяхъ развился
припадокъ падучей. Такъ какъ при этомъ повышеніе возбуди-
мости мозговой коры представляется неодинаковымъ и такъ

750

какъ оно должно быть рѣзче всего выраженнымъ въ сосѣд-
ствѣ съ патологическимъ гнѣздомъ и слабѣе на противополож-
ной сторонѣ, то мы и получаемъ въ этомъ случаѣ законосооб-
разное развитіе судорогъ, которыя ранѣе всего развиваются въ
членѣ, соотвѣтствующемъ центру сосѣднему съ патологическимъ
гнѣздомъ, послѣ чего судороги переходятъ на другіе центры
того же полушарія и большею частью лишь послѣ того, какъ
судороги охватятъ одну половину тѣла, онѣ переходятъ и
на другую сторону.
Съ другой стороны вышеприведенные опыты не оставляютъ
сомнѣнія въ томъ, что границы двигательныхъ центровъ моз-
говой коры, которые мы опредѣляемъ съ помощью фаради-
ческаго тока, не представляютъ собою чего-либо постояннаго.
Мы уже выше видѣли, что при повышеніи возбудимости
мозговой коры они болѣе или менѣе значительно расширяются,
тогда какъ при пониженіи возбудимости мозговой коры
они суживаются. Такимъ образомъ уже на основаніи этого
факта слѣдуетъ признать, что т. наз. невозбудимыя области
мозговой коры на самомъ дѣлѣ невозбудимы только при дан-
ныхъ условіяхъ, тогда какъ при другихъ они оказываются воз-
будимыми.
Очевидно такимъ образомъ, что эти области обладаютъ
какъ бы скрытою возбудимостью, которая проявляется лишь
при извѣстныхъ благопріятныхъ условіяхъ. Этимъ объясняется
и тотъ фактъ, что при повышеніи возбудимости т. наз. дви-
гательной области мозговой коры, обусловленномъ удаленіемъ
одного изъ центровъ, съ теченіемъ времени по окружности
раны съ невозбудимыхъ ранѣе областей можно возбудить
движенія члена, соотвѣтствующія удаленному центру, причемъ
послѣднія получаются до тѣхъ поръ, пока поддерживается
повышенная возбудимость мозговой коры.
Такъ какъ такіе какъ бы новообразованные центры могутъ
даже заходить въ область сосѣднихъ центровъ, то очевидно, что
промежуточныя области между отдѣльными корковыми центрами
въ двигательной области нельзя признавать бездѣятельными въ
функціональномъ отношеніи; онѣ безъ сомнѣнія также имѣютъ
извѣстное физіологическое значеніе подобно возбудимымъ точ-
камъ и такимъ образомъ т. наз. двигательную область мы
должны представлять себѣ не составленною какъ бы изъ от-
дѣльныхъ двигательныхъ центровъ, а въ видѣ одной сплош-
ной двигательной площади, въ которой лишь нѣкоторыя об-
ласти отличаются большей возбудимостью, другія же меньшей

751

возбудимостью. При этомъ въ послѣднихъ эта возбудимость
обычно при слабомъ дѣйствіи тока даже и не проявляется, а
обнаруживается лишь при повышеніи возбудимости мозговой
коры и очевидно также при болѣе сильныхъ токахъ, когда
получаются общія судороги и когда о дифференцированныхъ
движеніяхъ не можетъ быть и рѣчи.
Въ заключеніе замѣтимъ, что установленіе этихъ данныхъ,
какъ увидимъ впослѣдствіи, имѣетъ большое значеніе при вы-
ясненіи эффектовъ разрушенія такъ называемой двигательной
области, а также и при возстановленіи двигательныхъ отпра-
влена, нарушенныхъ удаленіемъ той или другой части или
даже всей двигательной области.
О соотношеніи процессовъ возбужденія и угнетенія въ
корковыхъ центрахъ.
Въ связи съ вопросомъ о возбудимости мозговой коры
разрабатывался вопросъ и о явленіяхъ физіологическаго угне-
тенія корковыхъ центровъ.
Первымъ изслѣдованіемъ, установившимъ явленія угнетенія
въ мозговой корѣ, было изслѣдованіе Бубнова и Heidenhain’a 1).
Авторы изслѣдовали различіе въ эффектахъ раздраженія
мозговой коры и подлежащаго вещества, а равно и скрытаго
раздраженія въ томъ и другомъ случаѣ, употребляя для своихъ
цѣлей наркотизированныхъ морфіемъ собакъ.
При этомъ авторы убѣдились, что при извѣстной степени
морфійнаго наркоза нѣкоторыя изъ мышцъ легко впадали въ
контрактуру, особенно тѣ изъ нихъ, корковые центры которыхъ
подвергались раздраженію. Но достаточно приложенія къ цен-
трамъ тѣхъ же мышцъ слабой силы, чтобы контрактура тот-
часъ ослабѣла.
Имѣя въ виду эти результаты, авторы пришли къ выводу,
что дѣятельность каждаго центра угнетается, если новое раз-
драженіе притекаетъ къ нему въ періодъ его возбужденія, и
наоборотъ центръ приходитъ въ дѣятельное состояніе, коль
скоро раздраженіе дѣйствуетъ въ періодъ его покоя.
Равнымъ образомъ различныя внѣшнія вліянія оказываютъ
1) Bubnoff und Heidenhain. Ueber Eregungs—und Hemmungsvorgänge inner-
halb der motorischen Hirncentra. Pflügers Arch. Bd. XXVI.

752

болѣе или менѣе рѣзкое вліяніе на возбудимость корковыхъ
центровъ.
Работа эта въ виду ея общаго интереса, особенно по отно-
шенію къ вопросу о вліяніи слабыхъ раздраженій на нервные
центры, въ свое время обратила на себя большое вниманіе,—
тѣмъ болѣе, что сообщаемые ею факты были подтверждены
и другими изслѣдователями.
Между прочимъ François Franck убѣдился, что послѣ по-
глаживанія рукой по кожѣ, покрывающей мышцы, центры ко-
торыхъ въ корѣ раздражаются, требуется уже меньшая сила
тока для проявленія одинакового эффекта; между тѣмъ какъ
болевое раздраженіе наоборотъ угнетаетъ корковую возбуди-
мость.
Вмѣстѣ съ этимъ необходимо имѣть въ виду, что возбу-
димость отдѣльныхъ центровъ коры стоить въ извѣстномъ
соотношеніи съ угнетеніемъ возбудимости другихъ корковыхъ
центровъ.
Уже ранѣе мы упоминали о наблюденіи H. Е. Введенскаго,
по которому раздраженіе корковаго центра одной стороны вы-
зываетъ пониженіе возбудимости соотвѣтствующаго центра дру-
гой стороны и повышеніе возбудимости его антагониста.
Мы говорили также объ изслѣдованіяхъ Sherington’a и
Гервера (изъ нашей лабораторіи), по которымъ раздраженіе кор-
коваго центра глазъ вызываетъ на ряду съ сокращеніемъ отво-
дящей мышцы противоположной стороны угнетеніе отводящей
мышцы своей стороны.
Далѣе мы упоминали въ своемъ мѣстѣ, что по изслѣ-
дованіямъ Н. А. Миславскаго 1) при раздраженіи корковаго центра
для экстензоровъ происходитъ разслабленіе флексоровъ. По
взгляду автора въ этомъ явленіи играетъ большую роль мы-
шечный тонусъ, который обусловливается не одними перифери-
ческими вліяніями, но и центральными. По автору необходимо
допустить, что мозгъ регулируетъ тонусъ мышцъ какъ сокра-
щающихся, такъ и покоющихся; при этомъ степень напря-
женія тонуса флексоровъ находится въ зависимости отъ силы
сокращенія экстензоровъ, какъ антагонистовъ.
Сопоставляя это наблюденіе H. А. Миславскаго съ вышепри-
веденными наблюденіями другихъ авторовъ по нашему мнѣнію
возможно придти къ выводу, что возбужденіе каждаго двига-
1) Н. А. Миславскій. къ иннерваціи произвольныхъ движеній. Каз. Общ.
невр. и псих. 8 марта 1898 г. Обозр. псих. 1898, стр. 388—389.

753

тельнаго центра въ корѣ полушарій сопровождается повыше-
ніемъ возбудимости раздражаемаго центра, пониженіемъ возбу-
димости или угнетеніемъ центра для антагонистовъ въ
томъ же полушаріи и совершенно обратными явленіями въ
аналогичныхъ центрахъ другого полушарія, т. е. пониженіемъ
возбудимости соотвѣтствующаго центра въ другомъ полушаріи
и повышеніемъ возбудимости его антагониста.
Что касается скрытаго періода возбужденія, то онъ также
не остается безъ измѣненія во всѣхъ вышеуказанныхъ слу-
чаяхъ.
На основаніи имѣющихся въ этомъ отношеніи наблюде-
ній можно признать общимъ правиломъ, что во всѣхъ тѣхъ
случаяхъ, когда возбудимость мозговой коры повышается, на-
блюдается укороченіе скрытаго періода возбужденія; наоборотъ
угнетеніе корковой возбудимости всегда сопровождается удли-
неніемъ скрытаго періода возбужденія.
Къ этому я долженъ присоединить свои наблюденія отно-
сительно измѣненія въ пространственныхъ размѣрахъ отдѣль-
ныхъ центровъ, происходящихъ вмѣстѣ съ измѣненіемъ воз-
будимости мозговой коры.
Мы уже знаемъ, что корковые двигательные центры не точ-
кообразны, а образуютъ собою раздѣленныя промежутками
небольшія площадки, которыхъ границы могутъ быть обозна-
чены болѣе или менѣе точно даже при раздраженіи токомъ
минимальной силы, способнымъ приводить въ возбужденіе кор-
ковые центры.
Эти площадки, какъ я убѣдился, каждый разъ расширяются
и границы между ними суживаются, когда поднимается воз-
будимость мозговой коры и наоборотъ при угнетеніи корко-
вой возбудимости площадки уменьшаются почти до точко-
образныхъ размѣровъ и вмѣстѣ съ тѣмъ свободныя пространства
между ними расширяются.
Топографическое обособленіе основныхъ корковыхъ
центровъ.
Переходя къ болѣе детальному разсмотрѣнію функцій моз-
говой коры по отдѣльнымъ территоріямъ, необходимо имѣть
въ виду, что сообразно пяти воспринимающимъ органамъ чувствъ
кора мозга обладаетъ пятью областями или полями, которыя соот-
вѣтственно своему предназначенію могутъ быть названы: зри-

754

тельнымъ, слуховымъ, обонятельнымъ, вкусовымъ и осяза-
тельно-мышечнымъ полемъ.
Каждая изъ этихъ областей, какъ мы уже говорили, слу-
житъ источникомъ двигательныхъ импульсовъ, возбуждаемыхъ
соотвѣтствующими воспріятіями, при чемъ эти движенія вы-
полняются частью непосредственно подъ вліяніемъ внѣшнихъ
раздраженій, благодаря двигательнымъ центрамъ съ осо-
быми центробѣжными приводами, заложенными въ тѣхъ же
территоріяхъ коры по сосѣдству съ центрами воспріятія, частью
болѣе окольнымъ путемъ, т. е. при посредствѣ болѣе сложной
психической работы и черезъ болѣе удаленные двигательные
центры.
Такимъ образомъ въ вышеуказанныхъ территоріяхъ мозго-
вой коры мы имѣемъ собственно не области только чувствен-
наго воспріятія, но въ тоже время и области движенія, иначе
говоря, мы имѣемъ здѣсь чувство-двигательныя области.
Далѣе, необходимо имѣть въ виду, что большая часть пе-
речисленныхъ областей, какъ показываетъ опытъ, не предста-
вляется въ функціональномъ отношеніи тождественными въ
своихъ отдѣльныхъ частяхъ.
Мы видѣли, что въ корѣ полушарій происходитъ прежде
всего процессы чувственныя воспріятія, возбуждающія тѣ или
другія движенія, выполняемыя подъ непосредственнымъ ихъ
контролемъ.
Эти чувственныя воспріятія, подвергаясь въ корѣ дальнѣй-
шей переработкѣ, благодаря ихъ сочетанію съ двигательными
импульсами, оставляютъ по себѣ предметные отпечатки или
образы, именуемые въ субъективной психологіи представле-
ніями.
Для того, чтобы образовались предметные отпечатки въ корѣ,
недостаточно одного вліянія на органъ зрѣнія, слуха, осязанія, вку-
са и обонянія соотвѣтствующихъ раздраженій, приводящихъ къ
воспріятію, но нужно, чтобы предметы, производящіе эти раздра-
женія, были осмотрѣны, ощупаны, вкушены и обнюханы а если
они издаютъ звукъ, то нужно, чтобы этотъ звукъ былъ выслу-
шанъ. Всѣ эти акты осмотра, вкушенія, ощупыванія, обню-
хиванія и выслушиванія требуютъ, какъ извѣстно, соотвѣт-
ствующихъ движеній, строго соразмѣренныхъ и коорди-
нированныхъ съ соотвѣтствующими раздраженіями, въ резуль-
татѣ чего и откладываются въ корѣ предметные отпечатки.
Опытъ говоритъ въ пользу того, что области чувственнаго
воспріятія и области возникновенія и храненія переработанныхъ

755

продуктовъ воспріятія путемъ сочетанія ихъ съ двигательными
импульсами въ видѣ предметныхъ отпечатковъ занимаютъ
отдѣльныя территоріи въ предѣлахъ зрительнаго, осязатель-
наго, слухового и обонятельнаго поля мозговой коры.
Что касается вкусового органа, то созданіе предметныхъ
отпечатковъ, по самому характеру этого органа достигается не
сочетаніемъ одного лишъ вкусоваго воспріятія съ двигательными
импульсами, a совмѣстнымъ сочетаніемъ соотвѣтствующаго ему
осязательно-мышечнаго воспріятія съ двигательными импуль-
сами, вслѣдствіе чего территорія для храненія вкусовыхъ пред-
метныхъ отпечатковъ, повидимому должна совпадать съ областью
храненія осязательно-мышечныхъ отпечатковъ для языка и губъ.
Тѣ области мозговой коры, которыя не заняты вышеуказан-
ными полями, предназначены для болѣе сложныхъ психиче-
скихъ процессовъ, состоящихъ въ сочетаніи предметныхъ
отпечатковъ между собою, для образованія болѣе общихъ отпе-
чатковъ и для установленія соотношеній этихъ послѣднихъ съ
чувственными отпечатками и двигательными импульсами, возни-
кающими въ соотвѣтствующихъ корковыхъ центрахъ.
Методы изслѣдованія.
Обращаясь къ детальному изученію центровъ мозговой коры,
необходимо имѣть въ виду, что основными методами при
этомъ изученіи являются, какъ и во всѣхъ другихъ случаяхъ,
1) методъ выпаденія и 2) методъ раздраженія.
Первый методъ долженъ быть признанъ основнымъ, такъ
какъ не можетъ подлежать сомнѣнію, что доказательство суще-
ствованія того или другого центра получаетъ прочное осно-
ваніе лишь въ томъ случаѣ, если будетъ доказано, что уда-
лете данной области приводитъ къ уничтожению извѣстной
функціи. Тѣмъ не менѣе при отсутствіи этого условія не исклю-
чена возможность существованія центра въ истинномъ смыслѣ
этого слова. Дѣло въ томъ, что методъ удаленія, не смотря на
свою особую важность, не всегда можетъ быть признанъ доста-
точнымъ для доказательства существованія тѣхъ иди другихъ
центровъ на томъ основаніи, что имѣются центры, удаленіе ко-
торыхъ болѣе или менѣе легко компенсируется дѣятельностью
центровъ противоположнаго полушарія или даже подкорко-
выхъ центровъ того же полушарія.

756

Въ первомъ случаѣ для полученія эффекта мы еще
можемъ производить одновременное удаленіе симметричныхъ
частей мозговыхъ полушарій. Но во второмъ случаѣ изслѣдо-
ваніе выпавшихъ центровъ наталкивается уже на большія
затрудненія.
Въ такомъ случаѣ оказываетъ особыя услуги методъ раз-
драженія, который, приводя въ возбужденіе дѣятельность инте-
ресующаго насъ центра, обнаруживаетъ его существованіе въ
нѣкоторыхъ случаяхъ даже съ большею очевидностью, нежели
методъ удаленія. Съ другой стороны въ отдѣльныхъ случаяхъ,
напр. хотя бы въ отношеніи т. наз. двигательныхъ центровъ,
методъ раздраженія, конечно при условіи, если раздраженіе
производится съ помощью электрическаго тока, даетъ иногда
возможность рельефнѣе выдѣлить другъ отъ друга болѣе
тѣсно расположенные и строго дифференцированные центры.
Изъ вышеизложеннаго ясно, что оба метода при изслѣдо-
ваніи центровъ коры служатъ одинъ дополненіемъ другого и
что по возможности вездѣ и всюду желательно пользоваться
обоими методами изслѣдованія.
Литературныя указанія относительно локализаціи центровъ
кожной и мышечной чувствительности.
Вопросъ о локализаціи корковыхъ центровъ для кожной и мы-
шечной чувствительности до послѣдняго времени представляется
еще далеко невыясненнымъ, такъ какъ имѣющіяся въ этомъ отно-
шеніи литературныя указанія отличаются большими противо-
рѣчіями.
Ferner, руководясь своими опытами, пришелъ къ выводу,
что разрушеніе Аммоніева рога и gyri hypocampi всегда влечетъ
за собою кожную анэстезію противоположной стороны, откуда
авторъ сдѣлалъ заключеніе, что въ gyr. hypocampi и въ cornu
Ammonis содержатся центры для тактильной или осязательной
и мышечной чувствительности. Хотя эти опыты въ свое время
встрѣтили рѣзкую критику со стороны H. Munk’a, но послѣ
ряда опытовъ, сдѣланныхъ совмѣстно съ Jeo, Ferrier и впо-
слѣдствіи поддерживалъ свой первоначальный взглядъ о лока-
лизаціи кожно-мышечной чувствительности.
Его поздѣйшіе опыты, какъ и первые, производились съ
помощью термокаутера, проводимаго авторомъ чрезъ задніе
отдѣлы полушарій.

757

При этомъ оказалось, что полное разрушеніе gyri hypocamp
и с. Ammonis приводитъ къ полной осязательной и мышечной
анэстезіи, тогда какъ разрушеніе коры одной g. hypocampi при-
водитъ къ неполной и преходящей анэстезіи; разрушеніе же
fasciae dentatae приводитъ къ временной гиперэстезіи, а разру-
шеніе одного с. Ammonis вызываетъ замѣтную анэстезію 1).
Но и эти опыты, какъ и первые, подверглись не менѣе рѣзкой
критикѣ съ стороны H. Munk’a.
Позднѣйшіе опыты Horsley и Schäfer’a 2), произведенные съ
цѣлью провѣрки вышеуказанныхъ заявленій Ferrier’a, не дали
положительныхъ результатовъ въ отношеніи разстройствъ чув-
ствительности у оперированныхъ животныхъ съ разрушеніемъ
gyr. hypocampi и с. Ammonis. По взгляду Ferrier’a эти отрицатель-
ные результаты должны быть объяснены неполнымъ разру-
шеніемъ g. hypocampi, въ виду чего вышеуказанные авторы
произвели новый рядъ опытовъ. При этомъ авторы получили
изъ 8 опытовъ въ одномъ пониженіе тактильной чувствитель-
ности, въ двухъ другихъ пониженіе тактильной и болевой.
Современемъ эти измѣненія чувствительности постепенно вы-
равнивались.
Такимъ образомъ авторы убѣдились, что, хотя у опериро-
ванныхъ вышеуказаннымъ образомъ обезьянъ и обнаруживается
геміанэстезія, но она наблюдается не съ постоянствомъ и пред-
ставляется въ общемъ неполною и непродолжительною. Съ
другой стороны они нашли, что, если удалить часть gyri forni-
cati, представляющей собою анатомическое продолженіе gyri
hypocampi и составляющей вмѣстѣ съ нею lob. limbicum Brocka,
то анэстезія представляется и болѣе выраженной, и болѣе стой-
кой. Вообще авторы убѣдились въ томъ, что gyr. fornicatus въ
отношеніи чувствительности играетъ болѣе значительную роль,
нежели gyr. hypocampus.
Такимъ образомъ, они расширили результаты опытовъ Ferrier’a,
въ томъ отношеніи, что признали за всей lobus limbicus отно-
шеніе къ осязательной и болевой чувствительности.
Ferrier впослѣдствіи присоединился къ этому взгляду. Онъ
призналъ, что существуетъ ассоціаціонная связь между gyr. forni-
cato и двигательными областями коры, признаваемыми другими
авторами за чувствительныя области; возстановленіе же чув-
1) Въ пользу такого же взгляда Ferrier высказался и въ изданномъ имъ
сочиненіи „о функціяхъ мозга“.
2) Horsley and Schäfer. A records of experiments upon the fonctions of the
cerebral cortex. Philosoph. transactions V. 179. 1888.

758

ствительности съ теченіемъ времени по его мнѣнію можетъ
объясняться двусторонней иннерваціей чувствительности и
компенсаторной функціей gyri fornicati другого полуршарія.
Изслѣдованія Luciani, опубликованныя еще въ 1884 г. 1), не
подтверждаютъ взгляда Ferrier’a въ отношеніи вліянія cornu
Ammonis и gyri hypocampi на кожную и мышечную чувстви-
тельность.
На основаніи своихъ опытовъ Luciani признаетъ, что Аммоніевъ
рогъ является не центромъ кожной и мышечной чувствитель-
ности, а центральнымъ пунктомъ обширной обонятельной сферы,
занимающей значительную часть височной и теменной доли.
Кромѣ того авторъ признаетъ, что Аммоніевъ рогъ имѣетъ
также извѣстное отношеніе къ функціи слуха и зрѣнія.
Въ ближайшемъ сосѣдствѣ съ центромъ обонянія по Luciani
располагается и центръ вкуса, занимающій будто-бы четвертую
наружную височную извилину и часть gyri hypocampi.
Нѣсколько позднѣе вышеуказанной работы Luciani появи-
лась работа изъ той же лабораторіи Fasola 2). Авторъ удалялъ
у собакъ сначала одинъ Аммоніевъ рогъ, a затѣмъ и другой.
При этомъ также отмѣчается отношеніе Аммоніева рога къ
функціи обонянія, зрѣнія и слуха; взглядъ же Ferrier’a на от-
ношеніе Аммоніева рога къ кожной и мышечной чувствитель-
ности авторъ совершенно отвергаетъ.
Съ другой стороны уже многіе авторы обращали и обра-
щаютъ вниманіе на то обстоятельство, что разрушеніе такъ
называемой области сигмовидной извилины у собакъ и цен-
тральныхъ извилинъ у обезьянъ на ряду съ двигательными
разстройствами приводитъ къ нарушенію кожной и мышеч-
ной чувствительности, благодаря чему и двигательныя раз-
стройства, обусловливаемыя нарушеніемъ этой области, стави-
лись этими авторами въ прямую зависимость отъ измѣненія
чувствительной сферы. Такимъ образомъ напр. Schiff 3), под-
мѣтивъ впервые у животныхъ съ удаленіемъ сигмовидной
извилины нарушеніе осязанія въ пораженныхъ конечностяхъ,
1) Luciani. On the sensorial localisation in the cortex cerebri. Brain.
Juli. 1884. Part. XXYI.
2) G. Fasola. Sulla Fisiologia del grande Hipocampo. Rivista sperim. di
Freniatria. Anno XI. 1885, стр. 434—475.
3) Schiff. Arch. f. exper. Pathologie. Bd. 3. 1885. Schiff. Lezione sull’ence-
falo. Florence. 1873.
— Recueil des memoires physiologiques de M. Schiff. Lausanne. 1876.
3 vol.

759

объяснялъ ими двигательныя разстройства послѣднихъ. Въ
послѣдствіи въ работѣ „о возбудимости спинного мозга“
Schift выяснилъ однако, что онъ не признаетъ въ корѣ и ося-
зательныхъ центровъ, а допускаетъ лишь, что осязательные про-
водники, расположенные близко подъ корой мозга, при удале-
ніи сигмовидной извилины подвергаются поврежденію, откуда
и происходить нарушеніе осязанія 1).
Но особенно ревностнымъ защитникомъ взгляда о происхож-
деніи двигательныхъ разстройствъ при разрушеніи сигмовид-
ной извилины подъ вліяніемъ нарушеній чувствительной сферы
является Н. Munk 2). По его изслѣдованіямъ та область, въ ко-
торой признается многими существованіе особыхъ двигатель-
ныхъ центровъ, представляетъ собою въ дѣйствительности
рядъ чувствительныхъ центровъ для противоположной поло-
вины тѣла. При этомъ явленія, которыя служатъ въ этомъ
случаѣ причиной двигательныхъ разстройствъ, суть сложной
природы и заключаются по автору въ утратѣ представленій при-
косновенія и давленія, иначе говоря, всѣхъ осязательныхъ пред-
ставленій, а также представленій о положеніи членовъ въ простран-
ствѣ. Вслѣдствіе этого, у животныхъ по мнѣнію H. Munk’a про-
исходитъ также и утрата такъ называемыхъ двигательныхъ
представленій.
Такъ какъ въ основѣ этихъ представленій лежать по его мнѣ-
нію простыя кожныя и мышечныя ощущенія (чувство прикоснове-
нія и давленія, чувство извѣстнаго напряженія и мышечнаго сок-
ращенія), къ которымъ присоединяются еще по объясненію автора
возникающія въ самыхъ центрахъ иннерваціонныя чувства, то
прямымъ слѣдствіемъ разрушенія такъ называемой двигатель-
ной области мозговой коры должны быть разстройства движе-
нія, въ основѣ которыхъ лежитъ прежде всего нарушеніе чув-
ствительности и, какъ прямое ихъ слѣдствіе, утрата соотвѣт-
ствующихъ двигательныхъ представленій.
На основаніи вышеуказанныхъ соображеній H. Munk отрицаетъ
существованіе двигательныхъ центровъ и разсматриваетъ всю
наружную поверхность полушарія, исключая затылочной и ви-
сочной доли, занятыхъ центрами зрѣнія и слуха, какъ обшир-
1) Аналогичные взгляды высказаны и въ диссертаціи Schopen’a:
Ueber die Bedeutung des sogen. motorische Sphäre d. Grosshirns. Inanug. Diss.
Bern. 1886.
2) H. Munk. Ueber die Functionen der Grosshirnrinde. Ges. Mitth. a den
Iahren 1877—1880. Beriin. 1880.

760

ную чувствующую поверхность, которую онъ дѣлитъ на слѣдую-
щія области:
1) глазную, расположенную у обезьянъ впереди затылочной
доли на gyr. angylaris, у собакъ въ теменной области трехъ
первичныхъ извилинъ;
2) ушную область, помѣщающуюся у обезьянъ по сосѣд-
ству съ верхнимъ краемъ сильвіевой борозды;
3) область заднихъ конечностей, располагающуюся у обезьянъ
вдоль внутренней борозды, начиная отъ затылочной доли до
лобной доли; у собакъ тотчасъ позади sulc. cruciati;
4) область переднихъ конечностей, занимающую у обезьянъ
значительную часть обѣихъ центральныхъ извилинъ; у собакъ
весь наружный отдѣлъ gyri sigmoidei;
5) головную область, занимающую у обезьянъ нижнюю часть
обѣихъ центральныхъ извилинъ; у собакъ передніе отдѣлы
второй, третьей и четвертой извилинъ (кнаружи отъ gyr. sig-
moidei);
6) затылочную область, расположенную у обезьянъ въ не-
большой области, лежащей при заднемъ отдѣлѣ второй и
третьей лобныхъ извилинъ; у собакъ тотчасъ впереди sulci
cruciati;
7) область туловища, помѣщаюшуюся какъ у обезьянъ, такъ
и у собакъ въ передней части лобной доли.
Что касается двигательныхъ явленій, наблюдаемыхъ при
раздраженіи т. наз. двигательной сферы, то по Munk’y они являются
результатомъ возбужденія умственныхъ образовъ или предста-
вленіе общей чувствительности.
Изъ вышеизложеннаго нетрудно видѣть, что взгляды H. Munk’a
на роль такъ называемой двигательной области мозговой коры
въ значительной мѣрѣ обособляются отъ взглядовъ другихъ
авторовъ. Между прочимъ мнѣніе H Munk’a о содержаніи чув-
ствующихъ центровъ въ предлобной области мозга опроверга-
лось цѣлымъ рядомъ послѣдующихъ авторовъ.
Кромѣ H. Munk’a также и нѣкоторые другіе авторы высказы-
ваются въ пользу чувствительной функціи двигательной области
мозговой коры.
Надо однако замѣтить, что по взгляду итальянскихъ авто-
ровъ 1) отдѣльные центры чувство-двигательной сферы такъ
1) Luciani und Tamburini. Sui centri psychosensori corticali 1879. Riceerce.
sperim. sulle funzioni del cervello. Riv. sperim. di freniatria. 1878—1879. IV—V.
— Luciani Seppilli. Localisazione funzionali dele cervello. Napoli. 1855.
— Die Functionslocalisation auf der Grosshirnrinde. Ubers, v. Freankel. 1886.

761

тѣсно связаны между собою, переходя другъ въ друга, что
невозможно ихъ отдѣлить опредѣленными линіями, какъ это
происходить при вырѣзываніи и удаленіи отдѣльныхъ частей
мозговой коры.
Въ общемъ же чувство-двигательная область по Luciani
обнимаетъ собою переднюю область мозга, протягиваясь отъ
вершины лобной доли до передней части глазной области
Н. Munk’a.
Окружность центральной области также остается не безъ
значенія въ отношеніи двигательной функціи, такъ какъ при
разрушеніи ея все же вызываются двигательныя разстройства,
хотя и менѣе выраженныя и въ то же время болѣе кратковре-
менныя.
Такъ какъ Sepilli и Luciani наблюдали у животныхъ съ раз-
драженіемъ коры чувство-двигательной области разстройства
кожной чувствительности, въ силу чего и разстройства дви-
женія ставились ими подобно H. Munk’y въ зависимость отъ со-
отвѣтствующихъ измѣненій чувствительности 1).
Далѣе Fritsch и Hitzig 2), доказавшіе впервые, что съ опре-
дѣленныхъ областей мозговой коры можно получить движенія
электрическимъ токомъ, называли эти центры, какъ извѣстно
психомоторными. Этимъ обозначеніемъ впрочемъ ничего еще
не предрѣшалось относительно природы этихъ центровъ и позд-
нѣйшіе авторы высказывали по этому предмету самые различ-
ные взгляды; нѣкоторые же изъ нихъ, какъ Goltz и Brown-Séquard,
какъ мы видѣли, даже совершенно отрицали самое существо-
ваніе центровъ, открытыхъ Fritsch’емъ и Hitzig’омъ.
Съ другой стороны Nothnagel наблюдалъ у животныхъ съ
разрушеніемъ двигательной области разстройство мышечнаго
чувства, которое впервые было отмѣчено у оперированныхъ
животныхъ еще Goltz’емъ.
Этимъ нарушеніемъ мышечнаго чувства послѣдній авторъ объ-
яснялъ наблюдаемыя у оперированныхъ животныхъ разстройства
движенія, являющіяся по его мнѣнію какъ прямыя послѣдствія
нарушенія мышечнаго чувства. Точно также Bastian 3) разсма-
тривалъ двигательные центры коры, какъ центры мышечнаго
чувства.
1) Nothnagel. Exp. Untersuch. über die Funcionen des Gehirns. Virch. Arch.
Bd. LVII и LVIII.
2) Fritsch и Hitzig. Uber die electrishe Erregbarkeit des Grosshirns.
Reichert und Du-Bois Reymond’s Arch. 1870
3) Bastian. The muscular sense, 1887.

762

Затѣмъ Hitzig въ одной изъ своихъ работъ высказывается от-
носительно оперированныхъ имъ собакъ слѣдующимъ образомъ:
„Они имѣли очевидно недостаточно ясное сознаніе о положе-
ніяхъ даннаго члена; способность образовать точныя предста-
вленія объ этомъ была у нихъ утрачена“.
Въ позднѣйшее время Hitzig не отрѣшаясь отъ своихъ
прежнихъ взглядовъ, высказывается однако о происхожденіи
двигательныхъ разстройствъ при разрушеніи мозговой коры
нѣсколько общѣе, признавая ихъ выраженіемъ нарушенія дѣя-
тельности представленій.
Далѣе, въ одномъ изъ своихъ послѣднихъ трудовъ Hitzig
говоритъ, что чувствительныя функціи послѣ поврежденія
двигательной области, смотря по величинѣ поврежденія, испы-
тываютъ болѣе или менѣе тяжелое нарушеніе. Очевидно, что
эти области служатъ для образованія чувствительныхъ пред-
ставленій, но невѣроятно, чтобы они представляли собою един-
ственныя области, которыя служатъ для этой цѣли.
По взгляду Hitzig’a въ подкорковыхъ, именно, въ спинныхъ
и мозжечковыхъ центрахъ и можетъ быть также въ центрахъ
средняго мозга происходитъ постепенное сочетаніе и выработка
движеній и соотвѣтствующихъ имъ ощущеній, конечный ре-
зультатъ которыхъ состоитъ въ выработкѣ двигательныхъ пред-
ставленій низшаго порядка, которыя чрезъ посредство соотвѣт-
ствующихъ областей апперципируются сознаніемъ, какъ двига-
тельныя представленія.
Равнымъ образомъ и другія воспринимаемыя органами
чувствъ движенія сочетаются и вырабатываются въ подкорко-
выхъ областяхъ и затѣмъ лишь они становятся въ корѣ пред-
метомъ воспріятія, при чемъ сознаніе не въ состояніи ана-
лизировать подготовительные процессы.
Такимъ образомъ отъ воззрѣній H. Munk’a Hitzig обособляется
тѣмъ, что онъ не признаетъ подобно послѣднему чувственную
сферу въ корѣ, а признаетъ лишь сферу представленій или
сознательную сферу; слѣдовательно, въ корѣ онъ локализи-
руетъ не ощущенія и представленія, какъ H. Munk, а только чув-
ственныя представленія (Gefühlsvorstellungen), какъ и всѣ вообще
другія представленія, признавая сферу ощущеній исключитель-
ной привилегіей дѣятельности низшихъ подкорковыхъ цен-
тровъ.
l) Hitzig. Untersuch, über das Gehirn, стр. 60. 1874.

763

Въ другой своей работѣ Hitzig 1) замѣчаетъ, что отношеніе
между чувствительными и двигательными процессами въ такъ
называемой двигательной области еще несовершенно ясно. Но
онъ высказывается какъ противъ исключительно двигательной
теоріи Ferrier’a, такъ и противъ исключительно чувствительной
теоріи Munk’a.
По его взгляду при удаленіи т. наз. двигательной области
различныя представленія животнаго, совокупность которыхъ
обозначается его волей, не въ состояніи болѣе управлять необ-
ходимыми движеніями.
Изъ другихъ авторовъ Tripier 2) является сторонникомъ чув-
ство-двигательной теоріи. По его опытамъ удаленіе gyr. sigmoidie
у собакъ производитъ разстройства движенія и общей чувстви-
тельности, которыя существуютъ вмѣстѣ, но разстройства. дви-
женія не являются послѣдствіемъ разстройствъ чувствитель-
ности, а совершенно независимы отъ послѣднихъ.
Съ другой стороны А. Муратовъ 3) по отношенію къ функціи
двигательной области мозговой коры держится взгляда Munk’a
и Wernicke, разсматривая ее, какъ центръ двигательныхъ пред-
ставленій; разстройство же мышечнаго чувства по его взгляду
зависитъ будто бы отъ выпаденія и перерожденія сочетатель-
ныхъ проводниковъ мозговой коры.
Далѣе заслуживаютъ вниманія результаты опытовъ англій-
скихъ авторовъ, особенно Schäffer’a и Horsley’я4), которые у обезь-
янъ при разрушеніи центральныхъ извилинъ находили вмѣстѣ
съ разстройствами движенія также и резстройства чувствитель-
ности. Подобныя же наблюденія были сдѣланы и Mott’омъ 5).
Въ согласіи съ вышеприведенными наблюденіями нѣкоторые
авторы признавали, что и разстройства движенія при пораже-
ніи двигательной области мозговой коры являются результа-
томъ разстройства чувствительной сферы, иначе говоря, разстрой-
ства эти являются разстройствами атактическаго характера,
вполнѣ аналогичными разстройствамъ движенія при пораженіи
заднихъ столбовъ спинного мозга.
Мнѣніе это находило себѣ поддержку также въ томъ обстоя-
1) Hitzig. Hughlings Jackson und die motorische Rindencentren. Hirsch-
wald. Berlin. 1901.
2) Tripier. Congrès intern. de médicine. Genève, 1877.—Recherches cliniques
et expérim. sur l’anesthesie etc. Revue mens. de méd. et de chir. 1880. № 1 и 2.
3) A. Муратовъ. Обозр. псих. 1897, стр. 482.
4) Horsley. Ninetcenth. centuri. 1891.
5) Mott. British med. Journ. 1893, стр. 685.

764

тельствѣ, что и по анатомическимъ изслѣдованіямъ можетъ
быть установлена связь ядеръ заднихъ столбовъ при посредствѣ
петли и ея центральныхъ продолженій съ корой теменныхъ
центральныхъ извилинъ.
Въ связи съ этимъ нельзя не отмѣтить здѣсь интересныхъ
указаній Bickel’я 1), по которому компенсація чувственной
атаксіи, обусловленной у собакъ перерѣзкой заднихъ кореш-
ковъ, происходитъ не только при посредствѣ ушного лаби-
ринта, какъ онъ показалъ раньше, но и при участіи т. наз.
двигательной сферы мозговой коры. Если эта область будетъ
удалена у собакъ съ перерѣзкой заднихъ корешковъ, у кото-
рыхъ уже наступила компенсація движенія, то вслѣдъ за
псевдо-параплегической стадіей выступаетъ чувственная атаксія
въ прежней степени, которая позднѣе компенсируется
уже въ меньшей степени, нежели прежде. При устраненіи
зрѣнія у животныхъ еще болѣе усиливается атаксія, обу-
словленная перерѣзкой корешковъ и удаленіемъ коры. При
частичномъ же удаленіи коры атаксія бывала слабѣе и ком-
пенсація была совершеннѣе. Если удаленіе коры произведено
раньше перерѣзки корешковъ, то компенсация бываетъ менѣе
полною.
Тѣмъ не менѣе противъ уподобленія разстройствъ движенія
при пораженіи сигмовидной resp. центральныхъ извилинъ мозго-
вой коры атактическимъ разстройствамъ говоритъ несомнѣнно
параличный характеръ этихъ разстройствъ, наблюдаемый при
пораженіи двигательной области у болѣе высшихъ животныхъ,
какъ напр. у обезьянъ и еще въ большей мѣрѣ у человѣка.
Съ другой стороны и результаты изслѣдованій авторовъ
относительно разстройства чувствительности при удаленіи сигмо-
видной resp. центральныхъ извилинъ мозговой коры не отличаются
желательнымъ согласіемъ, такъ какъ нѣкоторые изъ авторовъ,
какъ напр. Ferrier, Schäfer, Bianchi и др., не находили вовсе пораже-
ній чувствительности при разрушеніи двигательныхъ центровъ и
стоятъ поэтому съ рѣшительностью на томъ, что сигмовидная
и центральная извилины содержатъ двигательные, а не чув-
ствительные центры.
Ferrier совершенно отрицаетъ существованіе чувствительныхъ
разстройствъ у обезьянъ съ разрушеніемъ центральныхъ изви-
линъ мозговой коры; по его наблюденіямъ даже при значитель-
1) Bickel. Exper. Unters. über die Compensation d. sensor. Ataxie. D. Med.
Woch. № 12, 1901.

765

номъ разрушеніи коры въ упомянутой области у обезьянъ не
обнаруживается разстройствъ чувствительной сферы, не смотря
на то, что параличъ движеній въ опытахъ Ferrier’a у обезьянъ
былъ выраженъ въ чрезвычайно рѣзкой степени. Напротивъ
того этотъ авторъ находилъ, какъ мы видѣли, ослабленіе или
прекращеніе чувствительности на противоположной сторонѣ
при разрушеніи g. hypocampi вмѣстѣ съ Аммоніевымъ рогомъ.
Точно также Е. A. Schäfer 1) на основаніи опытовъ оспариваетъ
ученіе Munk’a о чувственной сферѣ. Послѣ полнаго удаленія
корковой двигательной области онъ не наблюдалъ никакихъ
разстройствъ чувствительности у животныхъ. Чувствительныя
же разстройства у людей съ пораженіемъ двигательной области
онъ объясняетъ вазомоторными измѣненіями.
Также и по Bianchi удаленіе двигательной области не при-
водитъ ни къ какимъ разстройствамъ чувствительности. По
его опытамъ двигательная область протягивается на 1 стм. кзади
отъ границы gyr. sygmoidei. Но при этомъ нѣтъ исключитель-
наго отношенія опредѣленныхъ отдѣловъ этой области къ тому
или другому органу движенія. Напротивъ того центральные
элементы для иннерваціи опредѣленнаго двигательнаго органа
заложены во всей двигательной области и только въ немногихъ
ея пунктахъ они заложены много гуще, благодаря чему въ
этихъ пунктахъ именно и обнаруживается возбудимая часть
даннаго органа. Но мышцы, приходящія при этомъ въ сокра-
щеніе, представлены не только въ этой, но и въ другихъ
частяхъ двигательной области. Этимъ даны благопріятныя для
компенсанціи условія при частичныхъ разрушеніяхъ дви-
гатальной области. Поэтому только обширныя разрушенія дви-
гательной области приводятъ къ длительнымъ двигательнымъ
разстройствамъ.
François Franck 2) разсматриваетъ двигательные центры, какъ
мѣста произвольной иннерваціи, которыя посылаютъ двигатель-
ный импульсъ къ дѣйствительнымъ центрамъ, образованнымъ
нервными клѣтками продолговатаго и спинного мозга.
Нѣкоторыя изъ авторовъ пытались извѣстнымъ образомъ
согласовать существующія разнорѣчія относительно локали-
заціи чувствительныхъ центровъ къ мозговой корѣ. Къ такимъ
1) Schäfer. On the alleged sensory functions of the motor cortex cerebri.
Journ. of phys. XXII. № 4. 1898.
2) François Franck. Systeme nerveux (physiologie). Dict. encyclop. 2 série
XII. 577.

766

примирительнымъ взглядамъ относятся между прочимъ воз-
зрѣнія Horsley’я 1).
По этому автору, чѣмъ ниже мы спускаемся въ живот-
номъ царствѣ, тѣмъ тѣснѣе связь между чувствительными и
двигательными отправленіями. У мясоядныхъ напр. чувстви-
тельность всегда развивается въ тѣсной связи съ развитіемъ
двигательной сферы. Но иначе дѣло обстоитъ у обезьянъ, у кото-
рыхъ можно констатировать только существованіе слабыхъ нару-
шеній осязательной и мышечной чувствительности вслѣдъ за
удаленіемъ коры въ двигательныхъ областяхъ. Руководясь кли-
ническими случаями съ раздраженіемъ двигательныхъ центровъ,
при которыхъ съ постоянствомъ наблюдалась чувствительная аура
въ той части тѣла, которому соотвѣтствуетъ раздражаемый
центръ и съ другой стороны оперативными случаями съ уда-
леніемъ отдѣльныхъ центровъ двигательной области, — слу-
чаями, въ которыхъ наблюдалось онѣмѣніе и другія чувстви-
тельныя разстройства въ соотвѣтствующей части тѣла, авторъ
признаетъ, что въ то время, какъ главный центръ воспріятія
чувствительныхъ впечатлѣній содержится въ g. fornicatus, въ
двигательной области мы имѣемъ ту часть коры, въ которой
представлены сегментарныя чувствительныя впечатлѣнія со
включеніемъ мышечнаго чувства и въ которой возникаютъ также
произвольныя движенія.
О своихъ опытахъ, доказывающихъ отношеніе теменныхъ
областей къ воспріятію кожныхъ впечатлѣній и мышечнаго
сознанія 2), относящихся еще къ началу 80-хъ годовъ, я здѣсь
не буду распространяться, такъ какъ все необходимое въ этомъ
отношеніи будетъ сказано ниже. Достаточно здѣсь упомянуть,
что отношеніе теменныхъ долей къ чувствительному воспрія-
тію послѣ нашихъ изслѣдованій получило поддержку также со
стороны многихъ позднѣйшихъ авторовъ.
Между прочимъ и собаки Goltz’a съ глубокимъ симметрич-
нымъ удаленіемъ заднихъ долей не обнаруживали реакціи на
кожныя раздраженія, но онъ объяснялъ это наблюденіе не
нарушеніемъ кожной чувствительности, a слабоуміемъ, хотя
эти же собаки могли подавать лапу по требованию хозяина,
что говоритъ по крайней мѣрѣ противъ рѣзкихъ явленій ослаб-
ленія умственныхъ способностей у оперированныхъ животныхъ.
1) Horsley. Deutsche Med. Woch. № 38. 1883.
2) См. мою работу. О локализаціи кожныхъ (осязательныхъ и болевыхъ)
ощущеній и мышечнаго сознанія на поверхности мозговыхъ полушарій
Врачъ № 30. 1883 г. Neur. Centr. за тотъ же годъ.

767

Въ заключеніе нашего обзора замѣтимъ, что нѣкоторые
авторы вовсе не признаютъ въ корѣ мозга ни центровъ чув-
ствительности, ни центровъ движенія; явленія же, наблюдае-
мыя при разрушеніи сигмовидной и центральныхъ извилинъ,
они объясняютъ или значительнымъ слабоуміемъ животныхъ,
являющимся слѣдствіемъ мозговой операціи, или же явленіями
задержки, дѣйствующей со стороны мозговой коры на подкор-
ковыя области, или иными побочными причинами.
Къ такимъ авторамъ принадлежитъ между прочимъ Goltz и
Loeb. Взгляды Goltz’a были уже достаточно выяснены въ дру-
гомъ мѣстѣ. Что же касается воззрѣній Loeb’a, то о нихъ необ-
ходимо сказать здѣсь нѣсколько словъ. По Loeb’y разстройство
движенія конечностей послѣ удаленія сигмовидной извилины
объясняется не потерей мышечнаго чувства, a ослабленіемъ
разгибателей (и отчасти другихъ мышцъ) передней конечности,
а также измѣненіемъ кожной чувствительности. По автору
животное какъ бы получаетъ ненормальную привычку дер-
жать больную ногу вытянутою. При этомъ онъ сравниваетъ
состояніе собаки съ гемиплегическою контрактурою у человѣка.
Противорѣчія, въ которыя впадаетъ при этомъ Loeb, хорошо
изображены Hitzig’oмъ въ его послѣднемъ трудѣ на стр. 331 и
332 въ Arch. f. Psych. Bd. 35 Hft 2. Въ концѣ концовъ сравненіе
разстройствъ движенія съ гемиплегическою контрактурою
заставляетъ признать, что, несмотря на особенные взгляды
этого автора на функцію мозговой коры, явленія, отмѣчаемыя
имъ у животныхъ, должны быть подведены подъ категорію
параличныхъ, такъ какъ гемиплегическія контрактуры всегда
объяснялись параличными разстройствами.
Нельзя не видѣть также въ выводахъ автора существен-
наго отличія отъ взглядовъ Goltz’a, придававшаго большое
значеніе въ происхожденіи двигательныхъ разстройствъ при
разрушеніи коры явленіямъ задержки. Эта теорія задержки
получила извѣстное подкрѣпленіе въ позднѣйшее время со
стороны Hitzig’a, который впрочемъ существеннымъ образомъ
ограничиваетъ роль задержки при разрушеніяхъ двигатель-
ной области.
По Hitzig’y 1), задержка при разрушеніяхъ двигатель-
ной области очевидно играетъ роль лишь въ такой мѣрѣ, что
благодаря ей, временно угнетаются въ своей функціи прямо
неповрежденныя чувствительныя подкорковыя образованія.
1) Hitzig, Arch. f. Psych. Bd. 35, Hft. 2, стр. 390.

768

Точно также и другія окончанія центростремительныхъ воло-
конъ по крайней мѣрѣ зрительнаго нерва временно угнета-
ются въ своей функціи этими поврежденіями. Но усло-
вія такого отдаленнаго вліянія и значеніе его въ раз-
витіи черепныхъ явленій должны быть еще установлены
новыми опытами.
Съ другой стороны Hitzig указалъ на тотъ фактъ,
что при смѣщеніи пораженной конечности за край стола
оперированная собака позволяетъ ей оставаться въ та-
комъ смѣщенномъ положеніи довольно долгое время, что
ставилось въ связь съ утратой мышечнаго чувства. Точно также,
если собаку поставить на столъ съ откидной доской такимъ
образомъ, что пораженныя конечности придутся на откидную
доску, то при быстромъ опусканіи послѣдней животное не
убираетъ своей конечности, оставшейся смѣщенною.
Далѣе замѣчено, что собака ступаетъ пораженною конеч-
ностью въ пустоту, натыкается на препятствія и вяло ее опу-
скаетъ при взвѣшенномъ положеніи. Въ то же время опери-
рованная собака по Goltz’y1) обнаруживаетъ значительное затруд-
неніе при ѣдѣ, тогда какъ при разрушеніи затылочныхъ долей
подобныя разстройства отсутствуютъ.
Съ другой стороны Goltz, Sehiff и затѣмъ Hitzig и я обратили
вниманіе на потерю при удаленіи корковыхъ центровъ изоли-
рованныхъ движеній пораженной конечностью, что особенно
рельефно выступаетъ въ опытѣ съ подаваніемъ лапы.
Явленіе это защитниками чувствительной теоріи двигатель-
ныхъ центровъ объяснялось утратой соотвѣтствующихъ ощу-
щеній въ конечности, тогда какъ по Goltz’y 2) неспособность
подавать лапу объясняется не разстройствомъ ощущенія, а
тѣмъ, что между органами воли и нервами, передающими во-
левые импульсы имѣется неопреодолимое препятствіе.
Съ другой стороны по Hitzig’y это есть ничто иное, какъ па-
раличъ опредѣленнаго рода движенія. 3).
Далѣе Goltz сдѣлалъ наблюденіе, что, если послѣ разруше-
нія двигательной области подвязать соотвѣтствующую перед-
нюю лапу, то животное начинаетъ бѣгать на трехъ остальныхъ
ногахъ, что говоритъ какъ бы противъ существованія двига-
1) Goltz. Ueber die Verrichtungen d. Grosshirns. Pflüger’s Arch. Bd. 42
1888 г. стр. 447.
2) Goltz. Gesam. Abh., стр. 35.
3) Hitzig. Reichert’s und Du Bois Reymond’s Arch. 1876. Arch. f. Psych.
Bd. 35 Heff 2, стр. 333.

769

тельнаго паралича. Loeb1) подтвердилъ это наблюденіе, показавъ,
что оперированное животное послѣ поврежденія соотвѣтствую-
ющей лапы бѣгало на трехъ остальныхъ лапахъ, но, коль скоро
поврежденная лапа поправлялась и животное снова начинало
пользоваться этой лапой, то въ ней вновь выступали прежнія
разстройства движенія.
Наблюденія эти выставлялись противъ признанія у опери-
рованныхъ животныхъ явленій произвольно-двигательнаго пара-
лича. Но, такъ какъ у животныхъ дѣло идетъ въ сущности не о
полномъ параличѣ, но лишь о парезѣ противоположной ко-
нечности, то очевидно, что это наблюденіе не имѣетъ того зна-
ченія, которое ему приписывали.
Hitzig не безъ основанія рѣзко критикуетъ выводъ, который
Loeb дѣлаетъ на основаніи вышеуказаннаго опыта, что „будто
бы эти животныя были въ состояніи и противоположныя ко-
нечности употреблять нормальнымъ образомъ“.
Къ аналогичному порядку явленій относится и наблюденіе
Biedl’а 2), который послѣдовательно чрезъ 3 недѣли удалялъ
величиною съ талеръ часть двигательной области мозговой
коры у обезьянъ какъ въ одномъ, такъ и въ другомъ полушаріи.
Оказалось, что послѣ первой операціи противоположная верхняя
конечность была парализована для движеній, связанныхъ съ
волевымъ напряженіемъ, тогда какъ координированныя и со-
вмѣстныя движенія выполнялись ею вслѣдъ за операціей надъ
другимъ полушаріемъ, когда оказалась парализованной и дру-
гая рука: пораженная же ранѣе конечность, хотя и неуклюже и
неудобно, начала захватывать пищу. Очевидно такимъ образомъ,
что эта конечность была способна производить движенія, но не
употреблялась въ дѣйствіе до тѣхъ поръ, пока къ этому не при-
вела необходимость.
При этомъ надо имѣть въ виду, что за три недѣли конеч-
ность, центръ которой удалялся ранее, успѣвала уже настолько
улучшить свою двигательную способность, что животное
естественно предпочитало ее вновь пораженной конечности.
Въ заключеніе нашего литературнаго обзора необходимо
замѣтить, что двигательная область мозговой коры имѣется
не у однихъ только млекопитающихъ, но и болѣе низшихъ
1) Loeb. Beiträge z Physiologie des Grosshirns. Pflügers. Arch. Bd. XXXIX
стр. 287 и слѣд. Его же Einleitung in die vergleichende Gehirnphysiologie, 1899.
стр. 172 и слѣд.
2) Biedl. Extirpation d. beiderseit. mot. Rindenbezirke beim Affen. Neur.
Centr. 1897, 1024.

770

позвоночныхъ. По крайней мѣрѣ существованіе ея несомнѣнно
для птицъ. Въ этомъ отношеніи заслуживаютъ вниманія из-
слѣдованія О. Kalischer’a 1), который показалъ, что напр. у по-
пугаевъ удаленіе одного полушарія или его части приводитъ
къ развитію ясныхъ паралитическихъ явленій въ противопо-
ложной сторонѣ, особенно въ лапѣ и крылѣ. Эти разстройства
движенія были еще рѣзче и продолжительнѣе у стараго ка-
каду, который могъ двигать лапами съ особенной ловкостью,
слѣд. къ обыкновеннымъ движеніямъ здѣсь примѣшивалась въ
значительной мѣрѣ еще заученная координація. Методъ Marchi
однако не открываетъ у этихъ животныхъ прямого корко-спин-
ного пути, какъ у млекопитающихъ. Раздраженіе коры у тѣхъ
же птицъ въ передней области въ опытахъ О. Kalischer’a2), давало
столь же характерныя изолированныя движенія пальцевъ ноги,
крыла, языка, челюсти, головы, глазъ и глазныхъ вѣкъ, какъ и
у млекопитающихъ. При этомъ движеніе пальцевъ и ноги обна-
руживалось на противоположной сторонѣ, тогда какъ дви-
женія языка и челюсти обнаруживалось на обѣихъ сторонахъ.
Есть указаніе, что корковыя судороги могутъ бытъ получены
даже у лягушекъ (проф. Лапинскій), но дифференцированныхъ
движеній у этихъ животныхъ во всякомъ случаѣ констатировать
не удается.
Наши изслѣдованія относительно локализаціи центровъ
кожно-мышечнаго воспріятія въ корѣ.
Изъ приведеннаго литературнаго обзора мы видѣли, что
разстройства чувствительности отмѣчались какъ при пораже-
ніи теменныхъ долей, такъ и при пораженіи области центральныхъ
извилинъ, гдѣ явленія анэстезіи обнаруживаются наряду съ
рѣзкими двигательными разстройствами.
Съ самаго начала разсмотримъ, что даютъ намъ опыты съ
разрушеніемъ мозговой коры въ теменной области мозга.
Около 20 лѣтъ тому назадъ мною было опубликовано
сообщеніе, въ которомъ я доказывалъ, что центры кож-
ной и мышечной чувствительности помѣщаются тотчасъ
1) О. Kalischer. Ueber Grosshirnextirpationen bei Papageien. Sitzb. d. Kö-
nigl. preuss. Academie d. Wissensch. 5 Juli. 1900.
2) O. Kaliscber. Weitere Mittheilung zur Grosshirnlocalisation beim Papa-
gei. Fortschr. d. Medicin. Bd. XVIII, № 33.

771

кзади и кнаружи отъ т. наз. двигательной области, что соот-
вѣтствуетъ теменнымъ долямъ человѣческаго мозга. Я убе-
дился, что какъ у собакъ, такъ и у обезьянъ разрушеніе этихъ
областей всегда сопровождается рѣзкимъ и чистымъ эффек-
томъ со стороны кожной и мышечной чувствительности.
При этомъ въ зависимости отъ размѣровъ удаленной части
мозговой коры измѣняется и площадь анэстезированной об-
ласти, а равно и степень самой анэстезіи. Если мы удалимъ у
собаки всю теменную область въ одномъ полушаріи мозга, то
у животнаго обнаруживается анэстезія кожной и мышечной
чувствительности въ противоположной половинѣ тѣла, но при
этомъ не замѣчается никакихъ параличныхъ разстройствъ
движенія.
Такимъ образомъ собака, у которой произведено разрушеніе
коры теменной области непосредственно кзади отъ сигмо-
видной извилины, остается равнодушною, если ей на лапу
противоположной стороны надѣть марлевую повязку, которую
здоровыя собаки обыкновенно не переносятъ.
Она не реагируетъ вовсе на поглаживаніе противъ шерсти
свѣшенныхъ противоположныхъ конечностей и безразлично
относится къ положенію своихъ противоположныхъ членовъ.
Вмѣстѣ съ тѣмъ при испытаніи оказывается, что собака слабѣе ре-
агируетъ на болевыя раздраженія въ противоположныхъ ча-
стяхъ тѣла по сравненію съ соотвѣтствующими. Даже довольно
сильныя роздраженія, примѣняемыя на наружной сторонѣ, какъ
глубокіе уколы, щипки, ожоги, сильное сдавливаніе тѣхъ или
другихъ частей тѣла и пр., или не вызываютъ со стороны жи-
вотнаго никакихъ заявленій о боли или только сравнительно
незначительное безпокойство и слабые крики. Между тѣмъ
какъ на здоровой сторонѣ, слѣд. на сторонѣ одноименной съ
поврежденнымъ полушаріемъ, относительно болѣе слабыя раз-
драженія вызываютъ со стороны животнаго рѣзкій визгъ и
сильнѣйшее безпокойство.
Не менѣе поразительна разница въ воспріятіи раздраженій
на обѣихъ сторонахъ морды и головы. Сильное сдавлива-
ніе противоположной щеки, глубокія вкалыванія булавки въ
область верхней и нижней губы, прокалываніе и щипаніе уха
и ожоги обыкновенно не вызываютъ рѣзкаго эффекта со сто-
роны животнаго, тогда какъ на сторонѣ лица и головы одно-
именной съ поврежденымъ полушаріемъ уже слабые уколы и
незначительное сдавливаніе щеки сопровождаются въ высшей
степени рѣзкимъ визгомъ.

772

При болѣе внимательномъ изслѣдованіи нетрудно убѣдиться,
что анэстезія въ подобнаго рода случаяхъ рѣзко ограничи-
вается срединной линіей тѣла и распространяется также на
слизистыя оболочки носа, полости рта и соотвѣтствующей по-
лости языка.
Если изслѣдованіе чувствительности производится съ по-
мощью кисточки индукціоннаго тока, то у животнаго удается
констатировать
болѣе или ме-
нѣе рѣзкое по-
нижете боле-
вой чувстви-
тельности на
сторонѣ проти-
воположной въ
отношеніи по-
врежденнаго
полушарія.
Если напр. у
собаки уда-
лена теменная
область въ лѣ-
вомъ полушаріи мозга (SI фиг. 23), то при изслѣдованіи кисточкой
тѣхъ или другихъ частей правой стороны тѣла удается посте-
пенно привести въ дѣйствіе токъ значительной силы и несмотря
на то животное почти не заявляетъ о боли. Только отдѣльные
удары сильнаго индукціоннаго тока, въ особенности на болѣе
чувствительныхъ частяхъ тѣла (кожа живота, крылья носа, пе-
репонки между пальцами лапъ) вызываютъ со стороны живот-
наго быстрое отстраненіе раздражаемыхъ частей, явленія безпо-
койства и визгъ. Между тѣмъ при изслѣдованіи тѣхъ же
частей непораженной стороны уже меньшей силы токъ всегда
приводитъ животное въ состояніе сильнѣйшаго безпокойства и
возбуждаетъ рѣзкій визгъ.
Въ отношеніи мышечнаго чувства внимательное изслѣдо-
ваніе показываетъ слѣдующее:
Если животное стоитъ спокойно на одномъ мѣстѣ, то его
туловище нерѣдко представляется какъ бы слегка изогнутымъ
въ сторону поврежденнаго мозгового полушарія. При передви-
женіи животнаго съ мѣста на мѣсто это искривленіе, однако,
совершенно исправляется. Но, если животное имѣетъ надоб-
ность повернуться, то оно всегда заворачиваетъ въ направле-
Фиг. 23. Мозгъ собаки. SI — область кожной и мышечной
чувствительности; SII—чувство-двигательная область.

773

ніи оперированной стороны. Явленіе это по моему мнѣнію
вполнѣ объясняется мышечной анэстезіей противоположной по-
ловины туловища.
Такое объясненіе становится правдоподобнымъ въ особенно-
сти въ виду того обстоятельства, что одновременно съ тѣмъ мы
имѣемъ возможность убѣдиться въ рѣзкомъ ослабленіи мышеч-
наго чувства въ обѣихъ противоположныхъ конечностяхъ
животнаго. Такъ, при пассивномъ сгибаніи и перемѣщеніи
этихъ конечностей животное, если голова его завязана, не
производитъ вообще ни одного движенія, по которому можно
было бы заключить, что оно замѣчаетъ эти перемѣщенія своихъ
членовъ. Напр. безъ всякаго труда удается поставить ту или
другую изъ противоположныхъ конечностей на тыльную сторону
лапы ИЛИ на колѣно, свѣсить ее за край стола и пр. и животное
тѣмъ не менѣе не обнаруживаетъ противодѣйствія, сохраняя
новыя положенія своихъ членовъ до тѣхъ поръ, пока оно не
вздумаетъ перемѣститься. Ничего подобнаго не удается
наблюдать относительно конечностей на сторонѣ поврежден-
наго полушарія. При малѣйшемъ перемѣщеніи послѣднихъ
животное обыкновенно тотчасъ же переставляетъ ихъ на преж-
нее мѣсто.
Къ осторожному пассивному вытяженію противопложныхъ
конечностей животное обыкновенно относится совершенно ин-
дифферентно, не обнаруживая никакого противодѣйствія и не
употребляя вообще никакихъ усилій съ цѣлью освободиться
изъ рукъ наблюдателя. Напротивъ того, если тотъ же опытъ про-
изводится съ одной изъ конечностей на сторонѣ поврежден-
наго полушарія, то животное почти всегда обнаруживаетъ при
этомъ значительное противодѣйствіе, производя попытки вы-
свободить свою лапу. Если животному приподнять ту или дру-
гую изъ противоположныхъ конечностей, то оно почти всегда
свѣшивается пассивно въ воздухѣ и остается въ такомъ поло-
женіи до тѣхъ поръ, пока животное не почувствуетъ надоб-
ности перемѣститься на другое мѣсто или принять другую
позу.
Всѣ упомянутая явленія у животнаго, какъ было уже упо-
мянуто, обнаруживаются въ томъ случаѣ, если глаза его завя-
заны. Напротивъ того, если глаза животнаго во время изслѣдова-
нія остаются открытыми, то тѣ же самыя явленія обнаруживаются
лишь при условіи, если животное не обращаетъ вниманія, т. е.
не видитъ, что производятъ съ его членами. Въ противномъ случаѣ
оно противодействуетъ пассивному смѣщенію пораженныхъ чле-

774

новъ почти такъ же, какъ и на здоровой сторонѣ 1). Послѣднее
обстоятельство убѣждаетъ насъ въ томъ, что произвольное
управленіе пораженными конечностями у животнаго остается
ненарушеннымъ. Въ этомъ легко убѣдиться и другимъ обра-
зомъ.
Достаточно напримѣръ сильно уколоть животному одну изъ
противоположныхъ конечностей, оно немедленно поднимаетъ ее
и переставляетъ па другое мѣсто. Точно также, если захватить
его морду руками и такимъ образомъ сдѣлать попытку потя-
нуть животное впередъ съ той цѣлью, чтобъ возбудить въ
немъ стремленіе къ противодѣйствію, то оно всегда при этомъ
употребляетъ въ дѣло обѣ переднія конечности.
Съ другой стороны способность передвиженія у опериро-
ванныхъ животныхъ, если и страдаетъ, то въ незначительной
степени, обнаруживаясь въ видѣ нѣкоторой степени атаксіи.
По гладкой поверхности животное при открытыхъ глазахъ мо-
жетъ ходить довольно правильно за исключеніемъ того, что
при поворачиваніи оно всегда выбираетъ направленіе опериро-
ванной стороны. Только при ходьбѣ по неровной поверхности и въ
особенности въ тѣхъ случаяхъ, когда животному приходится пере-
шагивать чрезъ какія-либо препятствія, пораженныя конечности
нерѣдко ему измѣняютъ, принимая необычныя положенія, которыя
очевидно мало или вовсе не воспринимаются самимъ животнымъ.
Съ завязанными глазами животное вообще ходитъ замѣтно
хуже; впрочемъ по гладкой поверхности оно еще передвигается
болѣе или менѣе сносно даже и при завязанныхъ глазахъ, но почти
каждый разъ, когда животное принуждено сдѣлать быстрый
поворотъ въ томъ или другомъ направленіи, его пораженныя
конечности принимаютъ крайне неудобныя положенія и, вслѣд-
ствіе того, до извѣстной степени затрудняютъ дальнѣйшее пе-
редвиженіе; если при этомъ животному приходится перешагивать
чрезъ тѣ или другія препятствія, то движеніе его еще болѣе
затрудняется.
Въ этихъ случаяхъ обыкновенно та или другая изъ про-
тивоположныхъ конечностей задѣваетъ за препятствіе и затѣмъ
устанавливается на колѣно крайне неловкимъ образомъ, вслѣд-
ствіе чего животное нерѣдко сваливается на полъ, не будучи
въ состояніи исправить положеніе своихъ конечностей.
1) Само собою разумѣется, что при вышеуказанныхъ изслѣдованіяхъ
мышечнаго чувства необходимо избегать рѣзкихъ толчковъ при смѣщеніи
конечностей.

775

Всѣ вышеприведенныя явленія у оперированныхъ живот-
ныхъ остаются на продолжительное время. По истеченіи мно-
гихъ недѣль обыкновенно удается еще констатировать у жи-
вотныхъ явленія анэстезіи, но обычно разстройства чувствитель-
ности со временемъ замѣтно уменьшаются и въ той или дру
гой части тѣла даже совершенно исчезаютъ.
Частичныя разрушенія въ вышеуказанной области даютъ
также явленія геміанэстезіи, но лишь менѣе рѣзко выраженныя,
причемъ чувствительность отдѣльныхъ членовъ можетъ быть
поражена въ большей степени, нежели другихъ.
При двустороннемъ разрушеніи теменныхъ областей обна-
руживаются явленія анэстезіи съ обѣихъ сторонъ и притомъ
въ еще болѣе рѣзко выраженной степени, нежели при одно-
стороннемъ разрушеніи, что вѣроятно стоитъ въ связи съ не-
полнымъ перекрещиваніемъ чувствительныхъ проводниковъ.
Вмѣстѣ съ ,тѣмъ при двустороннихъ разрушеніяхъ коры
теменныхъ долей, не смотря на существованіе анэстезіи, мы
не наблюдаемъ у животныхъ какихъ-либо явленій пареза въ
конечностяхъ, а лишь тѣ разстройства движенія, которыя обу-
словливаются нарушеніемъ чувствительной сферы, особенно
мышечнаго чувства. Поэтому оперированныя такимъ образомъ
животныя не волочатъ концомъ лапы по полу, у нихъ не обнаружи-
вается также утраты обособленныхъ движеній, но въ то же время
они совершенно равнодушно относятся къ постороннему предмету,
подставляемому подъ одну изъ противоположныхъ конечностей,
и не замѣчаютъ искусственно приданнаго неловкаго положенія
своихъ членовъ, а при ходьбѣ не исправляютъ тотчасъ же
неправильнаго положенія конечности послѣ того, какъ она вы-
ведена изъ нормальнаго положенія какимъ-либо случайнымъ
препятствіемъ. Все такимъ образомъ свидѣтельствуетъ, что при
сохраненіи способности передвиженія оперированныя животныя
обнаруживаютъ на ряду съ анэстезіей явленія атактическаго
характера.
Кромѣ того спеціальныя изслѣдованія, производимыя въ на-
шей лабораторіи (д-ръ Чудновскій), показали, что при удаленіи
у собакъ теменныхъ долей между f. ansata и f. confinis (f. entero-
lateralis) наряду съ ослабленіемъ кожной чувствительности утра-
чивалась и волосковая чувствительность, вслѣдствіе чего у
оперированныхъ животныхъ нельзя обнаружить также и ни
одного изъ волосковыхъ рефлексовъ (на лапкахъ, на ушахъ
и проч.).
Возможно, что чувствующая область распространяется частью

776

также и на внутреннюю сторону полушарій, чѣмъ быть можетъ и
слѣдуетъ объяснить измѣненія чувствительности, наблюдавшіяся
при разрушеніи gyri fornicati въ опытахъ Horsley’я и Schäffer’a,
особенно если принять во вниманіе, что при этомъ подверга-
лось разрушенію и подлежащее бѣлое вещество теменной доли.
Что же касается отношенія собственно g. hypocampi къ чув-
ствительности, какъ то утверждаетъ Ferrier, то въ этомъ отно-
шеніи изслѣдованія, произведенныя въ нашей лабораторіи, дали
отрицательные результаты.
Имѣются ли въ вышеназваннной области отдѣльные центры
для кожной чувствительности и для мышечнаго чувства, ска-
зать съ положительностью нельзя. Хотя въ отдѣльныхъ опы-
тахъ съ частичными пораженіями теменной части коры и обра
щаетъ на себя вниманіе нѣкоторое преобладаніе кожной анэ-
стезіи, а въ другихъ опытахъ преобладаніе пораженія мышеч-
наго чувства, но все же врядъ ли можно говорить о строгомъ
разграниченіи отдѣльныхъ чувственныхъ областей для кожи и
мышцъ, такъ какъ обычно разстройства чувствительности пред-
ставляются смѣшаннаго характера.
Точно также представляется затруднительнымъ разграничить
здѣсь и области для чувствительности отдѣльныхъ большихъ сег-
ментовъ тѣла, по крайней мѣрѣ на основаніи экспериментальныхъ
данныхъ. Но повидимому однако центръ лица и головы помѣ-
щается болѣе кнаружи и кзади; другія же части тѣла въ по-
слѣдовательномъ порядкѣ расположены въ направленіи кнутри.
Опыты съ раздраженіемъ теменной области.
Должно имѣть въ виду, что съ теменной доли путемъ раз-
драженія токомъ удается вызвать также и рефлекторные двига-
тельные эффекты. Извѣстно, что у собакъ съ определенной точки,
лежащей нѣсколько кнаружи и кзади отъ сигмовидной извилины
въ опытахъ Hitzig’a и Fritsch’a получалось сокращеніе лицевыхъ
мышцъ.
Luciani и Tamburini 1) при раздраженіи фарадическимъ токомъ
передней части 2-й извилины наблюдали закрытіе противопо-
ложнаго глаза. Слѣдовательно дѣло идетъ здѣсь о такъ наз.
Augenfacialis, какъ и въ опытахъ Fritsch’a и Hitzig’a.
1) Luciani е Tamburini. Richerche sperimentali sullo funzione del cervello.
Rivista sperim. di freniatria, 1879.

777

При своихъ опытахъ надъ собаками и кошками я имѣлъ воз-
можность убѣдиться въ подобныхъ же явленіяхъ при раздраженіи
второй извилины нѣсколько кзади отъ наружная конца сигмо-
видной извилины.(г см. фиг 24 и 25), причемъ получается сморщи-
ваніе противоположной стороны носа и оттягиваніе щеки кверху до
обнаженія зубовъ, какъ въ разсерженномъ состояніи животнаго
Съ другихъ частей той же теменной области удается полу-
чить и другія двигательныя явленія.
Такъ, мы уже ранѣе видѣли, что Hitzig, раздражая элек-
трическимъ токомъ верхній отдѣлъ 3 и 4 извилины по сосѣд-
ству съ заднимъ концомъ
Сильвіевой борозды, вызывалъ
движеніе ушей впередъ и на-
задъ, поворачиваніе головы въ
противоположную сторону, оття-
гиваніе кзади противополож-
наго угла рта и щеки и смыка-
ніе вѣкъ. При этомъ движеніе
ушей кзади вызывалось съ
точки, лежащей болѣе кзади; движеніе же ушей впередъ
вызывалось съ точки, лежащей болѣе кпереди.
Далѣе Ferrier отмѣчаетъ центръ для вытяженія и сокра-
щенія уха на мѣстѣ 3-й первичной извилины подъ заднимъ
концомъ Сильвіевой борозды. Равнымъ образомъ и Unverricht1)
на наружной поверхности полушарія, нѣсколько выше задняго
конца Сильвіевой борозды отмѣчаетъ точку, раздраженіе которой
давало сокращеніе противоположнаго уха. Онъ убѣдился также,
что кнаружи и частью кзади отъ сигмовидной извилины
имѣются отдѣльные центры для мышцъ лица и глазъ.
1) Unverricht. Arch. f. Psych. Bd. XIV, S. 194.
Фиг. 24. Двигательные центры мозговой
коры собаки.
Фиг. 25. Двигательные центры мозговой
коры у кошки.

778

При своихъ изслѣдованіяхъ 1) въ теменныхъ частяхъ моз-
говой коры собакъ кромѣ вышеуказаннаго центра лице-
выхъ мышцъ я отмѣтилъ двѣ области (t, и фиг. 24), изъ
которыхъ раздраженіе одной вызывало приподнятіе и выпря-
мленіе противоположнаго уха (нерѣдко сопровождаемое дви-
женіемъ уха соотвѣтствующей стороны), раздраженіе же
другой, лежащей нѣсколько болѣе кнаружи отъ предыдущей
области, вызываетъ прижиманіе противоположнаго уха къ
головѣ. Подобныя же явленія и съ тѣхъ же приблизительно
точекъ намъ удалось получить и у кошекъ (t. фиг. 25).
Наконецъ, съ теменной же области на границѣ разстоянія
между сигмовидною извилиною и затылочною долею у собакъ
и кошекъ получается боковое движеніе глазъ (s см. фиг. 24 и
25). Послѣдній центръ, извѣстный уже Hitzig’y, Ferrier’y и др.
авторамъ, съ постоянствомъ давалъ соотвѣтствующій эффектъ
и въ моихъ опытахъ.
Между прочимъ этотъ центръ въ теменной области былъ
подробно изслѣдованъ Mann’омъ 2). Pilz 3) въ той же области могъ
констатировать отдѣльныя мѣста для движенія глазъ кверху,
кнутри, кнаружи и книзу, а также и для колесовиднаго ихъ
вращенія.
У собакъ д-ръ Pilz опредѣляетъ положеніе теменного центра
движенія глазъ слѣдующимъ образомъ: онъ находится въ
области центра для facialis и занимаетъ боковую половину
передней части второй первичной извилины. Въ тоже время
онъ лежитъ внутри такъ называемой глазной области
F. Munk’a.
Точно также и Silex 4) съ области Hitzig’овскаго центра по-
лучалъ съ помощью электрическаго раздраженія одностороннія
движенія глазныхъ яблокъ. Разрушеніе этого центра по опытамъ
Silex’a вызывало нарушеніе движенія глазъ; при послѣдующемъ
же изслѣдованіи мозговъ найдено было перерожденіе воло-
конъ въ направленіи къ бугру, къ внутренней капсулѣ, къ
corp genic., въ pes pedunculi и въ четверохолміи. Равнымъ обра-
зомъ и Pilz нашелъ нисходящія перерожденія послѣ удаленія
1) Бехтеревъ. Физіологія двигательной области мозговой коры. Арх.
психіатріи 1886—87.
2) Mann. Journ. of Anat. and Phys. XXX.
3) I. Pilz. Ueber centrale Augenmuskelnervenbahnen. Neur. Centr. № 11. 1902.
4) Silex. Ueber die centrale Innervation der Augenmuskeln. Wiesbaden.
1899.

779

теменного центра. движенія глазъ, причемъ одинъ изъ пуч-
ковъ онъ могъ прослѣдить до передняго двухолмія.
Silex въ работѣ, сдѣланной совмѣстно съ Du Bois Rey-
mond’омъ 1), высказывается за то, что лежащій въ теменной
области по сосѣдству съ центромъ facialis центръ движенія
глазъ будто бы предназначенъ исключительно для противопо-
ложнаго глаза согласно съ Hitzig’омъ и что онъ служитъ
для произвольныхъ движеній глазъ. Однако противъ по-
слѣдняго говоритъ то обстоятельство, что изъ опытовъ того же
автора слѣдуетъ, что разрушеніе этого центра не производитъ
никакихъ параличныхъ разстройствъ въ движеніи глазъ.
При спеціальныхъ опытахъ надъ обезьянами я убѣдился, что
со всей g. angularis обычно вызываются движенія обоихъ глазъ и
преимущественно въ боковомъ направленіи, частью же въ боко-
вомъ направленіи и кверху или въ боковомъ направленіи и книзу.
Но кромѣ центровъ движенія глазъ въ боковомъ направ-
леніи, кверху и книзу въ корѣ теменной области раздра-
женіемъ опредѣленной точки, расположенной на gyr. angulare,
тотчасъ впереди отъ верхняя конца Сильвіевой борозды мо-
жетъ быть вызвана активная дивергенція глазъ вмѣстѣ съ
расширеніемъ зрачковъ.
Всѣ эти движенія глазъ, вызываемыя съ области g. angulare,
прекращаются вмѣстѣ съ разрушеніемъ передняго четверохол-
мія, откуда слѣдуетъ, что здѣсь мы имѣемъ центры непроизволь-
ныхъ движеній глазъ, стоящіе въ извѣстномъ соотношеніи съ
функціей передняго четверохолмія.
Точно также и у обезьянъ съ теменныхъ частей мозговой
коры мы можемъ получить нѣсколько рефлекторныхъ двига-
тельныхъ актовъ. Уже Ferrier на мозгу обезьянъ, какъ и другихъ
животныхъ, отмѣтилъ въ теменно-затылочной области рядъ
двигательныхъ центровъ, приводящихъ въ движеніе глаза, уши
и лицо. Путемъ спеціальныхъ опытовъ я убѣдился, что съ
нижняго отдѣла теменной области между нижнимъ концомъ
зацентральной борозды и мѣстомъ сліянія Сильвіевой и пер-
вой височной бороздъ получается клоническое сокращеніе
мышцъ противоположной половины лица, включая и противопо-
ложные вѣки (въ отличіе отъ центра лица, расположеннаго
на передней центральной извилинѣ и вызывающаго лишь
1) R. Du Bois Reymond u. Silex. Ueber corticale Reizung. d. Augenmuskeln.
Arch. f. Anat. u. Physiol. Hft. 1 и 2. 1899.
Silex. Ueber die centrale Innervation d. Augenmuskeln. Bericht über die
27 Versaml. d. ophthalm. Geselsch. стр. 84. 1899

780

сокращеніе нижней половины лица). Далѣе область, лежащая
нѣсколько книзу отъ вышеуказаннаго центра вблизи Сильвіе-
вой борозды, при раздраженіи даетъ движеніе противополож-
наго уха, а еще нижележащая область при раздраженіи даетъ
сильное раскрытіе противоположнаго глаза, движеніе головы въ
противоположномъ направленіи и расширеніе зрачковъ.
Далѣе раздраженіемъ угловой извилины теменной области
кромѣ уже упомянутыхъ выше измѣненій со стороны зрачковъ и
аккомодаціи могутъ быть вызваны разнообразныя движенія глазъ.
Такъ, идя вдоль теменнаго отдѣла gyr. angularis, начиная отъ
ея верхняго угла при вершинѣ Сильвіевой борозды до нару-
жной части этой из-
вилины, мы встрѣча-
емъ области, раздра-
женіе которыхъ вы-
зываетъ сочетанное
движеніе глазъ, при-
чемъ вблизи верх-
няя угла этой изви-
лины мы получаемъ
движеніе глазъ въ
противополож-
номъ направленіи
и кверху, въ средней
части извилины отве-
деніе глазъ въ про-
тивоположномъ на-
правленіи иногда съ
одновременнымъ све-
деніемъ ихъ внутрь
и наконецъ при на-
ружной части этой извилины движеніе глазъ въ противопо-
ложномъ направленіи и внизъ.
Обрѣзываніе этихъ центровъ такъ же, какъ и предыдущихъ
центровъ, не уничтожаетъ двигательнаго эффекта, получаемаго
при ихъ раздраженіи, что доказываетъ самостоятельное ихъ суще-
ствованіе, тогда какъ подрѣзываніе тѣхъ же центровъ, а равно и
разрушеніе ихъ не даетъ никакихъ явленій паралича, откуда ясно,
что разсматриваемые центры суть центры рефлекторнаго харак-
тера, передающіе свое вліяніе на двигательныя подкорковыя обла-
сти рефлекторнымъ путемъ съ чувствующихъ областей. Въ
этомъ отношеніи разсматриваемые центры вполнѣ могутъ быть
Фиг. 26. Мозгъ обезьяны-макаки. Мѣста раздраженія
обозначены цифрами. 99 и 100 — глаза отклоняются
вправо и вверхъ; 101 —глаза отклоняются вправо и внизъ;
102—глаза отклоняются вправо; 16—суженіе зрачковъ,
движеніе глазъ вверхъ и немного впередъ; 17— расши-
реніе зрачковъ, расхожденіе глазныхъ осей, какъ бы
для смотрѣнія вдаль; 18—рѣзкое отведеніе глазъ и нѣ-
сколько вверхъ при суженіи зрачковъ; 31—отклонена
глазъ вправо и нѣсколько внизъ.

781

уподоблены по своему значенію такимъ же рефлекторнымъ
центрамъ въ другихъ чувствующихъ областяхъ, напр. въ зри-
тельной или въ слуховой.
Итакъ, съ теменной области мозговой коры путемъ раздра-
женія удается вызывать двигательныя явленія со стороны глазъ
и головы, которыя носятъ на себѣ всѣ особенности рефлектор-
ныхъ движеній.
Въ заключеніе слѣдуетъ упомянуть, что разрушеніе темен-
ной области, какъ я убѣдился при своихъ опытахъ, иногда
вызываетъ у животныхъ вынужденное круженіе большею частью
въ направленіи оперированной стороны, хотя иногда оно смѣ-
няется на короткое время круженіемъ въ противоположномъ
направленіи. Это круженіе развивается обыкновено приступами
и сопровождается боковымъ отклоненіемъ глазъ, слѣдовательно
носитъ вполнѣ характеръ вынужденнаго движенія.
Отсюда очевидно, что теменныя области мозга имѣютъ
извѣстное отношеніе и къ статической чувствительности.
О зрачковыхъ и аккомодаціонныхъ центрахъ теменныхъ
областей.
Кромѣ вышеуказанныхъ центровъ въ теменной области помѣ-
щаются также центры движеній зрачка, какъ показали опыты Fer-
rier’а, Н. А. Мислав-
скаго, мои и въ по-
слѣднее время Pilz’a,
много потрудивше-
гося между прочимъ
и въ нашей лабора-
торіи надъ изслѣдо-
ваніемъ центровъ для
движеній зрачка.
По Н. А. Мислав-
скому 1), который
опубликовалъ спе-
ціальную работу надъ
расширяющимъ влія-
ніемъ мозговой коры на зрачокъ, съ теменныхъ областей
1) H. M. Миславскій. Comptes rendus de la soc. de Biol. 1887. 13.
Фиг. 27. Мозгъ обезьяны (макаки) а, а’—вызываетъ
расширеніе, b, b’ суженіе зрачковъ.

782

получается еще большее расширеніе зрачка, нежели при
раздраженіи передняго отдѣла сигмовидной извилины.
Въ опытахъ надъ обезьянами мы убѣдились, что рѣзкія дви-
женія зрачка получаются съ области g. angularis. При этомъ удается
вызвать съ одной болѣе наружной изъ двухъ сосѣднихъ точекъ
расширеніе зрачка, съ другой болѣе внутренней — его
суженіе (a, b, фиг. 27).
Обрѣзываніе вышеуказанныхъ зрачковыхъ центровъ не пре-
кращаетъ движеній. Равнымъ образомъ и удаленіе зрачковыхъ
центровъ въ переднихъ частяхъ полушарія (см. ниже) не унич-
тожаетъ эффекта на зрачекъ съ теменныхъ областей, откуда
слѣдуетъ, что дѣло идетъ въ данномъ случаѣ не о рефлек-
торныхъ вліяніяхъ, передаваемыхъ при посредствѣ двигатель-
ныхъ центровъ, а о самостоятельныхъ импульсахъ, передавае-
мыхъ съ области теменныхъ извилинъ къ области мозгового
ствола. Такъ какъ при этомъ разрушеніе передняго четверохол-
мія уничтожаетъ вышеуказанный эффектъ на зрачекъ, а равно
и на движенія глазъ, то очевидно, что здѣсь дѣло идетъ объ
импульсахъ, передающихъ свое вліяніе на мышцы при посред-
ствѣ передняго четверохолмія.
Затѣмъ изслѣдованія въ нашей лабораторіи (д-ръ Бѣлицкій)
показали, что въ задней части теменной области на второй и
третьей первич-
ныхъ извилинахъ
у собакъ и на gyr.
angulare у обезьянъ
имѣется центръ
вызывающій акко-
модацію глаза (ЗТ
фиг. 28).
Обрѣзываніе это-
го центра оста-
валось безъ влія-
нія на эффектъ.
Равнымъ образомъ
полное удаленіе
лобнаго центра для аккомодаціи, о которомъ рѣчь будетъ ниже,
не вліяло на эффектъ аккомодаціоннаго центра въ теменной
долѣ, тогда какъ подрѣзываніе теменнаго центра уничтожало
эффектъ раздраженія совершенно. Слѣдуетъ имѣть въ виду,
что при раздраженіи центра эффектъ всегда получался дву-
сторонній. Перерѣзка же соотвѣтствующаго глазодвигательнаго
Фиг. 28. Мозгъ обезьяны. Съ области ЗТ и D вызывается
напряженіе аккомодаціи (д-ръ Бѣлицкій).

783

нерва приводила къ тому, что эффектъ обнаруживался только
на одной противоположной сторонѣ.
Тѣмъ не менѣе раздраженіе этого аккомодаціоннаго участка
передаетъ свое вліяніе на аккомодацію не прямо чрезъ ядро
n. oculomotorii, а чрезъ четверохолміе, такъ какъ разрушеніе
послѣдняго всегда прекращало эффектъ на аккомодацію,
тогда какъ раздраженіе передняго центра аккомодаціи и послѣ
того продолжало попрежнему вызывать соотвѣтствующій эффектъ.
Отсюда очевидно, что задніе центры аккомодаціи, какъ и
центры зрачка, являются рефлекторными.
Патологическія наблюденія.
Обращаясь теперь къ клиническимъ даннымъ, относящимся
до пораженія теменной области, необходимо прежде всего
упомянуть, что еще Nothnagel’емъ въ его «Topische Diagnostik»
были собраны нѣкоторые случаи пораженія теменныхъ долей
съ кожной и мышечной анэстезіей.
Авторъ привелъ наблюденія, говорящія въ пользу локали-
заціи мышечнаго чувства въ теменныхъ доляхъ, особенно въ
нижней теменной долькѣ. Такого же рода наблюденія были пу-
бликованы и позднѣе.
Съ другой стороны на основаніи собранныхъ наблюденій
Nothnagel приходитъ къ выводу, что и общая чувствительность
должна локализироваться въ теменныхъ доляхъ, хотя онъ и
оговаривается при этомъ, что разстройства чувствительности
не составляютъ еще симптома, годнаго для распознаванія пора-
женія мозговой коры.
Кромѣ того имѣются случаи, въ которыхъ отмѣчалась анэ-
стезія при пораженіи между прочимъ и внутреннихъ отдѣловъ
теменныхъ долей. Такъ, въ литературѣ имѣется нѣсколько
случаевъ съ развитіемъ анэстезіи тѣла при пораженіи внутрен-
ней поверхности теменныхъ долей (области praecunei). Такіе
случаи я имѣлъ возможность и самъ наблюдать неодно-
кратно. Они доказываютъ очевидно, что кожно-мышечная сфера
распространяется и на внутреннюю поверхность теменныхъ
долей.
По Cl. de Boyer 1) разстройство чувствительности должно
1) Cl. de Boyer. Etudes topographiques sur les lésions corticales des hémi-
sphéree cérébraux. Thèse de Paris. 1879.

784

локализироваться въ „скрытой“ области мозговой коры, (т. е.
лежащей внѣ двигательныхъ центровъ) но авторъ не опредѣ-
ляетъ точно, гдѣ именно должна быть область, пораженіе ко-
торой вызываетъ разстройства чувствительности.
Раздѣленіе двигательныхъ отъ чувствительныхъ волоконъ
въ полушаріяхъ и во внутренней сумкѣ признаетъ также и
Sachs 1).
По этому автору въ корѣ полушарій чувствительныя области
должны лежать сзади двигательныхъ.
Redlich 2) на основаніи цѣлаго ряда случаевъ доказываетъ
что чувствительные пути лежатъ отдѣльно отъ двигательныхъ
какъ во внутренней сумкѣ, такъ и въ мозговыхъ полушаріяхъ
причемъ по его мнѣнію между двигательнымъ пучкомъ и
пучкомъ общей чувствительности во внутренней сумкѣ, какъ и
въ полушаріяхъ располагаются пути и области для мышечной
чувствительноти.
По взгляду Ballet 3) чувствительная область сливается съ
двигательной только передней своею частью, но кзади она
должна простираться значительно далѣе, до затылочныхъ
областей.
Въ новѣйшее время также были опубликованы наблюденія,
говорящія въ пользу чувствительной функціи теменной области
мозговой коры.
Въ этомъ отношеніи заслуживаетъ вниманія наблюденіе
Bruns’a 4), въ которомъ опухоль, сдавившая снаружи внутрь
теменную долю, вызвала разстройства мышечнаго чувства и
общей чувствительности и атаксію движеній, откуда онъ за-
ключаетъ, что разстройства чувствительности и атаксія должны
быть отнесены къ пораженію разсматриваемой области. Вмѣстѣ
съ тѣмъ имѣются и другіе подобные же случаи въ литературѣ.
Въ одномъ случаѣ Durante 5) обнаруживалось тяжелое пора-
женіе чувствительности верхней конечности при пораженіи опу-
холью противоположной теменной доли. Это пораженіе исчезло
затѣмъ совершенно по истеченіи в часовъ послѣ операціи.
1) Sachs. Bau und Thätigkeit des Grosshirns. Breslau. 1893.
2) Redlich. Ueber Störungen des Muskelsinnes und des stereognostischen
Sinnes bei der cerebralen Hemiplegie. Wiener Klinische Wochenschr. 1893.
3) Ballet. Recherches anatomiques et cliniques sur faisceau sensitif et les
troubles de la sensibilité dans les lésions du cerveau. Thèse de Paris. 1881.
4) Bruns. Zwei Fälle von Hirntumor mit genauer Localdiagnose. Neur. Centr.
1898, № 17 и 18.
5) Durante. Brit. med Journ. II, стр. 1825. 1902.

785

Можно было бы привести также много другихъ случаевъ
подобнаго рода, но мы не будемъ здѣсь безъ надобности уве-
личивать число наблюденій.
Нужно лишь замѣтить, что существуютъ также наблюденія,
въ которыхъ при пораженіи gyr. fornioati обнаруживалась гемі-
анэстезія на противоположной сторонѣ. Сюда слѣдуетъ отнести
наблюденія В. Муратова и Saville’a 1).Съ другой стороны Touche2)
на основаніи двухъ случаевъ признаетъ существованіе центра
для чувствительности въ gyr. fusiforme.
Точно также и мнѣ въ одномъ случаѣ привелось наблюдать
геміанэстезію при опухоли, сидѣвшей въ gyr. fornicato и захва-
тившей часть квадратной дольки. Въ этомъ случаѣ однако можно
было не безъ основанія допустить, что пораженіемъ были
захвачены и подлежащіе чувствительные проводники, выходя-
щіе изъ области теменной доли къ подкорковымъ областямъ,
чѣмъ въ сущности и можно было объяснить явленія геміанэ-
стезіи. Мнѣ кажется, что въ другихъ случаяхъ съ пораженіемъ
gyri fornicati, а можетъ быть и gyri fusiformis, гдѣ обнаруживалась
геміанэстезія, не исключена возможность подобнаго же развитія
геміанэстезіи.
Слѣдуетъ далѣе имѣть въ виду, что при пораженіи темен-
ныхъ областей кромѣ явленій геміанэстезіи обычно наблюдаютъ
и атаксію движеній. Наблюденія такого рода были уже давно
представлены Bernhardt’омъ. Сюда относится и выше цитирован-
ный случай Bruns’a. По отношенію къ этой атаксіи необходимо
замѣтить, что отъ атаксіи, обусловленной перерѣзкой заднихъ
корешковъ, она отличается лишь степенью, а не по существу,
такъ какъ нарушенія регуляціи движеній въ сущности вездѣ
одни и тѣ же 3).
Что касается параличныхъ разстройствъ въ настоящемъ
смыслѣ слова, то при пораженіи теменныхъ областей обыкно-
венно ихъ не наблюдаютъ, что и понятно, такъ какъ содер-
жащіеся здѣсь двигательные центры, какъ мы видѣли, суть
центры рефлекторнаго характера, удаленіе которыхъ и у живот-
ныхъ не вызываетъ явленій паралича произвольныхъ движеній.
Должно впрочемъ упомянуть, что Grasset и Landouzi при-
знаютъ въ gyr. angularis центры, завѣдывающіе поднятіемъ верх-
няго вѣка. Но Charcot и Pitres не считаютъ еще возможнымъ
1) См. реф въ Neur. Centr. № 5. 1892.
2) Touche. Pieces de localisation cérébrale. Gaz. hebd. de Med. № 35. 1901.
3) Bickel. Untersuchungen Liber d. Mechanismus d. nervösen Bewegungs-
regulation. Stuttgart. 1903.

786

строго локализировать этотъ центръ, такъ какъ пораженія
вышеуказанной области часто не сопровождаются параличемъ
верхняго вѣка, который иногда наблюдался также при другихъ
мозговыхъ пораженіяхъ.
Съ другой стороны въ согласіи съ экспериментальными изслѣ-
дованіями и по клиническимъ изслѣдованіямъ въ теменныхъ
областяхъ долженъ помѣщаться центръ для движенія глазъ.
Такъ уже Landouzi 1) предположительно на основаніи кли-
ническихъ данныхъ локализируетъ центръ движенія глазъ въ
нижней теменной долькѣ.
Grasset при выясненіи вопроса о локализаціи корковаго
центра для отклоненія глазъ и головы обсуждаетъ изслѣдо-
ванія Ferrier’a, по которому имѣются два такихъ центра: одинъ
въ лобной долѣ при ножкѣ второй извилины и второй въ
области угловой извилины, окружающей Сильвіеву борозду,
гдѣ Ferrier локализировалъ центръ зрѣнія. Grasset не согла-
шается съ Ferrier’омъ о локализаціи центра для движенія глазъ
и головы въ лобной долѣ, въ чемъ онъ очевидно неправъ, и
признаетъ, что этотъ центръ помѣщается въ извилинахъ, окру-
жающихъ Сильвіеву борозду и въ gyr. angularis.
Далѣе, въ одной изъ своихъ работъ С. Wernicke 2), пользуясь
своимъ случаемъ и наблюденіями, собранными изъ литературы,
устанавливаетъ локализацію симптома отведенія глазъ и головы
въ нижней теменной долькѣ, что также служитъ подтвержде-
ніемъ экспериментальныхъ данныхъ о содержаніи центровъ
движенія глазъ въ теменной области.
Нужно впрочемъ, имѣть въ виду, что отклоненіе глазъ
и головы нерѣдко наблюдается при первоначальномъ раз-
витіи гемиплегіи въ періодъ безсознательнаго состоянія,
но, какъ только больные приходятъ въ себя, то этотъ
симптомъ обыкновенно исчезаетъ. Сравнительная кратко-
временность разсматриваемаго симптома заставляетъ С. We-
rnicke 3) признать, что движеніями глазъ и головы завѣды-
ваетъ не одно, а оба полушарія. Благодаря этой двусторон-
ней иннерваціи и происходитъ быстрое возстановленіе пра-
вильной подвижности глазъ при корковыхъ пораженіяхъ.
1) Landouzi. De la deviation conjugée etc. Bull. de la soc. anat. de Paris.
1879.
2) C. Wernicke. Herderkrankung des unteren Scheitelläpchens. Arch. f.
Psych. Bd. XX. 1889.
3) C. Wernicke. Ueber Störungen d. associirten Augenbewegungen. Arch.
f. Psych. Bd. VII. 1877.

787

Мы видимъ такимъ образомъ, что, какъ данныя эксперимента,
такъ и клиническія наблюденія согласно говорятъ съ одной
стороны въ пользу чувствительной функціи теменныхъ обла-
стей, съ другой въ пользу содержанія въ нихъ двигательныхъ
центровъ глазъ и головы рефлекторнаго характера.
Равнымъ образомъ и отношеніе теменныхъ областей къ
вынужденнымъ движеніямъ круженія находить подтвержденіе
въ клиникѣ.
По крайней мѣрѣ въ одномъ случаѣ небольшой опухоли,
сидѣвшей въ задней части теменной области я наблюдалъ у боль-
ного, о которомъ упоминалось уже и ранѣе, рѣзко выраженныя
манежныя круговыя движенія, которыя происходили въ сторону
здороваго полушарія. Круженіе у больного наблюдалось съ сте-
реотипнымъ постоянствомъ, какъ только онъ поднимался на ноги.
Общія заключенія.
Изъ предыдущаго ясно, что теменныя области полушарій
имѣютъ извѣстное отношеніе къ кожной и мышечной чувстви-
тельности, чѣмъ объясняются и случаи атаксіи при пораженіи
теменныхъ долей. Кромѣ того въ нихъ содержатся и нѣкоторые
изъ двигательныхъ центровъ рефлекторнаго характера. Нако-
нецъ, въ виду вышеуказанныхъ явленій круженія, наблюдаемыхъ
иногда при пораженіи теменной доли, необходимо имѣть въ
виду, что эта область коры имѣетъ также извѣстное отношеніе
къ воспріятію ощущеній положенія тѣла, передаваемыхъ къ
корѣ головного мозга центральными продолженіями передней
ножки мозжечка.
Что образы кожныхъ осязательныхъ раздраженій и образы
положенія членовъ въ пространствѣ должны отлагаться въ корѣ
доказывается тѣмъ, что животныя безъ полушарій, хотя и поль-
зуются импульсами отъ мышцъ при своихъ движеніяхъ, но со-
вершенно равнодушны къ неловкому положенію своихъ чле-
новъ, если въ это положеніе ихъ члены приводятся постепенно.
Точно также и осторожно производимыя осязательныя раздра-
женія у такихъ животныхъ остаются безъ эффекта.
Итакъ всѣ имѣющіяся въ нашемъ распоряженіи данныя
заставляютъ признать, что въ корѣ теменныхъ извилинъ
содержатся центры воспріятія качественно - различныхъ кож-
ныхъ и мышечныхъ раздраженій въ формѣ локализирован-

788

ныхъ осязательныхъ, болевыхъ, термическихъ и мышечныхъ
образовъ.
Необходимо при этомъ имѣть въ виду, что элементарное
воспріятіе кожныхъ и мышечныхъ раздраженій въ видѣ недиф-
ференцированныхъ образовъ, несомнѣнно воспринимается еще
подкорковыми центрами, причемъ въ зависимости отъ силы
внѣшняго раздраженія измѣняются въ своей интенсивности и
соотвѣтствующія имъ реакціи.
Далѣе нельзя упускать изъ виду, что локализація внѣш-
нихъ кожныхъ раздраженій опредѣляется уже функціей под-
корковыхъ центровъ, такъ какъ у животныхъ съ удале-
ніемъ мозговыхъ полушарій мы имѣемъ строго локализи-
рованные рефлексы, напримѣръ чесательный рефлексъ у со-
бакъ, отстраненіе лапы отъ колющаго орудія, кусаніе лапы въ
мѣстѣ раздраженія, оборонительныя движенія переднихъ лапъ
при захватываніи морды животнаго и пр. Такимъ образомъ
очевидно, что общій пространственный распорядокъ отпечатковъ
внѣшнихъ кожныхъ раздраженій данъ уже въ подкорковыхъ
центрахъ, иначе по крайней мѣрѣ вышеуказанные факты не мо-
гутъ быть поняты.
Нужно однако имѣть въ виду, что и кора участвуетъ въ
локализаціи внѣшняго воспріятія, но дѣло идетъ здѣсь не
объ общемъ пространственномъ распорядкѣ отпечатковъ или
образовъ внѣшнихъ раздраженій, данномъ уже въ подкорковыхъ
центрахъ, но о болѣе сложномъ явленіи, выражающемся „про-
странственнымъ оформленіемъ“ осязательнаго отпечатка.
Что этотъ процессъ, обусловливающій воспріятіе внѣшней
формы и размѣровъ осязательнаго образа, является функціей
коры, доказательствомъ служатъ не только наблюденія надъ
людьми, но и опытъ съ собакой безъ полушарій, которая ку-
саетъ свою собственную лапу, очевидно не имѣя возможности
даже относить образъ колющаго орудія наружу. Этотъ актъ
„пространственнаго оформленія“ внѣшняго воспріятія возможенъ
только при сочетаніи осязательныхъ образовъ съ образами,
получающимися отъ положенія осязающаго члена въ простран-
ствѣ, т. е. съ образами, возникающими подъ вліяніемъ мышеч-
наго сокращенія. Съ этимъ процессомъ тѣсно связана и пере-
работка вышеуказанныхъ образовъ въ конкретные осязательно-
мышечные образы, получаемые отъ окружающихъ предметовъ
при ихъ ощупываніи (т. наз. стереогностическое чувство).
Должно, однако, имѣть въ виду, что сохраненіе этихъ обра-
зовъ происходитъ уже не въ теменныхъ областяхъ, а впереди

789

отъ нихъ въ области задняго отдѣла сигмовидной resp. цен-
тральныхъ извилинъ, въ сосѣдствѣ съ цѣлымъ рядомъ важ-
нѣйшихъ въ функціональномъ отношеніи центровъ движенія.
Разстройства движенія, наблюдаемыя при удаленіи сигмо-
видной resp. центральныхъ извилинъ.
Описаніе разстройствъ, наблюдаемыхъ при разрушеніи сигмо-
видной resp. центральныхъ извилинъ, можно найти у многихъ
авторовъ. Должно однако замѣтить, что эти описанія далеко
не отличаются достаточной полнотой и въ то же время не вполнѣ
согласны между собою. Въ виду этого мы опишемъ явленія,
наблюдаемыя при разрушеніи разсматриваемой области, руко-
водясь собственными опытами 1), и отмѣтимъ при этомъ также
тѣ изъ явленій, на которыхъ до сихъ поръ мало или вовсе не
останавливались другіе авторы. Займемся съ самаго начала
опытами надъ собаками и кошками.
Если мы удалимъ у нихъ, осторожно вычерпавъ ложечкой
всю или большую часть двигательной области въ одномъ
мозговомъ полушаріи, то убѣдимся прежде всего, что, хотя
животное и не лишается способности ходьбы и бѣга, но при
этомъ въ первое время обѣ его противоположныя лапы
часто царапаютъ когтями по полу и ставятся вообще крайне
неуклюже, такъ что животное иногда становится на тыльную
часть кисти той или другой конечности, иногда же падаетъ
на колѣно одной изъ своихъ переднихъ лапъ.
Достойно вниманія, что описанныя разстройства всегда пред-
ставляются болѣе рѣзкими въ передней, нежели въ задней
конечности, въ силу чего почти никогда не случается, чтобы
животное упало на колѣно пораженной задней конечности. Всѣ
только что указанныя явленія какъ у собакъ, такъ и у кошекъ,
исчезаютъ обыкновенно уже по истеченіи нѣсколькихъ дней,
Но неловкость въ управленіи пораженными конечностями
обыкновенно остается у животнаго весьма продолжительное
время, особенно въ управленіи передней конечностью поражен-
ной стороны. Эта неловкость выражается тѣмъ, что на глад-
комъ полу, особенно при быстромъ бѣгѣ, обѣ противополжныя
1) См. В. Бехтеревъ, Финіологія двигательной области мозговой коры.
Арх. психіатріи 1886 и 1887.

790

конечности животнаго нерѣдко скользятъ и раздвигаются въ
стороны, вслѣдствіе чего животное иногда падаетъ на сторону
или же пріостанавливается, чтобы упрочить положеніе своего
тѣла.
У оперированнаго животнаго вообще обнаруживается пора-
зительная слабость обѣихъ противоположныхъ конечностей.
Достаточно неожиданнаго толчка въ сторону пораженныхъ
конечностей, чтобы животное упало, тогда какъ при толчкѣ въ
направленіи здоровой стороны животное обыкновенно съ силою
упирается своими здоровыми конечностями и противодѣйствуетъ
паденію. Иногда вслѣдъ за обширнымъ разрушеніемъ двигатель-
ной области оперированныя собаки, покрайнѣй мѣрѣ въ началѣ,
время отъ времени производятъ манежныя круговыя движенія
на сторону пораженія. При этомъ производить поворачиваніе ту-
ловища въ сторону пораженныхъ конечностей животное или со-
вершенно не въ состояніи, или же это движеніе представляется
крайне затрудненымъ, вслѣдствіе того,что пораженная конечность,
особенно передняя, нерѣдко подгибается и животное падаетъ
на ея колѣно, причемъ лишь съ большимъ трудомъ исправ-
ляетъ положеніе своего тѣла. Это разстройство особенно легко
демонстрируется, если животное приманивать на кусокъ хлѣба
и послѣдовательно передвигать имъ въ сторону пораженныхъ
конечностей. Тоже разстройство, какъ я убѣдился, выступаетъ
съ ясностью и въ томъ случаѣ, если животному предстоитъ
перешагнуть чрезъ какое-либо препятствіе. При этомъ поражен-
ныя конечности животнаго, не будучи достаточно высоко при-
поднимаемы, задѣваютъ за препятствіе, вслѣдствіе чего животное
или тотчасъ же падаетъ на колѣно своей передней конечности,
или же ставитъ обѣ пораженныя конечности крайне неуклюже
и затѣмъ исправляетъ ихъ только при дальнѣйшемъ движеніи.
Съ неменьшимъ постоянствомъ вышеуказанныя разстройства
обнаруживаются и въ томъ случаѣ, если мы будемъ побуждать
животное къ передвиженію въ необычномъ положеніи туловища.
Если мы приподнимемъ здоровую собаку за обѣ заднія конеч-
ности и въ такомъ положеніи постояннымъ подталкиваніемъ
ея туловища будемъ заставлять животное передвигаться на
однихъ переднихъ лапахъ, то, какъ извѣстно, это ей удается
очень хорошо. Равнымъ образомъ и движеніе назадъ при подоб-
ныхъ условіяхъ выполняется животнымъ прекрасно. Съ другой
стороны, если мы приподнимемъ переднюю часть туловища
собаки и заставимъ животное двигаться впередъ или назадъ
на однихъ заднихъ лапахъ, то животное свободно перемѣщаетъ

791

обѣ заднія конечности, не чувствуя при этомъ никакого затруд-
ненія. Извѣстно, что нѣкоторыя собаки даже отлично передви-
гаются взадъ и впередъ на приманку мясомъ или кускомъ
хлѣба въ вертикальномъ положеніи, переступая одними задними
конечностями.
Если мы теперь у оперированной собаки поднимемъ заднюю
часть туловища и, придерживая за обѣ заднія конечности, пу-
темъ постепеннаго подталкиванія будемъ заставлять ее передви-
гаться на однихъ переднихъ конечностяхъ въ направленіи
кпереди, то мы убѣдимся, что передняя пораженная конеч-
ность животнаго почти тотчасъ же подгибается подъ туловище
и животное утрачиваетъ всякую возможность дальнѣйшаго
передвиженія. Если съ другой стороны мы будемъ тащить
животное въ описанномъ положеніи назадъ, то оно правильно
переступаетъ своею здоровою конечностью и волочитъ по полу
пораженную лапу.
Съ другой стороны, если оперированной собакѣ мы припод-
нимемъ переднюю часть туловища и заставимъ ее въ такомъ
положеніи передвигаться на однихъ заднихъ лапахъ, то при
движеніи кзади пораженная задняя конечность животнаго
тотчасъ же подгибается подъ туловище, вслѣдствіе чего даль-
нѣйшее передвиженіе становится невозможным; напротивъ того
при передвиженіи впередъ животное обыкновенно съ силою
упирается своею здоровою лапою, какъ это дѣлаютъ и всѣ дру-
гія животныя, и не обнаруживаетъ почти никакого сопротив-
ленія со стороны пораженной конечности, пассивно волоча ею по
полу. Симптомъ этотъ, который я описалъ уже около 20 лѣтъ на-
задъ 1), на мой взглядъ отмѣчается съ поразительнымъ постоян-
ствомъ у оперированныхъ животныхъ и нерѣдко обнаруживается
въ большей или меньшей степени спустя много мѣсяцевъ
и даже болѣе году послѣ операціи.
Далѣе лазанье, къ которому обнаруживаютъ особенную спо-
собность наши домашнія кошки, хотя и выполняется еще вслѣдъ
за одностороннимъ удаленіемъ двигательной области мозговой
коры, но при этомъ животное поднимаетъ свое туловище почти
исключительно съ помощью конечностей здоровой стороны
и лишь слегка придерживается лапами оперированной стороны.
При этомъ животное не только не дѣлаетъ пораженною перед-
нею конечностью тѣхъ энергическихъ взмаховъ. которые явля-
1) В. Бехтеревъ. Физіологія двигательной области мозговой коры. Арх.
псих. 1886—87 гг.

792

ются необходимымъ условіемъ лазанія, но и не расчитываетъ
на силу этой конечности при подъемѣ своего туловища.
Изъ сдѣланнаго описанія нетрудно убѣдиться, что животное
вслѣдъ за одностороннимъ удаленіемъ двигательной области,
хотя и можетъ ходить, бѣгать и даже лазить, но при этомъ
обнаруживаетъ поразительную слабость и неловкость въ управ-
леніи обѣими противоположными конечностями, причемъ во
всѣхъ тѣхъ случаяхъ, когда при передвиженіи требуются болѣе
энергичныя и необычныя движенія, выходящія изъ порядка
сочетанныхъ локомоторныхъ движеній, пораженныя конечности
служатъ недостаточно, неправильно или даже и вовсе отказы-
ваются служить.
Въ заключеніе слѣдуетъ упомянуть, что у нѣкоторыхъ собакъ
въ первое время вслѣдъ за операціей обнаруживаются круговыя
движенія на сторону пораженія, скоро впрочемъ исчезавшая.
Эти круговыя движенія иногда обнаруживаютъ даже явно при-
падочный характеръ, какъ всѣ вообще вынужденныя движенія.
Утрата обособленныхъ движеній. Опыты надъ собаками
и болѣе низшими животными.
Помимо вышеуказанныхъ разстройствъ у оперированныхъ
животныхъ съ большимъ постоянствомъ обнаруживается не-
способность производить обособленныя движенія пораженными
конечностями. Такъ съ оперированною собакой удается безъ
труда продѣлать слѣдующій опытъ: когда животное спо-
койно стоитъ на одномъ мѣстѣ, то, приподнявъ одну изъ ея
здоровыхъ конечностей и затѣмъ высвободивъ ее изъ рукъ,
мы убѣждаемся, что животное тотчасъ же опускаетъ ее на полъ
и пользуется такимъ образомъ ею для опоры своего туловища;
если же совершенно аналогичный опытъ мы продѣлаемъ съ
одной изъ пораженныхъ конечностей, то мы убѣдимся, что по
освобожденіи изъ рукъ эта конечность не опускается на полъ
и животное ею не пользуется для опоры своего туловища, а
удерживаетъ ее въ свѣшенномъ пассивномъ состояніи до тѣхъ
поръ, пока подъ вліяніемъ тѣхъ или другихъ побужденій оно
не сдѣлаетъ попытки къ перемѣщенію въ пространствѣ, при
которомъ тотчасъ же употребляется въ дѣло и пораженная
конечность, остававшаяся до того въ свѣшенномъ пассивномъ
положеніи. Надо замѣтить, вообще что при всякаго рода пас-

793

сивныхъ перемѣщеніяхъ пораженныхъ конечностей животное
оставляетъ ихъ въ новомъ положеніи неопредѣленно долгое
время, но достаточно животное слегка толкнуть или припод-
нять, или потянуть за одну изъ здоровыхъ конечностей, чтобы оно
тотчасъ же воспользовалось для поддержанія своего туловища
въ равновѣсіи пораженною конечностью.
Между прочимъ удается слѣдующаго рода опытъ надъ опе-
рированными животными: если здоровую собаку мы поставимъ
на столъ такъ, чтобы одна изъ ея лапъ пришлась на откид-
ную крышку стола и затѣмъ быстро опустимъ послѣднюю, то
обыкновенно собака тотчасъ же убираетъ лапу съ откидной
части крышки. Но, если мы то же самое продѣлаемъ съ опе-
рированной собакой, поставивъ одну изъ пораженныхъ лапъ
на откидную крышку стола, то животное при опусканіи по-
слѣдней не поднимаетъ пораженной конечности и часто при
этомъ сваливается. Я убѣдился также, что, если животное на
столѣ уложить такимъ образомъ, чтобы его пораженная ко-
нечность свѣсилась за край стола, то животное не въ состояніи
ее поднять и положить обратно на столъ, тогда какъ оно легко
продѣлываетъ это съ каждой изъ своихъ здоровыхъ лапъ. Даже
и въ томъ случаѣ, если мы будемъ раздражать опущенную конеч-
ность уколами, животное не будетъ въ состояніи ее поднять
такъ какъ и въ этомъ случаѣ оно обыкновенно поднимается на
три оставшіяся на столѣ конечности и старается такимъ пу-
темъ устраниться отъ дальнѣйшихъ раздраженій.
Точно также легко продѣлывается съ оперированною соба-
кою и слѣдующій опытъ, впервые описанный Hitzig’омъ если
собаку поднять на воздухъ, то ея пораженная конечность обык-
новенно свѣшивается пассивно, тогда какъ другія конечности
прижимаются къ туловищу. Если затѣмъ въ такомъ положеніи
собаку нѣсколько разъ ознакомить съ уколами большой
иглы, то уже достаточно бываетъ приблизить иглу къ здоровой
конечности, чтобы она тотчасъ же отдернула ее, между тѣмъ
какъ пораженная конечность остается пассивно свѣсившеюся
при приближеніи къ ней иглы даже и въ томъ случаѣ, если
животное при видѣ ея начинаетъ усиленно лаять и визжать.
При своихъ опытахъ я убѣдился, что, если оперированную
собаку привести въ вертикальное положеніе, то передняя лапа
оперированной стороны у ней обыкновенно свѣшивается, тогда
какъ конечность здоровой стороны большей частью придержи-
вается слегка приподнятой. Если теперь уколоть лапу здоровой
стороны, то животное тотчасъ же ее отдергиваетъ и еще бо-

794

лѣе прижимаетъ къ туловищу, тогда какъ при попыткахъ уко-
лоть лапу пораженной стороны животное, не смотря на про-
являемое имъ безпокойство и даже визгъ предъ страхомъ
ожидаемаго укола, не въ состояніи ни поджать эту лапу къ
туловищу, ни приподнять ее, какъ дѣлаетъ животное въ этомъ
случаѣ съ лапой здоровой стороны.
Далѣе я убѣдился, что, если животному мы станемъ раз-
дражать морду или захватимъ его за голову обѣими
руками, то при всѣхъ своихъ попыткахъ освободиться отъ
раздражающаго орудія и при желаніи высвободить свою голову
изъ рукъ оно пользуется здоровою переднею конечностью; по-
раженная же лапа въ этихъ случаяхъ производитъ иногда
лишь крайне ограниченныя и не достигающая цѣли совмѣст-
ныя движенія. Аналогичныя явленія легко наблюдать и при
завязываніи глазъ животнаго. Извѣстно, что, какъ собаки,
такъ и кошки не относятся вполнѣ равнодушно къ завязыва-
нію глазъ и по крайней мѣрѣ въ первое время по наложеніи
повязки стараются освободиться отъ нея съ помощью своихъ
переднихъ конечностей. При своихъ опытахъ я убѣдился, что
вслѣдъ за удаленіемъ одной двигательной области опериро-
ванныя животныя пользуются для удаленія повязки всегда
только конечностью здоровой стороны и, не смотря на крайнее
неудобство пользованія въ этомъ случаѣ одной конечностью,
они никогда не вводятъ въ дѣло переднюю конечность поражен-
ной стороны.
Равнымъ образомъ при глоданіи кости оперированная собака
придерживаетъ свою добычу всегда лишь лапой здоровой сто-
роны и по крайней мѣрѣ въ теченіе извѣстнаго времени вслѣдъ
за операціей не пользуется пораженной лапой. Я убѣдился
также, что оперированная кошка при очищеніи своей морды
пользуется всегда лишь своею здоровою переднею лапою и ни-
когда не употребляетъ въ дѣло обѣихъ переднихъ лапъ или
одной пораженной конечности. Наконецъ, если къ опериро-
ванной кошкѣ поднести ея исконнаго врага—собаку, то не-
трудно убѣдиться, что обороняясь отъ приближающейся со-
баки, оперированная кошка ударяетъ ее всегда лишь лапой здо-
ровой, а не оперированной стороны.
Достойно вниманія то обстоятельство, что оперированная
кошка, замочивъ въ водѣ лапы здоровой стороны, всегда стара-
тельно ихъ отряхиваетъ; тогда какъ при тѣхъ же условіяхъ
она никогда не отряхиваетъ мокрыя лапы пораженной стороны.
Наконецъ, должно имѣть въ виду, что оперированная собака,

795

хотя и производить при механическомъ раздраженіи боковой
части туловища быстрыя чесательныя движенія по воздуху,
но эти, безъ сомнѣнія, рефлекторныя движенія обыкновенно не
достигаютъ цѣли и оперированное животное въ действитель-
ности никогда не въ состоянии произвести настоящаго
чесанія.
Опыты съ дрессированными собаками также даютъ поучи-
тельные результаты. Уже Goltz, какъ извѣстно, обратилъ вни-
маніе на то обстоятельство, что дрессированная собака вслѣдъ
за обширнымъ разрушеніемъ передней части одного полушарія
совершенно утрачиваетъ способность подавать по требованію
лапу пораженной стороны, взамѣнъ которой она подаетъ всегда
лапу здоровой стороны.
Съ другой стороны я убѣдился, что дрессированная собака,
умѣвшая ходить на заднихъ лапахъ, вслѣдъ за удаленіемъ
двигательной области мозговой коры совершенно утратила
эту способность. При попыткахъ поднять оперированную собаку
на заднія конечности и заставить ее въ такомъ положеніи
ходить можно было легко убѣдиться, что задняя конечность
пораженной стороны тотчасъ же подгибается и собака свали-
вается на пораженную сторону.
Далѣе въ иннерваціи мышцъ, закрывающихъ вѣки, въ по-
движности глазныхъ яблокъ, въ мышцахъ языка, въ мышцахъ,
управляющихъ движеніемъ челюстей, актомъ жеванія и глотанія
и въ иннерваціи дыхательныхъ мышцъ мнѣ не удалось у опериро-
ванныхъ животныхъ замѣтить никакихъ вообще измѣненій,
что, безъ сомнѣнія, объясняется хорошо развитой у нихъ дву-
сторонней иннерваціей этихъ мышцъ.
Равнымъ образомъ и въ мышцахъ лица при покойномъ
состояніи животнаго не удается замѣтить никакихъ особенныхъ
явленій; но у нѣкоторыхъ изъ оперированныхъ собакъ при
ѣдѣ и при облизываніи животнаго мышцы противоположной
половины лица сокращались замѣтно слабѣе, нежели на соот-
вѣтствующей сторонѣ. При всемъ томъ разнообразныя гримасы
въ разсерженномъ состояніи животнаго, какъ я отмѣтилъ еще
въ своей работѣ „Физіологія двигательной области мозговой
коры“ всегда происходятъ симметрично какъ на той, такъ и
на другой сторонѣ лица.
Вообще въ отношеніи выражающихъ движеній, какъ напр.
1) См. Арх. психіатріи 1886—87.

796

злобы и пр., оперированныя животныя не представляютъ суще-
ственныхъ различій отъ здоровыхъ.
Что касается болѣе низшихъ животныхъ, какъ напримѣръ
кроликовъ, морскихъ свинокъ и мышей, то, не вдаваясь въ по-
дробности описанія результатовъ разрушенія у нихъ двига-
тельной области мозговой коры, я замѣчу лишь, что у этихъ
животныхъ въ отношеніи способности передвиженія почти не
удается замѣтить какихъ-либо разстройствъ даже и въ первое
время вслѣдъ за операціей; но обособленныя движенія членовъ
противоположной стороны и у этихъ животныхъ утрачиваются
почти совершенно. Такимъ образомъ напримѣръ, если подвер-
нуть оперированной свинкѣ лапу подъ туловище, то она такъ
и продолжаетъ стоять съ подогнутой лапкой, пока ее не побу-
дятъ къ передвиженію, когда и пораженная лапка приводится въ
дѣйствіе. Далѣе надъ этими животными такъ же, какъ и надъ со-
баками, легко удается опытъ съ откидною доскою стола. Нако-
нецъ, при лазаніи мышей подобно тому, какъ и у кошекъ, мы
замѣчаемъ неумѣнье пользоваться лапкой противоположной
стороны.
Опыты надъ обезьянами съ одностороннимъ разрушеніемъ
двигательныхъ центровъ.
Что касается обезьянъ, то нужно замѣтить, что вслѣдъ за раз-
рушеніемъ центральныхъ извилинъ въ одномъ полушаріи мозга
у нихъ развиваются гораздо болѣе рѣзкія разстройства, нежели
у собакъ и кошекъ, что отмѣчено всѣми вообще наблюдателями.
Явленія, обнаруживающіяся у обезьянъ съ разрушеніями всѣхъ
двигательныхъ центровъ въ одномъ полушаріи мозга при
разрушеніи g. sygmoidei совершенно напоминаютъ собою явле-
нія гемиплегіи, наступающей при аналогичныхъ условіяхъ у
человѣка.
Такъ, у оперированныхъ обезьянъ вслѣдъ за односторон-
нимъ удаленіемъ двигательныхъ центровъ мозговой коры
вмѣстѣ съ отведеніемъ глазъ и головы, обнаруживающемся
впрочемъ лишь въ первое время вслѣдъ за операціей, обѣ
противоположныя конечности свѣшиваются и при ходьбѣ
животное опирается главнымъ образомъ на обѣ конечности
здоровой стороны и сравнительно слабо на заднюю конечность
пораженной стороны, переднюю же конечность пораженной

797

стороны оно держитъ обыкновенно пассивно свѣшенною на
воздухѣ.
Въ такомъ видѣ животное въ буквальномъ смыслѣ слова
ковыляетъ на трехъ конечностяхъ, неся на вѣсу свою перед-
нюю конечность пораженной стороны. Лазанье для такого
рода животныхъ становится почти совершенно невозможнымъ
вслѣдствіе того, что животное утрачиваетъ способность це-
пляться пораженными конечностями за перекладины и прочіе
предметы.
Обезьяна избѣгаетъ даже производить прыжки, вслѣдствіе
невозможности отталкиваться пораженною заднею конечностью
и невозможности опираться на переднюю конечность поражен-
ной стороны. Что касается хватательныхъ способностей, то на
сторонѣ пораженія они совершенно утрачиваются. Обезьяна бе-
ретъ пищу и захватываетъ окружающіе предметы всегда здо-
ровой, а не пораженной конечностью, которая не участвуетъ
при всѣхъ вообще обособленныхъ движеніяхъ. Такъ, животное
никогда не употребляетъ пораженную конечность при чесаніи, не
въ состояніи цѣпляться ею за окружающіе предметы, даже и въ
томъ случаѣ, когда оно сваливается съ перекладины, на кото-
рую было посажено. Точно также животное, будучи разсержен-
нымъ, всегда ударяетъ своего врага здоровой, а не пораженной
конечностью. Вмѣстѣ съ тѣмъ животное испытываетъ большія
затрудненія во всѣхъ тѣхъ случаяхъ, когда ему требуется помощь
обѣихъ переднихъ рукъ. Если мы приведемъ обезьяну въ вер-
тикальное положеніе, то нетрудно убѣдиться, что передняя ко-
нечность пораженной стороны у нея представляется пассивно
свѣсившеюся въ противоположность передней конечности здо-
ровой стороны.
Въ этомъ положеніи животное вообще напоминаетъ собою
обыкновеннаго гемиплегика, такъ какъ и его задняя конеч-
ность пораженной стороны не поддерживаетъ туловище въ той
степени, какъ конечность здоровой стороны. Это сходство увеличи-
вается еще тѣмъ, что у обезьянъ вслѣдъ за операціей всегда
обнаруживается совершенно ясное опусканіе нижней половины
лица на соотвѣтствующей сторонѣ и отклоненіе ея на проти-
воположную сторону; современемъ же развивается сгибательная
контрактура передней конечности и менѣе выраженная разги-
бательная контрактура задней конечности. Наблюдая животное
во время ѣды, нетрудно убѣдиться, что противоположная поло-
вина лица дѣйствительно обнаруживаетъ паретическое состоя-
ніе, тогда какъ въ разсерженномъ состояніи животное обнару-

798

живаетъ злобную гримасу на обѣихъ сторонахъ почти въ оди-
наковой мѣрѣ.
Упомянемъ здѣсь же, что подобно тому какъ и у собакъ
одностороннее удаленіе центральныхъ извилинъ въ началѣ у
обезьянъ нерѣдко сопровождается развитіемъ круговыхъ дви-
женій на оперированную сторону.
Длительность явленій, обнаруживающихся у животныхъ
при удаленіи сигмовидной resp. центральныхъ извилинъ.
Необходимо замѣтить, что вышеуказанныя двигательныя
разстройства обнаруживаются наиболѣе рѣзкимъ образомъ
лишь въ первое время вслѣдъ за операціей, съ теченіемъ же
времени эти разстройства постепенно ослабѣваютъ въ большей
или меньшей степени. При этомъ оказывается, что улучшеніе
двигательныхъ разстройствъ происходитъ тѣмъ быстрѣе и въ
окончательномъ результатѣ тѣмъ полнѣе, чѣмъ ниже типъ
животнаго. Такъ, у кроликовъ, у морскихъ свинокъ и мышей
обыкновенно двигательныя разстройства вслѣдъ за односторон-
нимъ разрушеніемъ мозговой коры уже въ первыя недѣли
вслѣдъ за операціей исчезаютъ настолько, что могутъ быть
замѣчены лишь при внимательномъ изслѣдованіи, тогда какъ
у кошекъ и собакъ нѣкоторыя изъ разстройствъ обнаружива-
ются въ болѣе или менѣе рѣзкой степени по истеченіи мно-
гихъ мѣсяцевъ и даже лѣтъ, а у обезьянъ и, какъ извѣстно,
также у человѣка разстройства движенія вслѣдъ за разруше-
ніемъ двигательныхъ центровъ одного полушарія, хотя и улуч-
шается со временемъ, но извѣстная часть этихъ разстройствъ
остается навсегда.
При этомъ внимательное наблюденіе показываетъ, что ранѣе
всего исчезаютъ или улучшаются тѣ двигательныя разстрой-
ства, которыя касаются локомоторныхъ движеній. Такъ, у кро-
ликовъ, морскихъ свинокъ и мышей эти разстройства, будучи
вообще слабо выраженными, обыкновенно исчезаютъ совершенно
или почти совершенно по истеченіи нѣсколькихъ дней или
одной—двухъ недѣль вслѣдъ за операціей.
У собакъ и кошекъ эти разстройства, правда, длятся уже
болѣе продолжительное время, тѣмъ не менѣе по истеченіи нѣ-
сколькихъ недѣль уже не удается обнаружить никакихъ вообще
замѣтныхъ разстройствъ движенія ни при ходьбѣ, ни при бѣгѣ

799

животнаго. Но каждый разъ, когда животному приходится пере-
шагивать чрезъ тѣ или другія препятствія, недостатокъ въ упра-
вленіи противоположными конечностями тотчасъ же обнаружи-
вается въ болѣе или менѣе рѣзкой степени. Равнымъ образомъ у
кошекъ при лазаніи даже и по истеченіи многихъ недѣль не-
трудно обнаружить замѣтныя разстройства въ управленіи проти-
воположной передней конечностью. Но эти разстройства движе-
нія представляютъ собою уже не столько нарушенное дѣйствіе
локомоторнаго механизма, сколько недостатокъ обособленныхъ
движеній членовъ, употребляемыхъ животнымъ для перемѣще-
нія тѣла.
Что касается обезьянъ, то, если даже принять во вниманіе
лишь способность животнаго къ передвиженію по плоскости въ
видѣ ходьбы и бѣга, то и эти разстройства, хотя и улучшаются
съ теченіемъ времени весьма значительно, но повидимому не
исчезаютъ вполнѣ даже по истеченіи многихъ мѣсяцевъ. Въ
отдѣльныхъ случаяхъ мнѣ удавалось ихъ наблюдать даже по
истеченіи одного — двухъ лѣтъ, въ силу чего слѣдуетъ
признать, что, не смотря на значительное ослабленіе этихъ
разстройствъ, полнаго возстановленія ихъ повидимому не
наступаетъ вовсе.
Мы уже упоминали, что послѣ удаленія двигательныхъ
центровъ въ одномъ полушаріи мозга съ теченіемъ времени
у обезьянъ развивается контрактура, особенно рѣзко выражен-
ная въ передней конечности, что повидимому еще болѣе пре-
пятствуетъ полному возстановленію локомоторныхъ движеній.
Эти контрактуры у обезьянъ, отмѣченныя уже Ferrier’омъ,
представляютъ также явленіе, болѣе или менѣе стаціонарное,
такъ какъ обыкновенно остаются у животныхъ навсегда.
Совершенно иначе дѣло обстоитъ у животныхъ съ той груп-
пой двигательныхъ разстройствъ, которая характеризуется не-
способностью животнаго производить обособленныя движенія
членами, такъ какъ эти разстройства у всѣхъ вообще живот-
ныхъ остаются весьма продолжительное время безъ существен-
наго улучшенія; нѣкоторыя же изъ этихъ разстройствъ пови-
димому остаюстя навсегда и притомъ не только у обезьянъ,
но даже у кошекъ и собакъ.
Такъ оперированыя мною обезьяны лишь съ теченіемъ мно-
гихъ мѣсяцевъ пріобрѣтали вновь способность захватыванія
предметовъ пораженною переднюю конечностью, но онѣ никогда
не научались пользоваться переднею конечностью для обособ-
ленныхъ движеній подобно тому, какъ онѣ пользуются конеч-

800

ностями здоровой стороны, и во всѣхъ рѣшительно случаяхъ
онѣ употребляли въ дѣло заднія конечности, пользуясь
помощью пораженной конечности лишь въ исключительныхъ
случаяхъ.
Во всѣхъ своихъ опытахъ я могъ обнаружить у обезьянъ ясный
недостатокъ въ пользованіи конечностью для обособленныхъ
движеній даже и послѣ того, какъ онѣ съ теченіемъ многихъ
мѣсяцевъ научались захватывать предметы. Такъ, если мы под-
несемъ къ здоровой конечности вишню, составляющую одно
изъ любимыхъ лакомствъ для обезьянъ, то она тотчасъ же ее
схватываетъ этою конечностью и отправляетъ его въ ротъ; если
же вишню мы поднесемъ къ пораженной передней конечности, то
обыкновенно, не смотря на близость послѣдней, животное не
прибѣгаетъ къ ея помощи, а пользуется здоровой конечностью,
какое бы неудобство животное при этомъ ни испытывало.
Однако въ періодъ улучшенія двигательныхъ разстройствъ
пораженная конечность уже можетъ производить и обособленныя
движенія, но животное все же предпочитаетъ пользоваться
здоровыми конечностями и лишь только въ исключительныхъ
случаяхъ прибѣгаетъ къ помощи пораженной конечности.
Такимъ образомъ напримѣръ обезьяна въ періодъ уже насту-
пившаго улучшенія двигательныхъ разстройствъ послѣ мно-
гихъ тщетныхъ попытокъ, убѣдившись, что ей не даютъ плодъ
въ здоровую руку, захватываетъ его и пораженною конечностью,
но, не будучи въ состояніи поднести ею плодъ ко рту, на-
гибается головой и верхней частью корпуса къ своей пораженной
конечности и такимъ образомъ съѣдаетъ плодъ. Такимъ обра-
зомъ пользованіе пораженною конечностью, какъ орудіемъ,
представлялось въ общемъ все же и здѣсь рѣзко ограничен-
нымъ.
Равнымъ образомъ у оперированныхъ собакъ и кошекъ, хотя и
наблюдалось современемъ нѣкоторое улучшеніе въ пользованіи ко-
нечностями въ формѣ орудій, но ни въ одномъ случаѣ я не могъ
убѣдиться, чтобы вслѣдъ за болѣе или менѣе совершеннымъ уда-
леніемъ двигательной области мозговой коры съ теченіемъ времени
животное научилось бы столь же свободно пользоваться для
обособленныхъ движеній членами пораженной стороны, какъ
и здоровыми конечностями. Хотя съ теченіемъ продолжитель-
наго времени оперированныя собаки и научались пользоваться
пораженною конечностью при глоданіи кости, но даже и по
истеченіи многихъ мѣсяцевъ онѣ все же не могли вновь пода-
вать по требованію хозяина лапу.

801

Извѣстно, что Hitzig у оперированной имъ собаки, взвѣшен-
ной на аппаратѣ, даже по истеченіи 21/2 лѣтъ послѣ операціи
наблюдалъ тотъ симптомъ съ иглой, направляемой на лапу по-
раженной стороны, о которомъ сказано выше.
Мы говорили уже выше, что оперированныя кошки послѣ со-
вершеннаго удаленія двигательныхъ центровъ мозговой коры въ
одномъ полушаріи пользуются для ударовъ при приближеніи
собаки лишь конечностью здоровой стороны. Но съ теченіемъ
многихъ мѣсяцевъ оперированная мною кошка, хотя и поль-
зовалась для вышеуказанной цѣли также лишь переднею ко-
нечностью здоровой стороны, но, будучи въ разсерженномъ
состояніи, прибѣгала иногда и къ помощи пораженной
конечности вмѣстѣ съ употребленіемъ въ дѣло здоровой
конечности.
Съ другой стороны я не могъ убѣдиться, чтобы оперированныя
кошки когда-либо научались пользоваться пораженною конеч-
ностью для очищенія своей морды, такъ какъ даже и спустя
много мѣсяцевъ послѣ операціи онѣ всегда въ этомъ случаѣ
прибѣгаютъ къ помощи своей здоровой конечности.
Равнымъ образомъ и болѣе низшія животныя, какъ на-
примѣръ морскія свинки, даже спустя много недѣль и мѣ-
сяцевъ вслѣдъ за удаленіемъ двигательныхъ центровъ моз-
говой коры, пользуются при очищеніи своей морды всегда
лишь конечностью здоровой стороны и отнюдь не употребляютъ
въ дѣло конечность пораженной стороны.
Частичныя разрушенія сигмовидной resp. центральныхъ
извилинъ мозговой коры.
Если мы будемъ производить у животныхъ не полное, а
частичное удаленіе сигмовидной resp. центральныхъ извилинъ
мозговой коры, ограничиваясь разрушеніемъ какого-либо центра,
то мы получимъ не половинныя, a мѣстныя разстройства дви-
женія на противоположной сторонѣ.
Фактъ этотъ можетъ считаться въ настоящее время безспор-
нымъ и, если заслуживаетъ упоминанія, то лишь въ виду того,
что въ свое время проф. Goltz утверждалъ будто бы у живот-
ныхъ путемъ разрушенія коры нельзя вызвать изолирован-
наго паралича одной изъ противоположныхъ конечностей.

802

Нужно впрочемъ замѣтить, что еще въ 1886 году Hitzig 1) по-
казалъ, что путемъ мѣстныхъ разрушеній gyri sygmoidei у со-
бакъ удается вызвать изолированный параличъ какъ одной, такъ
и другой конечности. Тотъ же фактъ былъ еще ранѣе конста-
тированъ мной 2).
Само собою разумѣется, что у обезьянъ такого рода моно-
плегіи представляются гораздо болѣе рѣзко выраженными,
нежели у другихъ животныхъ, такъ какъ вслѣдъ за частич-
нымъ удаленіемъ соотвѣтствующихъ центровъ та или другая
конечность представляется совершенно парализованною по
крайней мѣрѣ въ первое время вслѣдъ за операціей.
Въ вышеуказанныхъ случаяхъ разстройство движенія об-
наруживалось всегда въ болѣе рѣзкой степени въ томъ случаѣ,
если были удалены всѣ или по крайней мѣрѣ большая часть
центровъ, принадлежащихъ данному члену, т. е. передней или
задней конечности. Въ противномъ случаѣ разстройства дви-
женія представляются менѣе рѣзко выраженными и уже вскорѣ
послѣ операціи исчезаютъ почти совершенно.
Двустороннее разрушеніе сигмовидной resp. центральныхъ
извилинъ.
Посмотримъ теперь какія разстройства и какой продолжи-
тельности наблюдаются у животныхъ въ томъ случаѣ, если
производится двустороннее разрушеніе тѣхъ же областей.
Произведенные нами опыты не оставляютъ сомнѣнія въ томъ,
что двигательныя разстройства въ этомъ случаѣ независимо
отъ распространенія ихъ на обѣ стороны тѣла отличаются боль-
шей тяжестью и большей длительностью, нежели при одно-
стороннихъ разрушеніяхъ мозговой коры.
У собакъ и кошекъ, которымъ я производилъ удаленіе
обѣихъ сигмовидныхъ извилинъ полностью, двигательныя раз-
стройства, какъ результатъ произведенной операціи, хотя и
представлялись въ общемъ значительно слабѣе выраженными,
нежели у обезьянъ, тѣмъ не менѣе все же они обнаружива-
лись въ крайне рѣзкой степени.
Такъ, собака вслѣдъ за подобной операціей въ первое время
1) Hitzig. Berlin. Klin. Woch. № 40. 1888.
2) См. Физіологія двигательной площади мозговой коры, стр. 48. Арх.
псих. 1886—1887.

803

большею частью не въ состояніи подниматься на ноги; обык-
новенно вначалѣ она дѣлаетъ множество совершенно без-
плодныхъ попытокъ, такъ какъ каждый разъ конечности ея
быстро раздвигаются въ стороны и она падаетъ. Если, не смотря
на эти безплодныя усилія, животное побуждать къ движенію
сильными внѣшними раздраженіями, оно иногда быстро бро-
сается впередъ, но обыкновенно уже послѣ нѣсколькихъ шаговъ
снова сваливается на полъ.
Если животное приподнять за животъ, то оно обыкновенно
производитъ правильныя движенія бѣга въ воздухѣ, напоминаю-
щія собою плавательныя движенія, но, будучи поставлено на
ноги, оно тотчасъ же начинаетъ сильно шататься изъ стороны
въ сторону и сваливается на полъ.
По истеченіи сутокъ или нѣскольнихъ дней эти разстрой-
ства обычно уже настолько ослабѣваютъ, что животное полу-
чаетъ возможность подниматься на ноги, хотя и не можетъ
еще ходить иначе, какъ съ большими усиліями и притомъ
крайнѣ неуклюже, пошатываясь изъ стороны въ сторону. Во
времи ходьбы оно постоянно царапаетъ когтями своихъ лапъ
по полу, иногда становится на кистевой суставъ той или дру-
гой передней конечности, на гладкомъ же полу почти постоянно
скользитъ и сваливается. Слѣдуетъ также замѣтить, что при
передвиженіи собака всегда бѣжитъ по прямому направленію,
обнаруживая полную невозможность дѣлать повороты своимъ
туловищемъ; при попыткахъ же къ поворотамъ животное почти
всегда сваливается на полъ. Точно также собака не въ со-
стояніи перешагивать даже чрезъ небольшія препятствія.
Въ большинствѣ случаевъ животное даже не дѣлаетъ по-
пытокъ къ перешагиванію черезъ препятствія; въ другихъ же
случаяхъ падаетъ у самаго препятствія, запинаясь за него
своими лапами. При этомъ ни о какихъ обособленныхъ движе-
ніяхъ членами не можетъ быть и рѣчи.
Собаки и кошки вслѣдъ за вышеуказанной операціей те-
ряютъ способность захватывать лапами свою добычу, не могутъ
очищать морду, высвобождать свою голову изъ рукъ наблю-
дателя, не могутъ сбрасывать съ нея повязку, при помощи
переднихъ лапъ, не могутъ устранять свои члены отъ внѣшнихъ
раздраженій и не забрасываютъ своихъ изверженій задними
конечностями.
Если произведено полное удаленіе обѣихъ сигмовидныхъ
извилинъ, то обыкновенно животныя въ первое время не въ
состояніи жевать и даже не въ состояніи захватывать своими

804

губами пищи, глотать же могутъ только въ томъ случаѣ, если
пища заталкивается далеко въ полость зѣва.
Такимъ образомъ эти животныя для продленія своей жизни
въ первое время вслѣдъ за операціей должны быть искус-
ственно вскармливаемы.
Нечего и говорить, что дрессированныя собаки послѣ по-
добной операціи совершенно утрачиваютъ способность подавать
по требованію свою лапу и не могутъ не только „служить“, т. е.
садиться на задъ своего тѣла безъ опоры передними лапами,
но и вообще подниматься на заднія конечности. Равнымъ обра-
зомъ кошки вслѣдъ за операціей не могутъ пользоваться своими
передними лапами не только для очищенія морды, но и для
обороны отъ своихъ враговъ, а также и для лазанія, которое
вслѣдствіе этого, становится совершенно невозможнымъ.
Далѣе какъ тѣ, такъ и другія животныя, не могутъ произ-
водить значительныхъ поворотовъ своимъ туловищемъ въ сто-
роны и лишаются способности настоящимъ образомъ чесаться,
хотя при механическомъ раздраженіи боковыхъ частей туловища
они производятъ чесательныя движенія по воздуху, которыя
являются безъ сомнѣнія рефлекторными движеніями. Въ силу
всѣхъ только что упомянутыхъ условій животныя совершенно
лишаются способности содержать въ чистотѣ свое тѣло и потому
обыкновенно уже вскорѣ послѣ операціи они покрываются боль-
шимъ количествомъ чужеядныхъ.
Что касается выражающихъ движеній, накъ, напр. выра-
женіе злобы, ворчаніе и пр. то они всегда обнаруживаются у
такихъ животныхъ при соотвѣтствующихъ внѣшнихъ раздра-
женіяхъ, что мною было отмѣчено впервые еще въ 1884 году и
затѣмъ позднѣе въ работахъ, относящихся къ двигательной
области мозговой коры.
Слѣдуетъ еще отмѣтить, что у оперированныхъ животныхъ
нерѣдко обнаруживаются своеобразныя двигательныя разстрой-
ства со стороны глазъ въ видѣ дрожательныхъ движеній глаз-
ныхъ яблокъ изъ стороны въ сторону, обнаруживающіяся осо-
бенно рѣзко въ томъ случаѣ, если животныхъ чѣмъ нибудь без-
покоятъ.
Равнымъ образомъ у животныхъ съ удаленіемъ сигмовид-
ныхъ извилинъ нерѣдко можно наблюдать дрожаніе въ пора-
женныхъ членахъ, что было уже давно отмѣчено д-ромъ Па-
стернацкимъ и что я наблюдалъ также у многихъ изъ опериро-
ванныхъ мною животныхъ. Это дрожаніе всего вѣроятнѣе
является здѣсь выраженіемъ паретической слабости членовъ.

805

О возстановленіи движеній вслѣдъ за двустороннимъ
удаленіемъ сигмовидной resp. центральныхъ извилинъ.
Съ теченіемъ времени двигательныя разстройства у опери-
рованныхъ животныхъ ослабѣваютъ въ болѣе или менѣе зна-
чительной степени, въ особенности относительно способности
къ передвиженію, причемъ животныя уже вскорѣ научаются
довольно свободно ходить и бѣгать. Но, не смотря на это, пе-
редвиженіе подобныхъ животныхъ повидимому навсегда остается
неровнымъ, напоминающимъ до извѣстной степени пѣтушиную
походку атактиковъ. При этомъ животное, хотя и съ трудомъ,
научается перешагивать чрезъ невысокія препятствія, но зато
передвиженіе на однѣхъ переднихъ или на однѣхъ заднихъ
конечностяхъ при поднятомъ положеніи одной части туловища
оказывалось для оперированныхъ животныхъ совершенно не-
возможнымъ.
Точно также крутое изгибаніе туловища и шеи въ стороны
у такихъ животныхъ представляется или крайне затрудненнымъ
или даже совершенно невозможнымъ. Поэтому, если опериро-
ванную собаку приманивать на кусокъ хлѣба, передвигая имъ
въ воздухѣ въ различныхъ направленіяхъ, то легко замѣтить,
что животное избѣгаетъ дѣлать крутые повороты своимъ туло-
вищемъ, описывая при этомъ всегда болѣе или менѣе значи-
тельные круги.
Нѣкоторыя изъ сложныхъ движеній у животныхъ также
возстановляются, какъ напр. жеваніе и глотаніе; другія сложныя
движенія, какъ напр. чесательныя, съ теченіемъ времени лишь
болѣе или менѣе совершенствуются. Поэтому, если напр., опери-
рованной собакѣ спустя нѣсколько недѣль или мѣсяцевъ послѣ
операціи производить царапаніе боковыхъ частей туловища, то
она уже производить большія размашистыя чесательныя дви-
женія соотвѣтствующей задней конечностью, которыя однако и
теперь еще недостигаютъ своей цѣли.
Если съ другой стороны, захвативъ морду животнаго,
мы вытянемъ ее впередъ и закроемъ животному носъ и ротъ, то
вмѣстѣ съ сильными дыхательными движеніями оно обыкно-
венно по нѣскольку разъ протягиваетъ впередъ обѣ переднія
конечности, какъ бы съ цѣлью освободить свою морду отъ рукъ,
но движенія лапъ въ этомъ случаѣ обыкновенно не достигаютъ
своей цѣли, хотя въ первое время послѣ операціи животное

806

не было въ состояніи произвести даже и такихъ движеній
передними лапами при захватываніи его морды и закрываніи
носа и рта.
Очевидно, что и это сложное рефлекторное движеніе у жи-
вотнаго современемъ совершенствуется, хотя достигаетъ ли оно
окончательнаго возстановленія съ теченіемъ времени, сказать
съ положительностью трудно.
Но, если у оперированныхъ животныхъ съ теченіемъ времени
болѣе или менѣе существенно улучшаются локомоторныя и
другія сложныя разстройства, то далеко нельзя сказать того же
самаго объ обособленныхъ движеніяхъ, которыя повидимому
утрачиваются ими навсегда.
Даже спустя много мѣсяцевъ послѣ операціи наши собаки
не научались вновь подавать лапы своему хозяину и не могли
употреблять переднія конечности для отдѣльныхъ движеній,
напр. для захватыванія кости при глоданіи, вслѣдствіе чего
послѣднее въ большинствѣ случаевъ оказывалось совершенно
невозможнымъ. Смышленныя собаки въ этомъ случаѣ, лишив-
шись употребленія переднихъ лапъ, иногда пользуются той или
другой естественной преградой, напр. стѣной, какъ опорой для
кости, которую такимъ образомъ уже и обгладываютъ.
Что касается наконецъ болѣе низшихъ животныхъ, какъ
кроликовъ и морскихъ свинокъ, то при удаленіи у нихъ дви-
гательныхъ областей мозговой коры общій характеръ разстройствъ
остается тѣмъ же самымъ, хотя локомоторныя разстройства у
нихъ несомнѣнно поражаются лишь въ сравнительно очень
слабой степени. Обычно всѣ эти животныя вслѣдъ за двусто-
роннимъ удаленіемъ двигательныхъ областей мозговой коры
свободно удерживаются на ногахъ и могутъ ходить и даже
бѣгать, причемъ у нихъ обнаруживается лишь неловкость въ
управленіи конечностями, въ особенности передними, вслѣдствіе
чего послѣднія иногда опираются на тыльную сторону лапы.
Подъ вліяніемъ внѣшнихъ раздраженій эти животныя могли
даже прыгать, обнаруживая, какъ и при бѣгѣ, лишь неловкость
въ постановкѣ конечностей, иногда опирающихся на тыльную
поверхность лапъ вмѣсто ладонной ихъ поверхности.
Что же касается обособленныхъ движеній, то они, какъ и у
болѣе высшихъ животныхъ, утрачиваются совершенно, вслъд-
ствіе чего напр. эти животныя не освобождаютъ лапками своей
морды отъ повязки и не очищаютъ своей морды послѣ ѣды;
равнымъ образомъ, если оперированное животное, напр. мор-
скую свинку, взять за туловище и укалывать слегка ея лапки

807

иглою, то оно не силится даже отстраниться отъ раздражающаго
орудія, какъ обыкновенно дѣлаютъ въ подобныхъ случаяхъ
здоровыя животныя.
Относительно выражающихъ движеній нужно замѣтить,
что, какъ и у болѣе высшихъ животныхъ, они не утрачиваются,
но проявляются лишь подъ вліяніемъ тѣхъ или другихъ внѣш-
нихъ раздраженій, т. е. путемъ рефлекса. По крайней мѣрѣ всѣ
эти животныя подъ вліяніемъ внѣшнихъ раздраженій обнаружи-
ваютъ разнообразное проявленіе голоса, а оперированный кро-
ликъ, будучи разсерженъ постоянными раздраженіями, иногда
производитъ характеристическій стукъ своею заднею лапкою.
Опыты надъ обезьянами.
Что касается обезьянъ съ двустороннимъ разрушеніемъ
обѣихъ центральныхъ извилинъ, то вслѣдъ за операціей они
оказываются совершенно безпомощными, такъ какъ не только
совершенно неспособны ходить, но даже и удерживаться на
ногахъ.
Если такую обезьяну приподнять за туловище, то она обык-
новенно производитъ плохо координированныя большею частью
загребательныя или плавательныя движенія своими конечно-
стями, указывающія на то, что локомоторный механизмъ, не
будучи обремененъ тяжестью тѣла, еще работаетъ исправно.
Если мы попытаемся обезьяну поставить на полъ, то
мы убѣдимся, что конечности ея ставятся неловко, нерѣдко
подвертываются подъ туловище или скользятъ и раздвига-
ются въ стороны, вслѣдствіе чего животное совершенно не въ
состояніи удерживаться на ногахъ и падаетъ.
Описанныя явленія у обезьянъ наблюдаются по крайней мѣрѣ
въ теченіе первыхъ недѣль. Въ нашихъ случаяхъ животныя еще
къ концу второй недѣли не представляли существеннаго улуч-
шенія двигательныхъ разстройствъ.
При этомъ нужно отмѣтить полную неспособность опериро-
ванныхъ обезьянъ производить какія бы то ни было обособлен-
ныя движенія своими членами. Они не въ состояніи захваты-
вать лакомый плодъ руками даже въ томъ случаѣ, если этотъ
плодъ кладутъ имъ на ладонь.
Кромѣ того при полномъ удаленіи обѣихъ двигательныхъ
областей оперированныя животныя не въ состояніи даже про-

808

изводить жевательныхъ движеній и потому предлагаемая пища
даже и въ томъ случаѣ, когда ее кладутъ въ ротъ, остается не
разжеванною и не проглоченною. Только въ случаѣ, когда жи-
вотному заливаютъ жидкую пищу въ полость глотки, послѣд-
няя проглатывается свободно.
Достойно также вниманія, что оперированныя подобнымъ обра-
зомъ обезьяны представляются довольно равнодушными и по-
видимому сами по себѣ безъ особыхъ внѣшнихъ побужденій
не обнаруживаютъ никакихъ вообще выражающихъ движеній.
Однако при сильныхъ внѣшнихъ раздраженіяхъ животное всегда
проявляетъ злобу и оскаливаетъ свои зубы.
Взаимоотношеніе двигательныхъ разстройствъ различнаго
характера, наблюдаемыхъ при удаленіи сигмовидной resp.
центральныхъ извилинъ у животныхъ.
Изъ вышеизложеннаго очевидно, что у всѣхъ оперирован-
ныхъ животныхъ, какъ обезьянъ, собакъ, кошекъ, кроликовъ, мор-
скихъ свинокъ и крысъ, вслѣдъ за удаленіемъ сигмовидной resp.
центральныхъ извилинъ, въ обоихъ полушаріяхъ мозга, обна-
руживаются два порядка двигательныхъ разстройствъ: одни ка-
саются нарушенія статической координаціи и локомоторныхъ
движеній, другія выражаются болѣе или менѣе полной утратой
всѣхъ обособленныхъ движеній противоположныхъ конечностей.
При этомъ у всѣхъ вообще животныхъ вслѣдъ за удаленіемъ
сигмовидной resp. центральныхъ извилинъ мозговой коры обо-
собленныя движенія утрачиваются болѣе или менѣе совершенно;
тогда какъ степень нарушенія статической координаціи и
локомоторныхъ разстройствъ представляетъ большое различіе у
различныхъ видовъ животныхъ. Такъ, у болѣе низшихъ живот-
ныхъ эти разстройства вслѣдъ за указанной операціей почти
отсутствуютъ или по крайней мѣрѣ представляются крайне слабо
выраженными; у болѣе же высшихъ животныхъ, какъ напр.
собакъ и кошекъ, эти разстройства уже выражены болѣе яснымъ
образомъ, а у обезьянъ они должны быть названы тяжелыми и
длительными, причемъ лишь нарушенія статической коорди-
націи оказываются временными.
Если мы примемъ во вниманіе, что человѣкъ при разрушеніи
двигательныхъ центровъ мозговой коры первоначально со-
вершенно лишается возможности стоянія и передвиженія, вслѣд-

809

ствіе паралича конечностей, то мы должны будемъ прійти къ за-
ключенію, что въ то время, какъ обособленныя движенія членовъ
вслѣдъ за разрушеніемъ сигмовидной resp. центральныхъ изви-
линъ мозговой коры утрачиваются болѣе или менѣе совершенно,
локомоторныя разстройства, представляющіяся слабо выражен-
ными у низшихъ млекопитающихъ, постепенно становятся все
болѣе и болѣе рѣзкими вмѣстѣ съ тѣмъ, какъ мы подни-
маемся отъ болѣе низшихъ животныхъ къ болѣе высшимъ;
наиболѣе же рѣзкими они оказываются у обезьянъ и особенно
у человѣка.
Если мы примемъ далѣе во вниманіе, что у низ-
шихъ животныхъ, какъ напр. рыбъ, не смотря на пре-
красное развитіе локомоторныхъ движеній, совершенно не
существуетъ корковыхъ двигательныхъ центровъ подоб-
ныхъ тѣмъ, которые наблюдаются у болѣе высшихъ живот-
ныхъ, а у земноводныхъ и птицъ эти центры находятся лишь
въ зачаточномъ состояніи, представляя собою у первыхъ область,
служащую къ поворачиванію головы и туловища въ боковомъ
направленіи, то мы должны будемъ признать, что локомотор-
ныя движенія въ животномъ царствѣ, будучи управляемы под-
корковыми центрами и проводниками, развиваются совершенно
независимо отъ обособленныхъ движеній, управляемыхъ кор-
ковыми центрами. Тѣмъ не менѣе послѣдніе центры, развиваю-
щіеся въ филогенетическомъ ряду животныхъ позднѣе подкор-
ковыхъ центровъ локомоторнаго аппарата, обусловливая собою
появленіе обособленныхъ движеній членами, мало по малу под-
чиняютъ себѣ въ извѣстной мѣрѣ и подкорковый локомоторный
аппаратъ, который такимъ образомъ у болѣе высшихъ живот-
ныхъ, особенно у обезьянъ и человѣка, въ извѣстной
мѣрѣ утрачиваютъ свою независимость, находясь въ болѣе
или менѣе значительномъ подчиненіи корковымъ центрамъ.
Такимъ путемъ удовлетворительно объясняются тѣ раз-
личія въ силѣ двигательныхъ разстройствъ вслѣдъ за
удаленіемъ двигательныхъ центровъ коры, которыя мы наблю-
даемъ въ восходящемъ ряду животныхъ, включая въ томъ
числѣ и человѣка. Въ этомъ отношеніи не меньшаго вниманія
заслуживаетъ фактъ, что самое развитіе корковыхъ двигательныхъ
центровъ въ ряду животныхъ идетъ совершенно параллельно при-
способленности членовъ животнаго къ выполненію обособлен-
ныхъ движеній, на что я обратилъ вниманіе еще въ 1886 году
въ своей работѣ: „Физіологія двигательной площади мозговой
коры“. Такъ, у всѣхъ низшихъ животныхъ, члены которыхъ

810

почти не приспособлены для отдѣльныхъ движеній, двигательные
центры коры представляютъ лишь незначительное и вообще
слабое развитіе, тогда какъ у болѣе высшихъ животныхъ, у
которыхъ приспособленность членовъ къ обособленнымъ дви-
женіямъ представляется болѣе значительной, эти центры до-
стигаютъ и болѣе рѣзкаго развитія; у обезьянъ же и человѣка,
у которыхъ члены вообще отличаются наибольшей приспосо-
бленностью къ обособленнымъ движеніямъ, эти центры достига-
ютъ своего наибольшаго развитія.
Даже степень паралича между отдѣльными членами у жи-
вотныхъ съ удаленіемъ вышеуказанныхъ центровъ мозговой коры
находится въ прямомъ соотношеніи съ приспособленностью того
или другого члена къ обособленнымъ движеніямъ. Такъ, у всѣхъ
вообще животныхъ передняя конечность, какъ болѣе приспо-
собленная къ обособленнымъ движеніямъ при удаленіи вышеука-
занныхъ центровъ мозговой коры, всегда поражается въ гораздо
болѣе рѣзкой степени, нежели задняя конечность, а эта послѣд-
няя поражается сильнѣе, нежели область лица.
Такъ какъ при этомъ оказывается, что вмѣстѣ съ тѣмъ и
локомоторныя разстройства сильнѣе всего выражаются въ перед-
ней конечности, то необходимо признать, что подчиненіе этихъ
движеній корковымъ центрамъ идетъ рука объ руку съ разви-
тіемъ въ томъ или другомъ членѣ обособленныхъ движеній.
Это соотвѣтствіе въ раздѣленіи корковыхъ центровъ и подчи-
неніе имъ локомоторныхъ движеній съ развитіемъ приспособлен-
ности отдѣльныхъ членовъ къ обособленнымъ движеніямъ обна-
руживается между прочимъ даже у птицъ.
Такъ извѣстно, что Ferrier на наружной поверхности мозга
голубей могъ отмѣтить лишь одну точку, раздраженіе ко-
торой вызываетъ поворачиваніе головы; удаленіе же одного полу-
шарія у нихъ выражается лишь крайне слабыми двигательными
разстройствами въ видѣ невозможности поворачиванія головы въ
одномъ направленіи. У хищныхъ птицъ, напр. у коршуна, удается
уже отмѣтить нѣсколько ясно выраженныхъ центровъ въ мозговой
корѣ и вмѣстѣ съ тѣмъ удаленіе одного полушарія или вышеука-
занныхъ центровъ вызываетъ ясныя разстройства въ управленіи
противоположной лапой, причемъ даже въ спокойномъ стоячемъ
положеніи она представляется полусогнутой и кажется какъ бы
слегка подломанной тогда какъ въ управленіи крыльями, пред-
назначенными главнѣйшимъ образомъ для локомоторныхъ дви-
женій, не удается обнаружить никакой существенной разницы
какъ на той, такъ и на другой сторонѣ тѣла.

811

Такимъ образомъ степень локомоторныхъ разстройствъ нахо-
дится въ прямой зависимости отъ того, въ какой мѣрѣ тотъ
или другой членъ приспособленъ для обособленныхъ движе-
ній. Что самый механизмъ локомоторныхъ движеній при этомъ
не страдаетъ, по крайней мѣрѣ по существу, представляется оче-
виднымъ уже изъ того, что даже такія животныя, которыя
послѣ полнаго удаленія обѣихъ двигательныхъ областей перво-
начально не могутъ ходить, какъ напр. собака и обезьяна,
при поднятіи на воздухъ производятъ правильныя локомотор-
ныя движенія по воздуху.
Очевидно такимъ образомъ, что локомоторный аппа-
ратъ у оперированныхъ животныхъ остается въ порядкѣ
и, если тѣмъ не менѣе передвиженіе животныхъ вслѣдъ
за удаленіемъ страдаетъ въ большей или меньшей степени, то
это находится въ зависимости не отъ нарушенія самого локо-
моторнаго аппарата, а отъ того, въ какой мѣрѣ у того или дру-
гого вида животныхъ правильное дѣйствіе этого аппарата при
естественныхъ условіяхъ требуетъ иннерваціи, предназначен-
ной для выполненія обособленныхъ движеній.
Въ пользу этого положенія говоритъ между прочимъ и
тотъ фактъ, что нарушеніе локомоціи у оперированныхъ
животныхъ сильнѣе всего выражается неправильнымъ пере-
мѣщеніемъ и положеніемъ лапъ и вообще дистальныхъ отдѣловъ
конечностей, начиная съ локтеваго сгиба, мышцы которыхъ,
какъ мы знаемъ, играютъ наиболѣе дѣятельную роль при про-
изводствѣ обособленныхъ движеній.
Съ другой стороны наблюденіе надъ оперированными жи-
вотными, какъ мы видѣли, показываетъ, что у нихъ обнаружи-
вается всегда въ болѣе рѣзкой степени неспособность произ-
водить тѣ именно формы передвиженія, какъ поворачиваніе,
лазаніе, перешагиваніе чрезъ препятствія, при которыхъ кромѣ
общей координаціи локомоторныхъ движеній требуется вмѣстѣ
съ тѣмъ и болѣе энергичныя противъ обыкновеннаго сокра-
щенія отдѣльныхъ мышечныхъ группъ.
Что касается обособленныхъ движеній, то болѣе или менѣе
полный параличъ ихъ, какъ мы видѣли, является обязатель-
нымъ слѣдствіемъ удаленія двигательной области мозговой
коры у всѣхъ вообще животныхъ. При этомъ, если удалены
обѣ двигательныя области, то параличъ вышеуказанныхъ дви-
женій повидимому остается окончательнымъ и двустороннимъ.
При одностороннемъ же удаленіи двигательной сферы онъ
является одностороннимъ и со временемъ улучшается въ той

812

или другой мѣрѣ главнымъ образомъ насчетъ неповрежденнаго
полушарія.
Нѣтъ надобности говорить, что этотъ параличъ обособлен-
ныхъ движеній является наиболѣе характернымъ разстрой-
ствомъ вслѣдъ за удаленіемъ двигательныхъ областей мозговой
коры.
Даже такія разстройства движенія, какъ невозможность
поворачиванія на здоровую сторону, находятся, какъ надо
думать, также въ связи съ невозможностью для животнаго обо-
обособленно сокращать мышцы противоположной стороны ту-
ловища.
Необходимо впрочемъ имѣть въ виду, что наклонность къ
круженію у оперированныхъ животныхъ нерѣдко носитъ харак-
теръ вынужденнаго движенія, являясь въ видѣ приступовъ.
При двустороннемъ же удаленіи обѣихъ сигмовидныхъ изви-
линъ у собакъ наблюдается въ первое время болѣе или менѣе
ясное нарушеніе равновѣсія, выражающееся значительною шат-
костью походки.
Такъ какъ наблюдаемыя въ этомъ случаѣ явленія близко
напоминаютъ собою тѣ двигательныя разстройства, которыя
обнаруживаются при поврежденіи и перерѣзкѣ мозговыхъ
ножекъ, то есть нѣкоторое основаніе полагать, что при удале-
ніи двигательной области мозговой коры между прочимъ по-
вреждаются связи мозговой коры съ Вароліевымъ мостомъ и
мозжечкомъ, чѣмъ и могутъ быть объяснены у оперированныхъ
животныхъ какъ вышеуказанныя вынужденныя движенія кру-
женія, такъ и нарушеніе равновѣсія.
Измѣненія чувствительности у оперированныхъ
животныхъ.
Обращаясь къ изслѣдованію чувствительной сферы, мы
должны замѣтить, что при удаленіи сигмовидной resp. централь-
ныхъ извилинъ мозговой коры изслѣдованіе чувствительности у
животныхъ сильно затрудняется, благодаря существующему у
нихъ разстройству движенія, такъ какъ многое изъ того, что
можетъ быть отнесено у животныхъ къ уничтоженію чувстви-
тельной реакціи, въ дѣйствительности можетъ быть объяснено
разстройствомъ движенія. Если напр. оперированныя собаки не
реагируютъ на пораженной сторонѣ на тѣ или другія раздраженія

813

соотвѣтствующимъ движеніемъ со стороны пораженныхъ конеч-
ностей, то этотъ фактъ можетъ быть поставленъ въ зависимость
какъ отъ разстройства чувствительности, такъ и отъ паралича
отдѣльныхъ движеній. Равнымъ образомъ безразличное отно-
шеніе животнаго къ пассивному смѣщенію членовъ можетъ
быть объяснено какъ нарушеніемъ мышечнаго чувства, такъ и
параличными разстройствами въ движеніи членовъ. То же самое
можетъ быть замѣчено и по отношенію къ умѣренному боле-
вому раздраженію.
Въ виду этого правильнѣе всего при выясненіи состоянія
чувствительной сферы пользоваться общей реакціей животнаго
на соотвѣтствующія внѣшнія раздраженія.
Эта общая реакція легко вызывается при болевыхъ раздраже-
ніяхъ у всѣхъ здоровыхъ животныхъ, обнаруживаясь криками и
общимъ безпокойствомъ. Точно также, придавая конечностямъ
животнаго крайне неудобныя позы, нетрудно вызвать со стороны
животнаго реакцію, которая зависитъ отъ положенія парализован-
ныхъ членовъ. Такъ, ни одна здоровая собака не остается спо-
койною, если ей подвернуть переднюю конечность на перекрестъ
СЪ другою конечностью или удалить изъ подъ ноги откидную
доску стола. Здоровое животное, чувствуя непрочность поло-
женія и въ томъ, и въ другомъ случаѣ, непременно поправитъ
соотвѣтствующимъ образомъ положеніе своихъ членовъ. Что
же касается чувства прикосновенія, то здѣсь общая реакція со
стороны животнаго наступаетъ лишь у чувствительныхъ собакъ,
которыя не остаются равнодушными, если напр. незамѣтно для
нихъ слегка поводить палочкой по шерсти, подражая движенію
какого-либо крупнаго насѣкомаго, а еще лучше, если посадить
на шерсть животнаго какого-либо жучка.
Съ другой стороны кошка, какъ извѣстно, очень чувстви-
тельна къ водѣ и достаточно случайно смочить ей свои
лапки, чтобы она начала ихъ встряхивать.
Изслѣдуя реакцію оперированныхъ животныхъ на вліяніе
вышеуказанныхъ раздраженій, я убѣдился на основаніи цѣлаго
ряда опытовъ, что, если собакѣ или кошкѣ производить ограни-
ченныя и поверхностныя разрушенія мозговой коры, то никакихъ
замѣтныхъ чувствительныхъ разстройствъ обнаружить при этомъ
не удается.
Обстоятельство это заставляло меня ранѣе высказывать
сомнѣніе въ ближайшемъ отношеніи т. наз., двигательной
области мозговой коры къ чувствительной сферѣ. И въ самомъ
дѣлѣ только указанный фактъ говоритъ противъ отожде-

814

ствленія спеціально двигательныхъ центровъ съ центрами, имѣю-
щими отношеніе къ чувствительности, но онъ не говоритъ про-
тивъ расположенія тѣхъ и другихъ въ одной и той же тер-
риторіи мозговой коры.
Въ виду этого для выясненія отношенія разсматриваемой
области къ чувствительности гораздо цѣлесообразнѣе прибѣ-
гать къ областнымъ разрушеніямъ, которыя захватываютъ всю
область того или другого члена, а еще лучше разрушать значи-
тельную часть двигательной области мозговой коры въ одномъ
полушаріи или даже въ обоихъ одновременно.
Такіе опыты показали, что у животныхъ (собакъ и кошекъ)
вслѣдъ за упомянутыми разрушеніями обнаруживаются, смотря
по размѣрамъ разрушенія, то болѣе ограниченныя, то болѣе
разспространенныя разстройства кожной и мышечной чувстви-
тельности съ характеромъ яснаго ослабленія. Оперированное
животное въ области пораженныхъ членовъ не реагируетъ на
слабыя внѣшнія раздраженія, нечувствительно механическому
смѣщенію волосковъ на ушахъ и на лапкахъ, менѣе чувстви-
тельно къ болевымъ раздраженіямъ и почти совершенно равно
душно къ перемѣщенію членовъ въ пространствѣ.
Между прочимъ и опытъ съ откидною доскою легко удается
съ такого рода животными. Равнымъ образомъ у нихъ исчезаютъ
и рефлексы отъ поглаживанія противъ шерсти свободно свѣ-
шенной лапки.
Нужно замѣтить при этомъ, что всѣ только что указанныя
разстройства у оперированныхъ животныхъ обнаруживаются съ
самаго начала въ болѣе рѣзкой степени; современемъ же они
постепенно исправляются въ зависимости отъ размѣровъ пора-
женія и притомъ обыкновенно быстрѣе, нежели двигательныя
разстройства.
Что касается обезьянъ, то въ отношеніи чувствительной
сферы я вполнѣ могу подтвердить вышепреведенныя наблю-
денія Horsley’я, такъ какъ во всѣхъ нашихъ случаяхъ вмѣстѣ съ
двигательными разстройствами обнаруживались и нарушенія
осязательной, болевой и мышечной чувствительности.
Эти измѣненія чувствительности обычно ограничивались тою
областью, въ которой обнаруживался и параличъ движенія.
Такимъ образомъ при разрушеніи центра лица у оперирован-
ной обезьяны обнаруживалось ясное притупленіе чувствитель-
ности въ области лица; при разрушеніи центра для верхней
конечности ослабленіе кожной и мышечной чувствительности
обнаруживалось въ верхней конечности; при разрушеніи же

815

центра для нижней конечности обнаруживались аналогичныя
разстройства въ области послѣдней.
Отсюда очевидно, что т. наз. двигательныя области мозговой
коры представляютъ въ тоже время и области, имѣющія ближай-
шее отношеніе къ кожной и мышечной чувствительности. При
этомъ на основаніи своихъ опытовъ я убѣдился, что разстрой-
ства чувствительности при разрушеніи отдѣльныхъ центровъ
двигательной области у обезьянъ по степени значительно
уступаютъ наблюдаемымъ у нихъ двигательнымъ разстрой-
ствамъ, всегда рѣзче обнаруживаются въ болѣе дистальныхъ
частяхъ конечностей и со временемъ ослабѣваютъ болѣе или
менѣе значительно и даже исчезаютъ почти совершенно, тогда
какъ двигательныя разстройства обыкновенно остаются ясно
выраженными въ теченіе продолжительнаго времени даже и
послѣ того, какъ у животныхъ изчезли всѣ чувствительныя
разстройства.
Ясно, что, хотя двигательныя области мозговой коры
являются мѣстомъ развитая чувственнаго воспріятія съ
кожи и мышцъ, но между чувствительными и двигательными
разстройствами, обнаруживаемыми при разрушеніи двигатель-
ной области мозговой коры, не существуетъ непосредственнаго
причиннаго соотношенія, такъ какъ двигательныя разстройства
могутъ продолжаться даже и послѣ прекращенія соотвѣтствую-
щихъ чувствительныхъ разстройствъ.
Въ пользу того же вывода говоритъ и тотъ ранѣе упомя-
нутый фактъ, что при болѣе ограниченныхъ поврежденіяхъ дви-
гательной области мозговой коры у животныхъ всѣ явленія
со стороны чувствительной сферы долеко не столь демонстра-
тивны и даже иногда и вовсе не наблюдаются.
Выше мы видѣли, что при разрушеніи упомянутыхъ извилинъ
у животныхъ обнаруживается ослабленіе осязательной и мы-
шечной чувствительности подобно тому, какъ и при разруше-
ніи теменныхъ извилинъ съ тѣмъ лишь, что въ первомъ случаѣ
наряду съ чувствительными разстройствами обнаруживаются
и паретическія явленія, чего при разрушеніи теменныхъ обла-
стей не обнаруживается.
Если мы спросимъ теперь, какое же отношеніе имѣется
между этими чувство-двигательными центрами и центрами чув-
ствительности, расположенными въ теменныхъ доляхъ, то есть
всѣ основанія полагать, о чемъ рѣчь была уже выше, что мы
имѣемъ здѣсь центры, въ которыхъ, благодаря сочетанію ося-
зательныхъ ощущеній съ мышечными при разнообразныхъ дви-

816

женіяхъ, создаются и хранятся конкретные осязательно-мы-
шечные образы.
Дѣло въ томъ, что для созданія конкретныхъ осязательно-
мышечныхъ образовъ недостаточно однихъ отпечатковъ внѣш-
нихъ раздраженій, получаемыхъ кожной поверхностью, а равно
и мышечной системой отпечатковъ, которые, какъ мы видѣли,
локализируются въ теменныхъ доляхъ. Для этого требуется
прочное сочетаніе осязательныхъ раздраженій съ активными
мышечными сокращеніями и сочетаніе возникающихъ на осно-
ваніи ихъ осязательныхъ и мышечныхъ ощущеній, т. е. тотъ
процессъ, который мы имѣемъ при такъ называемомъ активномъ
осязаніи или ощупываніи. Но всякое ощупываніе предполагаетъ
выполненіе самыхъ тонкихъ обособленныхъ движеній, которыя
осуществляются при посредствѣ сигмовидной resp. центральныхъ
извилинъ. Слѣдовательно, созданіе такихъ конкретныхъ осяза-
тельно-мышечныхъ образовъ, иначе говоря, образовъ отъ окру-
жающихъ предметовъ, возможно именно въ тѣхъ же областяхъ
мозга, которыя содержать и центры движенія.
Патологическія наблюденія.
Въ согласіи съ вышеприведенными заключеніями стоятъ и дан-
ныя клиники, такъ какъ и въ патологическихъ случаяхъ при раз-
рушеніи центральныхъ извилинъ отмѣчаются разстройства чув-
ствительности наряду съ двигательными параличами.
Первоначально мало обращали вниманія на эти чувствитель-
ныя разстройства при разрушеніи центральныхъ извилинъ моз-
говой коры или считали ихъ временными, преходящими и вообще
не придавали имъ особаго значенія и даже совершенно ихъ
отрицали. Въ этомъ смыслѣ высказывались Charcot, Lépine,
Rendu, Ferrier, Nothnagel, Boyer и другіе. Charcot 1) держался того
взгляда, что центры общей чувствительности и мышечнаго
чувства отдѣлены отъ двигательныхъ. Мало по малу однако подъ
вліяніемъ данныхъ эксперимента начали появляться наблюденія,
которыя не оставляли сомнѣнія въ томъ, что и при разрушеніи
такъ называемой двигательной области мозговой коры обнаружи-
ваются болѣе или менѣе ясныя разстройства чувствительности.
Такъ Lisso 2) и Petrina 3) приводятъ рядъ наблюденій, изъ
1) Charcot. Ouvres completes, t. IV.
2) Lisso. Zur Lehre und Localisation des Gefühls in der Grosshirnrinde.
Berlin. 1882.
3) Petrina. Ueber Sensibilitätsstörungen bei Hirnrindenläsionen. Zeitschr.
f. Heilkunde. 1881.

817

которыхъ явствуетъ, что разстройства чувствительности наблю-
даются при пораженіи такъ называемой двигательной области.
Эти авторы признаютъ впрочемъ, что и пораженіе теменныхъ
областей приводитъ къ измѣненіямъ чувствительности.
Lisso, работавшій подъ руководствомъ Munk’a, собралъ до 88 на-
блюденій съ пораженіемъ двигательной области, въ которыхъ
одновременно съ двигательными наблюдались и чувствительныя
разстройства. По автору чувствительная сфера въ смыслѣ
Munk’a, тождественная съ двигательной областью авторовъ, въ
дѣйствительности представляется болѣе распространенной, такъ
какъ захватываетъ лобныя, центральныя и теменныя извилины.
Эта область по мнѣнію авторовъ является мѣстомъ памяти
образовъ чувствительности и движенія.
Далѣе, Tripier 1) опубликовалъ нѣсколько случаевъ пораже-
нія коры мозга, сопровождавшихся измѣненіями чувствитель-
ности, которые по взгляду автора служатъ доказатель-
ствомъ того, что чувствительные центры помѣщены въ тѣхъ
же областяхъ коры, какъ и двигательные центры.
По Tripier у человѣка подобно тому, какъ и у животныхъ,
существуетъ чувствительно-двигательная область, служащая
въ одно и то же время для выработки произвольныхъ движе-
ній и для воспріятія периферическихъ ощущеній. По этому
автору пораженія двигательной области приводятъ одновре-
менно къ разстройствамъ движенія и къ разстройствамъ чув-
ствительности.
Въ послѣднее время Marinesco на основаніи изслѣдованія
двухъ случаевъ корковаго пораженія съ пораженіемъ мышеч-
ной анэстезіи приходитъ къ выводу, что область Роландовой
борозды является не только центромъ движенія, но въ то же
время и центромъ для этого рода чувствительности.
На параллельность нарушенія мышечнаго чувства и интенсив-
ности паралича указываютъ наблюденія Vetter’a2) и въ послѣд-
нее время также Dejèrine’a 3). По M. Dejèrine’y4) движеніе, общая
чувствительность и мышечное чувство имѣютъ одну и ту же
локализацію въ т. наз. двигательной области мозговой коры.
1) Tripier. Revue mensuelle. 1880, стр. 18—50 и 131—160.
2) Vetter. Ueber die feinere Localisation in der Capsula interna. Samml. Klin
Vorträge v. Volkmann. Neue Folge. № 165.
3) Dejèrine. De l’hémianesthesie d’origine cérébrale. Semaine médicale. 1879.
4) Dejèrine. Etude sur l’aphasie. Revue de méd. 1885, стр. 183.—Sur un cas
d’hémiplegie avec hémianesthésie de la sensibilité générale et perte du sens.
musculaire par lésion cérébrale corticale. Revue neurologique. 1893, p. 50.

818

Подобно Dejérine’y и Е. Long 1), дѣлая выводы на основаніи
литературныхъ данныхъ и имѣя въ виду рядъ своихъ наблю-
деній, приходитъ къ заключенію, что „анатомо-клиническій и
экспериментальный методы доказываютъ, что движеніе, общая
чувствительность и мышечное чувство имѣютъ ту же корковую
локализацію. Двигательная область мозговой коры есть чувстви-
тельно-двигательная зона“.
Точно также Exner 2) и Bernhardt3) на основаніи патолого-
анатомическихъ данныхъ приходятъ къ выводу, что при разру-
шеніи двигательной области наблюдаются чувствительныя раз-
стройства и что слѣд. послѣдняя должна быть разсматриваема,
какъ область, завѣдывающая кромѣ движенія и чувствительностью.
Henschen на основаніи ряда наблюденій также высказывается
въ пользу того, что разстройства чувствительности зависятъ
отъ пораженія двигательной области мозговой коры.
Равнымъ образомъ и Р. Flechsig, руководясь главнымъ обра-
зомъ анатомическими данными и окончаніемъ волоконъ петле-
вого слоя въ корѣ двигательной области, признаетъ ее за чув-
ствительно-двигательную область.
Обсужденіе патологическихъ данныхъ.
По взгляду С. Wernicke имѣется раздѣленіе мозговыхъ
функцій въ отношеніи чувствительности конечностей по боль-
шимъ суставнымъ отдѣламъ. С. Wernicke въ двухъ случаяхъ
травматическаго раздраженія мозговой области центральныхъ
извилинъ наблюдалъ параличъ руки съ разстройствами мышеч-
наго чувства и осязательныхъ ощущеній, которыя онъ объяс-
няетъ утратой соотвѣтствующихъ представленій.
Между прочимъ С. Wernicke обратилъ вниманіе на тотъ фактъ,
что при пораженіи корковыхъ центровъ чаще всего и рѣзче
всего поражается чувствительность дистальныхъ отдѣловъ
конечностей. На основаніи клиническихъ наблюденій С. Wernicke
1) Dr. Е. Long. Les voies centrales de la sensibilité générale. Paris. 1899,
p. 121.
2) Exner. Untersuchungen über die Localisation der Functionen in der
Grosshirnrinde des Menschen. Wien. 1871.
3) Bernhardt. Beiträge zur Symptomotologie und Diagnose der Hirngeschwülste.
Berlin. 1881.—Beiträge zur Lehre von den Störungen der Sensibilität und des
Sehvermögens bei Läsionen des Hirnmantels. Arch. f. Psych. Bd XII. 1882, S. 780.

819

пришелъ къ выводу, что при ограниченныхъ корковыхъ очагахъ
чувствительность поражается точно такимъ же образомъ,
какъ и движеніе, т. е., что нарушеніе ограничивается большими
отдѣлами членовъ. Отчасти онъ 1) видитъ подтвержденіе
этого и въ данныхъ физіологіи (изслѣдованія Munk’a)2).
Авторъ объясняетъ вышеуказанное отношеніе способомъ
проекціи кожной чувствительности въ мозговой корѣ. То же
отношеніе по его взгляду наблюдается нетолько по отношенію
къ корковымъ параличамъ чувствительности и движенія, но
и по отношенію къ капсулярнымъ пораженіямъ. Извѣстно, что
при обыкновенныхъ капсулярныхъ гемиплегіяхъ поражаются
сильнѣе всего мышцы руки и особенно большого пальца, т. е. тѣхъ
членовъ, которые употребляются преимущественно при отдѣль-
ныхъ движеніяхъ. Также и осязательная чувствительность,
чувство мѣста и мышечно-суставное чувство при подкорковыхъ
очагахъ поражается параллельно параличу движенія, какъ
показываетъ напр. случай Haenel’я 3).
Въ концѣ концовъ С. Wernicke въ общемъ согласенъ съ выво-
дами Munk’a и двигательную область подобно Munk’y признаетъ
за область двигательныхъ представленій.
Haenel нашелъ въ своемъ вышеприведенномъ наблюденіи
нѣкоторое противорѣчіе съ установившимся ученіемъ о ло-
кализаціи и склоненъ полагать, что оно должно быть реорга-
низовано въ пользу динамическаго или функціональнаго воз-
зрѣнія.
Авторъ въ сущности переноситъ воззрѣніе Monakow’a отно-
сительно двигательной функціи коры на чувствительность.
Такъ какъ ощущенія могутъ восприниматься съ большей сте-
пенью сознанія и подлежать упражненію, какъ и движенія, то
очевидно, что большая ловкость и тонкость движенія руки
немыслимы безъ параллельно идущаго утонченія всѣхъ чувстви-
тельныхъ функцій. Поэтому въ чувствительной части корковыхъ
компонентовъ всего болѣе развитые отдѣлы конечностей должны
замѣщаться большимъ числомъ анатомическихъ элементовъ и,
вслѣдствіе этого, при мозговыхъ пораженіяхъ должны подвер-
гаться наибольшему пораженію.
По моему мнѣнію однако всѣ вышеприведенные факты ничуть
1) С. Wernicke. Zwei Fälle von Rindenläsion. Arb. aus d. Psych. Klinik in
Breslau. Bd. II.
2) H. Munk. Ueber die Functionen des Gehirns. Berlin. 1880.
3) Haenel. Klin. Beitrag z. Kenntniss d. Erkrankungen des Hirnschenkels.
Deutsche Zeitschr. f Nervenh. 1900. Heft 5 и 6.

820

не стоятъ въ какомъ-либо противорѣчіи съ ученіемъ о лока-
лизаціяхъ, а объясняются тѣмъ, что двусторонняя иннервація
въ общемъ представляется тѣмъ болѣе рѣзко выраженной, чѣмъ
ближе тѣ или другія части конечностей лежатъ къ туловищу
и чѣмъ менѣе они приспособлены къ отдѣльнымъ движеніямъ.
Charpy 1) высказывается также въ смыслѣ тождественности
двигательнаго и чувствительнаго поля въ мозговой корѣ. По
нему нѣтъ болѣе двигательныхъ центровъ, a имѣются лишь
центры чувствительно-двигательные.
M. Soury 2), руководясь анатомическими данными и клиниче-
скими случаями, приходитъ къ выводу, что двигательные центры
имѣютъ одинаковое отношеніе къ чувствительности, къ мышеч-
ному чувству и къ явленіямъ ассоціаціи и замѣчаетъ, что
нельзя болѣе теоретически локализировать мышечное чув-
ство въ теменныхъ доляхъ и кожную чувствительность въ
lob. falciformis 3).
По Bastian’у кинестетическіе, т. е. двигательно-чувствительные
центры локализируются въ заднемъ отдѣлѣ лобныхъ и въ
переднемъ отдѣлѣ теменныхъ долей, слѣдовательно въ той
области, которая носитъ названіе двигательной.
По Verger’y 4) при пораженіяхъ въ области центральныхъ
извилинъ обычно поражается и мышечное чувство въ самомъ
началѣ развитія параличей. Всего болѣе поражаются при этомъ
дистальныя части конечностей.
Такъ какъ однако пораженіе центральныхъ извилинъ не
приводитъ къ полной утратѣ мышечнаго чувства, то по автору
необходимо признать еще существованіе другихъ областей
для локализаціи мышечнаго чувства.
1) Charpy. Thaité d’anatomie humaine, t. III. 1894, стр. 670.
2) Soury. Le faisceau sensitif. Revue génér. des sciences 1894. 30 mars.
— La localisation cérébrale de la sensibilité générale. Revue génér. des
sciences 30 avril. 1894.
3) Надо впрочемъ замѣтить, что со временемъ Soury (les localisations
cérébrales des centres corticaux de la sensibilité générale. Revue générale des
sciences, 15 mars 1898) на основаніи позднѣйшихъ, заявленныхъ въ лите-
ратурѣ, наблюдений высказывается по этому поводу иначе, какъ видно изъ
слѣдующихъ его словъ: „разстройства, которыя слѣдуютъ за пораженіями
теменной области, суть осязательныя анэстезіи, гиперэстезіи и парэстезіи,
кора теменной области есть чувствительная сфера мозга, какъ кора за-
тылочной области и кора височной области суть сферы психическаго зрѣнія
и слуха“.
4) Verger. Sur le sens musculaire a propos de quelques travaux recents.
Arch. de neur. № 48. 49. 1901,

821

Всѣ только что указанные авторы такимъ образомъ отож-
дествляютъ двигательные центры съ чувствительными, иначе
говоря, признаютъ существованіе чувство-двигательной области
въ настоящемъ смыслѣ слова, не допуская раздѣленія въ
мозговой корѣ двигательныхъ центровъ отъ чувствительныхъ.
Другіе авторы между тѣмъ, хотя и признаютъ вліяніе области,
занятой двигательными центрами, на чувствительность, но далеки
отъ того, чтобы отождествлять тѣ и другіе центры.
Такъ Mills 1) высказывается противъ взгляда Munk’a, по ко-
торому чувствительные и двигательные центры представля-
ются пространственно совпадающими, и признаетъ существо-
ваніе отдѣльныхъ областей въ корѣ и подкорковыхъ узлахъ
для двигательной и чувствительной функціи. Въ пользу этого
взгляда по автору говорятъ прежде всего клиническія наблюденія,
такъ какъ имѣются случаи корковаго пораженія ci исключи-
тельнымъ пораженіемъ чувствительности (astereognosis) и съ
другой стороны имѣются пораженія Munk’овской сферы съ двига-
тельнымъ параличемъ безъ всякихъ измѣненій чувствитель-
ности. Точно также и въ подкорковыхъ областяхъ по автору
имѣется раздѣленіе чувствительныхъ и двигательныхъ про-
водниковъ.
Въ концѣ концовъ Ch. К. Mills на основаніи ряда клиниче-
скихъ и патологическихъ изслѣдованій приходитъ къ выводу,
что чувствительная функція кожи и мышечное чувство зани-
маетъ въ корѣ особую область, отдѣльную отъ двигательной
области.
Имѣется собственно рядъ центровъ, подчиненныхъ сте-
реогностическому центру, съ которымъ соединены всѣ чув-
ствительные центры и отъ котораго возбужденія исходятъ къ
двигательнымъ центрамъ.
Dana 2), собравъ 23 случая съ пораженіемъ центральныхъ
извилинъ, въ которыхъ были отмѣчены разстройства тактиль-
наго и мышечнаго чувствъ, несогласенъ ни съ Munk’омъ, ни съ
Bastian’омъ въ отношеніи признанія центральныхъ извилинъ за
чувствительные центры.
Между прочимъ этотъ авторъ сопоставить по Exner’овскому
статистическому методу 142 случая различныхъ пораженій моз-
1) С. Mills. The separate localization of the cortex etc. Journ. of Nerv. and.
Ment. dis. Vol. 38. 1901.
2) Dana A.Study of the functions of the motor area of cortex of the brain
Journ. of nerv. and menfh. diseases. Dec. 1894.

822

говой коры и пришелъ къ выводу, что двигательная область
коры у человѣка является въ то же время и чувствительною
областью Во всѣхъ собранныхъ авторомъ случаяхъ пораже-
нія центральныхъ извилинъ 1) обнаруживались болѣе или
менѣе рѣзкія разстройства осязанія и мышечнаго чувства, но онъ
указываетъ на то обстоятельство, что распознаваніе формы пред-
метовъ и оцѣнка пассивныхъ движеній представляетъ сложный
психическій процессъ, основанный не на одномъ только воспрія-
тіи, но и на сочетаніи и на памяти; поэтому онъ и оспариваетъ
мнѣніе, что кора центральныхъ извилинъ представляетъ собою
въ настоящемъ смыслѣ слова чувствительную область. По его
мнѣнію она содержитъ несомнѣнно двигательные центры и
въ тоже время функція центральныхъ извилинъ должна быть
понимаема, какъ чувствительная функція, при чемъ она пред-
ставляетъ собою органъ, хранящій воспоминанія чувство-двига-
тельныхъ представленій.
Нужно еще замѣтить, что авторъ выставляетъ, какъ поло-
женіе, что корковая анэстезія всегда ограничивается лишь
извѣстною областью (лицо, рука, нижняя конечность) и при-
томъ никогда не бываетъ полною, какъ это мы наблюдаемъ въ
случаяхъ геміанэстезіи подкорковаго происхожденія.
Наконецъ В. А. Муратовъ 1) высказывается въ пользу того,
что чувствительныя разстройства при разрушеніи центральныхъ
извилинъ зависятъ отъ поврежденія сочетательныхъ воло-
конъ, поэтому, чѣмъ глубже пораженіе, тѣмъ рѣзче и раз-
стройства мышечнаго чувства. Наоборотъ при поверхностныхъ
пораженіяхъ разстройства мышечнаго сознанія сводятся до
minimum’a.
Замѣтимъ здѣсь, что взглядъ о геміанэстезіи, высказанный
Dana, находится въ согласіи также и съ мнѣніемъ другихъ
клиницистовъ, напр. Gowers’a, по которому полная геміанэстезія
коркового происхожденія представляется рѣдкой, такъ какъ
пораженіе, вызывающее ее, должно быть слишкомъ обширнымъ.
В. Муратовъ 2) изслѣдовалъ случай корковой эпилепсіи и
гемиплегіи, развившейся послѣ поврежденія черепа, при кото-
ромъ вмѣстѣ съ параличемъ конечностей наблюдались и рѣз-
кія разстройства чувствительности и особенно мышечнаго чув-
ства. Подкорковыя пораженія могли быть исключены.
1) См. Обозрѣніе психіатріи № 7, 1897,
2) В. Муратовъ. Neur. Centr. № 9, 1898. Arch. f. Anat. u. Phys Anat. Abth.
1893.

823

Нарушеніе мышечнаго чувства при пораженіи централь-
ныхъ извилинъ мозговой коры авторъ относитъ на счетъ пора-
женія сочетательныхъ волоконъ 1). Этимъ онъ объясняетъ
тотъ фактъ, что чѣмъ глубже пораженіе, тѣмъ будто бы рѣзче
и разстройство мышечнаго чувства; при поверхностномъ же
пораженіи разстройство мышечнаго чувства сводится до mini-
mum’a.
Случаи мозговыхъ операцій въ области центральныхъ
извилинъ.
Въ числѣ клиническихъ наблюденій, доказывающихъ, что
такъ наз. двигательная область имѣетъ отношеніе также къ
чувствительности, какъ и къ движенію, особое значеніе имѣютъ
случаи, въ которыхъ производилось оперативное разрушеніе т.
наз. двигательной области мозговой коры. Такія наблюденія были
представлены: Dana, Henschen’омъ (24 наблюденія), Dumin’омъ 2),
Knapp’омъ 3), Albertoni и Brigatthi 4), Horsley’емъ 5) мной 6) и др.
Во всѣхъ этихъ случаяхъ описывались измѣненія чувстви-
тельности, наступавшія вмѣстѣ съ разрушеніемъ области цен-
тральныхъ извилинъ. Особенно полное описаніе чувствитель-
ныхъ разстройствъ, наступавшихъ при раздраженіи и разрушеніи
двигательной области мозговой коры, было сдѣлано Horsley’емъ
на изслѣдованіяхъ котораго мы здѣсь и остановимся.
Явленія, наступающія при раздраженіи двигательной области,
по Horsley’ю 7) состоятъ въ чувствительной аурѣ, выражающейся
въ чувствѣ онѣмѣнія, появленія мурашекъ, изрѣдка боли и
чувства одеревенѣнія; эта аура всегда наблюдается въ опредѣ-
ленной области тѣла, которой соотвѣтствуетъ раздражаемый
центръ. Явленія же выпаденія сопровождались парэстезіей
въ видѣ чувства холода и состояли въ слабой осязательной
анэстезіи и слабомъ пониженіи мышечнаго чувства, т. е. чув-
ства положенія членовъ въ пространствѣ. И то, и другое огра-
1) А. Муратовъ. Обозр. псих., № 7, 1897.
2) Dumin. Verhandlungen des X intern. med. Congress. Bd. IV, S. 11.
3) Knapp. A contribution from brain surgery to the study of the localisation
of the sensory centres in the cerebral cortex. Boston. 1891.—Intracranial growths,
p. 61.
4) Albertoni e Brigatthi. Rivista sperimentali di Freniatria. XIX, janv. 1893.
5) Horsley. D. Med. Woch. № 38, 1889.
6) В. Бехтеревъ. Ueber die Lage der motorischen Rindencentren des Men-
schen etc. Arch. f. Anat. u. Phys. 1899, стр. 543 и слѣд.
7) Horsley. Deutsche med. Woch. n. 38. 1889.

824

ничивалось опять-таки тѣмъ отдѣломъ, которому соотвѣтствуетъ
разрушенный корковый центръ.
Эти положенія авторомъ доказываются и иллюстрируются
наблюденіями на людяхъ, которыя удалось произвести во время
и послѣ операцій 1).
Въ одномъ случаѣ при поврежденіи части корковаго центра
для верхней конечности, точнѣе при разрушеніи центра боль-
шого пальца руки обнаружился параличъ его мышцъ, сопро-
вождаемый слѣдующими чувствительными разстройствами:
1) нечувствительностью къ легкимъ осязательнымъ раздраже-
ніямъ на большомъ пальцѣ; 2) неспособностью локализировать
умѣренныя осязательныя раздраженія на большомъ пальцѣ;
3) субъективными ощущеніями онѣмѣнія и холода въ боль-
шомъ пальцѣ; 4) неузнаваніемъ положенія большого пальца въ
пространствѣ, если глаза не направлены въ его сторону.
При этомъ оказывается, что степень и распространеніе раз-
витія этихъ симптомовъ зависитъ отъ того, въ какой степени
разрушена область большого пальца. При разрушеніи неболь-
шой части ея ощущенія отъ легкихъ осязательныхъ раздра-
женій оказываются нормальными.
Что касается локализаціи осязательныхъ раздраженій, то ока-
зывается, что, если паціенту завязать глаза, то при осязательныхъ
раздраженіяхъ онъ локализируетъ ихъ не въ соотвѣтственномъ
мѣстѣ, напр. вмѣсто послѣдней фаланги у ручного сустава.
Такимъ образомъ чувство прикосновенія и способность точно
его локализировать по автору составляетъ результатъ функціи
соотвѣтствующей корковой области и сама чувствительность, какъ
и движеніе, имѣетъ сегментарное распредѣленіе. Субъективныя
ощущенія онѣмѣнія и чувства холода авторъ признаетъ, какъ
результатъ психической оцѣнки дефекта чувствительности.
Наконецъ утрату способности узнавать положеніе парализо-
ваннаго члена или потерю мышечнаго чувства авторъ ставитъ въ
тѣсное соотношеніе съ параличемъ и тамъ, гдѣ послѣдній пред-
ставляется полнымъ, тамъ и разсматриваемый симптомъ выра-
женъ ясно.
Доказательства того, что чувствительныя впечатлѣнія лока-
лизируются въ двигательной области, а не передаются сюда
при посредствѣ lob. limbicus, авторъ видитъ въ томъ, что въ слу-
чаѣ раздражающаго, а не разрушающаго фокуса въ области
1) Horsley. On the analysis of voluntary movement. The ninetecth century
a monthly review. June. 1891.

825

большого пальца въ послѣднемъ появляется чувство покалы-
ванія, которое затѣмъ усиливается даже до боли и подни-
мается отъ области большого пальца на ручную кисть, пред-
плечье, плечо и т. д., а иногда появляется чувство, какъ
будто бы большой палецъ двигался, хотя дѣйствительнаго дви-
женія на самомъ дѣлѣ не происходитъ.
Извѣстно, что чувство покалыванія и распространеніе этого
ощущенія вверхъ составляетъ довольно обычную ауру при кор-
ковой падучей, представляя собою симптомъ почти общеиз-
вѣстный.
Такъ какъ вслѣдъ за удаленіемъ раздражающаго фокуса при
корковой падучей всѣ вышеуказанныя ощущенія прекращались,
то въ этомъ обстоятельствѣ можно видѣть новое доказательство
въ пользу того, что раздражающій моментъ находится въ самой
двигательной области, а не вызывается при посредствѣ lobi
limbici.
Тѣмъ не менѣе авторъ, руководясь своими прежними опы-
тами, признаетъ gyr. fornicatus за главный центръ для воспрія-
тія чувствительныхъ впечатлѣній; двигательную же область
онъ признаетъ за ту станцію, въ которой представлены сегмен-
тарныя чувствительныя впечатлѣнія, включая мышечное чув-
ство, и гдѣ возбуждаются также произвольныя движенія.
Наши наблюденія.
Въ нѣсколькихъ случаяхъ оперативнаго удаленія корковыхъ
центровъ у больныхъ я имѣлъ также возможность подробно
обслѣдовать состояніе чувствительности пораженныхъ членовъ.
При этомъ оказалось, что удаленіе опредѣленнаго центра въ
нашихъ случаяхъ, вызывая явленія пареза движеній, не сопро-
вождалось субъективными ощущеніями холода, какъ это наблю-
далось въ случаяхъ Horsley’я. Возможно поэтому, что эти субъек-
тивныя ощущенія въ случаяхъ Horsley’я объясняются дѣй-
ствіемъ раздраженія мозговой раны. Во всякомъ случаѣ они
не могутъ быть признаны обязательнымъ спутникомъ пораже-
нія мозговой коры.
Что касается другихъ разстройствъ со стороны чувствитель-
ности, то у больныхъ съ постоянствомъ обнаруживалось ясное
притупленіе осязанія и рѣзкое нарушеніе локализаціи осязате-
тельныхъ ощущеній (циркуль Вебера); равнымъ образомъ мы-
шечное чувство было ясно притуплено и въ то же время боль-

826

ные затруднялись опредѣлять, какой именно палецъ подвергается
сгибанію.
Послѣднее разстройство еще не отмѣчалось другими авторами
и потому оно заслуживаетъ вниманія. Сущность его состоитъ въ
томъ, что, хотя больные и чувствуютъ, что одинъ изъ пальцевъ
руки сгибается, но который именно палецъ сгибается они опре-
дѣлить не могутъ или же опредѣляютъ неправильно.
Далѣе у оперированныхъ больныхъ ясно нарушалась спо-
собность опредѣлять большую или меньшую степень шерохова-
тости поверхности (такціометръ Мочутковскаго) и вмѣстѣ съ
тѣмъ утрачивалась способность узнавать ощупываемые пред-
меты (чувство ощупыванія или стереогностическое чувство).
Чувство боли казалось ослабленнымъ въ пораженныхъ членахъ,
причемъ самыя ощущенія лишены были ясности и отчетли-
вости и казались какъ бы тупыми.
Надо однако замѣтить, что всѣ эти явленія рѣзче всего
отмѣчались въ дистальныхъ отдѣлахъ конечностей, особенно же
въ пальцахъ, причемъ они постепенно изглаживались въ восхо-
дящемъ направленіи. При этомъ строгаго соотвѣтствія между
паретическими двигательными разстройствами и разстройствами
чувствительности не обнаруживалось.
Такимъ образомъ наблюденія на людяхъ, какъ и ранѣе сооб-
щенныя экспериментальныя данныя на животныхъ, не оста-
вляютъ сомнѣнія въ томъ, что центральныя области мозговой
коры имѣютъ прямое отношеніе и къ чувствительной сферѣ.
Это отношеніе къ чувствительной сферѣ выражается повиди-
мому тѣмъ, что здѣсь именно отлагаются и хранятся сочетанные
осязательно-мышечные образы.
Но, не смотря на выяснившееся близкое соотношеніе центровъ
кожной и мышечной чувствительности съ центрами движенія,
необходимо имѣть въ виду, что и клиническія данныя вопреки
взглядамъ нѣкоторыхъ авторовъ не допускаютъ отождествленія
тѣхъ и другихъ центровъ, такъ какъ не наблюдается полнаго
параллелизма между разстройствами чувствительности и дви-
женія.
Между прочимъ я могу сослаться на нѣкоторые изъ опера-
тивныхъ случаевъ изъ нашей клиники съ удаленіемъ корковыхъ
центровъ. Въ одномъ случаѣ была напр. удалена часть центра
facialis, въ другомъ случаѣ часть центра руки, преимущественно
большаго пальца. Въ обоихъ случаяхъ можно было обнаружить,
хотя и незначительныя, но ясныя разстройства чувствительности
въ видѣ притупленія осязательной чувствительности въ лицѣ

827

и въ видѣ нѣкотораго притупленія болевой чувствительности и
едва замѣтнаго ослабленія мышечнаго чувства въ пальцахъ
руки.
Явленія эти однако современемъ постепенно ослабѣли и на-
конецъ спустя нѣсколько недѣль исчезли почти совершенно.
При этомъ въ первомъ случаѣ уже послѣ окончательнаго исче-
занія разстройства чувствительности лица парезъ лицевого
нерва обнаруживался еще въ ясной степени.
Заслуживаетъ вниманія, что въ одномъ изъ случаевъ была
удалена на значительномъ протяженіи внутренняя часть задней
центральной извилины, причемъ у больного не оказалось въ
результатѣ операціи ни чувствительныхъ, ни двигательныхъ
разстройствъ.
Роль центральныхъ извилинъ по отношенію къ стереогно-
стическому чувству.
Благодаря тому, что область центральныхъ извилинъ является
мѣстомъ, гдѣ хранятся осязательно-мышечные образы, она
играетъ особую роль и въ томъ процессѣ, который состоитъ въ
узнаваніи предметовъ.
Этотъ процессъ узнаванія предметовъ по осязательно-мы-
шечнымъ ощущеніямъ носитъ названіе стереогностическаго чув-
ства. Хотя, какъ мы уже ранѣе упоминали, противъ этого тер-
мина могутъ быть выставлены извѣстныя возраженія, но онъ
уже принятъ многими авторами и пока преждевременно устра-
нять его изъ литературы.
Это узнаваніе предметовъ представляется, вообще говоря,
сложнымъ процессомъ и требуетъ не только воспріятія внѣш-
няго образа предмета, но и сопоставленія его съ извѣстнымъ
по опыту предметомъ или, точнѣе говоря, съ отпечаткомъ прош-
лаго конкретнаго образа. Слѣдовательно, здѣсь дѣло идетъ не
только о сочетаніи осязательнаго образа съ образомъ положенія
даннаго члена, но и о запасѣ прошлыхъ образовъ и наконецъ
объ игрѣ ассоціацій, какъ при всякомъ вообще узнаваніи.
Такимъ образомъ подъ именемъ стереогностическаго чувства
должно понимать не какой либо особый видъ чувствительности,
какъ нѣкоторые полагаютъ, а сложный психическій процессъ,
въ которомъ на основаніи получаемыхъ ощущеній развивается
игра ассоціацій, приводящая не только къ созданію цѣльнаго
осязательно-мышечнаго образа внѣшняго предмета, но и про-

828

исходитъ сравненіе его съ бывшимъ когда то въ воспріятіи
подобнымъ же образомъ, на основаніи результатовъ котораго и
происходить узнаваніе.
Само собою разумѣется, что созданіе такихъ образовъ воз-
можно на основаніи предварительная полученія кожныхъ и
мышечныхъ ощущеній 1).
Claparéde2) обращаетъ вниманіе на то, что распознаваніе формы
предметовъ зависитъ отъ упражненія и приводитъ въ подтвер-
жденіе этого два случая: изъ нихъ въ одномъ, относящемся
къ 10 лѣтнему мальчику, существовалъ параличъ лѣвой сто-
роны съ ранняго дѣтства причемъ стереогностическое чув-
ство въ лѣвой конечности отсутствовало, тогда какъ всѣ другія
ощущенія были сохранены. Оказалось, что при упражненіи и лече-
ніи электричествомъ стереогностическое чувство возстановилось.
Въ другомъ случаѣ у 11-лѣтней дѣвочки съ правостороннимъ
параличемъ и контрактурою правыхъ конечностей, начавшемся
въ 8 лѣтнемъ возрастѣ, стереогностическое чувство было со-
хранено, такъ какъ до развитія паралича имѣлось упражненіе
членовъ въ распознаваніи предметовъ.
Факты эти доказываютъ реально, что стереогностическое
чувство не дано отъ природы, а представляется сложнымъ
процессомъ психическаго характера, требующимъ извѣстнаго
упражненія и опыта и такимъ образомъ является функціей
мозговой коры.
Въ патологическихъ случаяхъ при существованіи вышеука-
заннаго разстройства больные чувствуютъ осязаемые предметы,
чувствуютъ ихъ размѣры и очертанія, но не могутъ ихъ узнать,
вслѣдствіе невозможности переработать получаемыя ощущенія
въ конкретные образы или представленія, вслѣдствіе своего рода
психической анэстезіи, выражающейся утратой соотвѣтствую-
щихъ образовъ подобно тому, какъ въ другихъ случаяхъ мы
имѣемъ напр. явленія психической слѣпоты, выражающіяся
тѣмъ, что больные видятъ окружающее, но не узнаютъ его,
вслѣдствіе утраты соотвѣтствующихъ зрительныхъ образовъ.
1) Кл. Маркова (Contribution à l’étude de la perception stereognostique.
Thèse inaugurale, 1900. Genève) обращаетъ вниманіе на склонность превра-
щать въ зрительные образы осязательно-мышечныя впечатлѣнія, что будто
бы даетъ памяти болѣе прочныя образы воспоминанія, но это уже даль-
нѣйшій актъ ассоціацій обычный для корковыхъ процессовъ, такъ какъ и
зрительные образы имѣютъ тенденцію сочетаться съ осязательно-мышечными.
2) Claparéde. La perception stéréognostique etc. Journ. de phys. et de path.
génér. 1899. № 5.

829

Отношеніе стереогностическаго чувства къ корѣ мозга впер-
вые было отмѣчено Gowers’омъ.
Въ одномъ случаѣ корковаго пораженія онъ убѣдился, что
больной, у котораго осязаніе, будучи изслѣдовано обычнымъ
порядкомъ, было сохранено, оказался неспособнымъ узнать
предметъ, который приводитъ въ соприкосновеніе съ поражен-
ною частью тѣла, тогда какъ онъ тотчасъ же распознавалъ
предметъ, какъ только приводилъ его въ соприкосновеніе съ
здоровой стороной 1). Затѣмъ и другія наблюденія показали,
что это стереогностическое чувство, впервые названное такъ
Hoffmann’омъ 2), можетъ уничтожаться или сохраняться при
разнообразныхъ условіяхъ независимо отъ потери или сохраненія
того или другого вида чувствительности. Впослѣдствіи нѣко-
торые авторы, какъ: Redlich 3), Wernicke 4), Aba 5), Bourdicaud-
Dumay 6), Gasne7) и пр. стали выдѣлять стереогностическое чув-
ство изъ другихъ видовъ чувственнаго воспріятія.
Изъ нѣмецкихъ авторовъ уже Wernicke и Strümpell обратили
вниманіе на тотъ фактъ, что при церебральныхъ пораженіяхъ
случается иногда, что разстройства чувствительности и пора-
женіе такъ наз. стереогностическаго чувства не совпадаютъ
другъ съ другомъ. Затѣмъ въ литературѣ описывались случаи
болѣе или менѣе изолированнаго пораженія стереогностическаго
чувства. Сюда относится напр. случай F. Olcusted’a 8).
G. Gasne имѣя въ виду два случая съ совершенно изолирован-
нымъ пораженіемъ стереогностическаго чувства, признаетъ суще-
ствованіе для него особаго центра въ головномъ мозгу. По взгляду
Williamson’a 9), описавшаго также случай утраты стереогности-
1) Gowers. l. с. Bd. II, стр. 92.
2) Hoffmann. Stereognostische Versuche angestellt zur Ermittelung etc. Diss.
inaug. Strasbourg. 1883. Deutsche Arch. f. klin. Med. 1884 и 1885.
3) Redlich. Wiener klin. Wochenschr. 1893.
4) Wernicke. Zwei Fälle von Rindenläsion. Arbeiten aus der psych. Klin.
Heft. II. Breslau. 1895.
5) Aba. Étude clinique sur les troubles de la sensibilité général. Thèse de
Paris. 1896.
6) Bòurdicaud-Dumay. Recherches cliniques sur les troubles de la sensibilité
générale, du sens musculaire et du sens stéréognostique. These de Paris.
1897.
7) Gasne. Sens stereognostique et centres d’association. Nouv. Iconographie de
la salpétrière. 1898. № 1.
8) F. Olcusted. A case of cerebral ataxia etc. Journ. of nerv. and menth.
dis. 1898. XXV.
9) Williamson. On loss of the stereognostic sense. Brit. med. Journ. 1899.

830

ческаго чувства, послѣдняя должна стоять въ связи съ пораже-
ніемъ теменныхъ извилинъ непосредственно сзади отъ центра руки.
Walton и Paul 1) на основаніи патологическихъ случаевъ
приходятъ къ выводу, что въ центральныхъ извилинахъ кромѣ
чисто двигательныхъ функцій локализируется такъ наз. стерео-
гностическое чувство, чувство положенія, пространственное
чувство и чувство локализаціи для осязательныхъ раздраженій,
словомъ не простыя ощущенія, но высшія ихъ комбинаціи.
Напротивъ того простое чувство прикосновенія, чувство боли и
температуры для рукъ лежитъ въ теменныхъ доляхъ, для
ногъ же можетъ быть лежитъ въ gyr. fornicato.
Во всякомъ случаѣ элементарныя формы чувственныхъ
образовъ въ видѣ напр. чувства прикосновенія, боли и темпе-
ратуры локализируются въ области мозговой коры за Роландо-
выми извилинами, т. е. въ заднихъ частяхъ полушарій, тогда
какъ въ центральныхъ извилинахъ эти образы сочетаются въ
стереогностическое чувство, являющееся результатомъ безсозна-
тельнаго сужденія, причемъ ранѣе всего формируется чувство
положенія членовъ въ пространствѣ, лежащее въ основѣ сте-
реогностическаго чувства.
По взгляду только что указанныхъ авторовъ 2) въ проис-
хожденіи пораженій стереогностическаго чувства играютъ глав-
ную роль нарушенія пространственнаго чувства, a затѣмъ болѣе
второстепенное значеніе имѣютъ чувство положенія, прикосно-
венія, давленія, температуры и боли.
Эти авторы признаютъ нѣсколько центровъ чувствительности;
изъ нихъ самый низшій помѣщается въ теменной долѣ и слу-
жить для воспріятія прикосновенія, температуры и боли, второй
болѣе сложный для ассоціативныхъ воспоминательныхъ обра-
зовъ расположенъ болѣе кпереди, a третій кинетическій центръ,
въ которомъ стереогностическое чувство достигаетъ всей пол-
ноты, лежитъ въ ближайшемъ сосѣдствѣ съ моторнымъ
центромъ.
Къ этой гипотезѣ примыкаетъ отчасти и Th. Diller 3). По-
слѣдній приводитъ два случая съ пораженіемъ стереогности-
ческаго чувства. Въ одномъ изъ случаевъ имѣлось пораженіе
1) Walton and Paul. Contribution to the study of the cartical sensory areal.
Brain. 1901.
2) G. Walton and E. Paul. The clinical value of astereognosis etc. Journ. of
Nerv. and menth. dis. 1901.
3) Th. Diller. Two cases of astereognosis. Brain. 1901.

831

среднихъ частей центральныхъ извилинъ. Въ другомъ случаѣ
дѣло шло объ опухоли, которую авторъ по аналогіи съ пер-
вымъ случаемъ діагносцируетъ въ центральныхъ извилинахъ.
Согласно вышеизложенной гипотезѣ Walton’a и Paul’а кора
теменныхъ извилинъ по взгляду автора служитъ также для
воспріятія болѣе простыхъ чувственныхъ впечатлѣній, напр.
чувства осязанія, боли, температуры; тогда какъ пораженіе
центральныхъ извилинъ обусловливаетъ нарушеніе болѣе слож-
ныхъ ощущеній, напр. чувства положенія, пространства и
мышечнаго чувства.
По W. Burr’у 1), приведшему 5 случаевъ пораженія стереогно-
стическаго чувства, послѣднее можетъ существовать безъ вся-
кихъ иныхъ разстройствъ чувствительности, вслѣдствіе чего
онъ не придаетъ особеннаго значенія отдѣльнымъ чувствамъ въ
отношеніи узнаванія формы предметовъ, —тѣмъ болѣе, что зна-
ченіе каждаго чувства зависитъ скорѣе отъ самого предмета,
благодаря чему иногда температурное чувство можетъ играть
большую роль въ распознаваніи, нежели мышечное чувство.
По автору распознаваніе формы предметовъ стоитъ въ связи,
какъ съ сохранностью проводящихъ нервныхъ путей, такъ и
съ сохранностью чувственной и воспринимающей корковой
области. Эта воспринимающая область расположена въ темен-
ной долѣ, въ которой чувственныя впечатлѣнія превраща-
ются въ воспоминательные образы предметовъ; хотя частью она
и совпадаетъ съ чувственной областью, но съ ней нетождественна.
Нѣкоторые авторы стремятся даже точнѣе определить ло-
кализацію стерегностическаго чувства въ корѣ. Bourdicaud-Dumay
указываетъ напримѣръ на область, помѣщенную между верхней
и средней третью восходящей теменной или задней центральной
извилины, какъ на центръ стереогностическаго чувства. Отдель-
ные интересные случаи пораженія стереогностическаго чувства
были представлены также Е. Frey’емъ 2), Olmsted’омъ 3), Рыбал-
кинымъ 4), М. Сникеромъ 5) и др.
1) W. Burr. Stereognosis all id condition. Americ. Jonrn. of. med. sciences
1901. März.
2) E. Frey. Sitzb. d. Psych. Neur. Section d. Königl. Ungar. aerztl. Vereins
zu Budapest. Centr. f. Neur. 1902, S. 244.
3) F. Olmsted. Journ. of nerv. and ment. dis. 1898. XXV.
4) Рыбалкинъ. По поводу оперированнаго случая корковой эпилепсіи.
Больн. Газ. Боткина. 1900.
5) Д-ръ Сникеръ. Случай сифилитическаго менингоэнцефалита съ Jack-
son’овской эпилепсіей и потерей стереогностическаго чувства. Обозр. псих. 1904.

832

Изъ вышеизложеннаго ясно, что по отношенію къ вопросу о
локализаціи такъ называемаго стереогностическаго чувства суще-
ствующія наблюденія болѣе или менѣе рѣшительно говорятъ за
центральныя извилины, что вполнѣ согласно съ высказанными
нами ранѣе соображеніями.
Итакъ все вышеизложенное заставляетъ признать, что въ
центральныхъ извилинахъ происходитъ вторичное отраженіе
осязательно-мышечныхъ возбужденій, на основаніи чего созда-
ются осязательно-мышечные образы объ окружающихъ пред-
метахъ. Въ этихъ же извилинахъ хранятся очевидно и отпечатки
прежнихъ конкретныхъ осязательно-мышечныхъ образовъ.
Отношеніе сигмовидной resp. центральныхъ извилинъ къ
органическимъ ощущеніямъ и общимъ чувствованіямъ.
Мы имѣемъ далѣе основаніе полагать, что въ отношеніи чув-
ство-двигательной области дѣло не ограничивается лишь обра-
зованіемъ осязательно-мышечныхъ образовъ но что въ ука-
занной области возникаютъ также и разнообразныя органиче-
скія чувствованія, а равно и эмотивныя состоянія.
Въ пользу того, что въ тѣхъ же частяхъ мозга должны
локализироваться и органическія ощущенія, говоритъ тотъ
фактъ, что въ этихъ областяхъ, какъ увидимъ впослѣдствіи,
содержатся центры движенія внутреннихъ органовъ, а это
указываетъ намъ на аналогію съ двигательными центрами,
стоящими въ ближайшемъ соотношеніи съ центрами кожной
и мышечной чувствительности. Эта аналогія заставляетъ пред-
полагать, что и центры органическихъ ощущеній должны со-
держаться въ тѣхъ же частяхъ мозговой коры, въ которой
заложены и центры движенія внутреннихъ органовъ и вообще
центры всѣхъ такъ наз. органическихъ функцій.
Съ другой стороны въ пользу того же предположенія го-
воритъ съ одной стороны тотъ фактъ, что при разрушеніи цен-
тральныхъ областей мы получаемъ обычно и анэстезію слизи-
стыхъ оболочекъ (напр. глаза и полости рта), съ другой стороны
то обстоятельство, что у собакъ съ удаленіемъ чувство-двига-
тельныхъ областей мозговой коры было констатировано порази-
тельное отсутствіе потребности къ ѣдѣ.
Это отсутствіе потребности къ ѣдѣ можно было наблюдать
также и у собаки съ двустороннимъ разрушеніемъ лишь наруж-

833

ныхъ отдѣловъ чувство-двигательной области, гдѣ заложены
центры жеванія и глотанія (Д-ръ Трапезниковъ).
Такимъ образомъ тѣ органическія ощущенія, которыя ле-
жать въ основѣ инстинктивнаго влеченія къ пищѣ несомнѣнно
должны быть локализированы въ чувство-двигательной области
мозговой коры.
То же самое мы должны сказать и по отношенію къ поло-
вому инстинкту, стоящему въ тѣсномъ соотношеніи съ разви-
тіемъ половыхъ органовъ, центры которыхъ, какъ мы увидимъ
ниже, лежать также въ чувство-двигательной области.
Далѣе есть основяніе признать, что въ чувство-двигательной
области мозговой коры по преимуществу локализируютси и такъ
называемыя эмотивныя состоянія. По Hartenberg’y 1) общія эмоціи
имѣютъ своимъ сѣдалищемъ территорію общей чувствитель-
ности (Körpersfühlsphäre P. Flechsig’a), занимающей центральныя
извилины, парацентральную дольку, сосѣднюю часть извилины
свода и заднюю часть лобныхъ извилинъ.
Экспериментальныя данныя говорятъ рѣшительно въ пользу
этого предположенія.
Если у собакъ или обезьянъ мы удалимъ чувство-двигатель-
ную область съ прилежащими теменными отдѣлами въ томъ и
другомъ полушаріи, то у животныхъ помимо извѣстныхъ намъ
измѣненій кожной и мышечной чувствительности и соотвѣт-
ственныхъ двигательныхъ разстройствъ обнаруживается пора-
зительное равнодушіе и недостатокъ всѣхъ психически обусло-
вленныхъ выражающихъ движеній, напр. радости, благодарности,
покорности и пр., при сохраненіи чисто рефлекторнаго выраженія
эмоцій низшаго порядка. Вмѣстѣ съ тѣмъ удаленіе чувство-
двигательной области приводитъ и къ прекращенію психическихъ
вліяній на движеніе и секреторную дѣятельность внутреннихъ
органовъ.
Нужно имѣть въ виду, что центры нѣкоторыхъ эмоцій
(напр. злобы и др.) и мимики локализируются уже въ низшихъ
центрахъ головного мозга, а именно въ зрительномъ бугрѣ, о
чемъ рѣчь была уже выше, и даже въ продолговатомъ мозгу,
такъ какъ даже у гемицефоровъ безъ полушарій и зритель-
ныхъ бугровъ еще возможны мимика и крикъ 2); при пора-
женіи же бугровъ въ патологическихъ случаяхъ наблюдался
мимическій параличъ лица, а въ случаяхъ раздражающаго
1) Р. Hartenberg. Les timides et la timidité. Paris, 1901.
2) Sternberg. Zeitschr. f. klin. Med. Bd. 52, стр. 500.

834

фокуса наблюдались хореическія явленія, въ отдѣльныхъ же
случаяхъ обнаруживался даже насильственный смѣхъ и угро-
жающіе жесты 1). Отсюда очевидно, что въ кору мозга отра-
жаются между прочимъ эмотивныя состоянія, развивающіяся
ранѣе въ подкорковыхъ узлахъ, что можетъ быть сопоставлено
съ новѣйшей теоріей эмоцій James’a и Ланге, поддерживаемой
вопреки Soury, Lehmann’y и Kraepelin’y многими авторами и
между прочимъ въ послѣднее время Legie 2).
Въ послѣднее время Möbius3), разбирая вопросъ объ инстинктѣ,
выражающемся родительской любовью къ дѣтямъ и останавли-
ваясь на ученіи Gall’a о самостоятельности этого инстинкта, вы-
сказываетъ предположеніе, что онъ локализируется скорѣе въ
заднихъ, нежели въ переднихъ частяхъ мозговой коры. Факти-
ческія данныя въ пользу этого мнѣнія однако не могутъ счи-
таться достаточными.
Мы полагаемъ напротивъ того, что чувствованія, которыя
лежатъ въ основаніи родительскаго инстинкта, должны быть
локализированы въ тѣхъ же областяхъ мозговой коры, въ ко-
торыхъ по нашему мнѣнію локализируются всѣ вообще орга-
ническія ощущенія, т. е. въ центрально-теменныхъ частяхъ
мозговой коры, такъ какъ съ устраненіемъ послѣднихъ не
удается уже наблюдать у животныхъ и обычныхъ проявленій
родительской любви къ дѣтямъ.
О чувственной регуляціи корковыхъ движеній.
Обращаясь теперь къ выясненію причины двигательныхъ
разстройствъ, наступающихъ при удаленіи сигмовидной, resp.
центральныхъ извилинъ, необходимо имѣть въ виду то обстоя-
тельство, что чувствительныя разстройства ни въ коемъ случаѣ
не могутъ вполнѣ объяснить наблюдаемыя разстройства
движенія, такъ какъ первыя по своей силѣ не отвѣчаютъ послѣд-
нимъ и вмѣстѣ съ тѣмъ въ отдѣльныхъ случаяхъ чувствительныя
разстройства нерѣдко современемъ исчезаютъ болѣе или
менѣе вполнѣ, тогда какъ разстройства движенія остаются на
болѣе долгое время. Отсюда очевидно, что двигательныя раз-
стройства, наступающія вслѣдъ за разрушеніемъ мозговой
коры, имѣютъ свою независимость отъ кожной и мышечной
чувствительности.
1) Benaky. Arch. de Neurol. t. XVIII, стр. 381.
2) Legie. Les emotions. Paris. 1903.
3) Dr. P. Möbius. Geschlecht und Kinderliebe. Halle. 1904.

835

Тѣмъ не менѣе нельзя отрицать извѣстнаго соотношенія
между чувствительными центрами мозговой коры и тѣми дви-
гательными центрами, о которыхъ рѣчь была выше.
Дѣло въ томъ, что обособленныя движенія возбуждаются не
только самостоятельно, точнѣе говоря, на основаніи впечатлѣній
прошлаго, но и могутъ быть слѣдствіемъ непосредственнаго
возбужденія кожныхъ и мышечныхъ ощущеній, а также
зрительныхъ, слуховыхъ, обонятельныхъ и вкусовыхъ ощуще-
ній. Отсюда очевидно, что къ двигательной области мозговой
коры имѣютъ извѣстное отношеніе какъ расположенные
по сосѣдству центры конкретныхъ осязательно—мышечныхъ
образовъ, такъ и центры другихъ чувственныхъ образовъ
напр., зрительные, слуховые, обонятельные и вкусовые.
Ближайшее соотношеніе, которое существуетъ между чув-
ствительными и двигательными центрами въ мозговой корѣ,
очевидно служитъ выраженіемъ того взаимоотношенія между
чувствительностью и движеніемъ, которое представляетъ собою
фактъ, извѣстный въ физіологіи нервной системы еще со вре-
мени извѣстнаго опыта Bell’а (параличъ верхней губы у осла
и лошадей при перерѣзкѣ чувствительнаго n. infraorbitalis).
Очевидно, что нужна соотвѣтственная оцѣнка извѣстныхъ
чувственныхъ впечатлѣній для того, чтобы выполнять тонкія и
правильныя мышечныя сокращенія, зависящія отъ корковыхъ
двигательныхъ центровъ. Иначе говоря, для выполненія обо-
собленныхъ движеній мы нуждаемся въ ощущеніи, что можетъ
быть названо чувственной регуляціей обособленныхъ движеній.
Извѣстно, что дитя учится рѣчи, руководясь звуковыми
впечатлѣніями, полученными при слышаніи рѣчи взрослыхъ,
и исправляетъ произносимое до тѣхъ поръ, пока оно не упо-
добится вполнѣ рѣчи взрослыхъ. Глухота, полученная въ
раннемъ возрастѣ, приводящая послѣдовательно къ нѣмотѣ,
служитъ очевиднымъ свидѣтельствомъ вліянія слуховыхъ впе-
чатлѣній на рѣчь, которая однако регулируется также и иными
ощущеніями, такъ какъ глухонѣмые при воспитаніи могутъ на-
учиться говорить съ помощью осязательныхъ—мышечныхъ
и зрительныхъ ощущеній.
Равнымъ образомъ относительно подобной же регуляціи обосо-
бленныхъ движеній со стороны мышечныхъ ошущеній нетрудно
убѣдиться также и въ случаяхъ рѣзко выраженной анэстезіи,
такъ какъ въ этихъ случаяхъ больные могутъ держать предметы
лишь до тѣхъ поръ, пока они контролируютъ свои движенія
зрѣніемъ. Значеніе послѣдняго для движенія лучше всего

836

выступаетъ при атаксіи, такъ какъ мы знаемъ, что въ подоб-
ныхъ случаяхъ, гдѣ регуляція осязаніемъ и мышечнымъ чув-
ствомъ, вслѣдствіе анэстезіи, нарушена или утрачена, больные
при закрываніи глазъ совершенно лишаются способности стоять
и ходить (симптомъ Romberg’a), тогда какъ съ открытыми гла-
зами, когда они руководятся зрѣніемъ, ихъ движенія значи-
тельно улучшаются. На этомъ принципѣ, какъ извѣстно, и
основано новѣйшее леченіе атаксіи гимнастикой, производимой
подъ контролемъ зрѣнія (по методу Fraenkel’z).
Итакъ, мы видимъ, что иннервація обособленныхъ движе-
ній, регулируется разнородными ощущеніями: осязательными,
болевыми, мышечными, слуховыми и зрительными. При этомъ
оказывается, что извѣстныя движенія регулируются преиму-
щественно одними ощущеніями, другія―преимущественно дру-
гими. Рѣчь напр. регулируется повидимому въ большей сте-
пени слуховыми ощущеніями, нежели другими ощущеніями
тогда какъ движенія конечностей регулируются главнѣй-
шимъ образомъ осязательными и мышечными ощущеніями,
движенія глазъ регулируются частью осязательными и мы-
шечными ощущеніями, частью зрительными; движенія ушей
у животныхъ, какъ надо думать, регулируются частью осяза-
тельными и мышечными ощущеніями, главнымъ же образомъ
слуховыми ощущеніями. Врядъ-ли можно сомнѣваться также
въ томъ, что движенія ноздрей и морды у животнаго регули-
руются въ значительной мѣрѣ обонятельными ощущеніями, а
движенія языка кромѣ осязательныхъ и мышечныхъ ощуще-
ній регулируются въ значительной мѣрѣ вкусовыми ощуще-
ніями.
Кромѣ того относительно многихъ обособленныхъ движеній
необходимо признать, что они одновременно регулируются раз-
нообразными ощущеніями, напр. мышечными, осязательными,
зрительными и слуховыми.
Все вышеизложенное очевидно говоритъ въ пользу того
что съ двигательными центрами находятся въ связи не одни
лишь центры кожно-мышечныхъ ощущеній, но и всѣ другія
чувственныя области, съ которыхъ могутъ быть возбуждены
импульсы, приводящіе къ движенію.
Въ силу этого устраненіе однихъ чувствительныхъ кожно-мы-
шечныхъ центровъ ни въ какомъ случаѣ не можетъ препятство-
вать проявленію корковой двигательной реакціи, которая можетъ
возбуждаться съ другихъ чувствующихъ центровъ. Но съ другой
стороны вмѣстѣ съ разрушеніемъ двигательной области жи-

837

вотное утрачиваетъ способность отвѣчать обособленными дви-
женіями не только на слабыя кожныя и мышечныя ощущенія,
но также и на зрительныя, слуховыя и проч. ощущенія.
Что животное не можетъ направлять свои обособленныя
движенія соотвѣтственно даннымъ зрительнымъ импульсамъ,
не будучи въ то же время слѣпымъ, доказываетъ вышеука-
занный опытъ Hitzig’a, состоящій въ томъ, что собака съ удаленной
двигательной областью не можетъ убрать лапы даже и въ томъ
случаѣ, когда видитъ приближающуюся къ ней большую иглу,
между тѣмъ какъ при бѣгѣ собака пользуется этой лапою
точно такъ же, какъ и здоровою конечностью. Вслѣдствіе той же
причины животныя съ удаленіемъ двигательной области моз-
говой коры, не будучи на самомъ дѣлѣ слѣпыми, нерѣдко не
могутъ сообразовать своихъ движеній съ зрительными впе-
чатлѣніями, вслѣдствіе чего нерѣдко ушибаются объ окружаю-
щіе предметы и сваливаются съ краевъ ступеней лѣстницы.
Съ другой стороны невозможность отвѣчать обособленными
движеніями на соотвѣтствующія слуховыя впечатлѣнія доказы-
ваетъ опытъ съ подачей лапы на требованіе хозяина, который,
какъ извѣстно, совершенно не удается у оперированныхъ
вышеуказаннымъ образомъ собакъ.
Далѣе, оперированныя собаки, если у нихъ разрушенъ
центръ для движенія челюстей, какъ извѣстно, не могутъ
захватывать пищи, несмотря на то, что онѣ отлично обо-
няютъ и сохранили свои вкусовыя ощущенія. Равнымъ обра-
зомъ оперированныя животныя при соотвѣтствующихъ вкусо-
выхъ раздраженіяхъ не могутъ справиться съ своей пищей, поло-
женной даже въ ротъ. Словомъ, оперированныя животныя ли-
шаются способности производить обособленныя движенія
какъ подъ вліяніемъ кожныхъ и мышечныхъ раздраже-
ній, такъ и подъ вліяніемъ зрительныхъ, слуховыхъ, обо-
нятельныхъ и вкусовыхъ раздраженій, хотя всѣ рефлекторныя
движенія подъ вліяніемъ вышеозначенныхъ впечатлѣній вы-
полняются ими вполнѣ правильно. Также и подъ вліяніемъ
боли животныя реагируютъ соотвѣтствующими движеніями, ко-
торыя однако носятъ исключительно рефлекторный характеръ.
Оперированныя животныя такимъ образомъ вполнѣ ли-
шаются способности выполнять обособленныя движенія, откуда
бы ни возникалъ первоначальный импульсъ къ ихъ возбужденію.
Между тѣмъ статическія и локомоторныя движенія, напр. движе-
нія стоянія, ходьбы и бѣга, а равно и нѣкоторыя изъ выражающихъ
движеній, выполняемыя при посредствѣ центровъ, заложенныхъ

838

въ узлахъ основанія мозга, и возбуждаемыя импульсами,
исходящими изъ тѣхъ или другихъ чувственныхъ областей
мозговой коры, у оперированныхъ животныхъ представляются
вполнѣ сохраненными.
Нельзя однако ставить двигательныя разстройства у живот-
ныхъ въ исключительную зависимость отъ того, что къ цен-
трамъ, управляющимъ мышцами, не достигаютъ импульсы отъ
чувствительныхъ центровъ. Дѣло въ томъ, что при удаленіи
двигательныхъ центровъ не только существуетъ невозможность
руководиться въ обособленныхъ движеніяхъ чувственными
впечатлѣніями, но и невозможность производить обособлен-
ныя движенія, иначе говоря, имѣется дѣйствительный
параличъ мышцъ, ясно выраженный у всѣхъ вообще выс-
шихъ животныхъ, какъ напр. собакъ, кошекъ и въ особенно рѣз-
кой степени у обезьянъ и человѣка. Этотъ параличъ къ тому же,
какъ мы видѣли, ничуть не стоитъ въ прямомъ соотношеніи съ
измѣненіемъ чувствительности. Напротивъ того чувствитель-
ность при разрушеніи двигательной области мозговой коры, какъ
мы видѣли выше, съ теченіемъ времени можетъ возстановиться
въ большей или меньшей степени или даже почти совершенно,
между тѣмъ какъ параличъ движенія съ теченіемъ времени,
хотя и улучшается, но все же остается еще въ значительной
степени своего развитія даже и послѣ того, какъ чувствитель-
ность возстановилась вполнѣ.
Въ этомъ обстоятельствѣ нельзя не видѣть непрелож-
наго доказательства въ пользу того, что двигательныя раз-
стройства при разрушеніи такъ наз. чувства двигательной
области имѣютъ въ извѣстной мѣрѣ свою самостоятельность
по крайней мѣрѣ у болѣе высшихъ животныхъ.
Топографія отдѣльныхъ двигательныхъ центровъ въ корѣ
полушарій собаки и другихъ низшихъ животныхъ.
Переходя къ разсмотрѣнію топографіи отдѣльныхъ двигатель-
ныхъ центровъ, необходимо имѣть въ виду, что развитіе ихъ ко-
леблется въ широкихъ размѣрахъ у различныхъ видовъ жи-
вотныхъ, причемъ ихъ число возрастаетъ вмѣстѣ съ возвы-
шеніемъ животнаго въ зоологической лѣстницѣ.
Если руководиться опытами съ частичнымъ разрушеніемъ моз-
говой коры, то необходимо прійти къ выводу, что у приматовъ

839

самый верхній отдѣлъ центральныхъ извилинъ занятъ центромъ;
для ноги, средній отдѣлъ центромъ для руки и нижній или на-
ружный занятъ центромъ для лица, языка и для жеванія и гло-
танія. Кромѣ того задній отдѣлъ второй лобной извилины занятъ
центромъ движенія глазъ, а задній отдѣлъ первой лобной изви-
лины занятъ центромъ для движенія головы и туловища.
У собакъ приблизительно такое же распредѣленіе двигатель-
ныхъ центровъ имѣется на сигмовидной извилинѣ, гдѣ мы на-
ходимъ въ направленіи отъ внутренней ея части кнаружи
центры для задней и передней конечности, затѣмъ центръ для
лица и языка, центръ для жеванія и глотанія и впереди отъ
крестовидной борозды центръ для движенія глазъ и головы.
Болѣе подробное изученіе топографическаго распредѣленія
двигательныхъ центровъ и ихъ раздѣленія на болѣе мелкіе
центры достигается лучше всего съ помощью раздраженія дви-
гательной области мозговой коры электрическимъ токомъ.
Мы уже ранѣе упоминали, что Fritsch и Hitzig въ своей перво-
начальной работѣ, пользуясь постояннымъ токомъ, отмѣтили
пять слѣдующихъ центровъ на поверхности мозга собаки
1) центръ для шейныхъ мышцъ впереди отъ нижняго конца
s. cruciati; 2) центръ для мышцъ, вытягивающихъ и при-
водящихъ переднюю конечность на мѣстѣ окончанія той же
борозды; 3) центръ для сгибанія и поворачиванія передней ко-
нечности, помѣщающійся нѣсколько кзади отъ предыдущаго
4) центръ для задней конечности сзади sulci cruciati и кнутри
отъ предыдущаго центра и 5) центръ для мышцъ лица, ра-
сположенный на 2-й первичной извилинѣ кзади отъ всѣхъ
вышеуказанныхъ центровъ.
Надо замѣтить, что со временемъ въ сочиненіи „Untersuc-
hungen über das Gehirn“ Hitzig дополнилъ свою первоначальную
схему открытіемъ центра для глазныхъ мышцъ, который онъ
помѣщаетъ въ сосѣдствѣ съ центромъ лица. Оба послѣдніе
центра принадлежатъ уже теменнымъ долямъ и о нихъ рѣчь
была выше при разсмотрѣніи функціи этихъ долей. Мы упоми-
нали также что Ferrier, примѣнившій къ изслѣдованію двигатель-
ныхъ центровъ фарадическій токъ, нашелъ, что раздраженіемъ
поверхности мозга у собакъ удается вызвать движенія съ гораздо
большей площади и къ тому же число отдѣльныхъ центровъ
на мозгу собаки по Ferrier’y значительно превышаетъ число
центровъ, отмѣченныхъ впервые Fritseh’емъ и Hitzig’омъ.
Достаточно сказать, что въ опытахъ надъ собаками путемъ
раздраженія поверхности мозга прерывистымъ токомъ Ferrier

840

получилъ слѣдующія движенія: открытіе противоположнаго
глаза и расширеніе зрачка съ поворотомъ головы и глазъ въ
противоположную сторону при раздраженіи спереди sulci cru-
ciati (12); затѣмъ при раздраженіи позади sulci cruciati, начиная
отъ наружнаго края извилины по направленію кнутри, авторъ
получалъ поднятіе плеча и вытяженіе противоположной конеч-
ности (5), сокращеніе и приведеніе противоположной передней
конечности (4), движеніе задней конечности кпереди, какъ при
ходьбѣ, (1) и боковое движеніе хвоста (3). Далѣе кнаружи отъ
сигмовидной извилины на мѣстѣ 2-й и частью 3-й первичной
извилины Ferrier отмѣчаетъ еще центры для сокращенія мышцъ
лица, для m. orbicularis oculi и для m. zygomatici и наконецъ еще
болѣе кнаружи центръ для движенія челюстей и для сокра
щенія мышцъ языка.
Кромѣ того на второй первичной извилинѣ уже ближе къ
затылочной области Ferrier обозначаетъ точки, раздраженіемъ
которыхъ вызывается движеніе глазъ въ противоположную сто-
рону, суженіе зрачковъ и незначительное смыканіе вѣкъ.
Далѣе на третьей первичной извиливѣ надъ заднимъ концомъ
Сильвіевой борозды Ferrier указываетъ центръ для вытяженія и
сокращенія противоположнаго уха и наконецъ на мѣстѣ чет-
вертой первичной извилины непосредственно впереди отъ на-
чала Сильвіевой ямки центръ для поворачиванія носа на раз-
дражаемую сторону; наконецъ, Ferrier описываетъ еще особый
центръ, расположенный на поверхности четвертой первичной
извилины на уровнѣ начала Сильвіевой борозды, раздраженіе
котораго вызываетъ у собакъ лай.
Такимъ образомъ Ferrier отмѣчаетъ значительно большее
число центровъ, нежели Hitzig и Fritsch; при этомъ и площадь,
занимаемая ими, представляется значительно большею. Изъ
11 центровъ собственно 5 размѣщаются на сигмовидной изви-
линѣ; всѣ же остальные центры на 2-й, 3-й и 4-й первичной
извилинахъ частью кнаружи, частью же далеко кзади отъ сигмо-
видной извилины.
Мы упоминали также, что Ferrier кромѣ собакъ изслѣдовалъ
въ отношеніи двигательныхъ центровъ и нѣкоторыхъ другихъ
животныхъ, причемъ у шакаловъ онъ нашелъ столько же двига-
тельныхъ центровъ, сколько и у собаки; далѣе имъ отмѣчено
до 11 центровъ на поверхности мозга кошки, 7 центровъ на
мозгу кролика, нѣсколько центровъ на поверхности мозга
морскихъ свинокъ и мышей и до 15 отдѣльныхъ центровъ на
поверхности мозга обезьяны (макаки).

841

Нужно замѣтить, что изслѣдованія Ferrier’a встрѣтили воз-
раженія со стороны Hitzig’a, такъ какъ Ferrier въ своихъ опы-
тахъ употреблялъ токъ значительной силы.
Къ такому возраженію давало поводъ то обстоятельство, что
Ferrier между прочимъ получилъ движенія съ такихъ областей,
какъ напр. съ затылочной и височной доли, раздраженіе кото-
рыхъ токами слабой силы обычно не даетъ двигательнаго эф-
фекта. Современемъ самъ Ferrier призналъ, что часть описан-
ныхъ имъ центровъ на самомъ дѣлѣ не представляетъ собою
двигательныхъ центровъ; движенія же, получаемыя съ нихъ,
суть рефлекторныя, обязанный своимъ происхожденіемъ воз-
бужденію опредѣленныхъ чувственныхъ центровъ. Не смотря
на это разъясненіе, между схемой Ferrier’a и схемой Hitzig’a оста-
лось немаловажное различіе какъ въ отношеніи числа, такъ
и въ отношеніи распредѣленія корковыхъ центровъ.
Изъ позднѣйшихъ изслѣдованій, относящихся до топографіи
корковыхъ центровъ, не лишено значенія изслѣдованіе Unver-
richt’a, произведенное совмѣстно съ Janicke 1).
По этимъ авторамъ двигательные центры у собакъ распре-
делены почти по всей сигмовидной извилинѣ какъ впереди
sulc. cruciati, такъ и позади ея. Центры же лица и глазъ по
этимъ авторамъ расположены нѣсколько кнаружи и отчасти
кзади отъ сигмовидной извилины. При этомъ должно замѣ-
тить, что на сигмовидной извилинѣ и сосѣднихъ съ ней обла-
стяхъ авторы помѣщаютъ гораздо болѣе дифференцированныхъ
центровъ, нежели Hitzig и Ferrier. По ихъ схемѣ въ лѣвомъ
полушаріи собаки имѣются центры, раздраженіе которыхъ
производить слѣдующія движенія: 1) сокращеніе m. orbicularis; 2)
движеніе въ нижней области лица; 3) закрытіе нижней челюсти;
4) оттягиваніе языка; 5) сокращеніе правой половины языка;
в) сокращеніе лѣвой половины языка; 7) сокращеніе лѣваго
m. risorii; 8)стягиваніе морды; 9) сокращеніе верхней конечно-
сти; 10) вращеніе затылка на лѣвую сторону; 11) сокращеніе
задней конечности; 12) расширеніе зрачковъ, открытіе щели
вѣкъ и вращеніе глазъ вправо и 13) сокращеніе праваго уха.
Нужно замѣтить, что послѣднія двѣ точки значительно
удалены отъ сигмовидной извилины: первая помѣщается на
наружной поверхности затылочной области мозговой коры,
вторая же нѣсколько выше задняго конца Сильвіевой бо-
розды.
1) Unverricht. Arch. f. Psychiatrie. Bd. XIX.

842

Упомянемъ здѣсь же о работѣ Varetz’a 1), произведенной
подъ руководствомъ Exner’a, имѣя въ виду главнымъ образомъ
особенности примѣненнаго авторомъ метода изслѣдованія. Для
возбужденія центровъ этотъ авторъ возвратился къ постоянному
току, которымъ, какъ извѣстно, пользовались Fritsch и Hitzig.
Сверхъ того Varetz примѣнялъ способъ обрѣзыванія раздра-
жаемаго центра и послѣдующаго его подрѣзыванія. Первое ав-
торъ примѣнялъ для того, чтобы совершенно изолировать дан-
ный центръ отъ окружающихъ областей, причемъ по автору
всякій вообще центръ можетъ быть доказанъ лишь въ томъ
случаѣ, если и послѣ его обрѣзыванія раздраженіе данной части
коры вызываетъ соотвѣтствующій двигательный эффектъ; под-
рѣзываніе же центра должно устранять двигательный эффектъ,
чѣмъ исключается мысль о возможности вызыванія даннаго
движенія распространеніемъ тока на нижележащіе центры.
Наиболѣе существенные результаты этихъ опытовъ состояли
въ слѣдующемъ:
Авторъ убѣдился, что двигательные центры не точкообразны
и не отдѣлены другъ отъ друга свободными промежутками; на-
противъ того задняя и наружная часть сигмовидной извилины
представляютъ собою одну общую площадь для мышцъ конеч-
ностей, для сгибателей и разгибателей пальцевъ, для мышцы,
приводящей большой палецъ передней конечности, для сгибате-
лей и разгибателей задней конечности, центры которыхъ частью
прикрываютъ другъ друга.
Извилина, расположенная рядомъ съ сигмовидной извили-
ной, образуетъ область, гдѣ размѣщены центры для круговой
мышцы вѣкъ (m. orbicularis palpebrarum). Что касается области
лица, то она совершенно отдѣлена отъ области конечностей.
Надо при этомъ замѣтить, что кромѣ этихъ центровъ, назы-
ваемыхъ согласно съ Exner’омъ абсолютными полями коры,
авторъ различаетъ еще относительныя поля, разрушеніе ко-
торыхъ также можетъ измѣнять функцію соотвѣтствующихъ
мышцъ.
Методъ обрѣзыванія мозговой коры, примѣняемый Varetz’омъ,
на мой взглядъ болѣе пригоденъ для той спеціальной цѣли,
когда желаютъ убѣдиться, имѣемъ ли мы дѣло въ томъ или
другомъ случаѣ съ центромъ самостоятельнымъ, имѣющимъ
1) См. сообщеніе Sigm. Exner’a о работѣ д-ра Varetz’a въ собраніи нѣ-
мецкихъ естествоиспытателей и врачей въ Страсбургѣ отъ 18—23 сентября
1885. Neur. Centr. № 20. 1885.

843

свои нисходящіе проводники, или же изслѣдуемая область пе-
редаетъ свое вліяніе на двигательные проводники, выходящіе
изъ другого центра. Равнымъ образомъ и подрѣзываніе мозго-
вой коры имѣетъ своей цѣлью доказать, что данный центръ
обладаетъ самостоятельными проводниковыми волокнами, а не
вызываетъ движенія членовъ при посредствѣ другихъ корко-
выхъ центровъ.
Съ этими спеціальными цѣлями оба вышеуказанные метода
примѣнялись въ соотвѣтственныхъ случаяхъ и мною частью
еще до опубликованія работы Varetz’a, но съ примѣненіемъ
прерывистаго тока къ раздраженію корѣ.
Изслѣдованія надъ обезьянами.
Не подлежитъ сомнѣнію, что наиболѣе поучительными
и въ практическомъ отношеніи наиболѣе важными пред-
ставляются тѣ изслѣдованія, которыя производятся на обезья-
нахъ, благодаря особой близости строенія ихъ мозга къ чело-
вѣческому.
Какъ уже выше было упомянуто, Ferrier первый сталъ упо-
треблять обезьянъ для опытовъ надъ мозговой корой, причемъ
имъ впервые было опредѣлено и расположеніе главныхъ дви-
гательныхъ центровъ мозговой коры у обезьянъ. Въ позднѣй-
шее время этимъ предметомъ кромѣ другихъ авторовъ занима-
лись между прочимъ Horsley и Beefor, результаты изслѣдованія
которыхъ въ общемъ сходны съ данными Ferrier’a и различе-
ствуютъ только въ нѣкоторыхъ подробностяхъ.
Въ существенномъ данныя этихъ авторовъ заключаются въ
слѣдующемъ: подтвердивъ указаніе Ferrier’a, что область пред-
лобной доли (l. praefrontalis), располагающаяся впереди отъ
линіи, мысленно проведенной перпендикулярно къ переднему
концу предцентральной борозды (s. praecentralis), не даетъ
вовсе двигательнаго эффекта, авторы подробно изслѣдовали
область, заключенную между этой долею и передней централь-
ной бороздой. Раздраженіе этой области по Ferrier’y даетъ рас-
крытіе глазъ, расширеніе зрачковъ и движеніе глазъ и головы
на противоположную сторону. Horsley и Beefor при посредствѣ
минимальныхъ раздраженій расчленили эту область еще
на три отдѣльныхъ центра, изъ которыхъ верхній, расположен-
ный ближе къ внутренней щели мозга, производитъ движеніе

844

головы на противоположную сторону, средній двигаетъ голову и
глаза на противоположную сторону и наконецъ нижній производить
лишь движеніе глазъ на противоположную сторону. Какъ видно
изъ приложенной схемы, эти центры въ общей сложности зани-
маютъ большее протяженіе, нежели одинъ центръ Ferrier’a.
На уровнѣ верхняго конца обѣихъ центральныхъ извилинъ, гдѣ
Ferrier отмѣчаетъ центръ для движенія задней конечности, Horsley
и Beefor даютъ также болѣе подробное расчлененіе этого центра.
По ихъ изслѣдованіямъ при верхнемъ концѣ обѣихъ централь-
ныхъ извилинъ, частью и на внутренней части полушарія со-
отвѣтственной области центральныхъ извилинъ (l. paracentralis)
электрическое раздраженіе даетъ сокращеніе мышцъ нижней
или задней конечности, причемъ раздраженіе сзади централь-
ной или Роландовой борозды даетъ исключительно движеніе
стопы и пальцевъ, a раздраженіе впереди ея даетъ ихъ сокра-
щеніе вмѣстѣ съ сокращеніемъ мышцъ бедра и голени; раз-
драженіе же области при верхнемъ концѣ Роландовой борозды
даетъ сокращеніе одного большого пальца.
Ниже вышеуказаннаго центра для нижнихъ конечностей въ
средней трети центральныхъ извилинъ Ferrier располагаетъ
центръ для верхней конечности. По Horsley и Beefor’y этотъ
центръ представляется болѣе обширнымъ, занимая въ общей
сложности около 2/4 центральныхъ извилинъ.
Только что указанную область авторы опять таки диффе-
ренцируютъ болѣе дробнымъ образомъ, нежели это было сдѣ-
лано Ferrier’омъ. По Horsley и Beefor’y раздраженіе различныхъ
отдѣловъ этой области даетъ слѣдующія движенія: сокращеніе
мышцъ плечевой части руки, вытяженіе передней конечности,
какъ будто бы животное желало что нибудь достать, оттягива-
ніе кзади и приведеніе верхней конечности, сокращеніе мышцъ
предплечья, движеніе ручной кисти, пальцевъ ея и большого
пальца. При этомъ области, служащія для сокращенія мышцъ
выше локтевого сочлененія, располагаются въ верхнихъ частяхъ
этой области, центры же для движенія пальцевъ ручной кисти и
большого пальца располагаются въ наиболѣе нижнихъ отдѣ-
лахъ этой области; остальные центры располагаются между
ними и другими. Слабое раздраженіе задней центральной изви-
лины при нижнемъ концѣ межтеменной борозды (s. intraparietalis)
вызываетъ лишь сокращеніе большого пальца.
Ниже области руки въ нижнемъ отдѣлѣ центральныхъ
извилинъ располагается область для сокращенія мышцъ лица,
языка и рта. Здѣсь въ болѣе верхнихъ отдѣлахъ, слѣдовательно

845

тотчасъ надъ центрами верхней конечности впереди Ро-
ландовой борозды располагается центръ для верхней части лица
(сокращеніе мышцъ лба и верхнихъ вѣкъ), позади Роландо-
вой борозды сокращеніе подкожной шейной мышцы (m. platisma
myoides), приводящей къ оттягиванію угла рта; раздраженіе же
нижележащихъ областей вызываетъ движеніе рта (поднятіе
угла рта, оттягиваніе его и раскрытіе рта) и движеніе языка,
причемъ раздраженіе болѣе передней области производитъ
высовываніе языка, раздраженіе же болѣе задней области
производитъ оттягиваніе его кзади.
Должно замѣтить, что непосредственно позади нижняго
конца предцентральной борозды еще по изслѣдованіямъ Lehman’a
и Horsley’я располагается центръ для замыканія голосовой щели.
Этотъ голосовой центръ былъ уже ранѣе открыть Ferrier’омъ,
которому раздраженіемъ вышеуказанной области удавалось у
собакъ вызывать лай, а у кошекъ мяуканье. Послѣ Ferrier’a этотъ
центръ былъ изслѣдованъ у собакъ Krause и затѣмъ Horsley’емъ,
сдѣлавшимъ о немъ сообщеніе на X мед. конгрессѣ въ Бер-
линѣ 1).
Если мы упомянемъ здѣсь, что непосредственно сзади голо-
сового центра располагаются центры для глотанія и жеванія,
то мы собственно будемъ имѣть въ общемъ полную картину
расположенія двигательныхъ центровъ у обезьяны по Horsley и
Beefor’y.
Далѣе, еще Ferrier указалъ на то, что область двигательныхъ
центровъ простирается и на внутренній край полушарія, гдѣ
лежитъ т. наз. парацентральная область (l. paracentralis.). Horsley и
Schäfer подробнѣе изслѣдовали область распространенія двига-
тельныхъ центровъ на внутреннюю поверхность полушарія (gyr.
marginalis), причемъ убѣдились, что въ направленіи спереди на-
задъ на протяженіи отъ предлобной доли до задняго конца мозо-
листо-краевой борозды (sulc. calloso-marginalis) раздраженіе этой
области фарадическимъ токомъ даетъ прежде всего движніе го-
ловы и глазъ на противоположную сторону, затѣмъ движеніе
плеча и руки противоположной стороны; далѣе здѣсь распола-
гаются центры для поворота и боковыхъ движеній позвоночника
на противоположную сторону (центръ туловища), движеніе хво-
ста и таза и вытяженіе голени 2); затѣмъ раздраженіе при верх-
1) Horsley and Schäfer. Philos. Trans. 1888.
2) Собственно дѣло идетъ здѣсь о центрѣ для ягодичныхъ мышцъ (glutaei)
съ сокращеніемъ мышцъ голени, тогда какъ на выпуклой поверхности полу-
шарія раздраженіе центра для голени вызываетъ сгибаніе ея.

846

немъ концѣ передней центральной извилины даетъ сгибаніе
колѣна частью вмѣстѣ съ сокращеніемъ икроножныхъ мышцъ и
поворачиваніемъ кнаружи стопы и наконецъ при верхнемъ
концѣ задней центральной извилины тыльное сгибаніе стопы съ
вытягиваніемъ пальцевъ.
Такимъ образомъ по этимъ опытамъ расположеніе двига-
тельныхъ областей на внутренней части полушарія (gir. marginalis)
въ общемъ соотвѣтствуетъ расположенію двигательныхъ цен-
тровъ на выпуклой поверхности полушарія, исключая центры
туловища, которыхъ по схемѣ Horsley’я и Beefor’a не имѣется на
выпуклой поверхности полушарія. По поводу этихъ центровъ
нужно замѣтить, что вышеуказанныя изслѣдованія не согла-
суются съ указаніями Munk’a, который помѣщаетъ центры ту-
ловища у собакъ и обезьянъ въ предлобной области. Надо
однако имѣть въ виду, что это указаніе Munk’a, стоящее
къ тому же въ противорѣчіи съ вышеуказанными изслѣдова-
ніями Ferrier’a, какъ мы уже упоминали, не подтвердилось
при позднѣйшихъ изслѣдованіяхъ. Равнымъ образомъ и при
моихъ опытахъ раздраженіе предлобной области не давало ника-
кихъ сокращеній въ туловищѣ животнаго.
Mott 1) установилъ еще болѣе дробное дѣленіе центра въ
лобной долѣ, служащаго для поворачиванія глазъ и головы:
онъ нашелъ, что у обезьянъ можно получить въ обла-
сти центра, служащаго къ поворачиванію глазъ, слѣдующія
движенія: a) поворачиваніе глазъ въ горизонтальномъ напра-
вленіи, б) поворачиваніе глазъ на противоположную сторону и
кверху и в) поворачиваніе глазъ въ противоположномъ направ-
леніи и книзу. Послѣдній центръ лежитъ выше всего, тотчасъ
подъ нимъ располагается центръ для поворачиванія глазъ въ
горизонтальномъ направленіи, наконецъ ниже всего распола-
гается центръ для отклоненія глазъ въ противоположную сто-
рону и кверху. По тѣмъ же изслѣдованіямъ центръ для пово-
рачиванія головы долженъ быть расчлененъ аналогичнымъ
образомъ.
Изслѣдованія надъ человѣкообразными обезьянами.
Наибольшую цѣнность въ изученіи расположенія двигатель-
ныхъ центровъ у животныхъ имѣютъ, безъ сомнѣнія, изслѣдова-
нія, производимыя надъ человѣкообразными обезьянами, такъ
1) Mott. Brain. 1890.

847

какъ есть основаніе полагать, что у этихъ обезьянъ располо-
женіе корковыхъ центровъ приблизительно такое же, какъ и у
человѣка.
Въ виду этого мы остановимся здѣсь на изслѣдованіяхъ
Beefor’a и Horsley’я, относящихся къ 21/2 лѣтнему орангъ-утангу.
Нужно замѣтить, что токъ въ этомъ случаѣ требовался нѣ-
сколько болѣе сильный, нежели у макаки, такъ что онъ вызы-
валъ непріятное чувство на языкѣ, граничащее съ болью. При
этомъ выяснилось между прочимъ еще съ большей ясностью,
нежели у макаки, что двигательная возбудимость проявляется
лишь въ корѣ извилинъ и рѣзче всего на ихъ вершинѣ; бо-
розды же совершенно невозбудимы къ току, что подтверждается
между прочимъ и изслѣдованіями на человѣкѣ. Кромѣ того
авторы убѣдились, что большія двигательныя области у оранга
не расположены непрерывно, a раздѣляются невозбудимыми
областями, которыя даже и при сильныхъ токахъ не даютъ со-
отвѣтствующаго эффекта. Эти невозбудимыя части мозговой
поверхности отдѣляютъ однако лишь большія двигательныя
области, но не ихъ отдѣлы. Лобныя доли, исключая центра
для движенія глазъ въ противоположномъ направленіи, распо-
лагающегося тотчасъ впереди отъ предцентральной борозды, пред-
ставляются невозбудимыми. Точно также и задняя центральная
извилина представляется по протяженію менѣе возбудимою,
чѣмъ у макакъ, при чемъ верхняя ея треть представляется
совершенно невозбудимою. Слѣдуетъ отмѣтить, что у оранга
при раздраженіи двигательной области обычно наблюдаются
строго локализированный эффектъ.
Результаты раздраженія на полушаріи животнаго въ общемъ
сводятся къ слѣдующему:
Движенія глазъ и вѣкъ:
1) Впереди отъ предцентральной борозды располагается
центръ для движенія обоихъ глазъ на противоположную сторону.
2) На передней центральной извилинѣ въ средней ея обла-
сти помѣщается центръ для сочетаннаго движенія вѣкъ, ко-
торыя сильно раскрываются, причемъ глазныя яблоки и го-
лова обращаются въ горизонтальномъ направленіи на противопо-
ложную сторону.
3) Подъ предыдущимъ центромъ на передней центральной
извилинѣ помѣщается центръ двусторонняго закрытія вѣкъ, но
при этомъ вѣки противоположной стороны замыкаются сильнѣе.
Движенія лица:
1) Центръ поднятія верхней губы на противоположной сторонѣ,

848

помѣщающійся въ видѣ узкой полосы на задней центральной
извилинѣ тотчасъ позади Роландовой борозды.
2) Центръ для горизонтальнаго оттягиванія противополож-
наго угла рта, помѣщающійся на передней центральной изви-
линѣ и занимающій почти всю среднюю ея часть на протяженіи
между Сильвіевой бороздой и угловымъ колѣномъ Роландовой
борозды.
3) Нѣсколько выше предыдущаго помѣщается центръ, дви-
гающій кнаружи верхнюю губу противоположной стороны.
4) Центръ для закрытія рта, помѣщающійся на задней
центральной извилинѣ позади центра для закрытія вѣкъ.
5) Центръ для открытія рта, помѣщающійся въ его сосѣдствѣ
вокругъ нижняго конца Роландовой борозды.
Движенія языка:
Центръ для движенія языка помѣщается въ самомъ ниж-
немъ концѣ передней центральной извилины. Раздраженіемъ этой
области можно вызывать разнообразныя движенія членовъ, по-
степенно переходящія другъ въ друга. Идя сверху внизъ, мы
получаемъ слѣдующія движенія:
1) Выдвиганіе языка впередъ съ уплощеніемъ его задней
части и съ отклоненіемъ верхушки на противоположную сторону.
2) Выдвиганіе впередъ языка съ утолщеніемъ его на соот-
вѣтствующей сторонѣ и съ обращеніемъ верхушки на противо-
положную сторону.
3) Сворачиваніе языка на противоположную сторону, такъ
что спинка его обращается къ противоположной щекѣ.
4) Втягиваніе языка кзади, утолщеніе его въ задней части и
затѣмъ сворачиваніе къ противоположной щекѣ.
5) Отхожденіе верхушки языка отъ зубовъ, причемъ языкъ
лежитъ плоско въ полости рта, верхушка же смѣщается въ
горизонтальномъ направленіи на противоположную сторону.
Движенія верхней конечности:
Область для движенія верхней конечности лежитъ въ сред-
ней части между верхнимъ или внутреннимъ краем въ полуша-
рія и Сильвіевой бороздой или нѣсколько выше, причемъ его
нижнюю границу образуетъ угловой изгибъ Роландовой борозды.
Дифференцировка отдѣльныхъ центровъ, управляющихъ
тѣми или другими движеніями верхней конечности, представ-
ляется у орангъ-утанга въ высшей степени хорошо выражен-
ною. Здѣсь мы имѣемъ:
1) Центры для движенія большого пальца, причемъ центръ
для вытягиванія его помѣщается всего болѣе впереди на пе-

849

редней центральной извилинѣ, центръ для сгибанія нѣсколько
кзади и книзу и центръ для приведенія и сгибанія кзади уже
на задней центральной извилинѣ.
2) Центры для вытяженія указательнаго пальца на задней
центральной извилинѣ надъ областью большого пальца.
3) Центръ для вытяженія пальцевъ послѣдовательно, начи-
ная съ мизинца до указательнаго пальца, на передней централь-
ной извилинѣ надъ и кзади отъ центра для большого пальца.
Нѣсколько выше на передней центральной извилинѣ помѣ-
щается:
4) Центръ для движенія ручной кисти, которое ассоціи-
руется съ вытяженіемъ пальцевъ, съ пронаціей и съ локте-
вымъ приведеніемъ.
5) Центръ для сгибанія локтевого сочлененія, располагаю-
щійся на передней центральной извилинѣ надъ и позади
центра для ручной кисти и для пальцевъ.
6) Центръ для движенія плеча (всегда изолированное при-
ведніе), помѣщающійся на передней центральной извилинѣ
вокругъ и надъ заднимъ концомъ верхней лобной извилины.
Что касается до центровъ для движеній нижнихъ конечно-
стей, то слѣдуетъ прежде всего имѣть въ виду не несуществен-
ное различіе въ ихъ топографіи у орангъ-утанга и макаки.
Въ то время, какъ у послѣдней область для нижнихъ конечно-
стей простирается на задній отдѣлъ первой или верхней лоб-
ной извилины, парацентральную дольку и на верхніе отдѣлы
обѣихъ центральныхъ извилинъ, у орангъ-утанга въ верхней
трети задней центральной извилины нельзя получить по ав-
тору никакого движенія и только при сильныхъ токахъ уда-
валось вызвать вытяженіе и сгибаніе большого пальца.
Изъ центровъ для движеній нижней конечности у оранга
мы имѣемъ:
1) Центръ для большого пальца, занимающій наивысшій
пунктъ въ самой близи средней линіи. Здѣсь получается какъ
сгибаніе, такъ и вытяженіе, причемъ центръ для сгибанія
располагается нѣсколько впереди отъ центра для вытяженія.
Затѣмъ въ нисходящемъ направленіи впереди Роландовой
борозды располагается:
2) Центръ для движенія малыхъ пальцевъ, приводящій къ
одновременному ассопріированному вытяженію съ раздвиганіемъ
ихъ и помѣщающійся тотчасъ подъ предыдущимъ.
3) Центръ для движенія стопы (вращеніе кнаружи, тыль-
ное сгибаніе, вращеніе кнутри).

850

4) Центръ для движенія голени, главнымъ образомъ для ея
вытяженія.
5) Очень объемистый центръ для движенія бедра, дающій
вытяженіе, затѣмъ приведеніе, поворотъ и сгибаніе.
Слѣдуетъ при этомъ имѣть въ виду, что у оранга при раз-
драженіи той или другой двигательной корковой области наблю-
дается всегда только первичное движеніе или въ видѣ исключенія
происходитъ послѣдовательный рядъ спазмовъ, переходящій съ
одной мышечной группы на другую въ противоположность тому,
что наблюдается у низшихъ обезьянъ, у которыхъ отдѣльныя дви-
женія получаются въ общемъ рѣдко и лишь при моментальномъ
приставленіи электродовъ. Далѣе, обращаясь къ установленному
для собакъ и для человѣка факту, что послѣдовательный рядъ
спазмовъ различныхъ частей тѣла соотвѣтствуетъ порядку рас-
предѣленія двигательныхъ центровъ коры, авторъ указываетъ,
что характеръ движенія при распространеніи судорогъ предста-
вляетъ собою повтореніе характера первичныхъ движеній пер-
ваго захваченнаго раздраженіемъ сегмента, т. е. либо вытяженіе
либо сгибаніе.
Заслуживаютъ также вниманія изслѣдованія A. S. F. Grün-
baum’a и С. S. Sherrington’a 1), которые производили свои опыты
съ раздраженіемъ мозговой коры у оранга, гориллы и чимпанзе
съ помощью униполярнаго метода фарадизаціи, ранѣе примѣ-
нявшагося Scherrington’омъ для изслѣдованія коры въ отно-
шеніи центровъ глазъ. Авторы убѣдились при своемъ изслѣдо-
ваніи, что въ предѣлахъ центральныхъ извилинъ т. наз. двига-
тельная область помѣщается исключительно по длинѣ перед-
ней центральной извилины и въ глубинѣ центральной борозды
съ обычнымъ исключеніемъ крайняго верхняго и крайняго ниж-
няго ея конца у всѣхъ животныхъ; при этомъ они нашли, что
двигательная область не простиралась кзади отъ Роландовой
борозды.
Слабая реакція при нѣкоторыхъ условіяхъ случайно могла
быть вызываема при болѣе сильной фарадизаціи и позади
Роландовой борозды, но она вызывалась при условіяхъ, которыя
исключали возможность разсматривать ее, какъ эквивалентъ
реакціи двигательной области. На внутренней поверхности
полушарія двигательная область не простирается далѣе мо-
1) A. S. F. Grünbaum and С. S. Sherrington. Observations on the physio-
logy of the cerebral cortex of same of the higher opes. Proc. of the Royal.
society. Vol. 69.

851

золисто-краевой борозды (sulcus calloso—marginalis). Нѣкоторыя
области этой борозды производитъ движенія плеча, другія ту-
ловища, третьи кисти и пальцевъ, но авторы не склонны при-
числить ее къ собственно двигательной области. Въ отдѣльныхъ
случаяхъ авторы находили, что и задній край центральной бо-
розды принадлежалъ къ двигательной области.
Что касается движеній, локализирующихся въ двигатель-
ной области, то авторы отмѣчаютъ здѣсь кромѣ другихъ дви-
женій движеніе уха, ноздрей, мягкаго неба, движеніе сосанія,
жеванія, голосовыхъ связокъ, грудной стѣнки, брюшной стѣнки,
нижняго таза, отверстія задняго прохода (anus), отверстія
влагалища (vagina). Самое распредѣленіе различныхъ обла-
стей мускулатуры поразительно соотвѣтствуетъ сегментальной
послѣдовательности центровъ черепно-спинной нервной оси.
Авторы убѣдились также, что у антроповидныхъ обезьянъ
имѣется рѣзкая возбудимость двигательной области, вслѣд-
ствіе чего при раздраженіи у нихъ крайне легко возникаютъ
приступы эпилепсіи. При удаленіи центровъ передней цен-
тральной извилины авторы наблюдали у своихъ животныхъ
парезъ, тогда какъ удаленіе даже обширной области задней
центральной извилины не сопровождалось явленіями пареза.
По наблюденію авторовъ лобная область, вызывающая соче-
танное движеніе глазъ, представляетъ собою замѣтное различіе
въ реакціи по сравненіи съ двигательной областью централь-
ныхъ извилинъ, вслѣдствіе чего въ физіологическомъ отно-
шеніи необходимо будто бы раздѣлять обѣ эти области другъ
отъ друга. Они и топографически отдѣлены другъ отъ друга
невозбудимой областью коры.
Авторы отмѣчаютъ, что раздраженіе центральныхъ извилинъ
у антроповидныхъ обезьянъ не требуетъ сильныхъ токовъ;
вмѣстѣ съ тѣмъ они обращаютъ вниманіе на значительныя инди-
видуальныя различія бороздъ и извилинъ.
Въ другой своей работѣ 1) авторы отмѣчаютъ, что у чело-
вѣкообразныхъ обезьянъ задняя центральная извилина при
раздраженіи и разрушеніи не даетъ двигательныхъ явленій,
тогда какъ въ передней центральной извилинѣ удается пока-
зать строго ограниченные центры.
Упомянемъ здѣсь же, что Grünbaum и Sherrington 2) при
1) Sherrington. A. Discusson the motor cortex as exemplified in the
anthrop. apes. The Brit. Med. Journ. II, стр. 784. 1902.
2) A. S. F. Grünbaum and C. S. Sherrington. Observations on the cerebral cortex
of the antropoid apes. Proc. of the royal society. Vol. LXXI1. № 499. 1903, стр. 125.

852

изслѣдованіи антроповидныхъ обезьянъ обратили вниманіе между
прочимъ и на островокъ, но даже при сильныхъ токахъ они
не получили съ него никакого эффекта. Раздраженіе нижней
лобной извилины не сопровождалось фонаціей и дало лишь непо-
стоянныя явленія въ отношеніи независимыхъ отъ дыханія дви-
женій гортани.
Beefor и Horsley обращаютъ вниманіе на то обстоятель-
ство, что при раздраженіи двигательной области мозговой
коры, какъ и при раздраженіи внутренней капсулы всегда
получаются координированныя движенія (открываніе глазъ,
поворачиваніе головы и глазъ и пр.). Такъ какъ подобныя
же координированныя движенія удается получить путемъ ре-
флекса съ заднихъ корешковъ (опыты Page Мау’аи Sherrington’a),
то Beefor и полагаетъ, что координирующій механизмъ заложенъ
въ спинномъ мозгу, въ клѣткахъ его заднихъ роговъ, которыхъ
будто-бы и достигаютъ импульсы, идущіе по пирамиднымъ
путямъ.
Съ послѣднимъ взглядомъ однако трудно согласиться
ибо онъ стоитъ въ полномъ противорѣчіи съ существующими
анатомическими воззрѣніями.
Наши изслѣдованія надъ различными видами животныхъ.
Перейдемъ теперь къ собственнымъ изслѣдованіямъ отно-
сительно возбудимости мозговой коры въ центральныхъ обла-
стяхъ мозга.
Наши изслѣдованія въ этой области начались въ первой поло-
винѣ восьмидесятыхъ годовъ, причемъ первые результаты изслѣ-
дованія корковой возбудимости у собакъ, произведеннаго частью
совмѣстно съ д-ромъ П. Я. Розенбахомъ, были опубликованы
еще въ въ 1883 г. 1). Затѣмъ болѣе подробно результаты нашихъ
изслѣдованій возбудимости корковой поверхности у различныхъ
животныхъ были опубликованы въ „Архивѣ Психіатріи“ за
1886 и 1887 г. 2). Наконецъ, результаты нашихъ изслѣдованій
корковой возбудимости у обезьянъ, были частью сооб-
щены въ одномъ изъ научныхъ собраній врачей клиники ду-
шевныхъ и нервныхъ болѣзней весной 1898 года 3).
1) См. П. Я. Розенбахъ. Дисс. Спб. 1883.
2) См. также В. Бехтеревъ. Физіологія двигательной области мозговой
коры. Отд. изд. Харьковъ. 1887 г.
3) Бехтеревъ. О расположеніи двигательныхъ центровъ мозговой коры
у человѣка. См. Обозр. псих. 1898, стр. 733.

853

Методъ, которымъ мы пользовались при этихъ изслѣдованіяхъ,
состоялъ въ раздраженіи мозговой коры слабымъ фарадическимъ
токомъ, который въ этомъ случаѣ имѣетъ безспорное преиму-
щество предъ гальваническимъ токомъ, какъ въ силу болѣе
строгой локализаціи самого раздраженія, такъ и по отсутствію
каталитическаго вліянія на мозговую поверхность, которымъ
обладаетъ постоянный токъ.
Наши изслѣдованія были произведены надъ разнообразными
млекопитающими, начиная отъ болѣе низшихъ (кроликовъ) до
высшихъ (обезьянъ), дабы выяснить, какъ идетъ развитіе дви-
гательныхъ центровъ въ послѣдовательномъ ряду животныхъ.
Мнѣ кажется, что этотъ сравнительно-физіологическій методъ
изслѣдованія заслуживаетъ вниманія вообще, въ отношеніи же
двигательныхъ центровъ мозговой коры онъ даетъ особенно по-
учительные результаты.
У кроликовъ въ передней части полушарія въ области,
обозначенной буквами на прилагаемомъ рисункѣ, удается найти
лишь небольшое число возбуди-
мыхъ точекъ, раздраженіе кото-
рыхъ даетъ далеко не строго
дифференцированныя движенія.
Точки эти суть слѣдующія
(фиг. 29):
a) сокращеніе морды, прижи-
маніе противоположнаго уха,
поворотъ головы и туловища на
противоположную сторону;
b) движеніе морды, оттягиваніе противоположной щеки;
c) жевательныя движенія;
d) приведеніе и поднятіе противоположной передней конеч-
ности.
e) поднятіе плеча и отведеніе противоположной передней
конечности;
f) движеніе обѣихъ заднихъ конечностей.
Почти такое же число точекъ я нашелъ въ мозгу
бѣлки.
У морской свинки въ передней части полушарія можно
опредѣлить отъ 4 до 5 возбудимыхъ точекъ, размѣщенныхъ
одна возлѣ другой. Какъ у кролика, раздраженіе двухъ изъ
этихъ точекъ вызываетъ сокращеніе мышцъ лица, жевательныя
движенія и поворачиваніе головы и туловища на противопо-
ложную сторону. Раздраженіе другихъ точекъ вызываетъ дви-
Фиг. 29. Двигательные центры мозговой
коры у кролика.

854

женіе въ противоположной передней конечности и въ обѣихъ
заднихъ конечностяхъ.
Нужно замѣтить, что у кроликовъ, бѣлки и морской свинки
позади вышеуказанной области удается обнаружить еще по
крайней мѣрѣ двѣ возбудимыхъ точки; изъ нихъ раздраженіе
одной вызываетъ сокращеніе противоположной половины лица,
раздраженіе другой—выпрямленіе и поворачиваніе кпереди про-
тивоположнаго уха; но движенія съ этихъ точекъ требуютъ
нѣсколько болѣе сильнаго тока.
При изслѣдованіи возбудимости мозговой поверхности у
собакъ въ области сигмовидной извилины и сосѣднихъ отдѣлахъ
коры мы получаемъ уже значи-
тельно болѣе дифференцирован-
ные центры и значительно боль-
шее число возбудимыхъ областей
(фиг. 30). Здѣсь мы имѣемъ:
a) прижиманіе противополож-
наго уха къ головѣ;
b) движеніе обоихъ глазъ на
противоположную сторону;
c) сокращеніе противополож-
ной стороны лица (сокращеніе
мышцъ противоположной щеки
и поднятіе верхней губы);
d) поворачиваніе головы во-
кругъ продольной оси тѣла на
противоположную сторону;
e) оттягиваніе языка и незна-
чительное отклоненіе его на
противоположную сторону, жева-
тельныя движенія челюстей;
f) раскрытіе и закрытіе челюстей;
g) сокращеніе m. orbicularis oculi и corrugatoris superciliorum
противоположной и частью соотвѣтствующей стороны;
h) отведеніе и вытяженіе противоположной передней конеч-
ности;
i) сгибаніе пальцевъ противоположной передней конеч-
ности;
к) приведеніе противоположной передней конечности;
l) поднятіе плеча противоположной передней конечности;
m) сгибаніе предплечья и сокращеніе мышцъ противополож-
ной передней конечности, которая при этомъ поднимается;
Фиг. 30. Двигательные центры мозговой
коры собаки.

855

n) сгибаніе туловища съ выпуклостью, направленною на
соотвѣтствующую сторону, и напряженіе шейныхъ мышцъ той
и другой стороны;
о) приведете и сгибаніе противоположной передней конеч-
ности;
р) вытяженіе противоположной передней конечности;
q) поднятіе хвоста, съ отклоненіемъ его къ противополож-
ной сторонѣ, иногда его движеніе.
При раздраженіи мозговой поверхности кошки въ соотвѣт-
вѣтствующей части мозговой коры (фиг. 31) можно получить
тѣ же движенія, что и у соба-
ки съ точекъ а, b, с, g, h, i, l,
n, о, p. q, r, s, t. Кромѣ того
возбужденіе точки q у кошки
вызываетъ сокращеніе мышцъ
промежности и движеніе въ
концѣ хвоста.
Такимъ образомъ, у кошки
на мозговой поверхности перед-
ней части полушарія удается
опредѣлить не менѣе 11 пунк-
товъ, раздраженіе которыхъ вызываетъ обособленныя движенія.
При этомъ всѣ эти точки такъ же, какъ и у собаки, помѣщаются
главнымъ образомъ на поверхности сигмовидной извилины,
исключая точекъ для сокращенія m. orbicularis oculi и carrugatoris
superciliorum, расположенныхъ на второй первичной извилинѣ
по сосѣдству съ gyr. sygmoideo.
Наши изслѣдованія надъ обезьянами.
Что касается локализации отдѣльныхъ корковыхъ центровъ
у обезьянъ, то изслѣдованія, произведенныя нами, привели къ
слѣдующимъ результатамъ:
Въ верхней части обѣихъ центральныхъ извилинъ размѣ-
щены центры для движенія хвоста и для сокращенія мышцъ
большого и малыхъ пальцевъ задней конечности и мышцъ голени
(движенія въ голеностопномъ составѣ).
Нѣсколько ниже на передней центральной извилинѣ мы
имѣемъ центры для сокращенія мышцъ плечевой области и
на соотвѣтственной части задней центральной извилины центры
для движенія предплечья.
Фиг. 31. Двигательные центры мозговой
коры у кошки.

856

Еще ниже на обѣихъ центральныхъ извилинахъ мы имѣемъ
центры для разнообразныхъ движеній кисти и пальцевъ верх-
ней конечности. Ниже этихъ центровъ также на обѣихъ цен-
тральныхъ извилинахъ мы имѣемъ центръ для мышцъ, иннер-
вируемыхъ нижнимъ faciale. Подъ этими же центрами уже при
нижнемъ концѣ центральной борозды мы имѣемъ центръ для
движенія челюстей и для мышцъ языка, а еще ниже мы имѣемъ
центры для жеванія, глотанія и для голосового аппарата.
Въ частности нами были получены слѣдующія движенія съ
различныхъ пунктовъ центральныхъ извилинъ, начиная сверху
внизъ (см. фиг. 32):
Область рта и глотки:
48—Глотаніе.
5—Жевательныя движенія и обильное выдѣленіе слюны.
42—Жеваніе съ движеніемъ языка.
4—Раскрытіе рта, дрожаніе головы.
Область лица:
6—Насупливаніе бровей, замыканіе противоположнаго глаза,
сокращенія m. epicranii.
1 — Сокращеніе мышцъ правой щеки съ оттягиваніемъ угла рта.
Фиг. 32. Схема корковыхъ двигательныхъ центровъ въ предѣлахъ обѣихъ центральныхъ
и заднего отдѣла лобныхъ извилинъ въ мозгу обезьяны-макаки.

857

2—Сокращеніе мышцъ правой щеки съ замыканіемъ праваго
глаза.
8—Закрытіе противоположнаго глаза и отчасти соотвѣт-
вѣтстнующаго.
7—Насупливаніе бровей, слабое оттягиваніе угла рта, сокра-
щеніе m. epicranii, дрожательные движенія головы.
11 и 12—Клоническое содроганіе лобной мышцы на противопо-
ложной сторонѣ, движеніе верхняго вѣка съ прикрытіемъ
глаза, небольшое содроганіе верхней губы.
37—Насупливаніе бровей, закрытіе обоихъ глазъ и оттяги-
ваніе угла рта.
9—Насупливаніе бровей съ прикрытіемъ противоположнаго
глаза, сокращеніе пальцевъ правой кисти въ кулакъ и слабая
супинація предплечья.
Область руки:
6— Сокращеніе противоположной руки, сгибаніе пальцевъ,
разгибаніе кисти и дрожаніе головы.
10—Приведеніе противоположной руки, сгибаніе пальцевъ
въ кулакъ и тыльная флексія кисти.
46—Сгибаніе пальцевъ и кисти противоположной передней
конечности.
14—Пронація противоположной верхней конечности.
13—Приведеніе противоположной верхней конечности.
15—Приведеніе противоположной верхней конечности и сги-
баніе предплечія.
16—Сжиманіе въ кулакъ и приведеніе кнутри кисти.
17—Сгибаніе пальцевъ и тыльная флексія кисти.
3.6—Сгибаніе пальцевъ и приведеніе кисти, дрожательныя.
движенія кулака.
19—Отведеніе кисти.
20—Приведеніе большого пальца.
26—Раскрытіе пальцевъ.
25—Раскрытіе пальцевъ и отведеніе большого пальца пра-
вой передней конечности.
18—Растопыриваніе пальцевъ и отчасти ихъ разгибаніе.
34—Сгибаніе пальцевъ пртивоположной передней конечности.
35—То же и общее содроганіе мышцъ туловища.
28—Сближеніе пальцевъ и сгибаніе ихъ въ кулакъ.
70—Отведеніе большого пальца противоположной передней
конечности.
27—Отведеніе противоположной передней конечности.
39—Приведеніе противоположной передней конечности.

858

Область ноги и хвоста:
54—Поворотъ противоположной голени и стопы кнаружи и
движенія хвоста въ противоположномъ направленіи.
33—Вытяженіе и отведеніе противоположной передней ко-
нечности и сокращеніе задней конечности.
21—Отведеніе большого пальца задней противоположной
ноги.
22—Сгибаніе пальцевъ противоположной задней конечности
и сокращеніе всей задней противоположной ноги.
29—Тыльная флексія противоположной стопы, сгибаніе ея
пальцевъ и сокращеніе мышцъ голени.
30—Тыльная флексія противоположной стопы, сгибаніе ея
пальцевъ и отчасти сокращеніе всей задней ноги.
53— Сильное сгибательное сокращеніе противоположной задней
конечности.
23 и 24—Сокращеніе и сгибаніе противоположной задней
конечности.
31 и 32—То же самое и приведеніе задней конечности.
65—Вытяженіе противоположной задней конечности.
67—Сгибаніе пальцевъ противоположной задней конечности,
тыльное сгибаніе стопы и вытягиваніе голени.
52 —Вытяженіе противоположной задней конечности съ тыль-
нымъ сгибаніемъ стопы и движеніе хвоста въ противополож-
номъ направленіи съ поджиманіемъ его.
79—Движеніе хвоста въ противоположномъ направленіи.
Область туловища:
68—Сокращеніе мышцъ спины на противоположной сторонѣ.
80—Сгибаніе туловища вогнутостью въ противоположную
сторону и отчасти внизу.
Область головы:
42—Поворотъ головы въ противоположномъ направленіи съ
участіемъ лобныхъ мышцъ.
44—Поворотъ головы вокругъ оси въ противоположномъ
направленіи безъ движеній глазъ.
Область глазъ:
40—Движеніе глазъ и головы въ противоположномъ напра-
вленіи и раскрытіе глазъ.
43—Движеніе глазъ въ противоположномъ направленіи.
38—Движенія глазъ вверхъ и вправо съ раскрытіемъ вѣкъ.
41—Движеніе обоихъ глазъ въ противоположномъ напра-
вленіи и внизъ.
45—Поворотъ глазъ кверху и кнаружи.

859

66--Расширеніе глазъ, расширеніе зрачковъ и поворотъ обо-
ихъ глазъ въ противоположномъ направленіи.
72—Отклоненіе обоихъ глазъ въ противоположномъ напра-
вленіи.
78—Закрытіе глазъ съ отклоненіемъ ихъ въ противополож-
номъ направленіи.
51—Расширеніе зрачковъ. преимущественно противополож-
наго, и раскрытіе глазъ и небольшое выпячиваніе глазъ.
Снутри полушарія раздраженіе противъ центральныхъ и
задняго конца первой лобной извилины дало въ направленіи
сзади напередъ движеніе хвоста на противоположную сторону,
тыльное сгибаніе стопы и движеніе туловища.
Такимъ образомъ возбудимая часть коры у обезьянъ про-
стирается значительно впередъ за переднюю центральную бо-
розду. Если мы проведемъ линію отъ верхушки височной
доли внутрь приблизительно къ срединѣ разстоянія между
переднимъ концомъ лобной доли и мысленнымъ продолже-
ніемъ предцентральной борозды до внутренняго края полу-
шарія, то мы этой линіей ограничимъ кпереди предлобную
область, совершенно невозбудимую къ току, и кзади болѣе
заднюю часть лобной доли, представляющую возбудимость на-
равнѣ съ обѣими центральными извилинами. Кзади возбуди-
мая часть коры ограничивается задней центральной извилиной.
Болѣе детальное изслѣдованіе задней части лобной доли
лѣваго полушарія
кромѣ упомянутыхъ
ранѣе центровъ ту-
ловища показало
слѣдующее (фиг. 33):
2—Расширеніе
зрачковъ, раскрытіе
и отведеніе глазъ.
вправо, отведеніе го-
ловы вправо.
3—Раскрытіе
глазъ, расширеніе
зрачковъ и рѣзкое
отведеніе глазныхъ
яблокъ вправо.
5 и 6—Раскрытіе
глазъ, расширеніе зрачковъ, колебательныя движенія праваго
уха, отклоненія глазъ вправо; поворачиваніе головы вправо.
Фиг. 33. Мозгъ обезьяны-макаки. Цифрами обозначены
мѣста раздраженія.

860

7. Колебательныя движенія ушей съ поднятіемъ ихъ.
Вмѣстѣ съ тѣмъ тѣ же явленія, что и въ пунктѣ 5 и 6.
13 — Движеніе головы вправо съ отклоненіемъ глазъ въ
ту же сторону, расширеніе зрачковъ, поднятіе бровей и верх-
нихъ вѣкъ, движеніе ушей впередъ.
14 — Поворотъ головы и глазъ въ противоположномъ направ-
леніи вмѣстѣ съ раскрытіемъ глазъ, при дальнѣйшемъ раздра-
женіи колебаніе противоположнаго уха.
55 — Поднятіе вѣкъ, раскрытіе глазъ и расширеніе зрач-
ковъ, при чемъ глаза обращаются прямо, какъ бы вдаль (дивер-
генція).
56 — Отведеніе глазъ въ противоположномъ направленіи
Отклоненіе головы въ томъ же направленіи. Дрожаніе проти-
воположнаго уха.
57 — Выпячиваніе глазъ, раскрытіе вѣкъ и расширеніе зрач-
ковъ. При дальнѣйшемъ раздраженіи отклоненіе глазъ и го-
ловы въ противоположномъ направленіи.
58 — Отклоненіе глазъ въ противоположномъ направленіи,
дрожаніе противоположнаго уха и затѣмъ отклоненіе головы въ
томъ же направленіи.
76 — Сильное миганіе вѣкъ, клоническія движенія бровей.
При дальнѣйшемъ раздраженіи движенія правой щеки и дви-
женіи челюстей.
77 — Отклоненіе глазъ вправо. Сильное прищуриваніе вѣкъ.
78 — Отклоненіе головы въ противоположную сторону безъ
движенія глазъ.
89 — То же движеніе.
94 — Сокращеніе противоположной plat. myoides, оттягиваніе
рта вправо. ІЦелкающя движенія челюстей.
95 — Противоположное ухо отклоняется вверхъ и кзади. Со-
кращеніе мышцъ противоположной щеки, глаза отклоняются
кверху.
96 — Сморщиваніе лба, сдвиганіе перикранія. Противопо-
ложное ухо обнаруживаетъ дрожательныя движенія; брови и
верхнія вѣки приподнимаются. Затѣмъ отклоненіе глазъ въ
противоположномъ направленіи и хверху съ отклоненіемъ го-
ловы въ противоположную сторону.
Кромѣ того въ отдѣльныхъ опытахъ, хотя и не съ постоян-
ствомъ, съ среднихъ частей заднелобной области удавалось по-
лучить движеніе глазъ внутрь.
Такимъ образомъ вся область коры, располагающаяся кпе-
реди отъ предцентральной борозды и ея мысленнаго продолженія

861

женія къ продольной щели мозга до передней границы возбу-
димой части полушарія, содержитъ въ себѣ центры, управляю-
щіе боковымъ движеніемъ головы и глазъ, занимающіе почти всю
вышеуказанную область, затѣмъ центры дивергенціи и конвер-
генціи глазъ, центры движенія ушей, поднятія бровей и верх-
нихъ вѣкъ (верхній facialis) и центры движенія ушей, а также
центръ pl. myoides. Кромѣ того здѣсь же, какъ увидимъ ниже,
помѣщаются и зрачковые и аккомодаціонные центры глазъ.
Нужно однако замѣтить, что строгая дифференцировка
всѣхъ этихъ центровъ представляется не всегда легко осуще-
ствимою, такъ какъ нерѣдко вмѣстѣ съ однимъ движеніемъ
появляется и другое.
Что касается движенія глазъ и головы въ противополож-
номъ направленіи, то оба эти движенія въ большинствѣ слу-
чаевъ получаются совмѣстно; однако съ нѣкоторыхъ областей
получается одно движеніе, съ другихъ другое.
Такъ наиболѣе верхніе или внутренніе отдѣлы разсматри-
ваемой области даютъ обыкновенно движеніе поворота головы
на противоположную сторону, тогда какъ раздраженіе въ ниж-
нихъ или наружныхъ частяхъ разсматриваемой области въ
нашихъ опытахъ давало иногда изолированное движеніе
глазъ.
Должно однако замѣтить, что изолированныя движенія
получаются ничуть не съ постоянствомъ и уже малѣйшее уси-
леніе тока приводитъ къ появленію обоихъ координирован-
ныхъ движеній—отведенія глазъ и головы—съ того же самаго
пункта, съ котораго ранѣе вызывалось только движеніе
глазъ или только движеніе головы.
Въ отдѣльныхъ опытахъ въ глазной области мы получали
также отклоненіе глазъ не только прямо кнаружи, но кнаружи
и кверху или кнаружи и книзу, причемъ и эти эффекты не
отличались большимъ постоянствомъ.
Тотчасъ подъ этой областью, т. е. кнаружи отъ нея мы
имѣемъ центръ, вліяющій на дыханіе, причемъ раздраженіе
одной точки, лежащей ниже, дѣлаетъ дыханіе поверхностнымъ
и ускореннымъ, тогда какъ раздраженіе другой вышележащей
точки приводитъ къ задержкѣ дыханія. Наконецъ, непо-
средственно кзади отъ этого центра, но также кпереди
отъ верхняго конца предцентральной борозды, мы имѣемъ
центръ, приводящій къ раскрытію глазъ и расширенно зрач-
ковъ.
Мы видимъ такимъ образомъ, что задняя часть лобной доли

862

занята весьма многочисленными и разнообразными центрами,
изъ которыхъ наибольшую площадь занимаютъ центры движе-
нія глазъ, расположенные болѣе кпереди.
Далѣе задній отдѣлъ первой лобной извилины занятъ
центрами для движеній головы, болѣе кзади лежитъ центръ
для туловища, по сосѣдству съ которымъ, но уже на верхнемъ
отдѣлѣ передней центральной извилины, лежитъ центръ для
движеній хвоста.
Если мы теперь сравнимъ полученные нами результаты
относительно возбудимости обѣихъ центральныхъ извилинъ и
прилежащей части лобныхъ извилинъ у обезьянъ съ тѣми
данными, которыя были сообщены Beefor’омъ и Horsley’емъ, то мы
прежде всего убѣдимся, что въ заднемъ отдѣлѣ первой лобной
извилины мы отмѣчаемъ кромѣ центра головы еще и центръ
туловища, а кзади отъ него на передней центральной изви-
линѣ центръ хвоста, необозначаемый здѣсь вышеуказанными
авторами. По мнѣнію Beefor’а и Horsley’я центръ для туло-
вища долженъ помѣщаться на внутренней поверхности полу-
шарія. Съ этихъ областей я также получилъ сокращеніе
мышцъ туловища, а равно и движеніе хвоста. Очень вѣ-
роятно однако же, что дѣло идетъ здѣсь о передачѣ воз-
бужденія на близлежащіе корковые центры или проводники 1).
Кромѣ того въ опытахъ упомянутыхъ авторовъ нѣкоторыя изъ
l) Horsley и Schäfer стараются доказать локализацію центра туловища
на внутренней поверхности полушарія опытами съ двусторонними удале-
ніемъ сводокраевой извилины. Вмѣстѣ съ полнымъ двустороннимъ удале-
ніемъ всей возбудимой части сводокраевой извилины отъ передняго конца
corp. callosi до задняго конца извилины у животнаго наступалъ полный пара-
личъ мускулатуры туловища, вслѣдствіе котораго обезьяна не могла вер-
тикально сидѣть и лежала, склонившись впередъ; затѣмъ у животнаго
обнаруживался легкій парезъ руки относительно движеній плеча, едва за-
мѣтный парезъ пальцевъ, очень распространенный парезъ ножныхъ мышцъ,
исключая ileo-psoas и tensorem fasciae latae. Этотъ параличъ оставался по-
стояннымъ. Одностороннее разрушенія своднокраевой извилины не при-
водило къ столь рѣзкимъ явленіямъ: обезьяна сохраняла нормальное
положеніе, но все же у животныхъ было нарушено вращеніе тѣла
на противоположную сторону и обнаруживался ясный параличъ противо-
положной ноги.
Изъ предыдущаго видно однако, что въ этихъ опытахъ, по крайней
мѣрѣ при двусторонней операціи, обнаруживался не только параличъ туло-
вища, но также переднихъ и частью даже заднихъ рукъ, что, безъ сомнѣнія,
говоритъ за то, что операція вызвала глубокое разрушеніе подлежащихъ
двигательныхъ проводниковъ, идущихъ съ наружной поверхности мозговой
коры, а потому и самые опыты авторовъ не могутъ считаться убѣдительными.

863

движеній ноги получилась уже при раздраженіи приле-
жащей части задней лобной области тотчасъ подъ центромъ
туловища.
Что касается общаго расположенія двигательныхъ центровъ,
то можно видѣть болѣе или менѣе близкое соотвѣтствіе
между нашими данными и данными другихъ авторовъ съ нѣко-
торыми впрочемъ отступленіями въ деталяхъ.
Такъ, центры плеча, предплечья и пальцевъ верхней конеч-
ности по нашимъ опытамъ ничуть не располагаются на
центральныхъ извилинахъ въ томъ правильномъ порядкѣ
въ направленіи сверху внизъ, какъ обозначаютъ это Beefor и
Horsley. Напротивъ того наши опыты показываютъ, что центры
для мышцъ плеча помѣщаются главнымъ образомъ на передней
центральной извилинѣ, тогда какъ центры для движенія пред-
плечья расположены главнымъ образомъ на задней центральной
извилинѣ. Равнымъ образомъ и движенія кисти и пальцевъ
далеко не имѣютъ столь правильнаго расположенія, какъ ука-
зываютъ Beefor и Horsley, a размѣщены подъ вышеуказанными
центрами на обѣихъ центральныхъ извилинахъ. Ниже центровъ
для кисти и пальцевъ также на обѣихъ центральныхъ изви-
линахъ размѣщается центръ для мышцъ, иннервируемыхъ
нижнимъ faciale. Фактъ этотъ достоинъ вниманія въ виду того
что центръ для верхняго facialis, какъ мы видѣли, лежитъ
обособленно впереди отъ предцентральной борозды и обнару-
живаетъ двустороннюю иннервацію въ отличіе отъ центра для
нижняго facialis. Ниже центра для facialis мы имѣемъ центръ
языка, еще ниже центръ для жеванія съ открытіемъ рта,
наконецъ здѣсь же мы имѣемъ центръ глотанія и по сосѣдству
съ нимъ гортанный центръ.
Такимъ образомъ въ области центральныхъ извилинъ и зад-
няго отдѣла первой лобной извилины въ направленіи сверху
внизъ двигательные центры располагаются въ слѣдующемъ
порядкѣ: 1) туловище и хвостъ, 2) стопа и бедро, 3) плечо,
предплечье и кисть, 4) лицо, 5) ротъ, жеваніе, и глотаніе,
причемъ какъ бы дополнительно къ лицу на заднемъ отдѣлѣ
второй лобной борозды помѣщается центръ движенія глазъ, а
дополнительно къ центру туловица на заднемъ отдѣлѣ верхней
лобной извилины имѣется центръ головы 1).
Очевидно, что въ корѣ мозга имѣется сегментарное распо-
1) Имѣющійся у человѣка двигательный центръ рѣчи въ заднемъ отдѣлѣ
3-й лѣвой лобной извилины (Brocka) развивается очевидно также допол-
нительно къ центрамъ фонаціи (см. ниже) и лицевыхъ мышцъ.

864

ложеніе двигательныхъ центровъ, при чемъ каждый центръ
дифференцированъ въ отдѣль-ные дробные центры меньшей
величины, которые при раздраженіи вызываютъ то или другое
движеніе даннаго члена, входящее въ функцію его, какъ дви-
гательнаго органа.
Общіе выводы.
Итакъ, что же даютъ намъ вышеуказанные опыты съ раз-
драженіемъ мозговой поверхности? Они показываютъ намъ,
что у всѣхъ вообще млекопитающихъ раздраженіе фарадиче-
скимъ токомъ въ области сигмовидной извилины и въ области
центральныхъ извилинъ съ прилежащими отдѣлами лобныхъ
извилинъ, мы наталкиваемся на присутствіе точекъ, раздраженіе
которыхъ вызываетъ опредѣленныя движенія членовъ преиму-
щественно на противоположной сторонѣ. У наиболѣе высшихъ
млекопитающихъ, какъ напр. у обезьянъ, а также и у человѣка,
раздраженіемъ поверхности полушарій въ указанныхъ областяхъ
удается вызвать не только самыя разнообразныя движенія чле-
новъ, но даже и отдѣльныя движенія вальцевъ конечности, вы-
зываемыя раздраженіемъ опредѣленныхъ точекъ мозговой коры.
Благодаря этому, если мы будемъ переводить раздраженіе по по-
верхности мозговой коры съ одного пункта на другой въ указан-
ныхъ областяхъ, то мы получаемъ впечатлѣніе, какъ будто-бы
движенія членовъ возбуждались съ помощью игры на
клавіатурѣ.
Выше мы видѣли, что части коры, раздраженіемъ которыхъ
возбуждаются движенія членовъ на самомъ дѣлѣ не точко-
образны, а представляютъ собою маленькія площади, которыя
большею частью, хотя и не всегда, непосредственно соприка-
саются другъ съ другомъ, частью даже прикрывая однѣ другими.
Каждая область на мозговой поверхности, раздраженіемъ
которой удается вызвать то или другое движеніе даннаго
члена, представляетъ собою центръ, завѣдующій названнымъ
движеніемъ члена. Такихъ центровъ на поверхности передней
части мозговой коры мы находимъ тѣмъ больше, чѣмъ выше
типъ животнаго. Такъ, изъ животныхъ, подвергаемыхъ опытамъ,
наибольшее количество возбудимыхъ точекъ мы находимъ на
поверхности мозга обезьяны, меньше у собаки и кошки и еще
меньше у кроликовъ, крысъ и морскихъ свинокъ.
Слѣдуетъ также имѣть въ виду, что вышеприведенные

865

опыты убѣждаютъ насъ въ томъ, что у различныхъ животныхъ
имѣются не только различія въ отношеніи числа возбудимыхъ
областей на поверхности мозговыхъ полушарій, но и въ отно-
шеніи дифференцировки самыхъ центровъ. У низшихъ живот-
ныхъ корковые центры наименѣе дифференцированы, напротивъ
того, чѣмъ выше типъ животнаго, тѣмъ болѣе въ общемъ его кор-
ковые центры представляются дифференцированными. Мы уже
видѣли выше, что напр. у обезьяны и у человѣка дифференци-
ровка центровъ руки достигаетъ такой степени, что раздраже-
ніемъ коры удается сократить почти каждый палецъ въ отдѣль-
ности; между тѣмъ у болѣе низшихъ животныхъ такой дробной
дифференцировки въ сокращеніи пальцевъ конечностей мы не
наблюдаемъ.
Съ этимъ вполнѣ согласны и позднѣйшія данныя, полученныя
W. Mills’омъ1) который, производя опыты съ раздраженіемъ и раз-
рушеніемъ коры у различныхъ животныхъ, пришелъ къ выводу,
что чѣмъ ниже типъ животнаго, тѣмъ менѣе выражена локализа-
ция корковыхъ центровъ. Въ то время, какъ у собаки и кошки диф-
ференцировка центровъ выражена хорошо, у грызуновъ, напр.
у кроликовъ, уже было трудно найти опредѣленный центръ для
нижней конечности, у птицъ уже нельзя вызвать раздраженіемъ
коры движеній головы, туловища и конечностей. Только дви-
женія зрачка и мигательной перепонки удавалось еще вызвать
раздраженіемъ коры съ помощью довольно сильнаго тока.
Впрочемъ опыты показываютъ, что у птицъ можетъ быть открытъ
на поверхности среднихъ частей полушанія центръ для пово-
рачиванія головы.
Слѣдуетъ отмѣтить ту особенность, что у всѣхъ млекопи-
тающихъ наиболѣе дифференцированными оказываются центры
для передней конечности, менѣе— центры для задней конечности
и еще менѣе центры лица и другихъ частей тѣла.
Должно впрочемъ имѣть въ виду, что индивидуальныя осо-
бенности двигательной сферы животнаго всегда соотвѣтствуютъ
и развитію его корковыхъ центровъ. Поэтому у того или дру-
гого животнаго мы можемъ имѣть хорошо развитые центры
для той или другой части тѣла, если въ этой части тѣла у
животнаго хорошо развиты обособленныя движенія. У барана
напр., какъ показали у насъ изслѣдованія д-ра Никитина 2),
1) W. Mills. Cortical cerebral localisation etc. The british med. Journ.
1897, 20 Nov.
2) См. его сообщеніе въ Научномъ Собраніи клиники душ. и нервн. бол.
за январь 1906.

866

мы имѣемъ прекрасно развитые центры лица и сравнительно
ма о дифферонцированные центры конечностей.
Съ другой стороны соотвѣтственно тому, что у обезьянъ
представляются хорошо развитыми обособленныя движенія и въ
задней конечности, мы имѣемъ у нихъ въ корѣ полушарій
большую дифференцировку центровъ для этой конечности по
сравненію со всѣми другими животными.
Въ общемъ, можно сказать, что дифференцировка центровъ
для того или другого члена тѣмъ совершеннѣе, чѣмъ болѣе
данный членъ приспособленъ для выполненія обособленныхъ
движеній. Такъ какъ у всѣхъ вообще животныхъ перед-
няя конечность является наиболѣе приспособленнымъ членомъ
для отдѣльныхъ движеній, то мы и находимъ центры передней
конечности у всѣхъ вообще животныхъ наиболѣе дифферен-
цированными.
Обособленныя движенія или движенія въ формѣ орудій съ
особеннымъ совершенствомъ выполняются рукою человѣка съ
ея кистью, приспособленной, благодаря особой дифференци-
ровкѣ мышечной системы, къ выполненію удивительно тонкихъ
движеній. Въ этомъ отношеніи рука безспорно является самымъ
тонкимъ инструментомъ въ мірѣ, который наряду съ рѣчью
служитъ лучшимъ орудіемъ человѣческаго ума, обусловившемъ
замѣчательное развитіе индустріи, искусства и науки въ куль-
турѣ человѣка.
Всѣ вообще тонкія обособленныя движенія, будутъ ли они произ-
водиться произвольно или непроизвольно, выполняются при
посредствѣ особыхъ центровъ двигательной области мозговой
коры
Поэтому соотвѣтственно различнымъ движеніямъ въ
области верхняго facialis мы находимъ въ корѣ двигатель-
ной области нѣсколько центровъ для этой части лица, а именно:
ушной центръ для движеній ухомъ, лобный центръ для сокра-
щенія лобныхъ мышцъ и глазной центръ для закрыванія глазъ
или центръ orbicularis. Эти центры хорошо дифференцированы
уже у собакъ, какъ доказано изслѣдованіями въ нашей лабо-
раторіи; но еще въ большей мѣрѣ они развиты у обезьянъ.
С. Eckhard1) изслѣдовалъ у собакъ отдѣльно область orbicularis,
раздраженіе которой вызываетъ изолированое сокращеніе m. orbicu-
laris oculi. Удаленіе этого центра не вызывало въ его опытахъ ни-
1) С. Eckhard. Ueber das sog. Rindenfeld des Facialis. Centr. f. Phys. XII.
1898.

867

какого измѣненія въ рефлекторномъ замыканіи глазъ; но проис-
ходятъ ли послѣ такой операціи произвольныя движенія глазъ
опредѣлить у животныхъ довольно трудно.
Клиническіе факты между тѣмъ говорятъ въ пользу воз-
можности изолированнаго пораженія произвольныхъ движеній
вѣками при сохраненіи рефлекторныхъ движеній.
Въ этомъ отношеніи еще въ половинѣ 90-хъ годовъ я наблюдалъ
одинъ случай съ постоянной судорогой жевательныхъ мышцъ и па-
паличемъ въ области верхняго facialis, благодаря чему представля-
лось совершенно невозможнымъ произвольное миганіе въ то время,
какъ рефлекторное миганіе выполнялось вполнѣ правильно.
Другой случай корковаго пораженія съ параличемъ произволь-
наго миганія при сохраненіи рефлекторнаго миганія мнѣ уда-
лось видѣть въ сравнительно недавнее время.
Эти случаи очевидно не могутъ быть объяснены иначе, какъ
пораженіемъ корковаго центра для orbicularis,
Заслуживаетъ вниманія фактъ, на которомъ останавливались
уже многіе авторы, что центры въ корѣ, хотя и разграничены
другъ отъ друга, но часто представляютъ совершенно нечув-
ствительный и непосредственный переходъ отъ одного центра
къ другому.
Тѣсное расположеніе двигательныхъ центровъ между про-
чимъ лежитъ въ основѣ того факта, что при болѣе сильномъ
раздраженіи электрическимъ токомъ возбужденіе раздражае-
маго центра, сдѣлавшись длительнымъ, послѣдовательно распро-
страняется на сосѣдніе центры, вызывая сначала мѣстную кло-
ническую судорогу, которая затѣмъ постепенно обобщается,
распространяясь на сосѣдніе члены или даже на всю половину
тѣла, а въ иныхъ случаяхъ вызывая даже общія судороги въ
видѣ падучнаго приступа.
По Ferrier’y области центровъ коры разграничены такъ же, какъ
и отдѣльные члены, и, хотя обособленное движеніе можетъ быть
получено посредствомъ минимальнаго раздраженія опредѣлен-
наго пункта въ общемъ центрѣ, но вмѣстѣ съ тѣмъ то же дви-
жете можетъ быть получено и въ комбинаціи съ другими
движеніями при большемъ раздраженіи того же или другихъ
мѣстъ общаго центра.
Этотъ фактъ могъ бы быть объясненъ согласно взглядамъ
Exner’a тѣмъ, что отдѣльное движеніе представлено повсюду
въ общемъ центрѣ или же въ этомъ случаѣ дѣло идетъ о
диффузіи тока.
На мой взглядъ подобные факты правильнѣе толковать въ

868

томъ смыслѣ, что въ сущности каждый центръ, опредѣляе-
мый нами съ помощью минимальнаго тока, имѣетъ по окруж-
ности себя еще область менѣе возбудимую, которая переходитъ
часто даже непрерывно въ область сосѣдняго центра.
Благодаря этому при помощи слабаго раздраженія токомъ
мы вызываемъ изолированно обособленныя движенія членовъ съ
опредѣленныхъ пунктовъ этой площади. Но, если мы нѣсколько
усилимъ токъ, то мы убедимся, что данное движеніе получается
не съ одной только точки, а уже съ небольшой площадки и въ
комбинаціи съ другими движеніями.
Справедливость только что сказаннаго явствуетъ между
прочимъ и изъ нашихъ опытовъ съ изслѣдованіемъ возбуди-
мости мозговой коры послѣ разрушенія корковыхъ центровъ
Въ этихъ случаяхъ вмѣстѣ съ поднятіемъ возбудимости по-
слѣдняя обнаруживалась даже и въ промежуточныхъ обла-
стяхъ между центрами, которыя въ нормальномъ состояніи
при умѣренномъ корковомъ раздраженіи представлялись со-
вершенно невозбудимыми. При своихъ опытахъ я убѣдился
кромѣ того, что при повышеніи возбудимости мозговой коры
возбудимыя корковыя области всегда болѣе или менѣе расши-
рялись; промежутки же между ними суживались. Факты эти
были подробно разработаны въ нашей лабораторіи также д-ромъ
Жуковымъ 2).
Ясно, что мы должны признать въ корѣ на мѣстѣ двига-
тельныхъ точкообразныхъ центровъ двигательныя площадки
того или другого размѣра, въ которыхъ разсматриваемые нами
отдѣльные центры суть лишь наиболѣе возбудимыя точки.
Что касается самой мышечной реакціи, получаемой при
раздраженіи мозговой коры, то необходимо имѣть въ виду, что
почти во всѣхъ случаяхъ дѣло идетъ не объ отдѣльныхъ мы-
шечныхъ сокращеніяхъ, а объ отдѣльныхъ движеніяхъ, вы-
полняемыхъ благодаря сокращенію определенной мышечной
группы. Отдѣльныя мышечныя сокращенія съ коры могутъ
быть получены лишь въ томъ случаѣ, если эти сокращенія
представляютъ собою въ то же время и отдѣльныя движенія.
Такимъ образомъ раздраженіемъ мозговой коры мы вызы-
ваемъ тѣ самыя движенія въ конечностяхъ и въ лицѣ, которыя
производятся животнымъ въ тѣхъ или другихъ случаяхъ, на-
примѣръ при хватаніи, при вытяженіи конечностей, при ихъ
1) В. Бехтеревъ. О вліяніи травматическаго воспаленія на возбуди-
мость корковыхъ центровъ. Невр. Вѣстн. 1894.
2) Д-ръ Жуковъ. Дисс. Спб. 1895.

869

сгибаніи, поворачиваніи вокругъ оси и пр., иначе говоря, въ
корѣ мы имѣемъ функціональную группировку мышечныхъ
сокращеній такого же рода, какъ и въ отдѣльныхъ дви-
женіяхъ
Особое отличіе всѣхъ вышеуказанныхъ двигательныхъ
центровъ отъ всѣхъ прочихъ двигательныхъ центровъ заклю-
чается въ томъ, что разрушеніе ихъ всегда приводитъ къ па-
раличу обособленныхъ движеній, о чемъ рѣчь была уже выше.
По этому въ зависимости отъ того, насколько у даннаго жи-
вотнаго мышцы тѣла приспособлены къ выполненію обособлен-
ныхъ движеній, мы и получаемъ большее или меньшее развитіе
и дифференцировку корковыхъ центровъ. Даже отдѣльные члены
животнаго въ зависимости отъ большей или меньшей приспо-
собленности ихъ мышцъ къ выполненію обособленныхъ движе-
ній имѣютъ то большее, то меньшее количество корковыхъ
двигательныхъ центровъ.
Соотвѣтственно развитію обособленныхъ движеній у различ-
ныхъ животныхъ и двигательныя разстройства при разрушеніи
ихъ мозговой коры представляются неодинаковыми въ своей силѣ.
У кроликовъ, у которыхъ обособленныя движенія вообще
крайне слабо развиты, и разстройства движенія при удаленіи
корковыхъ центровъ крайне незначительны, у собакъ и кошекъ
они выражены рѣзче, у обезьянъ же, у которыхъ обособленныя
движенія развиты крайне хорошо, и параличныя разстройства
представляются очень рѣзкими.
Что касается локомоторныхъ движеній, то ихъ большая или
меньшая автоматичность, какъ мы уже видѣли выше, находится
въ обратномъ отношеніи къ обособленнымъ движеніямъ. Чѣмъ ме-
нѣе развиты обособленныя движенія у животнаго, тѣмъ болѣе ав-
томатичны его локомоторныя движенія и наоборотъ, чѣмъ болѣе
развиты обособленныя движенія, тѣмъ менѣе автоматичны локо-
моторныя движенія и тѣмъ болѣе они подчинены корковымъ цен-
трамъ. Поэтому то у обезьянъ локомоторныя движенія при уда-
леніи двигательной области мозговой коры страдаютъ болѣе зна-
чительно, нежели у собакъ и кошекъ.
Въ зависимости отъ тѣхъ же условій находится въ извѣстной
мѣрѣ и стойкость двигательныхъ разстройствъ у различныхъ жи-
вотныхъ.Еще въ 1878 году Richet 1) замѣтилъ по этому поводу,
что „корковые параличи, преходящіе у собакъ, представляются
стойкими у обезьяны и человѣка. Психомоторный аппаратъ у
1) Richet. Structure des circonvol. cérébrales. Thèse d’agrégation. 1878.

870

собаки несовершененъ и плохо обособленъ. Онъ представляетъ
собою еще совершенствующійся аппаратъ, который развивается
медленно и достигаетъ своего развитія лишь у животныхъ
высшихъ“.
Двустороннее вліяніе корковыхъ центровъ.
Необходимо имѣть въ виду, что для большинства корковыхъ
центровъ у тѣхъ или другихъ животныхъ, не исключая и болѣе
высшихъ млекопитающихъ, имѣется въ большей или меньшей
степени выраженное вліяніе на мышцы той и другой стороны.
Фактъ двусторонняго вліянія центровъ мозговой коры из-
вѣстенъ уже давно.
Уже Hitzig обратилъ вниманіе на то обстоятельство, что
слабое раздраженіе коры вызываетъ сокращеніе мышцъ на про-
тивоположной сторонѣ; болѣе же сильное и на соотвѣтствую-
щей. Fr. Frank и Pitres путемъ удаленія коры другого полу-
шарія, а также перерѣзки corp. callosi и путемъ перерѣзки поло-
вины продолговатаго и спинного мозга, убѣдились, что ассо-
ціація импульсовъ происходить въ спинномъ мозгу.
Эти авторы опредѣлили даже время скрытаго періода для
движенія обѣихъ переднихъ ногъ при раздраженіи корковаго
центра и нашли его для соотвѣтствующей конечности замѣтно
болѣе длиннымъ, нежели для противоположной конечности.
Далѣе слѣдуетъ упомянуть, что Exner 1) и затѣмъ онъ
же вмѣстѣ съ Paneth’омъ 2) подобно Fr. Franck’y отмѣтили,
что при раздраженіи центровъ конечности и лица у кролика
вмѣстѣ съ сокращеніемъ мышцъ противоположной стороны
получается болѣе слабое сокращеніе и на соотвѣтствующей
сторонѣ. Далѣе Couti наблюдалъ двустороннія движенія при
раздраженіи центровъ мозговой коры у различныхъ живот-
ныхъ, какъ напр. у didelphys carnivora, у bradipus tridactylus, у
кроликовъ и собакъ. Впрочемъ у двухъ послѣднихъ животныхъ
по наблюденіямъ автора въ нѣкоторыхъ случаяхъ вызываются
движенія только на одной сторонѣ, въ другихъ же случаяхъ
на обѣихъ сторонахъ.
1) Exner. Sitzb. d. math. naturw. Classe. d. Wiener Acad. Jahrg. 1881.
Bd. 84. H. 2.
2) Exner und Paneth. Pflüger’s Arch. Bd. XLI.

871

Здѣсь же слѣдуетъ упомянуть объ изслѣдованіяхъ Unverricht’a,
который на основаніи спеціально произведенныхъ опытовъ надъ
собаками пришелъ къ выводу, что каждое полушаріе у нихъ
имѣетъ центры для двусторонней иннерваціи языка и нижней
челюсти. Авторъ этотъ даже обозначаетъ двѣ точки въ одномъ
полушаріи мозга, раздраженіе которыхъ вызываетъ сокращеніе
каждой половины языка въ отдѣльности. При этомъ оказалось,
что сокращенія мышцъ языка и нижней челюсти, получаемыя
при раздраженіи каждой точки, происходятъ почти съ оди-
наковой силой какъ на той, такъ и на другой сторонѣ.
Тотъ же авторъ нашелъ, что мышцы, служащія для поворота
шеи и туловища, иннервируются одноименными центрами мозго-
вой коры. Авторъ впрочемъ не убѣжденъ, управляются ли эти
мышцы исключительно или только преимущественно полуша-
ріемъ своей стороны. Но m. plat. myoides у собакъ по автору
будто-бы управляется лишь одноименнымъ полушаріемъ
мозга.
Затѣмъ извѣстно, что Krause при раздраженіи коры у со-
бакъ получалъ двустороннее закрытіе голосовой щели. Наблю-
денія эти впослѣдствіи были подтверждены Felix Semon’омъ и
V. Horsley^емъ 1), которые при раздраженіи мозга обезьянъ
книзу и кнутри отъ начала sulc. praecentralis, какъ и при раздра-
женіи области колѣна внутренней сумки, получали тотъ же
самый эффектъ. Далѣе двустороннее сокращеніе мышцъ наблю-
дается при глотательномъ актѣ, вызванномъ раздраженіемъ
мозговой коры, а равно и при вызываніи съ коры измѣненій
въ дыхательномъ ритмѣ.
Horsley и Beefor въ работѣ „о возбудимости внутренней сумки“
между прочимъ также говорятъ о двусторонней иннерваціи моз-
говыхъ центровъ. По ихъ опытамъ двусторонне иннервируются:
жеваніе, глотаніе (движеніе мягкаго неба), приведеніе голосовыхъ
связокъ и надуваніе губъ; не вполнѣ двусторонне иннерви-
руются: оттягиваніе угла рта, открываніе и закрываніе вѣкъ.
Тѣ же авторы 2), раздражая двигательную область мозговой
коры у обезьянъ, получили слѣдующее:
При раздраженіи центра движенія руки фарадизаціей по би-
полярному способу при разстояніи спиралей въ 16 кв. стм. между
электродами наблюдалось движеніе руки на противоположной
1) F. Semon и Horsley. Philosoph. Trans. Vol. 181. 1890.
2) Beefor. On muscular movements and their representation in the central
nervous system. Brit med. Journ. № 2213, 2220, 2227. 1903 г.

872

сторонѣ. При уменьшеніи разстоянія до 6 стм. получалось дви-
женіе и на соотвѣтствующей, т. е. раздражаемой сторонѣ. При
этомъ характеръ движенія на той же сторонѣ былъ тождествен-
нымъ съ тѣмъ, который получался на противоположной сто-
ронѣ, но въ одномъ случаѣ разгибаніе пальцевъ сопровожда-
лось на своей сторонѣ приведеніемъ плеча. При раздраженіи
центра ноги сокращеніе мышцъ своей стороны появлялось нѣ-
сколько скорѣе, чѣмъ при раздраженіи центра руки. Эпилеп-
товидныя судороги во всѣхъ случаяхъ появлялись первона-
чально въ рукѣ противоположной стороны, но иногда обнару-
живались лишь на противоположной сторонѣ даже и при силь-
номъ токѣ, а въ другихъ случаяхъ могли быть вызваны при
усиленіи тока не только на противоположной, но и на соотвѣт-
ствующей сторонѣ.
Послѣ удаленія мозговой коры въ одномъ полушаріи при
раздраженіи коры другого полушарія въ двухъ случаяхъ дви-
женія на соотвѣтствующей сторонѣ не получалось. Въ одномъ
случаѣ при сгибаніи пальцевъ и пронаціи на противоположной
сторонѣ наблюдалось медленное сгибаніе пальцевъ своей сто-
роны въ глубокомъ наркозѣ, тогда какъ при половинномъ нар-
козѣ движенія обѣихъ сторонъ представлялись одинаковыми.
Въ другомъ случаѣ на своей сторонѣ появлялось медленное
сгибаніе локтя безразлично, раздражали ли центръ руки или
центръ ноги.
Сходственныя явленія наблюдались и при раздраженіи вну-
тренней сумки.
Заслуживаетъ также вниманія фактъ, что эпилептовидныя
судороги по удаленіи двигательной области мозговой коры не
получались въ конечностяхъ своей стороны.
Не рѣшая окончательно вопроса о мѣстѣ передачи возбуж-
денія съ одной стороны на другую, Beefor склоненъ допускать
такую передачу скорѣе чрезъ corp. callosum, нежели чрезъ коммис-
суральныя волокна нижележащихъ частей, напр. спинного мозга.
Hitzig 1) въ своей позднѣйшей работѣ въ согласіи съ на-
шими изслѣдованіями признаетъ, что почти вся мускулатура,
хотя и въ различной степени, представлена въ обоихъ полуша-
ріяхъ мозга.
Левашевъ, работая въ лабораторіи Heidenhain’a, между про-
чимъ отмѣчаетъ слѣдующій фактъ:
l) Hitzig. Alte und neue Untersuchungen über d. Gehirn. Arch. f. Psych. Bd. 35.
Hit. 2, стр. 312.

873

Если мы будемъ производить раздраженіе центра для задней
конечности въ одномъ полушаріи, то уже при слабомъ токѣ
въ противоположной задней конечности получаются координи-
рованныя движенія сгибанія и разгибанія; при усиленіи тока
эти движенія постепенно усиливаются пока не наступитъ тони-
ческое сгибаніе конечности. Въ это же время возбужденіе рас-
пространяется на мышцы туловища и наконецъ на мышцы соот-
вѣтствующей задней конечности, но сокращенія мышцъ послѣд-
ней никогда не производятъ послѣдовательныхъ сгибаній и
разгибаній конечности, а вызываютъ тоническое напряженіе
мышцъ всей конечности, приводящее къ ея вытяженію.
Въ указанномъ отношеніи достоинъ вниманія опытъ Goltz’a 1) съ
удаленіемъ одного мозгового полушарія.
Авторъ описываетъ собаку съ удаленіемъ всего лѣваго полу-
шарія, которую онъ демонстрировалъ въ 1887 году въ собраніи
Юго-Западныхъ нѣмецкихъ неврологовъ. У этой собаки отъ лѣ-
ваго полушарія сохранилась лишь небольшая размягченная часть,
принадлежащая нижней части затылочной доли, и вмѣстѣ съ
тѣмъ сохранился Аммоніевъ рогъ, подвергшійся желтому раз-
мягченію. Полосатое тѣло и часть зрительнаго бугра были
разрушены. Правое же полушаріе оказалось совершенно нор-
мальнымъ. Операція удаленія полушарія была произведена
въ три пріема (въ декабрѣ, въ февралѣ и въ мартѣ мѣ-
сяцахъ).
Послѣ послѣдней операціи собака жила еще 11/4 года. Ей
была произведена между прочимъ энуклеація лѣваго глаза.
Явленія, наблюдавшіяся у этой собаки, въ послѣдніе мѣсяцы
передъ смертью, заключались въ слѣдующемъ:
Кромѣ не совсѣмъ точной фиксаціи праваго глаза она про-
изводила впечатлѣніе совершенно здоровой собаки. Ходьба,
бѣгъ и прыжки производились ею, какъ совершенно здоро-
вымъ животнымъ. Она ласкалась и отлично ѣла, при этомъ
пользовалась и правой лапой, но не такъ целѣсообразно, какъ
лѣвой, напр. при фиксированіи кости правая передняя конеч-
ность дѣйствовала неуклюже: у ней вообще замѣчалось пре-
обладаніе мышцъ лѣвой половины тѣла и вращеніе на лѣвую
сторону, хотя она могла производить малые круги и вправо.
Не будучи выучена ранѣе подачѣ лапы, собака не протягивала
ее по требованію, но она могла пользоваться правой передней
лапой на подобіе руки и могла поднимать правую ногу.
1) Goltz. Pflügers Arch. Bd. XLII.

874

Такимъ образомъ по автору очевидно, что собака могла произво-
дить обособленныя движенія и правыми, и лѣвыми конечностями;
но первыми неловко и неуклюже. Авторъ въ концѣ концовъ прихо-
дитъ къ выводу, что собака безъ лѣваго полушарія можетъ
произвольно сокращать всѣ свои мыщцы, но, если ей приходится
дѣлать выборъ, то она предпочитаетъ лѣвую половину тѣла,
такъ какъ повидимому ей приходится дѣлать большія усилія,
когда она принуждена пользоваться правыми членами или
вправо двигающими мышцами головы и туловища. Чувстви-
тельность представлялась притупленной для осязанія, темпера-
турнаго чувства, чувства давленія и боли; напротивъ того
у животнаго не наблюдалось продолжительныхъ разстройствъ
мышечнаго чувства, которое наблюдалось лишь въ первое время
вслѣдъ за операціей. Кромѣ того у животнаго наблюдалась
геміамбліонія съ общею слабостью зрѣнія, ослабленіе слуха
справа и пониженіе интеллекта.
Такъ какъ у животнаго было удалено полосатое тѣло и
порядочная часть зрительнаго бугра, то возстановленіе двига-
тельной функціи могло произойти по автору не при посредствѣ
подкорковыхъ узловъ, какъ допускаетъ Luciani,—тѣмъ болѣе,
что по Goltz’y даже перерѣзка мозговой ножки не вызываетъ
продолжительнаго паралича движеній.
Авторъ полагаетъ, что его опыты доказываютъ, что каждая
половина мозга связана нервными путями со всѣми мышцами
тѣла и вмѣстѣ съ тѣмъ находится въ соединеніи со всѣми
чувствующими пунктами обѣихъ половинъ глаза. Онъ допу-
скаетъ лишь, что нервные пути между одной половиной мозга и
перекрестной стороной удобнѣе для пользованія, нежели между
одной половиной мозга и соотвѣтствующей стороной тѣла,
такъ какъ здѣсь сопротивленіе въ проводимости значительнѣе;
нежели на другой сторонѣ.
На мой взглядъ эти опыты не исключаютъ вліянія под-
корковыхъ областей мозга на возстановленіе утраченныхъ дви-
женій, о чемъ подробнѣе будетъ рѣчь ниже, такъ какъ на
улучшеніе движеній могутъ вліять не только corp. striatum
собственно n. lenticularis, такъ какъ двигательная функція
с. caudati подвержена большому сомнѣнію) и thalamus opt., но и
нижележащія области мозга, напр. pons Varolii, въ которомъ
содержатся центры для локомаціи. Тѣмъ не менѣе резуль-
таты вышеуказаннаго опыта говорятъ съ рѣшительностью въ
пользу двусторонней иннерваціи мышцъ и чувствующей поверх-
ности обѣихъ сторонъ тѣла.

875

Наши изслѣдованія
Предпринятыя нами изслѣдованія, начатая еще въ половинѣ
80-хъ годовъ 1), говорятъ, какъ было уже ранѣе указано, также
въ пользу двусторонняго вліянія большинства центровъ моз-
говой коры.
Врядъ ли вообще имѣются въ корѣ центры, которые обна-
руживали бы исключительно перекрестное отношеніе къ мыш-
цамъ тѣла.
По крайней мѣрѣ для большинства корковыхъ центровъ
можно говорить о преимущественно перекрестномъ вліяніи,
такъ какъ почти всегда удается показать, что при раздраженіи
корковыхъ центровъ извѣстной силы кромѣ сокращенія мышцъ
противоположной стороны обнаруживается сокращеніе мышцъ
того же члена и на соотвѣтствующей сторонѣ.
Такъ, если мы раздражаемъ центръ передней конечности, то
кромѣ сокращенія противоположной передней конечности при
небольшомъ усиленіи тока обыкновенно наблюдается болѣе
слабое сокращеніе мышцъ соотвѣтствующей передней конечности
Еще рѣзче двусторонній эффектъ дѣйствія корковыхъ цен-
тровъ проявляется по отношенію къ центрамъ нижнихъ конеч-
ностей, а по отношенію къ верхней части facialis мы имѣемъ
почти одинаковой силы сокращеніе какъ на соотвѣтствующей,
такъ и на противоположной сторонѣ. Нѣкоторые же центры
коры, какъ напр. центры спинныхъ мышцъ, центры для т.
myoides и центры для поворачиванія головы, иннервируютъ глав-
нымъ образомъ мышцы соотвѣтствующей стороны. Такимъ обра-
зомъ, хотя большинство центровъ коры имѣютъ перекрестное
вліяніе на мышцы тѣла, но до извѣстной степени они
иннервируютъ и мышцы соотвѣтствующей стороны; нѣкоторые же
центры имѣютъ двусторонній эффектъ почти одинаковой силы
на обѣихъ сторонахъ, а иные даже иннервируютъ по преиму-
ществу мышцы соотвѣтствующей стороны.
Такимъ образомъ, несомнѣнно имѣются въ корѣ центры,
которые связаны почти одинаковымъ образомъ какъ съ мышцами
той, такъ и другой стороны. Нѣкоторые же центры повидимому
связаны по преимуществу съ мышцами одноименной стороны.
1) См. В. Бехтеревъ. Физіологія двигательной области мозговой коры
въ Арх. психіатріи 1886—1887 годъ, гдѣ разсматриваемому вопросу по-
священа особая глава.

876

Къ центрамъ, связаннымъ почти въ одинаковой степени съ
мышцами той и другой стороны, относятся между прочимъ центры
для мышцъ, поднимающихъ нижнюю челюсть.
По крайней мѣрѣ несомнѣнно, что какъ у собакъ, такъ и у
обезьянъ раздраженіемъ опредѣленной части коры вызывается
судорожное открытіе и закрытіе рта и щелканіе зубами. При
этомъ путемъ изслѣдованія нетрудно убѣдиться, что въ этомъ
случаѣ движеніе нижней челюсти обязано сокращенію мышцъ
обѣихъ сторонъ даже въ томъ случаѣ, если токъ для раздра-
женія примѣняется очень слабый. Unverricht, какъ мы видѣли.
допускаетъ двустороннюю иннервацію и для мышцъ языка, съ
чѣмъ я долженъ согласиться лишь съ ограниченіемъ для нѣ-
которыхъ мышцъ, какъ напр. genio-glossus, который иннервируется
по преимуществу противоположнымъ полушаріемъ мозга.
Если затѣмъ мы примемъ во вниманіе, что къ двусторонне
иннервируемымъ центрамъ слѣдуетъ отнести, какъ мы уже и
ранѣе упоминали, центры фонаціи и глотанія, а также центры
движенія бровей, то мы придемъ къ выводу согласно съ Broat-
bent’омъ, что симметрично дѣйствующія мышцы представлены въ
каждомъ полушаріи двусторонне, иначе говоря,въ каждомъ полу-
шаріи представлены почти въ одинакой мѣрѣ мышцы правой и
лѣвой стороны, что вполнѣ соотвѣтствуетъ и клиническимъ
фактамъ (неучастіе въ половинномъ параличѣ верхней части
facialis, а также мышцъ, сжимающихъ челюсти, глотательныхъ,
гортанныхъ и пр.).
Къ центрамъ, иннервирующимъ по преимуществу мышцы
одноименной стороны относится центръ, приводящій къ
изгибанію туловища вогнутостію на соотвѣтствующую сторону,
отмѣчаемый какъ у собаки, такъ и у кошки. Участіе мышцъ
другой стороны при этомъ констатировать трудно, но и
вполнѣ исключить не представляется возможнымъ. У чело-
вѣка къ мышцамъ, иннервируемымъ по преимуществу центрами
своей стороны, должны быть отнесены m. sterno-cleido-mastoideus
и cucullaris Unterricht считаетъ, что шейная кожная мышца
(m. myoideus) у собакъ иннервируется исключительно со сто-
роны соотвѣтствующаго полушарія. Я убѣдился однако, что
при раздраженіи соотвѣтствующаго центра достаточно уже
нѣкотораго усиленія тока, чтобы появилось сокращеніе этой
мышцы и на противоположной сторонѣ. Слѣдовательно и для
шейной кожной мышцы центръ имѣетъ лишь преимуществен-
ное, а не исключительное вліяніе на одноименную сторону.
Приэтомъ я долженъ замѣтить, что у обезьянъ въ моихъ опы-

877

тахъ эта мышца сокращалась съ самаго начала лишь на про-
тивоположной сторонѣ, слѣдовательноу этихъ животныхъ имѣется
преимущественно перекрестное вліяніе на кожную шейную
мышцу, какъ и для большинства другихъ мышцъ.
Изъ этого примѣра мы убѣждаемся между прочимъ, что у
различныхъ животныхъ однѣ и тѣ же мышцы содержатся не
вполнѣ тождественно въ отношеніи иннерваціи со стороны
того и другого полушарія.
И дѣйствительно, вліяніе корковой иннерваціи на
мышцы той или другой стороны у различныхъ животныхъ ока-
зывается далеко неодинаковымъ. Такъ напр. у кролика двусто-
ронняя иннервація лицевыхъ мышцъ обнаруживается значи-
тельно рѣзче, нежели у кошки и собаки. По моимъ наблюде-
ніямъ и въ отношеніи конечностей у кошки двустороннее вліяніе
со стороны мозговой коры обнаруживается нѣсколько рѣзче,
нежели у собаки, а у кроликовъ, морскихъ свинокъ и бѣлокъ
оно представляется еще болѣе рѣзкимъ.
У обезьянъ двустороннее вліяніе мозговой коры прояв-
ляется вообще лишь при болѣе сильныхъ токахъ. Въ томъ же
смыслѣ говорятъ и произведенныя нами изслѣдованія надъ
корой человѣка. Отсюда повидимому слѣдуетъ заключить, что,
чѣмъ вообще выше типъ животнаго, тѣмъ полнѣе вы-
ражается перекрещиваніе проводящихъ путей. Однако я да-
лекъ отъ того, чтобы обобщать этотъ законъ на всѣ вообще
виды животныхъ.
Болѣе, чѣмъ вѣроятно, что большая или меньшая зависи-
мость тѣхъ или другихъ мышцъ отъ центровъ одного или обоихъ
полушарій находится въ соотношеніи съ физіологическимъ
отправленіемъ этихъ мышцъ и совмѣстнымъ участіемъ мышцъ
той и другой стороны въ опредѣленныхъ движеніяхъ.
Такъ, у животныхъ. которыя при своемъ передвиженіи чаще
прибѣгаютъ къ прыганью, какъ напр. у кроликовъ и бѣлокъ
иннервація заднихъ конечностей почти въ одинаковой степени
зависитъ какъ отъ одного, такъ и отъ другого полушарія.
Равнымъ образомъ и относительно переднихъ конечностей
этихъ животныхъ обнаруживается вліяніе соотвѣтствующаго
полушарія въ гораздо болѣе ясной степени, нежели у другихъ
животныхъ. Такимъ же точно образомъ вѣроятно объясняется
и тотъ фактъ, что у всѣхъ вообще животныхъ мышцы заднихъ
конечностей обнаруживаютъ въ большей степени зависимость
отъ иннерваціи соотвѣтствующаго мозгового полушарія, нежели
мышцы верхней конечности. Все зависитъ очевидно отъ того,

878

въ какой мѣрѣ мышцы той или другой части тѣла приспо-
соблены къ выполненію обособленныхъ движеній и въ какой
мѣрѣ онѣ проявляютъ совмѣстное участіе при сокращеніи
мышцъ противоположной стороны.
Въ этомъ отношеніи нужно отмѣтить также не незначитель-
ныя индивидуальныя уклоненія. По крайней мѣрѣ нерѣдко
удается констатировать, что у различныхъ представителей
одного и того же животнаго обнаруживается неодинаковое
участіе мышцъ соотвѣтствующей стороны при раздраженіи тѣхъ
или другихъ центровъ. У однихъ животныхъ оно можетъ быть
выражено слабо, у другихъ напротивъ того выражено болѣе
рѣзкимъ образомъ.
Заслуживаетъ далѣе вниманія тотъ фактъ, что, какъ я убѣ-
дился, центры одного полушарія въ большинствѣ случаевъ
стоятъ въ связи не съ тождественными мышцами той и дру-
гой стороны, а съ совмѣстно дѣйствующими.
Яснѣе всего это обнаруживается при раздраженіи центровъ
передней конечности, хотя и раздраженіе центровъ задней ко-
нечности также можетъ служить яснымъ подтвержденіемъ
этого закона
Такъ, при раздраженіи у собакъ отдѣльныхъ центровъ пе-
редней конечности (h, i, k, l, m) на соотвѣтствующей сторонѣ
обыкновенно обнаруживается сокращеніе мышцъ плеча, сопро-
вождаемое приведеніемъ конечности къ туловищу и сгибаніемъ
ея въ локтѣ. Только при болѣе сильномъ токѣ замѣчалось
также и движеніе въ пальцахъ этой конечности. Точно также при
слабомъ раздраженіи центровъ задней конечности (о, р) у со-
бакъ на соотвѣтствующей сторонѣ обнаруживалось сокраще-
ніе по преимуществу въ мышцахъ бедра, а не голени и стопы.
Аналогичныя явленія наблюдались иногда и у обезьянъ.
Что касается человѣка, то и здѣсь мы имѣемъ цѣлый рядъ
фактовъ, говорящихъ съ несомнѣнностью въ пользу двусторон-
ней корковой иннерваціи многихъ мышечныхъ группъ.
Въ этомъ отношеніи слѣдуетъ прежде всего припомнить
указаніе Pitres’a, подтвержденное также и другими наблюдателями,
— указаніе, состоящее въ томъ, что при тяжелыхъ гемиилегіяхъ
обыкновенно принимаетъ нѣкоторое участіе также и нога соот-
вѣтствующей стороны. Извѣстно также, что при этомъ страда-
ніи возстановленіе движенія происходитъ б. частью быстрѣе
въ нижней, нежели въ верхней конечности. Тотъ фактъ, что
двустороннее вліяніе обнаруживается здѣсь рѣзче всего въ
ногѣ и почти незамѣтно въ рукѣ, доказываетъ безъ сомнѣнія,

879

что и у человѣка большая или меньшая двусторонность кор-
ковой иннерваціи находится вѣ зависимости отъ большаго или
меньшаго совмѣстнаго дѣйствія мышцъ той и другой стороны.
Естественно, что при передвиженіи тѣла требуется въ из-
вѣстной мѣрѣ двустороннее участіе мышцъ нижнихъ конечно-
стей, тогда какъ при употребленіи одной руки мышцы другой
руки, если и принимаютъ участіе, то лишь сравнительно слабое.
Двустороннимъ вліяніемъ корковыхъ центровъ слѣдуетъ
также объяснить тотъ извѣстный фактъ, что у человѣка при
одностороннихъ пораженіяхъ мозга мышцы туловища и многіе
изъ шейныхъ никогда не поражаются надолго. Съ другой стороны
извѣстно, что при подобныхъ пораженіяхъ, приводящихъ
къ гемиплегіи, параличъ языка и лица выравнивается сравни-
тельно скоро. Наконецъ слѣдуетъ упомянуть, что въ кли-
никахъ при корковыхъ разрушеніяхъ обыкновенно никогда
не наблюдаютъ продолжительнаго отклоненія глазъ и головы
на здоровую сторону.
Фактъ этотъ совершенно справедливо С. Wernicke 1) объясня-
етъ двусторонней иннерваціей этого сочетаннаго движенія
со стороны мозговой коры, въ силу чего разрушеніе соот-
вѣтствующаго центра въ одномъ полушаріи даетъ лишь срав-
нительно кратковременный эффектъ, такъ какъ центръ другого
полушарія быстро пріобрѣтаетъ надлежащее вліяніе на это
движеніе.
Отмѣтимъ также, что при гемиплегіяхъ обнаруживается
обыкновенно въ сравнительно слабой степени пораженіе мышцъ
области верхняго плеча и при томъ возстановленіе функціи
этихъ мышцъ наступаетъ обыкновенно очень скоро. Этотъ
фактъ очевидно также долженъ быть поставленъ въ зависи-
мость отъ двусторонняго вліянія мозговой коры на мышцы
верхняго плеча.
Словомъ, всѣ имѣющіеся факты не оставляютъ сомнѣнія въ
томъ, что и у человѣка подобно тому, какъ и у животныхъ,
большинство корковыхъ центровъ обнаруживаетъ лишь пре-
имущественно перекрестное вліяніе; причемъ степень вліянія
корковыхъ центровъ на мышцы одноименной стороны нахо-
дится, какъ и у животныхъ, въ зависимости отъ сов-
мѣстнаго участія этихъ мышцъ въ движеніяхъ членовъ
противоположной стороны. Поэтому въ тѣхъ мышцахъ, кото-
рыя въ большинствѣ случаевъ работаютъ совмѣстно на той и
1) С. Wernicke. Arch. f. Psych. Bd. XX. стр. 256.

880

другой сторонѣ, какъ въ мышцахъ, направляющихъ взоръ, въ
мышцахъ лица, языка, туловища и частью въ мышцахъ ниж-
нихъ конечностей, двусторонность иннерваціи представляется
выраженною въ болѣе или менѣе рѣзкой степени; въ мыш-
цахъ же верхней конечности двустороннее вліяніе полушарій
обнаруживается всего менѣе и проявляется главнымъ обра-
зомъ въ плечевыхъ мышцахъ.
О путяхъ передачи возбужденія съ противоположной
стороны на соотвѣтствующую.
При выясненіи вопроса, какимъ способомъ при раздраженіи
центровъ одного полушарія возбужденіе переходитъ на мышцы
соотвѣтствующей стороны, необходимо прежде всего устранить
всякое предположеніе о томъ, что сокращеніе мышцъ соотвѣт-
ствующей стороны можетъ зависѣть отъ распространенія тока
на центры другого полушарія. Это предположеніе устраняется
тѣмъ, что, если мы продвинемъ между обоими мозговыми по-
лушаріями дурной проводникъ для электричества въ видѣ стек-
ляной пластинки, то и въ такомъ случаѣ мы будемъ полу-
чать при раздраженіи центровъ одного полушарія тотъ же са-
мый эффектъ, т. е. двустороннія движенія. Равнымъ образомъ,
если мы предварительно удалимъ корковые центры другого
полушарія, то и въ этомъ случаѣ эффектъ раздраженія цент-
ровъ одного полушарія будетъ двустороннимъ.
Очевидно такимъ образомъ, что передача возбужденія на
соотвѣтствующую сторону должна происходить въ нижележа-
щихъ частяхъ мозга. Она можетъ осуществляться: 1) при по-
средствѣ коммисуральныхъ волоконъ, связывающихъ оба мозго-
выя полушарія; 2) при посредствѣ прямой связи между цент-
рами каждаго мозговаго полушарія и соотвѣтствующей поло-
виной спинного мозга и 3) при посредствѣ связи каждой
половины спинного мозга съ мышцами той и другой стороны.
Можно бы думать, что обнаруженное François Franck’омъ и
Pitres’омъ различіе въ длинѣ скрытаго періода при сокраще-
ніи мышцъ той и другой стороны говоритъ въ пользу пере-
дачи возбужденія по коммиссуральнымъ волокнамъ внутри
полушарія или гдѣ-либо ниже. Но это предложеніе опровер-
гается цѣлымъ рядомъ фактовъ.
Мы уже видѣли, что устраненіе центровъ другого полуша-
рія не уничтожаетъ двусторонности двигательнаго эффекта.

881

Съ другой стороны вышеуказанный эффектъ, какъ пока-
зали опыты Exner’a и др., не измѣняется даже и въ томъ
случаѣ, если предварительно перерѣзываютъ вдоль все мозо-
листое тѣло; между тѣмъ какъ подрѣзываніе раздражаемаго
центра прекращало эффектъ какъ на противоположной, такъ
и на соотвѣтствующей сторонѣ.
Такимъ образомъ двусторонній эффектъ, наблюдаемый при
раздраженіи двигательной области мозгового полушарія, зави-
ситъ не отъ передачи возбужденія съ одной двигательной
области на другую, какъ можно было бы думать съ самаго
начала, а благодаря существованію кромѣ перекрещенныхъ
еще и прямыхъ проводниковъ, выходящихъ изъ коры въ
центрамъ спинного мозга, въ пользу чего говорятъ и пато-
логоанатомическія изслѣдованія надъ вторичными перерож-
деніями послѣ разрушенія мозговой коры у человѣка и живот-
ныхъ,—перерожденіями какъ мы видѣли развивающимися не
только въ противоположной, но и въ соотвѣтствующей половинѣ
спинного мозга.
Здѣсь слѣдуетъ еще упомянуть, что при раздраженіи кор-
ковыхъ центровъ наблюдается не только сокращеніе мышцъ
одноименной стороны, т. е. вызывается эффектъ возбужде-
нія, но вмѣстѣ съ тѣмъ можетъ обнаружиться и эффектъ угне-
тенія. Уже выше была рѣчь объ опытахъ, изъ которыхъ явству-
етъ, что при возбужденіи центра движенія глазъ происходитъ
не только возбужденіе наружной прямой мышцы противопо-
ложнаго глаза, но и угнетеніе наружной прямой мышцы соотвѣт-
ствующаго глаза.
Равнымъ образомъ извѣстно, что рядомъ съ возбужденіемъ
извѣстнаго центра въ одномъ полушаріи развивается пониже-
ніе возбудимости соотвѣтствующаго центра и повышеніе возбу-
димости его антагониста въ другомъ полушаріи.
Тоже самое имѣетъ отношеніе и къ антагонистически рабо-
тающимъ центрамъ одной и той же стороны. По крайней мѣрѣ
изъ опытовъ Hering’a и Sherington’a 1) и др. явствуетъ, что при раз-
драженіи корковыхъ центровъ вмѣстѣ съ сокращеніемъ сгибате-
лей происходить разслабленіе разгибателей и наоборотъ.
Равнымъ образомъ и Beefor и Horsley, раздражая область
коры у человѣкообразныхъ обезьянъ на 1 mm. надъ угломъ
1) Hering and Sherrington. Inhibition of the contraction of voluntary
muscles etc Journ. of pys. XXIII. Suppl. 1899.

882

предцентральной борозды получили сокращеніе сгибателей паль-
цевъ, разгибателей кисти и сжиманіе въ кулакъ; послѣ пере-
рѣзки разгибателей кисти получилось сгибаніе пальцевъ и
кисти, a послѣ перерѣзки сухожилія сгибателей пальцевъ
тоже раздраженіе давало разгибаніе кисти.
Отсюда слѣдуетъ что задерживающіе эффекты исходятъ
изъ тѣхъ же областей коры, изъ которыхъ исходятъ и мотор-
ные эффекты.
Одинаковые результаты получены Hering’омъ при раздра-
женіи внутренней капсулы.
Съ другой стороны, если производить одновременно сильное
раздраженіе двухъ симметричныхъ корковыхъ центровъ, то
получаются клоническія судороги того и другого члена, какъ
результатъ поочереднаго торможенія и возбужденія того и
другого центра.
Кромѣ того и то или иное состояніе самихъ корковыхъ
центровъ не остается безъ вліянія на характеръ получаемаго
съ нихъ эффекта.
Доказано напр., что въ томъ случаѣ, когда конечности на-
ходятся въ состояніи тоническаго напряженія, достаточно
произвести уже незначительное раздраженіе корковыхъ цен-
тровъ, чтобы контрактура тотчасъ же ослабѣла.
Мы видѣли выше, что какъ у животныхъ, такъ и у чело-
вѣка разстройства движенія, обнаруживающіяся вслѣдъ за
раздраженіемъ двигательныхъ центровъ коры, съ теченіемъ вре-
мени постепенно ослабѣваютъ и даже въ случаѣ односторон-
нихъ раздраженій исчезаютъ совершенно. При этомъ раньше
всего исчезаютъ локомоторныя разстройства, позднѣе же раз-
стройства обособленныхъ движеній.
Само собою разумѣется, что тамъ, гдѣ параличъ этихъ дви-
женій обнаруживается въ болѣе рѣзкой степени, и возстано-
вленіе двигательной способности происходитъ много медленнѣе
и въ менѣе совершенной степени. Вотъ почему разстройства
движенія въ передней конечности у животныхъ и двигатель-
ный параличъ верхней конечности у человѣка вслѣдъ за раз-
рушеніемъ двигательной области мозговой коры является почти
всегда болѣе рѣзкимъ и болѣе прочнымъ, нежели подобныя же раз-
стройства со стороны задней конечности.

883

Объ условіяхъ, приводящихъ къ возстановленію двига-
тельныхъ разстройствъ при пораженіи мозговой коры.
При разсмотрѣніи функціи двигательныхъ центровъ мозговой
коры не безъинтереснымъ является вопросъ о причинѣ исче-
занія или ослабленія двигательныхъ разстройствъ, обнаружи-
вающихся при ихъ разрушеніи.
Дѣйствительно во многихъ отношеніяхъ представляетъ боль-
шой интересъ выяснить, насчетъ чего собственно обусловли-
вается въ этихъ случаяхъ возстановленіе двигательной спо-
собности. Играютъ ли въ этомъ отношеніи извѣстную роль сосѣд-
ніе центры или же центры противоположной стороны или нако-
нецъ возстановленіе двигательной способности происходитъ на
счетъ дѣятельности нижележащихъ центровъ?
Въ этомъ отношеніи мнѣнія авторовъ отличаются значи-
тельнымъ разнообразіемъ.
По однимъ возстановленіе движеній происходитъ на счетъ
нижележащихъ подкорковыхъ центровъ, по другимъ на счетъ
корковыхъ центровъ другого полушарія, по мнѣнію третьихъ
на счетъ корковыхъ. центровъ того же самаго полушарія. Нако-
нецъ по мнѣнію нѣкоторыхъ авторовъ (Bianchi и др.) на счетъ
корковыхъ центровъ того и другого полушарія.
По Hitzig’y 1) возстановленіе двигательныхъ и чувствитель-
ныхъ функцій вслѣдъ за удаленіемъ двигательной области ни-
когда не бываетъ полнымъ. Разстройства движенія и чувстви-
тельности послѣ большихъ и особенно двустороннихъ повре-
жденій всегда значительнѣе, нежели при одностороннихъ; по-
этому возстановленіе движенія по взгляду Hitzig’a основывается
частью на исчезаніи симптомовъ, происходящихъ отъ пораженія
сосѣднихъ областей, частью можетъ быть отъ усиленія вліянія
другого полушарія, частью же эти разстройства могутъ быть све-
дены на компенсацію проводящихъ путей и на усиленіе въ
области путей покрышки.
Grünbaum и Sherrington убѣдились, что, если удалить у чело-
вѣкообразныхъ обезьянъ центръ руки, то съ теченіемъ времени
разстройства движенія выравниваются, но они не возобновля-
ются при удаленіи соотвѣтствующаго центра въ другомъ полу-
шаріи и также въ остаточной части первоначально разрушен-
1) E. Hitzig. Alte und neue Untersuchungen über das Gehirn. Arch. f. Psych.
Bd. XXXV и XXXVI.

884

наго центра. Равнымъ образомъ и раздраженіе разрушенной
области не дало двигательнаго эффекта со стороны конечности.
Эти наблюденія такимъ образомъ переносятъ центръ тяжести
всего вопроса на подкорковыя образованія.
Тѣмъ не менѣе этими изслѣдованіями, какъ и изслѣдова-
ніями прежнихъ авторовъ, высказывавшихся по данному пред-
мету въ иномъ смыслѣ, вышеуказанный вопросъ далеко не
исчерпывается.
Наши изслѣдованія заставляютъ придти къ выводу, что въ
возстановленіи двигательной способности пораженныхъ членовъ
играютъ роль весьма разнообразныя условія, при чемъ кромѣ
общихъ физіологическихъ условій (ослабленіе первоначальнаго
шока, уменьшеніе угнетающаго вліянія раны и пр.) здѣсь должно
имѣть въ виду вліяніе сосѣднихъ и симметричныхъ обла-
стей мозга, а также вліяніе подкорковыхъ образованій.
Такъ несомнѣнно, что сосѣднія части двигательной области
мозговой коры оказываютъ вліяніе на возстановленіе двигатель-
ной способности пораженныхъ членовъ въ тѣхъ случаяхъ, гдѣ
идетъ дѣло не о полномъ, а о частичномъ удаленіи двигатель-
ной области мозговой коры.
Доказывается это тѣмъ обстоятельствомъ, что, если, удаливъ
совершенно извѣстные центры двигательной области мозговой
коры и выждавъ нѣкоторое время, пока вызванныя операціей
двигательныя разстройства ослабѣютъ или исчезнутъ совер-
шенно, мы вновь удалимъ сосѣднія съ мозговой раной области
мозговой коры, то вслѣдъ за этой операціей обыкновенно вновь
обнаруживаются и прежнія двигательныя разстройства, хотя и
въ незначительной степени. Въ этихъ случаяхъ дѣло идетъ
собственно не о замѣняющей дѣятельности однихъ центровъ
другими, а о дѣйствительномъ возстановленіи части утрачен-
ныхъ центровъ въ сосѣднихъ областяхъ мозговой коры.
Такъ, обезьянѣ чрезъ широкое трепанаціонное отверстіе я
удалилъ обѣ верхнія трети передней центральной извилины,
разрушивъ вмѣстѣ съ тѣмъ всѣ лежащіе на ней двигательные
центры передней конечности, такъ что раздраженіе токомъ
областей, расположенныхъ по заднему краю раны, не давало уже
ни одного движенія передней конечности. Вслѣдъ за этимъ
обезьяна обнаруживала всѣмъ извѣстныя явленія паралича съ
характеромъ плечевой моноплегіи, но спустя нѣсколько недѣль
параличныя разстройства ея настолько улучшились, что сдѣ-
лались едва замѣтными. Тогда я вновь вскрылъ разрушенную
область мозговой коры и къ моему удивленію при раздраженіи

885

токомъ задняго края раны, проходящаго при самой Роландовой
бороздѣ, я могъ вызвать всѣ разнообразныя движенія перед-
ней конечности, которыя вызывались ранѣе съ центровъ, под-
вергнутыхъ удаленію, послѣ чего этихъ движеній уже вовсе
не удавалось вызвать съ коры.
Разрушеніе этихъ новыхъ возбудимыхъ областей вновь уси-
лило явленія двигательнаго паралича. Тоже наблюдалось и
въ другихъ опытахъ.
Несомнѣнно однако, что въ дѣлѣ возстановленія двигатель-
ной способности членовъ, пораженныхъ вслѣдъ за разрушеніемъ
мозговой коры, играютъ немаловажную роль двигательные
центры другого полушарія, что доказывается прежде всего
опытами съ раздраженіемъ. Ниже мы увидимъ, что большинство
центровъ обнаруживаетъ двустороннее дѣйствіе съ преимуще-
ственной иннерваціей противоположныхъ членовъ.
Если мы имѣемъ предъ собой животное, у котораго дви-
гательная способность членовъ вслѣдъ за одностороннимъ раз-
рушеніемъ мозговой коры возстановилась, то раздраженіе цен-
тровъ мозговой коры здорового полушарія убѣждаетъ въ
томъ, что вліяніе этихъ центровъ на мышцы соотвѣтствую-
щей стороны оказывается значительно болѣе рѣзкимъ, нежели
до операціи.
Еще болѣе очевиднымъ образомъ то же самое обстоятельство
доказывается опытами съ разрушеніемъ.
Если животному, совершенно выздоровѣвшему вслѣдъ за
одностороннимъ разрушеніемъ двигательныхъ центровъ мозго-
вой коры, мы удалимъ двигательные центры другой стороны,
то результатомъ послѣдней операціи явятся не только обыкно-
венно наблюдаемыя при этомъ двигательныя разстройства на
противоположной сторонѣ, но и возвращаются, на соотвѣтствую-
щей сторонѣ по крайней мѣрѣ въ нѣкоторой степени тѣ двига-
тельныя разстройства, которыя явились результатомъ первой
операціи и которыя съ теченіемъ времени уже исчезли.
Наконецъ, не можетъ подлежать сомнѣнію, что и подкорковые
центры, а равно и другія двигательныя системы играютъ извѣст-
ную роль при возстановленіи нарушенныхъ движеній. Это
очевидно изъ того обстоятельства, что, если произведено пол-
ное и двустороннее разрушеніе двигательныхъ областей мозго-
вой коры, то съ теченіемъ времени все же обнаруживается
нѣкоторое улучшеніе двигательныхъ разстройствъ, хотя по
окружности произведеннаго разрушенія не удается вызвать съ
помощью тока какихъ-либо движеній въ членахъ животнаго, да

886

и увеличеніе мозговой раны уже не усиливаетъ двигатель-
ныхъ разстройствъ въ конечностяхъ.
Ясно, что въ этомъ случаѣ возстановленіе въ той или дру-
гой мѣрѣ утраченныхъ движеній возможно только на счетъ
болѣе совершеннаго функціональнаго приспособленія подкорко-
выхъ центровъ. Такъ, мы уже упоминали ранѣе, что у собакъ
съ полнымъ удаленіемъ двигательныхъ областей мозговой
коры удается еще вызвать соотвѣтственными раздраженіями
чесательный рефлексъ, который однако выполняется большей
частью несовершеннымъ образомъ, такъ какъ чесательныя дви-
женія происходятъ обыкновенно по воздуху
Этотъ рефлексъ такимъ образомъ несомнѣнно является под-
корковымъ. Но тѣмъ не менѣе современемъ у оперированныхъ
животныхъ онъ постепенно совершенствуется до той степени,
что въ концѣ концовъ животное научается чесаться болѣе
или менѣе правильнымъ образомъ. Все это не оставляетъ
сомнѣнія въ томъ, что и подкорковыя области мозга прини-
маютъ участіе въ улучшеніи двигательныхъ разстройствъ. на-
ступающихъ вслѣдъ за разрушеніемъ чувство-двигательныхъ
областей мозговой коры.
Одно изъ объясненій этого вліянія подкорковыхъ областей
на возстановленіе движеній, утраченныхъ вслѣдъ за удаленіемъ
мозговой коры, мы можемъ найти между прочимъ у Monakow’а 1),
который объясняетъ возстановленіе разстройствъ въ этихъ слу-
чаяхъ не устраненіемъ явленій задержки, какъ думаютъ нѣко-
торые, a замѣной пораженныхъ невроновъ другими. Двигатель-
ные и чувствительные пучки, какъ мы знаемъ, составляются
изъ соединенныхъ другъ съ другомъ невроновъ. Въ мѣстахъ,
гдѣ невроны встрѣчаются, можно предположить промежуточ-
ныя клѣтки. Они объединяютъ невроны въ невро-комплексѣ (Neuro-
nen-complexe), подъ которыми Monakow понимаетъ minimum необхо-
димыхъ невроновъ для minimum’а сознательнаго возбужденія. Та-
кимъ образомъ напр. двигательный невро-комплексъ состоитъ
изъ пирамиднаго пучка, двигательнаго корковаго пучка покрышки,
спинного протоневрона и кромѣ того въ пространствѣ соприкосно-
венія помѣщаются промежуточные невроны (neuros intercalés). Если
теперь пирамидный пучокъ разрушенъ, то мало по малу части
неврокомплекса, оставшіяся непораженными, организуются между
1) Monakow. Ueber d. gegenw. Stand d. Frage d. Localisation im Grosshirn.
Ergebnisse der Physiologie 1. Jahrg. 1902. См. также О. Veraguth. L’etat
actuel de la question de la localisation corticale etc. Revue neurol. 1903. 15
Fevrier.

887

собою такимъ образомъ, что корковый двигательный пучокъ по-
крышки начинаетъ проявлять свое вліяніе на промежуточныя
спинныя клѣтки, а чрезъ нихъ и на спинной протоневронъ.
Этимъ путемъ объясняется тотъ фактъ, что послѣ инсульта
при гемиплегіяхъ постепенно устраняются временные симптомы,
пока не останутся остаточные (residue) или постоянные симптомы.
Стремленіе нетронутыхъ невроновъ сохранить сколь возможно
свою функцію авторъ выдѣляетъ подъ названіемъ diaschilis, ко-
торое состоитъ ни въ чемъ иномъ, какъ въ новомъ распредѣ-
леніи взаимоотношенія между нетронутыми невронами.
Не смотря на извѣстное остроуміе этой гипотезы мы не ви-
димъ однако основанія признавать особую роль промежуточ-
ныхъ невроновъ въ мѣстахъ соприкосновенія нѣсколькихъ глав-
ныхъ невроновъ; прежде всего такіе промежуточные невроны не
вездѣ существуютъ, а потому и значеніе ихъ не столь суще-
ственно, какъ признаетъ это Monakow.
По нашему мнѣнію, совершенно независимо отъ того, суще-
ствуютъ или нѣтъ промежуточные невроны, въ мѣстахъ сопри-
косновенія главныхъ невроновъ съ разрушеніемъ одного изъ
послѣднихъ происходитъ функціональное замѣщеніе другимъ
неврономъ, благодаря распространенію нервнаго тока изъ цен-
тровъ на оставшіеся нетронутыми невроны въ большей мѣрѣ,
нежели это было прежде. Этого вполнѣ достаточно, чтобы ос-
тавшіеся невроны приняли на себя усиленную функцію и по-
степенно замѣстили собою въ той или другой мѣрѣ разрушен-
ный невронъ.
Объ отношеніи двигательныхъ центровъ къ развитію
эпилептическихъ приступовъ.
Здѣсь мы остановимся еще на одномъ важномъ явленіи,
относящемся до физіологіи двигательныхъ центровъ мозго-
вой коры.
Какъ мы видѣли выше, болѣе сильное раздраженіе корко-
выхъ двигательныхъ центровъ приводитъ къ развитію общаго
судорожнаго или эпилептическаго приступа, который со вре-
мени изслѣдованій Kussmaul’a и Tenner’a 1) приписывали обык-
новенно раздраженію продолговатаго мозга. Опытъ показываетъ,
l) Kussmaul und Tenner. Maleschott’s Untersuch. III. I. 1857.

888

что мѣстомъ развитія судорожныхъ приступовъ является исклю-
чительно чувстводвигательная область мозговой коры.
Хотя и съ другихъ частей коры, напр. затылочной, удается
вызвать эпилептическій приступъ, но при томъ условіи, если
сохранены чувство-двигательныя области, на которыя собственно
и передается въ такомъ случаѣ раздраженіе, произведенное въ
другихъ частяхъ мозговой коры.
Iohansen кромѣ того убѣдился, что съ задней части коры
падучный приступъ вызывается при болѣе сильномъ токѣ, что
было доказано еще ранѣе д-ромъ Данилло, который въ то же
время доказалъ, что глубокій поперечный разрѣзъ впереди за-
тылочной доли устраняетъ возможность развитія падучнаго при-
ступа при раздраженіи затылочной доли. При этомъ распростра-
ніе возбужденія съ заднихъ частей на переднія по Iohansen’y пере-
дается не только по сѣрому веществу, но и по бѣлому, кото-
рое въ общемъ проводитъ возбужденіе хуже, нежели кора. Съ
бѣлаго вещества, какъ извѣстно, вызвать эпилептическихъ при-
ступовъ вообще не удается.
По Бубнову и Heidenhain’y 1) будто бы предварительнымъ
вырѣзываніемъ опредѣленнаго психомоторнаго центра можно
исключить появленіе эпилептическихъ судорогъ въ группѣ
мышцъ, подчиненной этому центру при развитіи даже общихъ
судорогъ, обусловленныхъ раздраженіемъ неповрежденныхъ обла-
стей коры. Равнымъ образомъ при быстромъ удаленіи всей
двигательной области въ одномъ изъ полушарій могутъ быть
уничтожены эпилептическія судороги какъ на противополож-
ной, такъ и на соотвѣтствующей сторонѣ. Точно также и Munk
на основаніи своихъ опытовъ приходитъ къ выводу, что уда-
леніе того или другого изъ корковыхъ центровъ конечностей
приводитъ къ устраненію судорогъ въ области этого центра.
Однако имѣются въ этомъ отношеніи и другія указанія. Такъ, по
изслѣдованіямъ Fr. Franck’а и Pitres’а2) удаленіе двигательной обла-
сти мозговой коры навсегда устраняетъ развитіе падучныхъ при-
ступовъ; раздраженіе бѣлаго вещества по этому автору не
даетъ приступовъ падучей, тогда какъ раздраженіе оставшейся
части коры въ томъ же полушаріи, а равно и раздраженіе
коры противоположнаго полушарія тотчасъ же вызываетъ па-
дучный приступъ.
1) Бубновъ и Heidenhain. Pflüger’s Arch. 1881. Bd. XXVI.
2) Fr. Franck et Pitres. Le progrès med. 1878. Arch. de phys. 1883,№5 и 6.

889

Нужно замѣтить, что вопросу о патогенезѣ судорогъ въ
этилептическомъ приступѣ кромѣ вышеуказанныхъ были по-
священы также изслѣдованія Ziehen’a Binswanger’a 4) Marce’a
и Magnan’a 5), Данилло 4), Пастернацкаго 5), Ott’a6), К. Boyce 7), A.
Mosso 8), Luciani 9), Tamburini 10) и Seppilli 11), Lusanna и Gallerani 12),
Prus’a 13) и Albertoni 14). Но, не смотря на огромную важность во-
проса, какъ въ научномъ, такъ и въ практическомъ отношеніи,
въ отношеніи его и до сихъ поръ не устранены нѣкоторыя
разнорѣчія.
Не смотря на эти разнорѣчія, почти всѣ позднѣйшіе авторы,
работавшіе въ указанномъ направленіи, вопреки мнѣнію преж-
нихъ авторовъ, приходятъ къ выводу, что мѣстомъ развитія
падучнаго приступа является двигательная область мозговой
коры (Unverricht 15), П. Я. Розенбахъ 16) и др.).
Ziehen признаетъ однако, что корѣ принадлежатъ только
клоническія судороги, тоническія же судороги обусловливаются
будто бы раздраженіемъ области Вароліева моста.
Съ другой стороны Binswanger 17), повторивъ извѣстные опыты
Nothnagel’я надъ „судорожнымъ“ центромъ, убѣдился, что ни
электрическимъ, ни тетаническимъ раздраженіемъ не удается
вызвать настоящій падучный приступъ; при этомъ впрочемъ
получаются судороги, но иного рода; онѣ являются въ видѣ
тоническихъ сокращеній туловища, головы и конечностей, на-
поминающихъ собою сочетанныя движенія бѣга, топтанья и
3) Ziehen Arch. f. Psych. Bd. XXI. Heft 3.
4) Binswanger. Arch. f. Psych. 1888. Bd. XIX. Neur. Centr. 1888, № 9.
5) Marce et Magnan. De l’alcoholisme etc. Paris, 1864. Magnan. Recherches
de phys. pathol. avec l’alcohol et l’essence d’absinthe. Arch. de phys. 1873, № 23.
Magnan. Leçons cliniques sur l’epylepsie. 1882.
4) Данилло. Arch. de Phys. 1882. v. 10.
5) Пастернацкій. Compt. rend. des séances de l’academie des sciences de
Paris. 1883.
6) Ott. The Journ. of nerw. and mental diseases. 1892.
7) K. Boyce. Neur. Centr, 1894, № 13. Orig. Mitth.
8) A. Mosso. Die Temperatur des Gehirns. 1894. стр. 86.
9) Luciani. Riv. de sperim. 1878. IV.
10) Luciani e Tamburini. Riv. di sperim. 1879. V.
11) Luciani e Seppilli. Die Functions-Localisation auf d. Grosshirnrinde. 1886.
12) Lusana е Gallerani. Rivista di freniatria, v. XVII.
13) Prus. Wien. klin. Woch. № 38, 1898.
14) Albertoni. Maleschott’s Untersuch. 1884. Bd. XII, стр. 804.
15) Unverricht. Arch. f. Psych. 1883. XIV, 2.
16) Розенбахъ. Вѣстн. психіатріи. 1884.
17) Binswangen Arch f. Psych. 1888. Bd. XIX. Neurol. Centr. 1888, № 9.

890

другихъ сложныхъ движеній; притомъ же онѣ прекращаются
тотчасъ же по прекращеніи раздраженія. Эти судороги по
автору рефлекторнаго происхожденія и обусловливаются раз-
драженіемъ центровъ, лежащихъ въ тыльной части моста.
Изслѣдованія нашей лабораторіи.
Въ виду вышесказаннаго мы приведемъ здѣсь общіе ре-
зультаты изслѣдованій, произведенныхъ въ нашей лабораторіи4),
по интересующему насъ вопросу.
Руководясь своими изслѣдованіями надъ собаками, я при-
хожу къ выводу, что эпилептическій приступъ при раздраженіи
мозговой коры можетъ протекать въ двухъ видахъ. Если раз-
драженіе примѣняется мѣстно и продолжительно, но при этомъ
не достигаетъ значительной силы, то приступъ начинается
мѣстными же судорогами, которыя, послѣдовательно переходя
съ одного члена на другой, постепенно обобщаются и могутъ
перейти въ общій приступъ съ тоническими судорогами и по-
слѣдовательной комой. Ни тоническія судороги, ни кома однако
не составляютъ въ такомъ случаѣ обязательнаго явленія, такъ
какъ приступъ можетъ остановиться на стадіи клоническихъ
судорогъ и этимъ закончиться. Въ томъ же случаѣ, если сразу
примѣняется сильное электрическое раздраженіе на двигатель-
ную область мозговой коры, особенно если вовлекаются въ раз-
драженіе оба мозговыя полушарія путемъ приставленія элек-
тродовъ къ обоимъ полушаріямъ мозга, развивающійся при-
ступъ съ самаго начала дѣлается общимъ, открываясь тониче-
скими судорогами, по прекращеніи которыхъ наступаютъ общія
же клоническія судороги.
Что касается вопроса о значеніи двигательныхъ областей
въ развитіи эпилептическихъ приступовъ, то изслѣдованія, про-
изводившіяся какъ мною самимъ, такъ и другими лицами въ
завѣдываемой нами лабораторіи не оставляютъ сомнѣнія въ
томъ, что удаленіе коры двигательной области въ обоихъ по-
лушаріяхъ приводитъ къ тому, что полный эпилептическій
4) В. Бехтеревъ, Изслѣдованія надъ развитіемъ падучныхъ приступовъ.
Невр. Вѣстн., т. II, вып. 3. И. Мейеръ, О происхожденіи судорогъ въ при-
ступахъ падучей. Неврол. Вѣстникъ, т. IV, вып. 4. Н. А. Вырубовъ. Къ во-
просу о такъ называемомъ судорожномъ центрѣ. Невр. Вѣстн. т. II, вып. 3.
Въ этой работѣ приведены между прочимъ и данныя изслѣдованій д-ра
Сущинскаго (изъ нашей лабораторіи) надъ тѣмъ же предметомъ.

891

приступъ уже не можетъ быть вызванъ никакими раздраже-
ніями. У животныхъ при раздраженіи коры получаются однако
общія тоническія судороги, которыя прекращаются тотчасъ же
вслѣдъ за прекращеніемъ раздраженія и которыя съ одинако-
вымъ результатомъ могутъ быть вызваны и при раздраженіи
бѣлаго вещества полушарій.
Точно также и отравленіе абсентомъ, цихониномъ и цинхо-
нидиномъ, а равно и сотрясеніе мозга въ нѣкоторыхъ слу-
чаяхъ вызываетъ эпилептическіе приступы, но лишь съ тони-
ческими судорогами или общими вздрагиваніями; клониче-
скихъ же судорогъ при этомъ не наблюдается,
При развитіи падучнаго приступа у животныхъ, у которыхъ
были удалены одинъ или нѣсколько центровъ въ одномъ полу-
шаріи, тоническія судороги представляются общими, но въ кло-
ническихъ судорогахъ члены, центры которыхъ удалены, уча-
ствуютъ много слабѣе и болѣе короткое время.
Если въ періодѣ тоническихъ судорогъ быстро удалить
центры того или другого члена, то теченіе тоническихъ судо-
рогъ этимъ существенно не измѣняется, но слѣдующія за то-
ническими клоническія судороги будутъ слабѣе выражены въ
членахъ, центры которыхъ удалены.
Равнымъ образомъ предварительное удаленіе отдѣльныхъ
центровъ или даже всей двигательной области въ одномъ по-
лушаріи не исключаетъ развитія эпилептическаго приступа.
Лишь клоническія судороги на соотвѣтствующей сторонѣ (resp.
противоположной по отношенію къ удаленному полушарію)
представляются болѣе слабыми и кратковременными, нежели
на противоположной сторонѣ. Даже сравнительно небольшой
части двигательной области въ одномъ полушаріи достаточно,
чтобы вызвать съ нея общій судорожный приступъ со всѣми
характеристичными его особенностями, но опять-таки клониче-
скія судороги въ членахъ противоположныхъ удаленнымъ кор-
ковымъ областямъ представляются относительно слабыми и бо-
лѣе кратковременными.
Далѣе при вызываніи приступа частной падучей, если не
доводить его до общаго падучнаго приступа, клоническія су-
дороги въ членахъ, соотвѣтствующихъ ранѣе удаленнымъ цен-
трамъ коры уже не наблюдаются. Точно также и быстрое уда-
леніе центровъ во время самаго приступа частной падучей
прекращаетъ развитіе судорогъ въ членахъ, центры которыхъ
удалены.

892

Нужно при этомъ имѣть въ виду, что приступъ падучевид-
ныхъ судорогъ, вызванный уколомъ иглы въ судорожный центръ
Вароліева моста у кроликовъ, прекращается тотчасъ же послѣ
перерѣзки мозга на уровнѣ мозговыхъ ножекъ, причемъ у жи-
вотнаго остается лишь общее тоническое напряженіе мышцъ,
какъ результатъ вышеуказанной перерѣзки. Если же у кролика
предварительно удалить мозговыя полушарія, то уже вколомъ
въ Вороліевъ мостъ не удается вызвать падучевидныхъ при-
ступовъ.
Изъ вышеизложеннаго очевидно, что судороги въ эпилеп-
тическомъ приступѣ имѣютъ источникомъ своего происхожде-
нія мозговую кору, причемъ мелкія клоническія судороги все-
цѣло принадлежатъ возбужденію корковыхъ двигательныхъ
центровъ, тогда какъ въ развитіи тоническихъ судорогъ и
большихъ размашистыхъ движеній принимаютъ участіе и под-
корковые двигательные узлы.
Нельзя при этомъ отрицать, что при извѣстныхъ условіяхъ
и основныя части мозга могутъ служить источникомъ падуче-
виднаго приступа, но и въ этомъ случаѣ въ развитіи судорогъ,
по крайней мѣрѣ клоническихъ, принимаетъ исключительное
участіе двигательная область мозговой коры.
Другія проявленія эпилептическихъ приступовъ.
Слѣдуетъ имѣть въ виду, что эпилептическій приступъ да-
леко не ограничивается въ своихъ проявленіяхъ однѣми судо-
рогами. Наряду съ послѣдними несомнѣнно происходятъ при
этомъ измѣненія и въ области сердечно-сосудистой системы,
въ области дыханія и тѣ или другія измѣненія въ дѣятель-
ности внутреннихъ органовъ.
Vulpian 1) при опытахъ съ раздраженіемъ мозговой коры
убѣдился, что развивающіеся у животныхъ падучные приступы
обычно сопутствуются нарушеніемъ дыханія, сердечной дѣя-
тельности и дѣятельности мочевого пузыря, усиленіемъ желче-
отдѣленія и сокращеніемъ селезенки.
Авторъ между прочимъ отмѣчаетъ при вызываніи падучныхъ
приступовъ у собакъ замедленіе, а иногда и учащеніе и не-
правильность сердечной дѣятельности; дыханіе при этомъ ста-
1) Valpian. Experiences relatives aux phenomenes etc. Comptes rendus, t. 100.
1885.

893

новится болѣе глубокимъ и замедленнымъ и даже на некото-
рое время пріостанавливается, появляется ціанозъ губъ и морды,
наступаетъ саливація и усиленное отдѣленіе желчи. Обычно
сердечно-сосудодвигательныя явленія начинались уже спустя
2—3 секунды послѣ начала раздраженія. При этомъ авторъ
наблюдалъ также и сжатіе мочевого пузыря, изъ котораго вы-
дѣлялись послѣднія капли мочи. Кромѣ того обнаруживалось
конгестивное состояніе сосудовъ желудочно-кишечнаго канала.
Не наблюдалось лишь отдѣленія пота, несмотря на общую уси-
ленную секреторную дѣятельность организма.
Съ другой стороны и François Franck 2) наблюдалъ, что при
эпилептическихъ приступахъ, вызванныхъ съ мозговой коры,
происходитъ общее поднятіе кровяного давленія, причемъ под-
вергаются суженію сосуды печени, почекъ и селезенки.
При подробныхъ изслѣдованіяхъ, производимыхъ на этотъ
счетъ въ завѣдываемой нами лабораторіи [д-ръ Тодорскій 3),
Боришпольскій 4) и д-ръ Осиповъ 5)] какъ явленія со стороны
сердечно-сосудистой системы, такъ и измѣненія со стороны
внутреннихъ органовъ, особенно желудка, кишекъ и мочевого
пузыря, были изслѣдованы съ большою тщательностью при
помощи графическаго метода.
Между прочимъ д-ромъ Осиповымъ констатировано также
и рѣзкое сокращеніе селезенки во время падучныхъ присту-
повъ. Всѣ эти данныя получаютъ свое объясненіе въ томъ,
что, какъ увидимъ впослѣдствіи, въ центральныхъ областяхъ
мозга содержатся также центры, вліяющіе на дѣятельность
сердечно-сосудистой системы и другихъ внутреннихъ органовъ,
которые очевидно и вовлекаются въ положеніе.
Здѣсь мы замѣтимъ лишь, что спеціальныя изслѣдованія,
производимыя нами надъ новорожденными животными, показали,
что даже у мѣсячныхъ щенковъ, у которыхъ корковые двига-
тельные центры уже развиты хорошо, не удается еще вызвать
развитія падучныхъ приступовъ. Этотъ фактъ даетъ основаніе
предполагать что сущность самаго приступа или его основная
2) Fr. Franck. Influences des excitations simples et epileptique du cerveau
etc. Comptes rendus. T. 107. 1888.
3) Д-ръ Тодорскій. Врачъ 1891, № 25. См. также В. Бехтеревъ, Neur
Centralbl, № 22. 1891.
4) Д-ръ Боришпольскій. Обь измѣненіяхъ черепно-мозгового кровеобра-
щенія въ теченіе падучныхъ приступовъ. Дисс. Спб.
5) Д-ръ Осиповъ. О сокращеніи желудка, кишекъ и моч. пузыря и пр.
Дисс. Спб. 1898.

894

причина заключается не въ самомъ возбужденіи корковыхъ
двигательныхъ центровъ, a вѣроятно въ нарушеніи мозгового
кровеобращенія, вызываемаго нарушеніемъ въ сердечно-сосуди-
стой системѣ, корковые центры которой, какъ показали из-
слѣдованія нашей лабораторіи (д-ръ Гартье), въ теченіе перваго
мѣсяца у новорожденныхъ щенковъ еще совершенно отсут-
ствуютъ и начинаютъ развиваться лишь въ началѣ второго
мѣсяца по рожденіи
Порядокъ распространенія эпилептическихъ судорогъ.
Что касается порядка распространенія эпилептическихъ су
дорогъ, то по взгляду Unverricht’a судороги начинаются съ той
мышечной группы, двигательный центръ которой раздражается
непосредственно, затѣмъ сокращаются тѣ мышцы, центры ко-
торыхъ находятся въ непосредственномъ сосѣдствѣ съ пер-
вичнораздражаемымъ центромъ, послѣ чего слѣдуютъ сокраще-
нія тѣхъ мышцъ, центры которыхъ болѣе удалены отъ первично
раздражаемаго центра и наконецъ, когда судороги охватятъ
всю половину тѣла, онѣ переходятъ на противоположную сто-
рону, причемъ здѣсь первоначально судороги развиваются въ
заднихъ конечностяхъ, откуда онѣ распространяются въ вос-
ходящемъ порядкѣ на верхнюю конечность и на голову.
Послѣ удаленія отдѣльныхъ двигательныхъ центровъ соот-
вѣтствующія имъ мышечныя группы не принимаютъ участія
въ судорогахъ, при удаленіи же центровъ одной стороны при-
ступы имѣютъ односторонній характеръ и, если обнаружива-
ются иногда судороги и на другой сторонѣ, то эти судороги
являются результатомъ побочныхъ условій; чаще всего они
являются, вслѣдствіе распространенія возбужденія въ спинномъ
мозгу на другую сторону, это—т. наз. вторичныя судороги; при
двустороннемъ же удаленіи двигательныхъ центровъ мозговой
коры приступа уже вызвать не удается.
Опытъ показываетъ, что можно вызвать приступъ и съ дру-
гихъ областей коры, напр. съ затылочной доли, но лишь въ томъ
случаѣ, если двигательная сфера не разрушена и во всякомъ
случаѣ для вызыванія приступа въ этомъ случаѣ требуются
болѣе сильные токи.
На основаніи вышеуказанныхъ данныхъ Unverricht держится
того мнѣнія, что главная причина эпилептическихъ, т. е. тони-
ческихъ и клоническихъ судорогъ, локализируется въ корѣ и

895

что распространеніе судорогъ въ приступѣ зависитъ отъ ирра-
діаціи раздраженія съ одного корковаго центра на другіе.
Вышеуказанный законъ распространенія судорогъ не мо-
жетъ считаться абсолютнымъ, такъ какъ уже Binswanger замѣ-
тилъ, что типичный приступъ развивается всего въ 30—38%.
Prus 1) опровергаетъ вышеуказанный законъ. По его опы-
тамъ даже въ одномъ и томъ же случаѣ при раздраженіи
одной и той же корковой области эпилептическія тоническія
и клоническія судороги нерѣдко развиваются въ различномъ
порядкѣ. Это отклоненіе Unverricht объясняетъ тѣмъ, что раз-
драженіе въ исключительныхъ случаяхъ распространяется
скорѣе въ одномъ направленіи, чѣмъ въ другихъ, но это объ-
ясненіе трудно принять въ виду частоты отклоненій.
Равнымъ образомъ Prus убѣдился, что, несмотря на удале-
ніе извѣстнаго двигательнаго центра, соотвѣтствующія ему
мышцы принимаютъ участіе въ приступѣ, если только раздра-
женіе достаточно сильно. Даже послѣ почти полнаго выскабли-
ванія одного полушарія наблюдаются обоюдостороннія судо-
роги. Исключенія рѣдки и наблюдаются лишь въ случаяхъ, въ
которыхъ и при цѣлости коры обоихъ полушарій получаются
одностороннія судороги.
Мнѣніе Unverricht’a, что въ этомъ случаѣ происходитъ рас-
пространеніе центробѣжнаго возбужденія въ спинномъ мозгу
на другую сторону, Prus опровергаетъ тѣмъ, что передача на
другую сторону происходитъ точно такимъ же образомъ и
послѣ перерѣзки соотвѣтственной половины спинного мозга.
Далѣе Prus убѣдился, что, если во время полнаго развитія
приступа быстро удалить обѣ двигательныя области, то и въ
такомъ случаѣ приступъ происходитъ обычнымъ порядкомъ.
Съ другой стороны послѣ обрѣзыванія двигательнаго центра
по окружности при раздраженіи обрѣзаннаго центра при-
ступъ развивается по Prus’y обычнымъ образомъ. Очевидно, что,
если бы распространеніе судорогъ происходило по мозговой
поверхности, то въ вышеуказанномъ случаѣ эпилептическій
приступъ не могъ бы развиваться.
Далѣе Prus вставлялъ въ мозговую кору заостренную стек-
ляную трубочку, уединяя этимъ путемъ опредѣленный мозго-
вой центръ. При раздраженіи этого центра онъ получалъ и въ
этомъ случаѣ иногда развитіе судорожнаго приступа.
1) Prus. Ueber die Leitungsb. und Pathologie d. Rindenepilepsie. Wiener
klin. Woch. № 38, 1898.

896

Prus далѣе убѣдился, что даже раздраженіе затылочной
доли мозговой коры вызываетъ падучный приступъ послѣ того,
какъ пакеленомъ выжигается борозда между затылочной и
двигательной областью.^
Prus изслѣдовалъ также токи дѣйствія въ мозговой корѣ
во время эпилептическаго приступа помощью гальванометра
или физіологическимъ нервно-мышечнымъ лягушечнымъ пре-
паратомъ. При этомъ авторъ убѣдился, что отрицательное ко-
лебаніе тока resp. тоническія или клоническія судороги лягу-
шечьяго препарата иногда получаются съ коры во время эпи-
лептическаго приступа, чаще же во время развитія припадка
и даже во время самыхъ сильныхъ судорогъ такихъ токовъ
дѣйствія получать не удается.
Все это по автору говоритъ противъ распространенія воз-
бужденія въ корѣ при эпилепсіи и даже противъ того, что мѣ-
стомъ развитія эпилептическаго приступа является кора
мозга.
Въ общемъ авторъ приходитъ къ выводу, что законъ ирра-
діаціи въ корѣ несостоятеленъ, что возбужденіе при эпилеп-
сіи не распространяется по мозговой поверхности въ формѣ
постоянно расширяющихся круговыхъ волнъ и что въ разви-
тіи эпилептическаго приступа мозговая кора не играетъ ника-
кой роли.
Не касаясь опытовъ автора для выясненія проводниковъ, при
посредствѣ которыхъ вызывается приступъ, о чемъ рѣчь будетъ въ
другомъ мѣстѣ, замѣтимъ еще, что послѣ смазыванія двига-
тельной области 10% воднымъ растворомъ кокаина электриче-
скимъ раздраженіемъ коры не удается вызвать эпилептическаго
приступа, хотя отдѣльныя сокращенія мышцъ, соотвѣтствую-
щія раздражаемому центру, еще получаются. При усиленіи
тока послѣдовательно вызываются тоническія судороги въ раз-
личныхъ мышцахъ и наконецъ охватываютъ все тѣло, но по уда-
леніи электродовъ судороги немедленно прекращаются. При
этомъ не происходитъ у животнаго и потери сознанія (?). Даже
послѣ повторнаго смазыванія одного полушарія, особенно спустя
нѣкоторое время, не удается вызвать падучнаго приступа съ
другого, т. е. не смазаннаго кокаиномъ, полушарія. Очевидно,
что этотъ эффектъ объясняется угнетеніемъ двигательныхъ
центровъ другой стороны.
Авторъ впрочемъ объясняетъ этотъ фактъ тѣмъ, что смазы-
ваніе кокаиномъ одного полушарія анэстезируетъ вмѣстѣ с
тѣмъ и другое полушаріе. Вообще полученные результаты

897

авторъ объясняетъ тѣмъ, что въ двигательной области коры
содержатся чувствительные элементы и особенно окончаніе
чувствительныхъ волоконъ. Въ раздраженіи конечныхъ развѣт-
вленій чувствительныхъ волоконъ или самихъ чувствитель-
ныхъ клѣтокъ и лежитъ будто бы причина судорожнаго при-
ступа.
По нашему мнѣнію значеніе двигательной области въ про-
исхожденіи эпилептическихъ судорогъ нельзя оспаривать уже
потому, что полное удаленіе двигательныхъ центровъ коры,
какъ мы говорили выше, приводитъ къ тому, что приступъ
уже не можетъ быть вызванъ электрическимъ раздраженіемъ
мозговой коры и полушарій вообще, такъ какъ при раздраженіи
сильнымъ токомъ въ этомъ случаѣ развиваются лишь тониче-
скія судороги, которыя тотчасъ же прекращаются вмѣстѣ съ
прекращеніемъ раздраженія. Такимъ образомъ клоническія су-
дороги, которыя выпадаютъ при полномъ удаленіи сигмо-
видной resp. центральныхъ извилинъ, несомнѣнно зависятъ отъ
мозговой коры, но разсматривать ихъ, какъ послѣдствіе раздра-
женія чувствительныхъ проводниковъ или центровъ, нѣтъ ни-
какого основанія, такъ какъ въ такомъ случаѣ и обыкновенныя
движенія членовъ при слабыхъ раздраженіяхъ коры пришлось
бы отнести на счетъ раздраженія чувствительныхъ элемен-
товъ, въ пользу чего мы не имѣемъ ни одного положительнаго
факта.
Что же касается послѣдовательности въ развитіи клониче-
скихъ судорогъ въ теченіе падучнаго приступа, то наши наблю-
денія также показали, что законъ, установленный Unverricht’омъ,
нельзя признать постояннымъ, такъ какъ распространеніе судо-
рогъ часто дѣлаетъ большія отступленія отъ классическаго
типа, что можетъ зависѣть отъ весьма разнообразныхъ причинъ,
частью лежащихъ въ индивидуальныхъ условіяхъ организаціи,
частью быть можетъ даже во временныхъ условіяхъ, развиваю-
щихся во время самаго опыта (большая возбудимость однихъ
центровъ, угнетеніе другихъ и пр.).
Патологическія наблюденія.
Посмотримъ теперь, въ какой мѣрѣ результаты вышепри-
веденныхъ экспериментальныхъ изслѣдованій получаютъ под-
крѣпленіе данныхъ клиники.

898

Прежде всего H. Jackson 1) въ своихъ работахъ еще въ
началѣ 70 годовъ впервые сдѣлалъ указаніе, что патоло-
гическіе процессы, развиваюшіеся въ опредѣленныхъ частяхъ
мозговой коры, вызываютъ у больныхъ одностороннія судороги
въ противоположной половинѣ тѣла иногда съ строго ограни-
ченнымъ характеромъ.
Этотъ фактъ затѣмъ былъ подтвержденъ въ такомъ коли-
чествѣ случаевъ, что въ настоящее время не возбуждается
даже вопроса объ отношеніи мозговой коры къ происхожденію
приступовъ т. наз. частичной падучей, которая получила на-
званіе Jackson’овской.
Съ другой стороны со времени изслѣдованій проф. Charcot
въ Парижѣ стало извѣстно, что полное разрушеніе двигатель-
ной области въ одномъ полушаріи вызываетъ половинный па-
раличъ, лишающій возможности человѣка не только произво-
дить произвольныя движенія членами противоположной стороны,
но и не допускающій возможности передвиженія. Однако пара-
личъ ноги въ этомъ случаѣ обыкновенно представляется
не столь полнымъ и стойкимъ, какъ параличъ верхней конеч-
ности.
Съ теченіемъ нѣсколькихъ недѣль или мѣсяцевъ больной
обычно получаетъ возможность передвигаться, волоча поражен-
ную конечность, тогда какъ параличъ въ рукѣ при полномъ разру-
шеніи двигательной области остается въ большинствѣ случаевъ
очень стойкимъ. Правда, со временемъ движеніе въ рукѣ улуч-
шается, но возстановленіе движенія происходитъ главнымъ
образомъ въ верхнихъ отдѣлахъ руки, тогда какъ параличъ
кисти и пальцевъ, хотя нѣсколько и улучшается съ теченіемъ
времени, но все же остается въ тяжеломъ положеніи почти
все время.
Равнымъ образомъ и въ ногѣ наиболѣе стойкимъ является
собственно параличъ движеній стопы и пальцевъ, вслѣдствіе
чего и происходитъ волоченіе ноги.
Что касается лица, то здѣсь параличъ проявляется почти
исключительно въ нижней его половинѣ и притомъ этотъ пара-
личъ проявляется лишь при произвольныхъ импульсахъ, тогда
какъ мимическія движенія обычно выполняются почти сим-
метрично на обѣихъ сторонахъ, какъ это наблюдается и у жи-
вотныхъ.
1) Н. Jackson. On the anat. phys. and path. invest. of epilepsie. West.
Riding Lunatic Asyl. med. Rep. 1873. V. III.

899

Далѣе при корковыхъ пораженіяхъ можетъ наступать одно-
сторонній парезъ туловища, въ силу чего вдыхательное движе-
ніе на парализованной сторонѣ обыкновенно бываетъ слабѣе
выраженнымъ, нежели на здоровой сторонѣ; равнымъ образомъ
больные, вслѣдствіе пареза мышцъ туловища, иногда не могутъ
удерживаться въ сидячемъ положеніи. Въ случаяхъ же когда
имѣется симметричное пораженіе мозговой коры и параличъ
мышцъ туловища оказывается двустороннимъ.
Что касается чувствительности, то она обычно оказывается
ослабленной на сторонѣ гемиплегіи.
Во всѣхъ вышеуказанныхъ явленіяхъ нельзя не видѣть
болѣе или менѣе полной аналогіи съ тѣми явленіями, которыя
мы наблюдали у животныхъ. Прежде всего не лишено значе-
нія то обстоятельство, что нижняя конечность, какъ предназна-
ченная главнымъ образомъ для локомоціи, поражается въ болѣе
слабой степени, нежели верхняя конечность, служащая глав-
нѣйшимъ органомъ для обособленныхъ движеній. При этомъ
и въ той, и въ другой конечности сильнѣе поражаются именно
болѣе удаленныя части (кисть и пальцы руки, стопа), которыя
болѣе всего приспособлены для отдѣльныхъ движеній. Такимъ
образомъ и здѣсь мы видимъ полнѣйшую аналогію съ тѣмъ,
что наблюдается у животныхъ.
Такимъ образомъ, если и существуетъ различіе между че-
ловѣкомъ и животными, то во всякомъ случаѣ не по суще-
ству, а лишь въ отношеніи степени двигательнаго разстройства.
Далѣе, обращаетъ на себя вниманіе тотъ фактъ, что локо-
моторныя движенія поражаются у человѣка много сильнѣе,
чѣмъ у животныхъ, и даже сильнѣе, нежели у обезьянъ.
Мы видѣли, что и у животныхъ вмѣстѣ съ переходомъ
отъ низшихъ типовъ къ болѣе высшимъ локомоторныя дви-
женія поражаются все сильнѣе и сильнѣе, а потому естественно
ожидать, что и у человѣка они должны поражаться въ болѣе
рѣзкой степени, нежели у обезьянъ.
Это слѣдовало ожидать тѣмъ въ большей степени, что вер-
тикальное положеніе туловища и передвиженіе на двухъ ко-
нечностяхъ безспорно представляетъ для дѣятельности локо-
моторнаго механизма значительно болѣе затрудненій, нежели
передвиженіе на четырехъ конечностяхъ, какое мы имѣемъ у
животныхъ.
Что касается того, что верхняя часть facialis при корковомъ
параличѣ у человѣка не поражается, то это объясняется без-
спорно двусторонней иннерваціей мышцъ верхней половины

900

лица, которая, какъ мы видѣли, представлена въ корѣ совер-
шенно обособленными центрами.
Наконецъ, сохраненіе мимическихъ движеній при корковыхъ
параличахъ также находится въ полномъ соотвѣтствіи съ тѣмъ,
что эти движенія, какъ показываютъ опыты надъ животными,
имѣютъ вполнѣ обособленный механизмъ, который притомъ же
получаетъ импульсы не съ одной только двигательной, но
также и съ другихъ корковыхъ областей.
Мы знаемъ далѣе, что у человѣка корковый параличъ, по-
добно тому, какъ и у животныхъ, даетъ возможность болѣе или
менѣе значительнаго улучшенія, но обыкновенно въ тяжелыхъ
случаяхъ повидимому никогда не наступаетъ полной свободы
передвиженія и пораженная нога даже и въ случаѣ возстано-
вленія способности къ передвиженію нѣсколько волочиться
по полу и представляетъ болѣе или менѣе ясно выраженныя
явленія разгибательной контрактуры, тогда какъ въ верхней
конечности обнаруживается ст теченіемъ времени сгибатель-
ная контрактура.
Расположеніе двигательныхъ центровъ у человѣка.
Что касается локализаціи отдѣльныхъ двигательныхъ цен-
тровъ у человѣка, то въ этомъ отношеніи всѣ данныя гово-
рятъ въ пользу того, что существуетъ весьма близкое соот-
вѣтствіе между расположеніемъ корковыхъ центровъ у обезь-
янъ и человѣка. Это соотвѣтствіе доказывается клиническими
наблюденіями случаевъ съ разрушеніемъ тѣхъ или другихъ
частей двигательныхъ областей мозговой коры.
Извѣстно, что уже Charcot на основаніи своихъ наблюденій
и наблюденій своихъ учениковъ установилъ, какъ общее
правило, что двигательные центры у человѣка расположены
на обѣихъ центральныхъ извилинахъ такимъ образомъ, что
въ самомъ верху вблизи внутренней поверхности мозга
расположены центры для нижней конечности, въ средней
части центральныхъ извилинъ расположены центры верхней
конечности и наконецъ въ нижней части центральныхъ изви-
линъ располагается центръ для лица, а ниже его центръ для
языка. Позднѣйшія наблюденія однако заставляютъ склониться
въ пользу того, что и у человѣка подобно высшимъ обезья-
намъ двигательные центры расположены главнымъ образомъ,
на передней центральной и заднихъ отдѣлахъ лобныхъ из-
вилинъ (фиг. 33).

901

Что касается центра для поворачиванія головы, то въ этомъ
отношеніи особенно заслуживаютъ вниманія наблюденія Hitzig’a1),
и Fränkel’я 2). Первый авторъ наблюдалъ больного, у котораго
существовалъ параличъ затылочныхъ мышцъ съ правой стороны,
благодаря чему голова была опущена впередъ и нѣсколько
влѣво. При вскрытіи была найдена опухоль правой лобной доли.
Fränkel въ своемъ случаѣ наблюдалъ раздраженіе лѣвыхъ
затылочныхъ мышцъ. Сначала голова слегка отклонилась вправо.
затѣмъ появился
двусторонній эф-
фектъ, развилось
сильное постепенно
возраставшее напря-
жете затылочныхъ
мышцъ вмѣстѣ съ
головной болью, по-
мраченіемъ сознанія
и лихорадкою. Вскры-
тіе обнаружило по-
верхностное кровеиз-
ліяніе въ лѣвую лоб-
ную долю, преимуще-
ственно при заднемъ
концѣ второй лобной
извилины и приле-
жащей части третьей
лобной извилины,
простиравшееся кза-
ди до передней центральной извилины. Въ одномъ изъ мо-
ихъ случаевъ при пораженіи задняго отдѣла первой лобной
извилины обнаруживался параличъ мышцъ предплечья и туло-
вища, Имѣются также клиническія наблюденія, говорящія въ
пользу существованія у человѣка въ заднемъ отдѣлѣ лобной
доли центра для сочетаннаго движенія глазъ, о чемъ подробнѣе
мы скажемъ въ другомъ мѣстѣ.
Далѣе имѣется цѣлый рядъ клиническихъ случаевъ, доказы-
вающихъ локализацію жевательныхъ мышцъ въ нижнемъ от-
дѣлѣ передней центральной извилины. Особенно интересны въ
1) Hitzig. Berl. Klin. Woch. № 29. 1892.
2) Frankel. Charité-Annalen. 1886.
Фиг. 33. Схема человѣческаго мозга: Р— центръ ноги, M—
центръ руки, Р—центръ лица, L—центръ языка, К —центръ
жеванія и глотанія, Т—центръ туловища, О—центръ дви-
женій глазъ.

902

этомъ отношеніи случаи Lepine’a 1), Langer’a 2), Hirt’a 8) и Bar-
low’a 4). Dana 5) приводитъ случай съ параличемъ языка и губъ
при геморрагическомъ энцефалитѣ корковой и подкорко-
вой части нижняго отдѣла задней центральной извилины
и прилежащей части нижней lobi parietalis. Это заставляетъ
признать, что у человѣка центръ губъ и центръ языка
лежатъ въ ближайшемъ сосѣдствѣ другъ съ другомъ, причемъ
верхняя часть центра языка связана съ жевательными дви-
женіями, нижняя же его часть съ артикуляціонными движеніями.
Особенности корковыхъ параличей.
Въ дополненіе къ работамъ Charcot и др. авторовъ, устано-
вившихъ первоначально общую локализацію въ корѣ человѣка
центровъ лица, руки и ноги и доказавшихъ, что характерною
особенностью корковыхъ пораженій являются параличи отдѣль-
ныхъ членовъ или такъ называемыя моноплегіи, необходимо
замѣтить, что эти параличи имѣютъ существенныя отличія
отъ параличей периферическихъ въ томъ отношеніи, что при
моноплегіяхъ обыкновенно дѣло не идетъ о полномъ параличѣ
того или другого члена, а лишь о параличѣ опредѣленныхъ
мышечныхъ группъ.
Мы уже упоминали выше, что при корковыхъ пораже-
ніяхъ обыкновенно прекращается функція нижней части
лица, т. е. мышцъ, окружающихъ область рта, которыя приспо-
соблены для отдѣльныхъ движеній; мышцы же верхней части
лица, обыкновенно сокращающіяся совмѣстно на обѣихъ сторо-
нахъ, сохраняютъ свою функцію въ отличіе отъ перифериче-
скихъ параличей лицеваго нерва, при которыхъ поражаются
всѣ мышцы одной стороны лица.
При пораженіи центра языка обыкновенно поражаются лишь
мышцы, поворачивающія языкъ въ противоположномъ напра-
1) Lepine. Revue de méd. 1882.
2) Langer. Ueber Kaumuskellähmung und Trismus bei Herderkrankungen
des Gehirns. Wien. Med. Woch. 1886.
3) Hirt. Zur localisation des corticalen Kaumuskelcentrums beim Menschen.
Berl. Klin. Woch. 1887. № 27.
4) Barlow. The Brit. med. Journ. 1887.
5) Dana. A case of cerebral bulbar paralyses etc. Philos. Med. Journ.
Vol. IX. 1902. Jahresb. f. Neurologie und Psychiatrie für 1902, стр. 156.

903

вленіи и вытягивающія его впередъ, тогда какъ другія мышцы
языка въ большей или меньшей мѣрѣ представляются сохра-
ненными.
Сходственныя отношенія мы имѣемъ и въ корковыхъ пара-
личахъ области n. accessorii Willisii. Обыкновенно при мозговыхъ
параличахъ та вѣтвь этого нерва, которая обезпечиваетъ m.
sterno-cleido-mastoideum остается пощаженной, тогда какъ вѣтвь
для m. cucullaris представляется парализованной, что характери-
зуется отвисаніемъ плеча и ослабленіемъ его произвольнаго
поднятія, между тѣмъ какъ дыхательныя движенія трапеціе-
видной мышцы остаются сохраненными.
Что касается корковыхъ параличей конечностей, то уже
Wernicke 1) указалъ на тотъ фактъ, что при церебральныхъ ге-
миплегіяхъ даже въ тяжелыхъ случаяхъ, по крайней мѣрѣ въ
дальнѣйшей картинѣ явленій, не бываетъ полнаго и равномѣр-
наго паралича нижней конечности. При этомъ болѣе подробное
изслѣдованіе показываетъ, что тѣ мышечныя группы, которыя
представляются наиболѣе важными при выполненіи движеній
ходьбы, сохраняютъ еще въ значительной мѣрѣ свою функцію.
Къ этимъ мышечнымъ группамъ относятся сгибатели бедра,
производящіе выставленіе ноги впередъ при ходьбѣ, затѣмъ
разгибатели колѣннаго сустава, также участвующіе въ выста-
вленіи ноги впередъ при ходьбѣ, и наконецъ подошвенные
сгибатели стопы, которые необходимы для отталкиванія стопы
при ходьбѣ, тогда какъ разгибатели бедра, сгибатели колѣннаго
сустава и тыльные сгибатели стопы обыкновенно парализуются
въ сильной степени.
При параличахъ менѣе тяжелыхъ сгибатели бедра, разги-
батели колѣна и подошвенные сгибатели стопы большею частью
остаются почти совершенно непарализованными, тогда какъ
прочія мышечныя группы обнаруживаютъ болѣе или менѣе
рѣзкій параличъ.
Сходственныя явленія наблюдаются и при мозговыхъ пара-
личахъ верхней конечности. Обыкновенно даже въ тяжелыхъ
параличахъ современемъ происходитъ нѣкоторое возстановленіе
двигательной способности руки, причемъ сгибатели возстано-
вляются много быстрѣе и полнѣе по сравненію съ разгибате-
лями. Равнымъ образомъ и мышцы, производящія движеніе
1) С. Wernicke. Zur Kenntnis der cerebralen Hemiplegie. Berl. klin. Woch. 1889.
№ 45.

904

руки кпереди и въ сторону (отъ туловища), возстановляютъ
свою работоспособность скорѣе, нежели разгибатели.
Если мы обратимся къ мышцамъ плечевого пояса, то оказы-
вается, что приведеніе плеча, выполняемое сокращеніемъ m.
cucullaris и т. latissimi dorsi, обыкновенно сохраняется въ боль-
шей или меньшей мѣрѣ, если конечно параличъ предста-
вляется неполнымъ, тогда какъ подниманіе и другія движенія
плеча, производимыя m. cucullare, m. levatore anguli, m. rhomboideo
и m. pectorale, представляются болѣе или менѣе значительно пара-
лизованными.
Mann 1), подтвердившій въ общемъ характеръ распредѣленія
параличныхъ разстройствъ въ конечностяхъ при черепно-моз-
говыхъ параличахъ, смотритъ однако на эти различія въ пора-
женіи различныхъ мышечныхъ группъ съ точки зрѣнія функ-
ціональной сопринадлежности опредѣленныхъ мышечныхъ
группъ. Такъ, при ходьбѣ дѣйствуютъ собственно двѣ функціо-
нально различныя мышечныя группы: 1) разгибатели и сгиба-
тели бедра, разгибатели голени и подошвенные сгибатели стопы,
которые работаютъ совмѣстно въ тотъ моментъ, когда нога еще
опирается стопою о землю и когда ее необходимо отдѣлить отъ
земли путемъ удлиненія ея; 2) сгибатели бедра, сгибатели го-
лени и тыльные сгибатели стопы, работающіе во второй періодъ
шага и укорачивающіе ногу при качаніи впередъ. По Mann’у
при черепно-мозговыхъ гемиплегіяхъ всѣ мышечныя группы
нижнихъ конечностей, которыя удлиняютъ ногу при движеніи
относительно сохраняются, тогда какъ мышечныя группы,
укорачивающія ногу при ходьбѣ, парализуются въ болѣе или
менѣе значительной степени. Только сгибатели бедра, участву-
ющіе и въ первый (для укрѣпленія таза), и во второй моментъ
шага, остаются болѣе пощаженными, какъ и всѣ мышцы,
участвующія въ первый моментъ шага.
Кромѣ того исключеніе сгибателей бедра можетъ объясняться
и тѣмъ, что m. rectus femoris одновременно производить сгибаніе
бедра и выпрямленіе голени. Изъ прочихъ движеній нижней
конечности отводящія мышцы всегда поражаются сильнѣе, не-
жели приводящія. Вмѣстѣ съ тѣмъ Mann на основаніи своихъ
наблюденій приходить къ выводу, что тѣ же отношенія въ
1) Mann. Ueber den Lahmungstypus bei der cerebralen Hemiplegie. Sam-
mlungs Klin. Vortr. von Volkmann. № 132, Leipzig. 1895. Его же. Klinische u.
anatomische Beiträge z. Lehre von der spinalen Hemiplegie. Deut. Zeitschr. f.
Nervenh. 10. 1897.

905

различной степени паралича наблюдаются и при спиналь-
ныхъ параличахъ, обусловленныхъ пораженіемъ пирамидныхъ
путей.
Наконецъ, позднѣйшія изслѣдованія по этому вопросу д-ра
Щеголева 1) привели къ слѣдующимъ результатамъ: при цере-
бральной гемиплегіи извѣстныя движенія и обезпечивающія ихъ
мышечныя группы либо совершенно не парализуются, либо,
если и парализутся, то со временемъ происходитъ возстановленіе
движеній до нормы. Сюда относятся мышцы, при посредствѣ
которыхъ выполняются движенія головы, какъ напримѣръ:
1) шейныя и затылочныя мышцы; 2) мышцы туловища, т.е. дыха-
тельныя, брюшныя и спинныя мышцы; 3) жевательныя мышцы,
4) мышцы мягкаго неба, мышцы надгортанника, и 6) мышцы,
предназначенныя для фонаціи. Сюда же принадлежатъ мышцы,
снабжаемыя верхней вѣтвью facialis и наконецъ мышцы
глазъ.
Что касается нижней вѣтви facialis и n. hypoglossi, то, хотя и
не имѣется обыкновенно стойкаго паралича въ мышцахъ,
снабжаемыхъ этими нервами, тѣмъ не менѣе во всѣхъ наблю-
даемыхъ авторомъ случаяхъ существовалъ парезъ, который
съ теченіемъ болѣе или менѣе продолжительнаго времени, въ
большинствѣ случаевъ совсѣмъ исчезаетъ и лишь въ еди-
ничныхъ случаяхъ можетъ быть обнаруженъ даже по истеченіи
многихъ лѣтъ.
Что касается аффективныхъ движеній лица, то обыкно-
венно рѣдко они не поражаются вовсе; чаще же они пора-
жаются наравнѣ съ другими двусторонне иннервируемыми
мышцами.
Въ общемъ параличъ при церебральной гемиплегіи по-
ражаетъ сильнѣе всего верхнюю конечность, въ меньшей сте-
пени поражается нижняя конечность и сравнительно незначи-
тельныя двигательныя разстройства наблюдаются въ области
нижняго facialis и n. hypoglossi, хотя замѣтные слѣды пареза
здѣсь нерѣдко обнаруживаются еще спустя много лѣтъ.
Полный церебральный параличъ можетъ наблюдаться только
въ верхней конечности, но никогда онъ не наблюдается въ
нижней конечности, а равно и въ мышцахъ нижняго отдѣла
лица и въ языкѣ.
1) Щеголевъ. Объ участіи отдѣльныхъ мышечныхъ группъ въ парали-
чахъ и контрактурахъ при церебральной гемиплегіи. Обозр. псих. 1901. См.
также Щеголевъ, Jnaug Diss. Erlangen. 1900.

906

Всѣ прочіе мышечные комплексы подвергаются лишь из-
рѣдка и притомъ легкимъ разстройствамъ, которыя со време-
немъ совершенно исчезаютъ.
При возстановленіи двигательной способности, которое боль-
шей частью бываетъ неполнымъ на верхней конечности, вновь
возвращаются къ движенію мышечныя группы, поворачиваю-
щія верхнюю конечность и притомъ поворачивающія ее кнутри
возстановляются въ своей функціи лучше мышцъ, поворачиваю-
щихъ руку кнаружи, съ другой стороны сгибатели руки въ
локтѣ востановляются лучше разгибателей и сгибатели паль-
цевъ лучше ихъ разгибателей. На нижней конечности обыкно-
венно сгибатели бедра, колѣна и тыльные сгибатели
голеностопнаго состава парализуются сильнѣе разгибателей,
чѣмъ и объясняется обычное въ этихъ случаяхъ волоченіе
ноги.
Надо замѣтить однако, что вышеуказанныя наблюденія
встрѣтили возраженія со стороны другихъ авторовъ. Такъ,
Marinesco, приходя къ выводу, что различныя мышцы тѣла не-
одинаково подчинены мозговой корѣ, полагаетъ, что разгиба-
тели и вообще всѣ мышцы, приспособленныя для движеній
противодѣйствія, болѣе непосредственно подчинены корѣ, не-
жели сгибатели.
Далѣе Clavey1) провѣряя изслѣдованія вышеуказанныхъ
авторовъ, приходитъ къ выводу, что, хотя дѣйствительно въ
конечностяхъ при мозговыхъ пораженіяхъ парализуются не от-
дѣльныя мышцы или группы мышцъ, иннервируемыя тѣми или
другими нервами, а оказываются парализованными собственно
мышечные комплексы, но авторъ не соглашается съ мнѣніемъ
вышеназванныхъ авторовъ относительно неравномѣрнаго пора-
женія различныхъ мышечныхъ комплексовъ.
Онъ оспариваетъ заявленіе Mann’a относительно преобла-
дающаго пораженія отводящихъ мышцъ нижнихъ конеч-
ностей.
По Clavey’ю дѣло сводится къ тому, что при мозговыхъ
пораженіяхъ происходитъ наростаніе паралича въ конечно-
стяхъ по мѣрѣ удаленія ихъ частей отъ туловища.
По взгляду Monakow’a 2) всѣ сложныя движенія выполняются
чрезъ взаимодѣйствіе многихъ нервныхъ компонентовъ различ-
1) Clavey. Récherehes cliniques sur les grouppes musculaires paralysés
dans l’hemiplegie de l’origine cérébrale Thése. Paris. 1897.
2) Monakow. Nothnagel’s Handbuch. d. spec. Path. u. Ther. Bd. IX.

907

наго достоинства какъ корковыхъ, такъ и подкорковыхъ; первые
преобладаютъ въ болѣе сложныхъ движеніяхъ, пріобрѣтаемыхъ
путемъ упражненія и при содѣйствіи памяти и представленій,
въ то время, какъ другія, обыкновенно безсознательно произ-
водимыя движенія, къ которымъ относятся многія двусторон-
нія, выполняются чрезъ низшіе подкорковые компоненты.
Такимъ образомъ различное состояніе отдельныхъ частей
тѣла при гемиплегіи менѣе зависитъ отъ различія въ мѣстѣ
пораженія, нежели отъ преформированныхъ отношеній, въ ко-
торыхъ эти части тѣла и функціи ихъ представлены съ одной
стороны въ корѣ и съ другой стороны въ подкорковыхъ ча-
стяхъ мозга.
Такъ напр. рука изъ всѣхъ частей тѣла выполняетъ боль-
шинство сознательныхъ движеній и упражняется въ теченіе
жизни въ отношеніи сложныхъ функцій, вслѣдствіе чего,
въ корѣ и въ системахъ, связывающихъ ее съ подкорковыми
узлами, онѣ представлены очевидно, многими нервными эле-
ментами; поэтому естественно, что пораженіе, повреждающее
кору или подкорковый путь двигательнаго аппарата, должно
сильнѣе всего поражать движенія руки.
Rothmann 1) по поводу ученія о гемиплегіи высказывается
слѣдующимъ образомъ:
Полный вялый головной параличъ является результатомъ
полнаго перерыва нисходящихъ двигательныхъ путей, напр.
при пораженіи внутренней капсулы, когда поражаются пира-
мидный и другіе пути, идущіе отъ коры къ узламъ
межуточного и средняго мозга. Возстановляющаяся въ
теченіе ближайшихъ недѣль активная подвижность является
слѣдствіемъ вновь полученной самостоятельности подкорко-
выхъ центровъ, которую они имѣютъ у болѣе низшихъ
животныхъ.
Преимущественное возстановленіе сгибателей руки и раз-
гибателей ноги вполнѣ объясняется своеобразнымъ разви-
тіемъ мускулатуры человѣка, обусловленнымъ его вертикаль-
нымъ положеніемъ.
Возстановленіе этихъ мышцъ при параличѣ другихъ ведетъ
послѣдовательно къ контрактурамъ. Позднѣйшее возстановленіе
идетъ уже насчетъ подкорковыхъ центровъ.
У человѣка сохраненіе thalamus’a существенно необходимо
1) Rofhmann. Arch. f. Psych. XXVI. 1904.

908

для возстановленія, тогда какъ сохраненіе мозжечка имѣетъ
мало значенія. Теорія задержки такимъ образомъ совершенно
отстраняется.
Точка зрѣнія автора.
Что касается нашихъ личныхъ воззрѣній на этотъ счетъ.
то мы полагаемъ, что различіе въ степени пораженія различ-
ныхъ мышечныхъ группъ при корковыхъ и подкорковыхъ па-
раличахъ объясняется ихъ неодинаковыми функціональными
отношеніями.
Прежде всего движенія, требующія болѣе или менѣе энер-
гичнаго участія мышцъ той и другой стороны, обыкновенно
менѣе всего поражаются при мозговыхъ параличахъ, что объ-
ясняется двусторонней корковой иннерваціей этихъ мышцъ.
Съ другой стороны корковые параличи суть по преимуще-
ству параличи обособленныхъ движеній, а потому при корко-
выхъ параличахъ поражаются слабѣе всего тѣ мышечныя
группы, которыя въ большей степени участвуютъ въ рефлек-
торныхъ, ассоціированныхъ и локомоторныхъ отправленіяхъ и въ
тоже время менѣе приспособлены для выполненія обособленныхъ
движеній, и наоборотъ всѣ тѣ мышечныя группы, которыя менѣе
значительно участвуютъ въ рефлекторныхъ, ассоціированныхъ
и локомоторныхъ движеніяхъ и болѣе всего приспособлены
для выполненія обособленныхъ движеній, поражаются при кор-
ковыхъ параличахъ всего сильнѣе.
Такъ, при корковомъ параличѣ лица верхняя его часть не
поражается, вслѣдствіе того, что она участвуетъ совмѣстно въ
движеніяхъ другой стороны, благодаря двусторонней иннерва-
ціи ея мышцъ, и кромѣ того служитъ главнымъ выразителемъ
душевныхъ движеній.
Точно также при параличѣ шейныхъ мышцъ m. sternocleido-
mastoideus, служащій для поворота головы и участвующій въ
рефлекторныхъ движеніяхъ глазъ и головы, обыкновенно не
поражается, тогда какъ вѣтвь, идущая къ m. cucullaris, участ-
вуетъ въ параличѣ, хотя и слабо, выражаясь нѣкоторымъ опу-
щеніемъ плеча, между тѣмъ какъ вѣтвь, идущая къ ключич-
ному отдѣлу мышцы и служащая для дыхательной функціи
не поражается по крайней мѣрѣ существеннымъ образомъ.
Съ другой стороны, изъ мышцъ верхней конечности

909

обычно слабѣе всего поражаются мышцы, производящія дви-
женіе руки впередъ и назадъ въ плечевомъ суставѣ, что нетрудно
объяснить особеннымъ участіемъ этихъ движеній въ локомо-
торныхъ движеніяхъ. Изъ другихъ мышцъ руки мышцы кисти
поражаются сильнѣе всего, какъ наиболѣе приспособленныя
къ обособленнымъ движеніямъ; далѣе сгибатели предплечья,
кисти и пальцевъ и подвертыватели предплечья поражаются
легче разгибателей предплечья, пальцевъ и кисти и отверты-
вателей предплечья, вслѣдствіе чего движеніе въ первыхъ
всегда возстановляется ранѣе движенія вторыхъ.
Фактъ этотъ очевидно также стоитъ въ соотношеніи съ
тѣмъ, что мышцы, отводящія руку въ плечевомъ суставѣ,
сгибатели и подвертыватели предплечья участвуютъ болѣе въ
обособленныхъ движеніяхъ, нежели приводители руки въ
плечѣ, разгибатели ея и отвертыватели предплечья.
Что касается корковаго паралича ноги, то и здѣсь нерав-
номѣрное пораженіе мышцъ можетъ быть объяснено тѣмъ, что
мышцы, сгибающія ногу въ тазобедренномъ составѣ, разгибаю-
щія колѣно и производящія подошвенное сгибаніе стопы пред-
ставляются наиболѣе важными для локомоціи, вслѣдствіе чего
они и поражаются менѣе другихъ, тогда какъ сгибатели колѣна
и тыльные сгибатели стопы, а также ея приводители и отво-
дители, какъ болѣе участвующія въ обособленныхъ движеніяхъ,
поражаются сильнѣе.
Необходимо замѣтить, что и контрактуры въ общемъ слѣ-
дуютъ тому же закону, какъ и параличи. Свободными отъ кон-
трактуръ являются мышцы facialis 1), а также шейныя и заты-
лочныя мышцы, подниматели плеча, отводители и отверты-
ватели. Между тѣмъ абдукторы подвергаются контракту-
рамъ въ 2/3 случаевъ, равнымъ образомъ довольно часто
(въ 1/3 случаевъ) подвергаются контрактурамъ сгибатели пред-
плечья. Также часто подвергаются контрактурамъ подвертыва-
тели предплечья. Нѣсколько менѣе часты контрактуры ла-
донныхъ сгибателей кисти, напротивъ того нѣсколько чаще
подвергаются контрактурамъ сгибатели пальцевъ, включая и
большой, особенно же сгибатели послѣдней фаланги, разгиба-
тели же пальцевъ лишь крайне рѣдко подвергаются контракту-
рамъ; тогда какъ приводители и отводители пальцевъ контрак-
турамъ вовсе не подвергаются.
1) Въ одномъ случаѣ я видѣлъ однако замѣтную контрактуру лица, какъ
послѣдствіе мозгового паралича.

910

На нижней конечности во всѣхъ сочлененіяхъ контракту-
рамъ подвергаются исключительно разгибатели и притомъ въ
легкой степени.
Наши наблюденія говорятъ въ пользу того, что контрактуры
въ нижнихъ конечностяхъ, поражающія обыкновенно разгиба-
тели, встрѣчаются далеко нерѣдко. Во всякомъ случаѣ въ
нашихъ случаяхъ они были отмѣчаемы не въ единичныхъ
только случаяхъ, какъ полагаетъ д-ръ Щеголевъ, хотя все же
значительно рѣже, нежели контрактуры верхнихъ конечностей.
Что касается причины неодинаковости пораженій отдѣль-
ныхъ мышечныхъ группъ, то очевидно, что для мышцъ, непо-
ражаемыхъ контрактурами, имѣются корковыя области, вполнѣ
компенсирующія параличныя разстройства, а для мышцъ, бы-
стрѣе возстановляющихъ свою двигательную соособность по
сравненію съ другими, имѣются области, которыя компенси-
руютъ ихъ двигательныя разстройства по крайней мѣрѣ въ боль-
шей мѣрѣ, нежели двигательныя разстройства въ области дру-
гихъ мышцъ.
Эта компенсація согласно эксприментальнымъ даннымъ мо-
жетъ исходить, какъ изъ корковыхъ центровъ другого полу-
шарія, такъ и изъ сосѣднихъ корковыхъ центровъ соотвѣт-
ствующаго полушарія. Кромѣ того нельзя отрицать того, что
въ извѣстныхъ случаяхъ и участіе корковыхъ центровъ въ
мышечныхъ движеніяхъ представляется неодинаковымъ. Одни
движенія могутъ быть исключительно подчиненными психикѣ,
какъ напр., волевыя движенія, тогда какъ другія суть ничто иное
какъ психо-рефлекторныя, причемъ психика при посредствѣ
корковыхъ центровъ лишь пользуется рефлекторными двига-
тельными механизмами, какъ вполнѣ уже готовыми координи-
рующими центрами. Таковы напр. движенія смѣха, выполняемыя
при посредствѣ подкорковыхъ центровъ, хотя импульсы для
нихъ исходятъ изъ мозговой коры.
Само собою разумѣется, что возстановленіе нарушенныхъ
движеній въ этомъ случаѣ не можетъ обойтись безъ участія
подкорковыхъ центровъ.
Такимъ образомъ и у человѣка, какъ и у животныхъ, мы
должны отмѣтить три источника компенсаціи:
1) дѣятельность аналогичныхъ центровъ другого полушарія,
2) дѣятельность сосѣднихъ центровъ того же полушарія и нако-
нецъ 3) дѣятельность нижележащихъ подкорковыхъ центровъ.

911

Болѣе дробное дѣленіе корковыхъ центровъ у человѣка.
Нужно замѣтить, что въ нѣкоторыхъ случаяхъ при пораже-
ніи мозговой коры наблюдаются частичные параличи верхнихъ
и нижнихъ конечностей, что говоритъ безспорно за существо-
ваніе обособленныхъ центровъ для мышечныхъ группъ той и
другой конечности, предназначенныхъ для выполненія отдѣль-
ныхъ движеній. Такъ напр. въ случаѣ Proisier былъ наблюдаемъ
первоначально параличъ экстензоровъ руки, который затѣмъ
перешелъ въ ручную моноплегію. Въ случаѣ Hahn’a дѣло шло
о параличѣ трехъ первыхъ пальцевъ; въ случаѣ Martin’a дѣло
шло о параличѣ facialis и области mediani; въ случаѣ Pick’a на-
блюдался вмѣстѣ съ афазіей параличъ разгибателей правой
руки безъ атрофіи мышцъ и реакціи перерожденія.
Всѣ эти данныя говорятъ въ пользу дробной локализаціи
корковыхъ центровъ въ мозгу человѣка подобно тому, какъ
это доказывается и при опытахъ на животныхъ, особенно на
обезъянахъ.
Нѣкоторыя изъ позднѣйшихъ наблюденій устанавливаютъ
болѣе или менѣе точнымъ образомъ только что указанную
дробную локализацію въ корѣ мозга центровъ для членовъ
противоположной стороны.
Въ этомъ отношеніи нужно указать прежде всего на случаи,
допускающіе установленіе локализаціи для различныхъ мышцъ
руки. Извѣстно, что еще Exner въ своей статистической работѣ
указалъ на то обстоятельство, что центръ для большаго пальца
имѣетъ нѣкоторую самостоятельность и что онъ долженъ за-
нимать самый нижній отдѣлъ центра для руки. За такую само-
стоятельность центра для большого пальца руки аналогично
вышеприведеннымъ опытамъ надъ обезьянами говоритъ между
прочимъ и наблюденіе Lepine’а), который имѣлъ у себя боль-
ного съ корковымъ параличемъ руки и четырехъ пальцевъ, но
безъ паралича большого пальца.
Далѣе въ литературѣ имѣется нѣсколько случаевъ корко-
вой эпилепсіи, начинавшейся сокращеніями въ мышцахъ боль-
шого пальца съ опредѣленной локализаціей въ области его
центра. Сюда относится между прочимъ случай Horsley’a, кото-
рый въ случаѣ корковой эпилепсіи, постоянно начинавшейся
1) Ledine. Revue mens. Juni 1885.

912

съ большого пальца, удалилъ бугорокъ, помѣщавшійся на
мозговой поверхности въ мѣстѣ, соотвѣтствующемъ центру
большого пальца на мозгу обезьяны.
Упомянемъ здѣсь же о случаѣ Fetter’a съ корковымъ раз-
драженіемъ центра большого пальца, языка и лица, сооб-
щенномъ въ его прекрасномъ рефератѣ о новыхъ опытахъ надъ
большимъ мозгомъ 1): Анемичный мальчикъ, 9 лѣтъ, заболѣлъ
29 октября 1886 г. общимъ психическимъ безспокойствомъ,
дрожаніемъ при письмѣ, сокращеніемъ въ лѣвомъ углу рта
и въ пальцахъ лѣвой руки, которые то сгибались, то вытяги-
вались, такъ что онъ ничего не могъ ими держать. 4 ноября
больной слегъ въ постель и у него обнаружился парезъ лѣ-
ваго facialis, лѣвой руки и лѣвой ноги, вмѣстѣ съ тѣмъ поя-
вилась сонливость, t° 38 °; черезъ короткіе промежутки обнару-
живались у больного сокращенія въ лѣвой половинѣ рта, кото-
рый то стягивался прямо кверху (m. lev. labiae sup.), то косо внизъ
и кнаружи (m. triangularis), иногда же оба движенія совпадали, при-
водя къ сокращенію лѣвый уголъ рта; въ другое время судороги
переходили на ушныя мышцы, вслѣдствіе чего лѣвое ухо сильно
ритмически оттягивалось кзади, вмѣстѣ съ тѣмъ лобъ сильно стя-
гивался кверху, затѣмъ книзу, причемъ и жевательныя мышцы
(masseteres) нѣсколько напрягались. Языкъ то вдругъ оттяги-
вался назадъ, то вмѣстѣ съ уменьшеніемъ его ширины и
утолщеніемъ спинки (сокращеніе поперечныхъ мышцъ) вытяги-
вался кпереди, то снова оттягивался кзади, что попере-
мѣнно длилось часами. Въ лѣвой рукѣ замѣчались ритмиче-
скія сокращенія только въ большомъ пальцѣ. Затѣмъ раз-
вилось безсознательное состояніе и 9 ноября наступила смерть.
Діагносцированъ энцефалитъ въ области нижней трети перед-
ней центральной извилины до колѣна Роландовой борозды
Вскрытіе обнаружило энцефалитъ средней трети центральныхъ
извилинъ. Очевидно, что энцефалитъ въ данномъ случаѣ обу-
словилъ выпаденіе центра руки и раздраженіе въ сосѣднихъ
центрахъ большаго пальца, нижней лицевой области, языка
и уха.
Что касается центра для вытяженія ручной кисти, то со-
гласно съ локализаціей его у обезьянъ въ передней части
центра руки также и клиническія наблюденія Raymond’a, Mahon’a,
Bergmann’a и др. указываютъ на аналогичную локализацію у
человѣка, вслѣдствіе чего Jastrowitz помѣщаетъ центръ для
1) A. Fetter. Deut. Arch. f. klin. Med. 1894. Bd. 5.

913

разгибанія ручной кисти въ передней центральной извилинѣ
противъ средней лобной извилины.
Что касается центровъ для мышцъ нижней конечности,
то, какъ мы видѣли выше, по изслѣдованіямъ Horsley и у
обезьянъ имѣется обособленный центръ большого пальца,
помѣщающійся у макаки надъ верхнимъ концомъ Роландовой
борозды на обѣихъ центральныхъ извилинахъ и тамъ же у
оранга на передней центральной извилинѣ.
Не подлежитъ сомнѣнію, что и у людей этотъ центръ предста-
вляется обособленнымъ. Въ пользу этого между прочимъ говоритъ
случай Jastrowitz’a, который наблюдалъ у больного долговременную
изолированную судорогу большого пальца правой ноги, причиною
которой была опухоль съ бобъ величиною, сидѣвшая на лѣвой
задней центральной извилинѣ на 4 сантм. ниже продольной
щели (fis. longitudinalis). Подобное же значеніе имѣетъ на-
блюденіе Péan’a, который трепанировалъ больного съ корковой
падучей, начинавшейся съ большого пальца правой ноги, и
удалилъ у больного въ соотвѣтствующей области фиброміому
мягкой мозговой оболочки съ исходомъ въ выздоровленіе. На-
конецъ, сюда относится и наблюденіе Horsley’я 1), который наблю-
далъ прекращеніе корковыхъ судорогъ, начинавшихся въ боль-
шомъ пальцѣ ноги, вслѣдъ за удаленіемъ рубца въ верхнемъ
отдѣлѣ передней центральной извилины.
Здѣсь кстати упомянуть, что вышеприведенныя наблюденія
кромѣ дробной локализаціи въ мозговой корѣ свидѣтельству-
ютъ между прочимъ о частомъ совпаденіи при корковыхъ по-
раженіяхъ симптомовъ раздраженія и паралича, что можетъ
быть не безъ значенія для діагноза этихъ случаевъ.
Опыты съ раздраженіемъ двигательныхъ центровъ
коры у человѣка.
Большое значеніе для выясненія дробной дифференціаціи
корковыхъ двигательныхъ центровъ у человѣка имѣютъ изслѣ-
дованія возбудимости мозговой коры съ помощью тока въ слу-
чаяхъ оперативнаго вмѣшательства по методу Horsley’я при
падучей. Впрочемъ, первое изслѣдованіе съ раздраженіемъ коры
у человѣка было предпринято въ Америкѣ д-ромъ Bartholow’ымъ
не съ хирургическими цѣлями. Оно было произведено надъ
1) Horsley. Int. journ. of med. science. April. 1887.

914

женщиною, страдавшею ракомъ, которымъ была съѣдена череп-
ная крышка въ теменной области. Раздраженіе обнаженной
поверхности дало возможность убѣдиться, что у человѣка раз-
драженіемъ фарадическаго тока въ области центральныхъ изви-
линъ подобно тому, какъ и у животныхъ, удается вызвать дви-
женія членовъ, и что при болѣе продолжительномъ раздраженіи
въ этой области судороги переходятъ въ эпилептическій при-
ступъ. Кромѣ такого общаго вывода этотъ случай, какъ извѣ-
стно, кончившійся печально, не имѣлъ другихъ результатовъ.
Къ тому же вышеуказанныя данныя въ сущности не пред-
ставляли особенно новаго даже и для того времени, такъ какъ
часто встрѣчающіеся случаи корковой или частичной эпилепсіи
врядъ ли у кого-либо оставляли сомнѣніе въ томъ, что на по-
верхности коры человѣческаго мозга имѣется возбудимая къ
току область подобная той, которая наблюдается и у живот-
ныхъ.
Гораздо болѣе поучительны въ этомъ отношеніи позднѣйшія
сообщенія проф. Ferrier’a, Horsley’я и др.
Первый приводитъ 4 случая раздраженія мозговой коры у
человѣка въ случаяхъ операціи по поводу эпилепсіи Эти
случаи приводятъ автора къ заключенію, что эффектъ раздра-
женія мозговой коры у человѣка поразительнымъ образомъ
гармонируетъ съ эффектами электрическаго раздраженія коры
обезьянъ, откуда авторъ дѣлаетъ дальнѣйшій выводъ, что функ-
ціональныя свойства человѣческой коры въ общемъ тожде-
ственны съ функціональными свойствами коры болѣе низшихъ
приматовъ.
Horsley имѣлъ 6 случаевъ корковаго раздраженія, изъ кото-
рыхъ приведемъ краткія свѣдѣнія о слѣдующихъ двухъ:
Въ одномъ случаѣ онъ изслѣдовалъ у мальчика, страдав-
шаго эпилепсіей, правую область facialis съ помощью фаради-
ческаго тока такой силы, что на языкѣ получалось совершенно
явственное ощущеніе. При этомъ вызывались движенія лишь
на противоположной сторонѣ лица съ точекъ, совершенно отдѣль-
ныхъ другъ отъ друга.
Во второмъ случаѣ изслѣдованіе было произведено надъ
взрослымъ человѣкомъ, въ теченіе 39 лѣтъ страдавшимъ частич-
ной падучей.
Въ этомъ случаѣ припадки начинались предвѣстниками
(аурой) въ лѣвой кисти и верхней конечности, вслѣдъ затѣмъ
1) См. сообщ. на международномъ конгрессѣ въ Берлинѣ.

915

обнаруживалось ея поднятіе чрезъ вытяженіе плеча, послѣ
того судороги переходили на нижнюю конечность и лицо и,
наконецъ въ болѣе слабой степени переходили и на правую
половину туловища. При операціи была вскрыта область верх-
ней конечности. Первыя движенія появились лишь въ большомъ
пальцѣ при силѣ тока, производившей ясную боль на языкѣ.
При этомъ были изслѣдованы токомъ задній конецъ верх-
ней лобной борозды, небольшой отдѣлъ задней центральной
извилины и значительная часть передней центральной изви-
лины съ небольшой прилежащей частью верхней и средней лоб-
ной извилины и изъ всѣхъ этихъ областей результаты полу-
чились лишь при раздраженіи передней центральной извилины.
При этомъ эффектъ электрическаго раздраженія передней
центральной извилины въ направленіи сверху внизъ выра-
зился слѣдующимъ образомъ: тотчасъ надъ уровнемъ верх-
ней лобной борозды раздраженіе дало приведеніе плеча,
вытяженіе верхней конечности съ пронаціей кистевого сустава.
Раздраженіе тотчасъ ниже предыдущаго дало сгибаніе всѣхъ
пальцевъ и вытяженіе кистевого сустава и движеніе предплечья.
Раздраженіе еще ниже предыдущаго дало сгибаніе всѣхъ
пальцевъ, вытяженіе кистевого сустава съ пронаціей. Слѣдую-
щее раздраженіе дало сгибаніе указательнаго пальца и нако-
нецъ послѣднее раздраженіе дало легкое отведеніе большого
пальца и пригибаніе его къ ладони.
На другихъ наблюденіяхъ подобнаго же рода, заявленныхъ
въ литературѣ позднѣе, мы не будемъ останавливаться.
Замѣтимъ лишь, что L. Lamácq 1) сопоставилъ преимуще-
ственно изъ американской литературы всѣ случаи съ хирурги-
ческимъ вскрытіемъ двигательной области у людей, которые
позволяли сдѣлать тѣ или другія заключенія относительно
дробной локализаціи двигательныхъ центровъ. Такимъ обра-
зомъ, удается выяснить центры для отдѣльныхъ мышечныхъ
движеній губъ, глазъ, большого пальца, локтя и пр. Осо-
бенно тонкое расчлененіе оказывается для верхней ко-
нечности. Нужно однако имѣть въ виду, что въ этомъ отно-
шеніи существуютъ различныя индивидуальныя отклоненія,
вслѣдствіе чего окончательную схему можно создать лишь въ
будущемъ при большемъ количествѣ матеріала.
1) Lamácq. Les centres moteurs corticaux du cerveaux humain Arch. clin.
de Bordeaux. №№ 11, 12. 1897.

916

Наши изслѣдованія.
Здѣсь мы приведемъ еще нѣкоторыя изъ своихъ наблю-
деній такого же рода 1).
Въ первомъ случаѣ, гдѣ операція была произведена по
случаю частичной падучей, мы имѣли предъ собой мальчика
13 лѣтъ, у котораго припадки падучей начинались поворо-
томъ головы и глазъ вправо, за которымъ слѣдовала судо-
рога руки, лица и нижней конечности, а въ случаѣ болѣе силь-
наго приступа судороги переходили даже въ общія.
Первоначально при операціи былъ вскрытъ весь задній
отдѣлъ второй лобной извилины. Раздраженіе его давало ясный
поворотъ головы и глазъ на противоположную сторону, какъ
въ началѣ падучнаго приступа. Раздраженіемъ нижняго отдѣла
передней центральной извилины вызывалось сокращеніе мышцъ
лица. При дальнѣйшемъ расширеніи поля операціи явилось
возможность изслѣдовать и сосѣднюю часть передней централь-
ной извилины. При раздраженіи токомъ въ этой области получи-
лось со 2-й лобной извилиной сокращеніе мышцъ большого
пальца противоположной верхней конечности, которое при уси-
леніи тока распространялось на другіе пальцы и даже на пред-
плечье верхней конечности.
Въ другомъ случаѣ, гдѣ операція производилась по случаю
постоянныхъ клоническихъ судорогъ въ правой половинѣ тѣла,
особенно рѣзко выраженныхъ въ правой рукѣ, мы имѣли взрос-
лаго мужчину, у котораго была вскрыта нижняя часть передней
центральной извилины и задній отдѣлъ второй лобной извилины.
Раздраженіе первой области съ постоянствомъ вызывало
сокращеніе противоположной стороны лица. При раздраженіи
задняго отдѣла второй лобной извилины наблюдалось повора-
чиваніе глазъ и головы въ противоположномъ направленіи. Такъ
какъ однако для операціи необходимо было достигнуть центра
верхней конечности, особенно пальцевъ и ручной кисти, въ кото-
рыхъ у больного обнаруживались наиболѣе значительныя судо-
роги, то трепанаціонное отверстіе было расширено въ направле-
ніи кверху resp. кнутри, при чемъ на передней центральной
извилинѣ надъ вышеуказаннымъ центромъ для лица вызывалось
1) Часть изъ нихъ была опубликована мною въ статьѣ: „О расположеніи
двигательныхъ центровъ мозговой коры у человѣка“ (Невр. Вѣстн. 1899.
T. VII. Вып. 3), другая часть относится къ позднѣйшимъ наблюденіямъ.

917

сокращеніе большого пальца противоположной руки, нѣсколько
выше и кзади движеніе пальцевъ и кисти противоположной
верхней конечности, а еще выше вызывалось сокращеніе мышцъ
верхней конечности.
Въ третьемъ случаѣ операція была произведена подростку
16 лѣтъ по случаю постоянныхъ судорогъ, переходившихъ вре-
менно въ падучные приступы. У больного была вскрыта сред-
няя часть центральныхъ извилинъ съ переходомъ въ
нижній ихъ отдѣлъ и часть верхняго отдѣла передней централь-
ной извилины и задней части 1-й лобной извилины. При раз-
драженіи токомъ съ болѣе верхнихъ отдѣловъ вскрытой по-
верхности удалось вызвать ясное сокращеніе мышцъ боковой
части туловища на противоположной сторонѣ. Раздраженіемъ
среднихъ отдѣловъ центральной извилины вызывались разно-
образныя движенія противоположной верхней конечности
какъ въ плечевой ея, части, такъ и въ области предплечья;
наконецъ, при раздраженіи болѣе нижнихъ отдѣловъ цен-
тральныхъ извилинъ вызывались рѣзкія сокращенія въ мыш-
цахъ лица.
Въ четвертомъ случаѣ, оперированномъ по случаю частич-
ной падучей, была вскрыта верхняя часть обѣихъ центральныхъ
извилинъ; при этомъ оказалось, что раздраженіе самого верхняго
отдѣла вскрытой области вызывало движеніе противополож-
ной ноги, раздраженіе верхней части передней центральной
извилины на 1—11/2 стм. отъ стрѣловиднаго шва вызывало дви-
женіе стопы внутрь на противоположной сторонѣ.
Кпереди отъ этого центра мы получили сокращенія шейныхъ
мышцъ и движеніе надплечья, а значительно книзу, т. е.
кнаружи отъ вышеуказаннаго центра мы получили при раз-
драженіи вблизи Роландовой борозды оппозицію большого
пальца и подгибаніе указательнаго.
Нѣсколько другихъ, имѣвшихся у насъ наблюденій, въ общемъ
подтверждаютъ то, что мы получили въ вышеприведенныхъ
случаяхъ. Особенно дифференцированными оказались и въ на-
шихъ случаяхъ центры руки.
Заслуживаетъ вниманія, что какъ раздраженіе, такъ и удале-
ніе мозговой поверхности на значительномъ протяженіи въ
области верхняго отдѣла задней центральной извилины въ од-
номъ изъ нашихъ наблюденій осталось безъ всякаго эффекта
въ отношеніи движенія.
Замѣтимъ также, что въ нѣсколькихъ случаяхъ при
раздраженіи двигательной области мозговой коры мы полу-

918

чали развитіе судорожныхъ приступовъ въ формѣ частичной
падучей, что наблюдалось и въ случаяхъ Horsley’я.
Всѣ вышеприведенные результаты изслѣдованій, произве-
денныхъ надъ человѣкомъ, не оставляютъ сомнѣнія въ томъ,
что, какъ и у высшихъ обезьянъ, центры нижней конечности у
человѣка занимаютъ верхній отдѣлъ передней центральной из-
вилины, центры верхней конечности расположены на централь-
ныхъ извилинахъ ниже первыхъ, еще ниже расположены у че-
ловѣка центры большого и другихъ пальцевъ, наконецъ центры
лица расположены на нижнемъ отдѣлѣ центральныхъ извилинъ
подъ центрами для верхней конечности.
Затѣмъ поворачиваніе глазъ и головы, какъ и у обезьянъ,
получалось съ задняго отдѣла второй лобной извилины. Далѣе
центры для сокращенія мышцъ туловища по вышеуказан-
нымъ изслѣдованіямъ расположены при верхнемъ отдѣлѣ
передней центральной извилины, вопреки указаніямъ другихъ
авторовъ, помѣщающихъ этотъ центръ на внутренней поверх-
ности полушарія противъ верхняго конца передней центральной
извилины. Мы убѣдились впрочемъ, что и у обезьянъ этотъ
центръ размѣщенъ на наружной поверхности полушарія при
верхнемъ отдѣлѣ передней центральной извилины.
У человѣка, какъ и у обезьянъ, какъ мы могли убѣдиться,
имѣются отдѣльные вполнѣ дифференцированные центры для
большого пальца и для мелкихъ пальцевъ верхней конечно-
сти, расположенные ниже другихъ двигательныхъ центровъ
для верхней конечности. Замѣтили здѣсь же, что въ одномъ
изъ моихъ случаевъ съ задняго отдѣла 2-й лобной извилины
удавалось многократно вызывать настоящій инспираторный те-
танусъ, что указываетъ на содержаніе здѣсь у человѣка осо-
баго инспираторнаго центра, соотвѣтствующаго такому же центру
у обезьянъ.
Необходимо замѣтить, что во всѣхъ рѣшительно случаяхъ
вызываемыя съ коры движенія у человѣка, какъ и у живот-
ныхъ, носили характеръ движеній опредѣленнаго функціональ-
наго значенія.
Вмѣстѣ съ тѣмъ возбудимыя части мозговой коры раздѣля-
лись между собою менѣе возбудимыми или даже и вовсе не-
возбудимыми для умѣреннаго тока областями.
Въ концѣ концовъ, руководясь всѣми вышеизложенными дан-
ными, представляется безусловно необходимымъ признать, что
не имѣется существеннаго различія въ отношеніи резуль-
татовъ раздраженія области центральныхъ и сосѣднихъ,

919

отдѣловъ лобныхъ извилинъ у человѣка по сравненію съ
высшими обезьянами съ тѣмъ впрочемъ различіемъ, что
нѣкоторыя движенія здѣсь представляются еще болѣе диффе-
ренцированными.
Роль двигательныхъ центровъ мозговой коры.
Если мы обратимся теперь къ выясненію вопроса о томъ,
какъ мы должны смотрѣть на роль двигательныхъ центровъ,
то въ этомъ отношеніи нужно прежде всего устранить выска-
занное нѣкоторыми авторами предположеніе что двигательные
центры на самомъ дѣлѣ суть ничто иное, какъ чувствитель-
ные центры.
Уже выше была рѣчь о томъ, что разстройства движенія,
происходящія при разрушеніи корковыхъ центровъ, въ области
сигмовидной извилины resp. центральныхъ извилинъ, не могутъ
быть объяснены разстройствами чувствительности, что послѣд-
нія обыкновенно исчезаютъ раньше двигательныхъ разстройствъ
и что наконецъ въ случаяхъ незначительныхъ поврежденій
корковыхъ двигательныхъ центровъ у животныхъ могутъ быть
обнаружены замѣтныя разстройства движенія при отсутствіи
разстройствъ со стороны чувствительной сферы.
Можно указать также и цѣлый рядъ клиническихъ наблю-
деній, не оставляющихъ никакого сомнѣнія въ томъ, что при
пораженіи вышеуказанныхъ центровъ разстройства движенія
могутъ наблюдаться безъ всякихъ измѣненій сферы чувстви-
тельности. Вообще въ литературѣ имѣется масса случаевъ съ
пораженіемъ двигательной области, въ которыхъ, несмотря на
существованіе рѣзко выраженнаго паралича въ противополож-
ной половинѣ тѣла, не было отмѣчено никакихъ чувствитель-
ныхъ разстройствъ.
Нѣкоторые авторы тщательно изслѣдовали чувствительность
въ случаяхъ параличей корковаго происхожденія и тѣмъ не
менѣе получили вполнѣ отрицательные результаты. Между про-
чимъ и Charcot оттѣнялъ тотъ фактъ, что при пораженіяхъ
двигательной области мозговой коры часто не наблюдается ни-
какихъ чувствительныхъ разстройствъ. Я самъ могу указать на
случаи пораженія двигательной площади, опубликованные мною
въ прежнее время, въ которыхъ было произведено внима-
тельное изслѣдованіе чувствительности съ отрицательнымъ ре-
зультатомъ.

920

Во всѣхъ этихъ случаяхъ дѣло идетъ повидимому либо о
старыхъ пораженіяхъ, въ которыхъ чувствительныя разстрой-
ства могли въ значительной мѣрѣ выравняться, либо о такихъ
пораженіяхъ, въ которыхъ патологическое пораженіе. представ-
ляясь болѣе или менѣе ограниченнымъ, занимали подкорковыя
области.
Дѣйствительно и при оперативномъ удаленіи корковыхъ
двигательныхъ центровъ могутъ быть наблюдаемы случаи, въ
которыхъ нарушеніе чувствительности первоначально сопут-
ствующее параличнымъ разстройствамъ, современемъ выравни-
валось, тогда какъ разстройства движенія оставались на болѣе
долгое время.
Во всякомъ случаѣ эти наблюденія легко могутъ быть
объяснены съ точки зрѣнія, допускающей существованіе
въ центральныхъ извилинахъ центровъ для чувствительности
и для движенія, располагающихся лишь въ ближайшемъ со-
сѣдствѣ другъ съ другомъ, но не тождественныхъ между собою.
По Walton’y и Paul’ю1) въ центральныхъ извилинахъ должны
лежать особые слои клѣточныхъ элементовъ для чувствитель-
ности, другіе же слои для двигательной функціи. Первые авторъ
предполагаеть въ поверхностныхъ слояхъ. Такъ какъ однако имѣ-
ются случаи, въ которыхъ при пораженіи центральныхъ изви-
линъ существовало только пораженіе чувствительности, а въ
другихъ только пораженіе движенія, то мнѣ кажется, что дѣло
идетъ здѣсь не о послойномъ раздѣленіи функцій, но и о то-
пографическомъ, въ пользу чего говоритъ тотъ фактъ, что за-
ложенные здѣсь гигантскіе клѣточные элементы, являющіеся
несомнѣно представителями двигательной функціи, разпредѣ-
лены не разсѣянно, a гнѣздами.
Выше мы видѣли, что двигательные центры, о которыхъ
здѣсь идетъ рѣчь, завѣдываютъ главнымъ образомъ выпол-
неніемъ обособленныхъ движеній, такъ какъ послѣднія утра-
чиваются вслѣдъ за удаленіемъ корковыхъ центровъ въ области
центральныхъ resp. сигмовидной извилинъ.
Подъ названіемъ обособленныхъ или отдѣльныхъ движеній
мы понимаемъ тѣ движенія, при которыхъ члены живот-
наго употребляются въ формѣ орудій (на подобіе руки). Они
являются въ видѣ комбинаціи элементарныхъ мышечныхъ
сокращеній опредѣленной силы и послѣдовательности, даю-
1) Walton and Paul. Contribution to the Study of the cortical sensory
areas. Brain. 1901.

921

щихъ въ результатѣ то или другое обособленное движеніе, приспо-
собленное для опредѣленной цѣли, причемъ направленіе этихъ
движеній обусловливается съ одной стороны формой сустава,
съ другой—мѣстомъ прикрѣпленія и начала участвующихъ
мышцъ; для выполненія же этихъ движеній нервные меха-
низмы даны уже въ спинномъ мозгу, тогда какъ въ корѣ
имѣются только приводы, которые вводятъ въ дѣйствіе эти
механизмы.
Очень распространено мнѣніе, что разсматриваемые центры
суть центры произвольныхъ движеній.
По Obersteiner’y, „чѣмъ болѣе мышечная группа или членъ
подчиненъ вліянію воли, тѣмъ сильнѣе онъ представленъ въ
мозговой корѣ; чѣмъ болѣе напротивъ того мышечная группа
употребляется безъ участія сознанія, слѣдовательно, рефлекторно,
тѣмъ менѣе ея соединеніе съ корой, тѣмъ менѣе предоставлено
ей тамъ пространства“.
Но съ тѣхъ поръ, какъ намъ стали извѣстны многочислен-
ные рефлекторные центры въ корѣ, врядъ ли это мнѣніе можетъ
быть поддерживаемо въ своей полной силѣ.
Между прочимъ взглядъ, что корковые двигательные центры
суть центры произвольныхъ движеній, опирается на тотъ фактъ,
что обособленныя движенія служатъ для выполненія волевыхъ
импульсовъ. Но, такъ какъ обособленныя движенія, какъ мы зна-
емъ, выполняются и подъ вліяніемъ совершенно непроизвольныхъ
импульсовъ, то очевидно, что признавать корковые двигательные
центры, расположенные въ центральныхъ частяхъ мозга, за
исключительно произвольные центры представляется ошибоч-
нымъ. Мы полагаемъ, что во избѣжаніе введенія крайне услов-
ныхъ терминовъ, заимствованныхъ изъ области субъективной
психологіи, правильнѣе разсматривать двигательныя области,
какъ центры предназначенные по преимуществу для обособлен-
ныхъ движеній, не предрѣшая вопроса о томъ, выполняются ли
послѣднія произвольнымъ или непроизвольнымъ путемъ.
Съ другой стороны нѣкоторые авторы признаютъ, что
двигательныя области содержатъ въ себѣ особые психическіе
центры (Adamkiewicz) или центры двигательныхъ предста-
вленій, чѣмъ и объясняются будто бы явленія паралича
движенія при разрушеніи коры центральныхъ извилинъ.
Мы не можемъ согласиться съ этимъ мнѣніемъ, такъ какъ
больные съ корковымъ параличемъ движенія не предста-
вляютъ въ сущности утраты двигательныхъ представленій.
Напротивъ того они отлично знаютъ, что и какъ нужно сдѣ-

922

лать, но не могутъ выполнить движенія. Такимъ образомъ дѣло
идетъ здѣсь о настоящемъ параличѣ движенія, а не объ
утратѣ двигательныхъ представленій. Если бы мы имѣли у
больныхъ отсутствіе двигательныхъ представленій, то очевидно
они не могли бы вообще производить движеніи чле-
нами за исключеніемъ рефлекторныхъ движеній, какъ это мы
и наблюдаемъ у истеричныхъ, гдѣ имѣется настоящій психи-
ческій параличъ. Между тѣмъ при всѣхъ органическихъ пара-
личахъ корковаго пораженія обнаруживается частичное пора-
женіе двигательной способности членовъ съ рѣдкимъ повыше-
ніемъ сухожильныхъ рефлектовъ.
Такимъ образомъ мы не видимъ никакого основанія призна-
вать въ корѣ центральныхъ извилинъ центры двигательныхъ
представленій, какъ допускаютъ Munk, Hitzig и нѣкоторые другіе,
а разсматриваемъ ихъ, какъ настоящіе двигательные центры,
служащіе началомъ особыхъ отводящихъ путей, при посред-
ствѣ которыхъ разнообразныя обособленныя движенія.
Подтвержденіемъ этого взгляда служитъ между прочимъ
тотъ фактъ, что съ области центральныхъ извилинъ, какъ
увидимъ ниже, возбуждаются также импульсы къ секретор-
нымъ процессамъ внутреннихъ органовъ, дѣятельность ко-
торыхъ у всѣхъ нормальныхъ лицъ, какъ извѣстно, проте-
каетъ въ безсознательной сферѣ и для которыхъ въ психиче-
ской дѣятельности не вырабатывается особыхъ представленій.
Вмѣстѣ съ этимъ мы ничуть не отрицаемъ значенія дви-
гательныхъ образовъ для выполненія психически обусловлен-
ныхъ движеній. Есть возможность даже признать, что двига-
тельные образы являются возбудителями тѣхъ движеній, кото-
торыя являются намѣренными. Но тѣмъ не менѣе не подлежитъ
никакому сомнѣнію фактъ, что съ удаленіемъ двигательныхъ
корковыхъ центровъ двигательные образы не утрачиваются.
Съ другой стороны и раздраженіе двигательныхъ центровъ
у человѣка возбуждаетъ движеніе безъ предварительнаго воз-
бужденія двигательнаго образа.
Отсюда очевидно что вышеуказанные центры суть дѣйстви-
тельно двигательные центры, но не центры двигательныхъ
образовъ, которые должны отлагаться и храниться внѣ выше-
указанныхъ двигательныхъ центровъ, хотя и въ ближайшемъ
съ ними сосѣдствѣ.

923

Двигательная афазія и аграфія и ихъ центры.
Существованіе особыхъ корковыхъ областей, гдѣ отлагаются
и хранятся двигательные образы, доказывается несомнѣннымъ
образомъ на основаніи клиническихъ наблюденій.
Однимъ изъ наиболѣе изученныхъ центровъ двигательныхъ об-
разовъ является извѣстная всѣмъ извилина Brocka, представляю-
щая собою собственно центръ рѣчевыхъ двигательныхъ образовъ.
Членораздѣльная рѣчь, какъ извѣстно, пріобрѣтается нами
путемъ долговременнаго опыта и упражненія и въ этомъ отно-
шеніи представляетъ
собою ничто иное
какъ рядъ заучен
ныхъ согласован-
ныхъ движеній языка
губъ, зѣва и гортани
совершенно анало-
гичныхъ тѣмъ за-
ученнымъ движені-
ямъ, которыя мы про-
изводимъ ежедневно
своими конечностями
въ особенности верх-
нею, при различныхъ
техническихъ заняті-
яхъ, напр. при игрѣ
на фортепьяно, при
употребленіи ложки,
вилки, при застегиваніи пуговицъ и т. п. Въ этомъ отношеніи
членораздѣльная рѣчь, какъ и только что упомянутыя дви-
женія руки, суть движенія произвольно-автоматическія, сдѣла-
вшіяся заученными благодаря ихъ постоянному упражненію.
Отъ другихъ произвольныхъ движеній они отличаются тѣмъ,
что представляютъ болѣе сложное согласованіе отдѣльныхъ
мышечныхъ сокращеній.
По поводу мѣстоположенія двигательнаго центра рѣчи
необходимо замѣтить, что впервые Bouillaud 1) локали-
1) Bouilland. Traité de l’encephale. Paris, 1825.
— Arch. de méd. 1825.
Bull. de l’acad. de méd. 1839, т. IV, 1845, стр. 282, 1848, т. XIII,
стр. 699, 1864—65, т. XXX, стр. 575.
— Magendie Journ. de phys. expér. et path. T. X. 1830.
Фиг. 34. Схема человѣческаго мозга. Извилина Brocka
въ задней части F3 заштрихована поперечными линіями.

924

зировалъ рѣчь въ переднихъ доляхъ большого мозга надъ
Сильвіевой бороздой и впереди Роландовой, если не считать
еще ранѣе сдѣланнаго общаго указанія Gall’a 1) о локализаціи,
рѣчевой способности сзади и сверху орбитъ.
Затѣмъ, отецъ М. Dax 2) и сынъ G. Dax 3) на основаніи
огромнаго ряда случаевъ, доказали, что пораженіе рѣчи обык-
новенно сопутствуетъ правостороннему параличу и слѣдова-
тельно наблюдается при пораженіи лѣваго мозгового полушарія.
Наконецъ Brocka 4) въ 1861 году установилъ на основаніи
клиническихъ случаевъ, что центръ рѣчи помѣщается въ
3-й лѣвой лобной извилинѣ, въ задней ея части (см. фиг. 34)
что подтвердилось затѣмъ цѣлымъ рядомъ вскрытій.
Этими изслѣдованіями было положено прочное обоснованіе
не только локализаціи центра рѣчи, но и локализаціи функцій
мозговой коры вообще. Въ дальнѣйшемъ мы имѣемъ рядъ ра-
ботъ, лишь подтверждающихъ и развивающихъ ученіе Bouil-
laud—Brocka и намъ нѣтъ надобности здѣсь останавливаться
на этихъ работахъ.
Достаточно сказать, что отношенія задней трети лѣвой лоб-
ной извилины или извилины Brocka къ рѣчи, уже давно сдѣ-
лалось общепризнаннымъ фактомъ.
Впослѣдствіи послѣ извѣстнаго случая Parrot изслѣдова-
ніями того же Brocka доказано, что въ то время, какъ афа-
зія у правшей зависитъ отъ пораженія задняго отдѣла 3-й лоб-
ной извилины лѣваго полушарія, у лѣвшей наоборотъ афазія
наблюдается при пораженіи задняго отдѣла не лѣваго, а
праваго мозгового полушарія.
Затѣмъ, были сообщены и другими авторами наблюденія,
подтверждающія это положеніе.
Такимъ образомъ въ нѣсколькихъ случаяхъ, дѣйствительно
находили у лѣвшей, страдающихъ афазіей, пораженіе нижней
лобной извилины правой стороны. Фактъ этотъ повидимому
получаетъ объясненіе въ томъ обстоятельствѣ, что рѣчевые
центры въ ряду поколѣній развивались въ зависимости отъ
большаго развитія правой руки и преобладающаго участія ея
1) Gall et Spurzheim. Anatomie et physiologie du syst. nerveux. Vol. I—IV.
Paris. 1810—1879.
2) M. Dax. Lésions de la moitié gauche de l’éncephale etc. 1836. Gaz. heb-
dom. 1865. Avr. № 17.
3) G. Dax. Bull de l’acad. de méd. 1864—65. T. XXX, стр. 173.
4) Brocka. Sur le siége de la faculté du langage etc. Bull. de la Societé
anat. T. VI, Août. 1861.

925

въ первичной мимической рѣчи посредствомъ жестовъ. Поэтому
и локализація рѣчевыхъ центровъ генетически установилась
у большинства людей въ томъ полушаріи, въ которомъ со-
держатся центры для правой руки, т.е. въ лѣвомъ полушаріи.
Въ тѣхъ же случаяхъ, какъ у лѣвшей, гдѣ роль правой руки
принимаетъ на себя лѣвая рука, центръ которой помѣщается
въ правомъ полушаріи, и центры рѣчи должны помѣщаться
въ правомъ, а не въ лѣвомъ полушаріи.
Тѣмъ не менѣе до сихъ поръ еще не доказано, что локализація
рѣчи въ правомъ полушаріи, встрѣчающаяся лишь въ отдѣль-
ныхъ случаяхъ и во всякомъ случаѣ не часто, зависитъ исклю-
чительно отъ того, что дѣло идетъ въ этихъ случаяхъ о лѣв-
шахъ, такъ какъ извѣстны случаи правшей, у которыхъ тѣмъ
не менѣе афазія была результатомъ праваго полушарія.
Возможно, что въ нѣкоторыхъ изъ этихъ случаевъ дѣло
объясняется отсутствіемъ перекреста пирамидныхъ пучковъ,
который доказывается анатомическими изслѣдованіями для
отдѣльныхъ случаевъ.
Изъ новѣйшихъ авторовъ между прочимъ В. Bramwell 1) и
Webeer2), высказываются противъ исключительной локализаціи
центра рѣчи въ лѣвомъ полушаріи у правшей.
Также и проф. Senator 3) приводитъ наблюденіе, доказываю-
щее, что центръ рѣчи въ видѣ исключенія у правшей можетъ
быть заложенъ въ правомъ полушаріи. Оцѣнивая всѣ имѣю-
щіеся случаи афазіи съ лѣвосторонней геммиплегіей, Senator,
обобщаетъ ихъ въ слѣдующія группы: 1) афазія съ гнѣз-
домъ въ правомъ полушаріи у полныхъ лѣвшей; 2) пе-
рекрестная афазія В. Bramwell’я съ гнѣздомъ въ правомъ по-
лушаріи: а) у лѣвшей съ упражненіемъ правой половины моз-
га для письма и рѣчи; b) у правшей, когда вслѣдствіе уна-
слѣдованной склонности къ лѣвшеству упражняется правая
половина мозга для письма и рѣчи; 3) афазія съ лѣвосторон-
ней гемиплегіей, при нормальной ихъ локализаціи, вслѣдствіе
разрушенія соотвѣтственныхъ центровъ, но при недостаткѣ пе-
рекреста въ пирамидахъ.
О случаяхъ лѣвосторонней гемиплегіи съ афазіей при суще-
ствованіи гнѣздъ въ обоихъ полушаріяхъ мозга, какъ вполнѣ
1) Bramwell. On grossed Aphasia. Lanret. 3 June 1899.
2) E. Weber. Das Sehreiben als Ursache d. eins. Lage d. Sprachcentrums.
3) Centr. f. Phys. Bd. XVIII, № 12.
4) Senator. Aphasie mit linkseitiger Hemiplegie bei Rechtshändigkeit. Cha-
rité-Annalen. XXVIII. 1904.

926

объяснимыхъ съ точки зрѣнія обычной локализаціи, нѣтъ на-
добности и упоминать.
Нѣкоторыя данныя говорятъ и въ пользу существованія въ
корѣ самостоятельнаго центра для письма.
H. Gardinier 1) приводитъ случай аграфіи безъ какихъ-либо
другихъ разстройствъ рѣчи, доказывающій самостоятельность
центра для письма при основаніи второй лобной извилины
лѣваго полушарія. Въ этомъ случаѣ найдена была гліома, захва-
тившая основаніе второй лобной извилины въ лѣвомъ полу-
шаріи. Въ направленіи книзу и внутрь опухоль распростра-
нялась до передняго рога желудочка; въ направленіи же
кпереди уходила въ верхушку лобной доли, занимая всюду бѣ-
лое вещество второй извилины.
За существованіе особаго центра для письма въ области
ножки второй лобной извилины между прочимъ крайне демонстра-
тивно говоритъ случай Sciamanna 2).
Надо впрочемъ замѣтить, что вопросъ о существованіи осо-
баго центра для письма въ ножкѣ второй лѣвой лобной изви-
лины вблизи центра руки, какъ предиолагалъ еще Charcot, до
сего времени недостаточно выясненъ въ наукѣ. Хотя и
имѣется немало наблюденій съ аграфіей, говорящихъ въ
пользу существованія обособленнаго центра для письма, по-
крайней мѣрѣ у отдѣльныхъ лицъ.
Но С. Wernicke, Dejerine и Mlirallié высказываются противъ
существованія особаго центра для письма. Dejerine опирается
въ этомъ случаѣ на тотъ фактъ, что писать можно и правой,
и лѣвой рукой и въ нѣкоторой мѣрѣ даже ногой.
Въ томъ же смыслѣ высказывается и G. Pieraccini 3) на осно-
ваніи изслѣдованія дѣвочки 14 лѣтъ съ зеркальнымъ письмомъ.
Онъ приходитъ къ выводу согласно С. Wernieke и Déjerine’y, что
особаго двигательнаго центра для письма не существуетъ и что
при послѣднемъ копируются собственно умственные образы.
Тѣмъ не менѣе никто не станетъ отрицать, что письмо правой
рукой доходитъ до степени автоматическаго движенія, чего
ничуть нельзя сказать ни про писаніе лѣвой рукой, ни тѣмъ
болѣе про писаніе ногой, если, конечно, ни для того, ни для дру-
гого не было достаточнаго упражненія.
1) H. Gardinier. The american Iournal of the medical sciences. September,
1903.
2) Sciamanna. R. Academia medica di Roma. 28 avril 1901. Revue neur.
1901, стр. 1162.
3) G. Pieraccini. Riv. di patol. nerv. e ment., vol VII., fasc. 12 1902.

927

Поэтому врядъ ли можно отрицать, что въ отдѣльныхъ
случаяхъ, гдѣ письмо правой рукой выполняется, вслѣдствіе
долгаго упражненія, вполнѣ автоматически, можетъ существо-
вать и отдѣльный центръ письма, развивающійся дополни-
тельно къ центру правой руки въ заднемъ отдѣлѣ второй
лобной извилины лѣваго полушарія. Тотъ фактъ, что центръ
для письма не существуетъ съ постоянствомъ у всѣхъ пишу-
щихъ людей, можетъ быть объясненъ тѣмъ, что человѣчество
пишетъ сравнительно недавно и притомъ письмо для мно-
гихъ лицъ далеко не составляетъ постоянной потребности въ
обиходѣ, тогда какъ рѣчь у людей существуетъ уже съ
доисторическихъ временъ и упражняется постоянно.
Эти условія объясняютъ намъ, почему пораженія основанія
2-й лобной извилины остаются во многихъ случаяхъ скрытыми,
вслѣдствіе неразвитія отдѣльнаго центра письма и лишь въ
отдѣльныхъ случаяхъ наблюдается при этомъ аграфія.
Изученіе двигателныхъ центровъ рѣчи на случаяхъ
извѣстныхъ подъ названіемъ афазіи и аграфіи, представляется
особенно важнымъ для насъ въ томъ отношеніи, что здѣсь
мышцы, служащія для произнесенія и для написанія слова
способны еще къ участію во всѣхъ другихъ движеніяхъ, что
естественно облегчаетъ анализъ явленій.
Очевидно, что при т. наз. двигательной афазіи больной не
въ состояніи произносить слова не вслѣдствіе паралича или
невозможности произведенія опредѣленныхъ движеній и не
вслѣдствіе утраты общей чувствительности, или мышечнаго чув-
ства, такъ какъ въ сущности при полной сохранности чувствитель-
ности и движеній языка и губъ всѣ движенія, необходимыя
для произнесенія даннаго слова, онъ можетъ выполнить и даже
при нѣкоторомъ упражненіи можетъ произносить отдѣльные
слоги, но сочетать эти слоги и отдѣльныя буквы въ опредѣ-
ленномъ порядкѣ необходимомъ для произнесенія слова, что
требуетъ уже воспроизведенія полнаго двигательнаго предста-
вленія даннаго слова, является для него невозможнымъ.
Итакъ, двигательная афазія, выражающаяся неспособ-
ностью произнесенія слова, какъ опредѣленнаго заученнаго и
согласованнаго движенія, зависитъ очевидно отъ утраты
соотвѣтствующихъ двигательныхъ представленій, вслѣдствіе
чего и происходитъ параличъ опредѣленныхъ движеній
безъ паралича мышцъ, участвующихъ въ произведеніи
этихъ движеній, для которыхъ въ корѣ имѣются особые центры.
Такимъ образомъ, здѣсь болѣе чѣмъ очевидно, что дѣло

928

идетъ о недостаткѣ двигательныхъ представленій, обусловли-
вающихъ параличъ рѣчи, т. е. неспособность произнесенія
словъ при сохраненіи сферы движенія и чувствительности.
Апраксія движеній и ея центры.
Что касается центровъ двигательныхъ представленій для
конечностей, то очевидно они лежатъ также въ ближайшемъ
сосѣдствѣ съ двигательными центрами.
При утратѣ этихъ представленій получается совершенно
своеобразное разстройство движенія, которое извѣстно подъ
названіемъ двигательной апраксіи и которое состоитъ въ неспо-
собности пользоваться своими членами для сложныхъ движе-
ній при отсутствіи двигательнаго паралича 1).
Такимъ образомъ, больной напр. не можетъ пользоваться
ложкой при ѣдѣ супа, такъ какъ, хотя онъ и видитъ ложку
и узнаетъ ее, но утратилъ соотвѣтствующія двигательныя пред-
ставленія объ ея употребленіи и о цѣли дѣйствія, точно также
больные такого рода не знаютъ напр. употребленія вилки, хотя
и узнаютъ ее, не знаютъ какъ пользоваться крючкомъ для вя-
занья, хотя они отлично знаютъ, что въ рукахъ у нихъ крю-
чокъ, не могутъ застегивать пуговицы, вслѣдствіе утраты соот-
вѣтствующихъ двигательныхъ представленій и т. п.
Одно изъ прекрасныхъ описаній этого своеобразнаго раз-
стройства движенія, совершенно аналогичнаго афазіи, мы на-
ходимъ между прочимъ у Liepmann’a, который, подробно об-
слѣдовавъ наблюдаемаго имъ больного, убѣдился, что послѣд-
ній не могъ правильно пользоваться своими членами и окру-
жающими предметами не потому, что онъ не узнавалъ ихъ
1) Изъ работъ, относящихся къ апраксіи, здѣсь упомянемъ о работахъ
Liepmann’a „Das Krankheit d. Apraxie“ 1900: его же въ Neurol. Centr.
1902 года, стр. 615, его же въ Monatschr. f. Psych. XVII. 4, 1905
и Bd XIX, 1906 и его же книгу объ апраксіи (Berlin, Karger.
1905). Затѣмъ заслуживаютъ вниманія работы Banhöffer’a (Arch. f. Psych.
Bd. 37 Hft. 3), Marcuse’a (Centr. f. Nervenh u. Psych. № 179. 1904). Pick’a
(отд. изд. Wein, 1905, Fr. Deuticke u Kleist’a (Monatschr. f. Psych. u. Neur Bd
XIX, 1906, Hft. 3), а также казуистическія сообщенія Abraham’a (Allg. Zeitschr.
f. Psych. Bd. 61), Strohmeyer’a. (D. Zeitschr. f. Nervenh. Bd.24) и Herzog’a(Zeitschr
klin. Med. Bd. 53). Кромѣ того, мной было сдѣлано дна доклада въ науч-
ном собраніи С. Пет. клиники душевныхъ и нервныхъ больныхъ (1903 и
1904 г.) и напечатана работа „О двигательной мѣстной апраксіи“ въ Обозр.
Псих. за 1906 г.

929

или не понималъ обращенное къ нему требованіе, а утра-
чивалъ цѣль дѣйствія при сохраненіи узнаванія и пониманія
предметовъ. Атаксіи, при которой нарушаются цѣлесообразныя
движенія, также у больного не существовало. Больной какъ
бы утратилъ воспоминаніе о цѣлесообразныхъ движеніяхъ
или же не могъ ихъ воспроизвести. Апраксія въ данномъ слу-
чаѣ относилась къ атаксіи, какъ афазія, особенно парафазія, къ
разстройству артикуляціи. При вскрытіи этого больного кромѣ
обширнаго артеріосклероза авторъ нашелъ соотвѣтственно при-
жизненному распознаванію въ лѣвомъ полушаріи обширное по-
раженіе въ области gyr. supramarginalis и верхней теменной
дольки; въ правомъ полушаріи небольшое гнѣздо въ gyr. angularis
и небольшое же гнѣздо во внутренней сумкѣ.
Въ мартѣ 1903 г. мною было также сдѣлано въ научныхъ
собраніяхъ врачей Петербургской клиники сообщеніе о случаѣ
мѣстной апраксіи у больного, страдавшаго dementia paralytica.
Явленія апраксіи здѣсь обнаруживались въ правой рукѣ въ
чрезвычайно рѣзкой степени, выражаясь тѣмъ, что, не смотря на
отсутствіе паралича движенія и паралича чувствительности
въ этой конечности, больной тѣмъ не менѣе не могъ пользо-
ваться ею для сложныхъ движеній, постоянно утрачивая цѣль
дѣйствія. Благодаря этому онъ не могъ напр. застегивать пу-
говицы своего пальто, хотя и понималъ что отъ него требовали,
не могъ употреблять ложку и вилку, не смотря на то, что онъ
узнавалъ эти предметы и понималъ ихъ употребленіе, не могъ
зажигать папиросу, хотя самъ просилъ дать ему спички, на-
конецъ подавая руку, сгибалъ ее ненужнымъ образомъ въ
кулакъ.
Съ теченіемъ времени съ этимъ больнымъ происходили
приступы омраченія сознанія съ временной глухотой къ сло-
вамъ, послѣ которыхъ и явленія апраксіи замѣтно уси-
ливались. Тѣмъ не менѣе явленія апраксіи наблюдались у
этого больного и при полномъ отсутствіи чувственной афазіи.
При послѣдовавшей спустя несколько мѣсяцевъ смерти
больного оказалось кромѣ обычныхъ различныхъ явленій,
свойственныхъ dementiae paralyticae, мѣстный склерозъ и сморщи-
ваніе мозговой коры въ области средняго отдѣла задней централь-
ной извилины и въ области g. supramarginalis. Въ разрѣзѣ эти
области мозговой коры представлялись атрофированными,
истонченными и нѣсколько болѣе плотными, тогда какъ под-
лежащія области бѣлаго вещества болѣе блѣдными и болѣе
мягкими. Внутренняя капсула, центральные мозговые узлы и

930

другія части мозга въ обоихъ полушаріяхъ не представляли
никакихъ гнѣздовыхъ измѣненій.
Такимъ образомъ случай этотъ представляется еще болѣе
чистымъ и поучительнымъ въ смыслѣ локализаціи своеобраз-
наго разстройства движеній, извѣстнаго подъ названіемъ ап-
раксіи, нежели случай Liepmann’a.
Сопоставляя оба наблюденія, можно съ положительностью ска-
зать, что явленія двигательной апраксіи обусловливаются гнѣз-
дами, лежащими непосредственно позади т. наз. двигательной
области и что въ этомъ отношеніи должно имѣть въ виду прежде
всего пораженіе g. supramarginalis и задней центр. извилины.
Отъ двигательной апраксіи мѣстнаго характера должно отли-
чать случаи такъ наз. идейной resp. психической апраксіи,
когда дѣло идетъ о нарушеніи болѣе сложныхъ камбинацій
дѣйствованія, основанномъ на перерывѣ ассоціаціонныхъ свя-
зей, а равно и т. наз. психическіе параличи, наблюдаемые при
истеріи и выражающіеся совершенной неспособностью дѣй-
ствованія, не вслѣдствіе параличныхъ разстройствъ и не
вслѣдствіе отсутствія или недостатка двигательныхъ образовъ,
a вслѣдствіе невозможности отыскать и оживить послѣдніе.
Двигательные образы здѣсь не утрачены, такъ какъ въ особыхъ
состояніяхъ, напр. въ гипнозѣ, эти двигательные образы мо-
гутъ оживляться и приводить къ выполненію движеній, но
имѣется какъ бы перерывъ связи между областями мозговой
коры, служащими мѣстомъ возникновенія психическихъ им-
пульсовъ и центрами двигательныхъ образоьъ. который и
приводитъ къ неспособности владѣнія членами. Въ этихъ слу-
чаяхъ слѣдовательно дѣло идетъ о совершенно особомъ пси-
хическомъ разстройствѣ, основанномъ на разобщеніи ассоціа-
ціонныхъ связей мозговой коры и не имѣющемъ съ явленіями
апраксіи ничего общаго.
Объ отношеніи сигмовидной resp. центральныхъ изви-
линъ къ статической координаціи.
Выше мы видѣли, что у животныхъ при одностороннемъ уда-
леніи т. наз. двигательной области мозговой коры нерѣдко обна-
руживаются въ первое время круговыя движенія, носящія
явный характеръ вынужденныхъ движеній.
Эти круговыя движенія различными авторами объяснялись
обыкновенно парезомъ мышцъ противоположной стороны. Но
съ этимъ объясненіемъ трудно согласиться.

931

Дѣло въ томъ, что круговыя движенія предполагаютъ не-
равномѣрную иннервацію приводящихъ и отводящихъ мышцъ
конечностей, а между тѣмъ подобной неравномѣрности въ
распредѣленіи корковаго пареза движеній мы не знаемъ.
Если же признавать, что обыкновенный парезъ конечно-
стей самъ по себѣ достаточенъ для объясненія круговыхъ
движеній, то представлялось бы очевиднымъ, что у животныхъ,
у которыхъ при разрушеніи двигательной области мозговой
коры, парезъ выраженъ сильнѣе, какъ напр. у обезьянъ, то
и круговыя движенія у нихъ должны бы обнаруживаться въ
болѣе рѣзкой степени, нежели у болѣе низшихъ животныхъ,
чего въ дѣйствительности не наблюдается. Мы поэтому при-
знаемъ круговыя движенія у животныхъ съ разрушеніемъ сиг-
мовидной resp. центральныхъ извилинъ мозговой коры за ре-
зультатъ устраненія импульсовъ, вліяющихъ на статическую
координацію.
Уже выше при разсмотрѣніи функціи мозжечка мы видѣли,
что разстройства движенія, слѣдующія за разрушеніемъ моз-
жечка и органовъ статической чувствительности исчезаютъ
много труднѣе у животныхъ, которымъ предварительно были
удалены двигательныя области въ большихъ полушаріяхъ
мозга. Это служитъ важнымъ доказательствомъ компенсаторнаго
вліянія двигательной области мозговой коры на разстройства
статической координаціи, обусловленныя нарушеніемъ моз-
жечка и органовъ статической чувствительности.
Съ другой стороны тѣсное соотношеніе между двигатель-
ной областью мозговой коры и корой полушарій мозжечка вы-
ражается тѣмъ, что при удаленіи одного полушарія моз-
жечка возбудимость двигательной области мозговой коры
на противоположной сторонѣ повышается и наоборотъ уда-
леніе двигательной области мозговой коры приводитъ къ
повышенію возбудимости коры противоположнаго полушарія
мозжечка.
Такимъ образомъ не можетъ подлежать сомнѣнію тѣсное
соотношеніе двигательной области мозговой коры съ функціей
мозжечка, какъ органа статической координаціи, а потому и
круговыя движенія, наблюдаемыя при удаленіи двигательной
области мозговой коры по нашему мнѣнію должны быть по-
ставлены въ зависимость отъ упомянутаго соотношенія.
Мы полагаемъ, что устраненіе импульсовъ, исходящихъ изъ
двигательной области къ мозжечку, какъ органу статической
координаціи, при разрушеніи первой и служитъ причиной на-

932

рушенія статической координаціи, приводящей къ различію
круговыхъ движеній у животныхъ.
Что кора полушарій вообще имѣетъ извѣстное отношеніе
къ статической координаціи, доказываютъ также и опыты надъ
болѣе низшими животными. Такъ, Henri и Stade 1) изслѣдо-
вали вліяніе удаленія мозговыхъ полушарій на лягушекъ съ
разрушеніемъ лабиринта. Извѣстно, что у лягушекъ разрушеніе
лабиринта вызываетъ отклоненіе головы и передней части ту-
ловища на оперированную сторону. Черезъ нѣкоторое время
эти явленія исчезали, но если удалялись полушарія, то явле-
нія возобновлялись вновь. Если же предварительно удаля-
лись полушарія, то вслѣдъ за поврежденіемъ полукружныхъ
каналовъ, хотя и въ болѣе слабой степени, но выступали тѣ
же явленія, которыя наблюдались и у животныхъ, которымъ
полушарія не удалялись, причемъ, однако, самыя разстройства
длились болѣе долгое время.
Отношеніе центральныхъ извилинъ resp. сигмовидной
извилины къ мышечному тонусу и сухожильнымъ
рефлексамъ.
Въ заключеніе скажемъ нѣсколько словъ объ отношеніи чув-
ство-двигательной области къ мышечному тонусу и рефлексамъ.
Наблюденія авторовъ относительно вліянія центральныхъ
частей мозговой коры на мышечный тонусъ не вполнѣ согла-
сны между собою.
Какъ извѣстно, Hitzig утверждалъ, что удаленіе g. sygmoidei
приводитъ къ уменьшеніе мышечнаго тонуса; Bianchi наоборотъ,
полагалъ, что въ этомъ случаѣ должно быть увеличеніе мышеч-
наго тонуса; Lewandowsky 1) разрѣшаетъ этотъ споръ въ томъ
смыслѣ, что у одного и того же животнаго можетъ быть и то,
и другое и что въ дѣйствительности наблюдается нарушеніе
мышечнаго тонуса (dystonie), зависящее отъ нарушенія чув-
ствительности. Hitzig 2), пользовавшійся для изслѣдованія спо-
1) Compte Rendu de la Soc. de biol. Tome LVI, стр. 232.
1) Lewandowsky. Ueber d. Muskeltonus etc. Jurn. f Phych. u. Neurol.
1902. I, стр. 72.
2) E. Hitzig. Untersuchungen über d. Gebirn. Neue Folge II. Его же. Rei-
chert’s und Du-Bois Reymonds. Arch. 1874, стр, 421 и 439. Его же. Тотъ же
Arch. 1876 стр. 701. 1877., стр. 697., 700, 709, Volkmanns Sammlung. Klin-
Vorträge. 112, стр. 971. 974 и 975. Arch f. Psych. Bd. 35 Hfi, стр. 313 и слѣд.

933

собности движенія и чувствительности взвѣшенной собакой
(schwebendes Hund), убѣдился, что у оперированныхъ собакъ
обнаруживается измѣненное положеніе конечностей какъ по
отношенію другъ къ другу, такъ и по отношенію къ туловищу.
Одинъ разъ при взвѣшенномъ состояніи животнаго онѣ отклоня-
ются на сторону операціи, другой разъ на противополжную сто-
рону. Часто при этомъ обнаруживаетъ отклоненіе только передняя
лапа, которая представляется вытянутой и ненормально повер-
нутой въ плечевомъ суставѣ; задняя же конечность обыкно-
венно представляется лишь вытянутою. При этомъ взвѣшен-
ная собака не реагируетъ на слабыя внѣшнія раздраженія
пораженныхъ лапъ, тогда какъ на другой сторонѣ эта ре-
акція обнаруживается болѣе или менѣе ясно.
При этомъ какъ поверхностныя поврежденія, ограничи-
вающіяся одной корой, такъ и болѣе глубокія приводятъ къ
одинаковому результату.
Bianchi 1) подтверждаетъ указаніе Hitzig’a, что взвѣшенное
животное при внѣшнихъ раздраженіяхъ не убираетъ лапы
пораженной стороны и обнаруживаетъ большое сопротивленіе
при попыткахъ къ сгибанію, что зависитъ отъ повышеннаго
напряженія сгибателей. Bianchi признаетъ, что измѣненное со-
стояніе напряженія въ отдѣльныхъ мышцахъ пораженныхъ
конечностей обусловливается измѣненіемъ состоянія иннер-
ваціи пораженной конечности, причемъ Bianchi полагаетъ, что
разгибатели обнаруживаютъ большее, а не меньшее напряже-
ніе, вопреки мнѣнію Loeb’a. Наблюденіе это по его мнѣнію
должно быть поставлено въ параллель съ гемиплегическими
контрактурами у человѣка, у котораго, какъ извѣстно, контрак-
туры рѣзко усиливаются подъ вліяніемъ произвольныхъ усилій 2).
Впрочемъ Hitzig оспариваетъ это сравненіе, такъ какъ въ стоя-
чемъ положеніи пораженныя конечности у собаки представляются
даже болѣе вялыми, нежели здоровыя, тѣмъ болѣе, что вытя-
нутое положеніе обыкновенно происходитъ съ незначитель-
нымъ напряженіемъ участвующей мускулатуры. Руководясь
своими изслѣдованіями, Hitzig приходитъ къ выводу, что выше-
указанное вытяженіе конечностей въ дѣйствительности обя-
зано выпаденію нормальнаго церебральнаго тонуса. Вмѣстѣ съ
1) L. Bianchi. Sulle compensazioni funzionali della cartecia cerebrale. La
psicbiatria. 1883 Его же: Ancora sulla dottrina dei centri corticali motor del cer-
vello. La psichiatria. 1885.
2) E. Hitzig. Ueber die Auffassung einiger Anomalien d. Muskelinnervation
Untersuchungen über des Gehirn. 1874.

934

этимъ авторъ убѣдился, что, если оперированную собаку чѣмъ
либо возбудить психически, то у ней получаются патологи-
ческія совмѣстныя движенія въ пораженныхъ конечностяхъ.
Что касается собственно рефлекторной дѣятельности, то
извѣстно, что сухожильные рефлексы повышаются вслѣдъ за
корковымъ разрушеніемъ въ области центральныхъ извилинъ.
Отсюда нужно заключить, что чувство-двигательная область обна-
руживаетъ задерживающее вліяніе по отношенію къ спинномоз-
говымъ сухожильнымъ рефлексамъ, благодаря очевидно массѣ
возбужденій притекающихъ къ ней съ различныхъ областей
мозговой коры и передающихся по центробѣжнымъ проводни-
камъ пирамидныхъ путей.
Существуютъ однако же многочисленныя наблюденія, въ ко-
торыхъ пораженіе въ области двигательныхъ центровъ мозговой
коры или въ подкорковыхъ областяхъ сопровождалось не по-
вышеніемъ, a пониженіемъ сухожильныхъ рефлексовъ и вя-
лымъ двигательнымъ параличемъ. Эти наблюденія, повидимому
чаще всего относящаяся къ кровеизліяніямъ, давали поводъ
признавать, что задерживающее вліяніе на сухожильные реф-
лексы принадлежитъ не двигательнымъ центрамъ коры, а под-
корковымъ узламъ. На мой взглядъ однако упомянутые случаи
могутъ получить и иное объясненіе, особенно, если принять въ
соображеніе, что двигательная область коры связана особенно
проводниками также и съ подкорковыми мозговыми узлами.
Возможно также въ нѣкоторыхъ случаяхъ существованіе моз-
гового пораженія, которое, не вызывая судорожныхъ явленій
усиливаетъ обычное задерживающее вліяніе пирамидныхъ пу-
тей на тонусъ и рефлексы
Вліянія чувство-двигательной области на кожные
рефлексы.
Что касается кожныхъ рефлексовъ, то уже при разсмотрѣніи
спинного мозга была рѣчь о томъ, что извѣстная часть этихъ
рефлексовъ корковаго происхожденія.
Munk обратилъ вниманіе на то обстоятельство, что, если у здо-
ровой собаки поглаживать свободно свѣшенную лапку противъ
шерсти, то животное тотчасъ же обнаруживаетъ движеніе въ
той лапкѣ, къ которой производится прикосновеніе. Этотъ во-
лосковый рефлексъ, неправильно признаваемый авторами за ося-
зательный, по наблюденіямъ Munk’a исчезаетъ вслѣдъ за удале-

935

ніемъ сигмовидной извилины, что было подтверждено затѣмъ
и другими.
Hitzig обращаетъ вниманіе на то обстоятельство, что при раз-
драженіи носовой полости на одной сторонѣ у собакъ происхо-
дитъ синхроничное смыканіе вѣкъ. Еще сильнѣе происходитъ со-
кращеніе вѣкъ при ударѣ концомъ пальца по одной сторонѣ носа.
При этомъ зрительный актъ не играетъ роли въ происхо-
жденіи этого рефлекса, такъ какъ онъ наблюдается и у
слѣпыхъ. Рефлексъ этотъ Hitzig называетъ Nasenlidreflex 1).
Представляя передачу съ тройничнаго нерва на facialis, ре-
флексъ этотъ, по опытамъ автора, утрачивается при удаленіи
двигательной области.
Далѣе Exner и Paneth убѣдились, что, если у собаки цара-
пать кускомъ острой лучинки подъ щекою, то происходить
сокращеніе соотвѣтствующаго угла рта. Рефлексъ этотъ, отли-
чающійся въ общемъ большимъ постоянствомъ, отсутствуетъ
при удаленіи области facialis въ корѣ.
Равнымъ образомъ и клиническія изслѣдованія не оставляютъ
сомнѣнія въ томъ, что и кожные рефлексы, находятся въ ближай-
шемъ соотношеніи съ чувство-двигательной областью мозговой
коры.
Такъ, Pandi убѣдился, что существуетъ тѣсное соотношеніе
между корой и рефлексами, которые всегда ослабѣваютъ послѣ
удаленія центральныхъ областей мозговой коры.
Точно также по Jendrassik’y и Geigel’ю центромъ кож-
ныхъ рефлексовъ является кора большого мозга на томъ осно-
ваніи, что кожные рефлексы всегда подавляются, коль скоро
ихъ пути въ спинномъ мозгу или въ caps. interna прерваны.
Точно также и удаленіе двигательныхъ центровъ приводитъ
къ прекращенію рефлексовъ, при чемъ одни объясняютъ этотъ
фактъ параличемъ движенія (Ferrier), другіе параличемъ чув-
ствительности (Munk) 2).
Далѣе, H. Munch-Petersen 3) на основаніи клиниче-
1) Независимо отъ Hitzig а у человѣка мной были описанъ носовой ре-
флексъ, который очевидно представляетъ аналогію съ Hitzig’овскимъ Na-
senlidreflex.
1) Pandi. Die phys. Bedeutung und d. klin. Werth. d. cort. Reflexwege. Neur
Centr. 1897, № 20.
2) Нѣкоторыя заслуживающія вниманія подробности относительно вопроса
о локализаціи рефлексовъ можно найти въ сочиненіи P. Lenormand’a: Études
sur la localisation des reflexes dans l’axe cerebro-spinale. Thése de Paris. 1902.
3) H. Munch-Petersch. Die Hautreflexe und ihre Nervenbahnen. Deutsche
Zeitschr. f. Nervenh. 1902. Bd. 22. Heft 3 и 4.

936

скихъ данныхъ приходитъ къ выводу, что двигательнымъ
центромъ кожныхъ рефлексовъ служитъ кора большого мозга
въ окружности sulci Rolandi.
Анализируя клиническія данныя, онъ приходитъ къ выводу,
что вмѣстѣ съ прекращеніемъ кожныхъ ощущеній не наблю-
дается никакого вообще рефлекса.
При корковой гиперэстезіи наблюдается повышенная рефле-
кторная возбудимость, противоположное наблюдается при кор-
ковой анэстезіи. Такимъ образомъ по автору ощущеніе соста-
вляетъ необходимое условіе для рафлекса.
Если такимъ образомъ рефлексъ вызывается при участіи
ощущенія, то чувствительная часть рефлекторной дуги неиз-
бѣжнымъ образомъ должна имѣть свой центръ въ корѣ мозга.
Съ другой стороны тотъ же авторъ убѣдился, что въ инди-
видуальной жизни каждаго человѣка имѣется одновременное и
параллельное развитіе движеній ходьбы и подошвеннаго реф-
лекса; причемъ около 12 лѣтъ и ходьба, и подошвенный ре-
флексъ уже содержатся такъ же, какъ и у взрослыхъ. Вмѣстѣ
съ тѣмъ у больныхъ въ каждомъ случаѣ существуетъ соот-
вѣтствіе привычнаго положенія большого пальца при ходьбѣ
съ подошвеннымъ рефлексомъ. Такимъ образомъ у больныхъ,
которые во время ходьбы обнаруживаютъ тыльный типъ положе-
нія большого пальца обнаруживается и тыльная флексія боль-
шаго пальца при вызываніи подошвеннаго рефлекса; если же
существуетъ подошвенный типъ положенія большого пальца при
ходьбѣ, то и при вызываніи рефлекса его положеніе оказы-
вается такимъ же, т. е. подошвеннымъ.
Это соотвѣтствіе подошвеннаго рефлекса съ движеніями
ходьбы приводитъ къ принятію двигательнаго центра для этого
рефлекса также въ корѣ области sulci Rolandi. Тоже самое
очевидно надо принять и для другихъ кожныхъ рефлексовъ. Та-
кимъ образомъ по автору все говоритъ въ пользу того, что
центры кожныхъ рефлексовъ какъ чувствительные, такъ и дви-
гательные, лежатъ вообще въ корѣ большого мозга.
Crocq 1) признаетъ, что сгибальный подошвенный рефлексъ
представляется корковымъ рефлексомъ; рефлексъ же разгиба-
тельный и болѣе общій рефлексъ въ формѣ оборонитель-
ныхъ движеній представляется спинномозговымъ.
1) Crocq. Réflexe plantaire cortical et reflexe plantaire médullaire. Journ.
de Neur. 1902.

937

Walton 2) полагаетъ, что различіе въ содержаніи различныхъ
рефлексовъ (кожныхъ и сухожильныхъ) при различныхъ моз-
говыхъ и спинныхъ пораженіяхъ не можетъ быть объяснено
принятіемъ однихъ спинномозговыхъ или головномозговыхъ
центровъ; напротивъ того, всѣ явленія принуждаютъ къ при-
нятію для каждаго рефлекса не одного, a нѣсколькихъ цент-
ровъ. Первоначальные центры для рефлексовъ расположены въ
спинномъ мозгу, но съ восхожденіемъ въ животномъ ряду
такъ же, какъ и при онтогенетическомъ развитіи человѣка, часть
этихъ центровъ поднимается къ головному мозгу до основныхъ
его частей (сухожильные рефлексы) и до коры (кожные ре-
флексы). Вмѣстѣ съ тѣмъ, чѣмъ выше поднимаются центры въ
церебральномъ направленіи, тѣмъ болѣе теряютъ низшіе центры
въ своей независимости. Но при выпаденіи высшихъ центровъ,
нижележащіе снова пріобрѣтаютъ свою независимость. Кромѣ
того, въ отношеніи сухожильныхъ рефлексовъ имѣетъ значе-
ніе рефлекторный тонусъ.
Съ своей стороны я полагаю, что, хотя роль мозговой коры
въ отношеніи кожныхъ рефлексовъ представляется несомнѣн-
ной, но все же по отношенію къ болевымъ рефлексамъ общаго
характера главную роль играютъ спинно-мозговые центры. Дѣло
въ томъ, что полное прерываніе спинного мозга, мозгового
ствола и подкорковыхъ областей, устраняя осязательные ре-
флексы и приводя къ ослабленію или уничтоженію мѣстные
болевые рефлексы, тѣмъ не менѣе не уничтожаетъ общихъ
болевыхъ рефлексовъ, напр. отдергиванія ноги при болѣе силь-
ныхъ болевыхъ раздраженіяхъ и т. п.
Такимъ образомъ, изъ кожныхъ рефлексовъ въ мозговой
корѣ могутъ быть локализированы лишь осязательные рефлексы
и мѣстные болевые рефлексы, а также и волосковые рефлексы
(поглаживаніе противъ шерсти свѣшенной лапки). Но болевые
рефлексы общаго характера, какъ напр. оборонительные реф-
лексы, не могутъ быть локализированы въ чувство-двига-
тельной области мозговой коры, а передаются, очевидно, при
посредствѣ нижележащихъ центровъ цереброспинальной оси
Не подлежитъ сомнѣнію, что и двигательные центры нѣко-
торыхъ изъ рефлексовъ, передаваемыхъ при посредствѣ выс-
шихъ органовъ чувствъ, напр. зрѣнія, слуха и пр., имѣютъ своими
центрами кору головного мозга. Это доказано съ несомнѣнностью
2) G. Z. Walton. The localisation of the reflex mechanism. The Journ. о
nerv. and ment. dis. № 6. 1902.

938

по крайней мѣрѣ на счетъ такого рефлекса, какъ миганіе глазъ
при внезапномъ зрительномъ впечатлѣніи и при угрозахъ.
Рефлексъ этотъ прекращается съ постоянствомъ не только при
удаленіи зрительной сферы, но и при удаленіи двигательной
области мозговой коры, что и доказываетъ съ несомнѣнностью,
что центромъ для этого рефлекса является соотвѣтствующая
часть двигательной области мозговой коры.
О центрахъ коры, управляющихъ движеніемъ глазъ.
Мы видѣли выше, что съ вышеназванной области путемъ раз-
драженія токомъ можно получить не только обособленныя дви-
женія членовъ, но и сочетанные двигательные акты, примѣромъ
которыхъ можетъ служить движеніе глазъ, измѣненія со сто-
роны зрачковъ и аккоммодаціи, дыхательныя движенія, обна-
руженіе голоса, жеваніе и глотаніе, а также двигательныя
явленія со стороны внутреннихъ органовъ, какъ напр. пище-
варительныхъ путей, мочеполовыхъ органовъ, сердечно-сосуди-
стой системы и пр.
Въ нижеслѣдующемъ мы и займемся только что указанными
явленіями.
Начнемъ съ центровъ, управляющихъ движеніемъ глазъ и
глазными мышцами вообще.
Движенія глазъ при обычныхъ условіяхъ, какъ извѣстно,
представляютъ собою сочетанную группу мышечныхъ сокра-
щеній, приводящихъ къ смѣщенію глазъ въ боковомъ напра-
вленіи, вверхъ или внизъ или по кругу.
При этомъ нерѣдко въ нормальномъ состояніи движеніе
глазъ сочетается съ поворотомъ головы, которое является въ
этомъ случаѣ какъ бы вспомогательнымъ движеніемъ для смѣ-
щенія глазныхъ яблокъ.
Такъ какъ движенія глазъ выполняются нерѣдко произ-
вольно, то естественно, что подобно другимъ двигательнымъ
центрамъ они должны быть представлены особымъ центромъ,
въ такъ называемой двигательной области мозговой коры.
Опытъ показываетъ, что это такъ и есть въ дѣйствительности.
Впервые Ferrier при раздраженіи мозговой коры впереди
sulci cruciati на мѣстѣ первой наружной извилины наблю-
далъ у собакъ открытіе обоихъ глазъ съ расширеніемъ зрач-
ковъ и отведеніе глазъ и головы въ противоположномъ на-

939

правленіи. Въ отдѣльныхъ случаяхъ авторъ наблюдалъ кон-
вергенцію глазъ съ раскрытіемъ зрачковъ.
При раздраженіи упомянутыхъ центровъ у другихъ живот-
ныхъ авторъ также наблюдалъ движенія глазныхъ яблокъ съ
отклоненіемъ головы. Въ этомъ отношеніи особенно заслужи-
вают вниманія результаты раздраженія мозговой коры у
обезьянъ.
При раздраженіи у послѣднихъ задней части верхней и
средней лобныхъ извилинъ Ferrier наблюдалъ раскрытіе глазъ,
расширеніе зрачковъ и отклоненіе глазъ и головы въ противо-
положномъ направленіи.
По взгляду Ferrier’a центры эти должны быть разсматриваемы,
какъ двигательные, такъ какъ не только ихъ раздраженіе вызы-
ваетъ движеніе глазъ, но и разрушеніе ихъ приводитъ къ пара-
личнымъ явленіямъ. Такъ, Ferrier 1) описываетъ обезьяну, у
которой были разрушены обѣ центральныя извилины кромѣ
верхняго и нижняго ихъ конца, задній отдѣлъ верхней лобной
извилины и передняя часть gyr. angularis и у которой существо-
вала гемиплегія съ отклоненіемъ глазъ и головы въ сторону
разрушенія. Здѣсь слѣдуетъ также упомянуть, что при удаленіи
лобной доли авторъ наблюдалъ отклоненіе глазъ и головы въ
сторону разрушенія и опусканіе противоположнаго вѣка съ
сокращеніемъ зрачка того же глаза; при разрушеніи же обѣихъ
лобныхъ долей обнаруживался параличъ движеній глазъ и
головы.
Ferrier полагаетъ, что вышеуказанный центръ служитъ для
выраженія вниманія животнаго, такъ какъ при вращеніи глазъ
и головы въ сторону животное производитъ впечатлѣніе, какъ
будто бы оно напрягало въ этомъ направленіи свое вниманіе.
На схемѣ центровъ мозговой коры у человѣка, представлен-
ной этимъ авторомъ, центръ движенія глазъ долженъ помѣщаться
въ заднемъ отдѣлѣ 2-й лобной извилины.
Позднѣе Ferrier въ книгѣ „о локализаціяхъ мозговыхъ бо-
лѣзней“ высказывается по поводу этого слѣдующимъ об-
разомъ: „При основаніи первой и частью второй лобной из-
вилины у обезьяны имѣется центръ, раздраженіе котораго про-
изводитъ поднятіе вѣкъ, расширеніе зрачковъ и отклоненіе
глазъ и головы въ направленіи, противоположномъ раздраженію
При слабомъ раздраженіи этой области наблюдается лишь
поднятіе вѣкъ“.
1) Ferrier. The Functions of the brain. 1886.

940

На вопросъ, отдѣлимы ли центры вѣкъ отъ центровъ дви-
женій глазъ, трудно отвѣтить съ положительностью, руководясь
одними экспериментальными данными. Клиническія данныя
впрочемъ говорятъ въ пользу того, что центры эти помѣща
ются въ различныхъ отдѣлахъ мозговой коры, такъ какъ можно
наблюдать параличъ мышцъ вѣкъ безъ паралича глазныхъ дви-
женій, что объяснить периферическимъ пораженіемъ нерва
представляется невозможнымъ.
На основаніи клиническихъ случаевъ съ пораженіемъ мозго-
вой коры были сдѣланы попытки локализировать центръ для
мышцъ вѣкъ въ угловой извилинѣ (gyr. angularis). Но эти по-
пытки оказались неудачными и не соотвѣтствуютъ эксперимен-
тальнымъ даннымъ“.
По автору, если существуетъ особый центръ для мышцъ
вѣкъ, то онъ долженъ по всей вѣроятности помѣщаться въ
двигательной области.
Правда, раздраженіе угловой извилины и сосѣднихъ съ ней
областей вызываетъ поднятіе вѣкъ, но движеніе это по пред-
положенію автора должно разсматривать, какъ движеніе ре-
флекторное, обусловленное раздраженіемъ зрительнаго центра.
Въ пользу послѣдняго взгляда говоритъ между прочимъ
тотъ фактъ, что у обезьянъ удаленіе угловой извилины не
влечетъ за собою ни паралича мышцъ вѣкъ, ни параличнаго
состоянія зрачковъ.
У собакъ положеніе лобнаго центра движенія глазъ Pilz
опредѣляетъ въ задней части лобной доли, кпереди отъ кресто-
видной борозды непосредственно позади предкрестовидной
борозды (s. praecruciatus) на разстояніи около 1 стм. отъ продоль-
ной щели мозга.
Далѣе, Horsley и Schäfer 1) у обезьянъ наблюдали боко-
выя движенія глазъ съ поворотомъ головы въ томъ же напра-
вленіи при раздраженіи лобной доли впереди предцентральной
борозды.
Особаго вниманія заслуживаютъ изслѣдованія Mott’a и
Schäfer’a2), производившихъ свои опыты на обезьянахъ съ раз-
драженіемъ фарадическимъ токомъ лобной доли. При этомъ
они убѣдились, что область, расположенная въ лобной долѣ
впереди отъ передней центральной извилины, можетъ быть раз-
1) Horsley und Schäfer. A record of exper. upon the fonctions of the
cerebral cortex. Phil. trans. 1888. V. 170.
2) Mott and Schäfer. On associated eye-movements produced by cortical
faradisation of the monkey’s brain. 1890.

941

дѣлена на три части: верхнюю, прилежащую къ внутреннему
краю полушарія, раздраженіе которой вызываетъ движенія
глазъ въ противоположную сторону и книзу, среднюю, раздра-
женіе которой вызываетъ движеніе глазъ въ боковомъ напра-
вленіи, и нижнюю, при раздраженіи которой получаются дви-
женія глазъ въ противоположномъ направленіи и вверхъ. Если
разрушить одну изъ этихъ областей, то съ другой можно еще
получить соотвѣтствующія движенія глазъ. При одновремен-
номъ раздраженіи этихъ областей въ обоихъ полушаріяхъ обна-
руживается параллельно или же слегка канвергирующее по-
ложеніе глазныхъ осей.
Что касается центровъ движенія головы, то они располага-
ются тотчасъ позади этой области.
Извѣстно, что и раздраженіе затылочной области вызываетъ
подобныя же движенія глазъ, съ чѣмъ подробнѣе мы позна-
комимся ниже. Авторы при своихъ опытахъ между прочимъ
убѣдились, что лобная область для движенія глазъ обладаетъ
большей возбудимостью, такъ какъ, если одновременно при-
ставить электроды къ лобной области одной стороны и къ затылоч-
ной области другой стороны, то для полученія параллельнаго
положенія глазныхъ осей необходимо къ затылочной долѣ
примѣнить болѣе сильный токъ, нежели къ лобной.
Ch. Beefor и V. Horsley 1), производившіе свои опыты также
на обезьянахъ, убѣдились, что въ лобныхъ извилинахъ въ области
расположенной кпереди отъ f. praecentralis, почти во всю ширину
лобной доли расположены центры движенія глазъ и головы.
При этомъ самый верхній или внутренній отдѣлъ разсма-
триваемой области завѣдываетъ движеніями головы, средній
управляетъ движеніями глазъ и головы, наружный или вну-
трунній завѣдываетъ только движеніями глазъ.
Далѣе каждый изъ вышеуказанныхъ отдѣловъ авторы раз-
дробляютъ на болѣе мелкіе отдѣлы, раздраженіе которыхъ вы-
зываетъ различныя движенія глазъ, но преобладающимъ движе-
ніемъ во всѣхъ случаяхъ является боковое отклоненіе глазъ.
Такимъ образомъ кромѣ послѣдняго въ опытахъ автора полу-
чалось отклоненіе глазъ въ сторону и кверху, отклоненіе глазъ
въ сторону и книзу, конвергенція глазъ и т. п.
Въ общемъ авторы отмѣчаютъ до пятидесяти различныхъ
центровъ движенія глазъ и головы.
1) Horsley und Beefor. A further min. Analysis by electric stimulation
of the so called motor region of the cortex cerebri in the monkey. Philosoph.
Transactions. 1888. Vol. 179.

942

Далѣе представляютъ особый интересъ изслѣдованія R. Rus-
sel’a 2), который для болѣе подробного выясненія локализаціи
корковыхъ центровъ для всевозможныхъ движеній глазъ произ-
водилъ перерѣзки отдѣльныхъ глазныхъ мышцъ, напр. пере-
рѣзывалъ прямую внутреннюю (r. internus) на одномъ глазу и
прямую наружную (r. externus) на другомъ и вслѣдъ за этой
операціей уже производилъ раздраженіе мозговой коры. Такимъ
путемъ автору удалось получить изолированное движеніе глазъ
вверхъ или внизъ. Безъ перерѣзокъ же глазныхъ мышцъ авторъ
наблюдалъ, какъ и другіе, боковое отклоненіе глазъ, за-
тѣмъ движеніе глазъ въ сторону и вверхъ, движеніе глазъ
въ сторону и внизъ и конвергенцію глазъ.
Всѣ разсматриваемые центры авторомъ помѣщаются впе-
реди предцентральной борозды (s. praecentralis) приблизительно
на срединѣ между внутреннимъ и наружнымъ краемъ лобной
доли.
Наиболѣе внутренне расположенный центръ вызываетъ дви-
женіе глазъ кверху, сзади отъ этого центра располагается
центръ для движеній глазъ внизъ, затѣмъ кнаружи отъ перваго
располагается центръ, производящій движенія глазъ вверхъ и
въ противоположную сторону. Затѣмъ еще кнаружи отъ предъ-
идущаго располагается центръ, производящій конвергенцію
глазъ, самый же наружный центръ при раздраженіи вызываетъ
движенія глазъ въ противоположномъ направленіи и книзу.
Движенія глазъ въ сторону раздражаемаго полушарія полу-
чаются рѣдко и непостоянно.
При разрушеніи отдѣльныхъ центровъ, завѣдывающихъ дви
женіями глазныхъ яблокъ, получались разстройства движенія
глазныхъ яблокъ большей частью въ видѣ отклоненія ихъ на
сторону разрушенія; однако, эти явленія не отличались продол-
жительностью и съ теченіемъ времени обыкновенно исчезали.
Въ другой своей работѣ, посвященной тому же предмету,
Russel 1) сообщаетъ результаты своихъ изслѣдованій надъ соба-
ками и кошками.
Въ общемъ результаты опытовъ надъ этими животными дали
результаты, сходственные съ результатами опытовъ надъ обезья-
нами. И у этихъ животныхъ центры движенія глазъ распола-
гаются въ лобной долѣ впереди отъ крестовидной борозды
2) R. Russel. An experim. investigation of eye movements. The Journal of
physiology. Vol XVII. 1894—189
1) R. Russel. Further researches on eye movements. The Journal of phy-
siology. Bd. XII. 1894—1895.

943

(sulc. cruciatus), причемъ, если всѣ глазныя мышцы остаются
цѣлыми, раздраженіе этихъ центровъ вызываетъ боковое откло-
неніе обоихъ глазъ въ противоположномъ направленіи. При
перерѣзкѣ внутренней прямой (m. internus) на соотвѣтствующей
и наружной прямой (m. externus) на противоположной сторонѣ
раздраженіе вышеуказаннаго центра вызывало движеніе обоихъ
глазъ кверху. Если перерѣзать только наружную прямую
(m. externus) въ противоположномъ глазу, то при раздраженіи
корковаго центра движенія глазъ происходитъ смѣщеніе про-
тивоположнаго глаза кверху и соотвѣтствующаго въ сторону
противоположную сторонѣ раздраженія. Если же кромѣ того
перерѣзывалась верхняя прямая (m. superior), то при раздраже-
ніи вышеуказаннаго центра происходитъ движеніе глазъ въ
направленіи книзу.
Заслуживаетъ вниманія, что Grünbaum u Sherrington нашли
и у человѣкообразныхъ обезьянъ поле въ лобной области, раз-
драженіе котораго вызывало ассоціированныя движенія глазъ;
при этомъ, какъ и у другихъ животныхъ, оно было отдѣлено
невозбудимою областью отъ остальной двигательной области
мозговой коры.
Sterling 1), задаваясь цѣлью выяснить вопросъ, слѣдуетъ ли
признавать первичными движенія глазъ или движенія головы,
получаемыя при раздраженіи области затылка (Nackenregion), убѣ-
дился, что движенія глазъ получаются всегда при болѣе слабомъ
токѣ. Фактъ этотъ однако можетъ быть объясненъ тѣмъ, что
движенія глазъ могутъ быть распознаны всегда раньше, нежели
другія движенія. Поэтому онъ обратился къ изслѣдованію ново-
рожденныхъ и убѣдился, что движеніе головы появляется лишь
на 8 день, тогда какъ движенія глазъ появляются только на
22 день. Отсюда авторъ полагаетъ, что движеніе глазъ при
раздраженіи области затылка происходятъ черезъ ассоціацію.
Далѣе Sherrington произвелъ уже ранѣе упомянутыя инте-
ресныя изслѣдованія надъ обезьянами съ предварительной пере-
рѣзкой общаго глазодвигательнаго и блокового нервовъ въ одномъ
глазу, послѣ чего раздраженіе лобнаго центра движенія глазъ въ
соотвѣтствующемъ полушаріи вызывало движеніе обоихъ глазъ
въ противоположномъ направленіи, причемъ и глазное яблоко
на сторонѣ перерѣзанныхъ нервовъ достигало средней линіи
Этотъ фактъ, о которомъ рѣчь была уже выше, доказываетъ задер-
1) W. Sterling. Hirnrinde und Augenbewegungen Arch. f. Anat. и Phys.
Phys. Abth. VI—VI, стр. 487.

944

живающее вліяніе коркового раздраженія на тонусъ отводящаго
нерва. Замѣтимъ здѣсь, что подобное же задерживающее вліяніе
Sherington принимаетъ и по отношенію къ затылочному глазному
центру, что однако не подтвердилось при изслѣдованіяхъ въ
нашей лабораторіи (д-ръ Герверъ).
Кромѣ того авторъ наблюдалъ то же задерживающее вліяніе
и при раздраженіи опредѣленныхъ частей лучистаго вѣнца,
внутренней капсулы и мозолистаго тѣла.
Подобныя же явленія можно констатировать у собакъ съ
перерѣзкой въ одномъ глазу общаго глазодвигательнаго и бло-
кового нервовъ даже и при произвольныхъ поворачиваніяхъ
глазъ. Если напр. собака съ перерѣзанными глазодвигательными
и блоковымъ нервами въ лѣвомъ глазу оставлена жить, то при
поворачиваніи взора вправо можно наблюдать вмѣстѣ съ дви-
женіемъ кнаружи праваго глаза также и движеніе кнутри лѣ-
ваго глаза. Отсюда ясно, что вмѣстѣ съ возбужденіемъ одного
отводящаго нерва происходитъ угнетеніе дѣятельности другого
отводящаго нерва и наоборотъ.
Заслуживаетъ далѣе вниманія изслѣдованіе д-ра Тополян-
скаго который имѣлъ своей задачей выяснить состояніе
иннерваціи той или другой изъ глазныхъ мышцъ въ то время,
когда раздраженіемъ коры приводится въ возбужденіе ея ан-
тагонистъ. Съ этой цѣлью авторъ вылущивалъ глазное яблоко
у кроликовъ, оставляя лишь мѣсто прикрѣпленія глазныхъ
мышцъ и, отсепаровавъ самыя мышцы, соединялъ ихъ съ за-
писывающимъ аппаратомъ. Авторъ получалъ движеніе глаз-
ныхъ яблокъ съ той же области, какъ и Ferrier, но для вызы-
ванія эффекта требовались довольно сильные токи и притомъ
область раздраженія оказывалась не вполнѣ постоянной. При
своихъ изслѣдованіяхъ авторъ убѣдился, что сокращеніе вну-
тренней прямой наступало раньше сокращенія наружной пря-
мой и прекращалось позже; при слабомъ же раздраженіи про-
исходило лишь сокращеніе внутренней прямой, тогда какъ на-
ружныя прямыя не сокращались вовсе.
Словомъ, внутренняя прямая по автору представляется легче
возбудимой сравнительно съ наружной прямой. Кромѣ того
при сокращеніи внутренней прямой наблюдалось ослабленіе
тонуса ея антагониста, т. е. наружной прямой, и наоборотъ при
1) Тополянскій. Das Verhalten der Angemuskeln bei centraler Reizung. Das
Coordinationscentrum und die Bahnen f. coordinirte Augenbewegungen. Arch. Sf.
Ophthalmologie. Bd. 49. 1898 г.

945

сокращеніи наружной прямой наступало ослабленіе тонуса
внутренней прямой.
Наряду съ вышеуказанными изслѣдованіями интересно от-
мѣтить, что нѣкоторые изъ авторовъ, касавшихся въ своихъ
изслѣдованіяхъ того же предмета, какъ напримѣръ Werner (изъ
лабораторіи Ziehen’a), сомнѣваются въ существованіи особыхъ
центровъ для движеній глазныхъ яблокъ. По Werner’y тѣ дви-
женія глазныхъ яблокъ, которыя отмѣчаются Ferrier’омъ при
раздраженіи лобныхъ долей, должны объясняться вліяніемъ
сильныхъ токовъ или должны быть разсматриваемы, какъ ре-
флекторныя движенія. Самъ авторъ ни въ одномъ опытѣ не
получилъ движеній глазъ. Тотъ же авторъ ссылается на отри-
цательные результаты д-ра Kasik’a 1) въ отношеніи центровъ
для движенія глазъ и центровъ для туловища въ лобныхъ
доляхъ. Впрочемъ въ одномъ изъ опытовъ раздраженіе по-
зади крестовидной борозды (sulc. cruciatus) вызывало движенія
глазъ (въ работѣ однако не указывается—какія именно).
Область эту авторъ называетъ подобно Hitzig’y глазно-лицевой
(Augenfacialis). Но очевидно, что здѣсь дѣло идетъ о теменномъ,
а не о лобномъ центрѣ движенія глазъ.
Далѣе Schwann2) при раздраженіи коры мозга не получалъ дви-
женій глазъ за исключеніемъ тѣхъ случаевъ, когда наступали у
животныхъ общія судороги, откуда авторъ заключаетъ, что въ корѣ
мозга не содержится центровъ для движеній глазныхъ яблокъ.
Szigethy, оперируя надъ кроликами, замѣтилъ только, что
электрическое раздраженіе въ области соотвѣтствующей цен-
тральнымъ извилинамъ вызываетъ дрожаніе обоихъ глазъ,
что наблюдалось также и при посыпаніи коры хлористымъ
натромъ; между тѣмъ механическое раздраженіе коры полу-
шарій и мозжечка по этому автору 3) нигдѣ не вызывало дви-
женія глазныхъ яблокъ.
Наконецъ и по взгляду д-ра Данилло центры для движеній
глазныхъ яблокъ лежатъ не въ корѣ, а ниже. Онъ убѣдился,
что съ двигательной области до начала 5 мѣсяца нельзя даже
и опредѣлить области, производящей движеніе глазныхъ
яблокъ.
1) Kasik. Exp. Studien über die corticale Innervation der Rumpfmusculatur
Ges. Abh. d. med. Klinik zu Dorpat. 1893.
2) Schwahn. Exper. Beitrag. z. Lehre v. d. Associirten Zwangsstellungen
d. Augen. Eckhard’s Beiträge. Bd. IX.
3) Szigethy. Augenbewegungen nach Verletzungen d. Nervensystems. Ung.
Wiss. Akad. 1887 г. Centr. f. Phys. 1887.

946

Изслѣдованія нашей лабораторіи.
Въ виду разнорѣчія во взглядахъ авторовъ на столь ва-
жные центры, какъ центры движенія глазъ, приводимъ здѣсь
дополнительно къ вышеуказаннымъ даннымъ такъ же и ре-
зультаты изслѣдованій, производившихся въ нашей лабо-
раторіи.
Еще при своихъ первоначальныхъ изслѣдованіяхъ, произ-
веденныхъ надъ мозговой корой въ срединѣ 80 годовъ 1), я убѣ-
дился, что въ корѣ полушарій собакъ впереди отъ крестовидной
борозды (s. cruciatus) имѣется центръ, раздраженіе котораго вы-
зываетъ поворачиваніе обоихъ глазъ въ противоположномъ на-
правленіи.
При удаленіи упомянутой области въ обоихъ полушаріяхъ
у животныхъ можно было наблюдать колебательныя движенія
глазныхъ яблокъ особенно въ то время, когда животныя были
чѣмъ-либо обезпокоены.
Затѣмъ при своихъ позднѣйшихъ изслѣдованіяхъ, произве-
денныхъ надъ обезьянами 2), я убѣдился также, что въ зад-
нихъ отдѣлахъ лобныхъ долей содержатся центры для движе-
нія глазъ и головы.
Другіе опыты показали, что съ задняго отдѣла лобной
доли обезьянъ 3) обычно получается отклоненіе глазъ и головы
въ противоположномъ направленіи съ раскрытіемъ глазъ и при
томъ это движеніе получается съ довольно обширной области
(а фиг. 35).
Хотя оба эти движенія чаще всего получались совмѣстно,
но съ нѣкоторыхъ областей можно было вызвать одно движе-
те, съ другихъ—другое.
Такъ, съ болѣе внутренняго отдѣла лобной доли resp. съ
задняго отдѣла первой лобной извилины мнѣ удавалось вы-
зывать обособленное движеніе поворачиванія головы въ про-
тивоположную сторону, тогда какъ раздраженіе болѣе на-
ружныхъ отдѣловъ задняго отдѣла второй лобной извилины
вызывало иногда изолированное отклоненіе глазъ въ противо-
1) Бехтеревъ. Физіологія двигательной области. Арх. психіатріи 1886—87.
2) Бехтеревъ. О корковыхъ центрахъ обезьянъ. Обозрѣніе психіа-
тріи 1897 г., № 6.
3) В. Бехтеревъ, О результатахъ изслѣдованія возбужденія задняго от-
дѣла лобной доли, Невр. Вѣстн. T. VII, I. 1899 г.

947

положную сторону. Раздраженіе же промежуточныхъ отдѣловъ
разсматриваемой области вызывало совмѣстное отклоненіе головы
и глазъ въ противоположномъ направленіи.
Кромѣ того въ отдѣльныхъ случаяхъ, приблизительно съ
среднихъ частей разсматриваемой области, мнѣ удавалось
также вызывать отклоненіе глазъ въ противоположномъ напра-
вленіи и кверху или книзу.
Въ послѣднее время въ наружной части задняго отдѣла
второй лобной извилины
мнѣ удалось открыть у
обезьянъ особый центръ
дивергенціи глазъ.
Центръ этотъ распола-
гается въ задней части
лобной доли кзади отъ
верхняго конца нижней
трети предцентральной
борозды приблизительно
на уровнѣ лежащаго кзади
на передней центральной
извилинѣ центра для дви-
женія челюстей.
Раздраженіе этой области вмѣстѣ съ легкимъ приподня-
тіемъ верхнихъ вѣкъ и расширеніемъ зрачковъ вызывало со-
вершенно ясную дивергенцію глазъ, которые принимали поло-
женіе, какъ при смотрѣніи вдаль (55 фиг. 33 стр. 859).
Этотъ фактъ указываетъ, что здѣсь мы имѣемъ особый
центръ для активной дивергенціи глазъ, связанный проводни-
ками съ ядрами отводящихъ нервовъ той и другой стороны.
Заслуживаетъ вниманія, что дивергенція глазъ сопутствова-
лась легкимъ приподнятіемъ вѣкъ и расширеніемъ зрачковъ,
слѣдовательно мы имѣемъ здѣсь дѣло съ ассоціированнымъ
движеніемъ не однѣхъ только глазныхъ мышцъ.
Возникаетъ вопросъ, имѣется ли въ переднихъ частяхъ
полушарія особый центръ для конвергенціи глазъ. При нашихъ
опытахъ надъ собаками въ отдѣльныхъ случаяхъ можно было
наблюдать конвергенцію глазъ при раздраженіи средней части
задняго отдѣла лобной доли впереди отъ предкрестовидной
извилины (gyrus praecraciatus). Въ другихъ случаяхъ однако не
получалось въ этомъ отношеніи положительныхъ результатовъ.
Этотъ фактъ могъ бы быть объясненъ тѣмъ, что центры произ-
вольной конвергенціи, располагаясь въ ближайшемъ сосѣдствѣ
Fig. 35. Мозгъ обезьяны (макаки): а — лобный
центръ движенія глазъ; k—затылочный центръ дви-
женія глазъ; е—височный центръ движенія глазъ.

948

съ другими центрами движенія глазъ, представляются по сра-
вненію съ послѣдними менѣе возбудимыми.
Но дѣло въ томъ, что, если произвести разрушеніе ядеръ
отводящей мышцы противоположнаго глаза или перерѣзку
самой мышцы, то раздраженіе лобнаго центра для боковыхъ
движеній глазъ тѣмъ не менѣе не вызываетъ конвергеніи глазъ.
Между тѣмъ, если раздражать одновременно лобные центры
для боковыхъ движеній глазъ въ томъ и другомъ полушаріи,
то, хотя и не съ постоянствомъ, получается явная конверген-
ція глазъ. 1)
Этотъ фактъ заставляетъ признать, что конвергенція глазъ
можетъ быть также функціей лобныхъ центровъ того и другого
полушарія одновременно.
Вопросъ о болѣе детальномъ выясненіи отношенія центровъ
движенія глазъ къ тѣмъ или другимъ глазнымъ мышцамъ
по моему предложенію послужилъ предметомъ спеціальныхъ
изслѣдованій въ нашей лабораторіи, произведенныхъ надъ
собаками съ наркозомъ и безъ наркоза д-ромъ Герверомъ 2). Въ
однихъ изъ этихъ опытовъ производилось раздраженіе, въ
другихъ разрушеніе мозговой поверхности; при этомъ въ от-
дѣльныхъ опытахъ дѣлались различныя перерѣзки мозга съ
цѣлью выясненія тѣхъ или другихъ вопросовъ.
Раздраженіе производилось, какъ обыкновенно, при посред-
ствѣ катушки саннаго аппарата Du-Bois Reymond’a. Что касается
движенія глазъ, то они частью наблюдались простымъ глазомъ,
частью записывались съ помощью иголъ, длиною около б см.,
вставляемыхъ чрезъ центръ роговицы въ стекловидное тѣло
на глубину не менѣе 1 см. Къ каждой иглѣ привязывалось
на одномъ и томъ же уровнѣ по ниткѣ, которыя прикрѣпля-
лись чрезъ блокъ къ крайне чувствительнымъ соломеннымъ
рычажкамъ съ небольшимъ грузомъ, укрѣпленнымъ на одномъ
общемъ штативѣ. Рычажки при своемъ движеніи и чертили
своими концами на вращающемся цилиндрѣ кривыя движенія
глазныхъ яблокъ.
Само собою разумѣется, что рычажки приставлялись къ
цилиндру послѣ укрѣпленія головы животнаго и лишь тогда,
когда глаза собаки обращались впередъ. Благодаря этому на
1) Въ отдѣльныхъ случаяхъ при такомъ одновременномъ раздраженіи
обоихъ лобныхъ центровъ движенія глазъ получается нистагмъ, обусло-
вленный очевидно борьбой нервнаго возбужденія центровъ для бокового
отклоненія глазъ.
2) Д-ръ Герверъ. Дисс. Спб.

949

кривыхъ подъемы и опусканія выражаютъ движенія глазъ вправо
или влѣво въ зависимости отъ того, съ какой стороны отъ головы
животнаго установленъ штативъ съ рычажками. Хотя вертикаль-
ныя смѣщенія глазныхъ яблокъ (вверхъ или внизъ) не отмѣча-
лись на кривыхъ; но, не смотря на это, по кривымъ можно судить
о началѣ и концѣ движеній каждаго глаза, о томъ, происхо-
дятъ ли эти движенія одновременно или же движенія того
или другого глаза запаздываютъ, а также о силѣ бокового от-
клоненія каждаго изъ глазныхъ яблокъ, о развитіи въ нихъ
нистагма и пр.
Переходя къ изложенію результатовъ этихъ изслѣдованій,
я ограничусь пока лишь тѣми данными, которыя получены
относительно лобнаго корковаго центра для движеній глазъ.
Подобно другимъ эти изслѣдованія показали, что центръ
для дв